Сергей Шведов.

Черный колдун

(страница 2 из 44)

скачать книгу бесплатно

   Рыжий тронул коня, Агнесс, сидевшая у него за спиной, обернулась и помахала Тору рукой. Тор хотел ответить ей тем же, но не успел: на крыльцо выскочил Бес и, увидев отца, издал радостный вопль. Но, похоже, этим воплем и была исчерпана радость семьи по поводу возвращения главы. Данна бросила на мужа острый взгляд из-под сердито сдвинутых бровей и отвернулась. Это было уж слишком, но капитан сдержал себя. Бес, черноволосый в мать мальчишка, оседлал ногу отца и раскачивался в свое удовольствие. Имя ему дали молчуны, но это было тайное имя, и никто кроме матери, по древнему обычаю меченых, этого имени не должен был знать. Зато прозвище, данное теми же молчунами, к большому неудовольствию Данны, как нельзя более подходило шустрому мальчишке. А вот дочери имя дал сам Тор и, кажется, угодил жене. Ула, годом старше Беса, была спокойной девочкой, похожей на отца, такой же светловолосой и зеленоглазой. Тор любил дочь, пожалуй, больше сына, но никогда и никому не признался бы в этом.
   Вошел Ульф, семилетний, не по годам мрачный мальчик, брат по матери, незаживающая рана Тора Нидрасского. Ульф с годами все больше походил на своего отца, а может быть, это только казалось Тору, стремившемуся забыть ту страшную ночь. Ульф, кажется, чувствовал холодок в отношении к себе старшего брата и предпочитал держаться от него в отдалении. Мальчик не был меченым и уже начал осознавать свою обособленность в Башне. Тор собрался было отправить его к Эйрику Маэларскому, но Данна воспротивилась, и он махнул на это дело рукой.
   – Рэм искал тебя, владетель Тор.
   – Сколько раз тебе говорить, что здесь я не владетель, а капитан Башни.
   Ульф упрямо засопел, но ничего не сказал. Бес бросил на отца встревоженный взгляд.
   – Ты сначала сам разберись, кто ты такой, а уже потом ребенка учи, – вмешалась Данна.
   Тор раздраженно фыркнул и опустил сына на пол. Бес обиделся, отошел в угол к Ульфу и оттуда бросал на отца рассерженные взгляды. Тор поднялся, нацепил мечи и, не сказав никому ни слова, вышел. Улица была пустынной, и только на обочине копошились в пыли равнодушные ко всему куры. Проходя мимо, Тор с наслаждением подцепил одну из них сапогом.
   – Воюешь, капитан, – Рэм, тяжело дыша, нагонял Тора.
   – Устроили тут курятник! Докладывай.
   – Чирс прислал человека.
   Наконец-то! Тор уже начал терять надежду, что загадочный горданец когда-нибудь объявится.
   – Чирс назначил нам встречу в старом заброшенном городе.
   – А дорогу мы туда найдем?
   – Найдем, – не очень уверенно сказал Рэм. – В крайнем случае пленник нам поможет. Он наверняка знает в этих местах каждую тропку.
   – Знать-то знает, но неизвестно, куда он нас по этим тропам заведет.


   Тор собрал совет Башни вечером следующего дня.
Вопрос предстояло решить сложный, и он не строил иллюзий, что все пройдет гладко. Рыжий в принципе не возражал против встречи с Чирсом. Рано или поздно Башне придется столкнуться с Храмом, и лишняя информация не помешает. Вопрос: можно ли доверять горданцу?
   – Пока он нас не подводил, – заметил Волк, третий лейтенант Башни.
   – Нам нужна помощь в борьбе с вохрами, – поддержал Волка Ара, – а без огненных стрел Чирса в Южные леса лучше не соваться.
   – Никто не знает, сколь весомо слово Чирса в Храме, – не сдавался Рыжий. – Прежде чем разговаривать с чужаками, нужно построить каменную Башню.
   – Если мы не причешем вохров прямо в их гнездах, Башню придется строить ближе к Приграничью, возможно даже на старом месте, и тогда прощай новые земли.
   – Ара прав, – энергично рубанул рукой воздух Волк, – если Храму нужен выход к Большой воде, то он заинтересован в строительстве Башни не меньше нашего.
   – Чирс тоже так говорит, – заметил Рэм.
   – А «глухари»? А нападение на обоз? – напомнил Рыжий. – Если Храм так заинтересован в союзе, то почему не шлет своих послов?
   – Возможно, они просто обнюхивают нас.
   Тор помалкивал, давая лейтенантам возможность высказаться. Старик Сет тоже не спешил обнародовать свое мнение, хотя, если судить по глазам, разговор не был ему безразличен. Два ближайших помощника главного молчуна, Герс и Кон, неподвижными глыбами нависали над столом, и по их каменным лицам трудно было определить, волнует их поднятая проблема или нет. Герс и Кон были на первых ролях среди окружавших Чуба молчунов, и про Чирса они наверняка знали больше лейтенантов. Тор не доверял ни тому, ни другому: кровь Лося, Леденца и Жоха на руках этих молодцов. Время от времени он ловил на себе их враждебные взгляды и отвечал им тем же. Молчуны пошли за Тором, когда меченые признали его своим капитаном, но вряд ли их отношение к мятежнику коренным образом изменилось с тех пор.
   – Надо полагать, Чирс не случайно назначил эту встречу, наверняка у него есть важное сообщение для нас, – сказал Ара. – Ехать надо, хотя, быть может, и не Тору.
   – Речь не о Чирсе, – поморщился Рыжий, – речь о Храме. Построим Башню, и тогда нам что черт, что храмовик – все едино.
   – Людей мало, – покачал головой Волк. – Степняков работать не заставишь.
   – Заставлю, – пообещал Рыжий. – Дай срок.
   – Вряд ли сейчас стоит ссориться с соседями, – покачал головой Волк, – две тысячи сабель – сила немалая.
   Ара презрительно скривил губы. Степняков он за воинов не считал, обычные мужики с саблями в руках.
   – Проблема не в том, какие они воины. Даже разбив их в сражении, мы ничего не выигрываем. Они скотоводы: соберут стада, и поминай, как звали. Это тебе не лэндовские мужики, которые без клочка своей земли протянут ноги. Проще заплатить им за помощь железом и оружием.
   – Ты им дашь мечи, а они тебе этими мечами глотку перережут.
   В словах второго лейтенанта была своя правда: даже лэндовские мужики порой теряли привычное терпение и брались за вилы, а уж со степняками и вовсе ухо следовало держать востро.
   – Башню мы будем строить, – сказал Тор. – Я с этих земель не уйду, даже если Храм откажет нам в помощи. Оружие степнякам мы дадим, но не слишком много и не лучшего закала. Сурок подготовил чертежи и нашел камень. Возить камень, правда, далековато, но тут уж ничего не поделаешь.
   Тор обвел присутствующих вопросительным взглядом – возражений не последовало.
   – На встречу с Чирсом я возьму Ару и Рэма, а также два десятка меченых и десяток суранцев. Если будет такая возможность, то прогуляемся до самого Храма, но вам здесь расслабляться не следует.
   – Смотри, Тор, – предостерег Рыжий, – с огнем играем.
   – Бог не выдаст – свинья не съест, – успокоил его Ара.
   – С вами поедут Герс и Кон, – своими словами Сет продемонстрировал солидарность с капитаном.
   – Два молчуна – не мало ли? – осторожно усомнился Рыжий. – Неизвестно, с чем им придется столкнуться.
   Тор усмехнулся про себя: Рыжий опасался молчунов и не хотел, чтобы их влияние возрастало в отсутствие капитана Башни. Понял это Сет или нет, но возражать первому лейтенанту не стал:
   – С Герсом и Коном поедут еще трое.
   Решение было принято, и лейтенанты, перебрасываясь на ходу шутками, покинули капитанский сруб. За ними ушли Герс и Кон, но Сет остался. Тор догадался, что предстоит серьезный разговор, и что старик скажет ему то, чего не обязательно знать лейтенантам Башни.
   – Ты правильно сделал, выбрав себе в спутники меченых, но, может быть, ты ошибся относительно суранцев.
   – Суранцы до сих пор честно выполняли свой долг, – удивился Тор, – вряд ли их можно заподозрить в коварстве.
   – Я не о том, – досадливо поморщился старик, – Тебе предстоит не обычный поход, а скорее прыжок в неизведанное, и я не уверен, что суранцы готовы к такому прыжку. Все, что мы знаем о Храме, а знаем мы не так мало, позволяет предположить, что его служители используют не совсем обычные методы воздействия на людей.
   – Но, кажется, для вас, молчунов, подобные методы не являются новостью.
   Сет пристально посмотрел на капитана и кивнул головой:
   – Мы применяем нечто похожее в борьбе со стаей.
   – А люди?
   – Если ты имеешь в виду меченых, то наши методы бессильны против вас. Ты слышал поговорку: меченый убивает мечом, а вохр взглядом?
   – Слышал, но, честно говоря, не совсем уяснил ее суть.
   – Вохры появились у наших границ давно, но ни в одной из древних книг мы не нашли даже намека на их существование. Значит, они продукт чудовищных катаклизмов, которые произошли на нашей планете много веков назад.
   – Я плохо себе представляю тот прошлый, погибший мир, – признался Тор.
   – Это наша вина: мы слишком тщательно оберегаем свои тайны. Первые упоминания о вохрах мы встречаем в хронике Башни более четырех сотен лет назад.
   – Неужели так давно? – удивился Тор.
   – Да, – усмехнулся Сет. – После страшной катастрофы наш уцелевший мирок откатился назад, словно под воз действием ударной волны, а потом застыл в полной неподвижности на долгие годы. Хроники меченых – это бесконечные описания кровавых побоищ, предательств, тайных убийств и отчаянной стойкости сыновей Башни. Вохры, вожаки, псы, монстры, о которых мы сейчас знаем только по старинным хроникам, – все эти твари с завидным постоянством и настойчивостью рвались в Приграничье и далее – в Лэнд. Башня на протяжении веков теряла своих воинов после встреч со стаей – сила, исходящая от вохров, разрушала их мозг.
   – Но я сам дрался с вохрами, – возразил Тор, – и жив, как видишь.
   – Это потому, что ты меченый. Ярл Гоонский поздно понял свою ошибку, но все-таки у него хватило ума ее понять. Он заключил с нами договор и не дал истребить меченых, а вы с детских лет участвовали в обороне Змеиного горла.
   – А почему сила вохров безвредна для меченых?
   – В жестокой схватке с монстрами выживали лишь те, кто мог им противостоять. Эти люди давали потомство, которое наследовало замечательные качества своих отцов. Отсюда родилось понятие «меченый». Нельзя было потерять даже одного такого воина.
   – Но ведь женщины рожали не только мальчиков?
   – В Приграничье немало людей, в той или иной мере унаследовавших свойства меченых от своих матерей, дочерей Башни. Когда Башня была в силе, мы отслеживали таких младенцев и в случае необходимости возвращали их за каменные стены. Теперь ты понял, почему я не доверяю суранцам Рэма?
   – Ты считаешь, что Храм воздействует на людей подобно вохрам?
   – Да, но более изощренно, не убивая, а порабощая их.
   – Ты рассказал мне, как получаются меченые, но скрыл, откуда берутся молчуны.
   – Способностью воздействовать на чужой мозг обладают в той или иной мере все люди, иногда во благо, чаще во зло. Мы научились находить наиболее способных еще в младенчестве и развивать их качества соответствующим образом. Мы нужны были Башне, и мы появились.
   – Отец моей жены был горданцем… – неуверенно на чал Тор.
   Сет с готовностью кивнул головой:
   – Он многому научил свою дочь, когда она еще не соображала, чему ее учат. Мне кажется, что горданцы от природы обладают некоторыми качествами, которые отличают их от других людей. Хотя, не исключено, что эти качества привнесены искусственно, а потом закреплены в потомках.
   – А мои дети?
   – Мальчик унаследовал способности деда в большей степени, чем девочка.
   – Я не хотел бы, чтобы об этом судачили в Башне.
   – С нашей стороны утечки не будет, – сверкнул вдруг по-молодому глазами Сет, – Этот мальчик примирил тебя с молчунами, Тор, хотя ты этого, кажется, не заметил.
   Тору эти слова Сета не понравились, но он не стал выставлять свои чувства напоказ. Молчуны были частью Башни, но частью ущербной и, наверное, остро чувствовали свою обособленность и неполноценность. Противостояние Чуба и Драбанта во многом было продиктовано именно этим обстоятельством.
   – Ты слышал прежде о Гордане?
   – Упоминания об этом городе встречаются в хрониках меченых, причем с давних времен. Пленные кочевники называли горданцев колдунами и повелителями молний. Я встречался когда-то с отцом твоей жены Ахаем, он производил впечатление очень сильного человека. Духи приняли его как брата. Я думаю, тебе следует поговорить с Данной, возможно, она расскажет тебе больше, чем рассказала мне.


   – Мы уезжаем, – просто сказал Тор и по тому, как побледнело лицо женщины, понял, что она вполне разделяет его тревогу.
   Данна крепко ухватила его за руку и произнесла только одно слово:
   – Идем.
   – Зачем?
   – Так надо.
   Данна не любила долгих объяснений и предпочитала словам жесты, короткие и повелительные. Такая манера общения раздражала Тора, но бывали минуты, когда он не находил в себе силы противостоять ей. Ночь была звездной и лунной, но Тор то и дело спотыкался в темноте, отчаянно ругаясь про себя. Данна видела в темноте как кошка – ночь была ее стихией, и Тор невольно робел перед ней в такие минуты. Какие-то неведомые силы порой поднимались из глубин ее существа, одновременно притягивающие и отталкивающие Тора. Широко распахнутые миру, черные, словно сотканные из тьмы, глаза этой женщины могли, казалось, видеть не только прошлое, но и будущее. Сила этих глаз завораживала Тора, и хотя он боролся отчаянно, устоять ему удавалось далеко не всегда.
   Постепенно его глаза привыкали к темноте, и ночь уже не казалась такой беспросветно черной. Они миновали ворота Башни, где растерявшийся Сизарь хлопал удивленно глазами и долго при свете чадящего факела копался с тяжелыми запорами. Тор подосадовал и на себя, и на Данну. Теперь Сизарь разболтает о ночной прогулке капитана всей Башне, и долго еще потом местные кумушки будут шептаться о таинственной Ожской ведьме, околдовавшей Тора Нидрасского. Данна держалась особняком от остальных женщин Башни, и только Кристин, жена Ары, частенько бывала у них дома, но что связывало этих столь разных женщин, Тор не знал, да и не стремился узнать. Так или иначе, но Данну за глаза в Башне называли ведьмой. Тор не раз слышал шепот у себя за спиной, когда им случалось на людях появляться вместе. Это не способствовало повышению его авторитета, но, в конце концов, меченым к колдунам не привыкать, живут же в Башне молчуны, пусть поживет и ведьма.
   А Данна шла все дальше и дальше от деревянных стен поселка, уверенно выбирая дорогу, пока, наконец, не вывела Тора на берег Сны.
   – Ну и зачем мы сюда пришли, – недовольно пробурчал Тор, озираясь по сторонам.
   – Зажигай костер, – приказала Данна.
   Тор огляделся вокруг в поисках хвороста и без труда обнаружил его. Данна наверняка побывала здесь днем, и их сегодняшняя ночная прогулка вовсе не была внезапным капризом этой загадочной женщины. Костер загорелся не сразу, но все-таки загорелся, выхватив из темноты пятачок земли перед крутым обрывом. Данна стояла почти на самом его краю, запрокинув голову, и не отрываясь смотрела на сияющие над головой звезды. Тор тоже посмотрел в небо, но ничего любопытного там не обнаружил. Он вздохнул и опустился на землю возле костра. Капитан по опыту знал, что лучше Данне в такие минуты не мешать. Это загадочное молчание всегда его раздражало – что она высматривает среди звезд, какие мысли сейчас бродят в ее голове? Самым умным было бы плюнуть на все и уйти, но он почему-то продолжал неподвижно сидеть у костра и смотреть на женщину. Данна вдруг повела головой, тугая волна волос упала ей на лицо, она одним движением освободилась от одежды и сделала несколько шагов к краю обрыва. У Тора перехватило дыхание. Тело Данны скорее угадывалось в слабых отблесках костра. Она взмахнула руками и прыгнула вниз. Тор охнул и рванулся к обрыву. Он до сих пор боялся воды, и никакая сила не заставила бы его броситься в реку с такой высоты.
   – Прыгай, – услышал он призыв из темноты.
   Тор сбросил одежду и поежился то ли от подступающего страха, то ли от освежающего ночного ветерка. Черная пропасть внизу манила и отталкивала его. Вряд ли он решился бы прыгнуть с этого обрыва днем, но темнота скрадывала расстояние. Капитан закрыл глаза, сделал несколько шагов и стремительно рухнул вниз. Сердце едва не разорвалось в груди, когда разгоряченное тело соприкоснулось с обжигающе холодной водой. Тор, яростно работая ногами и руками, рванулся наверх. Рядом, над блестевшей под лунным светом поверхностью реки, чернела голова Данны. Тору показалось, что жена улыбается. Он с трудом держался на поверхности, беспомощно размахивая руками. Вода попала ему в рот, и Тор злобно отфыркивался, кося на Данну сердитыми глазами. Эта женщина безусловно была безумной, но и он сам недалеко от нее ушел, иначе не кинулся бы столь безрассудно вниз с обрыва. Данна потянула его за собой к противоположному пологому берегу. До него было довольно далеко, Тор вновь ощутил прилив страха и отчаянно рванулся назад. Данна не удерживала его, но и не поплыла следом. Тор поднял голову. Берег нависал над водой крутым уступом, выбраться здесь из реки было попросту невозможно. Он обругал себя за легкомыслие. Плавал Тор плохо и вряд ли мог долго продержаться на воде. А потому следовало, пока не иссякли силы, плыть за этой сумасшедшей.
   К своему удивлению, Тор добрался все-таки до противоположного берега, хотя и порядочно выдохся при этом. Данна уже поджидала его. Отжимая волосы, она искоса посматривала на тяжело дышавшего мужа. Тор готов был поклясться, что она смеется, хотя и не видел выражения ее лица в темноте. Он рухнул молча ничком у ног женщины и с наслаждением вытянулся на горячем песке. Данна опустилась рядом и провела ладонью по его спине. Тор никак не отреагировал на ее ласку, он был сердит и не собирался так просто идти на мировую. Лица Данны он не видел, но по-прежнему был уверен, что она улыбается, глядя на него. Тор резко перевернулся на спину и приподнялся на локтях.
   Так и есть, она действительно смеялась. Это было уж слишком: затащила его в воду, едва не утопила, а теперь еще и откровенно потешается над ним. И это в последнюю ночь перед расставанием, быть может, в последнюю их ночь!
   Он откинулся на спину, закинув руки за голову, и уставился в звездное равнодушное небо. Данна чуть подалась вперед, и Тор ощутил ее дыхание на своем лице. Губы его потянулись к ее губам, но женщина в самый последний момент вдруг отшатнулась и встала. Тор стремительно прыгнул за ней прямо с земли, мгновенно напружинив все мышцы сильного гибкого тела, но промахнулся.
   Данна бежала вдоль кромки воды по песчаному пляжу, широко разбрасывая ноги. Озверевший от обиды и распирающего тело желания, Тор бросился за ней следом. Он почти уже настиг ее, осталось только руку протянуть, но Данна вдруг стремительно рванулась в сторону, и Тор, не удержавшись на ногах, с размаху ткнулся лицом в песок. Это была игра, но игра серьезная, и Тор, задыхаясь от охватившей его ярости, принял ее условия.
   Он все-таки настиг Данну у самого края березового колка и, безжалостно схватив за длинные густые волосы, швырнул на траву. Его глаза утонули в ее глазах, а ее губы с жадностью впились в его губы. Тор зарычал от удовольствия, вдыхая неповторимый аромат ее волос. Упругое тело женщины еще капризно изгибалось в его руках, а ноги уже плотно обхватывали бедра. Данна словно вбирала его целиком, дрожа и задыхаясь от наслаждения и муки…

   Тор лежал на траве, бездумно глядя в небо столь же бездонное, как и глаза женщины, которую он любил, и которая была сейчас рядом с ним. По ее ровному дыханию трудно было понять, спит она или нет. Тору не хотелось поворачивать голову, он просто крепче обнял женщину и притянул к себе, ощущая ее горячее, льнущее к нему тело. Ему хотелось, чтобы так было всегда. Он не удержался и скосил на нее глаза. Данна не спала, правая ее рука нервно теребила медальон, лежавший на груди. Медальон был примечательным: два скорпиона, сцепившись в смертельной схватке, отравляли друг друга смертельным ядом. Данна вдруг приподнялась и села, странно-неподвижный ее взгляд остановился на лице мужа. Тору показалось, что она не видит его в эту минуту. Черные скорпионы вдруг замерцали на ее груди таинственным синеватым светом. Тор схватил медальон с одним горячим желанием: сорвать его с шеи любимой женщины и зашвырнуть куда-нибудь подальше, но Данна удержала его руку. Тор почувствовал, как нагревается металл в ладони. Данна обхватила его руку и не дала разжать кулак. Он ощутил острую боль ожога и застонал. Данна пристально смотрела ему в глаза, словно ждала ответа. И Тор вдруг увидел… Увидел голую равнину, полыхающую ровным странноватым огнем, и черную пирамиду, этим огнем опаленную. Это было похоже на вспышку молнии, осветившую мозг. Видение исчезло, и пораженный Тор выпустил страшный медальон из обожженной ладони. Данна поднесла его руку к лицу и стала осторожно дуть на обуглившуюся кожу. Тор ничего у нее не спросил, а она ничего ему не сказала.
   Возвращались они в Башню уже на рассвете. Заспанный Сизарь хитро покосился на капитана, но не произнес ни слова, и Тор был ему за это благодарен. В свою очередь он закрыл глаза на русую голову и два испуганных глаза, которые выглядывали из бойницы сторожевой башенки. Это было серьезным нарушением дисциплины, но Тору не хотелось почему-то упрекать Сизаря в это утро. Данна крепко держала мужа за локоть и не пожелала его выпустить, даже когда они миновали ворота Башни. Тору оставалось надеяться, что в такую раннюю пору их никто не увидит. Они молча прошли по улице, и лишь на пороге дома Данна вдруг повернулась к нему:
   – Я не знаю, что ты видел, Тор, но это виденное грозит тебе гибелью. Будь осторожен, ради меня.


   – Я говорил, что вся эта затея с Храмом – чушь собачья. Ара зло плюнул под ноги коню. Вот уже вторые сутки они двигались по степи и не встретили пока ни одной живой души. Тор отпил немного тепловатой воды и протянул сосуд товарищу.
   – На, охладись немножко.
   Ара фыркнул, но воду взял. Безлюдье в степи мало тревожило Тора, куда больше его волновало отсутствие воды. Еще один день по пышущей жаром степи, и им придется по-настоящему туго.
   – Должна же нас куда-то привести эта чертова дорога. – Сержант Башни Резвый раздраженно хлопнул плетью по рыжему от пыли сапогу.
   – Эту дорогу тысячу лет назад мостили, – усмехнулся Соболь и покосился на Рэма.
   – Чирс рекомендовал держаться древней дороги, она выведет нас к городу, – нехотя отозвался утомленный беспощадным зноем суранец.
   – Может быть, он имел в виду другую дорогу?
   – Откуда мне знать?! – в голосе Рэма звучало раздражение.
   – Нам следовало двигаться вдоль реки, – высказал свое мнение крепкий задним умом Сизарь.
   – Золотые слова, – усмехнулся Ара, – воды было бы вволю.
   – Должен здесь где-то быть город, – настаивал суранец Сулл, но на его обожженном солнцем лице не было уверенности.
   – Давайте спросим фокусника, – предложил второй лейтенант Башни. – Он-то должен знать.
   Кюрджи напустил на себя таинственный вид и отказался отвечать. Да и вел себя жрец странно: чем дальше они углублялись в степь, тем более несговорчивым он становился, словно ощущал поддержку родных мест.
   – Где вода?! – Ара без долгих размышлений вытянул служителя Великого плетью вдоль спины.
   Кюрджи злобно ощерился в его сторону, но не сказал ни слова.
   – Вздернуть бы его, – вздохнул Сизарь, тоскливо оглядывая голую степь, – да не на чем.
   Замечание Сизаря вызвало дружный смех товарищей. Серьезным оставался один Кюрджи, крылья его крупного носа подрагивали от бешенства.
   – Не шути так со мной, жрец, – Ара помахал перед его лицом плетью. – Прежде чем мы вытянем ноги, я с тебя шкуру сниму.
   Потемневшие от гнева глаза меченого не давали повода усомниться в его словах, а потому Кюрджи сдался:
   – Город недалеко. К вечеру будем.
   – Давно бы так, – усмехнулся Ара.
   – Только вы рано радуетесь, у этой воды сторожа есть.
   – Что еще за сторожа? – удивился Резвый.


скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44

Поделиться ссылкой на выделенное