Наталья Резанова.

Печальный остров

(страница 1 из 2)

скачать книгу бесплатно

***

Вообще-то, говорят люди, изначально этот остров назывался Пищальным. Якобы в гарнизоне Итильгородского кремля, усиленного после Смутного времени, и столь же усиленно скучавшем, развлекались стрельбой из пищалей, в рассуждении, долетит ли пуля до острова или нет. Скорее всего, это вранье, как всякая народная этимология, потому что Волга в этом месте очень широка, а остров как раз посередине, так что туда пуля из снайперской винтовки не долетит, не то что из пищали.

Как известно, Петр 1 повелел сжечь в Итиль-городе все мосты и новых не строить – в целях развития судоходства. Этот указ в точности соблюдали лет сто. Потом решили, что совсем без мостов тоже не слава Богу, тем более что город протянулся уже и за Волгу. Навели понтоны, а чтоб судоходству не мешали, в положенное время разводили. Но острова посреди Волги это не коснулось в прямом смысле слова. По понтонному мосту пустили извозчиков, позже – трамвай, и песчаный горб, щетинившийся леском , только мешал бы транспорту.

Наверное, тогда остров и назвали Печальным.

Шлепали по воде колесами и дымили пароходы, орали песни, проплывая в лодках, пьяные мастеровые с Костанжогловских заводов, гремели копыта по понтонному мосту – жизнь проходила мимо.

Настоящие мосты появились много позже. Без них стало никак нельзя. Количество заводов и фабрик, произраставших в Итиль-городе, обгоняло если не всю Европу, то всю Россию точно. И обе части города, Гора и Заречная, должны были сообщаться между собой, иначе бы производство встало. Но мосты опять пролегли в стороне от Печального острова – там, где река была поуже. Впрочем, со временем мост, опять-таки понтонный, к Печальному острову подвели – с одной стороны, с Заречной. Теперь уже название «печальный» звучало как насмешка. Остров стал излюбленным местом купаний и пикников. В летние дни сюда устремлялись изнемогающие от жары толпы, благо помимо песчаного пляжа там имелись и заросли, где можно укрыться в тени.

Лет двадцать, а может, и более, длилось такое веселье, а потом прекратилось. Санитарные врачи прекратили. Производство-то развивается, напомнили они. И не абы какое, а тяжелое. Здесь вам не Иваново – город невест, с его ситцами. Автомобили у нас куют, самолеты, пароходы. Плюс химические заводы. Ну и – не принято об этом говорить, но вообще-то каждый горожанин старше трех лет в курсе – военные. И отходы от всего сливаются в Волгу. Рыба передохла давно, а народ здесь купается. Короче, надо строить очистные сооружения, а пока суд да дело – пляж следует закрыть.

Так или иначе происходил судьбоносный разговор санитарных врачей с городскими властями, никто уж не упомнит, давно это было. Важно то, что санитарные речи нашли путь к сердцам власть предержащих. То есть очистных сооружений строить не стали, да и кто их в те времена строил? А вот мост до Печального острова разобрали.

Народ, конечно, такой заботой о своем здоровье повозмущался. Летом в здешних краях очень жарко, а возможность смотаться за город есть не у всех.

Но лишь маньяк стал бы утверждать, будто вода в великой русской реке чистая. После купанья там приходилось долго отмываться от грязи, а из чего состояла эта грязь, и говорить не хочется.

Но были и такие, кому на острове не загорать-купаться хотелось, а попить пива-водки. Непременно не на квартире, не в парке, а под сенью струй. И они упорно пытались добраться до привычного места отдохновения на лодках. Супротив таких отрядили речную милицию на катерах, а лодочную станцию закрыли. Конечно, никто не может усторожить сторожей, и милиционеры, возможно, сами проводили досуг на острове. Но роща и кустарник, прежде занимавшие часть острова, бесконтрольно разрослись, подобравшись к самой кромке воды, и пляж перестал существовать сам собой. Чтоб удобно разместиться, прежде надо было вырубить пространство среди зарослей – и кому нужны такие усилия?

Для любителей культурно выпивать среди зеленых насаждений вокруг города есть леса, и там можно расположиться, не напрягаясь.

И остров перестали посещать. С берегов казалось, что он покрыт шапкой, летом – зеленой, зимой – черной. В прежние времена, в пору весеннего паводка, Печальный остров полностью скрывался под водой. Но из-за множества плотин Волга сильно обмелела, и остров разве что подтапливало, не заливая целиком.

Так проходили годы и десятилетия. Рост промышленности, из-за которого остров отрезало от города, давно сменился спадом. Утверждали, будто в реке вновь появилась рыба. Но возвращать понтонный мост местные власти даже не думали. Не по злокозненной сущности своей. О Печальном острове просто забыли. У всех было полно забот, жизнь стала совсем иной, чем в те времена, когда вершиной удовольствия было растянуться на прогретом солнцем островном пляже. Все куда-то спешили, и разве что, застряв в пробках на мосту, кто-то из горожан поворачивал голову в сторону острова посреди Волги. Правда, его было плохо видно. Над островом вечно висело либо марево, либо туман. Наверное, виноваты были резкие колебания температур, особенно участившиеся в последние годы.

И было б так пусть не скончания времен, но весьма и весьма долго, если б где-то там, в неведомых кабинетах, не подсчитали, что гидроэлектростанции в их нынешнем состоянии не снабжают в достаточной мере энергией приречные города. Слишком, слишком обмелела Волга, мощностей не хватает. Строить электростанции на других источниках энергии – долго, и в первую очередь – дорого. Да и зачем, когда проблема разрешается проще некуда. Нужно только поднять уровень воды за счет Алатырского водохранилища, что вверх по реке от Итиль-города, и все прекрасно заработает.

И решили – поднять. Недовольные, конечно, были. Но они всегда есть. И кто их нынче слушает, недовольных-то? Чай, не проклятые перестроечные времена.

Ну, зальет пару-тройку деревень, – сказали те, кому надо говорить, – так население заблаговременно вывезут. Или вам АЭС в городской черте надобно? Так сами же протестовали – и нет ее, потому что вас тогда слушали.

Губернатор и мэр дружно утверждали : все будет хорошо, ничего страшного не случится. И хотя никто не верил, ясно было – изменить ничего не удастся, все уже решено.

И никто из них – властителей, и чиновников, и экологов, и вечно недовольных горожан, и охваченных паникой жителей деревень – не вспомнил о Печальном острове.

И все, что было раньше, растянувшись на века и десятилетия – это присказка.

***

Остров ушел под воду. На это не обратили внимания. Слишком много было других проблем. В деревнях до последнего дня надеялись, что потоп отменят, и когда потоп все же пришел, к нему оказались не готовы. Конечно, вызывали спасателей со всей страны, дома тонущий народ вывозили на вертолетах, и заселяли, куда придется. И если для людей еще находился какой-то приют, то с домашней скотиной дело обстояло хуже.

В городе, точнее, в тех его районах, что находились в низине, во многих домах залило подвалы, и откачивать стоячую воду, как тут же выяснилось, было некому и нечем.

И новое поколение санитарных врачей предрекало различные эпидемии – гепатита, дизентерии, а, памятуя о погибшей по деревням скотине – еще что и похуже. Да мало ли какие скотомогильники там размыло!

И кто в такой обстановке будет вспоминать о поглощенном рекой острове? Мало ли таких микроатлантид кануло в небытие в русских реках?

И кого в эти дни взволнует сообщение, будто по стенам обычного строения ползло неведомое чудовище, напоминавшее разом кошку и летучую мышь, а некий гражданин, зашедший отлить в кусты, повстречал там такое страшное, что теперь страдает недержанием денно и нощно?

Однако же сообщения такие были. А людей нельзя потчевать одной чернухой, для разнообразия сгодится и другая чернуха. Даже если она той породы, что с крыльями и крякает.

– Есть мнение, что народ надо отвлечь от этих безобразий, – сказал редактор «Итильской недели» журналисту Славе Замятнину. – Инопланетян уже не хавают, светская хроника людей только разозлит. Стало быть, надо заняться этими монстрами.

– Какие монстры? Пить меньше надо, тогда и монстры мерещиться не будут.

– А то я без тебя не знаю. Конечно, лопают сограждане на нервной почве больше обычного. Но матерьяльчик из этого сварганить можно. Или тебе гонорар не нужен?

Гонорар Славе, разумеется, был нужен. Семья его не отличалась большими запросами, но все равно хотела есть, и, желательно, каждый день. Поэтому он не стал выпендриваться, и согласился заняться журналистским расследованием. Тем более, что ,по его мнению, никуда для этого ходить не надо, равно как и разыскивать алкоголиков с мокрыми штанами. Залезть в сеть, откуда все равно черпается большая часть публикуемой информации, сходить на несколько знакомых форумов, исправно собирающих местные сплетни – и сенсация провинциального разлива готова для печати.

Ознакомившись с разговорами на этих форумах и в сообществах, Слава пожалел, что готовить надо заказанную сенсацию, а не серьезную работу на тему «Природа массовых психозов». Иначе пришлось бы признать, что значительная часть сограждан Славы сидит на тяжелых наркотиках, а до такой степени продвинутости в русской провинции, к счастью, еще не дошли. Вот слухи, приобретающие самые уродливые формы – это да, этим Итиль-город всегда отличался. В Москве, говорят, в давние времена был обычай – когда лили очередной церковный колокол, запускать по городу слухи один нелепей другого – иначе колокол звонить не будет. А в Итиле и колоколов не нужно было, слухи пускали из любви к искусству. За несколько часов слава узнал подробности про летучую кошку( да, уверяли многие, это было не мышь, а именно кошка, только с крыльями) и про мохнатую рептилию, напугавшую того пьяницу, а также получил сведения о других существах, не попадающих ни под одну известную классификацию. Рыбаки на Нижней набережной ( неизвестно, удавалось ли им хоть что либо выловить, но они там сидели), заметили вылезавшее из воды нечто, напоминающее крокодила, «только не зеленого, а цвета в темноте не разобрали». Влюбленная парочка, обжимавшаяся в сквере Красных Матросов, в панике бежала, когда с памятника этим самым матросам на них упала трехголовая змея. Упоминались также жабы-альбиносы и лысые крысы. Но более всего произвело впечатление на Замятнина описание собаки с перепонками на лапах, сделанное персонажем под ником BikTupogub. Оно выдавало человека с профессиональным знанием биологии. Криптоисториков нынче расплодилось немеряно, даже в провинции, а вот криптозоологи, по мнению Славы, по-прежнему водились только в книжках Так что скорее всего, выступление Tupoguba тянуло на душевный, со вкусом сделанный розыгрыш. Может, это он и начал «лить колокол», а впечатлительные сограждане, чью нервную систему всколебал потоп, подхватили. В других своих выступлениях BikTupogub обращал внимание на то, что все новоявленные существа были замечены только в кварталах старого горда. И в самом деле, отметил про себя Слава, чудовища среди блочных строений – это не то. А вот в домах прошловековых – ничо так, готично. Или это попытка привлечь внимание городских властей к проблемам ветхого фонда?

Отмечалось также, что никому из видевших «итильгородских монстров» не удалось их запечатлеть. И это в наше время, когда мобильники с фотофункциями если не у каждого, так через одного! Стало быть, люди были либо слишком напуганы, либо они все же пытались снимать, но изображения не получилось. Похоже, все неведомы зверушки попадались людям на глаза поздно вечером либо ночью. Из чего следует, что это животные ночные, а при свете дня предпочитают скрываться в тени.

Это не довод, мысленно отметил Слава. Чудовище Лох-Несское сколько столетий люди видят, а ни одного приличного снимка до сих пор нет. Хотя, конечно, столетия назад фотоаппаратов не было…

Однако теперь у него появился предлог, чтобы заговорить с криптозоологом. Слава написал, что при наличии хорошей фотокамеры, а не «мыльницы» или мобильника, возможно, удалось бы сделать снимок.

Собеседник живо заинтересовался этим соображением, и они договорились о встрече. Слава, кстати, не блефовал – цифровая камера у него имелась. Стрелку забили у пресловутого памятника Красным Матросам. Место было приметное, единственный окультуренный сквер вблизи Нижней набережной, этакий оазис посреди четырех оживленных трасс. Слава часто проезжал мимо, но не мог припомнить, когда приходил сюда целенаправленно или просто останавливался здесь. Приезжие постоянно восхищались, какие в Итиль-городе раскидываются виды, а местным некогда было этими видами любоваться. Следовало воспользоваться моментом.

Портовые здания отчасти заслоняли панораму реки, и все же Славе показалось, что Волга стала шире. Из-за того, что вода поднялась? Наверное, хотя из бетонного ложа все же не вырвалось. То ли дело позапрошый век, когда на том берегу волнорезов еще не понастроили, и по весне Заречье могло успешно конкурировать с Венецией!

– Заслав? – обратились к нему, эдак деликатно.

Под этим ником Слава выходил в сеть. Он обернулся. У ног брутальных чугунных матросов стоял мужчина лет сорока ( плюс-минус), в сером цивильном пиджаке, с редкой бородкой и необильной шевелюрой.

– Бык-Тупогуб, – представился он. – Фома Аркадьевич.

На шутника он определенно не был похож.

– Вы биолог? – спросил Слава.

– Совершенно верно, – ответствовал Бык-Тупогуб и уточнил: – Преподаю.

«Школьный учитель», – сделал для себя поправку Слава. -«Торчит на этой работе, потому что там свободный и бесплатный выход в сеть».

– Замятнин Вячеслав.

– А чем вы занимаетесь, если не секрет?

Врать Слава не собирался.

– Работаю в газете. – Слово «журналист» не хотелось употреблять. Нынче это отдавало дешевыми понтами, хуже было только «писатель». Но, видимо собеседник был не в курсе таких тонкостей.

– Пресса, – задумчиво сказал он. – Пресса – это хорошо. Даже если вы всего лишь гоняетесь за жареным.

– Пока что ничего не догнал. Какие у вас соображения?

– Для начала исследуем окрестности .У меня есть сомнения, что мы найдем эту змею, но все же следует поискать.

– Думаете, уползла?

– Думаю, эти существа отлично мимикрируют.

– Какие существа?

Но Бык-Тупогуб не ответил. Он увлеченно шарил по кустам. Было бы неловко, если б его замели за порчу зеленых насаждений, но, очевидно, у милиции были более важные занятия, чем следить, кто шастает по газонам. Впрочем, Бык-Тупогуб был довольно осторожен; потому ли, что боялся змеи, или просто не хотел топтать траву. Она была высокой – Итиль-город не славился аккуратной стрижкой газонов.

Слава некоторое время походил за ним, для очистки совести щелкнул монумент, и заскучал.

– Вы сами-то видели кого-нибудь из этих? Кроме собаки с перепонками? – спросил он, предполагая ответ «Я – нет, но вот один друг (знакомый, родственник, сослуживец)…»

– Конечно, видел. Как-бы-кошку. Кстати, не так далеко отсюда – у старого крепостного рва.

– Кошку, с которой все началось? С крыльями? Она и в самом деле летала?

– Не, прыгала с края обрыва на дерево. Как белка летяга. У нее в самом деле крылья, но вряд ли они были пригодны для полета, скорее, рудиментарные отростки.

Слава хмыкнул. А может, там и вправду белка была? Хороший заголовок: «Здравствуй, белочка…»

– Подобные явления – когда у животных развивались дополнительные части тела, вплоть до лишних голов, отмечались в прошлом веке в Чернобылской зоне, – добавил Бык-Тупогуб.

– Да, но у нас тут ничего атомного не взрывалось!

– Вы уверены, что не взрывалось? На военных завода старались скрыть такие вещи, – сказал Бык-Тупогуб с интонацией опытного конспиролога.

– Ну…– Слава не нашелся, что ответить. И не успел.

Поблизости захрустели кусты и послышался женский голос. Точнее, девичий.

– Юра-а! Юрочка!

Пипец поискам, с грустью констатировал Замятнин. Стемнело, и к подножию Красных Матросов непременно притащится какая-нибудь парочка.

Он угадал. Парочка появилась. Но эротических намерений, по всяком случае явных, молодые люди не выказывали.

– Да посмотрел я уже, нет ее там, – пробасил Юрочка.

– Ищи, ищи, должна быть! Пакость какая… Может, в кусты заползла?

– Ты по траве в босоножках не шастай, Танька. Укусит еще.

Девица ойкнула во все девичье горло.

– Вы поняли, кто это? – шепотом спросил Бык-Тупогуб.

А чего тут не понять… Слава таких видел каждый день. Типаж «блондинка провинциальная», слава богу, знать не знающая про анорексию и бронзолексию, и ее приятель, стараниями отечественной рекламы к двадцати с чем-то годам заработавший пивное пузцо. Контингент канала MTV и шоу «Прасекс» Моти Лермонтовой.

Но Бык-Тупогуб имел в виду нечто иное, и Слава догадался, что.

– Это те, которые видели трехглавую…

Однако глазастая молодежь теперь углядела и Славу с Тупогубом.

– Эй, мужики, вы тут случайно… – как можно более солидно начал юноша.

Его спутница проявила неожиданную смекалку.

– Юрочка, глянь, у него цифровик! Они на наше место пришли! Они сами сфотать хотят!

Юрочка заворочал выцветшими бровями – это действие, несомненно, сопровождало мыслительный процесс.

– Прикинь, да…– только и сумел он произнести.

– Мы первые, первые ее нашли! Это наше ! – заявила Татьяна. – Вы не имеете права…

Но Бык-Тупогуб, по роду деятельности общавшийся с учащейся молодежью, не был смущен, а Слава, тем более.

– Любая информация, размещенная в сети на сайтах открытого доступа, становится всеобщим достоянием, – спокойно провозгласил он.

Однако девицу тоже нелегко было сбить с толку.

– Все равно мы первые! И фоту мы сделать и продать! У нас права…

Слава встрепенулся.

– И кому продавать собрались?

– Так мы и сказали, – Юрочка проявил трезвость мысли, а девушка подхватила:

– Да у нас такую фоту любое агентство с руками оторвет! Хоть в Москве, хоть в Америке!

Все ясно. Ребятишки насмотрелись боевиков, где лихие репортеры получают за снимки бешеные бабки. Ни с одной конторой в реале дела не имели, волшебного слова «фотожаба» не слыхали. Оторвать-то у вас, может, что и оторвут…Руки, скорее всего.

– Ладно, Бог в помощь, – сказал он, – ищите свою змеюку.

Молодые люди не ожидали такой уступчивости.

– А вы чего? – растерянно спросил Юра.

– А мы дальше пойдем. Правда, Фома Аркадьевич?

– Совершенно верно. Главное было – найти исходную точку.

Замятнин подхватил криптозоолога и повлек прочь – не дал рассыпать цветы красноречия перед посторонними.

Однако Таня заподозрила подвох.

– Юрочка! – громко зашептала она. – Они что-то знают! Иначе б не ушли. Пойдем за ними!

Юра поковырял пальцем в ухе.

– А пошли.

Искать змею в кустах у него не было большого желания, даже за большие доллары.

– Итак, главное было найти исходную точку, и сдается мне, она где-то здесь, – продолжал вещать Бык-Тупогуб. – Вернемся к тому, с чего начали. Все появления – на правобережье, все в старой части города. Я обозначил – примерно – на карте города все места, где видели монстров, и попытался понять, что их объединяет.

– Да тише вы! Эти папарацци доморощенные поперлись за нами.

– Ну и что? Наша задача – увидеть. Пара лишних наблюдателей не помешает.

Бык-Тупогуб то ли не страшился конкурентов, то ли ему и впрямь важнее всего был результат. С другой стороны, Слава тоже пришел не в погоне за сенсацией, а как бы наоборот. Если они что-то увидят – пусть будут дополнительные свидетели. Если не увидят ничего – тем более.

Они прошли сквер насквозь.

– Куда дальше? – спросил Слава.

Бык-Тупогуб остановился, раздумывая. Стемнело окончательно, и Нижняя набережная была пуста. Итиль-город все же оставался провинцией, даже летом. Хотя днем из-за обилия пробок в этом можно было усомниться. Однако ночная жизнь там не то, чтоб не существовала, но в основном происходила за запертыми дверьми. Выплескивалась наружу она на Горе, где обычно проходили всяческие гулянья и уличные представления. А эта часть города спокон веку считалась деловой. После работы те, у кого были средства и желание, оттягивались по барам и ночным клубам. Движение замирало, можно было преспокойно разгуливать по проезжей полосе, которая пару часов назад была забита машинами, и ни один милиционер не сделал бы по этому поводу замечания. Милиционеров, впрочем, об эту пору тоже надо было поискать. Нет движения – нет штрафов, так зачем же париться?

От набережной, за старыми домами, узкие кривые улицы ползли вверх по склону. Ближайший холм скобкой охватывала трасса, проходившая по дну бывшего крепостного рва. Тень от горы, на которой стояла крепость, ложилась на весь прибрежный район, и на серо-свинцовых, тускло дрожащих волнах рисовались зубчатые отражения стен и башен.

Слава задал вопрос – но Бык-Тупогуб медлил с ответом. Он обводил взглядом склон – особняки с осыпающейся лепниной, новехонькие церкви в сусальном золоте куполов и краснокирпичные складские здания, словно стремясь угадать, на котором из них затаилась очередная химера. Поэтому он, как водится, не заметил того, что происходило поблизости.

Татьяна снова ойкнула – не то, чтоб панически, скорее рефлекторно. По улице прокатил джип с затемненными окнами. Но девушка не этого испугалась. Не Москва, чай, и даже не Чикаго, в прохожих из машин не палят. Но, приглядевшись, что происходит, Слава хмыкнул.

Ну конечно – единственный автомобиль на пустынной ночной улице – и обязательно должен был сбить собаку.

– Вот гад, и не остановился, – произнес Юра. – Чего уж там! Он и ради человека бы не притормозил. – Похоже, в парне проснулась классовая ненависть. Это чувство прекрасно уживается со стремлением срубить бабла. – А тут собака…

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.

Купить и скачать книгу в rtf, mobi, fb2, epub, txt (всего 14 форматов)



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2

Поделиться ссылкой на выделенное