Лев Пучков.

Дело чести

(страница 1 из 40)

скачать книгу бесплатно

Часть I
По ту сторону террора

Глава 1

Нехорошо расположен поселок Челуши. Высокий скалистый берег Терека исключает возможность скрытного подхода и внезапного нападения со стороны реки – чтобы забраться отсюда, нужно иметь первоклассное альпинистское снаряжение и мастерство «снежного барса». С трех других сторон поселок окружают пологие каменистые скаты древнего холма, на вершине которого в незапамятные времена кто-то из первых Бекмурзаевых заложил каменную хижину.

Длина этих скатов от вершины до того места, где спуск плавно переходит в зеленую равнину, составляет от полутора до двух километров, они прекрасно просматриваются насем своем протяжении и, несмотря на пологость, недоступны для транспорта из-за многочисленных складок и гигантских карманов, образовавшихся еще в те времена, когда повсюду на земле кипела вулканическая масса. Транспорт может подняться сюда по единственной дороге, которая денно и нощно охраняется усиленным «нарядом» аксакалов, что режутся в нарды в чайхане у самого въезда в село. А в пешем порядке – откуда ни заходи – тебя увидят в самом начале восхождения. Увидят, сделают выводы и доложат кому надо….

– Чует мой попендер – будет тут облом нам… Будет нам облом тут – это сто пудов! – словно прочитав мои мысли, пробормотал речитативом Джо, откладывая бинокль и переваливаясь на спину.

– Рано хоронишь, Санек, – с наигранным оптимизмом ответил я и, посмотрев на часы, добавил: – У нас еще целых три часа с хвостиком. Так что…

Немного помолчав, вредный Джо вновь начал меня донимать:

– Ну и что – три часа? Пролетят – глазом не моргнешь… Я ж сразу сказал – пошли к трассе! Вон – уже пять тачек выехали с утра. Давно бы уже притормозили кого надо. Может, поползем, пока не поздно?

Ласково улыбнувшись боевому брату, я показал ему кукиш:

– Верь мне, Джо… Бери бинокль и наблюдай себе помаленьку, а я пока подремлю, – и нахлобучил панаму на глаза, давая понять, что полемизировать не расположен.

Обиженно крякнув, Джо заерзал на подстилке, поудобнее устраиваясь для наблюдения. Еще утром, когда мы оборудовали лежки на этом непроездном перевале, мой напарник предложил сразу пробираться в долину и соорудить засаду возле трассы. Предложение на первый взгляд было заманчивое, и я чуть было не клюнул. Однако, поразмыслив и проанализировав информацию, полученную от Шведова, решил действовать по своему плану, страшно огорчив Джо. А поскольку мы находились на вражьей территории и работали в экстремальном режиме, оспаривать командирскую точку зрения – пусть и не совсем правильную, на его взгляд, – мой своенравный боевой брат не решился и затаил глубокую скорбь по поводу внезапной кончины моего стратегического таланта.

– Ладно, коллега, не переживай, – выдал я после продолжительной паузы. – Все будет тип-топ: ежели в течение полутора часов никто сюда не попрется, поползем к трассе… Доволен?

Многозначительно хмыкнув, Джо примирительно буркнул: «Ну вот, сразу бы так…» – и моментально обрел нормальное расположение духа: принялся фальшиво насвистывать что-то не очень приятное для слуха.

Банда Рашида Бекмурзаева, за базой которого мы с Джо наблюдали вот уже полдня, являла собой уникальный образчик преемственности родоплеменных традиций, корнями уходящих в дремучую глубь веков и в почти неизменном виде сохранившихся по сей день.

Прапрапра и так далее деды Рашида грабили караваны купцов, везущих товары из Турции в Россию по контрабандным тропкам (видимо, уже тогда имели место проблемы с таможенной пошлиной!), угоняли стада у соседей казаков, обосновавшихся за древним перевалом, и вообще беспредельничали как душа пожелает, благо не было на них управы ни с той, ни с другой стороны. Все последующие поколения Бекмурзаевых с завидным постоянством оттачивали и совершенствовали доставшееся в наследство от предков ремесло, и в результате в наше цивилизованное время (напомню – на дворе август 1997 года!) мы имеем банду, специализирующуюся на тотальном разбое, база которой зарегистрирована во всех административных документах республиканского масштаба, нанесена на карту и наречена поселком Челуши. Как вам это нравится? В принципе данное образование даже бандой называть язык не поворачивается: просто обычный поселок, в котором каждый житель занят своим делом. Молодые и сильные мужчины занимаются непосредственно разбоем и грабежом, женщины ударно рожают им новую смену, смена эта потихоньку растет, впитывая нравы и обычаи среды обитания, а престарелые аксакалы, которые уже не в состоянии прятаться в кустах и держать в руках тяжелые пулеметы, учат уму-разуму всех остальных – прививают передовую методику фундаментального бандитизма… Вся эта система цементируется родоплеменным укладом, законом шариата и усугубляется весьма удобным расположением Челушей.

Если спуститься с перевала, где мы с Джо сейчас валяем дурака, и пройти с километр на север, окажешься на русской территории – на исконных землях Терского казачества. Полтора километра на северо-запад – попадешь в гости к осетинам. А если не поленишься сесть на лихого скакуна (который будет предусмотрительно торчать внизу – через перевал ни одна лошадь не перелезет) и проскачешь по буеракам верст шесть, то попадешь к гостеприимным кабардосам – здесь в тебя гарантированно не будут стрелять без предупреждения, в отличие от других районов ЗОНЫ: сначала выяснят, что ты за фрукт…

Такое выгодное расположение позволяет Рашиду контролировать любое перемещение в своем районе и дает ему особые преимущества. Никто из тех, кто «работает» в ЗОНЕ, не хочет поссориться с кланом Бекмурзаевых – это чревато очень тяжелыми последствиями: запрет доступа в удобный для перемещения по ЗОНЕ район, тяжкая разборка с непредсказуемым финалом, отсутствие гарантий личной безопасности независимо от места нахождения и так далее и тому подобное…

Именно поэтому моего шефа заинтересовал клан Бекмурзаевых. Нам нужно самую малость: двое-трое взрослых мужчин из Челушей. Вот и лежим мы с Джо в верхней точке перевала, потея под жаркими лучами августовского солнца. Возможно, проще было бы аккуратно пробраться к трассе, что ведет из Челушей в долину, и захватить там первую попавшуюся машину из поселка, в которой находились бы интересующие нас объекты. Но!..

Потом нам пришлось бы выписывать солидный крюк по дороге, на которой стоят несколько постов республиканской милиции, и держать захваченных бандитов под прицелом, ежесекундно ожидая от них какой-нибудь пакости. А после, если все же повезет добраться в установленный район без всяких приключений, топать до Сарпинского ущелья, затравленно озираясь по сторонам и до рези в глазах всматриваясь в детали окружающего ландшафта, которые в любую секунду могут усугубиться каким-нибудь нездоровым проблеском. В ЗОНЕ, знаете ли, частенько что-то поблескивает в «зеленке». Ну ладно, если это просто бинокль досужего наблюдателя, охотника за информацией. А если это снайперский прицел бойца какой-нибудь из банд, которых здесь пруд пруди? Именно по этой причине я не торопился соглашаться с Джо. Его план мы осуществить всегда успеем – а пока… Пока у меня имеется другая информация. И если она подтвердится до истечения обещанного мною Джо времени, работы нам будет совсем немного. Раз-два – взяли! Три-четыре – сняли! То бишь погрузили – и с комфортом поехали на возе с сеном к ущелью…

– А-ха! – возбужденно воскликнул Джо и завозился, пытаясь толкнуть меня ногой – думал, действительно сплю.

– Да не сплю я, Виталич, не сплю, – буднично зевнул я и скорее утвердительно, чем вопросительно, бросил: – Лезут?

– Двое, – подтвердил Джо, – прикинуты не по-боевому… Они что – на танцы собрались?

Нашарив биноклем окраину поселка, я обнаружил двух молодых мужиков, одетых в приличное цивильное платье, которые не спеша карабкались в нашу сторону. Оружия у них не было.

– Ах вы, красавцы мои! – обрадованно пробормотал я, вытаскивая из кустов свой автомат с ПББС и отряхивая его от пыли. – Погулять намылились… Ну-ну. Так – откатываемся назад – я беру, ты прикрываешь. – И мы с Джо резво сдали на обратный скат перевала.

– Слышь, Сыч, а если они быканут? – поинтересовался мой напарник, устроившись в кустах неподалеку. – Мочить?

– Если есть острое желание потренироваться в перетаскивании тяжестей – мочи, – флегматично ответил я. – А вообще – не должны вроде бы. Они только страшно удивятся…

Итак – информация Шведова подтвердилась. В принципе выбраться из республики можно вполне официальным способом. Сесть на машину, объехать скальный массив по дороге, что петляет в долине, пройти досмотр на четырех КПП, расположенных за демаркационной линией, и, если повезет не поругаться с сердитыми придирчивыми солдатами внутренних войск, прощайте суровые устои шариата и бдительный контроль аксакалов – все прелести российской цивилизации в твоем полном распоряжении – гуляй не хочу… Но горячим джигитам жаль тратить полдня на то, что можно сделать за час. Всего-то делов: перелез через перевал, прошел по разминированному еще в прошлом году лесу и вышел на автомагистраль бывшего союзного значения. А там проголосовал – и через полчаса ты в лучшем кабаке славного города Моздока. А если не жаль денег на такси, можешь отправляться далее – куда душа пожелает. Ребята Бекмурзаева частенько пользуются этим способом – и не только для прогулок. Вот на данном фактике и строился весь расчет…

Как только джигиты преодолели верхнюю точку перевала и выпали из зоны визуального контроля со стороны села, я выскочил из кустов и, направив на них автомат, скомандовал:

– Ложись! Руки на голову!

Реакция у боевиков оказалась что надо: слова команды еще не успели отзвучать, а они оба уже рухнули наземь. Правда, руки на головы возлагать не пожелали, паразиты, и вообще – упали как профессиональные стрелки на поле боя: каждый чисто интуитивно удобно схоронился за первый попавшийся валун, что в изобилии валялись вокруг.

– Ну-ну – вы это бросьте мне! – оценил я сноровку джигитов. – Чего изготовились-то? Оружия все равно у вас нет. А в кустах сидит мой напарник – в жопу вам целится… Так что – давайте руки на голову!

Зыркнув по сторонам, наши пленные констатировали наличие свирепой физиономии Джо, который выбрался из кустов (у него всегда свирепая физиономия – даже когда мороженое ест), и нехотя выполнили требование – водрузили крепкие ладони на свои курчавые шевелюры.

– Прически неуставные, чмошники, – неприязненно буркнул Джо, осторожно обыскивая джигитов. – Небось с самой войны не стриглись…

– Нэ понял, э! – возмутился один из задержанных, грузный парниша, весьма толстый для своего возраста – он был несколько старше второго и, по всей видимости, играл роль лидера в паре. – В пилен вызял – на здаровье! Оскорбилять зачем, э? И так одэжьда вэс пил набрал!

– Чуть позже поймешь, урод, – ответил Джо и сообщил мне: – Кроме бабок и гондонов – ничего.

– Цивилизованный народ, – похвалил я. – Предохраняются – хотя шариат запрещает…

– Руски свинья ибьем – патаму призир, да! – живо отреагировал толстый. – Кагда мусульманский женьщин спишь – бэз призир. Щарьят – все в парьядке.

– Молодцы! – вторично похвалил я и скомандовал: – Штаны снимайте.

– Как сказал, э? – удивился толстый, выворачивая голову в мою сторону. – Павтары!

– Трахать вас мы не собираемся, хлопцы, – терпеливо объяснил я. – Мы хотим спустить вас вниз, а наручников и веревок у нас нет. Штаны – это чтобы ваши руки были заняты. Хотя в принципе – если возражаете, есть другой способ.

Я подмигнул Джо – он быстренько приставил глушитель автомата к мясистой ляжке старшего пленника и уточнил:

– Обе прострелить или одну хватит?

– Нет, э! – резво воскликнул толстый и начал быстро расстегивать брючный ремень. – Шьтаны так шьтаны… – Второй не замедлил присоединиться к старшему. Спустя минуту мы неторопливо спускались по обратному скату перевала к раскинувшемуся внизу пограничному лесу, который и по сей день хранит множество страшных тайн и загадок военной поры[1]1
  Здесь и далее я имею в виду русско-чеченскую войну 1994—1996 гг.


[Закрыть]
. Пленники неуклюже трусили впереди, держа обеими руками спущенные до колен штаны.

Метрах в пяти от опушки – чтобы издалека не бросалась в глаза – стояла одноконная повозка с сеном, которую Лось неофициально позаимствовал вчера вечером на одном из пограничных казачьих хуторов. Сам Лось лениво наблюдал за нашим передвижением, не удосужившись даже спуститься с телеги, а грустная каурая кобыла, учуяв посторонние запахи, вдруг начала пятиться, пытаясь выбраться из надоевшего хомута – будто предчувствуя, какая неблаговидная роль отведена ей в этом темном деле.

Когда мы приблизились к телеге, Джо вернул пленникам ремни и дал понять, что можно застегнуть штаны.

– Полезайте на телегу, хлопцы, – пригласил я. – Прокатимся до Сарпинского ущелья. Давай поживее – чего застыли!

Как ни странно, этот жест доброй воли вызвал у бандитов весьма неспецифическую реакцию.

– Я нэ понял, э! – воскликнул толстый, заправившись и обретя свободу жестикуляции. – Ви кто, э? Зачэм нам на Сарпи ехать, э?

– Вы не ФСБ и не спецназ, – почти без акцента высказался второй – до сего момента он стоически молчал, и я уже начал было подумывать, что мы захватили немого. – Иначе потащили бы нас на русскую сторону. Если бы вообще хватило наглости заявиться на нашу территорию… Значит, вы работаете на себя – такие же, как и мы. Верно я говорю, Салим?

– Ай маладэц, братищька, правильно! – одобрительно воскликнул толстый и будто бы чему-то обрадовался. – Ви хоть знаешь, кого взяли? Гидэ взяли?! Ой-е-е, рыбят, – лапухунулис, э! Клянус, э, лапухунулис!

– Вы думаете, за нас бабки получите? – язвительно поинтересовался младший бандит. – Вот вам, а не бабки! – он сложил мощный кукиш и потыкал им в сторону каждого из нас. – Такими пи…лями огребетесь – до конца жизни не расхлебаете! Вы че – не в курсе, кто такой Рашид Бекмурзаев?

– А ну, э! Бабки отдай, гандон отдай! – Толстый совсем обнаглел и двинулся к Джо, у которого от изумления отвисла челюсть. – Все отдай и дергай отсюда – чэрэс пьять минут вас целый рота лавит будут!

– Во как! – удивился Лось, щелкая предохранителем своего автомата. – Значит, придется грузить?

– Похоже на то, – с сожалением ответил я.

Бац!!! Джо от души зарядил в репу толстому, неосмотрительно сократившему дистанцию безопасного удаления. Тот рухнул на четвереньки в траву и разразился замысловатыми ругательствами.

– А вот это зря, – осуждающе произнес младший бандит. – За это с вас щкур будут живием снимать. Салим – двоюродный брат Рашида, ты понял, э?!

В другое время и при других обстоятельствах меня бы изрядно потешила вся эта катавасия. Как преобразились наглые ребятишки, расчухав, что мы не собираемся депортировать их в Россию, а намерены использовать в качестве заложников или еще кого там на территории республики! Распустили хвосты как павлины – гонору вагон! Но время поджимало – надо было прибыть на место до истечения установленного срока. Да и работы впереди – море, некогда развлекаться…

– Значит, самостоятельно на телегу лезть не желаете? – в последний раз уточнил я, обращаясь к младшему пленнику.

– Свободен, мальчик! – проигнорировал он мой вопрос и, выразительно щелкнув пальцами, присовокупил: – Бабки гоните – и ходу отсюда! Через полчаса вас действительно будет искать целая рота: думаешь, Салим просто так сказал?!

– Значит, действительно придется грузить, – подытожил я и, сделав два шага в сторону, кивнул Лосю: – Давай…

Надо вам сказать, что в нашей команде Лось – самый меткий и хладнокровный стрелок. Прошу обратить внимание на последнее определение: хладнокровный в довольно специфическом понятии этого значения.

Пук! Пук! – Лось «дал» навскидку из автомата с ПББС – и тела бекмурзаевцев, пронзенные навылет в грудную клетку, рухнули в траву. В глазах младшего я успел прочесть огромное удивление. Что поделать, парень! Смерть вообще удивительное явление во всех ее мыслимых аспектах, особенно для того, кто по простоте душевной рассчитывает прожить больше, чем ему нарисовано на карте судьбы…

Погрузив трупы на телегу, мы отыскали в траве деформированные оболочки от пуль, присыпали кровь землей – на всякий пожарный – и отправились в путь, огибая по опушке леса скальный массив… Я предвижу негодование многих читателей, возмущенных столь хладнокровным расстрелом пленных. Давайте, однако, отложим в сторону морально-этические аспекты данного деяния – по ходу повествования все встанет на свои места. А пока…

Пока вот что: до Сарпинского ущелья минут сорок езды по буеракам. Пакостей не предвидится никаких – накануне облазили здесь каждый кустик. Если не возражаете, я пока, чтобы не терять времени, посвящу вас в кое-какие детали, без знания коих некоторые фрагменты дальнейшего повествования могут показаться нагромождением отдельных описательных моментов, не имеющих под собой сюжетной основы…

Прежде всего – об особенностях региона, на территории которого происходят описываемые события. Если вы возьмете карту бывшего СССР, то увидите, что земли эти в общем-то занимают совсем незначительное место на бескрайних просторах благополучно развалившейся некоторое время назад «тюрьмы народов». Сибирь и Дальний Восток в десятки раз обширнее, и людишек там на столько же порядков поболее, и с ресурсами не в пример получше. Но именно эта территория, по которой мы с моими боевыми братьями в настоящий момент мирно везем два трупа, во все времена притягивала взоры разнообразного отребья: начиная от царственных персон и всемогущих теневых правителей различных эпох и заканчивая прожженными авантюристами как военного, так и политического профиля.

Во все времена здесь кто-то пытался кого-то завоевать и оттяпать хороший кусок землицы – несть числа примерам из исторической практики. Во все времена здесь шла в разные концы контрабанда нескончаемым потоком, а собственно здесь и вокруг здесь – в обозримой видимости – плелись разнообразные заговоры, интриги, мерзкие сплетни вселенского масштаба, и так далее, и тому подобное. Можно было бы часами перечислять, какие здесь происходили гадости, используя в качестве справочного материала исключительно периодику, даже без ссылок на засекреченные архивы, но, дабы не съехать ненароком с проторенной тропы беллетристики в непролазные хляби геополитического анализа, давайте опустим все эти животрепещущие моменты и познакомимся с весьма симпатичным южным городом Стародубовском, а также с прилегающими к нему окрестностями.

Дело в том, что я и мои боевые братья живем в этом городе – гнездо у нас тут. И работаем, удобства ради, неподалеку. А потому – прошу любить и жаловать.

Город Стародубовск издревле имеет неофициальный статус форпоста на юге России. Это последний областной центр в данном регионе, который может претендовать на обиходное наименование «русский город». Далее идет Кавказ.

Нет-нет, Федерация в Стародубовске не заканчивается – не подумайте плохого! Все по-старому, передела не было. За Стародубовском имеется довольно обширная территория, на которой расположены разнообразные кавказские республики. Но независимо от статуса и сладкоречивых уверений политиков о тотальной интернациональной дружбе, эта территория для настоящего россиянина всегда была чужой.

Когда-то эти земли, ныне именуемые республиками Северного Кавказа, были так или иначе, но по сути насильственно присоединены к России – под давлением обстоятельств, политической ситуации и целого ряда иных факторов. Сразу же за присоединением, как водится, последовала попытка ассимилировать маленькие народы Кавказа к культуре, традициям и вообще к жизненному укладу России. Попытка эта, как известно из исторической практики, потерпела жесточайшее поражение. Потому что, стремясь удовлетворить свои политические амбиции, наши политики, невежественные в вопросах законов развития параллельных цивилизаций, на протяжении многих десятков лет целеустремленно валяли дурака, не придавая значения негативным процессам, с течением времени прогрессирующим вследствие грубейших нарушений основ взаимососуществования разных народов.

Горные камни не в состоянии расцвести по весне, будучи посажены осенью даже в самую благодатную почву равнины. Равнинные цветы, высаженные в скалах, моментально захиреют и увянут. И вовсе не потому, что им не нравятся эти скалы. Просто климат неподходящий.

Ничего не проходит бесследно – это общеизвестный факт. Царская Россия когда-то сорок семь лет воевала с народами Северного Кавказа, не особо вдаваясь в подробности существования иноплеменных образований и совершенно не заботясь о последствиях этой войны. Вряд ли кто из тогдашних властей предержащих подозревал, что желание иметь под рукой благоприятные во всех отношениях (ну, разве что за исключением яростного сопротивления аборигенов) территории на юге стократно аукнется спустя полтора столетия. Но ведь каждое действие рождает противодействие: это закон физики, тысячекратно подтвержденный и втиснутый в формулу – тут уж ничего не поделаешь.

Следствием присоединения кавказских народов к России и попытки ассимилировать их уклад к российскому образу жизни явилось весьма специфическое отношение кавказцев к россиянам. Русский мужик, будь он хоть трижды атлетом и мастером разнообразных единоборств, на улицах Назрани, Нальчика, Грозного и так далее меньше всего ощущает себя мужиком. Кавказские джигиты в совершенстве владеют искусством подавлять своей самостью любого жителя равнины и внушать ему, что он существо третьего разряда, ходячее недоразумение и вообще не имеет права носить штаны. Русская пригожая дама на этих же самых улицах должна крутить головой на триста шестьдесят градусов и постоянно помнить, что ее гарантированная законом безопасность в данном регионе понятие относительное. Ее могут мимоходом похлопать по упругому заду, залезть под юбку и вообще подскочить на машине, схватить в охапку и увезти безвозвратно куда-нибудь в горы. Джигиты – народ горячий. Правда, горячность эта на кавказских женщин не распространяется. Ингушка, чеченка, кабардинка и так далее чувствуют здесь себя прекрасно и уверены, что никто их не посмеет тронуть. Не верите – поезжайте сами и убедитесь.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40

Поделиться ссылкой на выделенное