Алекс Орлов.

Ультиматум

(страница 7 из 30)

скачать книгу бесплатно

   «Зеленая саранча!» – пронеслось в голове Перси. Это и не походило ни на что другое – узкое, сплющенное с боков тело, вывернутые назад птичьи коленца и две верхние конечности, напоминавшие зазубренные лапки богомола.
   Мгновенный бросок – и два партизана повалились наземь, рассеченные этими зелеными пилами. Кто-то успел вскинуть автомат, но тот вылетел из рук стрелка, выбитый неуловимым ударом.
   Успев уничтожить еще одного сепаратиста, саранча, словно тень, исчезла за бетонным укрытием. Запоздавшие выстрелы только взрыли землю и откололи несколько кусков бетона.
   – Быстрее к главному входу! – не помня себя от страха, завопил Перси, вскочил на ноги и помчался, почти не хромая, среди взрывов гранат и свиста летевших во всех направлениях пуль. Следом за ним бежало его деморализованное войско.
   Последней каплей для них стало нападение неизвестного чудовища и ужасная гибель друзей-камрадов.
   Возле широко распахнутых створок главного входа отступавшие сепаратисты неожиданно столкнулись с передовой группой имперских пехотинцев. Последовали торопливые выстрелы, а затем замелькали ножи, и два отряда сошлись в рукопашной схватке. Партизанам нечего было терять, они дрались отчаянно. Воспользовавшись суматохой, Перси Авелиан проскользнул вниз и, скатившись по лестнице, со стоном поднялся и захромал, придерживаясь рукой за стену.
   Что ж, раз сражение проиграно, пора воспользоваться последним средством. У себя в кабинете под столом Перси устроил небольшой пульт, с которого можно было подорвать запасы топлива и арсеналы.
   Однако погибать вместе с подземной базой он не собирался. Рядом с сейфом, в котором хранились тридцать пять миллионов империалов, была потайная дверь, выводившая в запасную галерею, там оставалось пробежать триста метров и можно было выбраться наверх.
   Едва Перси завернул за угол, как пехотинцы покончили с сопротивлявшимися у входа повстанцами и прорвались вниз.
   – Эй, сюда, я в опасности! – крикнул Перси трем партизанам, которые слышали шум, но, судя по их растерянным лицам, не понимали, что происходит.
   «Чьи это мерзавцы? Уралана? Расстреляю завтра же!» – возмутился Перси, не сразу вспомнив, что его власть заканчивается уже сегодня.
   Эти трое услышали Авелиана и поспешили к нему на помощь, а следом за ними из темных галерей выскочили еще полтора десятка полусонных бойцов. Перси снова поразился, что эти люди делают здесь, в то время как их товарищи гибнут под пулями пехотинцев.
   «Еще этот Ламберт: где же он?» – скрежеща зубами от боли, спросил себя Перси и завернул в следующую галерею. И снова вовремя – позади него тут же завязалась очередная схватка. Партизаны по неопытности начали бросать гранаты, погибая вместе с врагами. Но это надолго затормозило продвижение противника.
   – Молодцы.
Герои, – прохрипел Перси и тяжело ввалился в свой кабинет, едва не споткнувшись о лежавший на полу труп полковника Конвея.
   – О, Йорк, ты еще здесь?! – Перси горько рассмеялся и опустился на стул. – О, бедный Йорк. А камрады – герои. Сволочи сонные. Так получите же!
   Перси сунул руку под крышку стола и нажал на кнопку, однако ничего не случилось.
   – Так получите же… получите же…. – Перси давил и давил на кнопку, но она не срабатывала. Что-то нарушилось, а что – поди разбери, когда в коридорах такая потасовка.
   – Ну и хрен с вами. Уйду так.
   Перси, упершись руками в стол, стал подниматься, когда вдруг почувствовал, что из второй комнаты, где находились сейф и дверь в потайной ход, как будто кто-то вышел.
   Он медленно обернулся и увидел огромного пехотинца, под маскировкой которого наверняка скрывались офицерские погоны. И еще ему бросилась в глаза огромная уродливая «кулеврина», похожая на станок для сверления стен, – она висела у офицера на плече и по сравнению с его размерами не казалась такой уж большой.
   – Ты кто такой? – усмехнулся Перси.
   – Деньги где? – словно не слыша, спросил пехотинец.
   – Поцелуешь меня в задницу – скажу, – ответил Перси и засмеялся, однако его смех перешел в визг, когда громила врезал ему ботинком точно по раненой ноге. Перси чуть не задохнулся от боли и замер, ожидая, что его вот-вот пристрелят, однако, открыв глаза, обнаружил своего мучителя на том же месте и в той же непринужденной позе.
   – Ну что, шутник, скажешь, где деньги, или я должен сделать тебе по-настоящему больно?
   – А… а это было не по-настоящему? – осведомился Перси, осторожно скользнув рукой вдоль ремня – там, за спиной, он прятал пистолет, так пригодившийся ему в споре с Конвеем. О бедный Йорк!
   – У тебя нет никаких шансов, – предупредил его офицер и шевельнул левой рукой. Только после этого Перси заметил спеллер, стрелы которого смотрели остриями ему прямо в лицо. – Вставай и покажи мне, как открывается сейф. Давай поможем друг другу.
   – Ты имеешь в виду… – начал было Перси и замолчал.
   – Мы оба знаем, что я имею в виду, – сказал пехотинец, и в его голосе послышалась скука.
   «Должно быть, подобная ситуация у него не впервые», – подумал Перси и поднялся на ноги.
   – Скажи хотя бы, кто ты.
   – Я генерал Ламберт. Полагаю, в своих мыслях ты не раз мечтал встретиться со мной.
   – Но при других обстоятельствах, – заметил Перси.
   – Вот именно, – согласился генерал и посторонился, давая ему дорогу.
   Перси прошел мимо и, оказавшись во вспомогательном помещении, неловко повернул к сейфу. Он осторожно коснулся рукой наборной панели и полуобернулся к Ламберту.
   – Кнопку тоже вы испортили?
   – У меня было достаточно времени.
   Перси понимающе кивнул и начал набирать нужную комбинацию. Тяжелый замок щелкнул и застрекотал приводным механизмом, втягивая внутрь двери стальные запоры. Наконец прозвучал мелодичный гонг, и это означало, что доступ открыт.
   – Войдете сами, генерал, или это тоже должен сделать я?
   – Открывай.
   Перси потянул за ручку, представляя, как шагнет внутрь и попытается использовать еще один шанс – справа за углом на полке лежал другой пистолет. В полной готовности. Он был туда положен как раз для таких случаев.
   Толстая бронированная дверь открылась, внутри хранилища зажегся свет. Перси сделал еще один шаг и положил правую руку на приготовленный пистолет. Кто знает, не запылился ли его механизм? Не ослабла ли пружина?
   Генерал Ламберт, казалось, и не подозревал о коварном плане Перси. Ствол его пушки смотрел вниз, а рука со спеллером была отведена в сторону.
   «Три… два… один». – Перси резко повернулся, вскидывая пистолет, однако стрела спеллера оказалась проворнее.
   Качнувшись от сильного толчка, Перси Авелиан выронил оружие и свалился на мешки с деньгами.
   Не обращая на него никакого внимания, Ник заглянул в хранилище и остался доволен увиденным. Денег было много – десятки миллионов.
   В его личных хранилищах уже скопилось около двухсот миллионов империалов. Поначалу предполагалось, что деньги будут расходоваться на выплаты родственникам погибших солдат, а также увечным товарищам, однако фонд пополнялся значительно быстрее, чем расходовался. И тогда в голову генералу Ламберту стали приходить новые мысли. Порой весьма неожиданные.
   Нику не нравилось, что Равновесный мир так быстро втягивается в большую войну, которая ему совершенно не нужна. Могущественные воюющие стороны все сильнее влияли на экономику и политику родного мира, и генерал Ламберт стал подумывать о том, чтобы положить этому конец. Но как это сделать, если ты командир в лучшем случае пары сотен тысяч отчаянных наемников? Как бы хороши они ни были, к их мнению не прислушается ни одна из сторон.
   Где-то в галерее ухнул взрыв ручной гранаты, затем прозвучало несколько выстрелов.
   Ник хотел связаться с майором Катаоми, однако отказался от этой мысли. Командир батальона был хорошим офицером, и мешать ему не следовало.
   Не потрудившись запереть сейф, Ник вернулся в первое, официальное помещение, чтобы посмотреть, что находится за шкафом. На полу оставались царапины, а стало быть, мебель сдвигали. Нику хотелось узнать почему.
   Шкаф легко сдвинулся, за ним оказалась небольшая, прикрытая деревянным щитом ниша.
   После некоторого колебания генерал убрал щит – и замер, держа его в руках. Он никак не ожидал увидеть здесь это – тело резектора, пусть даже и мертвого.
   И хотя Ник никогда не видел их собственными глазами, ученый Самуэль Литвак показывал Ламберту множество рисунков.
   Неизвестно из каких источников Сэм узнал о странных потерях подразделения майора Ламберта на Эльбере и приехал на базу командос-наемников с рекомендацией из штаба округа.
   – Я прошу вас, сэр, разрешить мне участвовать в ваших поисках.
   – Зачем вам это? Пробежки по тропическому лесу не способствуют здоровью, – просмотрев рекомендательные письма, предупредил Ник.
   – Мне это известно, сэр. Но так получается, что вы чаще других оказываетесь в местах, где обитают резекторы. Вот они-то мне и нужны.
   Ник хотел изобразить непонимание, однако было поздно – он уже выдал себя.
   – Из того, что я слышал об этих тварях прежде, понятно, что их лучше не беспокоить и не злить, иначе они такое творят!
   – Это чепуха, майор. И я вам докажу это.
   Они проговорили целый час, Литвак прочел Нику пространную лекцию, показывая собственные зарисовки этих странных существ.
   – Однажды я даже разговаривал с ними, – признался Сэм.
   – Правда? – Ник не удержался от улыбки. – И что же они вам сказали? Объяснили, почему режут людей?
   – Они делают это для своей безопасности. Люди демаскируют их, и тогда враги резекторов быстро их находят.
   – У них и враги есть? – Ник не знал, как себя вести с Самуэлем, ведь тот говорил какие-то сказочные вещи.
   Позже многое, о чем рассказывал Сэм, подтвердилось, и он подолгу находился в экспедициях, пока однажды в отсутствие Ламберта не сгинул в ночных джунглях, и было неизвестно, сожрали его звери или он не поладил с резекторами.
   Все эти воспоминания пронеслись в голове у Ника, пока он смотрел на тело с голубоватой кожей и большими черными глазами без зрачков.
   Нику не хотелось воспоминаний, не хотелось снова этого страха и чувства бессилия, когда не знаешь, как защититься от подобной опасности. Жаль, что прошло то время, когда он ничего не знал ни о каких резекторах.
   «Сделаем вид, что вас нет, парни», – мысленно произнес он и, сняв с пояса гранату, активизировал ее и положил к ногам неподвижного резектора, словно жертвенный дар. Затем быстро вернулся к сейфу и почти с облегчением ощутил удушающий удар взрывной волны.


   До поздней ночи продолжалась эвакуация раненых и убитых. Транспортные суда приземлялись на безопасной поляне, куда и собирались остатки батальона. Яркие прожектора освещали все вокруг, распугав всех видимых и невидимых обитателей леса.
   Для отправки отличившихся роботов-разведчиков прислали специальный корабль, на котором прибыл майор-инженер Ружечка. Одному из пилотов – кажется, это была Синеккия – досталось осколком от разорвавшейся неподалеку гранаты, в остальном «катчерсы» прошли испытание на «отлично».
   В последнее судно генерал Ламберт с группой особо доверенных лиц загрузил мешки с деньгами. Даже беглый подсчет говорил о том, что добыча огромна – около тридцати пяти миллионов империалов.
   Вместе с другими на погрузке денежного транспорта работал и сержант Бакстер. Ламберт пытался отправить его вместе с ранеными, поскольку после прямого попадания крупнокалиберной пули в кирасу Бакстер получил сильную контузию и до сих пор плевался кровью.
   Медикам пришлось срезать его изуродованный бронежилет по кускам, а затем одевать сержанта в корсет, однако, как только ему сообщили, что разрыва диафрагмы нет, он сбежал.
   – Разрыва диафрагмы нет! – радостно сообщил Бакстер, когда Ник попытался прогнать его в санитарный транспорт.
   После окончания погрузки денег два офицера в последний раз наведались на территорию захваченного комплекса и в самой середине установили мощный радиомаяк, заметный даже для орбитальной группировки.
   Как только судно с валютой оторвалось от поляны и стало набирать высоту, Ламберт связался с орбитой и сообщил, что все его подразделения покинули район предстоящего удара.
   – Отлично! Значит, мы даем мерзавцам прикурить?! – обрадовался дежурный офицер, должно быть, изнывавший от скуки.
   – Да, можете.
   – Кто передал? На кого сваливать дерьмо в случае, если что не так, приятель?
   – Генерал Ламберт.
   – О! – Дежурный умолк, словно проглотил язык.
   Судно продолжало набирать высоту и, проходя сквозь поднимавшиеся над джунглями теплые потоки, тряслось и дрожало так, что пирамиды денежных мешков от тряски стали разваливаться.
   Вскоре началась орбитальная бомбардировка. Огромные огненные шары лопались над джунглями со страшным треском, освещая округу на десятки километров и разнося в мелкую пыль все, что находилось в обозначенном маяком районе.


   Материк Гама-Веритас на планете Ливорно был ведомственной собственностью Имперской военной разведки. Огромная пустынная территория от побережья и до побережья оставалась закрытой для какого бы то ни было вмешательства извне. На картах Ливорно этот материк присутствовал только в виде скопления подводных гор.
   Днем температура на поверхности бескрайних пустынь поднималась до восьмидесяти градусов по Цельсию, ночью опускалась до минус десяти. Под стать суровому климату была и фауна – среди песков обитали только самые ядовитые и смертельно опасные гады, которые, впрочем, были очень мало изучены. Но это устраивало службу безопасности военной разведки – за всю ее историю случаев проникновения на материк нежелательных элементов не было.
   Между тем жить на Гама-Веритас было можно. Приемлемые для этого условия создавались в прибрежных каньонах, которые облагораживались не одну сотню лет и со временем превратились в живое пятнышко оазиса, подпитываемое пресной водой из сверхглубоких артезианских скважин.
   Влажные морские ветры укрощали непереносимый зной, а искусственные рощи создавали иллюзию северных лесов и прятали от посторонних глаз бесконечные корпуса разведывательного департамента. В них помещались аналитические отделы, центральная операционная база, главное управление и даже учебный комплекс для выращивания собственных элитных кадров.
   Единственной постройкой, которая могла украсить не только пустынный материк, но и любой столичный город, было старое десятиэтажное здание в форме восьмиугольника. В нем размещались все самые большие начальники центрального аппарата департамента, зачастую очень далекие от реальной работы, однако влияющие на стратегию военной разведки.
   В один из таких кабинетов, размеры которого были сравнимы с небольшим спортзалом, вошел полковник Джадо Рахим. Ему назначили аудиенцию на одиннадцать ноль-ноль, однако целых пятнадцать минут он просидел в приемной, ожидая, пока адмирал Верховен допьет свой утренний кофе.
   Без большой чашки этого напитка адмирал не мог полноценно начать рабочий день и оттого, случалось, заговаривался, произвольно переключаясь на операции, которые были благополучно сданы в архив месяцы и годы тому назад.
   – Джадо, друг мой! – бодро воскликнул адмирал и, поднявшись из-за стола, вышел навстречу молодому подтянутому полковнику.
   Поскольку подобные проявления дружелюбия со стороны адмирала были редкостью, Рахим насторожился.
   – Если бы ты знал, как изводят меня эти поставщики. То чай не подвезут вовремя, то табак, то сахар, а ведь в моем возрасте уже трудно себе отказывать даже в самой малости. Что ты об этом думаешь?
   – Так точно, сэр.
   – Что – точно? И насколько точно?
   Адмирал склонил голову набок и хитро прищурился. Он любил сбивать с толку своих подчиненных, считая, что это лучше всего тренирует их способность к концентрации.
   – Все, что вы сказали, – точно, с точностью до известных пределов, обусловленных…
   – Хватит, Джадо. Ты молодец. Не то что Перри Фильцергуд. Представь, он почти завалил сбор информации по Эддинг-Шваббской операции. Говорит, ты отказал ему в информации по рождаемости на планетах нечетных секторов.
   – Это не соответствует действительности, сэр, – стараясь сохранять присутствие духа, начал отвечать полковник Рахим. – Фильцергуд получил всю запрашиваемую у меня информацию, и он просил вовсе не то, о чем сообщил вам, а только прогнозы производства стали урайской провинции Дадас за предыдущее десятилетие.
   – Прогнозы на будущее, которое уже прошло? Я так понял?
   – Да, сэр. Вы поняли правильно.
   – Конечно, понял, полковник Рахим, я не тот дурак, за которого вы меня держите. – В голосе адмирала слышалась обида, и Джадо снова напрягся. Он знал, что это всего лишь игра, однако играл Верховен очень вдохновенно.
   Адмирал замолчал, рассматривая свои ботинки, затем поднял взгляд на Рахима и, дружески улыбнувшись, подмигнул ему.
   – По-моему, звучит несколько двусмысленно «дурак, за которого вы меня держите». Ты не находишь?
   – Я не совсем понял, – признался полковник, подавляя вздох.
   – Ладно, это уже неактуально.
   Адмирал отвернулся и прошел за свой стол. Однако садиться не стал и снова возвратился на середину кабинета.
   – Ты слышал, что говорят об адмирале Адамсе?
   – Нет, сэр.
   – Говорят, будто он «голубой».
   – Ничего подобного мне слышать не приходилось, сэр.
   Рахим осторожно взглянул на настенные часы, однако те показывали какое-то странное время, поскольку на циферблате было три одинаковых стрелки.
   – Так с чем ты ко мне пришел? Или просто так заглянул, чтобы удостовериться, что старина Верховен еще не загнулся?
   – Я принес досье на Ламберта, сэр.
   – На Ламберта? – Адмирал наморщил лоб, но, кажется, так ничего и не вспомнил. Он отошел к небольшому бюро и, взяв с него дротик для дартса, тщательно прицелился в стальной шар, висевший у стены.
   Адмирал с силой послал дротик в цель, однако тот отскочил от твердой поверхности, а Верховен хлопнул себя по коленям и в сердцах воскликнул:
   – Ну что ты будешь делать, опять не воткнулся! Может, туповаты дротики, как ты думаешь?
   – Наверное, стоит попробовать шар из дерева, – осторожно предложил Рахим.
   – Из дерева? – Верховен почесал затылок, затем отрицательно покачал головой. – Нет, если бросать в деревянный шар, он будет отскакивать и, чего доброго, угодит в зеркало. Смотри, какое зеркало, оно висит здесь уже двести лет. Было бы глупо разбить его деревянным шаром.
   – Но… – начал было Рахим, однако адмирал тут же перебил его:
   – Да, конечно, я помню – генерал Ник Ламберт. Человек из народа.
   – Вот его досье. – Рахим продемонстрировал адмиралу зеленую папку. – Тут есть кое-какие новые сведения.
   – Необязательно было тащить его сюда, Джадо. Досье на Ламберта я знаю наизусть. Мы ведь вместе начинали, пока он не связался с этой бандой банковских мошенников.
   Воспрянувший было духом полковник Рахим снова погрузился в пучину уныния. Адмирал явно не хотел возвращаться к действительности.
   – Сэр, я прошу прощения, но это другой Ламберт.
   – Это не Ник Ламберт?
   – Это Ник Ламберт, но другой, и он гораздо моложе вас, сэр.
   – Зачем ты все время намекаешь на мой возраст, Джадо? Что я тебе сделал? Да, я немолод, но еще на что-то гожусь. Вон ты уже весь взмок, пытаясь вывести разговор на нужную тему, а ничего не получается. – Адмирал вздохнул и развел руками. – Старость, конечно, не мед. Многое забываешь, что-то безвозвратно утрачиваешь.
   Взгляд Верховена остановился на мундире полковника, и адмирал не удержался, чтобы его не потрогать.
   – Хорошее сукно. По шестьдесят империалов за метр? – спросил он.
   – Э-э… семьдесят девять. – От такого вопроса Рахим смутился. Скорее бы закончилась эта аудиенция.
   – Так ты думаешь, Адамс не «голубой»?
   – Уверен, что нет, сэр. – В голосе полковника прозвучало раздражение.
   – Откуда такая уверенность?
   – Интуиция подсказывает.
   – На твоем месте я бы не особенно доверял интуиции, Джадо. В мире точных наук интуиция выглядит как-то неубедительно.
   Адмирал замолчал и, подойдя вплотную к полковнику Рахиму, заглянул ему в глаза:
   – Что, Джадо, устал? Ладно, присаживайся, поговорим о деле.
   Сам адмирал развалился в круглом кресле возле столика с сигарами, а Рахим пододвинул себе стул из старого полированного дерева.
   – Итак, генерал Ник Ламберт, сэр, – начал полковник, настороженно следя за реакцией Верховена и опасаясь, что тот снова сорвется. Однако адмирал был серьезен. – Генерал Ник Ламберт, сэр, является уроженцем Равновесного мира. Это выдающаяся личность, отличный командир для своих солдат, и ему почти всегда сопутствует удача. Ник Ламберт не ищет друзей, часто ссорится с важными людьми и оттого попадает на самые гибельные участки фронтов.
   – Хорошо, – кивнул Верховен. – Продолжайте, полковник.
   – На стороне имперских войск Ламберт воюет давно, однако в последние два-три года ему все меньше нравится то, что происходит вокруг. Доброволец из Равновесного мира, он, опираясь на свою психологию, ожидал, что война скоро кончится, ведь он отдавал этой борьбе все свои силы. Но время прошло, а положение конфликтующих сторон до сих пор не определилось. Поэтому из яростного сторонника примаров он все больше превращается в равнодушного наемника. Это нас вполне бы устроило, однако место врага у генерала Ламберта теперь занимают некие силы зла, которым выгодно продолжение конфликта. Судя по всему, он становится миротворцем.
   – Генерал, блестящий командир и миротворец одновременно – очень вредная смесь. Этот Ламберт опасен, того и гляди начнет перекраивать мир по-своему. Нужно от него немедленно избавляться.
   – Самое обидное, сэр, что он действительно хорош. Уничтожение зон добычи на Ло-Дешинс – это тоже его рук дело.
   – Вот как? – Брови Верховена поднялись на лоб. Адмирал открыл сигарную коробку и достал оттуда апельсиновый леденец – врачи давно запретили ему курить. – М-да, жизнь сложная штука, Джадо. Приходится избавляться от лучших, однако бездеятельные люди редко бывают опасны. Что еще у тебя имеется о нем?
   – У генерала Ламберта есть свой собственный фонд.
   – Фонд? – Верховен погонял во рту леденец и, причмокнув, задумчиво почесал нос. – Я так полагаю, Джадо, целью фонда не является защита морских свинок?
   – Нет, сэр. Первоначальная цель более чем благородная. Генерал выплачивает деньги вдовам и увечным солдатам, своим землякам. На них ведь не распространяются страховые программы Имперского казначейства.
   – Ну-у, не лишено логики. Однако где же он берет деньги?


скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30

Поделиться ссылкой на выделенное