Рене Бернард.

Сладкий обман

(страница 10 из 16)

скачать книгу бесплатно

   Еще раз украдкой оглянувшись, незнакомка по приглашению Джоселин прошла к кухонному столу.
   – Может быть хотите чаю? Или что-нибудь поесть?
   Посетительница нервно села на предложенный стул, но отрицательно покачала головой:
   – Нет, ничего не надо, спасибо.
   Джоселин села напротив, любопытство взяло верх.
   – Я не тороплю вас, но какое у вас дело? Моя служанка сказала, что это должно быть что-то срочное, мадам.
   – Д-да, – решительно кивнула незнакомка, явно подбирая слова для разговора. – Я не прошу… об одолжении. Особенно у незнакомых людей. Но я долго думала… молилась даже… И не вижу другого выхода.
   Миссис Брукс, стоя за спиной незнакомки, вопросительно посмотрела на Джоселин, но та сделала вид, что не заметила взгляда кухарки.
   – Одолжение?
   – Мой муж умер. Все мои письма, адресованные семье, вернулись нераспечатанными или остались без ответа. Мне не следовало выходить за него замуж. Мой выбор в семье никогда не одобряли, и я для них уже умерла. – Она говорила тихим голосом и почти без интонаций, словно во сне. Но это была речь образованного человека, и Джоселин задумалась, каково происхождение этой гостьи. – У меня па руках остались шестеро детей, и сейчас я… в затруднительном положении. Работа была… тяжелой, и я сейчас стараюсь преодолеть последствия болезни. Мой старший сын умер на фабрике, младшие дети – очень болезненные. Но если я смогу сохранить хоть одного ребенка… Теперь вы понимаете, почему я была вынуждена прийти.
   Джоселин наклонилась, мягко коснулась ее руки.
   – Я пока не совсем понимаю, но искренне сочувствую вам. Мы сегодня пошлем вам домой продукты и что-нибудь для детей.
   В глазах женщины блеснули слезы.
   – Я не могу отказаться от подарков, но одолжение, о котором я прошу… Это моя дочь, Эдит. Я… я хочу, чтобы вы взяли ее.
   – Взяли? – Джоселин постаралась сохранять спокойствие. В ее душе ледяной ужас смешивался с печалью.
   – Я знаю, что это за заведение. И знаю, что делаю. Вы считаете меня бессердечной, но у дочери будет крыша над головой, еда, хорошая одежда, о ней будут заботиться. Она не сгинет на фабрике и не станет продавать себя на углу улицы.
   Джоселин закусила губу, стараясь успокоиться.
   – Но есть и другие возможности.
   – Нет, других возможностей нет. – Незнакомка проявляла полную покорность судьбе. – Эдит симпатичная, у нее хорошая кожа. Она очень сообразительная, быстро обучается и послушная. Клянусь, с ней у вас не возникнет никаких проблем.
   – Но сколько ей лет?
   – Тринадцать.
   «Наступит ли когда-нибудь день, когда подобный разговор не станет вызывать у меня неприятных ощущений?» – подумала Джоселин, а вслух сказала:
   – Она молода для такого заведения.
Дети у нас не работают.
   – Тогда пусть она поработает у вас в качестве служанки, пока не повзрослеет! Пожалуйста… Я бы знала, что она… Она никогда не будет голодать.
   Джоселин бросила взгляд в сторону миссис Брукс, которая с тревогой наблюдала за происходящим. Кухарка уже собирала корзину с хлебом и другими продуктами, узнав о тяжелом положении женщины, но, услышав просьбу матери, замерла у плиты. Никто не собирался отрицать характер подобного заведения, но слышать, какой выбор сделала мать для своей дочери, было нелегко.
   – А если мы откажем ей? – Джоселин пыталась проявить настойчивость. – Вы уверены, что она не сможет найти себе место прислуги в приличном доме? В магазине?
   – Без рекомендаций? В ее возрасте? К тому же я не могу помочь ей устроиться, я не приучила ее к работе, она даже не умеет обходиться с иглой. Дочь быстро взрослеет, и я вижу, что она уже привлекает внимание местных парней. – Женщина опустила глаза. – Если вы откажете ей, тогда… я… выгоню ее.
   Конечно, возможно, это была лишь пустая угроза, но Джоселин почувствовала остроту ситуации. Даже если эта женщина не выгонит дочь на улицу, понятно, что ее отчаяние граничит с безысходностью.
   – Я происхожу из хорошей семьи, – продолжала просительница. – Эдит кое-что передалось по наследству. – Красивая фигура и хорошие манеры, по крайней мере я смогла передать ей это.
   – Она умеет читать?
   – Да! – Чувство гордости озарило лицо посетительницы и на короткий миг вернуло давно утраченную красоту. – Она даже немного знает латынь. Я сама учила ее.
   Джоселин вздохнула. Такие просьбы она слышала не в первый раз и если бы принимала просьбы каждой матери, «Колокольчик» уже давно мог бы превратиться в приют. Она отправляла прочь людей с подобными просьбами и плакала ночи напролет, ужасаясь холодной реальности жизни, которая протекала за тонким барьером кирпичных стен борделя. Но сейчас у Джоселин не было уверенности, что она сможет отказать. Какой в том прок, если она станет такой же бесчувственной, как любой другой, кто откажет этой матери? Или еще хуже, найдется тот, кто с удовольствием наживется на детской невинности. Но «Колокольчик» – далеко не рай, какое будущее может быть у этого ребенка?
   Джоселин откинулась на спинку стула, чувствуя огромную ответственность за свое решение.
   – Вы сказали, что не приучили ее к работе, но хотите, чтобы я взяла ее в качестве прислуги.
   – Пожалуйста…
   – Она слишком мала для работы в борделе, я не торгую детьми. – Джоселин с трудом сглотнула, прежде чем продолжить. – Позвольте мне закончить, мадам.
   Посетительница кивнула, но надежда в ее глазах погасла.
   – Эдит, как вы сказали… сообразительная девочка и быстро учится. Возможно, она поймет, что тяжелая работа не так уж страшна. Она может научиться работе горничной или стать помощницей на кухне. За работу ей будут платить деньги, и она сможет получить образование. Мы нанимаем учителей по многим предметам, включая французский и итальянский языки, историю, литературу. Если она будет усердно заниматься, она сможет получить хорошие знания и впоследствии преподавать сама. А может быть, займется чем-нибудь другим в жизни.
   – Дай вам Бог здоровья! Дай вам…
   – Мы никого не заставляем торговать собой. – Джоселин резко встала, не желая принимать благодарности матери за такой «подарок». – Но не обманывайте себя. Я не могу уберечь ее от искушений этого заведения и поставить ширму, чтобы она ничего не видела. На какое-то время я смогу оградить ее от визитов на некоторые этажи и от гостей нашего заведения, но лишь на время. Если она, как вы сказали, симпатичная… то со временем, если у нее есть склонность… Поймите, это не пансион. Здесь она может получить такие уроки, о которых потом вы будете сожалеть.
   – Я понимаю.
   Джоселин вздохнула:
   – Мне кажется, что вы только думаете, что все понимаете. Я советую вам повременить с решением хотя бы до утра. Если завтра вы по-прежнему сохраните уверенность в правильности такого решения, тогда присылайте дочь утром, после десяти часов.
   Посетительница встала и дрожащими руками приняла от миссис Брукс корзину с продуктами.
   – Я пришлю ее.
   – Если ваша ситуация изменится к лучшему, вы всегда сможете забрать свою дочь. Я не делаю женщин рабами. Если есть какой-то другой путь, пожалуйста, воспользуйтесь им.
   Не поднимая на Джоселин глаз, посетительница вышла. Когда за ней закрылась дверь, Джоселин застыла на мгновение, чтобы собраться с мыслями.
   – Даете крышу бездомным, – тихо сказала у нее за спиной миссис Брукс. – Совсем как ваша мать.
   Эти слова вызвали улыбку на лице Джоселин, но на душе ей стало еще печальнее. Было в ее жизни что-то неотвратимое, и Джоселин ненавидела это ощущение. И все же решение принято, завтра утром к черному входу ей доставят плачущего ребенка. Джоселин повернулась к кухарке:
   – Возможно, мать все же найдет другое решение вопроса, а мы просто воспользуемся временем, чтобы обучить ее ведению домашнего хозяйства, которое пригодится девушке где-нибудь в другом месте.
   Взгляд миссис Брукс был полон скептицизма.
   – Как будто какой-нибудь приличный дом захочет взять себе девушку, побывавшую в этом заведении.
   Джоселин скрестила руки на груди и неодобрительно посмотрела на кухарку. Миссис Брукс покраснела от немого упрека и попыталась сгладить ситуацию.
   – Похоже, Эдит хорошая девочка, и я смогу взять ее к себе в помощницы.
   Джоселин улыбнулась:
   – Хорошо. Теперь надо сказать Рамису, что у него появится еще одна подопечная, за которой следует присматривать.
   Миссис Брукс рассмеялась и занялась приготовлением обеда.
   – Лучше, если вы сами скажете ему об этом, мадам! Этот тигр, когда услышит об этом, зарычит так, что стены затрясутся.
   Джоселин проигнорировала усмешку миссис Брукс и направилась по потайной лестнице в свои покои. Реакция Рамиса волновала ее меньше всего. Он будет возмущаться, зная, что она берет абсолютно беспомощного котенка. Но не станет противиться ее решению. Они давно знают друг друга, чтобы Джоселин боялась его мнения. Любое прибавление в их заведении несет в себе риск, но она была уверена, что одна маленькая девочка не доставит им лишних хлопот.
   «Как будто какой-нибудь приличный дом захочет взять себе девушку, побывавшую в этом заведении».
   Слова миссис Брукс до сих пор звучали у нее в ушах, и Джоселин вздрогнула от воспоминаний о полученных уроках. Кухарка, конечно, была права. Джоселин могла топать ногами и сверкать глазами, но слова миссис Брукс были чистой правдой. Мать Джоселин не зря всячески ограждала дочь от «Колокольчика» и от всего, что с ним связано.
   «Только бесполезно. Однажды я перешагнула порог этого дома и уже никогда не смогу вырваться отсюда», – подумала Джоселин.
   Фантастические мысли о них с Алексом, которые пришли ей в голову утром, сейчас показались хрупкими и глупыми. Алекс – уважаемый человек, его репутация так же важна для него, как любая земельная собственность или состояние. Это была одна из черт характера, которую Джоселин обожала в нем. От этой мысли она замерла на месте.
   «Я могу обожать в нем что-то, не… любя его». Джоселин состроила гримасу, понимая слабость такого утверждения, но вздернула подбородок, словно столкнулась с невидимым врагом. «Все это не имеет значениями я уже слишком взрослая, чтобы изображать сейчас падающую в обморок девицу. Он купил мое время, мое тело и мое внимание, но не мое сердце! Он – лишь эпизод, развлечение, средство к достижению цели. И когда он вернется к своей респектабельной жизни, у меня будет достаточно денег, чтобы обеспечить жизнь «Колокольчика» и свою собственную».
   – Это реальный мир, Джоселин Толливер, – громко сказала она себе. – А когда ты начнешь это забывать, просто спроси об этом Эдит.


   Вежливые аплодисменты прокатились по театру, и Алекс заставил себя присоединиться к ним, ерзая на стуле и стараясь размять затекшие плечи и шею. Он надеялся, что сестра не станет выспрашивать у него сюжет, поскольку все его мысли во время спектакля были заняты Джоселин. Он чувствовал угрызения совести, потому что последние несколько недель абсолютно не занимался домашними делами. Этот выход в театр стал небольшой уступкой Элоизе, и Алекс пытался понять, понравилось ли ей. Деклан едва дождался конца спектакля.
   – Закончился? Клянусь, мои ноги давно онемели.
   От такого замечания Элоиза захлопала еще громче.
   – Не сомневаюсь, что вам понравилось бы больше, если бы актрисы ходили голые.
   Деклан сразу оживился:
   – Хорошая идея! Я уверен, что от этого сюжет стал бы намного интереснее.
   Алекс сделал страшные глаза.
   – Хватит, Форрестер. – Премьерные спектакли никогда не производили на зрителя глубокого впечатления, но он знал, что у сестры не то настроение, чтобы вести споры. Она дала понять, что будет рада снова увидеть брата в «приличном обществе» и взяла слово, что он приедет сегодня к лорду Эндрюсу выпить коньяку и послушать сплетни. Алекс ненавидел обе вещи, но понимал, что этот жест примирит его с сестрой. Он подал ей театральный бинокль. – Пойдем?
   – Внизу в холле состоится прием, и я подумала, что мы можем посетить его. – Элоиза поправила шелковую шаль на плечах, терпеливо ожидая ответа Алекса.
   – Я бы с удовольствием размял ноги, – встрял Деклан, – прежде чем садиться в экипаж. Кроме того, все эти актеры должны быть более веселыми и раскованными, когда не связаны ролями и глупыми музыкальными номерами, которые мешают раскрыться их природному обаянию.
   – Деклан, веди себя прилично! – проворчал Алекс. Он протянул руку сестре, и троица стала спускаться вниз, в один из салонов, где начинался прием.
   Это было веселое сборище по поводу премьеры спектакля, в бокалах искрилось шампанское, а величественные покровители искусства мило общались с артистами и художниками. После двух коктейлей Алекс стал размышлять, сколько еще времени ему удастся сохранять вежливую улыбку на лице. Особенно чуть позже, в пресловутом доме Эндрюса, где он не раз наблюдал, как бледнели некоторые гости от коварных разоблачений и острого языка лорда Эндрюса. Если миссис Престон рассказала что-нибудь про ожерелье, Алекс не удивится, что…
   – …мертва! – Громкий шепот привлек внимание Алекса и положил конец его размышлениям. Он незаметно приблизился к двум пожилым дамам, чтобы подслушать их разговор и извлечь из него нужную информацию.
   – Посмотрите на беднягу! Он превратился в развалину с серым от горя лицом, но кто обвинит его в этом? Найти свою прелестную любовницу убитой таким жестоким способом! Скандал…
   – Говорят, в газетах появилось сообщение об этой связи! Теперь жена спустит с него шкуру.
   – Я слышала, он вложил деньги в постановку, чтобы сделать приятное своей любовнице. И вот теперь, на премьере, абсолютно подавлен такой новостью и ни одного доброго слова ни от кого не услышал.
   – А что тут сказать в таком случае? Простите меня, барон, мне очень жаль, что вашу любовницу убили на улице? Не будьте так глупы!
   Алекс тихо отошел в сторону, усиленно соображая, что могла означать эта беседа. Со дня последнего убийства прошло несколько дней. Разговор шел об этом убийстве, и новость дошла до титулованного любовника только сейчас? Или они говорили о новой девушке, которая попала в жестокие руки убийцы и поплатилась за это жизнью?
   Взгляд Алекса метнулся по залу, и он безошибочно определил объект, о котором только что сплетничали две дамы. Он лишь однажды встречался с лордом Раскином, и тот произвел на него впечатление порядочного и дисциплинированного человека. Сейчас он выглядел потерянным и разбитым. У него был унылый вид, опущенный в пол взгляд, он сидел у стены, сжимая в руках бокал.
   Должно быть, он слышал эти разговоры. Господи, неужели кто-то получил удовольствие, все публично высказав ему, и насладился неловкой сценой?
   И тут другая мысль, от которой похолодело в груди, пришла ему в голову. Он легко мог бы оказаться на месте этого человека у стены, имя женщины еще не названо. А что, если это одна из девиц «Колокольчика»? Или даже его прекрасная хозяйка?
   Алекс легко нашел Элоизу и с облегчением отметил, что Деклан рядом. Он выразительно посмотрел на друга, зная, что тот поддержит его без единого вопроса.
   – Элоиза, кое-что произошло, и я боюсь, что мне придется снова просить Деклана проводить тебя домой.
   Элоиза буквально уцепилась за него, схватила за руку.
   – Алекс, это невозможно! – Она понизила голос, боясь привлечь к себе излишнее внимание. – Ты не можешь бросить меня просто из-за какой-то прихоти! И… опять навязать меня мистеру Форрестеру! – От гнева у нее покраснели щеки. – Нас ждут у лорда Эндрюса. Ты обещал посетить его.
   – Разве? – с трудом выдавил из себя Алекс, не желая уступать. – Не помню, чтобы я давал такое обещание. Но даже если так, я уверен, что лорд Эндрюс примет мои искренние извинения.
   – Твои извинения? – все еще не веря, переспросила Элоиза.
   – Но ты же передашь их ему, правда? – Не дожидаясь ответа, Алекс поцеловал сестру в щеку и, повернувшись устремился к лестнице, которая вела на первый этаж.
   Он отказывался думать о смутной тревоге, которая ускоряла его шаги. Он был в «Колокольчике» два дня назад и не почувствовал никаких признаков беспокойства или опасности. Два бесконечных дня и ночи без Джоселин в упорной попытке доказать себе, что жизнь за пределами ее покоев все еще интересует его. Он собирался восстановить свое душевное равновесие, привести в порядок мысли, но сейчас чувствовал себя круглым дураком. Он потратил два драгоценных дня, пребывая в растерянности и раздражении, и, возможно, упустил шанс защитить ее.
   Алекс окликнул экипаж и пообещал дополнительные деньги за скорость.

   – Я только что услышал.
   Джоселин подняла глаза, когда Алекс внезапно вошел в комнату. Он выглядел взъерошенным, был явно чем-то обеспокоен и смотрел на нее странным и напряженным взглядом. Она спустила ноги с дивана и встала, чтобы поприветствовать его.
   – Что именно ты услышал?
   Казалось, прозвучавший вопрос немного успокоил его, и Джоселин с удовлетворением отметила, как поведение воина, готового к битве, сменилось на поведение настоящего джентльмена, понимающего, что он нарушил этикет, осознающего, что из одежды на ней только бирюзовый шелковый халат. Она почти угадала его мысли. Почти.
   – Я услышал, что произошло еще одно убийство.
   Джоселин замерла, потом покачала головой:
   – Мы здесь не слышали об этом. Где это произошло? В каком борделе?
   – Если честно, я не знаю. Я думал… – Алекс замолчал, его мысли неожиданно приняли новый оборот. – Должно быть, это то же самое убийство… – Плечи его расслабились, из груди вырвался вздох облегчения. – Иначе ты бы уже давно знала, если бы другая девушка была найдена убитой.
   Джоселин кивнула, приблизилась к нему, коснулась пальцами подбородка. Ее удивляла обеспокоенность Алекса и то облегчение, которое он испытал, услышав ее слова. Его забота, его стремление быть на ее стороне смущали Джоселин, она не знала, как ей понимать своего красавца любовника. Он заплатил немалые деньги за ее благосклонность и внимание, но его отношение к ней выходило за рамки их соглашения. Казалось, что ее настроение и ее мнение имеют для него первостепенное значение. В последние дни он исчез, как подозревала Джоселин, чтобы доказать себе, что может обходиться без нее, теперь его внезапное появление застало ее врасплох и приятно взволновало.
   – Тебя так долго не было, Алекс, – прошептала она, надеясь, что он не примет это за ворчание с ее стороны. Несмотря на все ее разговоры о науке любить, Джоселин старалась не заходить в свою библиотеку с тех пор, как он «преподал» ей урок. Рисунки и тексты только подогревали эротические мечты, но не утоляли ее недавно открытые желания.
   – Ты не одета.
   – Я собиралась принять ванну перед тем, как лечь спать. – Она сознательно дотронулась до широкого, украшенного вышивкой пояса у себя на талии. – Мне изменить свои планы, милорд?
   Его глаза вспыхнули страстью. Джоселин вздрогнула от пронзившего ее острого желания. Алекс покачал головой, медленно провел рукой по распущенным волосам, свободно лежавшим на ее плечах.
   – Ванна звучит… божественно.
   Он взял ее за руку и повел в ванную комнату. Ни слова не говоря, Алекс мягким движением сбросил с плеч Джоселин халат, позволив ему упасть на пол.
   У Джоселин перехватило дыхание, когда он сделал шаг назад, чтобы рассмотреть ее тело. Его взгляд скользнул по мягкой округлости груди, спустился ниже, к крохотному углублению пупка и стройным бедрам. Казалось, что своим взглядом он ставит на ней отметку, клеймо собственности, и предъявляет свои права на каждый дюйм ее тела.
   Та высокая оценка, которую она прочла в его глазах, сделала Джоселин смелее.
   «Ему нравится то, что он видит, и я… Мне очень хочется, чтобы он смотрел на меня».
   Сев на широкий край ванны, Алекс включил воду, чтобы наполнить ее. От прохладного вечернего воздуха кожа Джоселин побледнела, соски затвердели. От фарфоровой ванны поднимался пар, и Алекс погрузил палец в воду, чтобы убедиться, что температура воды подходит для нежной кожи.
   Он протянул руку, чтобы помочь Джоселин войти в ванну, потом переместил обе руки ей на бедра.
   – Ты будешь меня мыть? – осторожно спросила Джоселин, глядя на его безупречный костюм. – Ты испортишь…
   Алекс кивнул и, не сводя с нее глаз, встал на колено, чтобы взять мыло.
   – Не имеет значения.
   Он намылил руки и провел ими по внешней стороне бедер, по выпуклым ягодицам, а потом наклонился и прижался губами к шелковистому треугольнику внизу живота. Джоселин задохнулась от удивления, хватаясь за его плечи, чтобы удержать равновесие. Через мгновение он уже прижался лицом к ее животу. Его горячее дыхание обжигало, а руки продолжали свой путь по ее телу все выше и выше. У нее дрожали бедра, и Алекс окунул руки в горячую воду, чтобы согреть ее.
   Он снова намылил руки, и на этот раз они как перышко заскользили по ее животу, потом двинулись выше, к холмикам груди. Его мягкие ладони дразнили розовые бутоны сосков, пена делала каждое прикосновение еще более сладостным и возбуждающим. У Джоселин участилось дыхание. Он прикасался к ней, но только сквозь преграду мыльных пузырьков, сводя ее с ума от желания. Она боялась, что не выдержит этой пытки.
   – Алекс!
   Она была вся покрыта пеной, его руки не оставили без внимания ни один изгиб ее тела. Джоселин была готова кричать от сладостного напряжения, которое начинало зреть внутри ее. Набирая воду в руки и поливая Джоселин, Алекс быстро осыпал ее поцелуями и нежно покусывал.
   – Мне нравится, что ты не пытаешься прятать от меня свое тело. Ты не представляешь, насколько мощное влияние это оказывает.
   – Мощное влияние? – Джоселин наслаждалась услышанным. – Какое искушение таят в себе твои слова! Скоро я возомню себя деспотом, и ты будешь выполнять мои приказания.
   – Попробуй. – Это прозвучало как вызов, и Джоселин оценила своего противника. В Алексе Рэндалле не было ни покорности, ни смирения. Но он предлагал ей попробовать свою власть, и сама мысль о том, чтобы победить его, заставила Джоселин вздрогнуть. Он стоял перед ней в элегантном вечернем костюме, который был явно сшит на заказ и выгодно обрисовывал мощный разворот плеч и стройность фигуры. Каждая деталь костюма подчеркивала его происхождение, Алекс буквально излучал уверенность. Джоселин хотелось увидеть, как иссякнут эти запасы.
   Она осторожно села в воду, откинувшись назад, как наложница султана. Вода покрылась пеной, которая смылась с ее тела, и теперь Алекс почти не видел того, что он так желал.
   – Раздевайся, – скомандовала Джоселин. – Я тоже хочу видеть твое тело, если только ты не собираешься прятать его от меня…
   Алекс улыбнулся, ведь она использовала его слова против него самого, но подчинился приказу довольно легко. Он начал раздеваться, медленно, цепляясь за каждую пуговицу, пока Джоселин не подумала, что сейчас умрет от нетерпения. Скрывая свое нетерпеливое ожидание, она изобразила безразличие на лице.
   – А вы любитель подразнить, сэр.


скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16

Поделиться ссылкой на выделенное