Сара Беннет.

Возлюбленный горец

(страница 23 из 26)

скачать книгу бесплатно

   Генерал задремал, и вместо него ответила Элисон:
   – Здесь я плохой советчик, миледи, но, думаю, вы устали и проголодались с дороги, а у меня готов ужин.
   Мег попыталась улыбнуться. Возможно, это было бессердечно, но она умирала от голода и уже по опыту знала, что на сытый желудок ей думается гораздо лучше.
   – Папа, ты поешь с нами? – спросила она отца, но тот отрицательно покачал головой.
   – Я лучше посплю, Мег, – сказал он слабым голосом. – Теперь, когда я знаю, что с тобой все в порядке, мне хочется отдохнуть.
   Она поцеловала отца в щеку и вышла из комнаты вслед за Элисон. Грегор стоял посреди зала в окружении группы мужчин.
   Мег немного задержалась на лестнице, чтобы полюбоваться на красавца мужа, который теперь безраздельно принадлежал ей одной. Все, что произошло в пещере, убедило Мег в его преданности и любви, теперь она верила мужу безраздельно и знала, что больше никогда не оставит его.
   Мужчины, собравшиеся вокруг Грегора, слушали его серьезно и внимательно, и ужасное предчувствие вытеснило приятные мысли Мег. Он не посмеет! Но она уже достаточно хорошо изучила Грегора Гранта. Внутри стало холодно и пусто; все вдруг поплыло перед глазами, и Мег едва успела ухватиться за деревянные перила, чтобы не упасть.
   Грегор поднял голову и посмотрел на жену: выражение его лица подтвердило её опасения. Он был не из тех мужчин, которые бросают женщин в беде, тем более если от него зависела их жизнь. Грегор был готов прийти на помощь даже такой женщине, как Барбара Кэмпбелл.
   – Они направляются к герцогу Аберколди, – сказал он.
   – Я знаю, – эхом отозвалась Мег.
   – Я должен попытаться освободить ее и вернуть в замок целой и невредимой.
   Она понимала, что иначе он не может поступить. Но Мег с ужасом думала о том, что ему придется предстать перед Аберколди, сгоравшим от злобы и ненависти, – и все ради женщины, которая предала его, причинив столько боли и неприятностей. Вполне возможно, что герцог или его слуги просто убьют Грегора.
   Мег была готова на коленях умолять его остаться, но… не сделала этого, ибо прекрасно знала, что для горца честь превыше всего, иногда дороже, чем жизнь. И если Грегор не попытается выручить Барбару из беды, он навсегда опорочит свое доброе имя.
   – Когда вы отправляетесь? – тихо спросила она.
   – На рассвете, – ответил он и попытался улыбнуться, чтобы приободрить жену, но его улыбка была полна печали.
   «Я поеду с тобой», – чуть не сорвалось с языка, но Мег знала, что говорить это вслух не имело смысла. Грегор не позволит ей ехать, к тому же леди Глен-Дуи должна оставаться в имении, пока лэрд отсутствует. Так было всегда: на протяжении многих веков мужчины покидали родной дом, чтобы встретиться с опасностью лицом к лицу, а женщины терпеливо ждали их возвращения.
   «У нас есть еще одна ночь».
Сознание уцепилось за эту мысль как за спасительную соломинку. Только об этом думала Мег, усаживаясь за стол и наблюдая за мужем, который, прощаясь с людьми, отдавал последние распоряжения, что-то советовал напоследок, кого-то хвалил.
   «Он обязательно вернется домой!» – убеждала себя Мег. Но в глубине души затаился страх, что, возможно, это последняя ночь их любви. А потом ее холодную постель будут согревать лишь воспоминания о счастье.
   Наконец они остались одни. Дверь спальни закрылась за ними, сдувая пламя свечи, которое и без того трепетало, чутко откликаясь на дрожь ее пальцев. Мег едва успела поставить свечу на столик у кровати, как Грегор обхватил ее сильной рукой за талию и привлек к себе, щекоча теплым дыханием шею.
   – Не бойся за меня, – пробормотал он. – В моей жизни бывало и похуже, но я до сих пор жив. Я знаю, о чем ты думаешь, морворен. Ты опасаешься, что герцог выместит на мне свою злость, но я уверен, что смогу переубедить его. Как бы то ни было, Аберколди – умный и образованный человек. Надеюсь, он прислушается к голосу разума.
   А если нет? Мег сомневалась, что Грегору это удастся, но она промолчала. Она не позволит своим страхам поколебать его уверенность в себе.
   Мег перевернулась и, глядя Грегору в глаза, крепко обняла, сцепив руки на его шее. Она вдруг обнаружила, что за столь короткое время успела не только хорошо изучить Грегора, но и оказалась способной ученицей в науке любовных утех. Видимо, ей предначертано судьбой любить этого мужчину во всех ипостасях: и милого романтического юношу, и взрослого сурового мужа. Раньше, когда Мег думала о Грегоре, то всегда мысленно отделяла его от себя, и только сейчас поняла, как неразрывна их связь друг с другом. Она нашла истинную любовь.
   В эту ночь Грегор с особой страстью погружался в ее лоно и пылко ласкал молочно-белую грудь, отчаянно пытаясь запечатлеть в памяти каждый дюйм ее тела, а может, зачать ребенка. Мег ни секунды не сомневалась, что его ребенка она станет любить больше жизни. Это обязательно будет мальчик с янтарными глазами, как у отца, который вырастет здесь, в Глен-Дуи, и станет настоящим горцем. Но если Грегор погибнет, часть ее души умрет вместе с ним. И даже счастье материнства будет отравлено горечью невосполнимой потери.
   – Ты вернешься ко мне, – шептала Мег в горячечном экстазе, зарываясь тонкими нервными пальцами в его густые волосы, страстно прижимая его разгоряченную голову к груди. – Ты обязан сделать это, Грегор Грант! Если не возвратишься, я сама приду за тобой и привезу домой.
   Грегор поднял голову и, опираясь на руку, посмотрел на жену с невыразимой нежностью:
   – Мег, ты помнишь тот день в «Черной собаке»? Ты пришла в это ужасное место, чтобы забрать меня, и встала прямо передо мной.
   Она утвердительно кивнула и напряженно всматривалась в его лицо, пытаясь понять, к чему он клонит.
   – Я тогда решил, что это ангел спустился с небес, честное слово.
   Мег рассмеялась, но он закрыл ей рот ладонью.
   – До того как ты, Мег, явилась передо мной в тот вечер, я был живым мертвецом. Я дышал, двигался, но сердце мое не билось. После потери Глен-Дуи все во мне умерло, и я влачил жалкое существование, как всеми забытый изгой на чужбине. Но пришла ты и осветила путь одинокого странника радостью и любовью, которых вполне хватило бы на несколько жизней. И если мне суждено погибнуть, в свои последние мгновения я возблагодарю Бога, ибо ты, Мег, сделала меня самым счастливым человеком на земле.
   – Я так сильно тебя люблю, Грегор, – прошептала она.
   – О, Мег, моя дорогая Мег! Я так хочу, чтобы у нас родился ребенок, – прошептал он, почти касаясь ее губ. – Я мечтаю об этом.
   С громким стоном он обрушился на нее всем телом, вонзая ненасытное жало в глубь ее лона. И Мег, всхлипнув, отдалась ему и растворилась в горячем пламени его рук, утопая в океане восторга, взывая к небесам, чтобы эта ночь не кончалась никогда.

   – Леди Мег уже легла?
   На пороге кухни стояла Шона; из-за серьезного и усталого выражения морщинки на ее моложавом лице стали заметнее, выдавая возраст.
   Элисон кивнула, не прекращая готовить еду и припасы для завтрашнего похода. Небольшому отряду, который будет сопровождать молодого хозяина, предстоял трудный день, и она не могла допустить, чтобы они голодали в пути. К тому же когда Элисон работала, дурные мысли не лезли в голову, а думать ей сейчас не хотелось.
   – Мне кажется, Мег очень переживает за мужа, – сказала Шона. – Грегор Грант, несомненно, отважный человек, но даже с такими людьми может случиться несчастье.
   – С ним все будет в порядке, – упрямо заявила Элисон.
   – Люди говорят, у тебя есть дар предвидения, – не отставала Шона. – Скажи мне, Элисон! Что ты видишь? Грегор не пострадает?
   Элисон обратила к ней взор, полный муки и отчаяния. Шона в ужасе застыла, но быстро взяла себя в руки.
   – Ты чем-то напугана, бедняжка? Скажи мне, что ты видела? Тебе будет легче, если расскажешь мне.
   Элисон остановилась и устремила взор в пустоту. «Пожалуйста, Господи, я ничего не хочу знать», – пронеслось у нее в голове. Но слова сами вырвались наружу:
   – Я видела смерть и еще до свадьбы знала, что кто-то должен умереть, только не знаю кто. Но смерть витает над нами, и лэрд не исключение. Я не могла сказать об этом леди Мег. Разве можно говорить влюбленной женщине, что ее мужу грозит погибель?
   – И правильно, – согласилась Шона, вглядываясь в бледное, напряженное лицо Элисон. – А как ты сама? Твой возлюбленный тоже едет в замок к герцогу?
   Очень медленно Элисон вновь приступила к своим занятиям.
   – У меня нет возлюбленного, Шона.
   – Я подумала… – начала та, но враждебный взгляд Элисон заставил ее остановиться на полуслове. – Конечно, извини, я ошиблась. Не буду тебе мешать. Спокойной ночи, Элисон. – Пожав плечами, Шона удалилась.
   После ее ухода Элисон отложила дела и задумалась. Было уже поздно, «о она не смогла бы уснуть. Все ее мысли были только о Малькольме Бейне; который завтра утром отправлялся в имение герцога Аберколди, где ему грозила смертельная опасность. Однажды он уже покинул ее, и это могло произойти снова. Когда он уехал в прошлый раз, Элисон горевала о любимом целых двенадцать лет, но стоило ему вернуться, она только и делала, что осыпала его бранью и проклятиями при каждой встрече.
   Элисон подняла руки к глазам и начала яростно тереть их.
   Поделом ему! Ведь Малькольм бросил ее одну, беременную и… и… Но он написал письмо – Дункан наконец-то сказал ей всю правду. А это означало, что он не просто уехал, а оставил прощальную весточку, в которой пытался объяснить причину своего внезапного отъезда, просил понять и простить его. Говорил, что любит.
   Это все меняло.
   Элисон любила этого человека, и даже приступы ярости «были вызваны всепоглощающей страстью. Он вошел в ее кровь и плоть, и Элисон решила, что на этот раз не может отпустить Малькольма, не попытавшись помириться с ним. Шепча проклятия, она швырнула на стол пучок капустных листьев, который держала в руке, и торопливо вышла из кухни.
   Малькольм Бейн был в конюшне. От Ангуса она узнала, что он там ночует. Элисон побежала, гонимая страхом, что если на секунду остановится, то передумает и повернет назад. Она влетела в темную конюшню и начала взбираться на сеновал. Под тяжестью ее тела лестница прогибалась и поскрипывала, и когда ее голова с плотно сжатыми губами и решительным выражением лица показалась наверху, Малькольм уже очнулся от сна.
   Он сидел на сене, моргая сонными глазами, с растрепанной шевелюрой, из которой во все стороны торчали соломинки, и сжимал рукой рукоять меча.
   – Элисон?! – воскликнул он, потрясенный ее появлением. Пока она перебиралась с лестницы на сеновал, он на всякий случай принял бесстрастный вид.
   – Я пришла сказать, что все понимаю, – тяжело дыша, заявила она с ходу каким-то странным дрожащим писклявым голосом. – Я отдаю себе отчет в том, что ты уехал с лэрдом, так как не мог оставить его одного. Чувство долга не позволило тебе поступить иначе. Ты считал, что обязан присмотреть за молодым хозяином, и принес в жертву свои чувства и желания. В этом весь Малькольм Бейн Макгрегор.
   Малькольм медленно поднялся на ноги.
   – Но ты также пожертвовал моими чувствами и желаниями, Малькольм Бейн. Ты посвятил свою жизнь лэрду – этого требовал долг, я понимаю. Но как ты мог оставить меня и Ангуса? Ты пожалеешь об этом!
   – Уже жалею, – сказал он тихо. – Я бы все отдал, чтобы вернуть прошлое. – Он замолчал, низко опустив голову.
   Элисон смотрела на него широко открытыми глазами. И вдруг боль, так долго копившаяся в его душе, бурным потоком вырвалась наружу – рыдания сотрясали тело сурового горца. Малькольм Бейн плакал!
   – Малькольм! Мой желанный! – прошептала Элисон на гэльском наречии.
   Он стоял не шевелясь, обхватив голову руками. У него было такое чувство, словно его прилюдно раздели догола.
   – У меня ничего не осталось. Я ушел от тебя – и потерял все. Я знаю, что умру в одиночестве, всеми забытый, и даже мой сын никогда не услышит обо мне.
   – Малькольм, – шептала Элисон. Не в силах более вынести его страданий, она сделала один несмелый шаг, затем второй и, оказавшись рядом, нежно обхватила ладонями его лицо и заглянула в глаза.
   Его лицо почернело от горя, суровые черты заострились, в глазах стояла боль. И Элисон решила, что с этого момента оставит в прошлом все свои обиды. Пусть справедливость на ее стороне, но что толку от этого, если она так несчастна? Ведь она всегда любила этого мужчину, только его одного. Он был отцом Ангуса. И Малькольм был прекрасным, честным и добрым человеком. Может быть стоит попробовать начать все сначала? Только бы он вернулся живым и невредимым из имения Аберколди!
   Элисон прикоснулась губами к его обветренной щеке, затем – к другой. Малькольм замер, удивленно глядя на нее, но она целовала его мокрые от слез глаза и прильнула к его губам. Боже, она уже забыла, какие нежные и мягкие они у него!
   – Элисон, – простонал Малькольм, крепко обнял ее и прижал к груди. – О, моя дорогая Элисон!
   – Малькольм Бейн, мой дорогой, мой желанный! Как я по тебе соскучилась, любовь моя!
   Малькольм молча осыпал ее страстными, отчаянными поцелуями.


   Мег неожиданно проснулась, как будто что-то подтолкнуло ее.
   Грегор уже встал и оделся: широкий пояс, кожаная перевязь и оружие были на своих местах. Он вложил меч в ножны и посмотрел на жену – его лицо в предрассветных сумерках казалось мрачным и суровым. А за окном пробуждалось неумолимое утро, навсегда унося в голубые дали эту ночь, возможно, их последнюю ночь.
   – Не вставай, отдохни, дорогая, – сказал он мягко.
   Мег села на кровати и решительно отбросила волосы с лица.
   – У меня еще будет время отдохнуть, – сказала она очень спокойно. – Я лучше пойду и сама проверю, все ли вам приготовили в дорогу.
   Она спрыгнула с кровати, набросила на плечи теплую шаль и, проскользнув мимо Грегора, босиком направилась к двери.
   Но он протянул руку, обхватил ее за талию и притянул к себе, прижавшись щекой к ее волосам. Она всем телом прильнула к мужу, чувствуя его теплое дыхание, ощущая биение его сердца. С тяжелым вздохом сожаления он выпустил ее из рук, и Мег, рыдая, выскочила из комнаты, бегом преодолела лестницу и влетела в кухню.
   Элисон уже была там. На столе лежало мясо с тушеной капустой, на подносе стоял кувшин с элем, на огне дымился горшок с кашей. Она подняла голову и посмотрела на Мег – тревожный взгляд, бледное лицо, измученный вид – все говорило о том, что Элисон провела бессонную ночь. На ее шее виднелся синеватый кровоподтек.
   Исполненная сочувствия, Мег пошла к подруге, но остановилась на полпути, удивленная необычным поведением Элисон: та упорно прятала глаза и делала вид, что целиком погружена в работу.
   – Мужчины уже собрались и ждут, – бросила она через плечо. – Лэрд встал?
   – Да, он одевается.
   – Я должна накормить всех завтраком, прежде чем они отправятся в путь.
   – Спасибо, Элисон.
   – К сожалению, мы больше ничем не можем им помочь, только молиться, чтобы они вернулись домой целыми и невредимыми.
   И подруги посмотрели друг на друга с тем особым пониманием, свойственным только женщинам, которые избрали трудный путь и соединили свои судьбы с мужчинами-воинами.
   И вдруг Мег осенило, что кровоподтек на шее Элисон мог оставить лишь поцелуй мужчины. Она возблагодарила Бога, что Элисон и Малькольм наконец помирились.
   За спиной Мег услышала шаги Грегора, спускавшегося по лестнице, мгновение спустя его тяжелая теплая ладонь легла ей на плечо.
   – Доброе утро, Элисон, – сказал он, приветствуя ее кивком, и тут же его взор обратился к Мег. Грегор смотрел на нее неотрывно, пытаясь сохранить в душе милый образ, запомнить его до мельчайших подробностей.
   Сердце, как птица в клетке, сильно забилось в груди, но Мег нашла в себе силы улыбнуться.
   – Ты должен поесть, дорогой, – сказала она ласково. – Вам предстоит долгий путь.
   Грегор кивнул и сел за стол, в то время как Элисон раскладывала по тарелкам кашу. Затем с помощью полусонного Ангуса она вынесла горшок во двор, чтобы накормить остальных мужчин. Обратно Элисон вернулась вместе с Малькольмом Бейном. Он мельком взглянул на Грегора, затем перевел взгляд на Элисон и не отрывал от нее глаз.
   Покончив с едой, Грегор встал из-за стола и направился к выходу. Мег медленно шла за ним. Вот и наступил момент прощания.
   – Я оставил в замке достаточное количество людей, чтобы они охраняли вас, – сказал он. – В случае малейшей опасности пошли кого-нибудь на военный пост в горах, а лучше поезжай сама, только возьми сопровождающего. Вам обязательно помогут.
   Она обвила его шею руками и прильнула к нему всем телом.
   – Со мной все будет хорошо, если только ты вернешься домой, ко мне.
   Грегор отыскал ее губы и с отчаянием впился в них. Затем резко отстранился и окликнул Малькольма, который никак не мог расстаться с Элисон, нежно баюкая ее в своих огромных лапах. Наконец он отпустил ее и, проходя мимо Ангуса, потрепал его по голове.
   – Присматривай за мамой, – сказал Малькольм, пристально глядя сыну в глаза. – Ты самый лучший сын на свете, ее надежда и опора.
   Мужчины ушли, и кухня сразу опустела.
   Мег выбежала следом за ними и теперь стояла на пороге, наблюдая, как Грегор садится на лошадь, отдавая последние указания группе воинов, которые оставались охранять замок. Он брал с собой только половину отряда. Грегор бросил на жену прощальный взгляд. И, промчавшись по тисовой аллее, всадники скрылись из виду.
   Мег долго смотрела им вслед. Она понимала, что ей надо вернуться в дом и вновь стать практичной независимой леди Глен-Дуи. Кроме нее, людям не на кого было надеяться. Мег знала, что должна показывать всем пример, но не могла пошевелиться, не в силах была отвести глаза от голубой дали…
   – Вас зовет отец.
   На пороге стояла Шона, глядя на подругу добрыми, все понимающими глазами.
   Накануне вечером Грегор зашел к генералу, но когда вышел из комнаты, по его лицу ничего нельзя было понять. Все, что было сказано за этой дверью, предназначалось Грегору, и Мег ни о чем не стала спрашивать, но боялась, что муж своим уверенным видом и беззаботным «До свидания!» вселил в генерала ложные надежды на счастливый исход своей миссии…
   Шона коснулась ее руки:
   – Побудьте немного с отцом, а потом мы пойдем в сад и я покажу, из чего нужно делать компресс против ожогов.
   Мег нервно рассмеялась, с трудом сдерживая слезы.
   – Мне нужен компресс от разбитого сердца, Шона.
   – О, моя дорогая Мег, этого никто не знает. Разбитое сердце не склеишь! – Шона мягко улыбнулась.
   Подруга права. Если сердце разбито, ничего не поможет. Но, как ни парадоксально, если одна его часть умирает, другая продолжает жить. И может жить долго.

   Небольшой отряд Грегора направлялся на юг, приближаясь к владениям герцога Аберколди. Он старательно гнал от себя мысли о Мег. Сейчас его ум должен быть ясен. И дело не только в освобождении Барбары Кэмпбелл, Грегор хотел заключить мир, чтобы герцог навсегда оставил Мег в покое и забыл о мести.
   Ибо больше всего на свете Грегор хотел прожить остаток своих дней с любимой женщиной в покое и радости. Он так и сказал генералу, когда прощался с ним. Старый солдат сразу все понял и обещал присмотреть за Мег до его возвращения.
   – Ты ей нужен, парень, – сказал он. – Ты необходим всем нам в Глен-Дуи. Возвращайся домой живым и здоровым.
   Отряд Грегора состоял из пятнадцати человек, десять из которых были из элитного подразделения, которое они с Малькольмом обучали сами, остальные пятеро горели желанием сражаться за своего лэрда. Людей было немного, явно недостаточно для того, чтобы одержать решительную победу над Аберколди, и Грегор знал, что едва ли сможет противостоять герцогу в битве. До похищения Барбары его план состоял в том, чтобы защищать Глен-Дуи, используя тактику небольших вылазок – напасть на врага, нанести молниеносный удар и отступить. У него было недостаточно людей, чтобы выставить круговую защиту вокруг своих владений.
   Теперь его план изменился – он собирался явиться к герцогу в замок и встретиться с врагом лицом к лицу. Заставить его понять, что нельзя наказывать Мег за то, что она отказалась от брака с нелюбимым человеком. И если потребуется, Грегор был готов пожертвовать жизнью. Однако он искренне надеялся, что до этого не дойдет.
   Как ни старался Грегор сконцентрироваться на том, что его ожидало впереди, последние минуты прощания с Мег не выходили у него из головы. Грегор чувствовал, как сильно она к нему привязана. И он полюбил Мег всем сердцем, преданно и нежно, удивляясь самому себе, что способен на такое большое чувство. Почему он не сказал ей об этом? Этой ночью, занимаясь с ней любовью, он мечтал о ребенке. О его ребенке. Тогда, если он погибнет, частица его останется в этом мире. Плод их любви. И Глен-Дуи будет существовать.
   Грегор искоса посмотрел на Малькольма Бейна. Тот не проронил ни слова, с тех пор как они выехали из замка, и всю дорогу был погружен в свои мысли. Грегор вспомнил, как нежно Малькольм прощался с Элисон, и пришел к выводу, что попытки его друга помириться с ней наконец-то увенчались успехом. Он был искренне рад за Бейна.
   Слева от небольшого отряда простиралась неподвижная зеркальная гладь озера. Из-под копыт лошадей с громким стуком вылетали камешки, распугивая диких уток, которые с громким кряканьем взмывали вверх. Впереди за скалистыми горными кряжами, которые разделяли владения Грантов и Аберколди, затаился враг. Именно этой дорогой вез Лоренца прекрасную и непредсказуемую Барбару Кэмпбелл в замок герцога.
   Грегор не мог отделаться от мрачного предчувствия, что ее скорее всего уже нет в живых.

   Наступил еще один день без Грегора, каждый миг которого давил на Мег, как каменная плита, мешая дышать. У нее было много дел, но все казалось бессмысленным, а жизнь пустой и никчемной без него.
   Три последние ночи Мег лежала без сна в своей одинокой постели, глядя в пустоту и безумно тоскуя по Грегору. Она отчаянно пыталась придумать, как помочь мужу. Практичная и разумная Мег не могла сидеть сложа руки, когда ему грозила смертельная опасность.
   Дни и ночи стали настоящей пыткой – ей не давала покоя мысль, что с Грегором что-то случилось. Если бы все прошло успешно, он бы уже вернулся или был на полпути к дому. Но от наблюдательных постов, расставленных вдоль дороги, идущей на юг, не было никаких вестей.
   Этим утром Мег решила пойти к отцу, чтобы сыграть в шахматы или просто поболтать, надеясь, что это поможет ей отвлечься от мрачных мыслей. Но когда она подходила к комнате генерала, со старого моста донесся стук копыт и предупреждающий окрик дозорного.


скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26

Поделиться ссылкой на выделенное