Сергей Шведов.

Черный колдун

(страница 8 из 44)

скачать книгу бесплатно

   – Мы собираемся построить крепость на землях духов для защиты караванных путей от стаи, и здесь без вашей помощи нам не обойтись.
   – И какой гарнизон вы собираетесь там разместить?
   – Пятьсот человек, я думаю, будет достаточно.
   Брандомский покосился на Лаудсвильского, но тот сделал вид, что не заметил его вопрошающего взгляда. – Хорошо, – вздохнул Бьерн, – я согласен.


   Маэларский с недоумением посматривал на владетеля Лаудсвильского, не понимая, за каким чертом нордлэндскую лису занесло в Ожский замок. Однако неприязнь, столь явно обозначенная на лице благородного Эйрика, не смутила Рекина.
   – Вот и еще один замок осиротел, – сказал он, печально оглядывая стены.
   – У Тора остался сын, – напомнил Эйрик. Лаудсвильский с готовностью кивнул головой:
   – Конечно, но смерть Тора Нидрасского – это большая потеря для Приграничья и всего Лэнда.
   Уж этот наверняка сильно огорчился – Маэларский едва не выругался прямо в лицо любезному владетелю, но в последний момент сдержался.
   – Что привело владетеля Лаудсвильского в Ожский замок? – не слишком любезно спросил Эйрик, которого печальный вид Рекина стал не на шутку раздражать.
   – Увы, все те же трагические события, дорогой друг. Кристин Ингуальдская, как я слышал, возвратилась в родные края.
   Маэларский пожал плечами, не совсем уловив, какое отношение к этому имеет незваный гость.
   – Не забывай, владетель, что я хоть и дальний, но все же родственник несчастного Фрэя, и мне небезразлична судьба его вдовы, с которой мы были дружны в прошлые, увы, куда более счастливые времена.
   О родстве Лаудсвильского с благородным Фрэем Эйрик слышал впервые и только усмехнулся про себя по этому поводу, но Рекин действительно подолгу живал в Ингуальде, и кто знает, какие отношения связывают его с Кристин.
   – Быть может, моя помощь будет не лишней.
   – У Кристин Ингуальдской остались земли, замок и друзья, которые помогут ей удержать его, – лицо Маэларского расплылось в широкой улыбке. – Впрочем, благородная дама, я полагаю, не откажется от встречи со старым знакомым.
   Лаудсвильский благодарно кивнул. Маэларский указал ему на свободное кресло, решив, что от назойливого владетеля избавиться будет не так-то просто.
   – Я слышал, что Брандомский заявил о своих правах на Ожский замок.
   – У замка есть законный хозяин, – отрезал Эйрик. – Бьерн поторопился.
   Рекин сочувственно вздохнул:
   – У Брандомского всегда были длинные руки и короткая совесть.
   Маэларский недоверчиво покосился на гостя. Знай он эту серую змею немного поменьше, наверняка поверил бы ему, уж очень искренним сочувствием светилось некрасивое лицо Лаудсвильского.
   – Человек я одинокий и небогатый, но готов помочь родственнице, попавшей в беду.
   Маэларский решил, что Рекин приехал свататься, и едва не расхохотался от собственной догадки – ну, Лаудсвильский, ну, хват.
Впрочем, Ингуальд действительно лакомый кусок, и, надо полагать, недостатка в женихах у Кристин не будет. Рекин как всегда почуял добычу раньше остальных. Маэларский не пожелал бы Кристин такого мужа, но решать придется ей самой, а кто поймет сердце женщины, дважды овдовевшей за столь короткий срок.
   Появление дам прервало затянувшееся молчание. Лаудсвильский рассыпался в комплиментах, хотя и косился при этом смущенно на Данну, но та, видимо, не собиралась напоминать владетелю об их последней встрече. Благородный Рекин ожил и даже осмелился пошутить пару раз. Впрочем, на его шутки откликнулась только Кристин, которой встреча с Лаудсвильским напомнила о куда более спокойных временах.
   – Владетель Рекин предлагает тебе помощь, благородная госпожа, – сказал Маэларский.
   Лаудсвильский скромно опустил глаза и только рукой махнул в ответ на слова благодарности, произнесенные Кристин. Эйрик все более удивлялся поведению незваного гостя. Лаудсвильский вдруг выразил желание провести эту ночь в Ожском замке, сославшись на усталость. Данна в ответ равнодушно кивнула головой, не замечая сигналов, которые подавал ей Эйрик. Маэларскому волей-неволей пришлось уступить желанию настырного владетеля, уж коли хозяйка не возражала. Он без особой радости отдал приказ оруженосцу Тейту, разместить гостей. Тейт, выполнявший в отсутствие Густава обязанности коменданта, только вздохнул в ответ – замок Ож и без того был переполнен людьми.
   Владетель Лаудсвильский явился в гости с большой свитой. И хотя дороги Приграничья были небезопасны, такое обилие охраны Тейт считал чрезмерным. А еще говорят, что благородный Рекин человек бедный. Надо полагать, содержание такой дружины влетает ему в приличную сумму. Впрочем, не дело Тейта считать деньги во владетельской казне, хотя размещать всю эту свору приходится именно ему.
   Тейт обошел караулы на стенах и остался доволен – часовые помнили о службе. Правда, его слегка удивило присутствие на стене Хафтура, командира дружины Лаудсвильского. Хафтур дружески хлопнул старого воина по плечу и предложил выпить за встречу. Тейт не считал лаудсвильца своим другом, но и врагами они не были, поэтому он согласился с предложением старого знакомого.
   Воины двух дружин, Лаудсвильского и Маэларского, оказавшись в чужом замке, времени зря не теряли – стол был заставлен закусками и брагой. Тейт не стал протестовать против такого времяпрепровождения. Дружеская пирушка – не помеха службе, надо же людям ночь скоротать. Лишь бы не передрались во время пира.
   К неудовольствию старого воина, обстановка за столом быстро накалялась – нордлэндцы вели себя вызывающе. Хафтур, вместо того, чтобы успокоить своих людей, стал задирать Тейта. Далее терпеть такое положение, не роняя своего авторитета перед дружинниками, было уже невозможно. Выпивка выпивкой, но и правила приличий следует соблюдать.
   – Языком молоть – не мечом махать, – сказал Тейт, спокойно глядя в пьяные глаза Хафтура. – Приграничье всегда било Нордлэнд в открытой драке.
   – За вас дрались меченые, – вмешался в разговор Эрлинг, грузный и рослый воин Лаудсвильского.
   Пьяная улыбка Эрлинга не понравилась Тейту, а слова нордлэндца вызвали бурю возмущения среди дружинников Маэларского. Перебранка грозила перейти в настоящее побоище, и Тейт поспешил разрядить обстановку.
   – Я многое могу простить гостю, – сказал он спокойно, – особенно за чаркой. Выпьем за то, чтобы как можно меньше нашей крови проливалось и на полях Нордлэнда, и на полях Приграничья.
   Слова Тейта вызвали всеобщее одобрение и, казалось, примирили спорщиков.
   – А я предлагаю выпить за гибель проклятых меченых, пусть горят их души в аду, – Хафтур высоко поднял кубок и вызывающе оглядел присутствующих.
   Воины притихли, ожидая, что скажет Тейт. Старый воин решительно поставил наполненный до краев кубок на стол.
   – Я сражался и против меченых, и вместе с мечеными, – сказал он, в упор глядя на Хафтура, – не скажу, что я желал им добра при жизни, но срамить мертвых не хочу.
   Шум одобрения пронесся по залу. И не только дружинники Маэларского поддержали Тейта.
   – Разве меченые не были нашими врагами? – удивился Эрлинг. – И разве твой хозяин, ярл Гоонский, погиб не от их рук?
   – На все воля Божья, – сказал Тейт хмуро. – Теперь уже некому мстить за эту смерть.
   – Убийцы погибли, но их чертово семя осталось, и вы охраняете их в этом замке, – возразил Хафтур.
   Тейт решительно поднялся с места:
   – Я не считаю Тора Нидрасского виновным в гибели ярла Эйнара и уж тем более не буду мстить его детям.
   – Ладно, – неожиданно примиряющее сказал Хафтур. – Мстить или не мстить, это решать нашим владетелям, а мы будем честно служить тем, кто нам хорошо платит. За наших владетелей – Лаудсвильского и Маэларского.
   Тейт с удивлением отметил, что Хафтур не так пьян, как хотел бы казаться, и вообще поведение нордлэндцев выглядело довольно подозрительным. Непонятно, зачем Хафтур затеял разговор о меченых в замке их погибшего капитана. Тейт подозвал Ингвара, он показался ему трезвее других, и приказал проверить караулы на стенах.
   – Ожский замок – лакомый кусок, – сказал Хафтур, глядя в спину уходящего Ингвара странным взглядом, – всякий владетель мог бы гордиться таким логовом.
   Эрлинг поднялся со своего места и, пьяно пошатываясь, вышел из зала. Его уход сразу вслед за Ингваром не понравился Тейту. Ему показалось даже, что Эрлинг покинул пир не по своей воле, а повинуясь взгляду командира.
   – Здоровый бугай, а на выпивку слаб, не то, что мы с тобой, старый товарищ.
   Тейт угрюмо посмотрел на командира нордлэндцев. По ведение Хафтура было подозрительным, с какой стороны ни посмотри, а его кривая улыбочка и вовсе пугала старого воина.
   – Пожалуй, я тоже пройдусь, – сказал Тейт, тяжело поднимаясь из-за стола.
   – Негоже хозяину покидать гостей во время пира.
   – В этом замке я такой же гость, как и ты.
   – Я пойду с тобой, – Хафтур обнял Тейта за плечи. – В Ожском замке делают крепкую брагу.
   Тейт решительно двинулся к выходу. Чувство беспокойства не покидало его. Ингвар давно уже должен был вернуться, да и Эрлинг куда-то неожиданно запропал.
   – Чудная ночь, – вдохнул полной грудью воздух Хафтур, – и тихая на редкость.
   – Не такая уж она тихая, – возразил Тейт, тревожно вглядываясь в темноту и вслушиваясь в несущийся от ворот шум.
   – Жаль, что ты слишком рано вышел из-за стола – пожил бы подольше.
   Тейт резко обернулся, но отбить удар не успел. Хафтур рассчитал все точно: старый воин мешком повалился на землю, хрипя пробитым горлом. Хафтур вытер кинжал об одежду убитого, сунул два пальца в рот и пронзительно свистнул. Ему ответили от ворот точно таким же свистом.
   Эрлинг и его подручные оказались не менее проворными людьми. Хафтур развернулся на каблуках и спокойно направился к дому, где веселье было в самом разгаре. Командира лаудсвильцев встретили радостными возгласами. Какой-то в конец опьяневший дружинник Маэларского потянулся к нему с кубком, расплескивая брагу по столу. Хафтур нанес ему короткий удар ребром ладони по шее, воин слабо охнул и уткнулся лицом в стоящее перед ним блюдо с мясом. В зале наступила мертвая тишина, а затем взрыв негодования потряс стены. Дружинники Маэларского схватились за оружие, началась невероятная свалка.
   – Кончайте их, – крикнул Хафтур своим людям. Однако оказалось легче сказать это, чем сделать. Маэларцы очухались довольно быстро. Осыпая нордлэндцев градом ругательств, они не забывали и о мечах. Пролилась первая кровь, лаудсвильцы стали медленно отступать к выходу. Хафтур встревоженно оглянулся на двери. То ли Эрлинг запоздал, То ли Хафтур поторопился, но со двора пока не доносилось ни звука. Торопливость командира могла дорого обойтись подчиненным. Озверевшие маэларцы, круша столы и чужие головы тяжелыми мечами, неудержимо рвались вперед. К счастью, вбежал наконец Эрлинг и крикнул что-то неразборчиво, но и без того Хафтуру все стало ясно – во дворе послышался топот коней, крики о помощи, звон оружия. Видимо, ожские дружинники не все ушли с Густавом в Хаар и теперь пытались оказать сопротивление нападавшим.
   – Бросайте оружие, – крикнул Хафтур маэларцам. – Владетель Брандомский уже в замке.
   Маэларцы сгрудились у дальней стены и растерянно переглядывались. То, что Хафтур говорит правду, сомневаться не приходилось, достаточно было выглянуть в окно, чтобы убедиться в этом.
   – А что будет с нами? – спросил кто-то неуверенно.
   – И где владетель Эйрик?
   – Никто не тронет ни вас, ни вашего владетеля, – ухмыльнулся Хафтур, – нам нужны только щенки меченых. Хватит плодить дьявольское семя.
   Воины нехотя побросали оружие, Хафтур вздохнул с облегчением: слава Богу, здесь все закончилось удачно.
   Но Ожский замок продолжал сопротивляться: звон оружия становился все громче, да и крики усиливались. Встревоженный Хафтур выскочил во двор. Владетель Брандомский стоял неподалеку, сжимая в руках меч. В свете факелов улыбка на его лице напоминала волчий оскал. Лаудсвильский что-то кричал воинам, осаждавшим господский дом. Из дома послышался треск автоматной очереди, и Брандомский расстроенно крякнул. Судя по всему, не все это чертово оружие меченые унесли с собой в Суранские степи, кое-что Эйрик оставил себе.
   – Придется поджигать, – расстроенно произнес Лаудсвильский.
   Брандомский бросил на владетеля рассерженный взгляд – он уже считал замок своим. Рекин в ответ только плечами пожал. Свое дело он сделал, теперь очередь за благородным Бьерном.
   – Щенки в доме? – обернулся Бьерн к Лаудсвильскому.
   – И женщины тоже, – вяло отозвался тот.
   – Черт с ними, с женщинами, ты мне щенков подай.
   – Владетель Маэларский человек упрямый, – негромко заметил Рекин, – так просто он их не отдаст.
   Брандомский перехватил поудобнее меч и, не обращая внимание на летящие стрелы, двинулся к дому, где бестолково суетились его дружинники. Лаудсвильский последовал за озверевшим владетелем, стараясь держаться в тени и подальше от смертоносных окон.
   – В доме наверняка есть подземный ход, – сказал Хафтур. – Ищи их потом по всему Ожскому бору.
   – Лишние хлопоты для владетеля Бьерна, – ехидно улыбнулся Рекин.
   – Заряд под дверь, – крикнул Брандомский своим воинам.
   Воины окружили дом и открыли стрельбу из арбалетов по окнам. Под их прикрытием заряд удалось установить. Взрыв оглушил Рекина, и он запоздало присел у стены. Брандомский оскалил зубы:
   – И мы кое-что умеем, владетель.
   Воины гурьбой ринулись в образовавшийся проем. Там их, видимо, уже поджидали – послышался звон мечей и хрипы раненых. Коротко ударил автомат и тут же смолк, словно захлебнулся кровью. Хафтур взмахнул рукой, собирая своих людей, и повел их на помощь брандомцам. Однако их помощь не понадобилась. Почти у самых дверей Хафтур наткнулся на мертвого владетеля Маэларского. В руках благородный Эйрик продолжал сжимать ненужный уже автомат, а из его шеи торчала оперенная стрела. Рядом с владетелем лежали еще несколько дружинников, изрубленных озверевшими от крови брандомцами.
   – Все ушли, никого здесь нет, – послышался снизу расстроенный голос.
   Хафтур посторонился, пропуская взбешенного Брандомского. Бьерн склонился над люком и втянул раздувающимися ноздрями затхлый воздух. Эйрик Маэларский как был дураком, так им и остался. Мог ведь уйти сам, но предпочел подохнуть на пороге чужого замка, защищая детей своих врагов.
   – Теперь они уже далеко, – сказал Рекин, наклоняясь к люку.
   Брандомский только выругался в бессильной злобе.



   Бес осторожно раздвинул ветки и поудобнее устроился на толстом суку одинокого старого дуба. С этого холма был очень хороший обзор. За утренней туманной дымкой, с трудом, но все же можно было различить громаду Ожского замка – его, Беса, замка, как говорила Данна, а в справедливости ее слов он и не думал сомневаться. Сам Бес помнил замок смутно. Самым ярким его воспоминанием была ночь их бегства, страшная и непонятная ночь. Отца своего Бес не помнил, тот погиб в Суранских степях, и за его смерть еще предстояло мстить. Как и за смерть Эйрика Маэларского, которого Бес помнил почему-то очень хорошо. Данна считала, что Ожский замок необходимо вернуть, хотя Бесу он совсем не нравился. Зачем нужна эта груда серых камней, когда можно жить в зеленом лесу, среди привычного с детства окружения? Но раз так хочет его мать, то Бес, конечно, вернет ей этот замок и отомстит его нынешнему владетелю Бьерну Брандомскому за смерть веселого владетеля Эйрика.
   Но сейчас у Беса были другие заботы. Он вложил два пальца в рот и свистнул. Чуть в стороне, у подножия холма, зашевелились кусты, и на поляну выехал Ара, держа в поводу вороного коня Беса. Ула, как и положено по уставу, держалась чуть позади, с арбалетом в руках, защищая спину своего ведущего. Бес вздохнул, его спину защищать было некому. Он был единственным, не имевшим такой защиты, если не считать Ульфа. Но Ульф не был меченым. Бес отправился в дальнюю разведку с тайной надеждой найти подходящую девчонку и перестать наконец быть белой вороной среди друзей. Молчун Кон недавно проговорился, что меченые раньше воровали девушек в окрестных селениях. Кону можно было верить, он жил уже много лет и все обычаи меченых знал очень хорошо. Бес поделился своими планами только с Арой, но его самый близкий товарищ вдруг усомнился, что подобное приобретение одобрят молчуны. Девчонка эта не будет меченой, а значит, ей не позволят жить в лесу.
   – Данна тоже не меченая, и Кристин, и Рея, и все наши матери.
   – А ты откуда знаешь? – спросил Ара.
   – Знаю и все. Ульф тоже не меченый, – привел он свой последний аргумент.
   – Ульф свой, а девчонка так и останется чужой.
   Бес только рукой махнул. Ара славился упрямством, и спорить с ним было бесполезно. И конечно Ара проболтался о намерениях Беса Уле, вот почему та всю дорогу бросала насмешливые взгляды.
   – Все чисто, – сказал Бес и легко спрыгнул с дерева.
   – Поедем к замку? – спросил Ара, глядя при этом не на Беса, а на Улу.
   – К замку мы не поедем, – сказал Бес, скрывая досаду. – Устроимся у дороги, наверняка кого-нибудь прихватим.
   – Например, красивую девчонку тебе под пару, – Ула стрельнула в сторону Ары зелеными глазами и обидно засмеялась.
   И уж совсем верх бесстыдства – Ара подхватил ее смех. Друг называется. Подобного предательства Бес вынести не мог, он огрел коня плетью и помчался сквозь кусты к дороге. Ара с Улой скакали следом, и Бес нисколько не сомневался, что они пересмеиваются за его спиной. Ара в последнее время здорово переменился. Заискивать перед девчонкой! Единственным оправданием для Ары служило то, что заискивал он перед Улой, а свою сестру Бес уважал и побаивался ее острого языка. В последнее время они стали подшучивать над Бесом совместно, что было уж совсем обидно. Ну и пусть. А Бес своего решения не изменит. Уж он-то найдет себе девчонку, будь здоров, не хуже Улы. Стреляла она правда, неплохо, но на мечах уступала и рыжей Агнесс, и Рее. Рыжая Агнесс особенно нравилась Бесу. Это была рослая веселая девчонка, с которой можно было смело пускаться в любую сечу. Какое-то время Бес даже носился с мыслью отобрать Агнесс у Зуба, но, получив от матери изрядный нагоняй, на время смирился со своей участью. Бес остановил коня у края дороги и огляделся. Эти кусты вполне годились для засады. Приученный конь легко опустился на землю. Бес удобно устроился на животе, проделав в густом кустарнике щель для наблюдения за дорогой. Ула с Арой расположились рядом и о чем-то перешептывались. Смеяться они перестали. Солнце все выше поднималось на небосклоне, становилось довольно жарко, спину изрядно припекало, но Бес терпеливо лежал на траве, до боли в глазах вглядываясь в пыльную дорогу. Как на грех, за несколько часов ожидания никто так и не появился в поле его зрения.
   – Нужно было устроить засаду у крепости храмовиков, – негромко сказал Ара, – наверняка кого-нибудь да схапали.
   – А девушка? – прыснула Ула. – Девушек-то в крепости нет.
   Бес сжал зубы и даже не обернулся на ехидное похихикивание за спиной. Он терпеливо лежал под жарким летним солнцем, вяло отмахиваясь от наседающего гнуса и тихонько поругивая себя за глупость.
   Ула внезапно подняла голову и сделала знак своим спутникам, призывая их к осторожности. Бес напряг слух и уловил отдаленный топот копыт. Он бросил торжествующий взгляд на Улу и придвинул поближе арбалет. Топот становился все громче, и по клубам пыли над дорогой можно было определить, что приближается целая группа всадников. Бес тщательно прицелился. Всадников было шестеро, они плотным кольцом окружали карету, запряженную парой хорошо откормленных коней. Бес плавно потянул крючок арбалета. Ближайший всадник схватился руками за пробитое горло и закачался в седле. Ула и Ара тоже не промахнулись: еще два всадника рухнули на пыльную дорогу. Бес пронзительно свистнул и бросился к своему коню. Уцелевшие всадники лихорадочно рвали мечи из ножен, на их лицах был написан ужас и смятение. Кучер кареты, отчаянно ругаясь, размахивал хлыстом. Бес первым вылетел на дорогу, вычерчивая круги над головой короткими мечами. Конь с ходу ударил грудью ближайшего к нему всадника с гербом владетеля Брандомского на щите. Брандомец не удержался в седле и грохнулся на дорогу, криком призывая на помощь своих товарищей. Однако уцелевшие брандомцы не стали искушать судьбу и, нахлестывая коней, бросились прочь от опасного места. Ара на своем красавце-жеребце без труда достал одного из них и коротким взмахом меча раскроил ему череп. Второй, более проворный, свернул с дороги и ринулся через придорожные кусты к лесу. Ара и Ула поскакали за ним следом.
   Бес легко настиг карету и прямо из седла прыгнул на спину ближайшей лошади. Кучер сгоряча махнул хлыстом. Бес перехватил длинный хлыст и рванул на себя, кучер полетел под колеса бешено несущегося экипажа. Раздался короткий вскрик, карета подпрыгнула, накренилась и едва не опрокинулась. Бес с трудом остановил хрипящих взбесившихся коней.
   Успокоив буйную гнедую пару, Бес с облегчением перевел дух и спрыгнул на землю. Дверца кареты не поддалась его усилиям, и рассерженный меченый с руганью рванул ее на себя. Видимо, в этот раз усилие было чрезмерным, дверца поддалась неожиданно легко, и он с трудом устоял на ногах. К удивлению Беса карета оказалась пустой. Зато на противоположной стороне дороги зашуршали кусты. Бес, не раздумывая, метнулся на шум и без труда настиг беглянку. Он схватил ее за длинные развивающиеся волосы и рывком повалил на землю. Беглянка закричала от ужаса и неожиданно показала паскудный характер. Бес мгновенно отдернул руку, но следы острых зубов все-таки остались на коже. Он помахал рукой в воздухе, морщась от боли.
   – Дура, – выругался он. – Кусается еще.
   Девчонка была едва ли на год старше Беса, рослая и крепкая, с большими серыми глазами на бледном, почти нетронутом загаром лице. Таких белокожих и румяных Бесу видеть еще не доводилось. Кричала она без перерыва, и он уже пожалел, что вообще с ней связался.
   – Хватит орать, никто тебя убивать не собирается. Девчонка поправила разодранную юбку и отодвинулась от Беса подальше. Ноги у нее тоже были на редкость белые, так что даже резали глаз. Конечно, можно было бы и не смотреть, но почему-то хотелось. Он присел на корточки в двух шагах от нее и на всякий случай убрал руки подальше – кусалась пленница как ожская волчица.
   – Чего уставился? – вызывающе спросила девчонка, хотя в больших глазах ее был испуг.
   – Ты красивая, и ты мне нравишься, – сказал Бес.
   – Дурак, – обругала его невесть за что девчонка и по чему-то покраснела.
   Бес скорее удивился, чем обиделся, по его мнению ничего глупого он не сказал.
   – Тебя как зовут? – спросил он после недолгого молчания.
   – Не твое дело.
   Это было сказано не слишком вежливо, но Бес решил не обращать внимания на подобные мелочи.


скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44

Поделиться ссылкой на выделенное