Сара Беннет.

Возлюбленный горец

(страница 1 из 26)

скачать книгу бесплатно

 -------
| bookZ.ru collection
|-------
|  Сара Беннет
|
|  Возлюбленный горец
 -------

   Северная Шотландия, август 1728 года
   Натянув поводья, леди Маргарет Макинтош придержала кобылу, привстала в стременах и слегка подалась вперед. На ней был темно-синий приталенный жакет и клетчатые шерстяные штаны – неизменный атрибут шотландских горцев, – которые были перешиты под ее высокую стройную фигуру. Обычно она надевала их для верховой езды, а в седле эта девушка проводила большую часть жизни. Обитатели Глен-Дуи, возможно, находили странным, что леди Мег разъезжает по округе в мужской одежде, но никогда это не обсуждали: Она была их хозяйкой, их леди, и они всем сердцем любили ее.
   Сгущались сумерки. Мег напряженно всматривалась в туманную мглу. Была ли это игра ее воображения, или вдалеке действительно мерцали огни и проступали нечеткие очертания солдатского поселения Клашенник? Если это так, то там наверняка найдется постоялый двор, где она сможет принять горячую ванну и выспаться в мягкой теплой постели. Они выехали из Глен-Дуи несколько дней назад, и почти все это время Мег провела в седле. Ее кожа и волосы покрылись пылью, а тело ныло от усталости.
   Всю дорогу она пребывала в сомнениях: ей не давала покоя мысль, что это путешествие – пустая затея, но каждый раз, когда ей хотелось повернуть назад, она вспоминала строгие слова отца: «Верни Грегора Гранта в Глен-Дуи, Мег. Привези его ко мне. Он единственный, кто сможет нам помочь».
   Грегор Грант… Он стал неотъемлемой частью ее жизни, с тех пор как ей исполнилось двенадцать лет, но она никогда с ним не встречалась. Мег много слышала о нем от отца, наизусть помнила истории, которые рассказывали жители Глен-Дуи. Как-то она тайком пробралась на чердак замка и нашла юношеские рисунки Грегора, по которым могла судить о нем. Ей казалось, что она очень хорошо знает этого человека.
   – Впереди Клашенник, миледи, – произнес Дункан Форбс, один из арендаторов в их имении.
   Мег сразу же почувствовала облегчение. Дункан Форбс и еще несколько мужчин сопровождали ее, чтобы защитить в случае нападения грабителей или бандитов.
   Небольшое поселение Клашенник состояло в основном из казарм, которые приютились в горном ущелье. Где-то в этом военном городке затерялся капитан Грегор Грант.
   «Почему ты так уверен, что он поможет нам, отец?» – спросила она старого генерала, когда они сидели вечером у камина.
   Его слепые глаза задержались на ее лице.
   «Я уверен, потому что тот мальчик, которого я помню, очень благороден и честен и любит Глен-Дуи так же сильно, как мы с тобой, Мег. Он будет драться насмерть за нашу долину и ее обитателей.
Кроме тебя, меня и тех, кто здесь живет, только он готов это сделать».
   Глен-Дуи больше не принадлежал своему истинному хозяину. Двенадцать лет назад Грегор Грант был законным наследником владельца родового имения, лэрда Глен-Дуи. Но тогда, в 1715 году, во время мятежа он поддержал Стюартов, так как Гранты всегда были их сторонниками, и кинулся в бой вместе с отцом, старым лэрдом. Мятеж был подавлен, и они потеряли все. После поражения под Престоном, семнадцати лет от роду, Грегор был препровожден в тюрьму в числе сотен других повстанцев. Его отец не выдержал условий заключения и умер от апоплексического удара. Там, в сыром мрачном каземате, Грегор познакомился с отцом Мег, который в то время командовал правительственными войсками, и именно ее отец добился освобождения Грегора.
   Грегор избежал виселицы или рабства на жарких влажных плантациях Ямайки, Барбадоса, Каролины или Виргинии, но навсегда потерял Глен-Дуи, свое родовое гнездо. За участие в мятеже у семьи Грантов конфисковали замок, все земельные владения и отобрали титул. Грегор с матерью и младшей сестрой навсегда покинули имение. Но люди долго горевали о них, особенно о Грегоре. Для них он был ангелом-хранителем, залогом их безмятежного будущего. Они до сих пор думали так.
   – Этот парень нас не подведет, – заверил Мег Дункан Форбс, когда они отправлялись в это путешествие.
   Мег молилась, чтобы его, ожидания оправдались. По мере приближения к цели в ней зарождалась смутная надежда. Вдруг Грегор Грант действительно бросит все и вернется в имение, где родился и вырос?
   – В Клашеннике есть постоялый двор, – сказал Дункан, заметив, как она устала. Он придержал коня и поехал с ней рядом. – Для начала мы там остановимся, и вы как следует отдохнете, миледи. А мы тем временем поищем капитана Гранта, – добавил он, блеснув черными глазами.
   Мег кивнула. Хотя она никогда не видела Грегора Гранта, но была почти уверена, что легко узнает его при встрече. Коллекция его юношеских рисунков, которые она нашла на чердаке, теперь хранилась в ее комнате. Многие годы она постоянно возвращалась к ним, все больше проникаясь их настроением и искренностью. Его работы были изящны, аккуратны, каждая деталь тщательно выписана; сюжеты – романтичные, чувственные, эмоционально наполненные. Мужчина… мальчик, который сотворил это, должен быть особенным. Из воспоминаний отца и из своих грез Мег соткала его образ: Грегор представлялся ей очень стройным, светловолосым, с лицом поэта и руками художника – с тонкими кистями и длинными пальцами. Должно быть, у него застенчивая, мягкая, ласковая улыбка, от которой ее сердце будет радостно трепетать.
   Конечно, реальный Грегор Грант вряд ли будет полностью соответствовать этому образу. Ведь сейчас он был солдатом, капитаном драгун, и служил в полку Кэмпбелла. Кэмпбеллы были ярыми противниками якобитов, и по иронии судьбы человек, который сражался на стороне якобитов в 1715 году, теперь оказался в правительственных войсках и охранял горные границы.
   Когда речь шла о жизни и смерти, горцы ничем не отличались от других людей – своя рубашка всегда оказывалась ближе к телу. Разве могла она осуждать Грегора Гранта за то, что он перешел на другую сторону, если для него это был единственный способ выжить?
   Мег все еще пребывала в глубокой задумчивости, когда они подъехали к постоялому двору. Ярко вспыхнул факел и выхватил из темноты чистенькое, опрятное здание гостиницы, чего нельзя было сказать о таверне на другой стороне мощенной булыжником площади. Мег услышала пьяные выкрики и шум голосов, доносившиеся оттуда.
   Размашистой упругой походкой Дункан вошел в гостиницу; его килт ритмично раскачивался в такт широкому шагу сильных мускулистых ног. Мег последовала за ним. Ее синий жакет был достаточно длинным и прикрывал ноги до середины бедра. Она убеждала себя, что выглядит вполне прилично и ее наряд более чем уместен для путешествия в горах. Не ее вина, что хозяин постоялого двора не мог оторвать от нее глаз.
   – Моя лучшая комната как раз свободна, миледи, – проинформировал он Мег, неуклюже отставил в сторону ногу в шерстяном чулке и низко поклонился, изо всех сил пытаясь казаться учтивым и рискуя потерять засаленный каштановый парик, который чуть было не соскользнул с его головы. – К сожалению, моей дочери Мораг сейчас нет, она бы помогла вам… Да вот и она!
   В холл, стараясь быть незаметной, проскользнула темноволосая девушка, бросив на отца виноватый взгляд:
   – Прости, отец. Мне очень нужно было…
   – Ладно, ладно, после разберемся, где тебя носило, – сердито перебил ее отец. – Сколько раз тебе говорить, чтобы ты не болталась среди солдат! – Он вдруг спохватился, вспомнив о своих гостях, и его лицо мгновенно озарила лучезарная улыбка, предназначавшаяся исключительно Мег. – Вы же понимаете, с девушками всегда проблемы. Как я сказал, с тобой поговорим позже, а сейчас покажи леди ее комнату, принеси мыло, согрей воду и сделай все, что она попросит. Не так часто к нам в Клашенник заглядывают такие благородные господа.
   Дункан Форбс коротко кивнул Мег:
   – Скоро увидимся, миледи. Мы отведем лошадей на конюшню, а после пройдемся с ребятами по казармам и попытаемся найти то, зачем приехали.
   – Хорошо. Спасибо, Дункан.
   Мег хотелось пойти с ними и самой поговорить с Грегором Грантом, но это было невозможно. Дункан отвечает за ее безопасность и пожелает оставить ее в надежном месте. Он не одобрял женщин, которые слишком много на себя берут и пытаются командовать, и хотя в Глен-Дуи ему приходилось с этим мириться, здесь, в Клашеннике, он этого не допустит. С тех пор как отец Мег потерял зрение, она взяла на себя управление имением. Она гордилась тем, что отлично с этим справляется, но чувствовала, что люди подчиняются ей без особой радости. Упрямые горцы, такие, как Дункан, с неохотой выполняли распоряжения женщины.
   Мораг, дочь хозяина постоялого двора, отвела Мег в ее комнату и вскоре вернулась с большим кувшином теплой воды. Усталая путница вздохнула с облегчением – комната, хотя и маленькая, была такая же уютная и чистенькая, как вся гостиница. Она страшно утомилась и с вожделением посмотрела на узкую, но аккуратно застеленную кровать. Мег всегда восхищалась шотландскими горцами, которые в любую погоду могли лечь посреди вересковой пустоши и, завернувшись в шерстяной плед, безмятежно проспать до утра. Она бы не смогла уснуть под открытым небом.
   Мег ополоснула лицо и руки теплой водой. Конечно, ванна была бы лучше, но и это радовало.
   – Сегодня на ужин подают прекрасную тушеную баранину, миледи, и отличный эль. У нас замечательный повар, – щебетала дочь хозяина.
   Мег вытерла полотенцем лицо и начала вытаскивать из волос шпильки. Каскад вьющихся огненно-рыжих локонов заструился по плечам и спине девушки.
   – Охотно верю, но, к сожалению, не знаю, когда вернутся мужчины, которые со мной приехали. Они пошли в поселок искать одного человека… солдата.
   – О! – воскликнула дочь хозяина гостиницы, в ее глазах появилось любопытство. – А как его зовут, миледи? Я знаю многих солдат.
   – Капитан Грант. Вы о нем слышали? – улыбнулась Мег.
   – Конечно, миледи! Капитана все знают в Клашеннике. Но… сейчас он в «Черной собаке», таверне, что на другой стороне площади. Я видела его там несколько минут назад, когда заглянула… то есть… когда проходила мимо…
   Мораг чувствовала себя неловко: ей было стыдно признаться незнакомой леди, что она не раз бывала в «Черной собаке». Очевидно, отец девушки запрещал ей даже близко подходить к этому месту. Но сейчас Мег не до обсуждений сумасбродств юности. Значение имело лишь то, что Грегор Грант сидел в «Черной собаке», а Дункан Форбс мог задержаться на несколько часов. Может быть, это знак судьбы?
   Конечно, она могла бы послать кого-нибудь за Дунканом, дождаться его возвращения, но Грегор был так близко, нужно только перейти площадь. И вдруг Мег поняла, что ее встреча с этим человеком должна пройти без свидетелей и не стоит отвлекать Дункана Форбса от его поисков.
   – Мне нужно увидеться с ним, – решительно сказала она. Мег достала из походной сумки гребень и начала укладывать растрепавшиеся локоны.
   – Вы собираетесь пойти в «Черную собаку» и встретиться с капитаном Грантом, миледи? Вот в этом наряде?
   Мег встретилась взглядом с девушкой: ее глаза были широко раскрыты, а круглое миловидное личико выражало недоумение. Мег оглядела свою одежду и попыталась представить, как выглядит в глазах Мораг. Высокая, стройная дама, одетая в клетчатые штаны шотландского горца, которые облегают ее ноги как вторая кожа, и сапоги до колен для верховой езды. Картину немного скрашивал длинный жакет, который доходил до середины бедра и прикрывал самые аппетитные части ее фигуры. Подумав, она решила, что не станет переодеваться ради мужчины. К тому же в прокуренной, переполненной солдатами таверне ей будет легче остаться незамеченной в мужском наряде.
   – Сдается мне, что «Черная собака» не такое место, ради которого стоит наряжаться, – ответила Мег.
   Интересно, удивится ли Грегор Грант, увидев ее в мужском облачении? Лукаво усмехнувшись, Мег решила, что скорее всего он будет шокирован. Юноша, чьи рисунки так изысканны, без сомнения, должен быть утонченным во всем. Ей казалось, что ему нравятся изящные женщины, одетые со вкусом, застенчивые и прекрасно воспитанные. А не такие рослые, крепкие девчонки, как она, да еще с огненно-рыжими волосами и острым язычком!
   Так ли хорошо она знает того трепетного юношу, образ которого нарисовала в своем воображении и кто теперь превратился во взрослого мужчину? Может, она слишком самонадеянна, решив, что его душа – открытая книга для нее? Но какие бы сомнения ни терзали ее душу, Мег никогда не меняла принятых решений.
   Она в последний раз окинула себя взглядом и одернула жакет. Мег почти не волновалась, лишь немного участилось дыхание и слегка дрожали руки, но сердце билось спокойно. Она была готова изложить свою просьбу Грегору Гранту и от имени отца попросить его вернуться с ней в Глен-Дуи.
   Выложенная булыжником площадь в кромешной тьме казалась огромной. Единственным источником света был факел на стене таверны, да робкие лучики от засаленных масляных ламп с трудом пробивались сквозь густой мрак из открытых окон. Мег шла туда, где освещено, невольно сравнивая себя с мотыльком, который на свою погибель всегда летит на огонь.
   Теплая летняя ночь окутала ее черным плащом. И мысли опять унеслись в далекое прошлое, в то время, когда ей было двенадцать лет и отец так любил рассказывать о смелом юном горце, спасшем ему жизнь. О юноше, который не дрогнул перед лицом опасности и бросился на помощь человеку, не думая, что тот мог оказаться его врагом. И вот теперь Мег предстояло лицом к лицу встретиться с кумиром ее девичьих грез.
   Она остановилась на пороге таверны «Черная собака». Заведение производило гнетущее впечатление. Это была любимая пивная воинского гарнизона в Клашеннике: среди посетителей преобладали мужчины с военной выправкой и в форме различных родов войск. Мег решительно вошла внутрь, не обращая внимания на призывные взгляды, подмигивания и грубые окрики мужчин.
   Она плыла в океане дыма, винных паров, ароматов затхлой, несвежей пищи и острого раздражающего запаха давно не мытых тел. Окрики пьяных солдат вернули Мег к реальности, хотя она и не понимала их диалект: даже если они говорили что-то оскорбительное в ее адрес, их старания были напрасны. Собравшись с духом, она стала вглядываться в склонившиеся над выпивкой лица и рассматривать тесно сбившиеся группки в поисках одного-единственного человека, которого надеялась узнать. Грегор Грант.
   Взгляд ее остановился на мужчине в красном жилете и белых бриджах, который стоял у стены и разговаривал с солдатом. Он был высокий, стройный, светловолосый; его парчовый, расширенный книзу камзол явно знавал лучшие времена, как и бриджи, чулки и туфли с серебряными пряжками. Он заметно отличался от остальных посетителей этого заведения. Джентльмен, случайно угодивший в кучу отбросов.
   Во время беседы он артистически взмахнул тонкой, изящной кистью, и у Мег внутри все запело от радости: «Это он».
   И вот Мег стояла перед ним лицом к лицу, пытаясь заглянуть ему в глаза, но он не обращал на нее никакого внимания.
   – Все просто ужасно, – говорил он своему собеседнику. – Надо проехать десятки миль, чтобы купить себе пару хороших перчаток!
   – Капитан Грант? – очень тихо спросила она.
   Мужчины прервали беседу и посмотрели на девушку, но глаза Мег были прикованы только к одному из них. С чувством горького разочарования она вдруг осознала, что вблизи его лицо больше не кажется ей утонченным и аристократическим. Когда он окинул ее с ног до головы скользким взглядом, она заметила, что у него слишком близко посажены глаза и слабовольный заостренный подбородок. Его нездоровая бледность вызывала неприязнь.
   От радостного возбуждения не осталось и следа. «Господи, пожалуйста, пусть это будет не он!» – мысленно твердила она.
   Бог услышал ее молитвы. Потрепанный щеголь артистически взмахнул тонкой кистью, указывая куда-то в глубь задымленной комнаты. Мег стала пробираться сквозь толпу завсегдатаев в указанном направлении, с легкостью обходя немногих клиентов, которые были еще не слишком пьяны и пытались прикоснуться к ней. Страшно не было, просто хотелось, чтобы все поскорее закончилось.
   – Капитан Грант? – позвала она, но ее голос потонул в пьяном гуле.
   Огромный детина с массивными плечами и растрепанными волосами показал на столик, где сидел единственный посетитель. Она видела только его спину: мужчина уткнулся в стакан, который не выпускал из больших сильных рук.
   На нем была сильно поношенная зеленая куртка, которая, казалось, вот-вот разойдется по швам на широких плечах, перекинутый через плечо клетчатый плед выцвел и казался почти серым в полумраке таверны. Длинные неухоженные волосы были не напудрены. Цвет их, вовсе не золотистый, а скорее каштановый, напоминал горный мед. От дурных предчувствий у Мег внутри все похолодело.
   Этот мужчина совсем не был похож на того Грегора Гранта, образ которого она нарисовала в своем воображении и так долго хранила в сердце. У него были слишком широкие плечи, руки мускулистые, ладони большие, а ноги, торчавшие из-под килта и вытянутые под столом, казались очень длинными. Судя по его неряшливому виду и измученному лицу, он провел за выпивкой не один час. Капитан Грант был совершенно один, и весь его вид говорил о том, что ему не нужна компания.
   – Капитан Грант?
   От волнения ее слова прозвучали слишком резко, совсем не так, как она хотела. Мужчина, сидевший к ней спиной, обернулся и, недовольно хмурясь, бросил тяжелый взгляд на того, кто посмел нарушить его гордое одиночество. Из-под резко очерченных угольно-черных бровей на Мег смотрели желтые, с золотыми искорками, глаза, как у рыси или дикой кошки, слегка затуманенные виски. Под глазами залегли темные круги. Он явно не брился уже несколько дней: щетина на щеках и подбородке была такая же черная, как и насупленные брови. И все же он был очень красив. Внешность Грегора Гранта нельзя было назвать аристократической; весь его вид говорил о том, что этот человек пережил невзгоды и лишения. У него было мужественное лицо человека, который не даст спуску никому и сам не станет просить пощады.
   Она ожидала увидеть совсем другого Грегора Гранта. Но перед ней сидел суровый мужчина с сильным, непреклонным характером. Он смотрел на нее из-под нахмуренных бровей враждебным и одновременно гипнотическим взглядом самых необычных глаз, какие она когда-либо видела.
   Мег пришла сюда, чтобы встретиться с идеалом своих девичьих грез. Но столкнулась с жестокой реальностью.


   Незадолго до ее появления Грегор Грант, очнувшись от забытья, в котором пребывал все это время, провел рукой по волосам и, моргая, как после долгого сна, оглядел комнату. В «Черной собаке» всегда царил полумрак. Потолки были низкие, лампы засаленные, а комнаты, забитые людьми, напоминали муравейник. Атмосфера была вся пропитана парами эля, виски, табака и острым запахом солдатского пота. Грегор был здесь завсегдатаем, но сейчас эта обстановка претила ему больше обычного, несмотря на сильное опьянение.
   Все его тело ныло от боли. Хотя он был ловок, силен и вынослив, дуэль с Эрди Кэмпбеллом, которую он выиграл сегодня на рассвете, сильно вымотала его. Лишь один раз попытки Эрди прорвать умелую защиту Грегора увенчались успехом, и меч противника оставил глубокую рану на предплечье. Но еще хуже он чувствовал себя от того, что Барбара Кэмпбелл, из-за которой они дрались, вскоре покинула своего героя и вернулась к мужу. Она возвратилась к нему, несмотря на то, что Эрди проиграл, вопреки всем жалобам на тиранию мужа.
   Кровь стучала у него в висках, голова гудела. Как нагло его использовали! Каким же глупцом надо быть, чтобы поверить мольбам Барбары о помощи, ее сказкам о жестокости Эрди и полном отчаянии!
   Грегор редко напивался до бесчувствия: он обычно не искал успокоения на дне бутылки. Это случалось лишь тогда, когда прошлое напоминало о себе и грозило разрушить хрупкий мир, который он заключил с самим собой. И тогда полное забвение было единственным выходом. Сейчас был именно такой случай.
   Он пил отличное крепкое виски горных долин, каждый глоток которого обжигал глотку. Самый подходящий напиток, чтобы довести человека до полного бесчувствия, помочь ему забыть о прошлом, отвлечься от суровой реальности и не сожалеть о том, какой могла бы быть его жизнь, сложись все иначе. Но сегодня виски не возымело обычного эффекта: воспоминания о прошлом нахлынули на него, дружески похлопывая по плечу.
   Глен-Дуи. Он живо представил замок с остроконечными башнями – крепкий серый монолит, возвышающийся посреди пурпура вересковой пустоши, как вечный часовой. Это его дом, родовое гнездо Грантов. Он и сейчас стоит на прежнем месте, только для Гранта путь туда закрыт навсегда. После мятежа 1715 года, когда его отец умер в застенках тюрьмы, правительство конфисковало их имение. Мать и сестра Грегора уехали в Эдинбург и остановились у родственников матери. Освободившись, Грегор какое-то время скитался по свету, решил пойти на военную службу и, потратив немало усилий, получил назначение в полк герцога Аргайла. Вот уже двенадцать лет он не был дома. У него не было дома.
   – Капитан Грант?
   Голос был незнакомым. От этого негромкого, но решительного, резковатого голоса сжалось сердце. Он, как соломинка, за которую хватается утопающий, вернул Грегора к действительности, вытянул из мрака забвения.
   Капитан оторвался от созерцания янтарной жидкости на дне стакана и обернулся. За спиной у него стояла девушка. Рыжие волосы, синий жакет, клетчатые шерстяные штаны, которые носят горцы, плотно облегают длинные стройные ноги; высокие кожаные сапоги для верховой езды покрыты пылью. Ее образ начал было расплываться, но вдруг снова приобрел четкие очертания. Это была девушка в мужской одежде. Грегор заморгал, как сова, которую вытащили на дневной свет, и уставился на нее. Молочно-белая кожа, светлые голубые глаза и огненно-рыжие волосы. Рыжеволосый ангел – порождение пламени горящей свечи. Может, у него начались галлюцинации?
   Но если это лишь прекрасное видение, то почему другие посетители видят его так же отчетливо, как и он? В комнате, где было полным-полно подвыпивших мужчин, вдруг повисла странная тишина. Закаленные в боях воины, солдаты из казармы Грегора, мастеровые, ремесленники, фермеры из окрестных сел – все неотрывно смотрели на девушку, изумленные и заинтригованные ее неожиданным появлением в таком неподходящем месте. Женщины, как правило, не заходили в «Черную собаку»…
   – Это вы капитан Грант? – опять спросил ангел.
   У нее был явный английский выговор, голос слишком требовательный и настойчивый для такого божественного создания. Грегор нахмурился и взглянул ей в глаза. Они были такого же голубого цвета, как небо в горах Шотландии в разгар лета. Впервые за многие годы Грегору захотелось рисовать, переложить на полотно трепетную нежность незнакомки. Он подавил этот порыв и переключился на пульсирующую боль в предплечье, где меч Эрди оставил глубокий след, затем допил виски, которое привычно обожгло горло. Прекрасное видение желает поговорить? Он не возражает!
   – Да, Грегор Грант – это я, – произнес он слегка заплетающимся языком, скорее от сильной боли, нежели от виски.


скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26

Поделиться ссылкой на выделенное