Алекс Орлов.

Двойной эскорт

(страница 1 из 29)

скачать книгу бесплатно

 -------
| bookZ.ru collection
|-------
|  Алекс Орлов
|
|  Двойной эскорт
 -------

   Капитан корабля рассеянно смотрел на мигающие огоньки датчиков, он отстоял свою смену и мог уйти отдыхать, передав вахту помощнику, но через пару часов пришлось бы вернуться – приближалось время встречи с пассажирским челноком.
   Снова эта надоевшая секретность и никаких личных приказов, так чтобы выслушать глаза в глаза, только пакет с украшенным голограммой флэш-носителем, где модулированный компьютером голос передает повеление высокого начальства.
   «Пойди туда, не знаю куда, принеси то, не знаю что…» – вспомнил капитан. Это как раз его случай. Отправиться в пограничный «пустотный» район и дождаться прибытия некоего челнока.
   Радары корабля просеивали пространство на десять часов ходу вперед и видели только статичный пограничный пост, что находился в семи часах ходу. Где же может прятаться этот челнок? Или это и не челнок вовсе?
   Когда дело касалось приказов адмирала, задавать вопросы не полагалось.
   Штурман принес для капитана стул, тот благодарно кивнул, после вахты он имел право присесть.
   Стала поступать информация от станций-навигаторов, и двое операторов прильнули к экранам терминалов, вводя время от времени дополнительные команды. У них была своя собственная кухня со всеми этими радарами, датчиками, программным обеспечением. От них требовалось вовремя заметить возможные магнитные возмущения, чтобы гравитационное цунами не ударило в борт эсминца в самый неподходящий момент.
   Капитан прикрыл глаза, напряжение последних дней давало о себе знать. В этот район приходилось пробираться тайком, как будто они находились на вражеской территории. И все во имя секретности.
   – Сэр, прошу прощения…
   Капитан открыл глаза – перед ним стоял лейтенант-навигатор. «Как нехорошо получилось, должно быть, он подумал, что я задремал», – с досадой подумал капитан.
   – Сэр, похоже, впереди нас ожидает буря.
   – Далеко?
   – Сейчас трудно сказать точно, но, скорее всего, именно там, где у нас предусмотрена стоянка.
   Стоянка. Даже членам команды ничего не говорили об этом челноке. Все, кроме капитана и двух его помощников, полагали, что это учебный поход. Добраться до отмеченной начальством точки, встать на стоянку и сообщить о прибытии. Затем обратный пеленг – станции на трех базах должны подтвердить местоположение эсминца – и домой, в порт приписки.
   – Пока мы не будем предпринимать никаких корректировок курса, – сказал капитан, чувствуя на себе взгляд заступившего на вахту первого помощника. – А вы пока отслеживайте ситуацию и докладывайте мне.
   – Да, сэр, конечно.
   – Можете идти.
   Лейтенант ушел, было видно, как он спустился в галерею и вернулся к своему напарнику.
Они о чем-то посовещались и снова прилипли к экранам.
   «Паникеры», – с недовольством подумал капитан. Навигаторы часто срывали запланированные походы, принося свои желтоватые бланки с острыми пиками гравитационных характеристик. Иногда на них хотелось наорать, многие капитаны так и делали, но, наорав, потом часто извинялись, ведь им случалось видеть останки кораблей, раздавленных магнитными и гравитационными аномалиями.
   Обезображенные, с рваными краями обшивок, с болтающимися проводами и обрывками проводящих магистралей, они проносились мимо и исчезали в космической темноте, вызывая на мостиках ужас и оцепенение. Такое не забывалось.
   Через полчаса навигатор явился снова. На этот раз у него были результаты вычислений – на бурю это не походило.
   – Скорее всего, «трос».
   Капитан вздохнул, только этого ему не хватало. «Трос» был одним из наименее понятных космических аномалий и представлял собой длинную, на триллионы километров вытянувшуюся веретенообразную область, внутри которой скачкообразно смещались участки пространства. Раз – и половина корабля оказывается в десяти метрах от другой половины. Или в миллионе километров – как повезет. Иногда удавалось спасать экипажи поврежденных кораблей, но, разумеется, тех, кто сам, внутри корабля, не стал жертвой геометрического смещения.
   – Штурман, сколько еще до стоянки? – спросил капитан.
   – Двадцать семь минут, сэр, – ответил тот, не выбираясь из своей штурманской ниши.
   – Примем меры, когда эти ваши характеристики усилятся, – сказал капитан.
   – Они уже не усилятся, сэр, следы возмущений в случае возможного «троса» всегда статичны.
   – Какова вероятность возникновения аномалии?
   – Семьдесят процентов, сэр.
   – А время?
   – Ближайшие полчаса.
   Капитан хлопнул себя по коленям.
   – Прямо заговор какой-то, честное слово…
   Первый помощник и штурман выглядели напряженными, капитан знал, о чем они сейчас думают, – о своих семьях, а еще прокручивают в головах образы раздавленных кораблей.
   – Мы идем прежним курсом еще двадцать минут! – резко произнес капитан и поднялся. – У нас приказ, и я не могу его отменить.
   Лейтенант держал себя в руках, но по его лицу разлилась бледность. Первый помощник никак не выказывал беспокойства, штурман шумно перелистывал карты.
   Навигатор вернулся к себе, а капитан подошел к панорамному окну, чтобы лучше видеть, что происходит на ярусе служб управления кораблем. Боевые части, ближняя и дальняя разведка, радиоперехват, «модельный» отдел, ведавший постановкой помех, – все оставались на местах, готовые ко всяким неожиданностям. И, возможно, всем этим людям капитан своим решением подписал смертный приговор: «трос».
   Еще десять минут эсминец двигался прежним курсом, постепенно сбрасывая скорость. Внезапно включился сигнал тревоги – на аварийном табло загорелась надпись «Радиоактивная опасность».
   Как и положено по штатному расписанию, к силовым установкам помчались аварийные команды, однако с ними, скорее всего, все было в порядке, а то, что датчики принимали за радиоактивность, являлось сопутствующим «тросу» явлением, называемым «снег». Он представлял собой явление той же природы, что происходили внутри «троса», однако уменьшенное во много раз. То тут, то там стали раздаваться негромкие щелчки, как будто кто-то бросал в перегородки мелкие камешки.
   В службе радиоперехвата погас экран, все напряженно ждали дальнейшего ухудшения ситуации. Самым страшным последствием «снега» могло стать повреждение центральных процессоров и их дублеров в главном компьютере корабля.
   Прошла минута, щелчки стали реже.
   Помощник посмотрел диаграмму производительности главного компьютера – она поднялась почти до расчетной, значит, повреждения были незначительными.
   На ярусе появились медики – у кого-то носом пошла кровь. Такое тоже случалось, на живых людей «снег» действовал разрушительно, вызывая внутренние кровоизлияния. Иногда люди теряли зрение, слух, память, однако чаще всего последствия «снега» удавалось излечить.


   Угроза миновала, и лейтенант-навигатор с явным облегчением доложил об этом капитану по селектору, однако эстафету напряженности внезапно подхватили разведчики.
   – Самоходный фугас, пеленг 23-234-48!
   – Боевая часть «СКАРТ-два» и «СКАРТ-три» готовы к залпу!
   На большом экране панели управления появилась оцифрованная форма внезапно появившейся цели.
   Первый помощник коротко глянул на капитана, тот кивнул.
   – Боевая часть, отставить готовность, швартовой команде – на выход! Принять пассажирский челнок в швартовый бокс по левому борту!
   – Принять челнок по левому борту… – отозвался командир швартовой команды.
   Офицеры разведки и боевых частей удивленно оглядывались на ярко освещенный мостик. Должно быть, начальство знало больше них, ведь цель выскочила из ниоткуда, так обычно маскировались фугасы, реагировавшие на приближение большой массы корабля. Но если мостик говорит: это челнок, значит – челнок.
   – Оставайся здесь, Фрэнсис, я сам спущусь в бокс… – негромко сказал капитан первому помощнику. Тот кивнул.
   Согласно секретному приказу, первому лицу на корабле следовало лично принять прибывших в челноке и получить от них дальнейшие инструкции. Капитана мучили тревожные предчувствия, однако он списывал это на усталость. Один, без сопровождения, он спустился на четыре яруса и, пройдя по техническому этажу, оказался у входа в бокс.
   Дверь была заблокирована изнутри, сигнальный фонарь над ней светился красным, значит, входить без скафандра нельзя. Капитан стал ждать, прислушиваясь к доносившемуся из-за перегородки лязгу створок.
   – Сэр, вы меня слышите? – раздался из спикера, прикрепленного к карману кителя, голос первого помощника.
   – Я слушаю.
   – Сэр, челнок движется встречным курсом и замедляется, однако он буквально раскален! Датчики фиксируют десятки тысяч градусов. Этого просто не может быть!
   – Так он может и борт нам прожечь! – заволновался капитан.
   – Мы не станем брать его, только и всего, в этом я проблемы не вижу, но те, кто внутри… Их давно нет в живых.
   – М-да… – Капитан вздохнул. Ситуация складывалась сложная, впрочем… – Фрэнсис, понаблюдайте за ним, если ничего не изменится, мы просто уйдем. Главное – побеспокойтесь о том, чтоб была сделана съемка со всех позиций – нам пригодятся оправдательные документы.
   – Да, сэр, конечно. Вы сейчас где?
   – Караулю возле бокса. Держите меня в курсе.
   – Да, сэр.
   Капитан вздохнул и принялся мерить шагами галерею.
   Из трансформаторной вышел матрос, он прошел мимо, козырнул капитану, затем остановился и осторожно спросил:
   – Я могу чем-нибудь помочь, сэр?
   – Нет-нет, все в порядке, – отмахнулся тот, досадуя, что по внешнему виду другие догадываются о его состоянии.
   «Все будет хорошо, просто досадные недоразумения… Одно за другим…» – уговаривал себя капитан.
   – Сэр, вы еще там?
   Это снова был Фрэнсис, его голос звучал взволнованно.
   – Конечно, здесь, что там случилось?
   – Этот раскаленный челнок внезапно остыл…
   – Что значит «внезапно»? – раздраженно спросил капитан.
   – Сейчас температура уже восемьсот градусов и продолжает быстро падать. Свечения корпуса челнока больше нет, а сам он начинает маневрировать – идет точно к левому борту.
   «Но как он узнал?» – чуть было не спросил капитан и тотчас посмеялся над своей глупостью – снаружи над створками бокса горят сигнальные огни, на которые обычно ориентируются суда-погрузчики и операторы ремонтных роботов. Их иногда тоже приходилось снимать с постов, проводя спасательные операции, при отсутствии у флота реальных противников они выполняли разные непрофильные задания.
   – Температура челнока в норме, началась стыковка… – дублировал сообщения Фрэнсис.
   – Да, я слышу, – ответил капитан, имея в виду гулкие удары и металлический скрежет манипуляторов. Теперь он весь обратился в слух, напрочь забыв о том, как неуместно выглядит на полутемном техническом этаже.
   Наконец красный цвет плафона над дверью сменился желтым – грузовой трюм принял челнок, и теперь внутри его снова поднималось давление.
   Вскоре заработали механизмы разблокировки двери, зашипел вырвавшийся в коридор сжатый воздух – давление в боксе всегда доводили до избыточного. Дверь убралась в перегородку, и на капитана взглянул незнакомый человек. Он был на голову выше, широк в плечах, его светло-карие глаза смотрели на капитана с некоторым удивлением.
   – Кто вы? – спросил он после затянувшейся паузы.
   – Полковник Бинош, капитан эсминца «Рокот», на котором вы сейчас находитесь.
   Незнакомец выглянул в коридор, проверяя, нет ли посторонних, затем посторонился и сказал:
   – Зайдите, полковник, нам нужно поговорить без свидетелей.
   Бинош усмехнулся: как можно говорить без свидетелей в присутствии восьми человек швартовой команды? Впрочем, эти гости, похоже, свихнулись на секретности. С такими полковнику уже приходилось сталкиваться – штабные любили почудить.
   Он шагнул через порог, и дверь встала на место, перекрыв выход в коридор. В свете дежурного освещения челнок выглядел как укрывшееся в пещере ископаемое животное.
   – Почему здесь так темно? – спросил капитан, и его голос дрогнул. – Включите освещение…
   Незнакомец посмотрел на него долгим взглядом, затем шагнул к стене и ударил ладонью по панели. Вспыхнули ярким бело-голубым светом газовые транспортиры, заставив капитана сощуриться. Прикрываясь ладонью, он прошел мимо незнакомца и двинулся к челноку, надеясь обнаружить на его обшивке отслоившуюся теплозащиту, а то и потеки защитной пены из прогоревших дыр, однако увиденное поразило его – бот выглядел так, будто только что сошел со стапелей сборочного завода, неповрежденными на нем остались не только тепловая защита, но и слой аэродинамической краски.
   – Э-э… А где же швартовая команда? – спросил капитан, повернувшись, и крикнул: – Эй, «грачи», покажитесь!
   Ответом ему была тишина. Капитан взглянул на незнакомца, тот, стоя возле двери, молча за ним наблюдал.
   – Что здесь происходит?.. – спросил Бинош, обращая вопрос прежде всего к себе, и, сделав шаг, чтобы обойти челнок кругом, наступил на фрагмент скафандра. Нагнувшись, он подобрал его. Это была часть плечевой накладки с обрывками трубок терморегулирующей системы, в них осталось немного теплоагента, и полковник испачкал руки. Достав платок, он начал вытирать пальцы и только теперь заставил себя очнуться и поверить в случившееся – швартовой команды больше не было, а то, что он принял за теплоагент, оказалось кровью.
   – Что?.. Что вы с ними сделали? – хрипло спросил он, двинувшись на незнакомца.
   Позади раздался шорох, капитан резко обернулся, из-за челнока показались еще двое чужаков, они держали в руках большие кофры с каким-то оборудованием.
   – Капитан Бинош, я бы не хотел, чтобы вы впадали в истерику, – сказал тот, что стоял возле двери. – Нам отрекомендовали вас как ответственного и надежного человека. Мне жаль, что обстоятельства вынудили меня принять меры для соблюдения режима секретности…
   – Они… в челноке? – спросил капитан.
   – Нет, они за бортом.
   – Но чем они вам помешали?
   – Я бы не хотел сейчас вдаваться в подробности, поверьте, мне и самому жаль ваших людей, но теперь уже ничего не поделаешь. Подумайте, как вы объясните их исчезновение экипажу, полагаю, подойдет вариант с внезапным раскрытием погрузочных створок, а дальше разгерметизация и выброс несчастных в космос.
   Капитан вздохнул. Его мнение уже ничего не значило – следовало выполнять приказ.
   «Я все отражу в рапорте. Я все отражу в рапорте!» – с некоторой мстительностью подумал он, решив ничего не скрывать и все называть своими именами. Пусть начальство почувствует хотя бы укол совести, подсунув ему такую свинью.
   – Хорошо, я найду как объяснить гибель «грачей», – сказал полковник.
   – Вот и отлично, а теперь отведите нас в каюту, и лучше, чтобы нас видело как можно меньше посторонних глаз.
   – Да уж понятно.
   – Я сообщу вам координаты района, где мы с вами расстанемся.
   – Жду не дождусь.


   К тому моменту, когда капитан вернулся на мостик, он уже почти сумел справиться с собой, чего, однако, нельзя было сказать о первом помощнике и штурмане.
   – Передатчик был включен – мы все слышали… – негромко сказал первый помощник. На него страшно было смотреть: лицо побелело, а губы сделались синими.
   – Мы уже собирались объявлять «захват корабля»! – не удержался штурман.
   – Я намеренно не стал отключать спикер, чтобы вы потом подтвердили, что я не сошел с ума.
   – Что же такого могли увидеть «грачи»? – спросил первый помощник.
   – Я и сам видел достаточно! – Капитан покачал головой. – На полу в боксе валяются несколько фрагментов от рабочих скафандров «грачей», вырванных вместе с кусками циркуляционных трубок… Сколько силы нужно приложить, чтобы порвать скафандр?
   – Где сейчас… эти?
   – В моей каюте.
   – Но мы же приготовили им другую…
   – О чем ты, Фрэнсис? Мы даже не знаем… люди ли это?
   Первый помощник и штурман испуганно переглянулись.
   – Что вы хотите сказать, сэр?
   Полковник отмахнулся.
   – Не обращайте на меня внимания, полагаю, это сказывается перенапряжение, такое у нас случается нечасто. Кстати, лейтенант Браун, вот новый пункт назначения – рассчитайте курс, мы немедленно выступаем.
   С этими словами капитан положил перед штурманом листок бумаги с длинной дорожкой цифр. Затем повернулся к первому помощнику:
   – Их челнок не подвергался никакому перегреву, я подошел к нему вплотную, никаких признаков расслоения теплоизоляции, даже краска сохранилась…
   – Мы могли бы позже осмотреть судно, – понизив голос, предложил первый помощник. – Может, это что-то прояснило бы?
   – Они сорвали код в швартовой, теперь вскрыть дверь можно только резаком.
   – Но мы должны что-то предпринять, Джек, нельзя спускать этим мерзавцам гибель восьми человек.
   – Нет, Фрэнсис, сейчас ты забудешь о происшествии или сделаешь вид, что забыл. Поднимем тему, когда этих ублюдков не будет на эсминце… Я подам рапорт адмиралу Гейнцу, интересно послушать, что он на это скажет.

   Пока на мостике обсуждали происшествие, трое «гостей» обживались в капитанской каюте. Зная, что для них приготовят другое помещение, они намеренно выбрали капитанскую каюту, чтобы не заниматься мучительными поисками «жучков» и телесканеров.
   Старший группы отзывался на имя Симон и был чуть выше двух остальных. Цвет его глаз и волос был светлее, скулы чуть шире. Однако, несмотря на то что создатели внешности этих троих субъектов старались сделать их разными, они вышли похожими, поскольку «собирались из одних деталей».
   – Поставь фугас сейчас, Курц, чтобы потом не заниматься этой работой, – приказал Симон.
   – Да, командир, – несколько напряженно произнес Курц. Он открыл один из кофров и принялся выкладывать на пол его содержимое. В основном это были спецсредства, предназначенные для тайной радио– и лазерной связи, быстрого и незаметного отравления людей, а также закамуфлированные под карандаши парализаторы и составные компоненты мощных взрывных устройств.
   – Ленц, сходи в туалет.
   – Я… троу-тр-д-д… энс-тоу-ти-ти…
   – Прекрати это! Больше никаких кодограмм – говори че-ло-ве-чес-ким языком! – потребовал Симон.
   – Прошу прощения, командир.
   – И дыши, я вижу, ты совсем не дышишь, с такими манерами ты нас всех подставишь, спалишь и…
   – Подведешь, – подсказал Курц, собирая взрывное устройство.
   – Правильно, – кивнул Симон. – Но ты тоже не всегда дышишь.
   – Это было раньше, командир, – возразил увлеченный работой Курц. – Теперь я умею даже кашлять.
   – Ну-ка, покашляй.
   Курц покашлял. Получалось довольно по-человечески, но Симон не спешил хвалить подчиненного. Старательно выпятив нижнюю губу, он осуждающе покачал головой. По части исполнения человеческих жестов Симон был явным лидером.
   – Я тоже умею кашлять, – напомнил о себе Ленц.
   – А ты иди в туалет, – сказал командир.
   – Я был там час назад.
   – Сходи еще раз. Люди абсолютно бессистемные существа, поэтому принимать материалы внутреннего расщепления и сбрасывать продукты этого расщепления они могут сколько угодно раз в сутки. Именно поэтому поведение этих… тварей так трудно имитировать.
   – Готово, командир, – доложил Курц и продемонстрировал собранный фугас.
   – Отлично, положи его под диван.
   – Вы имеете в виду эту… платформу? – неуверенно уточнил Курц.
   – Я сказал – диван!
   – Извините, командир, я еще не все усвоил.
   – А когда ты собираешься усваивать? Ты думаешь, люди-убийцы дадут нам несколько возможностей отомстить им?
   – Нет, командир, я так не думаю, – пролепетал Курц.
   – Ты разве не видел запись убийства императорского представителя?
   – Извините, командир. Я сейчас же повторю всю базу данных.
   – Повтори ее трижды и перестань называть меня командиром, я для вас – Симон.
   – Да, Симон, – виновато кивнул Курц.
   Из туалета вышел Ленц и, сунув руки в карманы, прошелся вдоль стен, рассматривая висевшие на них фотографии.
   – Странно, – произнес он. – Это ведь даже не голограммы, зачем хранить двумерные изображения, ведь это самый малоемкий формат?
   Симон подошел и встал рядом, пытаясь посмотреть на эти изображения по-человечески.
   – Полагаю, это объекты так называемого эмоционального настроя.
   Ленц кивнул.
   – Эмоциональный настрой – это я помню. Фиксированный спектр статичных полей. Это значит, что люди, когда смотрят на эти изображения, меняют параметры тонкого поля.
   – А разве в их программном обеспечении отсутствует пакет тарировочных таблиц? – удивился Курц, выбираясь из-под дивана.
   – О чем ты говоришь? У них нет даже главного процессора.
   – Как же они существуют?
   – Они целиком полагаются на свою органику.
   – Примитивная раса.
   – Это так, – согласился Симон, – однако нам до сих пор не удается подчинить их именно потому, что мы не можем полностью предсказывать их действия. У них совершенно отсутствует логика.
   – Дикари.
   – Вместе с тем не следует забывать, что мы посланы совершить возмездие и покарать не простых варваров, а одних из сильнейших. – Симон помолчал и добавил: – А возможно, и самых сильных. Да, у нас было мало времени на подготовку, да, мы выступаем в неудобном для нас формате, но мы обладаем огромной силой. То, как мы расправились с этими людьми на швартовке, подтвердило это.
   – Мне они показались невесомыми, – усмехнулся Курц. – Кстати, Симон, почему форматная прошивка судна стала барахлить? Забавно было видеть, как они замерли, пораженные увиденным.
   – О форматной прошивке судна можно не беспокоиться, мы им больше не воспользуемся, и эта тайна уйдет в небытие вместе с кораблем…
   Симон посмотрел на наручные часы:
   – О, уже двенадцать десять, время обеда! Я разыщу стюарда, а вы уберите подальше кофры, нельзя, чтобы какая-то незнакомая деталь заставила человеков насторожиться.
   – Да, конечно, Симон, – кивнул Курц и стал прятать спецсредства обратно в кофр.


скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29

Поделиться ссылкой на выделенное