Татьяна Полякова.

У прокурора век недолог

(страница 3 из 18)

скачать книгу бесплатно

«Бутылочная» женщина, лавируя в толпе граждан, ожидающих сигнала занять места за столом, подошла к высокому мужчине и взяла его за локоть. Мужчина стоял ко мне спиной, но я сразу же его узнала и, честно говоря, едва удержалась на ногах, не от нахлынувших чувств, естественно, а от неожиданности. Герой моего курортного романа оказался моим земляком и все это время обретался по соседству! Вот уж действительно невероятное совпадение.

Валера повернулся к женщине, и меня оставили всякие сомнения.

– Кто это? – кивнула я. Ольга улыбнулась.

– Это и есть наш генерал, Акимов Валерий Федорович. Скажи – красавец?

– Точно, – хмыкнула я. Народ направился к столам, а я, шепнув Ольге: – Мне нужно в туалет, – торопливо ее покинула.

Встречаться с Валерой мне не хотелось. Он так старательно соблюдал свое инкогнито, что я всерьез опасалась, как бы дяде не сделалось худо при виде залетной подружки. Конечно, должность он занимал немалую, и желание держать свои амурные дела в секрете было понятным.

Имелась еще одна причина, по которой я решила избежать встречи: я считала, что в Геленджике он поступил со мной по-свински и я вовсе не обязана улыбаться и делать вид, что мы незнакомы, а нарушать его инкогнито не собиралась. Короче, мне следовало покинуть ресторан и забыть про эту встречу. Именно так я бы и поступила, но имелась одна загвоздка: номерок на мою шубу лежал в сумке у Ольги, и, чтобы взять его, мне необходимо было вернуться в зал. Делать этого мне очень не хотелось, оттого я устроилась в туалете на подоконнике в надежде, что подружка заметит мое отсутствие и решит поинтересоваться, в чем дело. На это у Ольги ушло никак не меньше сорока минут. Она влетела в туалет и, увидев меня, испуганно спросила:

– Ты чего здесь?

– Живот болит. Видишь, страдаю.

– О господи. У меня и таблеток с собой никаких. Сейчас у девчонок спрошу. Очень худо? Съела чего-нибудь?

– Ага. Пельменей в столовке. Слушай, принеси мне номерок, я домой поеду.

– Ну надо же, – сокрушалась Ольга. – Так плохо, да? Может…

– Ольга, я еле сижу, давай номерок и вызови такси.

– Хорошо, хорошо, я тебя домой отвезу.

– Еще чего! Я что, при смерти? Отдыхай.

Ольга вызвала такси и принесла номерок. Одеваясь перед зеркалом, я почувствовала чей-то взгляд и увидела, как по лестнице спускается Акимов. Подхватив сумку, я торопливо направилась к выходу, но опоздала, пути наши не могли не пересечься. Я равнодушно мазнула взглядом по его лицу и ускорила шаги. Встреча произвела впечатление – он самым нелепым образом замер посреди фойе, а потом позвал:

– Алла.

Я не обернулась, решив оставить его в убеждении, что он ошибся, но тут открылась входная дверь и влетела Ольга.

– Такси внизу. Может, все-таки тебя проводить?

– Отдыхай, – прошипела я, но Ольга плелась со мной к машине.

На следующий день она заскочила ко мне после работы с большим тортом.

– У нас сегодня короткая смена, – сообщила она радостно. – Хотя и с утра мало кто работал… Классно вчера погуляли.

Я домой приехала в половине первого. Славка уже начал беспокоиться.

– Как его здоровье?

– Температура держится… А ты как?

– Нормально. Таблетки пью, так что торт неси домой.

– Ага. Слушай, к нам сегодня заходил Акимов и спрашивал про тебя.

– С чего бы вдруг? – насторожилась я.

– Твоей фамилией интересовался, сказал, что ты очень похожа на дочь его приятеля, не твой ли отец в налоговой служит. Ну, я сказала, что предки и сестра у тебя живут в Самаре, а ты у нас журналист.

Я в крайней досаде швырнула на стол ложку, которой мешала кофе.

– Ты чего? – удивилась Ольга.

– Помнишь, прошлой осенью я ездила в Геленджик?

– Ну…

– Я тебе не рассказывала. В общем, у меня был роман. Дней семь, потом любимый смылся, забыв попрощаться. Так вот, этот тип – твой Акимов.

– Валерий Федорович? – выкатила глаза Ольга. – Не может быть, о, господи… Так ты поэтому вчера?.. Не могу поверить. Так ты что, не знала, кто он такой?

– Он по забывчивости не сообщил.

– Но ведь он у нас человек известный… Впрочем, тебе-то откуда знать, его к нам перевели как раз прошлой осенью… Ты все больше пишешь о культурных мероприятиях и у нас в прокуратуре вроде ни разу и не была… Подумать только, а он-то… в жизни бы не подумала… и вот тебе пожалуйста. Что ж это делается на свете, никому верить нельзя, даже прокурорам.

– Пей кофе, – напомнила я, – и забудь про своего Акимова.

– А он тебе нравился? – насторожилась Ольга.

– Еще как. Я два часа под дождем мокла, поджидая его, а потом в гостиницу неслась сломя голову. Одно слово: кайф… Если и были у меня к нему добрые чувства, то под дождем размокли.

– Ясно дело, кому, как не мне, знать: таких пакостей ты не прощаешь.

Я надеялась, что на этом разговоре дело и кончится. Но в ближайшее воскресенье мы вновь встретились с Акимовым. Была презентация заново отреставрированного здания краеведческого музея, и он находился в числе приглашенных, ну а я в числе журналистов. И началось. Судьба как будто нарочно сводила нас, за март и апрель мы столкнулись нос к носу по меньшей мере раз пять.

После одной такой встречи Акимов неожиданно позвонил.

– Прекрати все это, – сказал он резко, а я едва не матюгнулась от бешенства.

– У меня нет ни малейшего желания видеть твою физиономию, – сказала я зло. – Не обольщайся.

– Я тебе не верю.

– А мне наплевать. Еще раз тебе повторяю: я не ищу с тобой встреч. – Трубку я бросила и пригорюнилась: такой человек, как Акимов, мог доставить мне массу неприятностей. И неприятности не замедлили явиться. Поначалу произошел совершенно незначительный случай, на который я и не обратила внимания, затем неприятности хлынули мощным потоком, в результате чего мне пришлось отправиться в длительный отпуск без содержания. На счастье, подвернулась работа: еще одна известная в городе дама решила написать мемуары.

Как-то вечером Акимов позвонил вновь.

– Надеюсь, в мозгах у тебя прояснилось? – спросил он язвительно.

– Валерий Федорович, – заявила я, – год назад я считала вас нормальным бабником, теперь вижу, что вы обыкновенный подонок. Успехов вам на этом поприще.

На следующий день, возвращаясь из магазина, я обнаружила возле своего подъезда белую «Волгу». За рулем сидел Акимов.

– Садись, – кивнул он при моем приближении. Я направилась к подъезду, он догнал меня уже на ступеньках. – Ты что, не слышала? – спросил он сердито.

– Я и сейчас не слышу, – ответила я.

– Прекрати. Нам надо поговорить.

– Валерий Федорович, – я тяжко вздохнула, – я вас знать не знаю. Надеюсь на ответное чувство: будем считать, что моя физиономия вам тоже не знакома.

– Чушь. Ты искала со мной встречи.

– Это ваши фантазии, не мои. До свидания.

– Можешь выходить на работу, я все устрою, – совершенно неожиданно заявил он.

– Без надобности, я нахожусь в творческом отпуске, пишу книгу. – В этот момент из подъезда вышла соседка. Воспользовавшись этим, я буркнула: – До свидания. – И поспешно удалилась.

Как видно, Акимов был из тех мужчин, что не выносят слова «нет». Дня через три он позвонил вновь.

– Почему бы нам не встретиться? – Голос его звучал в высшей степени любезно.

– С какой стати? – удивилась я. – Наш роман приказал долго жить больше года назад.

– Старая любовь долго не забывается, – теперь он смеялся.

– Не знаю, что вы называете любовью. Я прибыла на курорт с совершенно определенной целью: немного развеяться после очередного неудачного романа. Когда вы уехали, я перебралась в гостиничный номер этажом выше. С парнем, обитавшим там, я познакомилась чуть раньше и держала его про запас. Он оказался как нельзя кстати.

– Ты врешь, – спокойно сказал Акимов. – Теперь мне понятно: мой отъезд явился для тебя настоящим ударом. Тогда мне пришлось действительно срочно уехать, и я не успел предупредить тебя.

Я повесила трубку, и с этого момента Валерий Федорович превратил мою жизнь в настоящий ад.

Последний раз мы виделись в пятницу. Он приехал часов в десять, когда я собиралась лечь спать. Вел себя безобразно. Я пригрозила, что все расскажу его жене, это не подействовало; я схватила телефонную трубку и набрала номер милиции. Только после этого Акимов убрался из моей квартиры. А сегодня его нашли мертвым.

Расскажи я правду о наших отношениях, головной боли у меня только прибавится. То, что Акимов оказался в моей новой квартире, неудивительно (о ее существовании он знал). Вопрос: как он в ней оказался? А главное, кто его убил?

Я терзала себя этими мыслями до самого утра. Наконец в соседней комнате зазвонил будильник. Ольга прошлепала в кухню, включила чайник, а я вздохнула: предстоящий день не обещал ничего хорошего.


На этот раз следователь выглядел каким-то несчастным. Вскоре причина стала ясна. Если верить судебно-медицинской экспертизе (а кто ж ей не поверит?), Акимова убили около семи часов, как раз в то время, когда я находилась недалеко от Главпочтамта и канючила бензин у добрых людей. Мужчину, который мне помог, отыскали и устроили нам очную ставку. На счастье, он хоть и был напуган, но меня узнал и все сказанное мною охотно подтвердил.

Но на этом следователь не успокоился, и вскоре я имела счастье встретиться с шофером «КамАЗа». Он тоже меня узнал, а заодно и помогавшего мне мужчину (звали его Александр Васильевич): из своего кухонного окна он видел, как тот цеплял трос к моей машине.

После показаний свидетелей лицо следователя приобрело страдальческое выражение, из чего я сделала вывод, что, кроме меня, подозреваемых у него нет, а я теперь вроде бы вовсе не подозреваемая, раз на момент убийства имею железное алиби. Но радоваться я не спешила: то, что на роль убийцы никого не нашлось, здорово меня пугало – ведь кто-то дважды ударил Акимова ножом, да еще в моей квартире. Валерий Федорович не из тех людей, чье убийство быстренько забудут, а дело сдадут в архив. На моем веку прокуроров в городе не убивали, следовательно, менты будут рыть землю носом, и еще вопрос, что нароют. О любовной истории они пока не знают, а когда узнают (не дай бог), возьмутся за меня всерьез, сляпают классический любовный треугольник и отправят года на три за соучастие…

Я почти убедила себя, что так оно и будет, и почувствовала необходимость выпить валерьянки.

– А вот этот Олег Исаев – он в какие часы работал? – вроде бы между прочим спросил следователь, а я поежилась. Олег молодой мужчина, симпатичный, идеально подходит на роль третьего угла в любовном треугольнике. Кстати, а что, если он действительно имеет какое-то отношение к происшедшему, ведь как-то Акимов попал в мою квартиру? И ключи… Олег знал, где лежит еще один комплект ключей. Тут я сообразила, что от меня ждут ответа, и пожала плечами:

– Понимаете, он не все работы делает сам, иногда кого-то приглашает. Электрика, например. В квартире проводку меняли, там ведь пожар был… Кроме меня, у Олега еще есть клиенты, я ремонт на полгода растянула, деньги – то есть, то нет… Никакого графика работы у Олега, насколько мне известно, не заведено, работает, когда удобно.

– То есть он вполне мог быть в вашей квартире в тот вечер?

– Мог, – вздохнула я. – Он должен был повесить гардины.

– Так. А он вам ничего не говорил, когда конкретно собирался это сделать?

– Он просто сказал – заеду, повешу. Олег здесь совершенно ни при чем, – заторопилась я. – Сами подумайте, зачем ему убивать прокурора?

– А с его женой вы знакомы?

– С Татьяной? Да.

– Дружите?

– Виделись раза два, может, три. А что?

– Алла Сергеевна, вопросы в этом кабинете задаю я. Какие у них отношения с мужем?

– Откуда мне знать? – вздохнула я. – Говорю, мы виделись всего несколько раз… По-моему, нормальные отношения.

– Та-ак. Давайте вернемся к ключам. Один комплект был у вашей подруги, мы смогли в этом убедиться. Кстати, а зачем ей ключи?

– Как зачем? На всякий случай. У меня здесь нет родных, а Ольга близкий человек и…

– Понятно. Вы утверждаете, что никому не давали запасной комплект ключей. Может быть, есть еще подруга, например, та же Исаева?

– Слушайте, если вы имеете в виду, что жена Олега кому-то назначила свидание в моей квартире, а Олег неожиданно явился и на почве ревности убил Акимова, то это несусветная глупость. Только дура будет встречаться с любовником там, где работает ее муж. К тому же это совершенно не объясняет, как Акимов попал в мою квартиру. Или вы считаете, что с моей подругой встречался именно он?

Следователь крякнул и взглянул на меня с неодобрением.

– Так была подруга или нет?

– Нет.

– Хорошо, – кивнул он. – Вот, взгляните. Это нашли в мусорной корзине у него на работе.

Передо мной оказался обычный лист бумаги. На нем крупным почерком написано: «Надо поговорить. Сегодня около семи. Жду на Мещанской». Я таращилась на записку минуты две, не меньше, пытаясь прийти в себя. Господи, да что же это такое, настоящий заговор.

– Это не мой почерк, – с трудом сглотнув, сказала я.

– Правильно. Кто же ее написал?

– Понятия не имею. На ней ни подписи, ни числа. Она могла проваляться у него в кабинете бездну времени.

– В кабинете каждое утро убирают, – сказал следователь.

– Предположим, он носил ее в кармане. Или кто-то еще. Слушайте, я не знаю, кто это писал. Почерк мне не знаком. И я никому не давала ключей от квартиры.

– Успокойтесь. Хотите воды? – предложил он.

– Не хочу. А конверт был? – спросила я.

– Смятый пустой конверт. Без подписи.

– Как, по-вашему, он мог его получить?

– Это я и пытаюсь выяснить.

– Мне действительно ничего не известно, – вздохнула я.

– Ваша подруга работает в прокуратуре, в отделе кадров. Так ведь? Отдел кадров недалеко от кабинета Акимова.

– О господи. Ее муж тоже в прокуратуре работает, выходит, это он Акимова убил? Так у него железное алиби, он сидел на работе, там и узнал о несчастье. И почерк на Ольгин совершенно не похож.

– Разберемся, – кивнул он.

Мы беседовали еще минут двадцать, потом мне разрешили уйти. В коридоре я заметила Олега, он стоял возле окна с каким-то мужчиной.

– Привет, – сказала я, подходя ближе.

– Привет, – кивнул он и попробовал улыбнуться. Получилось у него неважно, у меня, надо полагать, тоже.

Мужчина торопливо простился и ушел, а мы продолжали стоять друг против друга, испытывая неловкость.

– Вызвали? – спросила я.

– Конечно.

– Ты в тот вечер был у меня?

– Собирался, но машина сломалась. Пришлось ремонтировать.

– Слава богу, – кивнула я. – Боюсь, им все равно, кому припаять это убийство.

– Ты этого мужика знала? – нахмурился Олег. – Ну, убитого?

– Видела несколько раз.

– А зачем он пришел?

– Понятия не имею. Он смог как-то войти в квартиру, а мои ключи оказались в кармане его плаща.

– Дела… значит, у тебя никаких догадок? – недоверчиво поинтересовался он. – Угораздило же вляпаться… – Он зло чертыхнулся и взглянул на часы. – Пора к этому следователю. Как он вообще?

– Да кто его знает. Вежливый, а взгляд такой, что впору веревкой запасаться.

– Ну что ж. Пойду.

– Давай, удачи тебе.

Я покинула здание и прошла пешком троллейбусную остановку, прежде чем вспомнила, что приехала на машине. Дурацкая записка не шла у меня из головы. Кстати, на любовную она не похожа. Один человек предлагает встретиться другому, а Мещанских улиц две – Старая и Нижняя.

Собственные доводы показались мне весьма шаткими. Я вернулась к машине, устроилась за рулем и минут пять наблюдала за работой «дворников»; накрапывал дождь, было холодно, ветрено, а на душе неспокойно.

Неожиданно для себя самой я отправилась на свою новую квартиру, вспомнив с тяжким вздохом, что хочу я того или нет, а на днях придется переезжать. К хозяйке квартиры, где я жила, приезжает племянник с семьей, об этом она предупредила меня за два месяца. Еще и новоселье справлю… с трупом. Я зло чертыхнулась и свернула к дому.

Под козырьком подъезда стояли две старушки. Мое появление они восприняли с интересом, поздоровались в ответ и проводили взглядами. Ну и соседка вам досталась, дорогие, не успела заселиться, а уже покойник.

Я поднялась на третий этаж и не без опасения открыла дверь. Никаких сюрпризов. Прошлась по квартире, что-то насвистывая себе под нос, и замерла возле телефона. Пожалуй, стоит позвонить Юлии Васильевне: работать в таком состоянии я все равно не смогу, надо предупредить человека, что у меня намечается отпуск, надеюсь, краткосрочный.

Я набрала номер и нарвалась на автоответчик, но это вовсе не значило, что Юлии Васильевны нет дома, она дама с причудами, оттого я позвала:

– Юлия Васильевна, это Алла. Мне необходимо срочно связаться с вами. Возьмите трубку, пожалуйста… – В ту же секунду я услышала тоненький голосок, который так не вязался с обликом Виноградовой, дамы дородной и властной, которая в коммунистические времена очень многих заставляла трепетать и опасаться за свое кресло.

– Здравствуйте, Аллочка, а я вам звонила. Куда это вы пропали, голубушка?

– Извините, у меня неприятности. Очень серьезные. Можно к вам приехать? Говорить по телефону не хотелось бы.

– Что ж, приезжайте, думаю, вам сейчас не до работы, ну хоть поболтаем. Развлечете старуху.

«Чертова баба», – подумала я, вешая трубку. Стоило бы послать ее вместе с ее воспоминаниями, с чего это старушка вообще взяла, что ее комсомольская юность кому-то интересна? Найти мне замену труда не составит, денег у старушки куры не клюют, у партийца со стажем оказался братец в Америке, чуть ли не миллионер, два года назад отдал богу душу. Как видно, это событие настроило Юлию Васильевну на эпический лад, и она увлеклась воспоминаниями.

Подходя к ее квартире, я почти созрела, чтобы отказаться от работы. Встретили меня чрезвычайно ласково.

– Проходите, Аллочка, выпьем чаю. Катерина Ивановна сегодня пироги пекла, вы любите пироги с малиной? По такой погоде только одна радость, что сидеть за самоваром, есть пироги и болтать о чем-нибудь приятном. Ах, извините, вы что-то говорили о возникших трудностях?

– В моей квартире убили человека, – с бодрой улыбкой сообщила я, устраиваясь за столом.

– Акимова? – пленительно улыбнулась в ответ Юлия Васильевна. – Слухами земля полнится. Так, значит, в вашей квартире? И кто его убил?

– Идет следствие…

– Конечно, конечно. А что вас связывало с Акимовым? Какие-то родственные узы? – продолжила она задавать вопросы, весело поглядывая на меня.

– Нас с ним ничего не связывало, в настоящее время я пытаюсь выяснить, что ему понадобилось в моей квартире.

– Ах вот как. Очень интересно. То есть он вошел в вашу квартиру, а вы даже не знаете как?

– Совершенно верно. Юлия Васильевна, я только что от следователя, меня немного утомили его вопросы, так что если вы не возражаете, на ваши я отвечать не буду, тем более что заглянула буквально на пять минут. В связи с возникшими обстоятельствами вряд ли я смогу помочь вам в работе над книгой. Извините, но…

– Книга – пустяки. То есть в данный момент, конечно, – заявила Виноградова. – Мои воспоминания никуда не денутся, я буду продолжать наговаривать их на диктофон, а к работе вернемся, когда вы уладите свои дела.

– Я думаю, вам лучше обратиться к кому-то другому.

– Об этом не может быть и речи. Вы или никто. Уверена, вы принесете мне удачу. – Она стала разливать чай, а я принялась за пирог, вспомнив, что сегодня еще не ела. – Кстати, я знакома с женой Акимова, то есть теперь, конечно, вдовой, – заметила Юлия Васильевна, а я едва не подавилась от неожиданности: мне-то казалось, что данную тему мы уже исчерпали. Я промолчала, а Виноградова продолжила: – Она весьма неуравновешенная особа, к тому же… – Тут Юлия Васильевна нависла над столом, желая быть поближе ко мне, и зловеще зашептала: – Она – алкоголичка. Я точно знаю. У меня знакомая работает в психиатрической больнице, она лечила Акимову и кое-что мне рассказывала. У Раисы Андреевны, так зовут Акимову, бывают самые настоящие запои. Вы с ней встречались?

– Видела один раз, – ответила я, поддерживать разговор желания не было. Хоть я и отношусь к журналистской братии, но слухи и сплетни терпеть не могу. Возможно, по этой причине журналист из меня так себе.

– Обратили внимание на ее глаза? У человека не может быть таких глаз, только у ящерицы.

– У нее линзы, вот и все, – пожала я плечами. – Никаких тайн и загадок. У одной моей знакомой глаза вообще фиолетовые. Конечно, тоже линзы.

– Ужас какой-то, – вроде бы не поверила мне Юлия Васильевна, нахмурилась и явно осталась недовольна моим замечанием. – То, что она пьет, совершенно точно. Я как-то встретила ее в десять утра, не поверите, от нее несло, как от винной бочки. Вообще-то, неудивительно, когда человек не знает, чем себя занять. Все пороки от лени. У нее два высших образования, а она нигде не работает. Что это за мода пошла такая, скажите на милость? Муженек ее тоже хорош, говорят, у него был роман. И знаете с кем? С женой собственного начальника, оттого его и перевели в наш город. Он будто бы хотел развестись с Раисой, но карьера и все такое… Из-за его измен бедняжка и начала пить. Сын учится в другом городе, она совсем одна, несчастная женщина… Даже подумывала о самоубийстве. Да-да. Представляете? Вот тебе и муж прокурор. Кстати, от таких мыслей рукой подать до желания взаправду кого-то укокошить. Как вы считаете?

– Никогда об этом не думала, – прикидывая, как поскорее откланяться, ответила я. – Но мне кажется, одно с другим не связано…

– Как это не связано? – возмутилась Виноградова. – Очень даже связано. Человек чувствует себя подавленным, несчастным, он думает о том, чтобы покончить счеты с жизнью, а тот, кто является причиной всех этих бед, живет себе припеваючи и заводит очередную любовницу.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18

Поделиться ссылкой на выделенное