Елена Сазанович.

Город призраков

(страница 3 из 32)

скачать книгу бесплатно

   Впрочем, одними голословными рассуждениями лектор не ограничился. Он привел блестящий пример. О котором ни я, ни мой друг Вано понятия не имели. Оказывается, что книгопечатание впервые изобрел не Иоганн Гуттенберг. Когда в середине XV века напечатал в Майнце 42–страничную Библию. А некий француз. Который умер еще в XIV веке. Но к несчастью для всего человечества. Сразу же после своего открытия, так и не успев его обнародовать, он убил человека. Которого подозревал в связи со своей женой (при чем его подозрения не оправдались и были основаны лишь на болезненной мнительности ученого, что еще больше отягощало его вину). И его казнили. Его открытию тогда не придали никакого значения. И человечество в своем развитии оказалось отодвинутым на век назад.
   – Безусловно, это была большая потеря для науки! Безусловно! Особенно, когда мы смотрим на это дело спустя столетия. В разрезе истории. И нам этот человек представляется великой личностью своей эпохи. А несчастную жертву преступления мы не видим и не хотим видеть. Поскольку он не представлял никакой ценности для человечества. Это был обыкновенный парень. И мы забываем, что он тоже имел права на жизнь. На полноценную долгую жизнь. Мы закрываем глаза на то, что он стал невинной жертвой, пусть и выдающейся личности. Прошло немало веков. И тем неинтереснее нам становится его смерть. И тем мы больше печалимся о трагичной судьбе ученого. Из-за казни которого, историю отбросило на пару веков назад. Но скажите, дорогие мои земляки! Разве для вас имело бы значение, если бы вы или ваш близкий несправедливо погиб от руки закоренелого преступника или выдающегося человека? Смерть – она всегда смерть. Несправедливая смерть – тем паче. Поэтому несмотря на победы науки. На достижения и открытия. Наш долг не обобщать историю и прогресс. Мы прежде всего должны видеть отдельного человека в этой истории и в этом прогрессе. И никто не имеет права посягать на жизнь ближнего. И в случае совершения преступления знак равенства между закоренелым негодяем и благородной личностью может стоять. К тому же, если учесть, что и жертва могла бы принести пользу обществу. Следовательно… Следовательно буквальный суд, писаные обществом законы справедливы. А высший суд… Он существует независимо от них. И я более, чем уверен, что если бы А. уклонился от наказания, его открытие все равно не принесло бы пользы людям. И рано или поздно его настигло бы божье наказание. Поэтому наш суд на земле ни в коем разе не отделим от суда на небе. Просто он свершается быстрее. А божий суд как бы контролирует, корректирует, упорядочивает его. Но об этом мы поговорим в следующий раз. Спасибо за внимание.
   И лектор, слегка поклонившись, с тем же невозмутимым спокойствием, с которым он обманул всех слушателей (но только не нас с Вано) скрылся за сценой.
   – Ну как? – глаза Модеста Демьяновича блестели во мраке полутемного зала.
   – Блеск, – искренне ответил я.
   – Только что-то я не пойму, – прибавил Вано. – Какое отношение эта тема имеет к вашему городку.
Где никто даже курицу у соседа не сворует. Не то что – убийство. Да еще с такой крайне философской направленностью.
   – Чем больше знаешь о преступлениях, чем больше вникаешь в их подробности. В психологию преступника. Тем меньше шансов, что оно произойдет. Разве не так, молодые люди? Каждый с помощью лектора как бы прокручивает его. Ставит себя на место убийцы и его жертвы. И тем самым ограждает себя он страшных случайностей и от страшных мыслей. Которые наверняка посещают каждого смертного.
   У меня лично на этот вечер вообще уже никаких мыслей не осталось. Разве что одна – поскорее избавиться от этого назойливого старичка. И приткнуться к какой-нибудь подушке. На большее я не рассчитывал.
   Вано угадал мои мысли. И мы собрались вежливо смыться. Но это было сделать не так-то просто, поскольку Модест Демьянович вызвался нас провожать. От этого гостеприимства можно было чокнуться. Однако мы милостиво согласились. Потому что понятия не имели, куда идти в поисках этой долгожданной подушки.
   Модест Демьянович еще пытался уговорить нас познакомиться с цветом Жемчужного. Но мы наотрез отказались, ссылаясь на крайнее переутомление. И поспешили поскорее покинуть клуб во избежание дружеских рукопожатий и вежливых знакомств.
   – Но ничего, у вас еще будет время познакомиться с нашими уважаемыми гражданами, – радостно заключил уже на свежем воздухе учитель. Чему мы и вовсе не обрадовались. Поскольку предпочитали. Чтобы времени у нас на это не оставалось вообще.
   Дождь уже закончился. И опьяняющий свежий воздух ударил нам в голову. Похоже, здесь и впрямь с экологией все в полном порядке.
   Мы шли быстрым шагом по прямой улице, освещенной фонарями. Обычный стандартный поселок. Правда, чрезмерно чистенький и аккуратненький. Дома по левой стороне выкрашены в розовый цвет. А по правой – в голубой. Большие богатые особняки, утопающие в пышной цветущей зелени. Огороженные изящными металлическими заборами. Скорее, в целях порядка, а не в целях самозащиты. Защищаться в Жемчужном было не за чем.
   – Вы остановитесь в нашей гостинице, – тараторил неугомонный Модест. – В общем-то, гостиница – это громко сказано. У нас мало приезжих. Если кто и приезжает, то останавливается у родственников. И гостиница скорее предназначена для гастролеров или районного начальства. Но и они к нам наведываются крайне редко. Поэтому это условное название – гостиница. А вообще это исторический памятник архитектуры конца XIX века. Верхние этажи предназначены для гостей. Но там пока живет только профессор Заманский, о котором я уже имел честь вам сообщить. Он у нас проживает меньше года. И не успел еще толком обосноваться. Да и времени у него фактически нет. Впрочем, его вполне устраивают апартаменты нашей усадьбы. А внизу – холл. Там в основном и проходят наши, так сказать, увеселительные мероприятия.
   – М-да? – я с любопытством взглянул в лицо Модесту.
   Он захихикал.
   – О, это не то, что вы думаете! Ваша фантазия работает только в одном направлении. И вы скорее судите по своему образу жизни. Увеселительные – для нас это нечто другое. Мы пьем чай, очень много философствуем, более молодые танцуют. Более пожилые играют в карты.
   – Карты – это азартная игра, Модест Демьянович, – Вано шутливо погрозил ему пальцем. – Да будет вам известно – это один из пороков человечества.
   Модест тут же согласно кивнул.
   – Да, но не в нашем случае. Порок рождается из конечной цели игры. Мы же играем только на мысли. Не понятно? Что ж. Вы сможете убедиться. Каждый проигравший обязан в течении пяти минут придумать афоризм. Который потом долго цитируется жителями нашего поселка. И записывается в нашу местную книгу премудростей. А карты… Разве вы станете отрицать, что они развивают логику и память. К тому же кроме карт у нас есть уйма других развлечений. И шашки, и шахматы, и бильярд. Вы знаете, мы порой засиживаемся до утра. Время летит поразительно быстро! Счастливые часов не наблюдают. Что доказывает, что счастье можно найти не только в пороках. Но и в добродетельных невинных занятиях. Главное, чтобы это исходило от чистого сердца. Недаром к нам ни разу не заглянул Угрюмый. Ему эти удовольствия непонятны.
   – А его дурнушка дочка? – полюбопытствовал я.
   – Ее мы сами там не желаем видеть, – нахмурился Модест. И тут же перевел разговор на другое. – Вот так, молодые люди. И сегодня, в выходной, да еще после лекции, нам будет что обсудить. Не желаете присоединиться?
   – Нет! – дружно выкрикнули мы с Вано. – Мы желаем только одного – отдохнуть.
   – Вот видите! Вы проделали не такой уж большой путь со столицы. А уже утомились. Это доказывает, что ваш образ жизни ведет к преждевременной старости. И мне вас искренне жаль, молодые люди.
   Нам тоже было себя жаль. Поскольку, казалось, мы никогда в жизни больше не увидим подушки.
   Но, благо, на горизонте, в самом конце поселка засветились огни так называемой гостиницы, на которую нам указал Модест. И название – гостиница – действительно имело довольно условное понятие. Как и говорил старичок, это был великолепный памятник архитектуры начала столетия. Усадьба, вобравшая в себя весь высокопарный дух того времени. Который, казалось, навечно поселился в стенах этого здания. Мы это сразу же почувствовали, как только перешагнули порог гостиницы.
   Модест широко распахнул дверь. И перед нами предстал просторный холл. В центре его стоял круглый стол из красного дерева, покрытый кружевной белой скатертью. Над ним низко свисала бронзовая люстра, обрамленная такими же бронзовыми подсвечниками. Впрочем, подобные старинные подсвечники были расставлены повсюду. На черном рояле. На низком буфетике. На секретере. А на бежевых стенах были развешаны картины в громоздких солидных рамах.
   И мне показалось, что сейчас нам навстречу выйдет лакей в белых панталонах и расписных башмаках, прижимая к груди чистую белоснежную салфетку.
   Впрочем, я был недалек от истины. Нас встречали. Конечно, не лакеи. Еще чего не хватало! Но по тяжелой высокой лестнице. Судя по всему, ведущей в верхние апартаменты для гостей. Спускались хозяева. Аккуратности и почтительности им было не занимать.
   Она была довольно миловидной дамой лет тридцати пяти. Ее белокурые волосы были уложены в пышную прическу. Над пухлыми алыми губами отчетливо виднелась весьма пикантная родинка. Пышную фигуру хозяйки подчеркивало строгое облегающее коричневое платье в том же стиле прошлого века, делая акцент на осиной талии и крупных бедрах.
   Вано даже вздохнул от восхищения, поскольку подобные дамочки были в его вкусе. Но я грубым толчком локтя прервал этот похотливый вздох. Указав на мужа хозяйки. Как и подобает прошлому веку и подобному особняку, ее муж был толстеньким коротышкой с тремя волосинками на круглой голове. К тому же его щеки горели румянцем, а глаза – нескрываемой ненавистью к нам.
   Однако вопреки взгляду его толстые губы расплылись в милой улыбочке. И он пропищал тонким голоском.
   – Добро пожаловать, дорогие гости. Мы всегда рады приезжим! Мы уже имели честь вас видеть в клубе, на лекции. И поспешили, не дождавшись ее окончания сюда, в свою гостиницу. Что бы встретить вас подобающим образом.
   Мы с Вано улыбнулись ему в ответ с той же долей откровенности. А Модест тут же поспешил нас представить друг другу. Они действительно были хозяевами гостиницы. И хозяевами особняка. Который, видимо, в свое время успели приграбастать к своим рукам. Дамочку звали Лилия Аркадьевна. Но она попросила называть ее просто Ли-Ли. А ее симпатягу-муженька величали Кирилл Леонидович. Но он попросил называть его просто Ки-Ки. А совместная их фамилия была Котовы. Но тут уж они никакие сокращения не допускали. Хотя я уже хотел было предложить величать их просто супругами Кис-Кис. Но вовремя сообразил, что они ненароком могут и обидеться.
   Супруги Кис-Кис любезно провели нас в номер на второй этаж. И вежливо откланявшись, удалились, заметив на прощание, что пригласят нас к ужину.
   Мы огляделись. В отличие от старинного холла, номер был оборудован вполне современно. И был рассчитан явно на приезжих. Которых не обязательно должен радовать стиль XIX века, не отличающийся большими удобствами. Наш новый приют был вполне удобен и главное – с душевой комнатой и балконом.
   Жизнь мне показалась не такой уж и плохой. Когда я вслед за Вано принял душ. И разрумянившийся, ослабевший, бухнулся на мягкий диван. Жизнь мне показалась очень даже милой. Когда я заметил на журнальном столике бутылочку коньяка.
   – Ну, Вано, ты и плут, – я рассмеялся.
   – Я, конечно, не мог предположить, что мы окажемся в плену у сухого закона. Но разве это когда-нибудь помешает? – он указал на бутылку. – Мне лично нет!
   – Мне лично тоже. Но не думаю, что этому обрадуются наши гостеприимные хозяева, учуяв за ужином экзотический и давно забытый запах.
   – Ну, выпить перед ужином – святое дело! – торжественно заявил Вано, суетливо разливая коньяк по чашкам, явно предназначенным не для него. – И потом, Ник, как еще мы можем отметить переход к новому, здоровому образу жизни.
   На это мне нечего было возразить. И я долго не сопротивляясь, чокнулся с Вано полно налитой чашкой.
   Но не успели мы вдоволь насладиться прелестями отдыха. Как в дверь постучали. И мы, как школьники наспех спрятав бутылку. Выслушали приглашение семьи Кис-Кис к ужину. Нам ничего не оставалось, как спуститься в холл. Мы договорились поменьше болтать, дабы не испугать своим благовонием наших новых друзей.
   А друзья, судя по всему, в полном сборе в ожидании сидели за круглым столом. В холле царил полумрак. Электрический свет сменился мерцанием зажженных свечей. И их аромат распространялся по всей комнате. Его дополнял аппетитный запах дичи, жареного картофеля, овощных салатов.
   Невольно сглотнув слюну в предвкушении вкусненького. Мы понимали, что прежде всего нужно познакомиться. Эту миссию вновь взвалил на себя Модест Демьянович.
   Кроме знакомых нам уже четы Кис-Кис и библиотекарши Ларисы Андреевны с мужем-адвокатом Кириллом Николаевичем, лекцию которого мы совсем недавно прослушали. Мы имели честь познакомиться с семьей мэра Жемчужного.
   Глава города – Соколов Глеб Александрович, весьма симпатичный, мускулистый мужик из серии «агент-007». Ему бы в рекламах сниматься. Уж очень его внешность была далека от представлений о морали. Впрочем, внешность зачастую обманчива. Жена его, Диана, весьма подходила этому красавчику. Будь это любой другой город на планете, где существуют рекламные или модельные агентства. Я бы голову дал на отсечение, что она бывшая супермодель. По-прежнему молодая, несмотря на то, что ей уже наверняка за сорок. Длинноногая, с огромными слегка раскосыми глазами и томным взглядом. Их дочь, Полина, была полной копией матери. С тем отличием, что у нее все еще было впереди. Очень хорошенькая куколка, правда с тем же напускным равнодушием на холодном, слегка бледноватом лице. Впрочем, я поклялся бы на чем угодно, что за этими холодностью и равнодушием скрывается вполне импульсивная, непредсказуемая натура.
   Здесь так же был местный врач – Ступаков Леонид Борисович. Худощавый долговязый мужик. Без конца протирающий линзы очков носовых платком, словно ему некуда было девать руки. Рядом с ним восседала его племянница Галя, низкорослая пухленькая пампушка с потупленным взглядом. Без конца краснеющая от чрезмерной скромности и неловкости.
   По правую сторону от нас сидел, еле вмещаясь своей тушей в кресло, шеф местной милиции Гога Савнидзе. Усатый чернющий грузин. Подчеркивающий свой грузинский акцент.
   А по левую – редактор местной газеты Сеня Горелов. Совсем молоденький паренек. Веснушчатый и лопоухий. В меру смазливый и в меру веселый. И очень неподходящий к холодной атмосфере Жемчужного.
   Судя по всему, в этот вечер собрались сливки городского общества. Конечно, с первого раза я не смог их запомнить, поскольку вообще плохо запоминал фамилии, не говоря уже об отчестве. Но мою задачу облегчил Модест Демьянович, предложив всех называть по именам. Поскольку люди были не старые. Кроме него. А имена их были вполне простые. Кроме него. А Модеста Демьяновича после нашего путешествия я сумел запомнить на всю жизнь.
   Неловкое молчание после успешного знакомства нарушил неутомимый Модест.
   – А что, профессор Заманский не выйдет к ужину? – обратился он к чете Кис-Кис.
   Ли-Ли жеманно пожала плечиками.
   – А то вы его не знаете, Модест Демьянович. Все в трудах, да в трудах. Так он сам может чем-нибудь заболеть, при такой-то нагрузке.
   Беседа заметно оживилась. И все дружно стали выражать сожаления по поводу усталости некого профессора Заманского. Говорили о нем с заметным уважением и почтением. И сетовали на то, что он практически не бывает в обществе.
   Моя мысль продолжала работать в одном направлении – поскорее смыться. Поскольку мне было плевать на усталость какого-то профессора. И на сетования этих скучнейших, уже порядком перебродивших сливок Жемчужного. К тому же нас с Вано поджидала начатая бутылка коньяка. И я думал, как можно смыться, все сожрав и не обидев гостеприимных хозяев. Но они без конца вежливо обращались к нам. Судя по всему – не желая отпускать.
   И я от злости стал фантазировать. Специально представляя этих благовоспитанных и сверх порядочных моралистов в ином свете.
   Модест наверняка старый сплетник, интриган и завистник. К тому же бобыль и пройдоха, втайне от всех посещающий сомнительные заведения и игорные клубы, которые он втайне содержит на собственные сбережения.
   Начитанная труженица библиотекарша Лариса наверняка является хозяйкой этих увеселительных мероприятий. И вместо книжек сама подбирает девиц с учетом вкусов и интеллекта клиентов.
   Ее муженек Кирилл, блестящий оратор-юрист, осуждающий всякого рода преступления. После каждой нравоучительной лекции втихоря отводит душу. И в местных магазинчиках с блестящим профессионализмом крадет вещи.
   А шеф милиции Гога Савнидзе его покрывает. Вдобавок занимаясь рэкетом с увеселительных подпольных заведений.
   Мэр города и по совместительству тяжелоатлет Глеб – гуляка и выпивоха, срывает неплохой куш от доверчивых жителей Жемчужного, занимаясь подпольным бизнесом спиртных напитков. А в свободное время не прочь приударить за мадам Ли-Ли, хозяйкой местного отеля с фигурой Венеры Милосской. Которая в свой очередь втайне от мужа Ки-Ки щедро и безотказно дарит свою пылкую любовь мэру Жемчужного.
   Ки-Ки же просто подпольный миллионер. Стукач и шантажист. Скопивший деньжат на подслушивании и подглядывании пикантных историй, ежеминутно приключающихся с жителями городка. И целомудренно закрывающий глаза на похождения своей жены с мэром. Который в свою очередь его щедро одаривает за наблюдательность.
   Жена мэра, богиня Диана, давно уже крутит бурный роман с мальчишкой-редактором местной газеты Сенечкой Гореловым, который гораздо младше ее, как и подобает любовнику-альфонсу, имеющую крупную выгоду от стареющей жены мэра.
   Их дочь, неприступная красавица Полина, со своей скромнягой подружкой-пампушкой Галкой, племянницей местного доктора, известны всему мужскому населению Жемчужного. А особенно местным и заезжим фотографам, которые способны воочию оценить их целомудренную красоту.
   А местный доктор Леня Ступаков просто жемчужный алкоголик. Он начинает пить с утра, на приеме, и поскольку у докторов нет нехватки в крепких жидкостях, он продолжает до вечера. А вечером заканчивает уже дома. Чтобы вновь начать с утра…
   Так я, неблагодарный, за горячее гостеприимство с удовольствием перемывал косточки всем жителям городка. Единственно я не тронул профессора Заманского. Поскольку никогда его не видел. Моя бурная фантазия так разыгралась, что в каком-то месте ее полета я не выдержал и расхохотался.
   За столом воцарилось гробовое молчание. И все дружно уставились на меня. И в лицах моих новых знакомых было столько невинности, непонимания и детской доверчивости. Что мне стало стыдно за свое болезненное, извращенное воображение. И я решил, что просто им завидую. Потому что никогда не научусь жить так, как они.
   Мы с Вано дружно переглянулись. Мы друг друга отлично поняли. Пора было отчаливать. К тому же я не на минуту не забывал, что нас ждет бутылка непочатого коньяка. А оставлять ее надолго одну было не в моих правилах. Поэтому мы, горячо поблагодарив за любезное гостеприимство. И ссылаясь на трудно прожитый день и нервное переутомление. Поспешили удалиться. Правда, при этом не забыв упомянуть, что еще обязательно встретимся. Хотя я был уверен, что такой встречи не состоится. Поскольку мы собирались завтра послать этот городок ко всем чертям собачьим.
   Проходя по узкому длинному коридору второго этажа, ведущего к нашим покоям, я заметил пробивающийся свет в одном из номеров.
   – Не иначе, как профессору не спиться, – заметил я. – Но почему он столь демонстративно отказывается от общества?
   – Может, он и впрямь занят, – равнодушно буркнул Вано. Его не интересовал профессор Заманский.
   – Любопытно только, чем он так усердно занимается.
   – Надеюсь, нам это никогда не придется узнать.
   Я на это надеялся тоже. Не иначе, как завтра мы должны от сюда сделать ноги.
   Едва я приоткрыл дверь своего номера, как сразу же почувствовал, что у номере кто-то есть. Не иначе, к нам пожаловали гости. Мне это совсем не пришлось по вкусу. И я резко надавил на выключатель. Вспыхнул свет.
   Она сидела на нашем кресле. Курила наши сигареты. И пила наш коньяк. Вызывающе забросил ногу за ногу. И пуская дым нам прямо в лицо.
   Девушка, которую мы недавно встретили на вокзале. И я в очередной раз заметил, что она чертовски хороша. И определение «дурнушка» из уст Модеста, звучало просто лживо и нагло.
   – Выпьем за знакомство? – она кивнул на бутылку.
   – Вообще-то наше знакомство не состоялось, – недовольно ответил я. Мне не нравилось, когда так безапелляционно распоряжаются моим имуществом.
   – Ах, только, не лгите, пожалуйста, – она взмахнула тонкой рукой. – Вам уже давно насплетничал этот старый пройдоха Модест, кто я. Так зачем лгать? Ведь вы прекрасно знаете, что я дочь бывшего уголовника Угрюмого. Что я распутница и грубиянка. А я тоже все знаю про вас. Здесь сплетни, как комары. И день и ночь не дают покоя. Я даже знаю как вас зовут. Вы – знаменитый артист Ник Задоров, – кивнула она мне. И тут же перевела свой жгучий черный взгляд на Вано. – А вы – столичный Шерлок Холмс. Интересно, вы так же как и он, умеете обводить всех вокруг пальца.
   Но мы не удовлетворили ее любопытство. И я ответил вопросом на вопрос.
   – Кое-что нам о вас известно, безусловно. Но самого главного – имени, нам так и не посчастливилось узнать.
   Она пожала острыми плечиками.
   – А меня здесь никто и не называет по имени. Как и моего отца. Я – Белка и все. Они думают, что таким прозвищем унижают меня. И им, глупцам, не понять. Что жить без имени гораздо лучше и проще.
   Она и впрямь была похожа на белку. Рыженькая, остроносенькая, шустренькая. Она напоминала ребенка. Хотя изо всех сил старалась представить из себя взрослую, независимую женщину. Может, она и могла провести чопорных аборигенов. Но только не меня.
   – И как ты сюда попала? – меня так и подмывало добавить – девочка.
   – Ну, уж конечно не через парадный вход, – она сморщила остренький носик.
   – Ага! Значит тебя здесь не очень-то жалуют. В любой момент готовы вышвырнуть, как котенка.
   – Не так уж просто им это сделать, – она гордо встряхнула рыжей лохматой копной волос. И неожиданно расхохоталась. Ее зубы были удивительно белыми, ровными. И на фоне бронзовой кожи выглядели ослепительно.


скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32

Поделиться ссылкой на выделенное