Оксана Панкеева.

Поспорить с судьбой

(страница 7 из 32)

скачать книгу бесплатно

   – Конечно. И пользоваться им он начал только после двадцати пяти, а до тех пор ничего с ним не случилось. Я имею в виду, никаких депрессий, психозов и прочих прелестей, которые случаются с людьми. Так что и с тобой ничего не случится, если ты не будешь рисовать.
   – А он тоже рисует?
   – Он пишет стихи. И еще песни, но музыкант он хреновый, это у него не всерьез, а так, для себя… и своих дам. Кстати, как у тебя дела на этом поприще? Сдвиги есть, или по-прежнему подглядываешь за придворными? Интересно, за королем ты тоже подглядывал?
   – А вот это не твое дело! – с детским злорадством ответил принц и показал язык, как девчонка. – И вообще, каких это сдвигов ты ожидаешь за три дня?
   – Ха! Это делается быстрее, чем за три дня! Хочешь, я тебе помогу найти подружку?
   – Не хочу, – нахмурился Мафей. – Может, я и лопух в некоторых вещах, но не настолько, чтобы мне еще и подружку добрый дядя подбирал.
   «Облом, – подумал Кантор. – С этой идеей тоже можно смело расстаться. Впрочем, не жалко. Не особо порядочная была идея».
   «Вот именно, – сказал вдруг внутренний голос. – Нечего врать мальчишке. Ты что, забыл, что он эльф? Он бы тебя вмиг раскусил. Да и парнишка хороший, тебе и самому не хочется его обманывать. Лучше познакомь его с товарищем Пассионарио, и никаких проблем».
   «Ничего себе, никаких проблем, – возмутился Кантор. – Да если кто узнает…»
   «А кто узнает, – не унимался пакостный голос. – Никто не узнает. А им обоим будет приятно. И полезно. Может, Мафей нашего горе-волшебника научит телепортироваться куда надо, а не куда попало».
   «Отстань, – рассердился Кантор. – А как же конспирация?»
   «А конспирацию – в задницу, – деловито посоветовал голос. – Она вообще в чрезмерных количествах вредна».
   «А пошел бы ты… – огрызнулся Кантор. – Скажи это Амарго».
   «Ах, ты просто боишься начальства, – засмеялся голос. – Ну так бы и сказал».
   – Диего, что с тобой? – удивился Мафей. – Такое впечатление, что ты с кем-то телепатически общаешься. Ты что, еще и телепат помимо всего?
   – Какой там телепат, к хренам собачьим! – выругался Кантор. – У меня раздвоение личности, и эти две личности постоянно спорят.
   – А из-за чего вы ругались на этот раз? – тут же спросил эльф.
   Принц даже не подумал принять такое объяснение за шутку, как сделал бы любой из знакомых Кантора.
   – Из-за моего приятеля, – честно пояснил мистралиец. – Мой внутренний голос настаивает, чтобы я вас познакомил, я ему пытаюсь объяснить, что это опасно… А он не слушает. Он вечно мне что-то неподобающее советует.
   – Что, например? – заинтересовался Мафей. Даже рисунок свой отложил, сел на спинку стула и навострил уши.
   – Например… Он насоветовал мне потрахаться с Ольгой, после чего мы с ней вместе в больницу и попали.
Нашел, кого послушать… Потом советовал утром не уходить, а я не послушался… а надо было. Потом еще советовал… да не просто советовал, а требовал, чтобы я с Ольгой связался всерьез.
   – И ты послушал.
   – Да мне, в общем, и самому этого хотелось. Еще мы с ним часто просто так препираемся, обсуждая разные события.
   – Знаешь, – серьезно сказал Мафей. – А по-моему, этот голос тебе правильно советует. Ты бы его чаще слушался.
   – Еще чего! Ты просто с ним не общался! Он безответственный, сексуально озабоченный, бесстыжий и ужасно ехидный засранец… Кстати, о засранцах. Ты, если выучил новых матюков, не беги сразу старшим хвастаться и рассказывать, где их услышал. А то Жак сегодня на эту тему высказал свое неодобрение.
   – А ты не ругай детей такими словами! – развеселился принц. – А то как в зеркало посмотреть – так нехорошо, а как обложить в семь этажей – так нормально.
   – А как ты это делаешь? – спросил Кантор, чтобы перевести разговор на другую тему.
   – Что? Настраиваю зеркала? Очень просто. Хочешь научиться?
   – Я вряд ли смогу… Это же классическая магия?
   – Классическая, – кивнул Мафей. – А что, она тебе недоступна?
   – Даже опасна. Мне просто интересно, как это делаешь ты. Покажи что-нибудь, а? Только без политики и без государственных тайн, а то мне еще шпионаж пришьют. Вот, к примеру, ваших придворных дам покажи. Мне интересно, какие они у вас… кроме Камиллы. Кстати, где король эту Камиллу нашел?
   – Она ему досталась в наследство от моего папы, – легко объяснил Мафей. – А папа подцепил ее в каком-то борделе в Лютеции. Это Шеллар как-то говорил Элмару, когда тот его спрашивал. Давно уже, еще папа был жив. Шеллар ужасно возмущался и говорил, что не понимает, как можно тащить во дворец шлюх, когда у тебя такая прекрасная молодая жена.
   – А потом, когда сам попробовал, сразу понял? – развеселился Кантор, представив себе короля Шеллара с Камиллой. Не очень получалось, так как он плохо знал короля, но, вне всякого сомнения, это должно было быть очень смешно.
   – У Шеллара же нет жены, – пожал плечами принц. – А откуда ты знаешь Камиллу?
   – Оттуда, – усмехнулся мистралиец. – Частенько бывал в том самом борделе, где твой папа ее подцепил. Дорогое было заведение, пожалуй, самое дорогое в Лютеции, однако туда не только блудливые короли захаживали. Ну что, покажешь?
   – Пожалуйста, – Мафей спрыгнул со стула и подошел к зеркалу. – Только зачем они тебе, наши дамы?
   – Да не они сами, в общем-то, – честно признался Кантор, – а их комнаты. Где-то у ваших дам должен прятаться мой знакомый, о котором я тебе рассказывал. Так что, если он окажется там, я вас познакомлю. А если нет… даже не знаю, где тогда его искать.
   – Зачем ты его ищешь?
   – А он пропал.
   – Как пропал?
   – А вот так. Телепортировался не понять куда. Мы теперь все очень переживаем, потому что он телепортироваться толком не умеет, и мог угодить в неприятности.
   – А почему тогда мы его будем искать у наших дам?
   – Потому, что одна из них его любовница, только не знаю, какая именно. Надеюсь, он все-таки не потерялся, а просто у нее застрял. Ну что, давай?
   Мафей поколдовал над зеркалом, и в нем возникло изображение пустой комнаты.
   – Это покои Вероники, – пояснил он. – Пусто. Ее дома нет. Смотрим дальше?
   – Давай.
   В следующей комнате сидели две молодые девушки лет по восемнадцать. Одна словно соскочила со страниц любовного романа – изящная, женственная и какая-то романтичная. Вторая – приземистая, крепко сбитая, больше похожая на симпатичную купеческую дочь, чем на аристократку.
   – Это Акрилла и Вероника, – шепотом пояснил Мафей, прислушиваясь к разговору юных дам, поскольку они только что произнесли его имя.
   – Да ну, он еще сопливый совсем, – критично высказалась Вероника, вертясь перед зеркалом. – Что-то не нравится мне эта помада, я с ней выгляжу, как крестьянка в праздник.
   – Ты худеть не пробовала? – усмехнулась Акрилла. – А чем тебе не нравится, что он такой молодой? Зато симпатичный. Вот с ним бы я, пожалуй, и не отказалась.
   – Всю жизнь только тем и занимаюсь, что худею, – засмеялась ее подружка. – И результат сама видишь. Слушай, Акрилла, а у тебя уже были мужчины?
   – Нет, – смутившись, призналась девушка. – У меня очень строгие родители… А здесь я еще ни с кем настолько близко не познакомилась.
   – Вот была бы потеха на вас с Мафеем посмотреть! – захихикала Вероника. – Представляю, какая это, должно быть, умора – два девственника пытаются понять, что друг с другом делать! Ты бы сначала с кем-то другим научилась, что ли.
   – Ты так говоришь, будто мы действительно уже собрались и договорились! – обиделась Акрилла. – Я же теоретически. Если бы он предложил. Но он же не собирается предлагать.
   – И не соберется, если ты будешь все время прятаться в своей комнате. Ты чего так мало по дворцу ходишь, с людьми не общаешься?
   – Боюсь, что меня король увидит.
   – Вот трусиха, нашла, чего бояться! Что он тебе сделает, король-то? Съест, что ли?
   – А вдруг я ему понравлюсь?
   – Ну и что? Вон, старшие дамы только и мечтают о том, чтобы ему понравиться. А ему нравится только Камилла, да и то изредка. Вот представь себе – он тебя увидит, влюбится с первого взгляда и предложит руку и сердце… – Вероника захихикала.
   – Вот именно. Сама же смеешься. Не руку и сердце, а свое большое и толстое… как это Камилла говорит – осадное бревно?
   – Подумаешь! А тебе что, не интересно потрахаться с мужчиной, у которого большой и толстый? Или боишься, что порвет на лоскуточки?
   – Нет, я его вообще боюсь. Он какой-то… страшный. Как сказочный злодей.
   – Меньше надо сказки читать. Вовсе он не страшный, а смешной. Я представляю, как он забавно выглядит со стороны, когда трахается… Умора! А Селия еще поперлась смотреть, дура старая… А вот эта помада тебе как?
   – А с этой ты похожа на шлюху. Попробуй что-нибудь посветлее. А у тебя мужчины были?
   – Были, – гордо заявила Вероника. – Целых два. Я даже рассмотрела, как выглядит их пресловутое мужское достоинство, хотя было темно. Интересно, а у эльфов такие же, как у людей, или другие? Попробовать раскрутить его высочество, что ли? Хоть он и сопляк, а все же любопытно…
   – Вот тебе! – не удержался Мафей и показал зеркалу кулак. – Не дождешься!
   – Убирай их к демонам, – простонал Кантор, давясь от смеха. – А то у тебя уже уши малинового цвета, а если еще послушаешь, так вообще в трубочку свернутся. Ты что, никогда не слышал, как о нас говорят женщины?
   – Как-то не случалось, – признался принц, прикрыв уши ладонями, видно, хотел проверить, не свернулись ли еще. – А ты слышал?
   – Я часто слышу разговоры, не предназначенные для моих ушей. У меня очень тонкий слух. Должен тебе заметить, что женщины обожают обсуждать нас, когда мы не слышим. Кстати, если тебе интересно мое мнение, можешь смело трахать Акриллу. Глубокоумные рассуждения ее подружки насчет двух девственников – полная ерунда. Разберетесь. Давай смотреть дальше.
   – Это комната Селии, – пояснил Мафей, когда в зеркале проявилось новое изображение. У Селии сидела Камилла, любовно облизывая леденец, и с усмешкой слушала рассказ о какой-то оргии в королевских апартаментах. – Будем слушать?
   – Ну их на хрен. Давай дальше.
   – А это комната Эльвиры… Ой, а это кто?
   – Вот это он и есть, – облегченно вздохнул Кантор, узрев знакомое лицо вождя и идеолога. Пропавший товарищ сидел за столом и уныло пялился в пространство, между делом наворачивая варенье столовой ложкой.
   – Он? – Мафей чуть не влез в зеркало, присматриваясь. – Совершенно не похож на эльфа.
   – Конечно не похож. Иначе о нем бы все знали, как и о тебе. Вообще, полуэльфы редко бывают настолько похожи на чистокровных эльфов, как ты. У твоей мамы тоже, наверное, были эльфы в роду, вот и получилась редкая комбинация генов…
   – Я знаю, – кивнул принц. – Мне мэтр Истран объяснял. Ну так что, пойдем знакомиться? Ты же обещал.
   – Телепортом или пешком?
   – Пешком, конечно. Я никогда не был в комнате у Эльвиры.
   – А это имеет значение? Как-то неловко мне по дворцу слоняться…
   – Ты же со мной. А иначе никак не получится. Маг может телепортироваться только туда, где он был, и если он хорошо помнит это место. Есть особые ориентиры… но тебе это, наверное, будет непонятно.
   – А когда ты там побываешь, то сможешь?
   – Смогу. А тебе зачем?
   – Да я вот о чем… Я-то вас познакомлю, но мне надо будет с этим товарищем переговорить наедине. Ты мог бы нас оставить на время, а потом вернуться? И, разумеется, не подслушивать наш разговор в зеркале. Это действительно тайна.
   – Хорошо, – согласился Мафей. – Если хотите, я вас перенесу в одно место, где никто не подслушает. А долго вы там будете?
   – Думаю, для верности около часу. Да, Мафей, прежде чем вы познакомитесь, пообещай мне две вещи.
   – Не говорить никому? Конечно, что я, маленький, не понимаю? А еще что?
   – Не заглядывать в него. Ты можешь увидеть там… лишнее.
   – Постараюсь, – вздохнул Мафей. – Специально не буду заглядывать. Но иногда это видится само.
   – Да, чуть не забыл. Рисунок-то покажи.
   – Потом. Я хочу нарисовать портрет твоего внутреннего голоса, а потом оба отдам. Сравнишь.
   – Портрет голоса? – засмеялся Кантор. – Это как?
   – Как я его вижу.
   – А ты его видишь? Голос?
   – Конечно. Я вижу, что в тебе живут как бы два человека. Причем обычно они мирно уживаются, и спорить вы начинаете только тогда, когда резко расходитесь во мнениях. А отличаетесь вы не очень сильно. Ты жестче и серьезнее, он человечнее и легкомысленнее, но, в общем вы – один и тот же человек.
   – Если ты так здорово все видишь, – не удержался Кантор, – скажи, что это за свет у твоего кузена-короля?
   – Не знаю, – вздохнул Мафей. – Видеть-то я его вижу, но что это такое – не знаю.
   – И Азиль не знает?
   – А она его вообще не видит. Зато она видит сферу, которую остальным не разглядеть за этим светом.
   – Ту самую, что по ее словам, погубит бедного короля, если он от нее не избавится?
   – Да, она так говорит, – опечалился Мафей. – а Шеллар не согласен. Он считает, что Азиль ошибается. Разве нимфа может ошибаться?
   – Может, – пожал плечами Кантор, – но не Шеллару об этом судить. Будто он лучше Азиль разбирается в ее видениях! Ладно, пойдем, а то наш товарищ сейчас доест все варенье и снова смоется…
   – Куртку надень, – посоветовал Мафей. – Там, куда я вас отведу, прохладно.
   – А куда именно?
   – На смотровую площадку Центральной башни. Там никто никогда не бывает, лестница на нее вообще закрыта. Я там часто сижу. Мне нравится. Высоко, красиво, никого нет…
   – А нас никто не заметит?
   – Меня же ни разу не увидели. Там зубцы есть, и за ними не видно. Да и высоко слишком.


   – Ну а теперь пора немного поразвлечься, – сказал Карлсон минуту спустя. – Давай побегаем по крышам и там уж сообразим, чем заняться.
 А. Линдгрен

   На вершине башни было действительно высоко, красиво и безлюдно. И еще довольно прохладно.
   – Я тебя слушаю, – с печальной покорностью в голосе сказал товарищ Пассионарио, взирая на роскошный закат. – Что от меня опять хочет Амарго? Это же он тебя прислал?
   – Он, – честно признался Кантор. – Хочет, чтобы вы вернулись. Не знаю, что у вас там за конфликт вышел…
   – Знаешь… – перебил его собеседник, не отрывая глаз от кроваво-красного солнца, утопающего в ярких облаках. – Наверняка он тебе сказал, раз уж посредником снарядил. И чего ради ты со мной на «вы»? Мы же одни. Когда ты ломал подставку от пюпитра на моей спине, таким почтением не страдал.
   – Тогда ты был моим учеником, – усмехнулся «посредник». – И нагло слямзил у меня тему, не потрудившись даже переделать. А сейчас ты вроде как мой начальник.
   – Вот именно – вроде как. Брось эти придворные церемонии. Можно подумать, ты действительно меня настолько уважаешь, чтобы обращаться ко мне на «вы».
   – Ну, как хочешь, – не стал ломаться Кантор. – Амарго мне сказал в общих чертах, что у вас было, но это же не значит, что я теперь все знаю. Может, сам объяснишь? Только скажи сразу, ты просто психанул или решил нас совсем бросить?
   – Не знаю, – вздохнул непутевый лидер и опустил глаза. – Сначала просто психанул, а потом посидел, подумал… На кой оно мне надо? Мы это все уже проходили как-то с другой партией. Ах, вы нужны отечеству, вы непременно должны править страной, без вас тут все пропадет… Вы так молоды и неопытны, но пусть вас это не смущает, мы не оставим вас, мы вам будем все рассказывать и подсказывать… То есть будешь, парень, сидеть на своем троне и кивать, как идиот, на все, что мы скажем. Тогда я еще был молодой и горячий, сразу всем в морды плюнул… и получил неприятностей на десять лет вперед. Но ни разу не пожалел, что не согласился тогда. А сейчас вот думаю… Ведь в очередной раз на ту же задницу сел. Опять пришло к тому же самому. Снова получается, я всем нужен, без меня все рухнет, я не смею рисковать своей бесценной жизнью, поскольку она уже вроде мне и не принадлежит, а является народным достоянием… И еще оказывается, что я безответственный придурок, которому даже пару мышей нельзя доверить, не то что страну. То есть, опять-таки, поскольку я такой полный болван, добрый дядя Амарго будет мне рассказывать и показывать, а я должен кивать и соглашаться.
   – И ты снова собрался в морду плюнуть?
   – Теперь я понимаю, что это дурной тон. Я просто больше не вернусь. Пропал и пропал. В гробу я видал это все. Да, я не способен руководить, я безответственный раздолбай, я бард да еще полуэльф к тому же и мне нельзя доверять командование людьми. Так и не надо, просил я об этом, что ли? Товарищ Амарго сам меня на это уговаривал, и довольно долго. А я парень покладистый, меня убедить – раз плюнуть, вот и согласился сдуру. Теперь жалею. Надо ему наводить порядок – пусть сам садится на трон и правит.
   Кантор вздохнул. Трудно убеждать человека, когда знаешь, что он прав.
   – А сам, без него, ты сможешь? – все-таки решил попробовать Кантор.
   – Не смогу. Потому и не хочу. Зачем он мне нужен, этот пресловутый трон моих предков, если я смогу сидеть на нем только как декорация? Ты бы на моем месте что сделал?
   – То же самое, – кивнул Кантор. – Но мать твою так, не через семь же лет!
   – Полагаешь, поздно?
   – Если хочешь знать мое личное мнение, то никогда не поздно. Просто теперь это получится огромным свинством с твоей стороны. Не по отношению к Амарго лично, а по отношению ко всем, кто пришел под твои знамена, кто поверил тебе, кто готов умереть за твою улыбку. К нам, рядовым бойцам. Ты тут сидишь, варенье лопаешь, а твоя личная охрана там рыдает вот такими слезами. Втайне, чтобы никто не видел, потому что им запретили распространяться о том, что ты пропал. А что будет, когда узнают все? Ты что, не понимаешь, засранец, они ведь тебя любят! Они тебе верят! А ты всем улыбался семь лет, а теперь тебя вдруг заело самолюбие, и решил всех послать на фиг. Даже мне обидно, хотя я всегда относился к тебе более критично, чем остальные. Я вспоминал, как лупил тебя пюпитром, и после этого мне было сложно воспринимать тебя всерьез… Но, собственно, чего я тебя уговариваю, мне этого не поручали. Сам не маленький. Даже для эльфа.
   – А что тебе поручили в таком случае? – Пассионарио усмехнулся и поднял глаза. – Еще раз сломать пюпитр об меня? Или… поработать по специальности?
   – Ты что, совсем охренел? По-твоему, если Амарго тебе нахамил, так он уже стал конченым злодеем? Насколько я понял, он хочет с тобой помириться. Просил, чтобы ты с ним встретился и вы поговорили. По-хорошему, без матюков, без крика и прочих конфликтов. И ты все-таки с ним пообщайся, даже если твердо решил уйти. Скажи ему, что ты обо всем этом думаешь и почему уходишь. Только не вздумай проболтаться о том, что я тебя с Мафеем познакомил, он мне за это башку оторвет.
   – Что ж ты конспирацию нарушаешь? – усмехнулся вождь и идеолог. – Прямо как я, безответственный и непутевый… А вроде и человек, и не бард. Верно Амарго говорил – все у нас как-то похоже выходит. У него даже есть навязчивая идея, что мы братья. Что у нас общий папаша, а про эльфа он все наврал.
   – И сколько в этом правды? – заинтересовался Кантор.
   – Нисколько. Твой папа действительно трахал мою маму, но залетела она от эльфа. Это достоверно, я с этим эльфом лично знаком. Хотя мы все-таки в некотором роде родственники. Мой папа-эльф приходится тебе прадедом, если ты не знал.
   – Не знал. Ну надо же! Значит, мой дедушка был раздолбаем вроде тебя?
   – Папа говорил, что твой дедушка был еще хуже. Да и сам ты… Вспомни себя до того, как потерял Огонь. Такого раздолбая даже среди эльфов поискать было… А как Мафей в этом отношении?
   – Не знаю. Пообщаешься, сам посмотришь. Только смотри, чтобы не засекли. А то его величество Шеллар господин любознательный…
   – А он всегда таким был, – улыбнулся Пассионарио. – Я его помню с детства. Абсолютно замороженная физиономия, и на ней потрясающе живые любопытные глаза. Он же тогда не умел даже улыбаться, единственное чувство, которое ему небо дало от рождения – неуемное любопытство.
   – Где это ты с ним виделся в детстве? – не удержался Кантор. – Насколько я понял, вы принадлежали к разным королевским домам.
   – А, так ты это понял? – грустно улыбнулся вождь и идеолог. – Я всегда сомневался, что мне удастся долго сохранять в тайне свое происхождение, и до сих пор не могу понять, как за столько лет никто больше не догадался. Знаешь, многие подозревают, что принц – это ты. Из-за того, что Амарго так трепетно к тебе относится. А насчет Шеллара… видишь ли, у королевских семей, как и у нормальных людей, принято ездить друг к другу в гости. Я со всеми ныне правящими королями знаком. С Шелларом мы вместе играли. Александра помню совсем маленьким карапузом. Зиновий меня как-то посохом огрел, когда мы с Роаной целовались в парке на лавочке. Все-таки девчонка оказалась всерьез неравнодушна к эльфам… Элвиса я не любил, он мне казался чопорным и высокомерным. А Луи вообще ко мне приставал с нехорошими намерениями, и мои старшие кузены его очень сильно побили. Вокруг этого даже международный скандал разразился.
   – Значит, я правильно догадался, – засмеялся Кантор, – законный наследник престола ты, потому всем так позарез нужен. Лидеры любой партии по яйцу бы себе оторвали, лишь бы тебя заполучить.
   – А чего ты смеешься? Так оно и есть. Ты лупил подставкой принца… Хотя, может, это и смешно.
   – Я не потому смеюсь. Просто вспомнил, как Гаэтано скандалил, когда ты объявил, что, пока не кончится война, мы все товарищи, никаких титулов и сословий…
   – А, это когда он мне сказал, что дождется, пока война кончится, и специально ко мне явится, чтобы я ему поклонился, как всякий простолюдин должен кланяться графу? Помню. Я сам чуть не заржал тогда. Мы потом с Амарго закрылись в штабе и смеялись до истерики, представляя, как перекосит породистую рожу Гаэтано, когда он поймет, кто кому должен кланяться… И он до сих пор на меня за это дуется. Зато догадываешься, почему он тебя терпел со всеми твоими заскоками и припадками?
   – Никогда бы не подумал, – признался Кантор. – Кстати, знаешь, кое в чем Амарго прав. Додумался, где со своей дамой встречаться – во дворце! Не мог в городе хату снять? Если у тебя денег нет, я тебе дам, только не мелькай ты в этом дворце. Изловят ведь моментально.
   – Дело не в том. Просто эта комната – единственное место, куда я могу безошибочно телепортироваться. Как научусь, найду другое место. Если бы Амарго не орал, как ушибленный, я бы ему это толком объяснил.
   – Так что ему передать?
   – Я подумаю. Как надумаю, что ему сказать, сам приду.
   – Здрасте! Он что, должен сидеть здесь, в Ортане, и ждать, пока ты надумаешь?
   – Да нет, зачем, я прямо на базу приду.
   – А не потеряешься опять?


скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32

Поделиться ссылкой на выделенное