Алекс Орлов.

Особый курьер

(страница 3 из 28)

скачать книгу бесплатно

   – Садись, Сони, я всегда рад тебя видеть.
   Не отводя взгляда от медали, Позитрон расставил на столе свою снедь и наконец не утерпел:
   – А это чего у тебя такое, а?
   – Да-а, – махнул рукой Байрон, – в граверной лавке заказал за шестьдесят кредитов. Подурачиться решил.
   Однако Сони Дадл вовсе не считал себя простаком, а потому сбить его было не так легко. Посмеявшись над шуткой Байрона, он спросил:
   – Ну а если серьезно, Док?
   – А если серьезно, Сони… – Тут Байрон вздохнул и выдержал паузу. – А если серьезно, Сони, то рано или поздно награда находит своего героя.
   – Ну да, конечно, – кивнул Позитрон, даже не притрагиваясь к еде.
   – Любой честный труд, всякое доблестное служение всегда вознаграждаются.
   – А то, – опять кивнул Дадл и осторожно поинтересовался: – И кто тебе выдал медальку-то, а, Бэри?
   – Понятно кто – босс.
   – Мистер Дэниел Глосберг? – удивился Позитрон.
   – А ты думал?! Не каждый день у нас награждают людей, Сони, – нравоучительно произнес Байрон, подчищая куском булки соус.
   – Вот бы мне такую, – выдал свои сокровенные мысли Позитрон, вздохнув над нетронутыми тарелками.
   – Это не так легко. Нужно много работать или совершить поступок.
   – Но ведь ты работаешь на фирме только четыре года, а я уже двенадцать лет, – возразил Дадл.
   – Я же тебе говорю – нужен поступок, – повторил Байрон, вонзая зубы во фруктовый пирожок. Он посмотрел на Джека и сказал: – По крайней мере, теперь я хоть связями обзавелся.
   – Да, связи – вещь нужная, – кивнул Джек, подыгрывая напарнику.
   – А ты чего не ешь, Сони? Смотри – все уже остыло, – напомнил Док Позитрону.
   – Точно, совсем забыл, – спохватился Сони и стал прихлебывать холодный суп, но тут же снова задал вопрос: – Слышь, Бэри, а что у тебя за связи?
   – Да через генерала одного.
   – Какого генерала?
   – Генерала почтовой службы. Я его от смерти спас, – скромно обронил Байрон.
   – От смерти? Это как?
   – В дерьмо он упал. В большой накопитель. Сам вроде толстый, да и плавать умел, но… – Тут вдохновение оставило Дока, и он захлопал глазами, придумывая продолжение.
   – Но больно орденов у него было много, – выручил напарника Джек, – вот и потащили они его на дно…
   – Нешто так много орденов бывает, чтобы человек через них утоп? – усомнился Позитрон, глядя то на Байрона, то на Джека Холланда.
   – Так еще же сабля была, – невозмутимо добавил Джек.
   – Да, – подхватил Док, – с саблей поди поплавай в дерьме.
   – С саблей не поплаваешь, – согласился Сони Дадл.
Сабля была весомым аргументом.
   – Если б не сабля, я б его не спас.
   – Да ладно врать-то, – раздался совсем рядом чей-то голос.
   Увлеченные беседой, Бэри, Джек и Сони Дадл даже не заметили, что вокруг них собралось человек восемь посторонних слушателей.
   – Брешешь, черномазый, – повторил дерзкий Лоди Айзек, механик из ремонтной бригады.
   – Лоди, не хочешь слушать, давай вали отсюда, – бригадирским тоном скомандовал Позитрон. Для придания своим словам весомости он грозно приподнялся со стула – с понятными ему людьми он не церемонился.
   – Да ладно, – отступил Лоди Айзек, – чего я такого сказал?
   – Забухни, – добавил Сони Дадл, и Айзек тут же забух.
   – Ну-ну, Бэри, что дальше-то было? – дохнул чесноком слесарь Кляйн.
   – Ну, хватаю я его за волосы, а он не идет, и все, – продолжал Док. – Лысый оказался. Вот тогда я ухватил его за ножны и вытащил.
   – А то бы утоп, – кивнул Позитрон.
   – Ясное дело – утоп бы, – согласился пахнувший чесноком Кляйн.
   – Ну, нам пора идти. А то работы много – качать не перекачать, – сказал Док и стал подниматься из-за стола.
   Публика начала расходиться.
   – Постой, Бэри, – полушепотом обратился Сони, придержав Дока за рукав, – постой, у меня к тебе дело. – Позитрон чуток помолчал. – А ты не мог бы мне через этого генерала организовать такую же медальку, а? Я отблагодарю.
   – Дай подумать, Сони. – Байрон наморщил свой черный лоб и, как бы разговаривая сам с собой, протянул: – Вообще-то Винсент теперь мой должник…
   – Так зовут генерала, – пояснил Дадлу Джек, и тот понятливо кивнул.
   – Если кое-кого подмазать, что-то сделать можно, но для этого, сам понимаешь… – Байрон характерно потер палец о палец.
   – Об чем речь. Сколько?
   – Думаю, что уложусь в триста.
   Сони Дадл тут же отсчитал деньги и положил на стол.
   – Вот, – сказал он. – Сколько нужно ждать?
   – Три дня, – ответил Байрон, пряча деньги в карман.
   – Так быстро? – восхитился Позитрон.
   – В этом мире, Сони, все решают связи, – заметил Док. – Только никакой торжественной части я тебе не обещаю. Ни цветов, ни оркестров, ни рукопожатий босса.
   – Нет-нет, Бэри. Это мне не нужно. Главное – медалька.
   На том они и расстались. Дадл ушел, оставив недоеденный обед, а Бэри сходил на раздачу и, применив свой старый прием, попросил чаю.
   – Я думал, мы пойдем работать, – сказал Джек.
   – Наша работа от нас никуда не уйдет, тем более что эти пижоны пилоты еще полчаса будут сидеть в курилках. А без них нам на суда не попасть.
   – Ну ладно.
   – К тому же я собирался показать тебе нашу достопримечательность. Забыл?
   – Да, забыл.
   – А зря. Вон она – смотри.
   Джек обернулся и увидел высокую блондинку с вьющимися волосами и более чем заметным бюстом. Мини-юбка подчеркивала все ее достоинства, а чулки со стрелочкой придавали образу полную законченность.
   – А вот и чай, – сообщил поваренок с раздачи. Он принес два дымящихся стакана и тарелочку с печеньем.
   – Спасибо, дружище, спасибо, – поблагодарил Док, снова превращаясь в героя далеких колониальных войн.
   Очарованный работник столовой поставил чай и, рассмотрев медаль подробнее, сумел прочитать надпись.
   – А что такое «ассенизатор», сэр? – спросил молодой человек.
   – Ассенизатор – это такая профессия, сынок, – посмотрев вдаль, произнес Байрон. – Нелегкая профессия. Ассенизаторы есть везде, но они незаметны. Ты понимаешь, сынок?
   – Да, сэр.
   – Если где-то заводится какое-то дерьмо, то приходит ассенизатор и разбирается с этим дерьмом – раз и навсегда. Я понятно говорю, сынок?
   – О да, сэр, – закивал поваренок и, почтительно отступив, исчез за перегородкой.
   – Ну как тебе красотка? – спросил Бэри, попробовав горячий чай.
   – Да я, признаться, только тебя и слушал. Здорово у тебя получается.
   – Но ведь я не врал. Я сказал, что ассенизаторы убирают дерьмо. Разве не так?
   – Но он понял иначе.
   – А вот это не мое дело. Человек слышит то, что желает услышать. Заметь, что и Позитрону я поначалу не врал. Сказал, что эту медаль заказал в граверной лавке, – и ты сам видел, что из этого вышло. М-м… какое печенье! Попробуй.
   – Что-то не хочется.
   – Это потому, что ты теперь думаешь только о Злючке Келли.
   – О ком? – переспросил Джек.
   – Да об этой беленькой сучке. Скажешь, нет?
   – Скажу «да», – улыбнулся Джек. От проницательности Дока невозможно было укрыться.
   – Тогда слушай. Зовут ее Мэри Келли Логон. Она любовница нашего босса – я имею в виду самого главного, Дэниела Глосберга. У нее постоянный пропуск в центральную часть города, квартирка что надо и салатовый кабриолет «Пума». Глосберг очень занятой любовник, и девушка изнывает от тоски, однако из-за боязни лишиться финансовой поддержки босса сохраняет ему верность. Поначалу красавцы пилоты атаковывали ее напропалую, но она стала их подставлять, – дескать, преследуют. И Глосберг увольнял их одного за другим – пилотов у нас на Бургасе как собак. Вот за все эти фокусы ее и прозвали Злючка Келли.
   – Да… Злючка Келли… – задумчиво проговорил Джек, оглядываясь на блондинку. – Протянешь руку – вмиг пальцев лишишься. Сразу видно.
   – Кроме меня, ее здесь все боятся, – заметил Байрон и поставил на стол пустой стакан. – Ну ладно, Ромео, пошли. Субстанция ждет.
   – Чего ждет? – не понял Джек.
   – Субстанция, парень. То, что мы качаем.
   – А-а, понятно.
   Ассенизаторы вышли из-за стола и направились к выходу. Но на середине пути Байрон неожиданно оставил Джека и смело направился к неприступной красавице. К удивлению Холланда, блондинка приветливо кивнула Доку, и тот присел за ее столик.
   Джек дошел до выхода и, не зная, что делать дальше, застыл, переминаясь с ноги на ногу. А Байрон что-то говорил Мэри Келли, время от времени косясь на своего напарника, и у Джека начало складываться впечатление, что говорят именно о нем. Во время длинного монолога Бэри красавица посматривала в сторону Джека с нарастающим интересом.
   Наконец Байрон распрощался с блондинкой и вернулся к Джеку.
   – Ну вот, теперь можно идти. – Больше он не произнес ни слова, храня таинственное спокойствие.
   Джек тоже молчал, хотя ему очень хотелось спросить Дока, о чем он говорил со Злючкой Келли. Когда напарники уже облачались в защитные комбинезоны, он наконец не выдержал:
   – Слушай, Бэри, а почему эта блондинка с тобой так спокойно общается? Ты же говорил, что она всех подавляет.
   – О, я не в счет. Я же не белокурый парень под два метра ростом с пилотскими погонами на плечах. Я что-то такое, чего не принимают в расчет. Понимаешь?
   – Нет.
   – Объясняю: мистер Глосберг никогда не поверит, что я пристаю к его королеве.
   – Откуда ты знаешь?
   – Она уже пыталась меня подставить.
   – По-моему, она та еще тварь.
   – Ясное дело, тварь. Но она мне интересна. Ну, ты готов?
   Джек поправил очки, расправил складки на комбинезоне и ответил:
   – Да, сэр. Готов приступить к выполнению задания.
   – Тогда пошли.
   Они вышли из раздевалки и почти сразу встретились с Лоди Айзеком, который еще недавно, в столовой, называл Бэри «черномазым».
   – Лоди, мы сейчас никого не принимаем, потому что уже практически на рабочем месте, – на ходу проговорил Док, отстраняя Айзека.
   – Я это… извиняюсь и беру свои слова назад, – не отставая от быстро идущего Байрона, зачастил Лоди.
   Джек улыбнулся. И он, и Байрон уже догадывались, о чем пойдет речь.
   – Это будет стоить пятьсот, Лоди.
   – А почему для Дадла только триста?
   – Потому что Дадл – электрик. Электрикам выдаются медали, а ты, Лоди, механик. – Тут Байрон остановился. – У механиков особая стать, и им даются ордена, а орден, Лоди, дорогого стоит.
   – Я согласен, – выдохнул Айзек.
   – Тогда попрошу деньги вперед, – перейдя на деловой тон, потребовал Байрон.
   Айзек беспрекословно отсчитал деньги и протянул Байрону.
   – Все, Лоди, пока. Через четыре дня будет тебе орден.
   Механик убежал, едва не подпрыгивая от радости, а Джек посмотрел ему вслед и сказал:
   – Прямо эпидемия какая-то. Зачем ты взял с него так много?
   – Чем дороже обойдется ему этот орден, тем с большим удовольствием он будет его носить.
   – Ты заботишься о его удовольствии?
   – Не только. Сегодня мы с тобой заработали шестьсот восемьдесят монет – чистыми.
   – Мне ничего не надо.
   – Так не пойдет, парень. Ты мне очень хорошо ассистировал, но денег я тебе сейчас не дам, потому что на них мы отправимся в один из лучших ресторанов города.
   Наконец ассенизаторы добрались до бочки и бодро покатили ее к двадцать четвертому причалу.
   – А что ты рассказывал этой самой Мэри Келли, что она на меня оборачивалась? – задал Джек вопрос, который его мучил.
   – Я сказал ей, что ты был личным пилотом нубийского визиря Джебраила.
   – И это так ее заинтересовало?
   – Нет, ее заинтересовало другое. Мне пришлось сказать, что ты перевозил гарем визиря – всех его жен.
   – И что?
   – Так, Джек, здесь осторожнее, а то на этой канавке я однажды сломал ось.
   Напарники аккуратно провели бочку по опасному участку, а затем снова набрали крейсерскую скорость.
   – Ну и что ты сказал еще?
   – Ну что я сказал? Я сказал, что все они забеременели.
   – Понятно. А сколько было жен?
   – Сто пятьдесят две.
   – Ну и к чему весь этот спектакль?
   – О, вот мы и на месте. Разворачивай шланг – теперь ты пойдешь первым.
   Джеку ничего не оставалось, как поправить очки и, взяв штуцер наперевес, взойти на борт уиндера. Он довольно быстро отыскал нужное соединение и, пристыковав штуцер, крикнул:
   – Давай, Док, включай!
   Байрон запустил насос, и шланг забился в руках Джека, как взбесившаяся змея. От сильной вибрации крепежные ушки штуцера начали медленно разворачиваться. Понимая, чем это грозит, Джек вцепился в штуцер что есть силы и удерживал его до тех пор, пока Байрон не выключил насос.
   Когда Холланд наконец сошел с уиндера, волоча за собой уже неопасный шланг, Байрон с улыбкой сказал:
   – И в мирной жизни есть место подвигу, Джек. Ты не находишь?
   – Ты что, специально это сделал?
   – Ничего я не делал, а на будущее запомни номер этого уиндера – у него слабый стыковочный узел. Увы, в свое время я не сумел выдержать этот экзамен. Какой из этого вывод?
   – Какой?
   – Ты прирожденный ассенизатор, Джек.
   – Ну, спасибо, – усмехнулся тот.
   – Пожалуйста. Кстати, я сказал Мэри Келли, что ты положил на нее глаз, но посоветовал ей держаться от тебя подальше.
   – Почему?
   – Вот и она спросила – «почему?». А я объяснил, что ты своих подружек частенько доводишь до обморока.
   – Теперь я понимаю, почему она так на меня смотрела.
   – Ладно, забудь. Пошли теперь к двадцать седьмому причалу. Там у нас сразу два судна. Сегодня хорошо поработаем, а через недельку, когда скопим деньжат, наведаемся в ресторан.
   – А пропуск в центр города у тебя есть?
   – Нет. Откуда он у меня? Но это еще не повод отказывать себе в удовольствии.


   Первый рабочий день закончился без приключений, и Джек благополучно вернулся в общежитие. Поднявшись на свой этаж, он встретил Виктора Бичера. Бедняга, весь в бинтах, елозил по полу, смывая тряпкой собственную кровь.
   – Привет, Виктор, – поздоровался Джек.
   – Пи-вет, – прошипел сквозь стянутую скобками челюсть пострадавший.
   – Может, тебе помочь?
   – Иада, я фам, – отозвался Бичер.
   «Ну „фам“ так „фам“. Мне тоже отдохнуть надо», – решил Джек.
   Он распахнул свою дверь и с удовлетворением отметил, что новые жильцы не появились.
   – Вот и хорошо, – вслух произнес он и с ходу повалился на кровать, чувствуя, что порядком устал.
   «Сейчас почищу зубы и завалюсь спать», – подумал он, уже проваливаясь в дрему. Однако его планам не суждено было сбыться. В дверь требовательно постучали, а затем, не дожидаясь приглашения, в комнату вошла баба Марша.
   – Ты бы хоть разулся. Чего в обуви на кровать заперся?
   – Я сейчас. – Джек поспешно поднялся.
   – Да ладно. Погоди разуваться. Пойдем сейчас ко мне – я тебя на день рождения приглашаю.
   – Да? Спасибо, – растерянно сказал Джек.
   – Вещички-то, я вижу, принес. – Марша кивнула на чемоданы. – Чего не разбираешь? Помочь?
   Джек неопределенно пожал плечами, и Марша тут же открыла ближний чемодан и стала быстро сортировать вещи.
   Она ловко сворачивала их и заново укладывала в стопки, потому что после инспекции Захарии в чемоданах все было свалено в кучу.
   – Чего у тебя здесь такой бардак? А?
   – Пришлось отбивать вещи у приемщиков.
   – Понятно. Значит, еще вовремя успел, а то бы все продали, сволочи. О, а это откуда? – И Марша показала Джеку кружевные дамские трусики.
   – Это не мое, – поспешил отказаться Джек.
   – Я на это надеюсь, парень. С виду ты вроде нормальный.
   – Это приемщик хватал что попало и сваливал в чемоданы. Спешил очень.
   – Ты поработал над его внешностью?
   – Да, мэм. Пришлось, – вздохнул Джек.
   – Молодец. Ты нравишься мне все больше.
   После более подробной ревизии вещей были найдены следующие не принадлежавшие Джеку предметы: еще две пары женских трусиков, один бюстгальтер, один слуховой аппарат, средство для лечения геморроя, справочник по ботанике и каталог одежды для сексуальных меньшинств. Вместе с тем Джек недосчитался бритвы, одного синего носка, перочинного ножа с треснутой рукояткой, походных шахмат и книги «Как выкормить мышь».
   – Больше ничего не пропало? – спросила Марша.
   – Нет, остальное все на месте.
   – Ну тогда тебе здорово повезло, – сказала баба Марша и лично уложила все вещи Джека в шкаф. Она еще раз оглядела аккуратные стопки, затем закрыла дверцу шкафа и сказала: – Ну все, теперь пошли праздновать мой день рождения.
   – Но я даже без подарка.
   – Это не важно, потом когда-нибудь подаришь. Главное – это посидеть, выпить, поговорить.


   Спускаясь в лифте, Джек думал о том, что нужно будет выходить на улицу, но этого делать не пришлось, поскольку баба Марша, как оказалось, жила в этом же общежитии – на первом этаже, там, где размещались все хранилища и административные закутки. У нее была точно такая же, как и у Джека, комната, с той лишь разницей, что кровать была одна-единственная.
   Жилье Марши нисколько не напоминало гнездышко увядшей вдовушки, с фарфоровыми статуэтками на трюмо и расшитыми салфетками на комоде. Напротив, это было типичное солдатское прибежище, с минимумом обстановки и привычным расположением каждой вещи, будь то полотенце, обувь или спички.
   – Что, удивлен? – спросила Марша, обходя остановившегося в дверях гостя.
   – Да, я ожидал увидеть что-то другое. Ну, может быть, какие-то фотографии.
   – Фотографии? Пожалуйста. – Баба Марша подошла к украшенному казенной биркой письменному столу и достала конверт.
   – Вот тут мои фотографии. Только их не так много. Ты пока посмотри, а я сооружу угощение. Все-таки ты гость, как-никак.
   Марша ушла в угол комнаты, служивший ей кухней, и принялась греметь посудой, а Джек заинтересовался фотографиями. То, что он увидел, его поразило.
   На фотографиях были люди, увешанные оружием. Лиц видно не было – их закрывали маски. Однако по выражению глаз Джек сумел определить, кто из них баба Марша.
   – Я узнал вас, мэм, – сказал он.
   – Да ну? Покажи.
   Марша подошла ближе и, увидев, в кого Джек ткнул пальцем, кивнула:
   – Точно, Холланд, ты угадал правильно.
   Пока Джек разглядывал другие фотографии, Марша поставила на стол несколько тарелочек и целую бутылку кальвадоса «Сивор».
   – Ну давай, а то у меня уже душа горит, – сказала Марша. Она открыла бутылку и разлила розоватый напиток по двум высоким стаканам. – Ты чем привык закусывать?
   – Тем, что есть, – признался Джек.
   – Ну и правильно. Будем.
   И, не дожидаясь Джека, Марша опрокинула в рот свою порцию. Следом за ней выпил и Джек.
   – Ох! Ну и как тебе? – понюхав большую оливку, поинтересовалась Марша.
   – Хорошо пошла, – кивнул Джек.
   – Ну тогда еще по одной. – Марша быстро наполнила стаканы.
   – Не возражаю.
   Они выпили еще по одной, и Джек сразу опьянел.
   – Послушай, Марша, так кем же ты была? – спросил Джек, перейдя на «ты».
   – Служила в отряде «99», Джек.
   – В армии, что ли?
   – Нет. В армии я не служила ни одного дня. Я была полицейским, Джек. Специальным копом.
   – Вот это да!.. – Кальвадос был крепкий, и Джеку становилось все лучше. – И чего же ты делала в этом отряде?
   – Разное… – Марша неопределенно пожала плечами.
   – Людей убивала?
   – Да, довольно часто.
   – Но, конечно, только бандитов.
   – Если честно, Джек, всякое бывало.
   – То есть как?
   – А очень просто. Представь себе, что террористы захватили коммерческий шаттл с пятью сотнями пассажиров, а у меня приказ освободить заложников и перестрелять всех злодеев. Эти сволочи ходят на захваты бригадами по восемь-двенадцать человек. Если стрелять в тире, то на поражение двенадцати мишеней нужно пять-семь секунд. Но это в тире. Давай еще выпьем.
   – Давай, – согласился Джек. – Только дай рыбки, а то я без закуски не могу.
   – Конечно, ты ешь, не стесняйся. Разносолов у меня нет, но консервированной жратвы навалом. Хочешь солдатской тушенки?
   – Хочу, но чуть позже. Как говорится, всему свое время.
   Марша налила еще, и они выпили.
   – У-ух, зараза!.. – проговорил Джек, передернувшись, когда кальвадос скользнул ему в желудок. – Нр-р-равится мне твоя выпивка, Марша. Ну так на чем мы остановились?
   – Я говорю, в тире стрелять удобно, поэтому все пули идут туда, куда ты хочешь. А когда выпрыгиваешь из вентиляционной трубы и повисаешь на тросе, как елочная игрушка, не так-то легко попасть в того, в кого надо. – Марша съела оливку и продолжила: – Так что на двенадцать убитых бандитов приходилось до шести трупов и еще полтора десятка раненых, совершенно невинных людей. Но это считалось нормой.
   – А нельзя было сделать как-то иначе, поаккуратнее?
   – Чтобы сделать аккуратно, нужно время, а террористы – ребята отчаянные. Они обычно страховались взрывным устройством, поэтому главным было – застрелить подрывника. Того, у кого в руке был пульт. Поэтому мы выпрыгивали с трех-четырех точек и палили.
   – А случалось, что вы не попадали в подрывника?
   – Случалось.
   – Часто?
   – Со мной было только один раз – в самом начале карьеры. Мы стреляли в подрывника, и он упал. Думали, убит, но он оказался жив и замкнул цепь. Из той группы уцелела только я одна. Но это было давно.


скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28

Поделиться ссылкой на выделенное