Роман Глушков.

Холодная кровь

(страница 2 из 39)

скачать книгу бесплатно

Сильные и невероятно прыгучие снорки повадками больше походили на шимпанзе: передвигались зигзагообразными скачками, опираясь на четыре конечности, а набрасываясь на жертву, не кусали ее, а забивали до смерти сокрушительными ударами. При этом сами совершенно не чувствовали боли, отчего не беспокоились о самосохранении и всегда были покрыты с ног до головы незаживающими ранами.

Но самая любопытная особенность снорков, над которой до сих пор ломают голову исследователи Зоны, кроется в другом. Этот злобный мутант почему-то жутко стесняется своего лица, вернее, морды, и всячески ее прячет, обожая использовать для этого старые противогазные маски, которые можно без проблем отыскать во всех уголках Зоны. Именно поэтому издалека или в полумраке кажется, что голова у снорка абсолютно лысая, глаза – размером с олимпийскую медаль, а вместо носа у него – полуметровый хобот; в действительности – обрывок противогазного шланга. Иными словами, мутант он и есть мутант, как физически, так и умственно.

При виде прыгучего монстра Кальтер не впал в подобное заблуждение, ибо перед заброской в Зону прошел курс теоретического «мутантоведения». И потому майор решил, что если будет лежать в укрытии и не шевелиться, то снорк его не заметит и в скором времени уйдет. Или не уйдет, а надумает поохотиться на сидящую в будке троицу неопытных сталкеров. Они же понятия не имели о нависшей над ними угрозе, уплетая за обе щеки разогретые консервы и запивая их баночным пивом. Какая безалаберность, мысленно обругал их интрудер, уже наученный на горьком опыте, чем чревата в Зоне излишняя самоуверенность. Неужто не осознают, куда приперлись, или надеются на близость блокпоста и думают, что здесь безопасно? Нет бы, прежде чем садиться обедать, сначала выставить наблюдателя. Снорк и не думал таиться, поэтому явно был заметен с дороги. Но парни не смотрели по сторонам, хотя солдаты наверняка проинструктировали их насчет элементарных мер предосторожности в этих диких местах.

Майор не собирался выручать компанию неосторожных сталкеров. У него имелись свои приказы, ради выполнения которых он не мешкая был готов принести в жертву хоть всех сталкеров Зоны, вместе взятых. Страдай Кальтер приступами благородства, ему не только не поручили бы эту работу, но и вообще не приняли бы в Ведомство. Интрудеры спецотдела «Мизантроп» – не разменный товар, наподобие большинства полевых оперативников, коими командование без сожаления готово было пожертвовать, если того требовала ситуация. На подготовку каждого «мизантропа» тратятся огромные средства, а степень риска интрудеров перед предстоящим заданием просчитывается до процента. И если Кальтер начнет всякий раз в подобных случаях изображать из себя самоотверженного героя, он поставит под угрозу не только собственную драгоценную жизнь, но и, как бы высокопарно это ни звучало, безопасность своей страны. Чувство ответственности за нее было привито майору столь же крепко, как и навыки выживания. И потому интрудер всегда и везде шел исключительно на тот риск, который был санкционирован его непосредственным командиром – Стратегом.

Иного риска Кальтер не признавал.

Затаив дыхание, майор неотрывно следил за снорком. А тот, в свою очередь, замер и насторожился, прислушиваясь к голосам, доносившимся из будки. Кальтер уже мысленно пожелал безалаберным сталкерам удачи, как вдруг проклятый мутант повернул голову в его сторону и вылупился на трактор сквозь стеклянные кругляши противогазной маски.

Услышать майора тварь однозначно не могла. С момента ее обнаружения интрудер не произвел ни звука, а уши снорка были к тому же скрыты под резиновой маской. Увидеть – тоже сомнительно. Обладай ты хоть орлиным зрением, но, глядя на мир через замызганные и треснутые стекла противогаза, вряд ли разглядишь что-нибудь дальше собственной вытянутой руки. Значит, снорк учуял затаившегося «мизантропа» либо при помощи обоняния, унюхав того через гофрированный шланг, либо еще каким-нибудь неведомым человеку шестым, седьмым или восьмым чувством. И разумный мутант имел достаточно мозгов, чтобы сообразить: гораздо проще расправиться с одиноким сталкером, нежели с целой группой этих двуногих особей.

Каковы снорки в бою, Кальтер знал только по имеющимся в архиве Ведомства нечетким видеозаписям, отснятым в Зоне сталкерами-видеолюбителями. Однако майор и представить себе не мог, насколько в действительности проворны эти уродливые носители рваных противогазов. Не успел он подобрать лежащую рядом винтовку, как снорк одним прыжком наполовину сократил разделявшее их расстояние, а вторым сиганул на капот трактора. Ржавые рессоры натужно скрипнули, а капотная крышка с грохотом промялась, отчего Кальтеру на миг почудилось, что старенькая «Беларусь» вот-вот завалится набок. Но, к счастью, трактор устоял, лишь получил от прыгуна лишнюю парочку вмятин.

Несмотря на худосочный вид снорка, весу в нем было не меньше центнера, а злобы – наверное, будто у целой стаи псевдособак. Майор схватил винтовку, однако хитрый монстр не зря запрыгнул на трактор. Снорк явно предвидел, что в него будут стрелять – тоже, видать, имел кое-какой боевой опыт, – поэтому, перед тем как набрасываться на жертву, выбрал себе идеальный плацдарм для атаки. Поразить сидящее на тракторе чудовище из-под днища Кальтер не мог, и ему, по-любому, пришлось бы высовываться. Вот только с какой стороны безопаснее это сделать?

Отстреливаться на все четыре стороны интрудер в принципе сумел бы, но только не от такого молниеносного противника. Менять стрелковую позицию, лежа в замкнутом пространстве, было крайне трудно, и майор, переключив предохранитель «ВМК» на огонь очередями, решил сыграть с врагом на опережение. Выкатившись наружу в межосевой просвет, Кальтер вскинул винтовку, собираясь всадить в рассевшегося на капоте снорка дюжину пуль. Но, как выяснилось, тот уже покинул свою позицию и соскочил с «Беларуси» на землю. А пока интрудер целился в дождливое небо, мутант успел за секунду поднырнуть под трактор, схватил Кальтера за шкирку и рывком втащил его обратно – туда, где человек был стеснен в движениях. Вдобавок «ВМК» зацепилась ремнем за тракторную подножку и вырвалась из рук майора, едва не переломав ему пальцы.

Кальтер не стал пытаться заполучить обратно утраченное оружие. Волочимый снорком, будто мешок с картошкой, майор выхватил из ножен, носимых им на левом предплечье, легкий обоюдоострый кинжал. И когда тварь выволокла жертву из-под днища с противоположной стороны, интрудер извернулся и по самую рукоять вонзил клинок противнику в бедро. А затем с силой распластал ляжку мутанта так, словно взрезал огромный кабачок.

Густая и вонючая, перемешанная с гноем кровь обагрила Кальтеру руки, однако снорку все было нипочем. «И впрямь не чувствует боли», – бегло отметил про себя интрудер, после чего нанес мутанту еще несколько глубоких ран в промежности и нижней части живота. И опять без толку. Человек от таких ранений окочурился бы за считаные секунды. Но снорку смерть от обескровливания, похоже, не грозила, ибо жизнь в нем поддерживалась за счет неведомых науке потусторонних сил.

Возможно, изловчись Кальтер и подрежь монстру сухожилия, тот оказался бы в конечном итоге обездвижен. Но интрудеру никак не удавалось попасть кинжалом по мельтешащим лодыжкам адского прыгуна. Ухватиться за них тоже не получалось: покрытые липкой сукровицей, они постоянно выскользали у майора из рук. И тогда он вцепился в то, во что смог, – болтающийся у него перед лицом гофрированный противогазный шланг. Тот самый хобот, который видят у снорка многие чересчур впечатлительные сталкеры…

Интрудер не стал перекрывать мутанту кислород, поскольку сомневался, что тварь вообще дышит воздухом. Вместо этого Кальтер рванул что есть мочи за шланг и сорвал противогаз с морды человекообразного чудовища. Щелкнула гнилая резина, и маска, лопнув напополам, превратилась в бесполезные ошметки. Майор сделал это совершенно не задумываясь – просто вошел в раж или подсознательно припомнил возникшее у него еще на инструктаже желание выяснить, что же именно скрывают под масками «стеснительные» снорки. Но как бы то ни было, эта контратака интрудера оказалась куда более эффективной, нежели бестолковое свежевание ножом плоти мутанта.

Как и большинство хищников, снорк предпочитал охотиться, не издавая ни звука. Но когда брыкающаяся жертва заставила его взглянуть на мир не через стекла противогаза, а напрямую, тварь взревела так, что в сравнении с ее ревом рыканье тигра звучало бы попросту жалко. Как выяснилось, враг был совершенно не готов биться «с открытым забралом». Снорк отшвырнул майора в сторону и закрыл лицо испещренными язвами, но вполне человеческими ладонями. С трудом верилось, но снорк и впрямь «комплексовал» насчет своей внешности, ведь не бледный же дневной свет, в конце концов, его ослепил? Тем более что сегодняшняя дождливая погода этому отнюдь не способствовала.

Ревя во все горло и продолжая прятать от жертвы уродливую физиономию, снорк стал быстро пятиться в ту сторону, откуда пришел. Однако Кальтер не намеревался отпускать мутанта, а особенно теперь, когда отвоевал у него преимущество. Не потому, что майор остервенел и жаждал любой ценой убить врага. Пощадить снорка было бы стратегической ошибкой, допускать которую интрудер был не вправе. Кто знает, что взбредет в голову разумной твари после того, как снорк убежит и отыщет себе новый противогаз. А вдруг мутант вознамерится выследить обидчика и поквитаться с ним за понесенное унижение, когда Кальтер успеет об этом благополучно забыть? Нет, он не допустит, чтобы у него над головой маячил такой дамоклов меч. У майора хватает иных забот, и лишняя угроза в лице мстительного монстра ему и подавно не нужна.

Вскочив на ноги, Кальтер прыжком настиг снорка, ухватил того за облезлую шевелюру и мощным ударом рассек согбенному чудовищу горло до самого позвоночника. После чего обхватил вражью голову руками и ломанул ее вбок с такой силой, что шейные хрящи мутанта не выдержали и лопнули. Не разжимая хватки, интрудер бросился наземь и, увлекая за собой противника, совершил классический борцовский переворот. От усиленного падением рывка и без того почти отчлененная голова снорка оторвалась окончательно. Поэтому, когда Кальтер завершил прием, тело агонизирующего монстра осталось лежать справа от майора, а отброшенная в сторону голова – слева.

Что ни говори, а давненько Кальтер не видел, как от волнения у него трясутся руки. В который раз за утро Зона продемонстрировала, насколько майор ее недооценивал. Думал, что заграничные командировки – вот настоящая работа для «мизантропа», – а здесь, практически в родных пенатах, все пройдет без проблем, в стиле «пришел – увидел – победил»? Как бы не так! Если даже Кордон чуть было не прикончил опытного интрудера, что же будет дальше, когда он углубится в настоящие дебри? А ведь Кальтеру предстояло не только в предельно короткий срок адаптироваться к местным реалиям, но еще и выполнить порученное Ведомством задание. Нет, на сей раз Стратег определенно просчитался, и эта командировка окажется гораздо сложнее, чем заверяли башковитые ведомственные аналитики.

Но не время сокрушаться по этому поводу. Пора уматывать с поля скоротечного боя, пока засевшие в будке сталкеры не сообразили, что к чему. Кальтер подобрал винтовку и пополз прочь от этого места, пользуясь протоптанной снорком тропинкой, дабы шевеление травы не выдало крадущегося интрудера. А дующий ему в затылок чужой ветер, казалось, издевательски смеялся над ним и, волоча по небу низкие свинцовые тучи, намекал Кальтеру, что он имеет все шансы больше никогда не полюбоваться солнцем…

– Ты видел?! Нет, скажи, ты это видел?! – заладил перевозбужденный Санек Брынза, тыча стволом пистолета туда, где только что происходила не то драка, не то еще какая аномальная хренотень. Кто и почему устроил возню в зарослях сухой травы за остановочной будкой, сталкеры толком разглядеть не успели. Они выбежали на обочину с оружием на изготовку уже тогда, когда разыгравшиеся в кювете страсти сошли на нет.

– Видел, видел! – огрызнулся Колян Патлатый, целясь из ПМ туда же, куда показывал товарищ. – И хорош орать, а то сейчас все псевдотвари сюда сбегутся! – После чего обратился к третьему, самому старшему участнику их новорожденного сталкерского альянса: – Кеша, а ты что-нибудь засек?

– Не-а, – лаконично процедил Кеша по прозвищу Лесовоз. Потом, приглядевшись, добавил: – Зато все слышал. Кажись, собаки возле трактора кого-то покоцали. Но точно не сталкера. Слыхали, как эта тварь ревела?

– Пойдем, глянем? – неуверенно предложил Патлатый.

– Да ну, рехнулся, что ли! – Брынза воспринял инициативу напарника в штыки. – А вдруг эти мутанты все еще там, в траве, прячутся? Только нас и ждут! И вообще, зря мы от патруля отстали. Я сразу сказал, что лучше до блокпоста с вояками дотопать!

– Какого хрена ты тогда вообще в Зону приперся, если стремаешься всякого шороха? – презрительно бросил ему Лесовоз. Потом махнул рукой в сторону «Беларуси»: – Айда, Колян, заценим обстановку. Слышал, что сержант говорил? Живет где-то у Янтарного Озера один ученый кекс, который скупает собачьи хвосты, кабаньи копыта и глаза псевдоплоти по цене хороших артефактов. Пойдем посмотрим, может, там для него и впрямь что-нибудь завалялось. Только по сторонам посматривать не забывай, лады?

Держа пистолеты наготове, Колян и Кеша начали неторопливо спускаться в кювет. Санек боязливо потоптался на месте, но предпочел все же присоединиться к товарищам. Стараясь ступать тихо, сталкерская троица добрела до трактора и принялась с опаской озираться по сторонам. Быстро обнаружив примятую траву и валявшееся на ней обезглавленное тело, охотники за хвостами и копытами тут же окружили останки, все еще продолжая целиться в них. Ну а как иначе? Если верить местным байкам, в Зоне оживший мертвец – не редкость. Поэтому где гарантии, что этот жмурик не вскочит и не нападет на доверчивых сталкеров?

– Матерь божья, а кровищи, кровищи-то сколько! – брезгливо поморщился Брынза, вытирая о траву испачканный в крови монстра ботинок. – А мы, дураки, прозевали такую драку!

– Мужики, да ведь это же снорк! – присвистнул от удивления Лесовоз. – Зуб даю, что он! Все сходится: вон башка валяется, а вон – противогаз рваный!

– Ни хрена себе! – крякнул Патлатый, тоже опознавший по характерным приметам одного из самых одиозных мутантов Зоны. – А еще говорят, будто на Кордоне снорки не водятся! Выходит, вранье это все?

– Выходит, вранье, – подытожил Кеша, оглядываясь и проверяя, не затаилась ли поблизости еще одна такая тварюга. – Меня больше волнует другое: что за чудовище порвало нашего снорка вместе с противогазом и куда эта паскудина потом смылась.

– Кровосос? – неуверенно предположил Колян.

Лесовоз помотал головой: дескать, сомнительно – здесь определенно побывал некто более крупный и зубастый.

Иных версий больше никто не предложил. Компания погрузилась в гнетущее молчание; были слышны только шелест ветра в пожухлой траве, лай своры собак за перелеском, потрескивание неподалеку электрической аномалии да стук дождевых капель по ржавой кабине «Беларуси».

– Мужики, а это… – первым нарушил тишину трусоватый Брынза. – Ну, короче… я хотел спросить: кто-нибудь знает, что надо от снорка на продажу отрезать? У него же это… ни хвоста, ни рогов, ни копыт… Да и глаз, кажется, тоже нет.

– Что обычно от снорка такие олухи, как ты, отрезают, и куда потом это добро запихивают, я тебе, Брынза, попозже наедине шепну, – криво усмехнулся Кеша. – Хотя к тому времени ты и сам об этом догадаешься… А пока я вам, мужики, вот что скажу: не теми пушками мы с вами затоварились. Надо срочно искать себе что-нибудь помощнее этих дешевых пугачей. Гораздо мощнее…

Глава 2

Всяк, кто был хорошо знаком с Сидоровичем, прижимистым торговцем с южного Кордона, знал, что, хоть старик и спекулирует водкой, сам он к бутылке прикладывается редко. Зато если приложился, значит, от всей души и до «мальчиков кровавых в глазах», как охарактеризовал однажды состояние пьяного Сидоровича ныне покойный сталкер Борька Годун. И как только из погребообразного бункера, в котором практически безвылазно обитал кордонный торгаш, начинали доноситься «Дывлюсь я на нэбо» или «Черный ворон», что были слышны, пожалуй, даже на ближайшем армейском блокпосту, сталкеры в поселке начинали морщиться и материться сквозь зубы. «Трындец, братва, лавочка закрывается, – говорили они при этом. – Старый хрыч сегодня разговелся. Поэтому, кто не успел сдать хабар или затариться патронами, тот опоздал. И торчать здесь вам, неудачникам, теперь пару дней, пока Сидорович не проспится и вновь не станет адекватно воспринимать реальность».

Сталкеры ворчали, однако не обижались: ну отметил человек какой-то праздник, перебрал, с кем не бывает… Самые нетерпеливые отправлялись дальше, сбывать хабар мелким перекупщикам, а остальные охотники за артефактами горестно вздыхали и оставались дожидаться открытия лавочки, рассаживались вокруг костров, чтобы послушать сталкерские байки да вывести из организма излишек радиации. В смысле заняться на досуге тем же, чем занимался у себя в бункере Сидорович, – приговорить бутылочку-другую популярной в Зоне водки «Казак». Она была намного дешевле противорадиационного антидота, а помогала, по слухам, ничуть не хуже. Разве что обладала побочным эффектом жестокого похмелья, но ведь опять же неизвестно, как сказывается на организме прием всей этой заграничной химии. Вот почему многие сталкеры предпочитали гробить себе печень старыми проверенными средствами, нежели «подсаживаться» на фармацевтические препараты, что стоили дорого, а блевать от них тянуло так же, как и с перепоя. А коли нет разницы, зачем переплачивать?..

Сталкеры Волк, Шустрый и несколько их товарищей, коим Сидорович «отстегивал» за охрану своего популярного торгово-обменного пункта, по личному опыту знали: когда торгаш запирается у себя в погребе и пьянствует, его лучше не беспокоить. Все равно не откроет, а если и откроет, ничего путного из этого не выйдет. Мало того, с залитыми шарами может еще и из обреза пальнуть – прецедент имелся. Правда, стрелок из пьяного Сидоровича аховый – это ж надо умудриться промазать, даже стреляя картечью практически в упор! – и никто тогда не погиб, но зачем лишний раз искушать судьбу, когда ты и без того искушаешь ее в Зоне на каждом шагу? В общем, сталкерская братия относилась к редким загулам старика толерантно, благо его пьянство дольше трех дней обычно и не продолжалось.

Вот и вчера, когда над южным Кордоном вновь раздалось хриплое фальшивое пение Сидоровича, Шустрый – именно он караулил барыгу на этой неделе, дав Волку возможность отлучиться на поиск артефактов, – решил воспользоваться моментом и заняться более приятной работенкой. Пока хозяин забаррикадировался в бункере и празднует, ему вполне достаточно и одного охранника. А Шустрому и прочим было бы нелишне пробежаться по округе и посмотреть, остались ли еще артефакты или их подчистую выбрали захожие сталкеры и ошивающиеся на Кордоне бандиты. Вернее, это они считали себя бандитами, в то время как Шустрый называл их менее авторитетными эпитетами: распальцованная шелупонь, соплежуи либо и вовсе лаконично – мразь.

Настоящими бандитами были те, кто присылал сюда на разбой этих малолеток, в чьих безмозглых головах гулял ветер тюремной романтики, а лексикон состоял из дворового жаргона, в котором истинной блатной «фени» было ровно столько же, сколько и в современном приблатненном шансоне. Даже не кот наплакал, а так – мышь прослезилась. «Пацаны-ы-ы, я маслину схвати-и-и-ил! Дыранули меня, пацаны-ы-ы!» – корчась от боли, верещал под кустом какой-нибудь малахольный беспредельщик, получив в задницу сталкерскую пулю. И повезло ему, если «пацаны» действительно приходили на помощь подстреленному корешу, успевая спасти его от разъяренных сталкеров. Если же первыми до него добирались Шустрый и его товарищи, бедолагу непременно шпиговали еще одной «маслиной» – в лоб, дабы не мучился. Таково оно, хваленое сталкерское милосердие к тем, кто открыто пренебрегает здешними законами. Эту Зону топчут иными ботинками, и не всякому они оказываются по размеру…

Однако едва спозаранку Шустрый намылился на промысел, как двери бункера Сидоровича с грохотом распахнулись, и все планы сталкера пошли прахом. Несмотря на вчерашнюю пьянку, хозяин открыл-таки лавочку и вроде бы намеревался работать по обычному расписанию, а значит, оставлять подопечного без охраны было недопустимо. Невероятно, но факт – Сидорович собирался вести бизнес, находясь в изрядном похмелье! Что за причина заставила торговца поступиться принципами, Шустрый не ведал, но, надо полагать, она была достаточно веская.

«Что ж, Волк, удачной тебе охоты, – подумал сталкер, мысленно напутствуя ушедшего в глубь Зоны напарника. – Надеюсь, ты притащишь уйму артефактов и завтра мне не придется переживать об этой обломившейся вылазке. Проклятый Сидорович! И какого хрена тебе сегодня не спится, Шаляпин недоделанный?»

Загадка эта настолько сильно свербела у Шустрого в голове, что он не выдержал и спустился к торговцу в его подземное обиталище. Хмурый и невыспавшийся Сидорович сидел на стуле перед зажатой в слесарные тиски разобранной автоматической винтовкой «Энфилд» и ковырялся отверткой в ее спусковом механизме. Старик возился с купленным им за бесценок у какого-то проходимца неисправным оружием уже третью неделю, пытаясь собственноручно довести винтовку до ума, чтобы спихнуть ее по тройной цене кому-нибудь из «зеленых» сталкеров. Только-только пересекший периметр молодняк был падок на подобные «крутые пушки» и еще не знал, что в Баре «Сто рентген» тот же новый, промасленный «Энфилд» можно купить гораздо дешевле (впрочем, дотуда еще следовало добраться, что удавалось далеко не каждому новоиспеченному сталкеру). Чем Сидорович и пользовался, сбагривая втридорога закордонным олухам всякий хлам, попадающий время от времени в загребущие руки барыги.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39

Поделиться ссылкой на выделенное