Алекс Орлов.

Возвращение не предусмотрено

(страница 3 из 30)

скачать книгу бесплатно

   Нику приходилось видеть вещи и похуже, но подобные картины всегда действовали на него очень сильно. Вот и теперь он окончательно оправился после контузии, и застилавшая глаза пелена бесследно исчезла.
   Остановив потерю крови специальной самозатягивающейся петлей, майор вылил на рану целый тюбик медицинского клея и вколол Фредди двойную дозу тимонала.
   – Что с рукой, сэр? Почему так жжет? – тотчас спросил очнувшийся Катчинский.
   – Все нормально, Фредди, тебя малость зацепило, только и всего.
   Ламберт забросил раненого себе на плечо и уже собрался выйти на улицу, как вдруг услышал приближающиеся шаги.
   «Не беда, парни, у меня есть чем вас встретить», – сказал себе Ламберт и одной рукой поставил на боевой взвод фаеркоп.
   Слух не обманул Ламберта. Первым в дверном проеме показался урайский пулеметчик, и его тут же разнесло на куски выстрелом из фаеркопа. Впрочем, ему на смену выскочил еще один пехотинец, и Нику пришлось бросить Катчинского на пол, чтобы не дать урайцу применить автомат.
   Схватка была короткой, однако Ламберту досталось прикладом по шлему, и на глаза снова опустилась туманная пелена.
   – Майор! – простонал лежавший на полу Катчинский. – Ну что ты за сволочь! Я же раненый! У меня вон руки нет, как выяснилось, а ты меня швырнул, будто мешок с дерьмом! – плаксиво прокричал он, потрясая обрубком.
   – Извини, иначе было нельзя, – с трудом переводя дух после рукопашной схватки, отозвался Ламберт.
   Он выглянул на улицу, и тотчас в дом залетели несколько пуль. В каком-то из близлежащих зданий прятались урайцы.
   – Все, быть мне теперь калекой на всю жизнь! – простонал Катчинский.
   – Не бойся, Фредди, сделают тебе твою руку… О такой штуке, как остеопластика, слыхал?
   – Остеопластика? – переспросил раненый, прерывая стенания.
   – Ну да. – Ник снова попытался включить поврежденную рацию, но теперь она уже не работала даже частично. – Да, Фредди, есть такой способ – берут у тебя клетки и выращивают из них недостающие косточки, а потом собирают тебе новую руку.
   – А разве такое возможно, командир?
   – Да, дружище, теперь уже возможно. Наука здесь шагнула очень далеко. Это тебе не у нас, в Англизонских Мирах.
   – У нас хоть войны нет.
   – Это только пока, – сказал Ламберт, прислушиваясь к отдаленной перестрелке. Несколько раз ухнули пушки «штурмвордеров», им ответили «ирбасы».
   Майор достал из кармашка прибор дальней связи, но и он не работал.
   – Ох, худо мне! Как руку-то печет…
   – Скоро наши придут, Фредди. Потерпи немного.
   – О-о-ой! Не могу больше…
   – Хочешь еще укол тимонала? – предложил Ламберт.
   – Нет, от него раны плохо затягиваются… – ответил Катчинский.
Помолчав, он спросил: – А точно руку восстановят, сэр?
   – Точно, Фредди. Ты Симмонса знал, из второго взвода? Рыжего такого?
   – Нет, наверное, это до меня было.
   – Наверное. Так вот ему осколком мины штуковину напрочь срезало.
   – Какую штуковину, сэр?
   – Ту самую. Бедняга чуть дуба не дал, но вовремя его к врачам доставили.
   – И что? – нетерпеливо спросил Фредди.
   – А то – промашка у них вышла. Приделали парню новую штуковину, только раза в два больше.
   – Да ну? – На бледном лице Катчинского появилось какое-то подобие улыбки.
   – Вот тебе и ну. Парень вернулся домой на Онслейм, так девицы ему теперь прохода не дают.
   – Ну понятное дело – попользоваться хотят…
   – А вот и нет, – покачал головой Ник. – Сфотографироваться!
   Забыв, казалось, о своей страшной ране, Катчинский натужно засмеялся. В этот момент совсем рядом ухнула пушка «штурмвордера». Ему тотчас ответил еще больший калибр, да с таким треском, что Ник понял – урайцу конец.
   Спустя мгновение взорвался боекомплект, в воздух полетели горящие обломки вражеского робота.
   – Очень кстати, Фредди, – прокомментировал Ник. – Очень кстати. По-моему, это был выстрел «кайнекса», а это значит, что мы продержались…


   Полковник Паскаль Жако во всем любил точность. Пунктуальность превратилась у него в самую настоящую манию, удивляя порой самого полковника.
   Если он спрашивал об объеме прибывшего донесения, то его интересовало не только количество листов и даже строк – нет, ему непременно надо было знать, сколько в донесении слов. Если же речь шла о пространственных координатах, скажем, объекта выброски диверсионной группы, полковник требовал представлять их только в виде цифр с точностью до четвертого знака после запятой.
   – Рошаль, мне нужно досье на этого майора Ламберта, – как всегда немного капризным тоном потребовал полковник.
   – Мне кажется, я уже принес его вам, сэр, – ответил секретарь, который десять минут назад лично положил папку на стол шефа.
   – Ну тогда придите и покажите мне, где оно, – желчно произнес Жако и отключил селектор.
   Рошаль тяжело вздохнул и поспешил в кабинет начальника Шестого управления.
   – Ну и где?! – спросил полковник, когда Рошаль, ссутулившись, остановился в двух шагах от стола шефа.
   – Вот эта синяя папка, сэр. – Секретарь несмело кивнул в сторону стола.
   – Правда? – изумился полковник. – Синяя, говоришь? А из чего следует, что это досье майора Ламберта? Или постой, – Жако уже начал свою занудную игру и не мог остановиться, – постой, я попробую догадаться – наверное, на крышке папки так и написано…
   Жако пододвинул к себе досье и, водя пальцем по указанному номеру и заглавию, с идиотской улыбкой прочитал:
   – «Инвентарный документ досье-истории на майора специального десантно-штурмового подразделения „Корсар“. – Закончив читать, полковник поднял на Рошаля тяжелый взгляд. – Ну, чего здесь не хватает?
   – Бирки с количеством текстовой информации…
   – Во-о-от! Наконец-то! – Полковник театрально всплеснул руками и откинулся на спинку кресла. – Где же эта злосчастная бирка, Рошаль?! Или я должен пересчитывать количество слов вручную, мусоля пальцы и занося в рот всякую инфекцию?! А ведь это прямая диверсия! Ди-вер-си-я!
   – Прошу прощения, сэр, – пролепетал секретарь. – Должно быть, бирка отклеилась и лежит в сейфе на полке. Разрешите, я ее принесу…
   – Разрешаю, Рошаль, разрешаю! Иначе я не могу начать работу. Я не могу начать, потому что не знаю, сколько времени займет у меня чтение этого документа, а значит, не могу планировать свой рабочий день. Знаете, сколько стоит мой рабочий день, Рошаль?
   – Нет, сэр…
   – Конечно нет, ведь это государственная тайна… Ладно, идите и принесите мне бирку.
   Рошалю не нужно было повторять дважды, он пулей выскочил в приемную, где стоял огромный несгораемый шкаф с досье.
   К счастью, отвалившаяся бирка отыскалась сразу, и Рошаль немедленно доставил ее шефу.
   – Разрешите, я подклею, сэр, – произнес секретарь, держа наготове клеящий карандаш.
   – Да уж будьте добры, – сухо отозвался полковник. Рошаль быстро ликвидировал непорядок, и шеф, даже не взглянув на бирку, начал перелистывать досье. – Просто не понимаю, почему я до сих пор не отправил вас на фронт, Рошаль. Почему вы протираете здесь штаны, в то время как другие… – Наткнувшись на какой-то интересный фрагмент текста, полковник прервался на несколько секунд, но затем заговорил снова: – Так вот, я не понимаю, почему одни могут находиться в тепле и получать горячее питание, а другие должны сидеть в окопах и проливать кровь… Может быть, вы думаете, что я чересчур добренький и не могу сделать вам больно, Рошаль? Тут вы правы, я действительно не монстр, если это не вызвано служебной необходимостью. Своими руками я никогда никого не убивал, если не считать золотистого хомяка, но это случилось еще в детстве, да и то, если приглядеться, это было всего лишь проявлением сострадания. Хомяк болел и вскоре умер бы сам.
   Пока полковник нес этот бред, Рошаль согласно кивал головой. Рассказ о смерти хомяка он слышал раз сто.
   У Жако было много странностей, однако это не облегчало участь вражеских агентов и диверсионных групп, для которых полковник не уставал придумывать самые изощренные ловушки.
   Когда он вознамерился расширить поле деятельности своего управления, руководство СИБ пошло ему навстречу. Жако развил деятельность на стратегических направлениях и скоро начал добиваться результатов. Сначала довольно скромных, а затем и более заметных. Значимость и могущество Управления навигации и ориентации несказанно возросли, и Жако замахнулся на одну из самых важных урайских тайн. Он решил выяснить, откуда движется поток «черных кристаллов», положенных в основу конструкции гравитационных орудий.
   Ими был вооружен весь флот Урайи, а примарские разработчики, как ни пытались, так и не сумели воспроизвести гравитационные орудия с теми же характеристиками, что и урайские.
   Использование трофейных пушек также было невозможно из-за отсутствия этих самых «черных кристаллов».
   Принято было считать, что эти элементы производятся по секретнейшей технологии на предприятиях, расположенных в глубочайшем тылу урайской державы, однако полковник Жако позволил себе усомниться в правильности этой версии, поскольку заметил, что урайские спецслужбы охотно ее поддерживают. Выходило, что это почти наверняка дезинформация.
   Из уважения к неординарному уму Жако штаб СИБ отнесся к его затее с должным терпением, хотя и без особого воодушевления. За сотни лет, что велась война между примарами и урайцами, никому и в голову ни разу не пришло проверить, откуда именно берутся «черные кристаллы».
   – Вот что, Рошаль, – неожиданно прервав поучительный рассказ о смерти хомяка, произнес полковник, – давайте-ка почитайте мне это досье вслух. Так мне будут лучше видны точки структурного обобщения…
   – Да, сэр, – с готовностью согласился секретарь, не подавая вида, что не понял, о каких таких точках говорит полковник.
   Рошаль взял папку, открыл ее и, откашлявшись, как декламатор перед выступлением, начал читать:
   – «Ник Ламберт. Попал в расположение наших войск во время контратаки на планету Вудсток. Как удалось выяснить в результате многочисленных допросов, Ламберт был вывезен с Новых Территорий агентами Урайского разведывательного управления и передан некоему доктору Преллису для изучения психокинетических свойств аборигенских этносов…»
   – Так и написано – «аборигенских этносов»? – уточнил полковник.
   – Так и написано, – подтвердил Рошаль.
   – Продолжайте.
   – «После окончания школы в Форт-Диксе Ламберт участвовал в нескольких боевых операциях, в том числе сухопутных, разведывательных, а также абордажных. Повсюду проявил себя как умелый боец и командир. Затем был отправлен в командировку на Новые Территории, где в содружестве с местной агентурой участвовал в уничтожении опорных баз урайской резидентуры…» Тут написано, что операция была проведена удачно…
   – Кто курировал эти операции?
   – Второе управление. В частности, майор Фонтен.
   – О Фонтене я слышал. Мерзавец и чистоплюй, но специалист хороший. Продолжайте.
   – «После возвращения с Новых Территорий Ламберт предложил сформировать на базе „Корсара“ батальон из уроженцев Новых Территорий, в частности граждан Объединения Англизонских Миров. Это предложение было поддержано, и началась вербовка. Сначала у Ламберта появился взвод, потом рота и, наконец, полгода назад – полноценный батальон. Это подразделение хорошо себя зарекомендовало, и за два года со времени получения Ламбертом шеврона „корсаров“ он прошел путь от лейтенанта до майора».
   – Хорош, ничего не скажешь, – вырвалось у Жако.
   – Так точно, сэр, – поддакнул Рошаль.
   – Это я к тому, что он определенно подойдет.
   – Безусловно подойдет, сэр.
   – Как ты можешь говорить, что подойдет, если понятия не имеешь, для чего? – возмутился полковник.
   – Я не знаю, для чего, сэр, но раз вы говорите, что подойдет, то и я убежден, что подойдет. У меня и в мыслях нет сомневаться в этом.
   – Читай дальше. Мне интересно знать, что с ним было раньше – до того, как он стал участвовать в боевых действиях.
   – Могу начать с самого детства, сэр.
   – А вот детство меня не интересует. – Жако поднялся с кресла и подошел к большому круглому аквариуму, в котором плавали голубоватые апинарии. Полковник постучал ногтем по стеклу, и медлительные рыбки уставились на него в немом изумлении.
   – Прикажете начать с летного училища?
   – Прикажу.
   – Ник Ламберт окончил его с отличием и получил сразу две специальности – пилот-истребитель и пилот-капитан дальних рейсов.
   – Любопытно, как же универсальный пилот докатился до звания майора в подразделении этих ломовиков?
   – Тут написано, что Ник Ламберт был вовлечен в очень сложную комбинацию, которую организовали нечестные торговцы. Он должен был погибнуть при доставке ложного груза, однако сумел вовремя убраться с последнего судна в конвое, используя спасательный э-э-э… истребитель.
   – Спасательный истребитель? Так и написано?
   – Да, сэр.
   На столе полковника зазвонил телефон. Жако схватил рубку и громко ответил:
   – Это Жако! Так… Так… А основная часть задания выполнена? Ну и отлично, чего же вы задаете мне эти идиотские вопросы, Лесгафт? Да, убирать, конечно. Они давно выработаны, и возвращать их обратно нет никакого смысла – убирать однозначно. Все, договорились. Продолжайте, Рошаль, что там еще?
   – Только незначительные детали, имена…
   – Меня интересует мотивация – почему он воюет на нашей стороне? Лишь потому, что его выкрали агенты УРУ?
   – Э-э, одну минуту, где-то я видел… – Рошаль пролистал вперед несколько страниц, потом вернулся назад: – Ага, вот! Выяснилось, что конвой, в котором он был капитан-пилотом, позже был уничтожен в районе Прибрежных Миров эскадрой урайского генерала. Так что мотивация у майора Ламберта просто железная.
   – Может быть… Может быть… – задумчиво протянул Жако.


   К чему вся эта чрезмерная секретность, Ник не понимал. Его везли в каюте с заклепанными иллюминаторами, да еще подсматривали за пассажиром с помощью мобильной камеры, спрятанной за вентиляционной решеткой.
   Шесть долгих суток корабль плутал по закоулкам незаявленных трасс, и Ламберту в голову закралось подозрение, что его намеренно катают кругами, чтобы он запутался и потерял ориентацию.
   Сопровождавшего его молчаливого сотрудника СИБ Ник видел только два раза.
   Первый раз – когда тот пришел к Нику в офицерский коттедж, а второй раз уже здесь, два дня назад.
   Паркер, как он представился еще на Войтере, открыл дверь каюты своим ключом и, не говоря ни слова, обошел ее по кругу, к чему-то прислушиваясь и поводя носом.
   – Когда мы приедем, дружище? – спросил его тогда Ник больше для того, чтобы проверить, в своем ли уме этот парень.
   Паркер поначалу ничего не ответил и, лишь уходя, бросил через плечо:
   – Всему свое время, майор.
   И ушел, заперев Ника, словно преступника.
   «Вот сволочь», – подумал Ламберт, изнывая от неопределенности.
   Паркер и на Войтере разговаривал с ним сквозь зубы, и, если бы не рекомендации Фонтена, этому Паркеру пришлось бы худо.
   На исходе седьмых суток, когда майор Ламберт перебрал уже все возможные варианты своего будущего, корабль наконец начал торможение, однако, что интересно, Ник не почувствовал характерного сопротивления атмосферы.
   «Значит, это большая тайная база, – подумал он. – Иначе зачем такая секретность?»
   Лязгнули магнитные захваты, по магистралям побежал воздух. Потом наступила тишина и стали слышны шаги проходивших мимо каюты людей.
   Ламберт успел еще попить воды и сходить в гальюн, прежде чем дверь наконец открылась.
   Первым в каюту вошел Паркер, а за ним еще двое громил. В руке одного из них был короткий четырехгранный ударный нож, второй был вооружен электрошоковой дубинкой.
   На поясе у Паркера висела кобура с пистолетом.
   То, что Ник прочитал в глазах незваных гостей, ему совсем не понравилось. С одной стороны, казалось неправдоподобным, что его тащили в такую даль, чтобы просто убить в каюте, однако он ничуть не сомневался в намерениях этих людей.
   Тот, что был с ножом, перехватил оружие поудобнее и шагнул к сидевшему на кровати Нику.
   Ему ничего не оставалось, как попытаться встать, опершись рукой о спинку кровати. Жест сам по себе безобидный, если бы Ламберт за две ночи не ухитрился вывернуть несколько шурупов.
   Громила с ножом прыгнул вперед, чтобы пригвоздить жертву, не дав ей подняться, однако Ник встретил его страшным ударом трубой по голове, а затем, упреждая вмешательство второго монстра, врезал тому ногой под колено.
   Паркер схватился за кобуру, но Ламберт успел рвануть его на себя и встретил головой в лицо. Противник сразу обмяк, и Ник без труда завладел его пистолетом.
   Затем он подхватил с пола шоковую дубинку и приложил по голове ее хозяина, попытавшегося подняться.
   «Ну и что теперь делать?» – пронеслось в голове у Ламберта, однако думать ему было не нужно – тысячи раз отработанные алгоритмы в стандартных ситуациях выполнялись сами.
   По коридору кто-то бежал. Ламберт подождал, пока человек появится в проеме двери, и выстрелил. Раненый вскрикнул и выронил автомат. Ник толкнул вперед Паркера и под его прикрытием покинул каюту.
   Где находилась пилотская кабина, он знал, потому что опознал тип судна, как только оказался в коридоре.
   Не встретив больше ни одного человека, майор добрался до кабины и, втолкнув в нее Паркера, запер за собой дверь.
   – И что вы теперь… собираетесь делать? – прошептал тот разбитыми губами.
   – Связывайся со своими и скажи, чтобы заправили судно, – приказал Ламберт.
   – В этом нет необходимости, сэр… Нажмите вот эту кнопку…
   Ник не стал спорить и нажал. Тотчас из динамика громкой связи прозвучал чей-то неприветливый голос:
   – Ну и что вы можете мне сказать, Шипельский?
   – Он… захватил корабль… сэр… – доложил Паркер.
   – Майор Ламберт, вы здесь?
   – С кем я разговариваю? – спросил Ник.
   – Я начальник Шестого управления полковник Жако, – представился владелец противного голоса. – То, что сейчас с вами произошло, небольшая проверка. Это вынужденная мера, поверьте.
   – Проверка?! Но я застрелил человека, а еще одного приложил трубой, он тоже может отдать концы.
   – Пусть это вас не беспокоит, майор. Выходите из кабины и больше никого не опасайтесь, вас проводят прямо ко мне… Можете доверять мне, майор.
   «Да уж хрен тебе», – подумал Ламберт, однако приоткрыл дверь и, выглянув в коридор, увидел человека с поднятыми руками.
   – Я не вооружен, сэр! – сообщил тот. – Я пришел проводить вас к начальнику управления, а зовут меня Паркер.
   – Ты с ума сошел, Ленни! – подал голос Шипельский. – Паркер – это я! До конца этого месяца я Паркер!
   – Правда? Ну извините, сэр, накладочка вышла. Паркер – это он.
   – Заткнись и поворачивайся спиной, а руки положи на затылок. Пойдешь медленно…
   – Конечно, сэр, – согласился Паркер-2, выполняя указания майора. – Насколько я понял, вы стреляете без предупреждения.
   – Ты догадливый…


   Аккуратно положив трубку, Жако улыбнулся и, довольный собой, посмотрел на стоявшего перед ним Пабло Венцлера, отвечавшего за логистику тайных маршрутов.
   – Ну вот, – развел руками Жако, – как я и предполагал, этот майор оказался самым настоящим сукиным сыном – как раз то, что нам нужно.
   – Что же он сделал, сэр? – не сдержав любопытства, спросил Венцлер.
   – Представь себе, кого-то там застрелил, кого-то покалечил! – Жако восторженно хохотнул и покачал головой. – И почему эти «корсары» такие жестокие, а? Откуда в них эта первобытная грубая сила?..
   – Они для этого и предназначены, сэр. Их работа – наводить ужас на наших врагов…
   – М-да… – Полковник прошелся из угла в угол, затем остановился возле рыбок. – Знаешь, Венцлер, о чем я иногда думаю, сталкиваясь с проявлением грубой силы?
   – Не могу знать, сэр.
   – Я думаю о том, что придет время, когда все в этом мире будет решать интеллект. Может быть, искусственный, может, и натуральный, но разум. Понимаешь меня?
   – Пытаюсь, сэр.
   – Ну вот представь будущее, полное умных и аккуратных машин. Землю ли они пашут, или стреляют, может быть, плавают или летают – это неважно. Главное, что они выполняют данную им управляющую идею.
   – Все вместе?
   – Все вместе, да. Однако с противоположной стороны другим машинам посылается иная идея, и они выполняют ее. Ты следишь за моей мыслью, Венцлер?
   – Внимательно, сэр.
   – Тогда представь, что машинные силы сравнялись и побеждает только та сторона, чья идея тоньше, изощреннее и современнее на данном этапе. Как тебе такое?
   – Колоссально, босс. Просто колоссально.
   – Вот когда это станет возможным, никаких грубых «корсаров» уже не будет и начнется золотой век интеллекта, разума, и… и это будет правильно…
   – Совершенно с вами согласен, сэр. Совершенно.
   На панели настольного интеркома замигала лампочка. Жако нажал кнопку:
   – Ну что еще?
   – Ламберта ведут по коридору, сэр, – доложил капитан Гринюк, ответственный за внутреннюю безопасность. – До его прихода я должен заложить в вашем кабинете секреты, сэр.
   – Хорошо. Вы сейчас где?
   – Перед вашей дверью, сэр. В обществе Рошаля.
   – Ладно, входите, капитан, и побыстрее закладывайте ваши секреты.
   Дверь тотчас открылась, и в кабинет, коротко кивнув полковнику, вбежали шестеро стрелков и командовавший ими Гринюк. Натренированным глазом капитан безошибочно обнаружил замаскированные в стенах двери и спрятал в крохотные ниши своих людей – по два человека в каждую. Заполнив таким образом три из них, в последнюю, четвертую, он забрался сам.
   Некоторое время после этого за тонкими дверцами была слышна какая-то возня, затем стрелки успокоились, кто-то негромко чихнул, и воцарилась тишина.
   – Ну вот, теперь можно принимать гостей, – сказал полковник Жако, энергично потирая руки.
   И действительно, почти тотчас же включилась голосовая передача интеркома и Рошаль сообщил, что в приемной ждет майор Ламберт.
   – Я приму его, Рошаль, пусть войдет… э-э-э… вместе с сопровождающим, естественно.


скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30

Поделиться ссылкой на выделенное