Татьяна Полякова.

У прокурора век недолог

(страница 2 из 18)

скачать книгу бесплатно

От эдакой наглости я вовсе перестала бояться, смерила вопрошавшего суровым взглядом и заявила:

– Это у вас выходит, а у меня нет. Я плачу Исаеву деньги, и немалые, между прочим. Так что о близких отношениях речи быть не может. А ключи у него, конечно, есть, я ведь живу в другом районе, то и дело бегать сюда, чтобы дверь открыть или закрыть, не имею возможности. К тому же, как вы видите, украсть из квартиры нечего, не считая мебели.

– Конечно. Вы собирались переезжать?

– Да. На днях. Я когда заметила свет, решила, что Олег еще здесь, хотела поговорить по поводу переезда.

– Он обещал помочь?

– Обещал. Я не замужем, так что приходится самой обо всем заботиться.

– Понятно. Он обычно приезжает на машине?

– Да. У него «девятка». Белая. Номер не помню, не обращала внимания.

– Сегодня здесь видели такую.

– У соседа со второго этажа тоже «девятка» и тоже белая…

– И это нам известно, – усмехнулся следователь. – Осталось только установить, кто в какое время оставлял ее у подъезда.

– Вы думаете, Олег? Это же глупость. Зачем ему убивать Акимова? – возмутилась я.

– Я и не говорю, что он убил. Алла Сергеевна, а вы не находите, что ваша история выглядит… странно, мягко говоря?

– Нахожу. Только это вовсе не моя история. Я не меньше вашего хотела бы знать, что потребовалось прокурору в моей квартире?

– А может, вы все-таки догадываетесь?

– Как только начну догадываться, вы узнаете об этом первым. – Он вроде бы удивился, а я закрыла глаза и сказала резко: – Извините, у меня голова болит, и вообще я очень устала. Не могли бы мы отложить разговор, тем более что сказать мне больше нечего.

В кухне появился Славка. Я думала, он покинул квартиру, оказывается, ошиблась. Его присутствие меня успокоило, хотя, чем он мог бы мне помочь, – на ум не приходило.

– Поедем к нам, – сказал Славка. Я нахмурилась, пытаясь сообразить, что он имел в виду, и с облегчением поняла, что говорит он вовсе не о прокуратуре, а о своей квартире.

– Спасибо, – пробормотала я. Самое невероятное, что никто не возражал, и через некоторое время мы на моей машине отправились к нему домой. – Я думала, меня арестуют, – заметила я со вздохом.

– История дерьмовая, – покачал головой Славка. – Надо бы хуже, да хуже не бывает. Начальство теперь с потрохами сожрет. Ты правда ничего не знаешь? Ведь зачем-то он пришел к тебе? И эти ключи?

– Не начинай все сначала, – огрызнулась я. – Я его не приглашала и ключей не давала, могу поклясться бессмертной душой, хотя ты все равно не поверишь.

– Прекрати, – обиделся он. – С какой стати мне не верить?

– Со мной все разговаривают, как… – Я махнула рукой и отвернулась к окну.

– Утром будут известны результаты вскрытия. Очень надеюсь, что у тебя на момент его смерти есть алиби.

Я только покачала головой.


Славка с женой Ольгой жили в новом малоквартирном доме на Спасской. В гостиной горел свет.

– Черт… я ведь даже не позвонил, – вспомнил Славка. – Ольга, наверное, голову ломает, куда я пропал.

– Она вышла на работу?

– Нет, еще на больничном, завтра к врачу, поэтому скорее всего о новостях не знает, если не позвонила в прокуратуру… Хотя об убийстве будут пока помалкивать.

– А журналисты? – поднимаясь по лестнице на второй этаж, спросила я.

– Журналисты – это самое скверное, – хмыкнул Славка. – Надо ведь как-то объяснить, что, к примеру, делал прокурор в квартире молодой незамужней девушки.

– Лучше бы я вышла замуж за Виктора Львовича, – усмехнулась я, имея в виду нашего редактора.

Год назад он и в самом деле предлагал мне руку и сердце.

– Тот факт, что прокурор убит в квартире молодой женщины, – вздохнул Славка, – всех и каждого мгновенно заставит подозревать одно и то же. Я ясно выражаюсь или растолковать?

– Выражаешься ты туманно, но доходчиво, – фыркнула я. Славка позвонил, дверь распахнулась, и я увидела Ольгу в голубой пижаме.

– Ты чего так поздно… – начала она и тут заметила меня. – Что случилось? – спросила она испуганно. Я бы тоже перепугалась, обнаружив темной ночью на своем пороге мужа и лучшую подругу с физиономиями, на которых читалось нечто подозрительно похожее на панику.

– Акимов убит, – заявил Славка, пропуская меня в квартиру. Ольга тоже работала в прокуратуре, и объяснять ей, кто такой Акимов, было без надобности.

– Как убит? – удивилась она.

– Ножом… Какой-то псих дважды ударил его, в грудь и в живот. Говорят, умер мгновенно. И произошло все это в Алкиной квартире.

– Что? – Ольга вцепилась в дверной косяк и только благодаря этому смогла удержаться на ногах. – У тебя в квартире? – пробормотала она. – Как же так…

– Если ты спрашиваешь, как он там очутился, понятия не имею, – отрезала я. – Вопросы задавай своему мужу, а меня оставь в покое, меня вопросами уже достали.

Я протопала в кухню и упала на диван, Славка через некоторое время устроился рядом, предварительно включив чайник. Появилась Ольга, на ней, как говорится, лица не было. Конечно, мы пришли с весьма неприятной вестью, но выходило, что подруга переживает даже больше, чем я. Мне стало совестно, и я постаралась улыбнуться, по возможности бодро.

– Кто же его убил? – пролепетала Ольга, стоя в дверях. – Как вообще могло случиться такое?

– А главное, в моей квартире, – вздохнула я.

– Кто его убил? – повторила Ольга. Глаза ее округлились и теперь казались невероятно огромными.

– Пока ничего не ясно, – пожал плечами Славка, и я поняла, что он измучен подобными вопросами не меньше меня.

– Но… – Ольга прошла, села на диван и вдруг заплакала. Слезы катились по ее щекам, а она жалобно всхлипывала и непонимающе смотрела на меня.

– Успокойся, – обнял ее Славка. – Конечно, все это ужасно…

Минут десять мы сидели в молчании, наконец Ольга успокоилась.

– Чай пить будете? – спросил Слава. Мы дружно замотали головами – ни о каком чае не хотелось даже думать.

– Пойду постелю тебе в гостиной, – сказала Ольга, а я направилась в ванную, взглянула в зеркало и покачала головой:

– Господи, как такое могло случиться со мной?

Вопрос остался без ответа. Впрочем, не очень я на ответ и рассчитывала.

Ольга устроила меня на диване, я выключила свет, но уснуть даже не надеялась. Слава курил на кухне, затем осторожно прошел в спальню. Скрипнула дверь, все стихло.

За плотными шторами угадывалось наступление нового дня, а я разглядывала потолок и изводила себя скорбными мыслями. Вдруг дверь открылась, и вошла Ольга, в светлой пижаме похожая на привидение.

– Ты спишь? – спросила она тихо.

– Нет, конечно, – ответила я.

– А Славик уснул. Просто удивительно. – Она устроилась рядом со мной, обхватила колени руками и уткнулась в них носом. – Это ужасно, – сказала она где-то через минуту.

– Очень тебя прошу…

– Это ужасно, – повторила она жалобно. – Почему это произошло в твоей квартире?

– Не знаю. Он, разумеется, идиот, что сделал это там, мог бы выбрать другое место.

– Ты ведь ни при чем? – робко спросила Ольга. От неожиданности я лишилась речи, затем села в постели и уставилась на подружку.

– Что ты имеешь в виду?

– Я просто хотела убедиться…

– Спасибо, подруга, – фыркнула я. – На кой черт мне кого-то убивать?

– Я подумала, вдруг вы поссорились и…

– И я нечаянно дважды ткнула его ножом? Когда я вошла в квартиру, он лежал в прихожей. Убитый. Я не знаю, как он смог войти. Допустим, он нашел ключи в тумбочке и зачем-то положил их в карман, но как-то ведь он вошел в квартиру…

– Ты им все рассказала? – перешла на шепот Ольга.

– В каком смысле? – тоже шепотом ответила я.

– Ну… про ваши отношения?

– Не было никаких отношений, – едва не заорала я, но вовремя сдержалась. – Нет. Я сказала, что мы знакомы. Но я не имею понятия, что он делал в моей квартире.

– Ты считаешь, что поступила правильно?

– О господи, – я зло засмеялась. – Неужели ты не понимаешь? Меня подозревают в убийстве. Я и убитый – малознакомые люди. Никакого разумного повода совершать преступление у меня нет. Но если я скажу, что мы были любовниками… вот тебе и повод: он меня бросил, а я в отместку зарезала его, заманив в свою квартиру.

– Нет ничего тайного, что при известном старании не сделалось бы явным, – с горечью заметила Ольга.

– Возможно. Только на это потребуется время. Надеюсь, настоящий убийца к тому моменту отыщется.

– А если нет? Ты хоть представляешь…

– Я представляю и не намерена сидеть сложа руки.

– Что ты хочешь сказать? – насторожилась Ольга.

– Буду помогать следствию. Акимов погиб вовсе не потому, что был моим любовником. Его убили, и этому есть причина.

– Только не вздумай сама искать убийцу, – вздохнула она, поднимаясь с постели, и добавила с отчаянием: – Это просто чудовищно… Не могу поверить.

– Я тоже. – Мы пожелали друг другу «спокойной ночи», прекрасно понимая, как это глупо. Ольга ушла, а я закрыла глаза и в самом деле задремала, должно быть, сказалась усталость, но вскоре проснулась в холодном поту: мне приснился Акимов. С ножом в груди он возник на пороге комнаты, бледное лицо перекошено от злобы, потом засмеялся и сказал насмешливо: «Никуда ты от меня не денешься…»


…Набережная была пустынной, накрапывал дождь, я зябко ежилась и думала о том, что только психи приезжают в Геленджик в конце ноября. Ветер дул с моря, я куталась в платок, но уходить с набережной не хотелось, море завораживало.

Сунув руки в карманы пальто, я повернулась лицом к ветру и неожиданно засмеялась, подумав, что мне нравится эта чертова погода и я рада, что приехала сюда.

Мое появление в Геленджике в конце ноября объяснялось невесть откуда навалившейся депрессией. Человек я активный, а тут вдруг начала хандрить и всерьез думать о тщете всего сущего. Выходило, что журналист я весьма посредственный, а мои рассказы ломаного гроша не стоят. Личная жизнь тоже не радовала: молодой человек, с которым я полгода встречалась, оказался женат, о чем я узнала не от него и совершенно случайно. Я писала дурацкие статейки в газеты (в деньгах я остро нуждалась, оттого, кроме родной газеты, сотрудничала еще в трех, подписываясь то Д.А., то какими-то вовсе не имеющими ко мне отношение инициалами). Диапазон статей был весьма широк: от искусства до сельского хозяйства, они нравились мне еще меньше, чем моим редакторам, но жить на что-то надо, и я продолжала свои труды, несмотря на осознание собственной бездарности. Узнав о Вовкином коварстве или о его забывчивости (это уж кому как нравится), я решила, что с меня хватит. Набросила на дверь цепочку, отключила телефон и два дня читала «Маятник Фуко», лежа на диване и истребляя сигареты и кофе в кошмарном количестве. На третьи сутки у меня прихватило желудок, голова кружилась, следовало предпринять поход до ближайшей аптеки, тем более что роман я уже дочитала, и на диване, по большому счету, делать мне было нечего. Пока шла до аптеки, с некоторым изумлением констатировала: «Маятник Фуко» помог, в моей душе не наблюдалось никакого намека на любовь к Вовке, более того, я как бы даже с трудом припоминала его. Изумляясь достигнутому эффекту и мало реагируя на окружающее, я почти нос к носу столкнулась со своей приятельницей Ириной.

– Привет, – сказала она.

– Привет, – ответила я и только после этого сообразила, кто передо мной.

– Чего на работу не ходишь?

– Болею.

– Заметно. Глаза красные. В аптеку идешь?

– Ага. У меня язва.

– Правда? – нахмурилась она. – Почему же ты тогда не в больнице?

– Ненавижу больницы, – хмыкнула я, мы еще немного поболтали и простились, а я подумала, что не худо бы в самом деле подлечиться, хотя никакой язвы у меня не было.

Вечером позвонила Ирка, про наш утренний разговор я уже успела забыть, потому не сразу поняла, что она имеет в виду.

– Хочешь в санаторий? Я тут с Марьей Сергеевной поговорила, вполне можно устроить. И недорого. О здоровье надо думать…

– Да я уже нормально себя чувствую, – отозвалась я.

– Это временно, – отрезала Ирка, а я испуганно подумала: «Вдруг у меня правда язва?» – и через несколько дней отправилась в Геленджик. И хотя ничего общего с лечением язвы поездка не имела, но ни я, ни тем более Ирка не расстроились. – Немного проветришься, – заявила она.

И теперь, подставив лицо ветру, я подумала: «Насчет проветриться, это сколько угодно».

В конце концов стоять на ветру стало невозможно, я прошла немного вперед и облокотилась на ограждение, здесь было потише. Я смотрела на волны и глупо ухмылялась, пока не услышала за своей спиной мужской голос:

– Если надумали утопиться, должен вас предупредить: здесь мелко.

– Вы что, уже пробовали? – съязвила я, оборачиваясь, и увидела высокого мужчину лет сорока с небольшим в дорогом пальто на меху. Он засмеялся и остановился в нескольких шагах от меня. В чем я в настоящий момент не нуждалась, так это в мужском обществе, поэтому, отлепившись от парапета, зашагала в противоположную сторону.

– Извините, – крикнул он мне вдогонку. – Шутка вышла дурацкой.

– Извиняю, – на ходу ответила я не оборачиваясь.

Однако на следующее утро мы вновь встретились на том же месте. Я не сразу увидела его, потому что шел дождь, ветер налетал порывами и все мои силы уходили на безуспешную борьбу с зонтом. Следовало бы прекратить напрасные мучения и, сложив зонт, сунуть его в сумку, толку от него все равно никакого. Словно в отместку зонт вдруг вырвался из рук и покатился по набережной. Я припустилась за ним и вот тогда-то увидела вчерашнего типа – он не спеша шел навстречу, ловко подхватил зонтик и направился ко мне.

– Не очень подходящая погода для прогулки, – заявил он.

– Я романтик, – ответила я.

– Надо же, – присвистнул он. – Я тоже. Хотите буду нести ваш зонт?

– Не хочу, – отрезала я, а он засмеялся, причем так весело и задорно, что дальнейшие пререкания мне показались глупостью. – Держите его как следует, – проворчала я, отдавая ему зонт.

В общем, наша встреча вполне подходила для завязки курортного романа и сам роман не замедлил возникнуть.

В то утро мы долго гуляли, окончательно замерзли и забрели в какое-то кафе, где и просидели часов пять. Валера, так представился мой новый знакомый, показался мне необыкновенно интересным человеком. У меня создалось ощущение, что мы знакомы всю жизнь. Страшно банально, но что было, то было – именно это я почувствовала в тот первый вечер, а на второй с удивлением обнаружила, что влюблена, причем совершенно не так, как в Вовку (теперь мне казалось, что Вовку я и не любила вовсе, все это блажь и глупость и он недостоин того, чтобы сокрушаться из-за его коварства). Словом, Вовка теперь и вовсе оказался вычеркнутым из жизни за ненадобностью.

Весь следующий день я с нетерпением ждала свидания, наблюдая у себя все признаки любовной лихорадки: вертелась перед зеркалом, бросалась к телефону, беспричинно улыбалась и ни с того ни с сего решила похудеть.

В шесть Валера позвонил, в половине седьмого мы встретились на набережной, а в половине двенадцатого, прощаясь с ним, я была твердо убеждена, что он мужчина, которого я ждала всю свою жизнь. Между тем знала я о Валере очень немного. Если быть точной, вовсе ничего не знала, за исключением имени. Конечно, я могла сказать, какие книги ему нравятся, какой фильм он посмотрел на днях. Еще он – заядлый охотник, любит посмеяться (иногда весьма язвительно), но вот кто он, откуда и чем занимается, оставалось для меня тайной. О себе Валера говорил мало, а выспрашивать я считала неприличным. Правда, в отместку о себе тоже почти ничего не рассказывала, чем он, по-видимому, остался доволен.

На третий день мы оказались в его номере и стали любовниками. Далее роман развивался по законам жанра: мы практически не расставались, бродили по пустынной набережной, взявшись за руки, и не сводили друг с друга восторженных глаз. До конца моего отпуска была еще масса времени, поэтому глупых вопросов я особо не задавала, а Валера с ними вовсе не спешил. Иногда, глядя на возлюбленного, я пыталась отгадать: кто он? Приличный костюм, но куплен скорее всего в каком-нибудь универмаге, дорогие часы, отсутствие обручального кольца… Он ни разу не упомянул о своей работе, но по манере говорить в нем чувствовался человек, наделенный властью, однако на бизнесмена он не был похож, а на какого-нибудь политика губернского розлива тем более.

– Как тебя занесло сюда в такую пору? – весело поинтересовалась я, надеясь, что он ответит примерно следующее: «Развелся с женой, решил сменить обстановку и приехал сюда, не подозревая, что встречу тебя (ну и так далее в том же духе…)».

– Мне недавно сделали операцию, – равнодушно ответил он. – Врачи сказали, нужен отдых, минимум пара недель. И вот я здесь.

Разговоров о своем семейном положении он избегал. Несколько раз я подумывала о том, чтобы как-то прояснить ситуацию, но не решилась, боясь все испортить, потому что к этому моменту окончательно спятила, влюбившись, что называется, по самые уши.

Длилось наше счастье шесть дней, на седьмой я полтора часа вышагивала по набережной, ожидая своего возлюбленного, но так и не дождалась, после чего кинулась к нему в гостиницу, на ходу придумав жуткую историю его внезапной болезни и возможной гибели, от которой, само собой, спасти его могла лишь я.

Разумеется, все оказалось гораздо проще. Валера уехал после завтрака, причем администратора он предупредил накануне, следовательно, прощаясь со мной сегодня после жаркой ночи и назначая свидание на послеобеденное время, он уже знал, что мы не встретимся. В общем, курортный роман завершился исключительно банально. И все же сбежать, не простившись, не позвонив и даже не оставив записки, это слишком. Возможно, он боялся, что я упаду в обморок или утоплюсь на его глазах в Черном море…

Теперь его скрытность стала понятна: влюбленный укатил, оставив мое сердце разбитым, а все, что я могла достоверно сообщить о нем, укладывалось в несколько слов – зовут Валера (а может, и нет), на вид лет сорок, высокий блондин с породистой физиономией, из особых примет – шрам после операции. Конечно, при желании я могла бы выспросить его паспортные данные у администратора, но на эти самые данные мне было наплевать. Я вспомнила, как бежала сюда, не разбирая дороги, боясь, что сердце разорвется в груди от страха, и все, что я думала по поводу Валеры в ту минуту, выразилось одним словом.

– Козел, – громко заявила я. Администратор подпрыгнула от неожиданности и вдруг кивнула:

– Точно. Все они одинаковые. Этот с виду вроде бы порядочный, но все равно аферист и бабник.

Я развернулась на пятках и покинула гостиницу. Пока добралась до пансионата, от моей любви практически ничего не осталось, только стыд за то, что я оказалась наивной дурой: дядя приехал отдохнуть на недельку, малость развеяться, а я и рада стараться.

Оставшиеся десять дней я продолжала на чем свет стоит костить себя за глупость, а между делом прочитала «Остров накануне». Чтение явно пошло мне на пользу – по дороге домой о своем недавнем возлюбленном я ни разу не вспомнила. На следующий день после возвращения я вышла на работу и вскоре с некоторым удивлением обнаружила, что жизнь моя налаживается, работала я с удовольствием и вроде бы даже с толком. Неожиданно поступило предложение от одной известной в нашем городе дамы помочь ей в написании книги, на которое я согласилась. Книга, по всеобщему признанию, удалась, и, кроме морального удовлетворения, я получила очень приличные деньги. Вслед за этим мамина тетка, которая, как мне казалось, терпеть меня не могла, оставила мне наследство, скончавшись в возрасте девяноста семи лет, наследства как раз хватило на приобретение квартиры и машины.

Словом, о депрессии следовало забыть, а уж о курортном романе я вовсе не вспоминала, когда в самом начале весны у меня появилась Ольга.

– У нас завтра пьянка по поводу Восьмого марта. Гуляем в «Старой мельнице». Пригласительный на двоих, а Славик заболел, температура тридцать восемь, и вряд ли он завтра сможет пойти. Давай со мной, а?

– Чего мне там делать? – удивилась я. – Вы ж с коллективом гуляете, а я с какого бока?

– Денег жалко, – ныла подружка, – по двести рублей скидывались. Пойдем, чего ты, наших девчонок ты знаешь, и мне веселее, домой вместе отправимся, я тебя провожу…

Если честно, идти мне не хотелось. Не буду утверждать, что у меня было предчувствие, но что-то сродни этому точно имело место, потому что я до последней минуты не могла решиться, но Ольгина настойчивость победила мое нежелание. Вечером следующего дня мы с ней входили в фойе ресторана «Старая мельница». Так как сотрудники отмечали праздник семейно, то есть каждый был с дражайшей половиной, народу набралось много. Ольга с кем-то здоровалась, целовалась, весело хихикая, а я замерла рядом с дежурной улыбкой на устах.

Кто-то толкнул меня под локоть и пробормотал «извините». Я увидела рядом невысокую женщину в костюме бутылочного цвета с очень короткой стрижкой и раскосыми изумрудными глазами.

– Извините, – еще раз повторила женщина и прошла мимо.

– У нее линзы, – наклонившись ко мне, прошептала Ольга, видя, что я продолжаю смотреть вслед женщине. – Впечатляет, но такого цвета глаз в природе не существует, поневоле заподозришь подделку. По-моему, генеральша уже набралась.

– Генеральша? – проявила я интерес.

– Ага. Муж у нее заместитель нашего Поспелова. Такой мужик, красавец, одним словом, все девки у нас по нему с ума сходят, а жена явно с приветом, к тому же любит водочку. Вот скажи, почему в жизни всегда все по-дурацки: у хорошей бабы муж ни рыба ни мясо, а если парень стоящий, так непременно женится на какой-нибудь чертовке…



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18

Поделиться ссылкой на выделенное