Сергей Шведов.

Похищение журналиста

(страница 1 из 2)

скачать книгу бесплатно

 -------
| bookZ.ru collection
|-------
|  Сергей Шведов
|
|  Похищение журналиста
 -------


   Краюхину мы с Черновым были многим обязаны, а потому не могли не откликнуться на его беду. Недаром же говорится, что долг платежом красен. Разумеется, Краюхин отлично понимал ограниченность наших возможностей и подвигов от нас не требовал. Тем более что поисками пропавшего журналиста уже занялись компетентные органы, а профессионалы очень не любят, когда дилетанты перебегают им дорогу. Краюхин пришел к Чернову просто посоветоваться, ибо Виктор слыл человеком весьма осведомленным в криминальных, полукриминальных и прочих политэкономических делах. Краюхин, между прочим, тоже не был паинькой, и его желтенькая газета частенько балансировала на грани, обслуживая интересы различных групп, которые при желании можно, конечно, назвать политическими, поскольку они боролись за власть в регионе. Однако они при этом так далеко выходили за рамки закона, что строгим блюстителям общественной нравственности оставалось только руками разводить. Впрочем, кто у нас за эти рамки ныне не выходит?
   Пока Краюхин с Черновым раскладывали политический пасьянс, вычисляя с помощью компьютере возможного заказчика преступления, я с интересом разглядывал целый ворох принесенных редактором фотографий похищенного. Фамилия пропавшего журналиста была Круглов, его скандальные и забавно написанные опусы мне не раз доводилась читать. Круглов был довольно известным в городе человеком, со специфической репутацией. Он не брезговал заказными статьями и, мягко так скажем, не всегда строго придерживался фактов, жонглируя и перетасовывая их в угоду нанимателям. Я знал его шапочно, а точнее видел несколько раз в редакции газеты, где и сам отметился десятком фотозарисовок, опубликованных исключительно по блату. Ну и с тем, чтобы хоть как-то оправдать выданное мне удостоверение сотрудника печатного органа, не раз уже выручавшее меня в сомнительных ситуациях. Славы эти публикации мне не прибавили, денег, разумеется, тоже, зато я мог теперь с гордостью называть себя коллегой Александра Круглова.
   – А эта эффектная брюнетка доводится Круглову женой? – полюбопытствовал я.
   – Какая брюнетка? – оторвался Краюхин от компьютера. – С женой он давно разошелся.
   Краюхин по внешнему виду был типичным российским интеллигентом периода полураспада империи, то есть носил очки и бороду, ругался матом и имел известную политическую склонность к просвещенному авторитаризму. Что же касается внутренних качеств, то при безусловной личной порядочности в отношении к ближним, он не очень церемонился с дальними, тем более что эти дальние, на мой взгляд, никаких церемоний и не заслуживали.
   – По-моему, это Нинка. Или Валька, – задумчиво проговорил Краюхин. – Нет, кажется, Наташка.
Точно, Наташка. Хотя…
   – Хотя может оказаться и Веркой, – подсказал я.
   – В общем, да. У Круглова был целый ворох девочек. А почему она тебя заинтересовала?
   – Потому что на всех фотографиях она не смотрит в объектив. Вот здесь она повернулась почти спиной. Здесь мы видим только ее ухо. Здесь она прикрыла лицо рукой. А здесь ей на лицо упали волосы. По своему опыту знаю, что красивые женщины так себя перед объективом не ведут.
   Заинтересованный Чернов взял из рук Краюхина фотографии и принялся их рассматривать.
   – Игорь прав. Эта ваша Верка почему-то не хотела оставлять свое изображение фотографу на память. А где и когда проходил сей пикничок?
   – Двухдневный круиз на теплоходе в минувшие выходные, – пояснил Краюхин. – Фотографировал нас Боря Зайцев. Подождите-ка, я сейчас у него уточню, как звали эту таинственную даму.
   Краюхин уточнял довольно долго, обзвонив чуть ли не всех участников запечатленного на фотографиях круиза, но к его немалому удивлению, никто ни имени, ни тем более фамилии Кругловской подружки так и не вспомнил.
   – Черт его знает, – смущенно поправил очки редактор. – Никто к ней особенно не присматривался. Каждый оттягивался в свое удовольствие. Так редко удается вырваться из городской суеты с ее вечными стрессами…
   В принципе ничего удивительного в такой забывчивости нет. На фотографиях трезвые лица практически отсутствовали. А пьянее всех смотрелся сам Краюхин, о чем я, разумеется, не стал говорить вслух, дабы не обидеть чувствительного к критике интеллигента.
   – Может, она вообще не из вашей компании? – уточнил существенное Чернов. – Просто прибилась по ходу дела?
   – Круглов был с женщиной, – уверенно вспомнил Краюхин. – Я собственноручно вручил ему две путевки. А эта Наташка, возможно, замужняя, потому и не захотела светиться.
   Все могло быть, но в любом случае следовало выяснить, кто эта женщина, и в каких отношениях она находилась с пропавшим Кругловым.
   – Отношения их понятны, – запротестовал Краюхин. – Они жили в одной каюте. И на фотографиях она везде рядом с Кругловым.
   Личное мое впечатление о пропавшем журналисте нельзя было назвать уж очень благоприятным, хотя, конечно, знал я его плохо и не мог о нем судить со всех ответственностью. Мне Круглов показался человеком заносчивым, развязно-хамоватым, любящим первенствовать во всем – в делах, в гульбищах, ну и в глазах женщин естественно. Внешностью его Бог не обидел, так же как и талантом. Правда наличие таланта, при полном отсутствии совести, все-таки не помогло ему в карьерном росте. Да не обидится на меня Краюхин, но его газета в первостатейных не числится. Не исключено, что Круглов тяготился своим положением и мечтал о более престижном издании.
   – Мечтать не вредно, – жестко усмехнулся Краюхин. – А у Сашки две несовместимые страсти: любовь к деньгам и казино. В столице он не сумел закрепиться. Через год прибежал к нам зализывать раны.
   – Значит, карточный долг не исключен? – уточнил Чернов.
   – Пытался он у меня занять довольно крупную сумму полтора месяца назад, но я тогда был не при деньгах, – развел руками Краюхин.
   Конечно, Круглов мог и загулять. Мог, в конце концов, слинять от кредиторов, но против этой версии говорили факты, а точнее свидетельские показания. Дело в том, что известного журналиста похитили среди бела дня, на глазах изумленных прохожих, можно сказать в десяти шагах от родимой редакции. Двое спортивного вида молодых людей выскочили из притормозившей иномарки, завернули Круглову руки за спину и затолкали в салон. Никто из свидетелей даже охнуть не успел. Не вскрикнул и сам журналист, шокированный, видимо, столь нелюбезным обращением. Тревогу поднял тот самый Боря Зайцев, чьи фотографии мы сейчас рассматривали. Именно он практически через минуту после случившегося ворвался в редакцию с криком «Сашку похитили» и начал названивать в милицию. К сожалению, то ли приметы похитителей были в суматохе неправильно перечислены, то ли милиция действовала нерасторопно, но так или иначе иномарку, увозившую Круглова, перехватить не удалось. Была небольшая надежда, что все это не более чем шутка знакомых Круглова, и похищенный вот-вот объявится, но, увы, прошло уже более суток, а от пропавшего журналиста не было никаких вестей.
   Самое непонятное в этой истории было то, что Круглов в данный момент никаких скандальных расследований не вел, во всяком случае Краюхину ничего об этих расследованиях не было известно. Конечно, у похитителей к Круглову могли быть старые счеты, ибо он многим в нашем городе успел подпортить кровь и репутацию, но подобная мстительность в нашем легкомысленном мире была бы явлением аномальным. Кого может волновать компромат годичной давности? Отыграно и забыто.
   – Ты, Игорь, поговори с сотрудниками редакции, – глянул на меня Чернов. – А я попробую выяснить по своим каналам, кому Круглов мог насолить в нашем городе.
   В редакции газеты я прежде всего обошел участников круиза. К счастью, фотографии еще не успели растащить по домам и раздарить знакомым, поскольку Боря Зайцев принес и раздал их только сегодня по утру. Однако ничего примечательного я на фотографиях не обнаружил. За исключением все той же особенности: Кругловская знакомая упрямо не желала смотреть в объектив любезного фотографа.
   За разъяснениями я обратился к Ирочке, милой девушке, с которой у нас с первого дня знакомства установились дружеские отношения, не продвинувшиеся, однако, дальше совместного распития чая с печеньем за ее служебным столом.
   – Сознавайтесь, коварная изменщица, с кем вы проводили выходные, пока ваш верный рыцарь страдал на сухопутье. Иными словами, кто этот хмырь, что так небрежно обнимает вас за плечи на виду у почтенной публики.
   – Так уж сразу и хмырь, кокетливо глянула на меня из-под светлой челочки Ирина.
   – Ну хорошо, пусть будет принц, арабский шейх, словом, кто угодно. Но согласитесь, сударыня, это нисколько не умаляет вашей вины.
   – Да какой там принц, – пренебрежительно махнула рукой Ирочка. – От таких ухажеров одни слезы. Всю ночь они играли в карты, а мы с Катериной, как последние дуры, слонялись по палубе и встречали рассвет. Потом перепились все как свиньи. На огромном теплоходе был только один трезвый мужик, Боря Зайцев, да и то по причине язвы желудка. Чтобы я еще раз куда-нибудь поехала в такой компании…
   – Подожди, это какая Катерина?
   – Да вот она, – ткнула Ирочка наманикюренным пальчиком в незнакомку на фотографии. – Подруга Круглова.
   – По-моему, я ее где-то видел. У нее большая родинка на щеке или шрам, или еще что-то?
   – Нет у нее родинки, – возмутилась Ирочка. – Она вообще не местная. Ей надо было улетать в воскресенье вечером после круиза, а Сашка напился пьяным. В общем, она сильно расстроилась.
   – А Круглов с горя, что ли напился?
   – Да с какого там горя! Какое у вас, мужиков, может быть горе? Это вы наше горе.
   – Утверждение спорное, – возразил я. – А человек, может, крупно в карты продулся.
   – Про Круглова не скажу, но этот мой арабский шейх точно проиграл. На такси он меня, правда, до дома довез, но на этом его финансовые возможности закончились, а все прочие закончились, видимо, еще раньше. Словом, оставил он мне телефончик, а я вот не знаю – звонить или не звонить. Я ведь с ним на теплоходе познакомилась. Зовут Олегом. Фамилия Федосеев. Был при деньгах, до того, как за карты сел. Может просто уголовник какой-нибудь.
   – Хочешь, справки о нем наведу? Я ведь друг детектива Чернова, а у Виктора большое досье на всех мало-мальски заметных людей.
   – Просто не знаю, что сказать, – засмущалась Ирочка.
   – Да брось ты, – подбодрил я ее. – Все сейчас так делают. Время сейчас смутное. С бухты-барахты знакомиться нельзя. Взять того же Круглова – похитили среди бела дня. Он ведь тебе звонил?
   – Он не мне звонил, а в редакцию. Но трубку взяла я. Хрипел он как простуженный барбос. Жаловался, что подхватил насморк и ангину. И машина у него сломалась. Кажется, двигатель заклинило. Пропьянствовал, видимо, весь понедельник, не сумел затормозить после круиза, а утром вторника захворал с похмелья.
   – Захворал он во вторник, а в среду его похитили?
   – Да. Позавчера около двух часов дня это случилось. Ты с Борькой на эту тему поговори, он все собственными глазами видел.
   Бориса Зайцева я знал не лучше, чем Круглова, то есть на уровне «здравствуйте – до свидания». В отличие от любимца дам Круглова, ни лицом, ни статью он не блистал. Зато, если верить той же Ирочке, был он талантливым поэтом. Писал, кажется, и прозу. Вот только издавать его почему-то не спешили. Годами Зайцев стремительно приближался к сорока и ходить в непризнанных и подающих надежды писателях ему, наверное, уже надоело. По некоторым признакам, ну хотя бы по взгляду, который он бросил на мою машину, я определил, что человек он, пожалуй, завистливый. Однако не рискну утверждать, что эта черта определяющая в его характере.
   – Похитили прямо у меня на глазах, – охотно подхватил он предложенную тему разговора. – Я ведь поначалу даже не понял, что произошло. Выскочили из машины два амбала, схватили Круглова и поминай как звали. Ну, может, секунд тридцать на все ушло.
   – Надо же, – поразился я. – Можно сказать, средь шумного бала. Тут же народу кругом невпроворот. Свидетелей, наверное, десятками считали?
   – Какие там свидетели, – хмыкнул Зайцев. – Может, человек пять подтвердили, что действительно видели, как человека заталкивали в машину. А ведь на остоновке толпа стояла. И хоть бы хны.
   – Моя хата с краю, я ничего не знаю, – поддакнул я Зайцеву. – Обычная история. А Круглов из редакции шел?
   – Наоборот, в редакцию. Видимо только-только слез с автобуса или из такси выбрался. Во всяком случае, я его увидел, когда он переходил улицу. Вот тут тормознула та иномарка.
   – Я слышал, что он крупно проигрался в карты?
   – Когда? – неожиданно для меня вздрогнул Зайцев.
   – Месяца полтора назад он просил у Краюхина крупную сумму, чтобы расплатиться.
   – Не знаю, – повел костлявым плечом Зайцев. – Хотя он был картежником и играл всегда по-крупному.
   – А почему был? Будем надеяться, что он еще жив.
   – Да, конечно, – смутился Зайцев. – Я это к тому, что нравы ныне дикие. Спасибо, Игорь, что подвез, а то мне на автобусе целый час добираться. А моя жестянка уже год как развалилась.
   – Купи новую, – посоветовал я.
   – На мои гонорары только машины покупать.
   Вернулся я в Черновский офис с целым ворохом новых фактов, которые следовало проанализировать за чашечкой кофе. Жалко, что я не курю трубку и не играю на скрипке. По-моему, под музыку мне думалось бы легче, а так приходилось пялить глаза в телевизор с выключенным звукам и напрягать скисающие мозги до рези в висках.
   Незнакомку зовут Катерина, – доложил я вернувшемуся детективу. – Скорее всего, приезжала она из столицы, поскольку очень торопилась после круиза в аэропорт.
   – Значит, дохлый номер?
   – А что показывают свидетели похищения? – отозвался я вопросом на вопрос.
   – Приблизительно то же, что говорит Зайцев. Шел мужчина в темных брюках и светлой рубашке. Остановилась иномарка. Выскочили двое ребят… Разночтений практически нет.
   – А что с машиной Круглова?
   – Машина действительно сломана. Похоже, он возвращался ночью. А там вокруг гаражей горы мусора. Видимо ударился о бетон или арматурину, пробил картер, масло вытекло. Короче, движок он запорол.
   Что-то мне не нравилось в этой истории, но что именно, я никак не мог уловить. Все вроде бы сходилось: и сломанная машина, и похищенный, который по этой причине воспользовался то ли автобусом, то ли такси. И даже свидетели в один голос утверждали одно и то же. Осталось выяснить: выиграл или проиграл Круглов в ту суматошную ночь на теплоходе?
   Олег Федосеев, номер телефона которого мне презентовала Ирочка, встретил меня не слишком любезно. Был он хозяином небольшого питейно-развлекательного заведения с неброским названием «Старая мельница». По номеру телефона мы с Черновым вычислили его без труда, но на привет, переданный от Круглова, он поморщился как от зубной боли:
   – Мы же договорились с Александром Семеновичем – в конце месяца. Отдам все до копейки, пусть не волнуется.
   – Он и не волнуется, – успокоил я бизнесмена-картежника. – Волнуются правоохранительные органы по поводу его пропажи возможной кончины.
   – Вот черт!
   Федосеев, человек молодой, но уже, судя по всему, битый, сразу же уловил, какими неприятностями грозит лично ему исчезновение журналиста. Что, впрочем, и не удивительно. В нашем бизнесе, малый он или большой, небитых просто не бывает. И помноженная на опыт интуиция делает наших бизнесменов феноменально сообразительными, когда вокруг начинает пахнуть жареным.
   – А кто вы вообще такой?
   – Коллега Круглова, – мне в очередной раз пришлось прибегнуть к своему липовому удостоверению. – Сотрудник газеты. Я слышал, что Круглов крупно проиграл в ту ночь.
   Прочитав мое удостоверение, Федосеев сразу же успокоился. Все-таки журналистов у нас любят больше, чем сотрудников милиции или налоговых инспекторов. За это я могу ручаться. Мне даже предложили коньяк, но я, к сожалению, был за рулем. А коньяк был хороший, французский.
   – Александр Семенович выиграл и выиграл прилично. Тысяч пятнадцать, наверное, в долларах. А я проиграл. Не скажу, что много, но как раз сейчас у меня кризис с наличностью. Словом, я остался ему должен две тысячи.
   – Вы познакомились с ним на теплоходе?
   – Нет, мы познакомились здесь, в кафе. Несколько раз он к нам заходил с дамой.
   – С Катериной?
   – По-моему, женщины были разные.
   – Я имею в виду ту, с которой он был на теплоходе.
   – Честно говоря, я не помню, как ее звали. Кажется, она москвичка. Во всяком случае, торопилась в аэропорт. У Круглова машина стояла на стоянке, но сам он был здорово под мухой. На ногах с трудом держался. Он даже предлагал мне сесть за руль, но я тоже был хорош. И не рискнул. Тем более, чужая машина. А женщина сильно расстроилась. Теплоход наш припоздал, и ей до отлета оставались считанные часы.
   Распрощались мы с Федосеевым вполне дружески. Я хотел было передать ему привет от Ирочки, но потом передумал. Взрослые люди, а потому разберутся без моего посредничества. Тем более что сводить людей, это не моя профессия. Зато я всегда готов их сфотографировать в час бракосочетания.
   Я никак не мог отвязаться в мыслях от москвички Катерины. Почему она все-таки отворачивалась от объектива? Допустим – замужняя женщина, но ведь приезжая. И маловероятно, что снимки, сделанные в нашем городе, когда-нибудь попадут в Москву.
   Я еще раз просмотрел все фотографии, как принесенные Краюхиным, так и изъятые в редакции. Катерина присутствовала только на четырех из них. Круглов, как ни странно, тоже. А ведь он душа компании. Заводила. Наверняка лез постоянно на передний план. Да и вообще на мой взгляд, отснятых кадров было слишком мало для двухдневного круиза, куда отправились всей редакцией, а значит, долго готовились и собирались долго потом вспоминать. А Зайцев почему-то экономил пленку. Или не все отснятые кадры отпечатал.
   В офисе Чернова я застал Краюхина. Редактор был взволнован, хотя и пытался держать себя в руках.
   – Они мне звонили, – огорошил он меня, не дав расслабиться в удобном кресле. – Похитители.
   – И какую сумму потребовали?
   – Сумма, в общем, не большая – пятьдесят тысяч долларов. Якобы Круглов им задолжал. Угрожали, что если не получат деньги, то Сашке конец.
   – В милицию сообщили?
   – Я не рискнул, – развел руками Краюхин. – Круглова они пообещали убить, если я буду мести языком. По-моему, шпана какая-то. Но злобные. Ну, Сашка! Сколько раз я ему говорил, что карты до добра не доведут! Я им сказал, что так сразу ответить не могу. Надо подумать, деньги собрать. Дали на раздумье два часа.
   – Звонили по мобильнику?
   – Да. Номер, наверное, узнали у Круглова.
   – Надо милицию поставить в известность, а купюры пометить, – сказал Чернов и решительно потянулся к телефону.
   – Не надо, – остановил я его. – И звонить не надо, и купюры помечать не надо. А через два часа скажите похитителю, что согласны заплатить деньги. Но с одним непременным условием – похитители должны обязательно переслать на адрес редакции какую-нибудь вещь, взятую у Круглова. Паспорт хотя бы или водительские права. А то мало ли сейчас шутников. Узнали, что пропал журналист, и решили воспользоваться.
   Краюхин вопросительно взглянул на Чернова, детектив задумчиво кивнул головой, подтверждая тем самым мою правоту.
   – А давно звонил похититель?
   – Минут сорок назад, – глянул на часы Краюхин. – Слушайте, мне надо еще деньги собрать.
   – Время у нас есть, – сказал я. – Хватит на то, чтобы кофе выпить.
   Чернов вопросы мне не задавал, а вот Краюхин вибрировал. Он никак не мог взять в толк, куда мы едем и зачем. А ехали мы к Кругловскому гаражу. Я хотел осмотреть место до того, как окончательно стемнеет. Круглов жил чуть ли не на окраине, а потому и гараж его располагался на отшибе.
   – Куда вы поперлись, – встрепенулся Краюхин. – Эта дорога на стройку ведет. То есть, бывшую стройку. Там ведь поворот был к гаражам.
   – Проскочили, значит, – вздохнул Чернов. – Возвращайся, Игорь.
   – Нет, – возразил я. – Ищите масло. Где-то здесь на дороге должен быть след.
   Краюхин ругался, Чернов же внимательно смотрел на дорогу. Впрочем, дорогой эти засыпанные битым кирпичом ухабы можно было назвать только условно. Когда-то здесь собирались возводить народнохозяйственный объект. Возможно даже завод. Во всяком случае, котлован выкопали обширный. Успели даже забить сваи и подвести фундамент. Однако дальнейшему строительству помешали ветры перемен, задувшие над Отечеством. Деньги, необходимые для реализации проекта, эти ветры выдули в неизвестном направлении, и остался этот довольно глубокий караван бесхозным и абсолютно никому не нужным. Все, что можно было унести отсюда, расторопные люди уже унесли, за исключением кусков бетона, с торчащей во все стороны арматурой. Был здесь и хлам, не имевший к стройке коммунизма никакого отношения, сваленный здесь, надо полагать, окрестными жителями, которые использовали бывшую строительную площадку как большую помойку. Чуть в стороне от котлована стояла трансформаторная будка или, точнее, то, что от нее осталось.
   – Ну и что ты тут собираешься делать? – огляделся по сторонам Краюхин. – За каким чертом мы сюда приперлись?
   Мнем нужен был масляный след, о чем я и сказал рассерженному редактору. Но моими заботами проникся не Краюхин, а детектив Чернов. Он и отыскал между двух брошенных на траву и полурасколотых плит хорошо сохранившийся след протектора, расцвеченный масляными пятнами.
   – Видимо, хотел развернуться, заметив, что заехал не туда, и угодил передним колесом в эту яму, – предположил Чернов.
   – Ну допустим, – всплеснул руками Краюхин, допустим, что именно здесь Круглов угробил свою машину. Что из этого следует? Какое это имеет отношение к похищению? Машину он угробил еще в воскресенье ночью, а похитили его в среду. В среду, понимаете?
   Это я как раз понимал. Но понимал я и другое: не мог Круглов, даже если он был в ту ночь под мухой, проскочить поворот и забуриться на бывшую строительную площадку. Ведь он эту местность знал, как свои пять пальцев. И наверняка бы даже ночью, при свете фар, опознал бы трансформаторную будку, которая торчала препятствием на его пути.
   – Так может он вообще был невменяемым? – вскричал Краюхин.
   – Невменяемый не смог бы доехать до гаража и загнать туда машину, – возразил редактору Чернов.
   Темнело довольно быстро. Но я был уверен, что похититель со звонком тянуть не будет, и оказался прав. Ровно в десять вечера он позвонил. Краюхин, надо отдать ему должное, не оплошал и мою инструкцию выполнил буква в букву. Договорились, что похититель перешлет паспорт Круглова на адрес редакции, а потом по телефону укажет место, где произойдет окончательный расчет.
   – Вы хоть объясните, чего мы здесь ждем? – ворчливо спросил Краюхин, устраиваясь поудобнее на заднем сидении моей машины, предусмотрительно спрятанной за трансформаторной будкой.


скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2

Поделиться ссылкой на выделенное