Татьяна Полякова.

Черта с два!

(страница 4 из 21)

скачать книгу бесплатно

Двор был пуст. Я забралась в кусты сирени, но и там никого не обнаружила, зато обнаружили меня. Окно первого этажа распахнулось, и женский голос сурово спросил:

– Что вам здесь нужно?

– Извините, – вздрогнув, пролепетала я. – Я ищу мальчика, лет одиннадцати, темные волосы, такая забавная стрижка…

– Он что, украл у вас что-нибудь?

– Украл? Нет, почему?

– А чего ж вы его ищете?

Интересный вопрос, и что я должна ответить? Отвечать я не стала, спросила сама:

– Он живет в вашем доме?

– Если вы ищете Дениса Голубева, то в нашем. Не семейка, а Божье наказание. Тринадцатая квартира. Только если вы собрались жаловаться на него родителям, затея пустая. Отец сидит в тюрьме, а матери до мальчишки нет никакого дела. Пьяница она. Мальчишка предоставлен сам себе. В школу не ходит, болтается целыми днями на улице… В общем, хорошего не жди… Беда с такими соседями. Денисом уже не раз милиция интересовалась, таскается с компанией, все такие же непутевые, то стекло выбьют, то из машины что-нибудь стащат. – Женщина, вздохнув, махнула рукой.

Не зная, что ответить на ее причитания, я постояла, переминаясь с ноги на ногу, брякнула «спасибо» и стала выбираться из кустов.

Тринадцатая квартира располагалась во втором подъезде, я направилась туда, косясь на окна Андрея. По спине прошел холодок, казалось, оттуда за мной кто-то наблюдает.

– Чепуха, – одернула я себя и твердой походкой вошла в подъезд.

Квартира была на первом этаже, звонок не работал, я громко постучала и стала ждать. Тишина. Я постучала еще раз, где-то в глубине квартиры раздались шаги, дверь открылась, и я увидела женщину. Стало ясно: она спала, и я ее разбудила.

– Чего? – спросила женщина хмуро.

– Вы мама Дениса? – испытывая неловкость за вторжение, поинтересовалась я, голос против воли звучал заискивающе.

– Ну? – стоять ей было трудно, и она облокотилась на дверной косяк.

– Извините, он дома?

– Нет его. – Женщина нахмурилась еще больше и спросила громче: – Вам чего надо? Жаловаться пришли? Жалуйтесь. Сына нет, и, где он болтается, я не знаю.

– Мне он очень нужен. Можно я оставлю свой телефон? Пусть позвонит…

Женщина открыла рот, потом закрыла и посмотрела на меня с большим сомнением.

– Чего он опять натворил?

– Ничего. Просто… просто он обещал мне позировать… Я художница и… – Я торопливо сунула ей листок бумаги со своим телефоном и бросилась из подъезда. Женщина высунула голову, глядя мне вслед с заметным недоумением. Надо было ей все рассказать. Ага, она пьяна в стельку и вряд ли способна хоть что-то соображать. Только бы не забыла отдать телефон мальчишке…

Я шла к машине, пребывая в каком-то странном состоянии: мне казалось, что все совершается помимо моей воли, все идет наперекосяк.

Занимаясь самобичеванием, я направилась к проспекту, домой мне не хотелось, вряд ли я смогу работать в таком состоянии. Я совершенно не знала, что мне с самой собой делать.

Свернула к рынку и тут увидела Дениса в компании четырех таких же оборвышей, увлеченно намывающего шикарный «Фольксваген». Точнее, увлеченно намывал именно Денис, остальные сидели на корточках и брызгали водой в лицо друг другу из пластмассовых ведер, впрочем, без особого энтузиазма. Я подъехала ближе и посигналила. Один из ребят вскочил и рванул ко мне. Я открыла окно и сказала:

– Мне нужен Денис.

Тот успел меня заметить, посмотрел неодобрительно, подошел вразвалку и заявил:

– Подожди.

Я заглушила мотор и стала ждать. Он закончил работу, получил деньги от вернувшегося с рынка хозяина «Фольксвагена» и только после этого направился ко мне. Я распахнула правую дверь, он сел, посмотрел сердито и сплюнул в окно, а я размышляла, с чего начать разговор.

– Ну чего? – спросил он через минуту.

– Я была в милиции, – сказала я.

– Вот дура, – всплеснул руками Денис. – Ведь говорил же тебе.

– Что ты мне говорил? – не поняла я.

– Говорил: не мельтеши и не суйся…

– Я и не совалась, – с обидой заметила я. – Меня вызвали.

– Как это? – проявил Денис заинтересованность. – Неужто сами нашли? Тачку-то они не видели, у меня же про номера спрашивали, а я сказал, что ты не на «жигулевине», а на «Москвиче», а номер, мол, не запомнил. Как же они, а? Не на твоем же лбу они прочитали… или ты им в тот раз чего брякнуть успела?

– В какой раз? – растерялась я.

– Ты чего такая глупая? Ты ведь их видела?

– Кого? Приятелей Андрея?

– Хороши приятели, – презрительно фыркнул мальчишка и опять сплюнул. – Они же его укокошили..

– Откуда ты знаешь? – радуясь, что он сам заговорил об этом, спросила я.

– Знаю. Видел. – Тут он посмотрел испуганно. – Ты ведь ментам про меня не сказала?

– Сказала, – тоже испугалась я.

– Вот дура, – он вновь всплеснул руками и покачал головой, чуть не плача. – Вот и делай людям добро после этого…

Он достал сигарету из мятой пачки, прикурил, руки у него дрожали.

– Что ты делаешь? – растерялась я. – Выбрось сейчас же.

– Ты мне что, мать? Или родная тетя? Сама-то небось куришь.

– Ты еще маленький, – не нашла я достойного аргумента.

– Ага. А ты большая… и умная. Чего ты им про меня наплела?

– Я… извини, я сказала, ты знал, что Андрей убит. То есть знал еще тогда, когда его труп не нашли.

– А его нашли?

– Конечно. Потому меня и вызвали.

– Ясно. Опознать то есть… ты его подружка?

– И вовсе нет.

– А почему ж тогда тебя?

– Потому что в его кармане была бумажка с моим телефоном.

– Это в ментовке сказали?

– Конечно.

– Врут. Тот мужик все проверил. Мент сказал: «Карманы еще раз проверь», и он в карманах шарил… Соврали тебе, вот что… все повязаны, сволочи.

– Ты чего болтаешь? – окончательно растерялась я. – Бумажка была свернута в плотный шарик. Его развернули и смогли разобрать цифры.

– Да? – Денис задумался. – Если так, может, он его и не заметил… хотя мне кажется, врут менты, своих покрывают. А тебя вызвали, чтоб прощупать: чего ты видела, вот. – Он с гордостью посмотрел на меня и был таким невыносимо довольным, что, несмотря на трагизм ситуации, я не выдержала и фыркнула. – И чего ты смеешься? – презрительно спросил Денис.

– Извини, это нервное.

– В голове у тебя не все дома, – проворчал он и отвернулся, потом проронил, пытаясь выглядеть равнодушным: – Теперь они меня, конечно, найдут. Ладно… не страшно… от меня они ничего не узнают.

– Послушай, Денис, – начала я, вышло как-то неуверенно, я разозлилась и брякнула: – Нам с тобой в милицию надо. Мы видели убийц. Наши показания очень важны. Понимаешь? Ты должен рассказать обо всем, что знаешь.

– Ага. Прям счас и побежал. Нашла дурака. Они меня шлепнут…

– Господи Боже! – развела я руками. – Кто тебя шлепнет? Что ты болтаешь? Ты понимаешь, что человека убили? По-правдашнему. И ты видел убийц. Ты обязательно должен рассказать…

– Да заткнись ты. Никого я не видел, я все выдумал. Тебя пугал. А ты, дура, сунулась с длинным языком, теперь хлебнешь лиха…

– Да почему хлебну-то… – Своей цели мальчишка достиг: я испугалась.

– Потому что все менты повязаны, это каждый придурок знает.

– Хорошо, хорошо… допустим. Только я не понимаю, при чем здесь убийство Андрея, чего ты без конца долдонишь: повязаны, повязаны…

Он наклонился ко мне и зловеще прошептал:

– Андрея менты кокнули…

Я вытаращила глаза и тоже зашептала:

– С чего ты взял? Я видела двоих в его квартире. Оба в джинсах и футболках, формы на них не было. Или ты видел других?

– Этих. Подумаешь, форма. Что ж им, всегда форму носить…

– Тогда я ничего не понимаю, – огрызнулась я. – Они что, тебе документы показывали?

– Дура ты… Я одного из них знаю. Видел два раза на вокзале. Зовут Вася. Его пацаны дразнили, он идет, а они: «В-а-ся, Вася», – очень он злился. Я сам его в форме видел. А пацаны про него рассказывали – сука, а не мужик, ко всем цепляется… Он живет рядом с вокзалом.

– А что ты потерял на вокзале? – спросила я. Видно, с головой сделалось неладное.

– Тебе какое дело? – Денис прикурил еще сигарету и огляделся: – Зачем притащилась? Еще увидит кто, место людное.

– Денис, – стараясь обнаружить в себе хоть какие-то педагогические способности, начала я решительно: – То, что ты говоришь, очень важно для следствия. Ты должен все рассказать Степаненко, это он меня вызывал. Мы ему позвоним и поедем в милицию. По-моему, он хороший человек и сможет во всем разобраться. Кто-то должен разобраться. Пойми, для нас лучше, если убийц арестуют, в противном случае…

– Вот-вот, – обрадовался Денис, – они и нас замочат. Тебя и меня, а все из-за твоего длинного языка. Одно слово – баба. Этот Вася от своих дружков в ментовке про нас узнает и сразу кокнет.

– Если мы дадим показания, как положено, и их опознаем, они нас не кокнут, а в тюрьму пойдут…

– Счас, мент мента всегда отмажет…

– Слушай, сколько тебе лет? – нахмурилась я.

– Тринадцать, – насторожился Денис.

– Врешь.

– Ну, одиннадцать. И что?

– Почему у тебя такое мнение о милиции? Что ты вообще можешь знать о ней?

– Уж побольше, чем ты, – презрительно бросил он и отвернулся к окну, и тут до меня дошло, что мальчишка храбрится из последних сил: он был страшно напуган.

– Денис, – позвала я. – Они тебя не найдут, то есть, если даже найдут, я скажу, что не с тобой в тот раз разговаривала. Извини, что так вышло.

– Да ладно, – спустя минуту сказал он, махнув рукой. – Давай отъедем куда-нибудь. Нечего людям глаза мозолить.

Я потихоньку тронулась с места и через пару кварталов свернула во двор, здесь, в тенечке, мы и устроились.

– Ты кому-нибудь еще рассказывал? – робко спросила я.

– Мамке… только она не поняла спьяну, ругаться стала.

– А друзьям?

– Я ж не дурак, понятие имею.

– Если ты прав и они действительно…

– Действительно, – кивнул мальчишка и уставился на меня. – Я видел, как эти двое его вытаскивали, вот что…

– Андрея? – опять перешла я на шепот.

– Конечно.

– Как вытаскивали? Из квартиры? Ведь светло было…

– Это днем, а они его вытащили ночью. – Он подумал немного, я сидела не шевелясь, боялась неловким словом спугнуть мальчишку. – Я ведь их тачку еще днем приметил. Шикарная. И на панели антирадар. Его за сто штук продать можно, раз плюнуть.

– Ты хотел его украсть? – растерялась я и тут же на себя разозлилась.

– Ну и хотел… Мамка, когда в запое, себя не помнит, а мне жрать надо. Ты-то небось каждый день суп трескаешь?

– Ладно, чего ты, – пожала я плечами. – Не злись. Рассказывай дальше.

– Дальше так… Присмотрел я тачку, она в соседнем дворе стояла. Стоит себе и стоит, я подошел и дверь проверил, на всякий случай. Заперто. Я повертелся немного рядышком, потом пацаны меня купаться позвали, и я пошел. Только мы с речки вернулись и сели в картишки перекинуться, смотрю, опять эта тачка. А пацан один, Борька, говорит, к Андрею, наверное, приехали. Андрей крутой, значит, к нему, больше не к кому на такой-то тачке. А я говорю, если к Андрею, чего ж тогда не в нашем дворе ставят? Ну, мы и поспорили, и пошли смотреть. Тачку они за сараями пристроили, смотрю, этот самый Вася из машины выходит, мент то есть, и еще один, и в наш двор, а мы с Борькой за ними, они вошли в первый подъезд, Борька говорит: «Ты проспорил», я ему отдал десятку, и он ушел, а я на скамейке устроился, очень мне интересно было, зачем к Андрею мент приехал. Я посидел, посидел, а они так и не вышли, потом ты приехала, потом меня мамка позвала, и я ушел. Через полчасика сбегал, тачку проверил, но они уже смылись.

Я вздохнула с облегчением.

– Слушай, Денис, Андрея, как мне в милиции сказали, действительно убили примерно в то время, когда этот Вася с дружком находился в его квартире. Но это ведь не значит, что убили они. Должно быть какое-то объяснение, в милиции разберутся…

Мальчишка взглянул на меня с сожалением:

– Не тарахти и слушай дальше. В первом часу ночи я пошел прогуляться… – Он запнулся и пояснил: – Мамкин хахаль явился, мы с ним не ладим, батя в тюрьме, а он к нам таскается, а мамка, когда пьяная… в общем, поскандалили, и я из дома ушел. Пацанов не было, я прогулялся немного и отправился в беседку спать. Смотрю, вплотную к палисаднику стоит та самая тачка. Ну, и подошел… из любопытства, а дверь открыта, я и влез… Надо было хватать антирадар и ноги делать, а я пожадничал: магнитола там крутая, с руками оторвут. В общем, этот Вася меня чуть не застукал. Тихо так подошел, я б ни в жизнь его не засек, хорошо, вовремя голову поднял… Деваться мне некуда, и я спряталcя между сидений, сзади, тачка-то семиместная…

Я вытаращила глаза и, кажется, побледнела, а Денис зябко поежился.

– Сдрейфил я, то есть растерялся, вот и нырнул на рыбку в первую щель. Поначалу Вася ничего не заподозрил, видно, не обратил внимания на магнитолу, проехал немного вперед, прямо к окну спальни Андрея. Окно крайнее, палисадник до него не доходит… Вася этот вышел и к окну, я выскочить хотел, да деру, а они… Окно-то открыто, и… – Денис поежился, вздохнул и спросил глухо: – У тебя пивка нет?

– Что? Нет… Они вытащили труп через окно? – помедлив, спросила я.

– Ага. В одеяло завернутый. И в багажник положили. А багажник там знаешь какой? Просто еще одна дверь открывается… а я совсем рядом…

Я, кажется, не дышала, завороженно глядя в глаза ребенка, пытаясь представить ужас, который он пережил в ту ночь.

– Как же ты?.. – пролепетала я.

– Как же, как же?.. Так же! Лежал и думал: каюк мне. Зароют вместе с Андреем. Тут этот Вася, он сбоку сидел, полез к магнитоле, кассету поставил, а она не пашет… Он, конечно, понял, в чем дело, и материться стал, а другой, хозяин машины, говорит: «Да заглохни ты, не о том думать надо. Нечего было тачку без присмотра оставлять». Я испугался, что они машину проверят, но не стали. Тут мы выехали на объездную, свернули в сторонку и остановились. Они опять заспорили, Вася говорит: «Надо труп на дороге бросить», а другой ему: «Зачем, мол, все равно поймут, что не машиной его… Нечего мудрить, бросить между деревьев да завалить чем-нибудь, чтоб не сразу нашли. А там уж девка ни в жизнь не вспомнит, когда нас в квартире видела, такие, как она, ни в чем не уверены, и с толку ее сбить труда не составит». В общем, они опять багажник открыли, а я чуть не заорал, потому что этот Вася прямо в лицо мне смотрел, хорошо хоть темно было… Они Андрея вытащили и понесли к кустам, а я не помню, как выскочил, и деру.

– Они тебя заметили? – тревожно спросила я. Денис кивнул:

– Да. Только не сразу. Это они из-за магнитолы сообразили, чтоб ей пропасть. Сели в машину и за мной по дороге, только я ведь не дурак, к оврагу кинулся и там залег. А когда светать стало, к гаражам пошел… их тачки нигде не видел. Может, они решили, что им почудилось… и никого на самом деле не было… Как думаешь? – тревожно спросил он.

– Не знаю, Денис, – честно ответила я. – История такая… просто не знаю, что делать. Почему они труп в квартире не оставили, а куда-то его потащили, ведь рисковали же?..

– Так ведь из-за тебя… бестолковая ты все-таки. Ты ж их в квартире-то видела и, конечно бы, ментам рассказала точное время и все такое. А в посадке на объездной его могли и вовсе не найти. Они ж труп спрятали.

– Видно, плохо спрятали, – заметила я. – Нашли ведь.

– Нашли бы они, как же! – разозлился Денис. – Я в ментовку позвонил и сказал, что дядька в кустах валяется, вроде мертвый, вот менты и кинулись землю носом рыть. Мы с пацанами бегали смотреть. Дядька нас погнал, но все равно ясно стало: нашли, чего б им тогда там толпиться…

Он замолчал, глядя в окно, и я молчала, не зная, что сказать.

– Оказались мы с тобой в дерьме, – вдруг заявил Денис. – А ты еще ментам разболтала и про себя, и про меня. Найдет нас теперь Вася в три счета.

– Не успеет, если мы сейчас же пойдем в милицию.

– Ага. А там Васины дружки. За что-то они Андрея кокнули, Андрей крутой был, на «Тойоте» раскатывал, а они его раз… и все. А нас и вовсе придавят на каком-нибудь перекрестке. Тихо сидеть надо, вот что. Может, тогда про нас забудут.

– А как же убийство, Денис?

– А это дело не наше.

– Я понимаю, ты боишься, – как можно мягче начала я. – Если честно, я тоже очень боюсь. Но если ты прав, тогда тем более в милицию надо. Своим молчанием мы этим типам только жизнь облегчим. Будем молчать, они разделаются с нами, ничего не опасаясь. Я сегодня Степаненко их портреты набросала, я ведь художница. Можно ему позвонить и сказать, что видела одного из этих людей в милицейской форме на вокзале, они найдут Васю очень быстро. Придется им что-то со всем этим делать, ты понимаешь? Положим, у Васи в милиции есть друзья, но ведь не все там поголовно продажные, значит, будет расследование…

– А пока оно будет, нас прирежут в темном переулке.

– Нас прирежут, если мы с перепугу в щель запрячемся, там как раз самое удобное место.

– Ладно, делай как знаешь, – проворчал Денис, – только про меня не болтай, в ментовку все равно не пойду.

– Хорошо. И давай договоримся: будь поосторожней, ночью по улицам не шатайся и никому ничего не рассказывай. Я тебе телефон дам, если что, позвони…

Он взял бумажку с номером телефона, сунул в карман и зло пробормотал:

– Навязалась на мою голову…

– Отвезти тебя домой? – предложила я.

– Какое домой… работы полно.

Он сурово посмотрел на меня, вышел из машины и громко хлопнул дверью. А я стала искать телефон-автомат. Конечно, удобнее было бы звонить из дому, но мне казалось, чем скорее я позвоню Степаненко, тем лучше для всех нас. На счастье, он оказался в своем кабинете.

– Николай Петрович, – начала я дрожащим голосом. – Я видела человека, одного из тех, кого встретила в квартире Андрея. Я ничего не понимаю, но сейчас он был в милицейской форме. Его спутник назвал его Васей. Я совершенно убеждена, что встреченный мною милиционер тот самый молодой человек, но этого ведь не может быть, правда? Иначе выходит, что убийцы…

– Вы нашли мальчишку? – вдруг спросил Степаненко.

– Что?

– Вы нашли мальчишку, и он вам что-то рассказал?

– Нет, вовсе нет. – Я вдруг испугалась. – Я просто заезжала на вокзал и случайно увидела того человека… Наверное, я ошиблась, извините. – Я бросила трубку и стрелой кинулась к машине.

«А что, если Денис прав? – осведомился вдруг внутренний голос. – Что, если это какая-то тайная операция, о которой никому знать не положено? Это не у нас, это в американских фильмах обычно ЦРУ такими штуками занято, а ты дура и ничего в подобных делах не смыслишь. Поэтому должна отправиться к Степаненко и все ему рассказать…»

– Я обещала Денису…

«Ребенку одиннадцать лет, а ты взрослая тетя и должна понимать».

– А я боюсь. И вообще, заткнись и не вздумай высовываться, я еду домой и ничего об этом убийстве больше слышать не желаю.

Утром я смогла настолько успокоиться, что принялась за работу. Часа три все шло нормально, потом я вышла на кухню выпить кофе, а вернувшись, застыла перед рисунками в полном недоумении.

– Это черт знает что! – подумала я вслух. Алиса выглядела испуганной, а обитатели Зазеркалья не иначе как ожидали землетрясения. Я досадливо отшвырнула листы, уставилась в стену и пожаловалась ей: – Нет, так нельзя. Надо со всем этим что-то делать.

«Вот сказанула так сказанула», – хихикнул внутренний голос. Последнее время он отличался повышенной вредностью, никакой на него управы. Я покосилась на телефон. Странно, что из милиции до сих пор никто не позвонил. Позвонить самой? И что? Спросить, почему вы меня на допрос не вызываете или на беседу? Нет, на допрос, наверное.

В дверь позвонили.

– Ну вот, кому-то я все-таки понадобилась.

Я подошла, протянула руку к замку и тут же ее отдернула.

– Кто? – спросила я тревожно.

– Слесарь, – ответил мужской голос с некоторой ленцой. Я обрадованно распахнула дверь. Молодой парень в джинсовой куртке стоял на пороге, темная сумка в его руках почему-то выглядела нелепо. Совсем свихнулась, ей-Богу…

– Я вас не знаю, – промямлила я.

– Ну и что? Кран чинить будем?

– Будем, – улыбнулась я, впуская его в квартиру. – Я договаривалась с нашим слесарем, я имею в виду слесаря нашего кооператива…

– Меня послали. Он приболел, где кран?

– В ванной.

Парень толкнул дверь ногой и вошел в ванную, вскользь мазнув меня взглядом. Сердце у меня куда-то провалилось и возвращаться назад никак не желало.

– Вот здесь вода перекрывается, – сказала я.

– Найдем.

Стоять над душой у человека я сочла неприличным и отправилась на кухню. Подумала и принесла телефон из прихожей, прислушалась: в ванной было тихо. Я не удержалась, набрала номер и, понизив голос, спросила:

– Кондратьева можно?

– Нет его, ушел, в восьмом доме авария. Вам чего надо?

– У меня кран течет, я заявку давала.

– Не до заявок сейчас, говорю, авария.

Я осторожно повесила трубку, боясь, что сию минуту упаду в обморок. Этот в куртке на слесаря не похож. А на кого он похож? Взгляд странный… у тебя теперь все странные… Я взяла нож и положила его рядом с телефоном. Вдруг у него пистолет? Надо звонить в милицию… А вдруг парень окажется обычным слесарем? Если он убийца, то милиция вряд ли поможет, пока я объясню им в чем дело, он меня пять раз убьет. Чего он там возится? Я взяла нож в правую руку, а в левую телефон и пошла к входной двери. Ее надо открыть, если что, я смогу выскочить из квартиры и убежать… Парень все еще был в ванной. Я распахнула входную дверь и вышла в коридор, оставив телефон на тумбочке. А что делать с ножом? Я сунула его под тумбочку, прикрыв туфлями. Схватила какую-то тряпку и увлеченно принялась натирать входную дверь, по-прежнему держа ее открытой. Пока этот тип в ванной, в квартиру не вернусь, я могу помыть здесь стены, а также пол и даже потолок, если понадобится. Парень наконец вышел.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21

Поделиться ссылкой на выделенное