Сара Беннет.

Благовоспитанная леди

(страница 18 из 20)

скачать книгу бесплатно

   Кажется, она была более чем склонна позволить. Себастьян спустил ниже узкие рукава, обнажив ее плечи и розовые соски. Он не мог отказать себе в удовольствии прикоснуться языком к этим твердым горошинам.
   Франческа выгнула шею и тихонько застонала, ероша ему волосы. Все еще чувствуя ее тело, он снова начал двигаться. В этот раз никакой спешки не было, он остановился, наблюдая, как она переходит от страсти к экстазу, к безграничной радости.
   Когда все осталось позади, Франческа долго не открывала глаза.
   – Дорогая, – прошептал Себастьян, поглаживая ее по щеке тыльной стороной ладони. – Нам надо возвращаться, иначе пойдут сплетни. – Он быстро привел в порядок ее платье, спрятав грудь и поправив рукава.
   Розовый атлас шуршал и потрескивал, когда Себастьян мягко поднял Франческу и посадил рядом с собой на скамейку, откуда она наблюдала сонным взглядом, как он мочит носовой платок в фонтане.
   Вскоре мокрая ткань коснулась ее кожи, и Себастьян неторопливо уничтожал следы занятий любовью. Закончив, он мягко поднял ее на ноги и поправил юбки, после чего Франческа снова обрела добропорядочный вид.
   – Ну вот, теперь все хорошо, – удовлетворенно проговорил он. – Ты такая же красивая и респектабельная, что и прежде.
   В глазах Франчески показались слезы.
   – Я не знала, – прошептала она.
   Себастьян наморщил лоб, пытаясь понять, что она имела в виду.
   – Что ты не знала?
   – Что отношения мужчины и женщины могут быть столь чудесны.
   Времени на ответ у Себастьяна не было: кто-то приближался к ним быстрым шагом.
   Видимо, испугавшись, Франческа дотронулась до прически и стала лихорадочно поправлять ее, а Себастьян выругался, встал и быстро привел свой костюм в порядок.
   – Все могло быть куда хуже, – спокойно заметила Франческа. – Если бы кто-нибудь пришел сюда.
   – Они могли прийти пятью минутами раньше. – Себастьян поморщился, торопливо приглаживая волосы.
   – Не знаю, как ты можешь так шутить.
   – Наверное, просто кто-то вышел подышать…
   За калиткой показался силуэт Уильяма Тремейна.
   – Франческа!
   Франческе казалось, что перед ней разверзлась бездна, и Себастьян подумал, что если дядя Франчески подозревает что-то, виноватый вид племянницы еще больше убедит его в справедливости подозрений. Пора было брать дело в свои руки.
   – Мистер Тремейн, – произнес он таким тоном, будто совершенно ничего не произошло, – мы с мисс Гринтри совершаем прогулку: она считает, что толпа слишком ее стесняет.
   – Это правда? – холодно поинтересовался Тремейн.
   – Вообще-то мы уже собрались возвращаться.
   Как только Франческа повернула ключ, открывая калитку, дядя тут же схватил ее за руку.
Должно быть, Франческе было больно, потому что она зашипела, но он не отпустил ее.
   – Ты лжешь, я вижу это по твоему лицу. Если собираешься лгать, по крайней мере научись делать это как следует.
   – Я…
   – Ты дочь своей матери.
   – Но, дядя!
   Уильям встряхнул Франческу с такой силой, что несколько локонов выпали из ее прически и рассыпались по плечам.
   Поначалу Себастьян был поражен настолько, что не мог двинуться с места, но вдруг перед глазами появились красные круги. Воспоминания о Барбаре вернулись, а с ними сожаление, злость и искреннее желание помочь другим. Он не может допустить, чтобы Франческа погибла, как погибла его сестра!
   Бросившись к Уильяму, Себастьян схватил его за рубашку и отшвырнул.
   – Не смейте прикасаться к ней.
   Тремейн еле устоял на ногах. Медленно выпрямившись, он угрожающе взглянул на Себастьяна.
   – Вы перешли черту, Торн, Уорторн, или как вас там. Держитесь подальше от моей племянницы. Я не хочу видеть вас ни рядом с ней, ни у моего дома.
   – Дядя, вы не можете…
   Уильям медленно повернулся.
   – Я могу поступать как захочу. Я – глава семейства, и ты будешь подчиняться мне или я наполню твою жизнь болью и страданиями. Ты хорошо меня поняла?
   Франческа молча смотрела на него.
   – Ты поняла?
   Она вздрогнула, и Себастьяну захотелось снова схватить этого человека и как следует встряхнуть или сбить его с ног. Однако он не мог себе этого позволить. Несмотря на сильное раздражение, Себастьян понимал, что такой поворот событий лишь осложнит положение Франчески. Ее репутация висела на волоске, и дядя мог разрушить ее полностью.
   Он кивнул Франческе.
   – Идите к нему. Пусть он проводит вас в бальный зал. Идите, Франческа, все будет хорошо.
   Вид у Франчески был такой, словно она собиралась воспротивиться, но их взгляды встретились, и Себастьян постарался молча убедить ее. В конце концов, она подняла голову и медленно направилась к дому.
   Тремейн двинулся было за ней, но потом повернулся к Себастьяну.
   – Держитесь подальше, – процедил он сквозь зубы. – Если вы меня не послушаете, я уничтожу вас. Я в силах это сделать.
   Оставшись у фонтана в одиночестве, Себастьян глубоко задумался. Когда-то его очень забавляло то, какой испытывает трепет Франческа перед дядей, но теперь… Тремейн был точной копией Леона. Неужели он использовал физические наказания? Вряд ли. Но от этого он не был менее опасен.
 //-- * * * --// 
   Следующие несколько часов стали для Франчески истинным испытанием. Примерно то же происходило, когда она была обязана соответствовать представлениям первой гувернантки о поведении юной леди. К счастью, Эми быстро поняла, что происходит, и отослала гувернантку прочь.
   Теперь с ней танцевал дядя Уильям, и танцевал великолепно, но мысли Франчески были заняты иным.
   – Дядя, пожалуйста…
   – Мы поговорим, когда вернемся домой, – прошипел он сквозь зубы. – И никаких намеков на скандал. Я этого не потерплю.
   Когда музыка закончилась, Уильям поклонился и передал ее другому партнеру.
   – Вы так замечательно раскраснелись! – довольно проговорил новый партнер, видимо, считая, что так она реагирует на него.
   Франческа вздохнула, на самом деле ее щеки алели от ярости.
   Эми также пребывала в совершенном неведении по поводу того, что произошло в саду, и к моменту прощания с леди Эннир она испытала огромное удовольствие.
   – Чудесный вечер! – заявила она, когда они сели в карету. – Франческа, ты произвела фурор. Леди Эннир несколько раз хвалила мне тебя. – Она улыбнулась. – Разумеется, я этим воспользовалась. Кстати, куда подевался лорд Уорторн? Леди Эннир искала его, но он будто исчез. Возможно, он предупредил тебя, что рано уйдет?
   Франческа искоса взглянула на дядю Уильяма, но тот молча смотрел в окно.
   – Думаю, у него было еще одно приглашение, – равнодушно ответила она.
   – Жаль, что Хелен не пригласили, – продолжила Эми, подавляя зевок. – Она наслаждалась бы каждой минутой бала.
   – Мы прекрасно обошлись без Хелен, – резко заметил Уильям, не поворачивая головы, но Эми не обратила внимания на его слова.
   – Я все еще не совсем понимаю, почему нас пригласили. Я не была знакома с леди Эннир, а она сказала, что очень плохо знает тебя, Уильям. Единственное, что мне приходит на ум, так это то, что имена наши переписали с какого-то другого списка приглашенных.
   Франческа не отвечала; она молча смотрела прямо перед собой, чувствуя, что дядя повернулся и напряженно вглядывается в нее.
   Когда карета остановилась перед дверью, Франческа обрадовалась, что наконец-то они смогут прекратить притворяться.
   Одна из служанок ожидала их возвращения у двери и вышла со слипающимися глазами, чтобы помочь Эми и Франческе раздеться, но когда они направились к лестнице, голос Уильяма заставил их остановиться.
   – Франческа, я хочу с тобой поговорить. Встретимся в библиотеке, если не возражаешь.
   На душе Франчески стало тяжело. Опять разговоры, а ведь она устала! Меньше всего ей хотелось выслушивать новые упреки.
   – Дядя Уильям, я уверена: все, что вы хотите сказать, может подождать до завтра. Я бы хотела…
   – Это не может ждать. Поговорим в библиотеке, и сейчас же.
   По-видимому, он был в самом дурном настроении, и Эми, почувствовав это, осторожно спросила:
   – Что тебе нужно от Франчески? – Даже не зная о происшествии в саду, она не сомневалась, что между братом и дочерью возникло напряжение. – Не может быть, чтобы дело было настолько срочным; я уверена, до утра оно вполне может подождать. Все мы очень устали, а я не хочу, чтобы были сказаны те слова, о которых потом придется сожалеть.
   – Эми, не вмешивайся в то, в чем ничего не понимаешь. Иди спать и предоставь это мне. – Уильям явно был уверен, что разговор окончен, но его нетерпимость возымела обратный эффект. Франческа увидела, как застыла спина Эми, и поняла, что та не собирается уходить, словно наказанный ребенок.
   – Нет. Если ты хочешь поговорить с Франческой, то только в моем присутствии.
   Франческа с благодарностью сжала руку своей защитницы.
   – Спасибо, – прошептала она.
   Уильям, прищурившись, взглянул на обеих женщин и недовольно скривил губы.
   – Ну если ты так хочешь. – Он быстро направился в библиотеку. – А вы не мешайте нам! – рявкнул он на служанку, с удивлением наблюдавшую за происходящим. – Идите немедленно спать.
   Девушка сделала книксен и торопливо удалилась, после чего Уильям закрыл дверь и направился к столику, на котором возвышался графин с бренди.
   Пока он наливал себе спиртное, Франческа испытывала ужасное ощущение, будто каким-то образом попала в собственное прошлое и ненавистная гувернантка приняла вид дяди Уильяма.
   – Думаю, от того, кто имеет такую мать, не следует ожидать ничего иного, – наконец проговорил он. – Это выше тебя, это в твоей крови. Однако я надеялся, что моя сестра лучше научит тебя манерам и ты не будешь прятаться по углам с таким типом, как Торн!
   – Уильям! – Голос Эми дрожал от возмущения. – Ты либо не понимаешь, что говоришь, либо пьян. Франческа станцевала с лордом Уорторном всего один танец…
   Уильям фыркнул.
   – Один танец? Ты никогда не видишь, что происходит у тебя под носом, – поворчал он. – Она выходила с ним в сад, и я за ними наблюдал.
   Франческа почувствовала, что бледнеет. Неужели дядя видел их с Себастьяном? Те мгновения были полны волнения и удовольствия, но она не ощутила тогда никакой угрозы или порочности своих действий. И вот теперь Уильям все испортил. Она поняла, что всегда будет ненавидеть дядю за это.
   – Дочь проститутки! Чего тут можно ожидать? – Уильям наморщил нос, словно ощутил дурной запах.
   – Как вы смеете! – прошипела Франческа, чувствуя, как страх уступает место злости.
   – Смею, потому что я – глава семьи.
   – Вашей семьи, а не моей.
   – Пока ты находишься под моей крышей, ты будешь подчиняться моим правилам.
   Франческа вспыхнула:
   – Ах так? Тогда я покидаю ваш дом завтра. Нет, сейчас же! Мне не нужна ваша крыша, мне не нужны вы. Можете сколько угодно пугать других, но меня вы не запугаете.
   Уильям несколько мгновений смотрел на нее со злостью, а потом резко сложил руки на груди. Франческа не сразу поняла, что теперь он применит иную тактику.
   – Должно быть, ужасно быть нежеланным ребенком. Думаю, тебе кажется, что, прибиваясь к таким мужчинам, как Торн, ты можешь найти любовь…
   – Уильям, что ты такое говоришь? – возмутилась Эми.
   – Он говорит, что мои родители были рады избавиться от меня, – ответила за дядю Франческа.
   – Да, так оно и есть, – согласился Уильям. – Твой отец исчез, и никто его больше не видел, а мать была слишком беспечна по отношению к тебе и забыла о тебе больше чем на двадцать лет.
   Эми было запротестовала, но Франческа перебила ее:
   – Вы ошибаетесь! Моя мать любит меня, а отец… Он тоже меня любил!
   – Наверное, поэтому ты даже не знаешь, как его звали, – с вызовом заявил Уильям.
   – Знаю. Томми.
   Уильям замер, и в его лице что-то изменилось, но что именно, Франческа не поняла. Она никогда не могла понять, о чем он думал.
   – Так сказала тебе мать, да? Откуда тебе знать, что это правда? Она могла назвать любое имя. Афродита – лгунья, и такой была всегда.
   – Перед смертью он написал ей письмо, – торжествующе объявила Франческа. – В письме он писал обо мне и строил планы на будущее.
   – И где же это письмо?
   – Потеряно, но вы все равно не правы и должны признать это. То, что я родилась не по вашим правилам, не означает, что я была нежеланным ребенком.
   Эми обняла ее за плечи.
   – Конечно, дорогая. Уильям погорячился.
   Лицо Эми стало бледным и сердитым, даже брат видел, что она выведена из себя.
   – Я уложу Франческу, а завтра утром мы сложим вещи и вернемся в Йоркшир. Мне жаль, что между нами все так кончилось. Я надеялась на какое-то примирение, хотя бы ради Хелен, если не ради тебя.
   – А как же бал? – с усмешкой спросил Уильям. – Его не так просто отменить, поскольку до него осталось слишком мало времени.
   Эми прикрыла рукой глаза.
   – Боже, я и забыла про этот бал. Хелен будет безутешна. Что ж… – Она тяжело вздохнула. – По-видимому, ей придется приехать к нам, и мы проведем бал сами.
   – Не слишком ли ты торопишься? – неожиданно мягко проговорил Уильям.
   Эми пожала плечами, и Франческа замерла в ожидании.
   – Я не просил вас уезжать, а значит, бал может состояться, как и планировалось. Я не буду вмешиваться. Тратьте, сколько сочтете нужным, но только без скандалов.
   Эми повернула голову и взглянула на Франческу, по-видимому, ожидая ее решения.
   Разумеется, Франческе очень хотелось отказаться. Сегодня она увидела дядю с такой стороны, о которой даже не предполагала. Он говорил такие слова, которые невозможно забыть, однако она не могла не принять во внимание и другое. Эми, Хелен и множество приглашенных гостей – это тоже что-то значило.
   К тому же Лондон стал необычайно привлекательным для нее, каким не был никогда. Здесь был Себастьян. Франческа подумала, что пока ока в Лондоне, у них еще есть возможность встретиться.
   – Хорошо. Мы останемся.
   Уильям улыбнулся ей так, будто они всегда были лучшими друзьями.
   – Ну вот и хорошо. – Он налил себе еще бокал и поднял его. – За семью и за то, чтобы мы всегда действовали сообща ради защиты доброго имени.


   Как только дверь в спальню Эми закрылась, Франческа попыталась извиниться, но Эми тут же взяла ее за руку.
   – Успокойся, дорогая, я не хочу слышать, что произошло. Я взяла за правило не вмешиваться в личную жизнь дочерей. Этому я научилась, когда Вивианна уехала в Лондон, а Мариэтта сбежала с тем ужасным человеком. Я не могу запретить ни одной из вас следовать велению сердца, поэтому даже не пытаюсь это делать.
   Франческа опустилась на кровать и тут же обнаружила, что по щекам ее текут слезы. Впрочем, она даже не знала, плакать ей или смеяться.
   Она совершила самую большую глупость, какую может совершить дочь куртизанки, – влюбилась. Она любила его. Любила Себастьяна Торна, графа Уорторна, или как там его еще.
   – Матушка, ты мудрая женщина, – наконец проговорила она, вытирая слезы; но Эми этот комплимент, по-видимому, не слишком обрадовал.
   – Знаешь, иногда я кажусь себе очень глупой и уж точно совершенно слепой, когда дело касается тех, кого я больше всего люблю. Недавно Хелен рассказала мне кое о чем, и с тех пор я не могу успокоиться.
   – Да? И что же это?
   Франческа сбросила туфли и уютно устроилась на кровати, опершись о подушки.
   Эми подняла руки и начала вынимать кружева, украшавшие ее светлые волосы.
   – Может, мне и не стоило бы ничего говорить, но ты благоразумна, я знаю, и умеешь хранить тайны.
   Франческа подумала, что у нее хватает и собственных тайн, но все же решила не разочаровывать Эми.
   – Я постараюсь.
   – Хелен рассказала мне, что много лет назад, уже после свадьбы с Тоби, у нее был роман. Тогда я жила в Йоркшире и ничего об этом не знала. Как она думает, тот мужчина любил ее, но они посчитали, что у них нет общего будущего и решили расстаться. Наверное, то, что узнал Уильям, с этим как-то связано, но это не самое худшее. После того как мужчина удалился навсегда, Хелен обнаружила, что беременна. Уильям назвал этого ребенка «запретным плодом адюльтера». Тоби был настроен более миролюбиво, но отказался назвать ребенка своим. На время родов Хелен пришлось уехать, и всем говорили, что она гостит у друзей. Позднее она вернулась в Лондон, будто ничего не произошло. Ребенка усыновили какие-то знакомые Уильяма, и он всегда отказывался говорить на эту тему, так что Хелен и не узнала, что стало с ребенком. Это была девочка. Она подержала ее на руках несколько мгновений, поэтому знает об этом.
   Франческа вздохнула:
   – Бедная Хелен! Значит, когда мы ходили по магазинам и она сказала, что хотела бы иметь дочь…
   – У нее есть дочь, но они никогда не встречались. Когда все осталось позади, Уильям и Тоби взяли с нее слово молчать, и она до сих пор очень боится нарушить обещание. Девочке сейчас двадцать один год, и Хелен с удовольствием нашла бы ее, но она боится начинать поиски.
   – Боится Уильяма? Тем более этот человек должен ответить за многое.
   – Думаю, еще сильнее она боится ненависти дочери в отношении матери, которая бросила ее. Она видела достаточно много покинутых дочерей и понимает, как непросто воссоединение семьи.
   – Но вдруг ее дочери не так повезло с приемной семьей, как нам? – задумчиво произнесла Франческа.
   – Что ж, возможно.
   Они помолчали, раздумывая над тайной Хелен и ее дочери, разлученных при рождении, прикидывая, найдут ли те друг друга.
   В конце концов, Франческа вздохнула и встала с кровати. Взяв туфли, она направилась к двери, но вдруг остановилась и оглянулась.
   – Спасибо, матушка.
   Эми, медленно расчесывавшая волосы, встретилась взглядом с ее отражением в зеркале.
   – За что, моя дорогая?
   – Просто спасибо.

   Афродита лежала в объятиях Джемми, совершенно счастливая и удовлетворенная. Он легко поглаживал ее спину и улыбался, глядя ей в глаза.
   – Ты помнишь, как мы встретились после долгих лет разлуки? – спросил Джемми.
   Афродита тихо рассмеялась:
   – Конечно, помню. Я всегда буду это помнить. Ты вернул меня самой себе.
   – Иногда я жалею, что не сделал этого раньше. Вероятно, я потратил годы впустую…
   – Нет, любимый, об этом не стоит сожалеть. Мы нашли друг друга, и теперь только это имеет значение. Мы вместе, и это главное.
   Неожиданно Джемми вздохнул:
   – И все-таки одного человека нужно отправить в ад.
   – Возможно, но только я полагаю, что теперь, когда миссис Слейтер с подручными в тюрьме, он подумает дважды, прежде чем причинить кому-либо вред.
   – А что, если он испугается?
   – Чего? Я никому ничего не сказала, а Франческа не может ничего сделать. Он в безопасности.
   – Я думал, ты хочешь, чтобы его имя назвали.
   – Нет. Лучше не будить спящую собаку.
   – Ты и правда так думаешь?
   Афродита пожала плечами:
   – Не знаю. Я только что чуть не умерла, и это заставляет меня быть осмотрительнее в желаниях.
   Позднее, когда Джемми спал, Афродита встала, накинув шелковый халат, и достала из ящика стола дневник. Ей захотелось перечитать его.
   Опустившись в уютное кресло и поджав под себя ноги, она открыла книгу в красном кожаном переплете и нашла место, на котором остановилась.

   «Я много лет не была на Дадли-стрит. Отец умер, а мать не желает меня видеть, но однажды я решусь и снова отправлюсь туда.
   На мне – самая старая одежда, я иду по улицам, которые когда-то так хорошо знала, но все еще ощущаю недоверчивые взгляды. Я больше не принадлежу этому месту, и люди это знают.
   Я думаю о Джемми. Не могу ничего с этим поделать. Интересно, счастлив ли он с женой, есть ли у него дети? Он сделал свою жизнь такой, какой хотел ее для нас. Тогда я была слишком глупа, чтобы понять, какое сокровище он предлагал.
   Моя мать сидит в кресле. У нее темные волосы и глаза, как у меня, – она говорила, будто мы родом из цыган. Сейчас за ней ухаживает жена брата.
   Странно сидеть и смотреть на людей, когда-то таких близких, а теперь чужих. Моя мать так миниатюрна.
   – Ты помнишь Джемми? – спрашивает жена брата. – Он интересовался тобой не далее как в прошлом месяце.
   Не знаю, что сказать. Не могу себе представить, что ему нужно.
   – Кто-то наплел ему, что ты умерла. – Невестка смеется. – Он лишь недавно услышал, что ты жива.
   Я смотрю на мать и вижу ее глаза. Помню, они с отцом сказали мне, что Джемми женился. Это тоже была ложь?
   Теперь она улыбается:
   – После твоего поступка ты его не заслуживала. Ты ушла от места, предназначенного рождением. Ты отвернулась от жизни, которая была тебе предназначена.
   Как горько. За что мне все это? Возможно, зато, что я отважилась быть другой и послушалась зова сердца. Я убеждаю себя, что все равно поступила бы точно так же, но поступила ли бы на самом деле? Я не знаю.
   Меня ищет Джемми!
   Это дает надежду, которую я не ощущала много лет, и я начинаю думать, что, наверное, в будущем обрету счастье. Впрочем, зачем надеяться попусту? Надежды появлялись у меня и раньше, но все кончалось плачевно.
   Клуб еще закрыт, я думаю о предстоящем вечере и о том, что надо будет сделать. Я не вижу мужчину, который сидит на ступенях парадного портика и ждет. Я не вижу его, пока он не называет мое имя.
   Мое настоящее имя. Мое старое имя.
   Он стоит и смотрит на меня, держа руки так, будто не знает, что с ними делать. Его лицо покрыто морщинами, в волосах проглядывает седина. И все же это Джемми, мой Джемми.
   Мы долго вглядываемся друг в друга, потом я говорю:
   – Ты зайдешь?
   – Да, зайду. – Он входит за мной.
   В ту ночь он не уходит домой, и на следующую тоже. С того момента и до сего дня мы живем вместе. Наконец-то мы счастливы».

   Афродита улыбнулась и закрыла дневник. Это был хороший конец, счастливый конец. Конечно, оставалось и другое дело. Несмотря на то, что она сказала Джемми, она надеялась скоро разобраться с этим делом. Она наняла лорда Уорторна и очень надеялась на него.
   Она знала, что это просто вопрос времени и у нее хватит терпения ждать.


скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20

Поделиться ссылкой на выделенное