Лев Пучков.

Собачья работа

(страница 4 из 37)

скачать книгу бесплатно

– Присаживайтесь, Алиса Рудольфовна. Я постараюсь быть кратким и не отнимать слишком много вашего времени.

– Не имела чести быть представленной. – Алиса присела на краешек кресла и с деланным интересом осмотрелась по сторонам. На самом деле обстановка помещения ее интересовала постольку поскольку – в голове завывала сирена и билась одна тревожная мысль: «Попалась, шпионка!!!».

«Они узнали, кто я такая… Угу… И без особого труда вычислили, зачем Ли отправила меня сюда… Интересно, а что сейчас делают с теми, кто пособничает в промышленном шпионаже?» – Алиса поправила прическу и вызывающе уставилась на смуглого, томно смежив веки.

– Кулькин я, – запоздало представился смуглый крепыш. – Геннадий Юрьевич. Несколько вопросов, Алиса Рудольфовна. Отвечаете положительно: три ужина за мой счет в нашем заведении в удобное для вас время и пространные извинения за доставленное беспокойство. Отвечаете отрицательно – беседа наша затянется и примет несколько иной характер…

– Угрожаете? – презрительно подняла правую бровь Алиса.

– Нисколько, – грустно сказал Кулькин и по-особому уставился на собеседницу – так смотрит мужчина на женщину, которая для него недоступна и вместе с тем страшно привлекательна.

«О! Я ему нравлюсь, – несколько приободрилась Алиса. – Очень хорошо! Поиграем в кошки-мышки!»

– Руслан Саранов, Григорий Толхаев, Николай Улюмов – он же Улюм… – Кулькин перечислил фамилии, сделал паузу и поинтересовался: – С кем из этих господ вы знакомы?

Алиса отрицательно помотала головой – увы, об этих славных ребятах она слышала впервые.

– Ответ отрицательный, – грустно констатировал смуглый Кулькин. – Ладно… А вот с этими господами вы не состоите ни в каких отношениях? – тут Кулькин выдернул из-под прозрачного пластика на столе стандартный лист, на котором в четыре столбика были отпечатаны несколько десятков фамилий, и протянул его Алисе.

– Нет, не знаю, – пробежав глазами список, сообщила Алиса. – Как-то не представилось возможности…

– Ясно, – Кулькин потер ладошки и пожал плечами. – И опять ответ отрицательный… Угу. Вы уже в течение нескольких лет одиноки и не имеете… мм… ну, приятеля не имеете. Ага?

– Не ваше собачье дело, – торжественно заявила Алиса. – Моя личная жизнь никого не касается!

– Ну это как сказать, – поморщился Кулькин. – Это до поры до времени – пока ваша личная жизнь не пересекается с интересами неких особ… Но в общем-то, ясно – нет у вас приятеля.

– Дальше давайте! – поторопила Алиса, невольно бросая взгляд на три верхних монитора, которые давали теперь крупный план столика Круглова. Кулькин заметил этот взгляд и отреагировал адекватно:

– Никуда он не денется – от такой женщины…

– Вы о чем? – притворно удивилась Алиса, чувствуя, что краснеет. – Загадками изъясняться изволите!

– Преподаете в университете, берете переводы на пятьдесят баксов в неделю – более доходов нет, – проигнорировав Алисино притворство, перечислил Кулькин. – Воспитываете сына, помогаете матери и родителям погибшего мужа… Похвально, похвально…

– Я что – под следствием? – встопорщилась Алиса. – Вы не можете сказать, что вам от меня нужно?

– Могу, – Кулькин печально улыбнулся и, с вожделением глядя на Алисины коленки, спросил: – Скажите, Алиса Рудольфовна, лапочка, ну что за блажь? За каким чертом вы поперлись в этот кабак? Ваш среднемесячный доход составляет что-то около трехсот баксов.

Все эти деньги вы тратите – у вас даже сберкнижки нет! А ужин в нашем заведении обойдется вам более чем в штуку баксов… Зачем это? Откуда деньги?

– Накопила за полгода, – нагло соврала Алиса. – И пошла погулять – дай, думаю, отдохну хоть разок…

– Мне ваше вранье начинает надоедать, – тяжело вздохнул Кулькин. – Я сейчас перечислю варианты, а вы скажете, на чем нам остановиться, – другие версии не принимаются. Первое: вам надоело прозябать и решили стать проституткой. Ну, учитывая ваши параметры, добавим – дорогой проституткой. Действительно накопили деньги и отправились в самый крутой кабак…

Алиса возмущенно фыркнула и не сочла нужным комментировать предположение собеседника. Кулькин на фырк внимания не обратил, продолжил:

– Если это так, вы неправильно себя повели: нужно было встретиться со мной, проинформировать о своих намерениях и попроситься на работу – я бы подумал. У нас прекрасно трудятся очень симпатичные девчата – никто пока не жаловался, все довольны. Так… Далее. Вы не желаете стать проституткой, а штуку баксов вам кто-то дал. Чтобы вы закадрили славного парнишку Виктора Борисовича Круглова… Ну, допустим, с целью промышленного шпионажа… – Алиса чуть не упала с кресла, с трудом взяла себя в руки, вторично фыркнула и с большим усердием изобразила презрительный взгляд, уставившись в переносицу Кулькина… – Третий вариант: проституткой вы стать не желаете, деньги вам никто не давал – вы их накопили, заказали столик рядом с Кругловым совершенно случайно… А пришли в наше заведение, чтобы познакомиться с каким-нибудь симпатичным богатеньким мужичком, мм… ну, естественно, чтобы поправить свои финансовые дела. Мужичок вас полюбит, будет раз в неделю использовать и заваливать дорогими подарками – так вы себе это представляете… Итак, на каком варианте мы остановимся?

– Послушайте, как вас там… – хрипло пробормотала Алиса и прокашлялась.

– Кулькин, – подсказал смуглый, не отводя взгляда от Алисиных коленок, и предложил: – Зовите меня Гена – мне будет приятно.

– Послушайте, Кулькин, – проигнорировала предложение Алиса, с тревогой косясь на мониторы. – Мне надо идти – вы мне изрядно поднадоели. Ваши церберы меня выпустят?

– Ответьте на мои вопросы, и вы свободны, – Кулькин развел руками. – Вы думаете, я валяю тут с вами дурака?

– А чего вы тут валяете? – поддела Алиса. – Даже если одно из ваших трех предположений соответствует действительности, каким образом это относится к вашему заведению?

– Извольте, – Кулькин потер ладошки. – Если вы решили стать проституткой – это в первую очередь касается меня. Все наши клиенты – уважаемые и состоятельные люди, потому наши девочки проходят особый отбор и их деятельность контролируется. Если мы будем пускать сюда кого попало…

– Я не собираюсь заниматься проституцией, – отрубила Алиса. – Дальше что?

– Очень хорошо! – воскликнул Кулькин. – Очень хорошо… В таком случае, если речь идет о промышленном шпионаже, я тотчас же проинформирую господина Круглова… Симпатичный господин, не правда ли?

– Да уж посимпатичнее вас, Кулькин, – язвительно хмыкнула Алиса. – Высокий, стройный, бледнолицый…

– Так вот, этот симпатичный господин, при всех его внешних достоинствах, болезненно следит за безопасностью своей фирмы, – оскорбленно выпалил Кулькин. – И через пять минут после моего сообщения вас будут с пристрастием допрашивать здоровенные мордовороты в подвале его особняка. Они не посмотрят, что вы шикарная дама! Нет, они, конечно, обратят на это внимание, но, боюсь, вам это не понравится. Мне сообщить Круглову? Нет, мы, конечно, не приятели, но Виктор Борисович – наш постоянный клиент, и мы дорожим репутацией…

– Я действительно хотела познакомиться с богатым мужчиной, – оборвала собеседника Алиса и устало продолжила: – Сволочь вы, Кулькин, – вот что… Я копила деньги полгода – правильно вы сказали. Ранг вашего заведения известен. Хотела познакомиться с каким-нибудь денежным мешком, спать с ним раз в неделю и не думать о каждой копейке – кругом вы правы! Довольны?

– Очень, Алиса Рудольфовна, просто очень! – Кулькин вскочил и, приблизившись к Алисе, театрально поклонился, не забыв забраться взглядом в глубокое декольте своей собеседницы – аж зажмурился от удовольствия, сволочь! – Это в корне меняет дело. Это уже не касается безопасности нашего заведения. Теперь мы поговорим о другом…

– Тогда я пошла, – Алиса тоже встала и отважно поперла высокой грудью на Кулькина. – Этот Круглов мне очень понравился, и, если бы не этот ваш дуралей Женя, он, Круглов то бишь, уже давно пригласил меня на танец, и мы бы познакомились… Пустите, что вы застыли, как истукан?

– Этот наш дуралей Жека выполнял мое распоряжение, – тихо сказал Кулькин, трепетно вздрагивая ноздрями хрящеватого носа. – Он действительно не собирался уступать дорогу, и теперь грудь Алисы находилась в трех сантиметрах от его подбородка – не удался ростом коммерческий директор, подкачал маленько. Глубоко втянув носом пьянящий аромат женского тела, смуглый крепыш хрипло забормотал:

– Черт! Ты сводишь меня с ума, женщина! Я уже давно ничего такого не ощущал… Слушай, брось ты этого Круглова – не потянуть его тебе, ей-Богу, не потянуть! Я тебе дам все, что тебе нужно, – можешь мне поверить! У тебя будет крутая тачка, счет в банке, гарантированная безопасность – я имею вес в криминальных кругах… Ты будешь отдыхать, как королева, можешь бросить к черту свой университет и переводы! Слушай, ты когда сюда шла, тебе же было все равно, с кем – лишь бы богатый оказался. Я богатый – клянусь тебе, я тебя золотом осыплю! А этот ловелас Круглов – он жлоб, каких поискать! Я тебе отвечаю – жлоб! Он тебе колечка бронзового не подарит, зря ты…

– Спермотоксикоз, – весело констатировала мгновенно обретшая уверенность Алиса, решительно отстраняя с дороги сраженного страстью крепыша и легонько шлепая его по лбу ладошкой. – Остынь, Кулькин, а то кошмары сниться будут!

– Да я тебя… Да я ж серьезно! – воскликнул Кулькин, цепко хватая Алису за руку и не давая перемещаться к двери. – Я тебя – хочешь – хоть щас с родственниками познакомлю! Скажу – вот моя женщина! Смотрите! Я, между прочим, холост! Хочешь – бросим сейчас все, поедем к моим родственникам?!

– Совсем дурак, – сожалеюще пробормотала Алиса, силясь высвободить руку, – смуглый крепыш обладал мощной хваткой, чувствовалось, что недостаток роста он компенсирует солидными физическими нагрузками. – Ха! Вот так сказанул! «К родственникам»!!! Куда ж мы поедем – в такое время обезьяний питомник уже не работает! Иди, болезный, обмажься в сметане да на турник повесься – глядишь, к утру побелеешь да подрастешь… Блин, да пусти ты, недоделанный!!!

– Я тебя хочу, Алиса!!! – хрипло прорычал Кулькин, внезапно обхватывая Алису за талию и зарываясь носом в ложбинку между грудей. – Ты чувствуешь, как он тебя хочет?! Чувствуешь?! – он резко просунул свою ногу между колен Алисы и пару раз дернул тазом – женщина почувствовала сквозь ткань брюк жестко вздыбившуюся плоть.

– Пшшел, скотина!!! – зло крикнула Алиса, вырываясь из железных объятий, и принялась молотить Кулькина кулачком по голове. – Дерьмо! Сволочь недоношенная!!! Пусти, тварь! Пусти, пока не поздно, а то…

– Поздно!!! – задушенно всхлипнул Кулькин, резко мотанул Алису вбок и уронил на пол, навалившись сверху. – Ты уже моя!!!

Впившись мокрыми губами в рот женщины, Кулькин, мыча от страсти, начал елозить коленями, пытаясь раздвинуть Алисе ноги, пакостные руки между тем лихорадочно шарили по ее бедрам, задирая юбку.

– Гад! – выдохнула Алиса, когда Кулькин отпустил ее рот, чтобы перевести дыхание. – На! – И залепила насильнику нешуточную оплеуху.

Кулькин взревел, как раненый буйвол, ухватил Алису за шею и два раза крепко стукнул головой об пол. Мириады созвездий, причудливо меняя окраску и структуру, поплыли перед глазами несостоявшейся светской львицы – навесной потолок операторской утратил первоначальные очертания, и все вокруг на какое-то время закружилось в причудливой звездной карусели. А когда очертания потолка вновь стали стабильными, а созвездия канули в небытие, было уже поздно. Алиса увидела смуглое лицо с капельками пота на лбу, ритмично дергавшееся вверх-вниз, стиснутые зубы, сквозь которые исторгался непрерывный сладострастный рык, и почувствовала, как меж ее бедер, максимально разведенных в стороны, беснуется кулькинский звереныш, не очень большой, но твердый, как железо.

– Ар-р-р-р-р!!! – взревел Кулькин, обжигая Алисино нутро горячей струей. – Все-о-о-о!!! – и рухнул как подкошенный на свою жертву, обессиленно мыча, мелко подрагивая мускулистыми ягодицами.

Алиса долго ждать не стала: как только объятия ослабли, а голова насильника оказалась у нее на груди, она вывернула шею, изловчилась и вцепилась зубами в смуглое ухо, изо всех сил стиснув челюсти.

– Сука!!! – тонко взвизгнул Кулькин, дернувшись как от удара током. Алиса сплюнула – на пол упал окровавленный кусочек хрящеватой плоти. – А-а-а-а!!! – истошно завопил насильник, увидев результат работы зубов своей жертвы. – Жека!!! Же-ка!!!

На визг в операторскую ворвался здоровенный Жека, а за ним двое хлопцев.

– Ухо, сука!!! – продолжал верещать Кулькин. – Ухо откусила, прошмандовка!!! «Скорую» давай!

– Дай посмотрю, – Жека, устремив плотоядный взор на обнаженные ноги отползавшей в угол Алисы, склонился над шефом. – Ну-ка, ну-ка…

– «Скорую»!!! – жалобно простонал Кулькин. – А эту суку – пристрелить!

– Держи, – Жека сунул шефу в руку платок и заставил прижать к уху. – Ничего серьезного – как на собаке заживет. Не надо «Скорую» – спускайся вниз, Леха тебя в Павловскую отвезет, зашьют за пять минут. Давай, Леха, веди его на выход!

– Пристрели эту суку, – слезно попросил Кулькин, влекомый одним из охранников к выходу. – Она, падла, решила шлюхой у нас подмолотить – без спросу. А когда я драть ее пристроился, ухо, падла, откромсала. Пристрели!!!

– Ага, разбежался, – насмешливо пробормотал Жека в спину удаляющемуся шефу и бросил второму охраннику: – Ну-ка бегом вниз – пусть Санек с Жорой подымутся сюда и прихватят пару ложек. Сам останься внизу – подменишь пацанов пока.

Едва охранник удалился, Жека скинул смокинг, снял брюки и, приспустив трусы, показал Алисе внушительных размеров детородный орган, ворчливо прокомментировав последнее распоряжение шефа:

– «Пристрели»! Ну, блин, дает… Такое добро надо нещадно е…ть во все щели, а он – пристрели! Ну не дурак ли?

– Не подходи! – хрипло прошептала Алиса, подбирая под себя ноги и пытаясь закрыть грудь клочком разорванной блузки. – Не подходи, кричать буду!

– На здоровье. – Неумолимо приближаясь, Жека с фанатичным вожделением глядел на Алису. – Внизу ничего не слышно – ори сколько влезет. Ух-х-х, хороша, сучка! Давно такую не драл! Да ты не ссы – мочить тебя не будем. Щас с пацанами пое…ем маленько и отпустим. Смотри, какая штука…

– Пожалуйста… Пожалуйста, я не проститутка! – трясущимися губами пробормотала Алиса, отводя взгляд от устрашающего Жекиного приспособления, растущего на глазах. – Это недоразумение! Кулькин все перепутал… Пожалуйста!!!

– Да че там Кулькин! – пренебрежительно бросил Жека, подходя к Алисе вплотную. – Кулькин! Подергался полминуты свои стручком – тоже мне, гигант… Вот я щас тебе засажу – на всю жизнь запомнишь. Гляди, девочка – оп-па! – Он оттянул крайнюю плоть на вздыбившемся члене, демонстрируя огромную лиловую головку с четырьмя безобразно вспухшими уродливыми буграми.

– Пожалуйста, не надо! – испуганно зажмурилась Алиса – показалось, что кошмар это, наваждение, что вся эта мерзость происходит не с ней. – Пожалуйста!

– Это «спутники», – ласково пояснил Жека, рывком подхватывая Алису с пола и таща к столу. – Щас как вдую – моментально обсерешься… Вы где шаритесь? Давай – подключайтесь по-быстрому! Ложки прихватили? А то кусачая, сучонка, – шефу пол-уха оттяпала!

Вопросы были адресованы возникшим на пороге операторской двоим здоровенным секьюрити.

– Ну ты погляди! – шустро сбрасывая смокинг, воскликнул один из прибывших – тот самый, которого Алиса отбрила перед входом в ресторан. – Какие люди! А строила из себя… Ниче, щас мы тебя проработаем – на всю жизнь запомнишь. Санек, давай ложки!

– Не надо! – в отчаянии крикнула Алиса, дернувшись всем телом к двери. – Пожалуйста!!!

– Стоять, сука! – сквозь зубы прорычал Жека, шлепнув Алису тяжелой ладонью по голове и бросая ее животом на стол. – Будешь дергаться – башку оторву, падла! На-ка, отведай клизму! – раздвинув Алисины ягодицы, здоровяк смачно плюнул между ними, поелозил пальцем и, поднатужившись, до упора вогнал свой уродливый член.

– Мама!!! – с надрывом крикнула Алиса, деревенея от жуткой боли, внезапно наполнившей ее естество. – Не надо!!! Мамочка!!! Мамочка… – и как в детстве, когда по телевизору показывали что-нибудь страшное, крепко зажмурила глаза. Показалось вдруг, что это скотство происходит не с ней, что кошмарный сон все это, стоит проснуться, и окажешься в уютной постели, рядом с мирно посапывающей Ли…

Проснуться не получалось: резкая боль раздирала откуда-то изнутри, тяжелая туша наваливалась сзади, моторно наддавая мощными толчками, с рычанием и гнусным сопением. Чьи-то потные руки хватали за лицо, зачем-то пытались засунуть в рот серебряные ложки с красивой гравировкой «ПАРАДИЗ» вдоль черенка. Женщина отчаянно замотала головой – тотчас же последовала сильная затрещина, от которой перед глазами поплыли мириады созвездий, причудливо меняя форму и раскраску, ложки одна за другой нырнули в рот, больно стукнув по зубам, перед лицом возник напряженный, смердящий прелью член.

– Что ж вы делаете, люди!!! – тонко всхлипнула Алиса, неудобно ворочая языком. – Господи, за что?! Что вы…

– Не что, а кого! – прогундел над ухом чей-то отвратный голос. – Тебя, крошка, тебя! На конфетку, не скучай!

– Не надо! Пожалуйста, не надо!!! Не на… – и подавилась вонючей твердой плотью, вошедшей до самой гортани. Попыталась сжать челюсти – острые ребра ложек больно давили на зубы, не давая закрыть рот. Дышать стало невозможно – ноздри то и дело тонули в лохматой растительности, с каждым толчком плотно прижимавшейся к лицу. Движение сзади и спереди совпало по фазе, превратилось в один страшный механизм безжалостной похоти, терзающий случайно попавшую в него женщину. Сознание Алисы не сумело смириться со всем ужасом происходящего с нею кошмара и медленно свернулось в черный клубочек…

Глава 2

Двадцать третьего августа Школа консервативной дрессуры Белогорска давала очередное бесплатное представление для всех желающих. Эти представления проводились ежемесячно – в каждое четвертое воскресенье – и неизменно собирали большое количество областных собаколюбов, как понимающих толк в профессиональной дрессуре, так и просто любителей поглазеть с раскрытым ртом на фокусы кинологов школы.

В этот день желающих, как всегда, было хоть отбавляй – на обширной лужайке, обнесенной сеткой, толпились фанаты собачьего дела всех возрастов и социальных групп, шумно обсуждали зрелище, смеялись, покрикивали от возбуждения, неумеренно потребляли прохладительные напитки, подаваемые на халяву за счет школы, и, как водится в таких случаях, снабжали работающих кинологов мудрыми советами. Было жарко – с утра на небе ни облачка, ветер увял и спрятался за реку до вечера, а солнце палило вовсю, словно стараясь своим трудолюбием отдалить неумолимо приближающуюся осень.

На тренировочной площадке сноровисто и без суеты работали двое молодых мужчин, облаченных в легкий летний камуфляж: в соответствии с программой выгоняли из вольеров очередных представителей немногочисленного питомника школы, меняли инвентарь для номеров и внимательно следили за жестами третьего – старшего группы, с пол-оборота выполняя все его распоряжения. Завзятым догофилам наблюдение за работой группы доставляло истинное наслаждение: с первого взгляда было понятно, что здесь трудятся профессионалы, фанатично преданные своему делу и олицетворяющие собой все лучшее, что может показать тандем человек – собака.

– Джек! Слабо тебе за бананом сгонять?!

Вислоухий коккер негодующе трясет мохнатой мордой, с разбегу заскакивает на бум – а там веревка, под небольшим углом привязанная к стволу дерева, на нижней ветке которого висит на прищепке желтый банан. Джек прыгает на веревку, вцепляется всеми четырьмя лапами, зависает, делая поворот оверкиль, и, спешно перебирая конечностями, под восторженные завывания публики карабкается к дереву. Добрался до ствола, на ветку – прыг! – и вот уже в зубах банан. Но это еще не все. Коккер прижимает банан к толстой ветке лапой, давит на него – из ловко надрезанной загодя кожуры показывается желтоватая мякоть, которую пес деликатно ест, с видимым удовольствием мотая своей потешной мордой. Публика в экстазе – Джек, давний всеобщий любимец, не первый сезон забавляет зрителей.

Один за другим следуют номера на грани циркового искусства, зрители встречают их непременными аплодисментами, затем разыгрывается маленький спектакль со всеми сопутствующими аксессуарами. Одному из мальчишек, присутствующих на лужайке, вручают небольшую записную книжку и просят спрятать. Мальчишка ныряет в толпу. Руководитель шоу кричит:

– Ингрид! Ингрид, ходь сюды – тут твои фанаты блокнот уперли!

Со стороны вольеров к лужайке важно ковыляет матерая овчарка преклонного возраста, поминутно вздыхая и приволакивая правую заднюю ногу. Публика замолкает: трюк в различных интерпретациях демонстрируют на каждом представлении, но зрители всякий раз, затаив дыхание, ждут этого номера – важна не техника исполнения, а артистизм исполнителя.

Подковыляв к хозяину, Ингрид вопросительно смотрит на него и с наигранным недоумением, этак нехотя, через силу, гавкает один раз. Чего, мол, надо, дядя, зачем от дела оторвал?

– Хотел написать президенту собачачьей ассоциации, чтобы тебе медаль дали, – сокрушенно сообщает хозяин. – Адрес в блокноте, а блокнот пропал. То ли СПЁРЛИ, то ли посеял…

Не дослушав, овчарка совсем по-человечьи укоризненно качает квадратной башкой и неспешно направляется в толпу – кратчайшим путем к мальчишке, которому три минуты назад вручили блокнот. Толпа почтительно расступается – эта пожилая мама известна далеко за пределами области и пользуется репутацией суперпса. Некоторые эмоциональные доголюбы на полном серьезе считают, что Ингрид обладает какими-то мистическими способностями.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37

Поделиться ссылкой на выделенное