Пол Сассман.

Исчезнувшая армия царя Камбиса

(страница 7 из 33)

скачать книгу бесплатно

12

Северный Судан, неподалеку от границы с Египтом

Выбравшийся из палатки мальчишка бросился бежать, разогнав своими порывистыми движениями небольшое стадо коз. Он пронесся мимо потухшего костра, прикрытого брезентом вертолета, штабеля бочек и, переводя дух, остановился у другой, стоявшей чуть в стороне от лагеря, палатки. Здесь мальчишка извлек из кармана листок бумаги, откинул холщовый клапан входа и шагнул внутрь.

В центре палатки стоял мужчина. Его глаза были закрыты, губы шевелились в молитве. Длинное, костистое лицо с орлиным носом украшала бородка, над переносицей матово поблескивал глубокий вертикальный шрам. В экстатическом забвении мужчина едва заметно улыбался.

Затем он опустился на колени, простер перед собой руки и совершил глубокий поклон, коснувшись лбом застилавшего палатку ковра. Стоя за его спиной, мальчик в благоговейном ужасе взирал на молившегося. Медленно тянулись минуты, мужчина продолжал шептать священные слова, с его лица не сходила исполненная умиротворения улыбка. Ритуал казался нескончаемым. Мальчик уже собирался выйти, однако в этот момент мужчина отвесил последний поклон и поднялся. Паренек сделал шаг, протянул руку с листком.

– Вот, господин. От доктора Дрейвик.

Мужчина взял бумагу и принялся читать.

В его облике чувствовалась скрытая угроза, некая с трудом сдерживаемая тяга к насилию. На ее фоне казалась неуместной ласка, с которой мужчина опустил руку на голову мальчика. Тот смотрел на свои босые ноги, объятый страхом и восхищением одновременно.

Дочитав послание, мужчина вернул бумагу мальчику.

– Аллах, да будет в веках благословенно Его имя!

– Прошу вас, господин, – прошептал мальчик, по-прежнему глядя вниз, – я не понимаю.

– Мы и не должны ничего понимать, Мехмет, – произнес мужчина, поднимая за подбородок голову младшего так, чтобы взгляды их встретились.

Лоб мальчика пересекал такой же глубокий шрам.

– Нам всего лишь необходимо знать, что существует высший промысел, и все мы являемся его частью. Ты не задаешь вопросов Всевышнему, ты Ему просто вверяешь себя. Без вопросов и без сомнений.

– Да, господин.

– Он поставил перед нами величайшую задачу. Если мы пройдем Его испытание, награда будет высокой. Если оплошаем…

– Что, господин? Что нас ждет, если мы оплошаем? – вздрогнув, спросил мальчик.

Мужчина провел ладонью по его волосам, успокаивая.

– Мы не оплошаем. – Он улыбнулся. – Дорога трудна, но мы пройдем ее до конца. Разве я не говорил тебе? Мы избраны Богом.

Обеими руками мальчик обхватил талию мужчины, но тот мягко отстранил его.

– Есть работа, Мехмет. Отыщи доктора Дрейвика, передай ему, что он обязан найти недостающую часть. Ты понял? Он обязан найти недостающую часть.

– Найти недостающую часть, – повторил мальчик.

– А пока все должно идти, как планировалось. Ничего не меняется. Запомнишь?

– Да, господин.

– Через час мы сворачиваем лагерь.

Ступай.

Мальчик вышел из палатки. Некоторое время Саиф аль-Тхар смотрел ему вслед.

Они подобрали Мехмета четыре года назад, когда тот голодным сиротой копался в каирских помойках. Ребенка отмыли, накормили, обучили грамоте. Со временем он стал одним из них – приняв отличительный знак, символ их веры, и поклявшись всю жизнь не снимать черных одежд. Черный цвет означал преданность и силу.

Простой, искренний и послушный, Мехмет был молодцом. Имелись и сотни, тысячи других, таких же. Пока богачи ублажали желудки и молились своим лживым богам, дети бедняков умирали от голода. Мир сошел с ума. Канул в бездну. Оказался во власти кафиров. Он, Саиф аль-Тхар, пришел в этот мир восстановить справедливость, протянуть руку отверженным, наказать нечестивцев, чтобы вновь зажечь светоч веры.

Внезапным озарением свыше ему на миг открылось, как достичь поставленной цели. На миг, не более. Аллах дал, и Аллах взял. Осознание этого приносило боль, но Саиф аль-Тхар знал, что и здесь сокрыт промысел Всевышнего. В чем он? Но разве не может Господь проверить своего слугу? Испытать его решимость? Беззаботная, легкая жизнь – удел тех, чья вера слаба. Глубина веры познается в ударах судьбы. Аллах хочет убедиться в его преданности? Что ж, Всевышний не будет разочарован. Они найдут святыню, скольких смертей бы это ни стоило. Слуга не обманет своего господина. И господин тоже не оставит своего слугу – во всяком случае, до тех пор, пока тот полон веры. Пока не отступит перед трудностями.

Бросив на мальчика еще один взгляд, Саиф аль-Тхар опустился на колени, чтобы продолжить молитву.

13

Каир

Войдя в номер отеля, Тэйра вскрыла конверт. Она знала, что должна порвать послание, выбросить его непрочитанным, но это было свыше ее сил. Даже по прошествии шести лет в каком-то уголке души еще теплилась память.

– Будь ты проклят, – пробормотала она, извлекая из конверта лист бумаги. – Зачем ты вернулся? Будь проклят!


Привет, Майкл!

Я пробуду здесь несколько недель. Если ты уже вернулся из Саккры, с удовольствием поставлю тебе стаканчик-другой. Остановился в отеле «Салах аль-Дин», хотя по вечерам меня легче застать в чайном домике на углу Ахмед-Махер и Бурса-ид. По-моему, он называется «Ахва Вадуд».

Дэниел Л.

P.S. Ты слышал о Шенкере? Он полагает, будто нашел гробницу Имхотепа! Болван.


Тэйра невольно улыбнулась. Как это похоже на Дэниела! Он просто не может удержаться, чтобы не вставить в свою речь вульгарное словцо. Впервые за долгие годы Тэйра ощутила, как к горлу подкатывает комок. Нет, обида так и не забылась.

Она еще раз прочитала записку, затем скомкала ее и швырнула в угол. Достав из мини-бара бутылочку водки, вышла на балкон, но тут же вернулась и бросилась на постель, бездумно уставившись в потолок. Прошло минут пять, затем десять, пятнадцать. Наконец Тэйра поднялась, взяла лежавший в кресле рюкзачок и покинула номер.

– Чайный домик «Ахва Вадуд», – сказала она водителю стоявшего у отеля такси. – Угол Ахмед-Махера и…

– Бурса-ид, – закончил шофер, открывая для нее дверцу машины. – Знакомое местечко.

Тэйра опустилась на сиденье.

Ты идиот, Дэниел, под негромкое урчание двигателя подумала она, и такси тронулось с места. Набитый идиот.

Припаркованный на противоположной стороне улицы пыльный «мерседес» отъехал от тротуара и медленно развернулся. Хищник взял след.


Тэйра прекрасно помнила их первую встречу. Произошла она – о Господи! – восемь лет назад.

В то время на втором курсе Лондонского университета она изучала зоологию и вместе с тремя подругами снимала недорогую квартиру. Родители жили в Оксфорде, их брак стремительно приближался к распаду. Однажды Тэйра решила проведать отца и мать.

Должен был состояться обычный семейный ужин, что само по себе представляло довольно тягостную перспективу: родители уже почти не разговаривали друг с другом. Однако когда Тэйра переступила порог дома, отец сообщил, что за столом будет присутствовать его коллега.

– Занимательный парень, – сказал он, – наполовину англичанин, наполовину француз, чуть старше тебя. Пишет диссертацию по погребальным обрядам в Фивах, Поздний период. Буквально на днях вернулся с раскопок в Долине царей. Похоже, археология вот-вот получит нового гения. Знает о загробной жизни древних египтян больше, чем любой другой.

– Очень интригующе, – скептически усмехнулась Тэйра.

– Думаю, он тебе понравится. – Отец явно не заметил ее сарказма. – Настоящий чудак. Помешанный. Само собой, мы все в какой-то мере помешанные, но он – особенно. Впечатление такое, будто он руку готов себе отрубить, если будет уверен, что этого требует дело. А может, и не только себе. Фанатик.

– Такие, как правило, всю жизнь остаются в одиночестве.

– Ты права. У меня по крайней мере есть ты и твоя мать. У Дэниела нет никого. Честно говоря, он меня беспокоит. Он просто одержимый. Если не остановится вовремя, то наверняка до срока ляжет в могилу.

Тэйра опрокинула предложенную отцом перед ужином стопку водки. Погребальные обряды в Фивах, Поздний период. О Боже!

Гость явился почти с часовым опозданием; они как раз обсуждали, не пора ли садиться за стол, когда послышалась трель входного звонка. Выпитое уже ударило Тэйре в голову, и она, убеждая себя в необходимости соблюдать приличия, направилась к двери. Остается надеяться, что сразу после ужина будущий гений уйдет, думала она. Господи, пусть он уйдет побыстрее!

У порога Тэйра замешкалась, а затем решительно распахнула дверь.

Святый Боже! Какой мужчина!

К счастью, эти слова не были произнесены вслух, хотя по лицу Тэйры промелькнула тень изумления. Гость ничуть не походил на того, кого она ожидала увидеть: высокий, темноволосый, с карими, почти черными глазами, напоминавшими крошечные, бездонные озерца. Тэйра не могла отвести взгляда от выразительного лица.

– Прошу извинить за опоздание. – В голосе молодого человека слышался легкий галльский акцент. – Необходимо было закончить дела.

– Ясно. Погребальные обряды в Фивах, Поздний период, – пытаясь скрыть смущение, выговорила она.

Гость рассмеялся:

– Почти угадали. Вообще-то я заполнял бумаги на получение гранта. По-моему, это менее интересно. Будем знакомы, Дэниел Лакаж.

Она пожала протянутую руку:

– Тэйра Маллрей.

После несколько затянувшегося рукопожатия оба прошли в дом.

Ужин удался на славу. Большую его часть мужчины провели в споре о Новых царствах: является ли фактом совместное правление Аменхотепа III и его сына Эхнатона? Подобные дискуссии Тэйре приходилось сотни раз слышать и раньше, но в присутствии Дэниела сухая академическая беседа обрела вдруг непонятную значимость, она как бы затрагивала их обоих. А ведь речь шла о событиях, которые казались забытыми самой историей!

– Прости, пожалуйста, – улыбнулся Дэниел, когда мать скрылась в кухне, чтобы принести блюдо с пудингом. – Для тебя наш разговор должен быть пыткой.

– Нисколько. Сейчас я впервые в жизни почувствовала искренний интерес к Египту.

– Спасибо, дорогая, – угрюмо заметил отец.

После ужина Тэйра и Дэниел вышли в сад покурить. Стоял теплый вечер, в небе сияли мириады звезд. Пройдя по газону, оба опустились в плетеные кресла-качалки.

– Твои слова за столом были сказаны лишь из вежливости, – произнес он, прикуривая две сигареты и передавая одну из них Тэйре. – Зачем утруждать себя?

– Я никогда не стараюсь быть вежливой. Сегодня по крайней мере совершенно не тот случай.

Наступило молчание. Они легонько покачивались в креслах, совсем рядом, но все же не настолько, чтобы тела их соприкасались. От Дэниела исходил почти неуловимый, приятно щекотавший ноздри запах – не туалетной воды, нет, чего-то более мужского.

– Отец сказал, ты был на раскопках в Долине царей, – первой нарушила тишину Тэйра.

– Немного в стороне от нее, в холмах.

– Искал что-то конкретное?

– Ничего особенного. Захоронения Позднего периода, двадцать шестая династия.

– Ничего особенного? Мне казалось, ты фанатически предан своему делу.

– Так и есть. Только не сегодня вечером.

Оба рассмеялись. Два взгляда на мгновение встретились, а затем устремились вверх, к небу. Над головами Тэйры и Дэниела переплела узловатые ветви старая сосна. Последовало долгое молчание.

– Загадочное место эта Долина царей, – промолвил наконец Дэниел почти шепотом, обращаясь скорее к себе, нежели к Тэйре. – Холодок бежит по спине, когда думаешь о погребенных в ней сокровищах. Взять, к примеру, хотя бы Тутанхамона. А ведь он был далеко не самым могущественным из фараонов. Так себе, средней руки. Чем же провожали в загробную жизнь действительно великого правителя – Аменхотепа III, Хоремхеба, Сети I?

Он опустил голову и, погружаясь в собственные мысли, улыбнулся.

– Меня всегда интересовало, что испытывает человек, которому посчастливится сделать такую находку. Конечно, на это не приходится и рассчитывать. Тутанхамон – исключение. Шансов обнаружить гробницу целой – один к миллиону. И все же сама мысль не дает мне покоя. Кровь закипает от возбуждения. Ни с чем не сравнимое чувство. Ни с чем. Хотя, с другой стороны… – Дэниел вздохнул.

– Что?

– С другой стороны, возбуждение тоже не будет длиться вечно. Вот в чем суть археологии. Никогда не бывает достаточно одной находки. Все время тянет превзойти самого себя. Скажем, Картер. Раскопав гробницу Тутанхамона, последующие десять лет жизни он на каждом перекрестке кричал, что знает, где похоронен Александр Македонский. Величайшего открытия за всю историю археологии ему оказалось мало. Это «Уловка-22»[1]1
  Любая парадоксальная бюрократическая уловка, ставящая человека в безвыходное положение. По названию романа американского писателя Дж. Хеллера, где герой пытается выдать себя за сумасшедшего, однако бюрократическая машина отказывается признать его таковым, поскольку считает его намерения слишком разумными.


[Закрыть]
. Копаешься, не жалея сил, в прошлом, чтобы раскрыть его секреты, и больше всего боишься, что секретов этих в один день не останется.

Он смолк, затушил о каблук ботинка окурок сигареты и рассмеялся.

– Слушай, готов держать пари: ты предпочла бы сейчас мыть посуду!

Их глаза вновь встретились, пальцы опущенных рук соприкоснулись. Движение это было почти незаметным, невинным и в то же время совершенно осознанным. В следующее мгновение взгляды разошлись, но пальцы остались переплетенными.

Через три дня последовала новая встреча в Лондоне, а неделю спустя Тэйра и Дэниел уже принадлежали друг другу.

То было волшебное время, самое счастливое в ее жизни. Дэниел жил на Гауэр-стрит, в убогой квартирке без центрального отопления, которая и стала их убежищем. С утра до поздней ночи они занимались любовью, делая краткие перерывы только для того, чтобы перекусить. После скромного пикника прямо на простынях вновь наступал черед исступленных объятий.

Дэниел оказался великолепным рисовальщиком, и, отдыхая от перипетий любви, обнаженная Тэйра раскидывалась на постели, а он покрывал листы плотной бумаги быстрыми набросками – в карандаше, углем или цветными мелками. Мастерски выписанные эскизы служили как бы официальным подтверждением их физической близости.

У одного из приятелей Дэниел одолжил старенький мотоцикл, и в конце недели они выбирались куда-нибудь за город. Обхватив любимого за пояс, Тэйра по обеим сторонам дороги высматривала укромные уголки: безлюдную рощицу, пустынный берег реки или, на худой конец, густые заросли кустов.

Дэниел водил ее по залам Британского музея, задерживаясь перед наиболее интересными, с точки зрения археолога, экспонатами, читая долгие лекции о покрытых клинописью глиняных табличках из Амарны, о вазах, расписанных сценками, на которых в весьма изобретательных позах представали древнеегипетские мужчины и женщины.

– «Холод желания кожу мою обжигает», – переводил Дэниел строчки сохранившихся на черепке иероглифов.

– А мою – жар, – смеялась в ответ Тэйра и страстно прижималась к нему, не обращая внимания на бродивших по залам посетителей.

Он водил Тэйру в Бодлианскую библиотеку и в музей Соуна – чтобы показать саркофаг Сети I, а она его – в зоопарк, где работала подруга по университету. По ее просьбе подруга вытащила из террариума питона и повесила толстенную змею Дэниелу на шею, от чего он вовсе не пришел в восторг.

К тому времени родители Тэйры уже разошлись, но она была так поглощена своим романом, что и не заметила произошедшего между отцом и матерью разрыва. Окончив университет, Тэйра без всякой охоты начала собирать материалы для диссертации. Она почти не отдавала себе отчета в том, что делает, ее жизнь текла в каком-то параллельном мире, где единственной реальностью являлись лишь отношения с Дэниелом. Она была счастлива.

– Что еще? – спросила она однажды ночью, с трудом переводя дыхание после исступленных занятий любовью. – Что еще мне нужно?

– Что еще тебе нужно? – повторил ее вопрос Дэниел.

– Ничего. Больше ничего.

Когда о своих взаимоотношениях с Дэниелом Тэйра поведала отцу, тот сказал:

– Дэниел – исключительно одаренная личность. Я горжусь тем, что когда-то был его учителем. Вы станете великолепной парой. – Подумав, отец добавил: – Но будь осторожна. Как и каждый гений, Дэниел может оказаться очень тяжелым человеком. Не позволяй ему обижать тебя.

– Этого не случится, папа, – ответила Тэйра. – Не беспокойся.

Вину за то, что это все-таки произошло, в глубине души она возлагала на отца, как если бы его предупреждение и послужило причиной раскола.


Чайный домик «Ахва Вадуд» представлял невзрачное заведение с усыпанным влажными опилками полом и десятком столиков, за которыми пожилые мужчины пили маленькими глотками горячий чай и играли в домино. Дэниела Тэйра увидела сразу: он сидел в углу, склонив голову над доской с триктраком и попыхивая трубкой. Шесть прошедших лет нисколько не изменили его, разве что прическа стала чуть длиннее, а лицо покрыл темный загар. Несколько мгновений Тэйра смотрела на него, чувствуя, как ее начинает охватывать омерзение. Затем она направилась к столику.

– Тэйра! – Дэниел вскинул голову, его темные глаза расширились.

Сделав шаг, Тэйра отвесила ему звонкую пощечину.

– Подонок!

Луксор, Фиванские холмы

Выживший из ума нищий сидел у костра, тыча палкой в уголья. Время от времени ночную тишину разрывал вой бродячих псов. Над склоном холма висел белый диск луны.

В слабых уже язычках пламени нищему виделись древние божества: загадочные фигуры с телами людей и головами диких животных. Один раскрывал пасть шакала, у другого был птичий клюв, лицо третьего напоминало морду крокодила. Химеры эти пугали и очаровывали. Устраиваясь поудобнее, нищий поворочался; его губы шевелились.

Огонь угасавшего костра открывал ему все новые секреты: темную комнату, гроб, горку драгоценных камней, сваленные в кучу у стены неясные предметы, грозные мечи и тяжелые щиты. Рот нищего открылся от изумления.

Пламя угасло и тут же вспыхнуло вновь. Комната исчезла, вместо нее расстилалась безбрежная пустыня. По раскаленному песку движутся полчища воинов. Слышен перестук лошадиных подков, звон оружия, высокий мужской голос затягивает песню. Откуда-то издалека доносится подобный рыку льва, вселяющий страх звук. Кажется, он исходит от песка. С каждым мгновением он крепнет, набирает силу, растворяет в себе все другие звуки.

Зрачки сумасшедшего беспокойно задвигались, дыхание участилось. Подняв тощие руки, он зажал ладонями уши. От порыва ветра пламя взметнулось; несчастный с ужасом увидел, как песок пустыни начал, подобно воде, пузыриться и закипать. По нему, одна выше другой, пошли волны. Вот к небу поднялся гигантский вал, рухнул вниз и накрыл всю армию.

Нищий вскрикнул: сейчас море песка поглотит и его. Встав на четвереньки, он с воплями пополз по склону холма.

– Нет! Нет! Да защитит меня Аллах! Да спасет он мою душу! Не-е-е-т!

14

Каир

По словам Дженни, ее подруга переживала тяжелое время. Сначала Тэйру бросил Дэниел, а через несколько дней она узнала, что врачи обнаружили у матери рак. Одно сильнейшее потрясение после другого.

– Да, – сказала тогда Дженни, – под такими ударами сломался бы и сам Тайсон.

Оглядываясь назад – за последние шесть лет она делала это много раз – Тэйра ясно видела те знаки, рассмотреть которые можно было еще в самом начале.

Несмотря на их близость, какая-то часть души Дэниела всегда находилась очень и очень далеко. После утомительных занятий любовью он тут же уходил с головой в книги, как бы испугавшись глубины только что пережитых чувств. В бесконечных разговорах с Тэйрой он умудрялся ничего не сказать о себе. Проведя рядом с Дэниелом больше года, Тэйра почти не имела представления о его жизни. Родился он в Париже, после гибели в автокатастрофе родителей десятилетним мальчиком переехал в Англию к тетке, блестяще окончил Оксфорд. Все. Выходило так, будто богатейшая история Древнего Египта восполняла Дэниелу недостаток его собственного прошлого.

Да, знаки были. Она закрывала на них глаза. Ей хватало просто любить его.

Конец наступил совершенно неожиданно. Однажды вечером, через полтора года после знакомства, Тэйра пришла в квартирку Дэниела. Расцеловав ее, он заговорил:

– Совет по делам древностей выдал мне разрешение на раскопки в Долине царей. Полученный грант дает возможность отправиться туда во главе экспедиции.

– Превосходно, Дэниел! Я горжусь тобой! – воскликнула Тэйра, обнимая его.

Но Дэниел остался неподвижен, и она поняла: сказано еще не все.

– Ну?

– Это означает, что какое-то время мне придется пожить в Египте.

Тэйра расхохоталась.

– Само собой, тебе придется пожить в Египте. Или ты предполагал ездить туда как на работу, в автобусе?

Губы растянулись в улыбке, но темные, почти черные глаза были серьезными.

– Это большая ответственность, Тэйра. Более интересного и значимого для археолога места, чем Долина царей, на свете нет. Ответственность и огромная честь. Мне потребуется все мое внимание.

– Естественно.

– Все внимание.

Тон, которым были произнесены два слова, испугал Тэйру. В нем слышалось предвестье землетрясения. Она с вызовом посмотрела Дэниелу в глаза, рассчитывая смутить, но он даже не моргнул.

– Что ты хочешь этим сказать? – Повисла долгая пауза; Тэйра взяла его руки в свои. – Все в порядке. Несколько месяцев поживу без тебя. Ничего страшного.

Взяв со стола бутылку водки, Дэниел наполнил стопку.

– Дело в другом.

– Не понимаю.

Он залпом выпил.

– Все кончилось, Тэйра.

– Кончилось?

– Прости за резкость, но иначе не получается. Я всю жизнь ждал этой возможности. Ничто не в состоянии помешать мне ею воспользоваться. Даже ты.

В груди Тэйры вспыхнула боль, как от удара кулаком. Она сделала нетвердый шаг, вцепилась рукой в приоткрытую дверь.

– Как я могу… тебе помешать?

– Трудно объяснить, Тэйра. Я должен сконцентрироваться на работе. Мне не нужны никакие… осложнения.

– Осложнения? – Она мучительно подыскивала слова. – Выходит, я для тебя – осложнение? Так, Дэниел?

– Я имел в виду… Для работы мне необходима свобода. Любые связи ее ограничат. Мне жаль, Тэйра, действительно жаль. Этот год был самым счастливым в моей жизни. Но дело в том…

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.

Купить и скачать книгу в rtf, mobi, fb2, epub, txt (всего 14 форматов)



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33

Поделиться ссылкой на выделенное