Олег Никитин.

Падение сквозь ветер

(страница 5 из 38)

скачать книгу бесплатно

   – Давайте присядем, и я расскажу вам о цели своего визита.
   Старик смахнул с дивана какие-то мелкие коричнево-серые кусочки, разительно напоминавшие птичий помет, и уселся в напряженной позе. Некоторые из тварей стали метаться по своим клеткам, иногда вскрикивая, но люди не обратили на них внимания.
   – Я совсем ненадолго отвлеку вас, – стараясь придать голосу успокаивающие интонации, сказал Валлент и с опаской устроился рядом с Блоттером. Предположение старика, что магистр вернулся в Отдел частных расследований, не устраивало его, и он решил выложить заранее приготовленную легенду. – Как бывший сотрудник Отдела я выполняю личное поручение Мастера и изучаю надежность системы безопасности Ордена. Расскажите мне, пожалуйста, что случится, если сюда войдет кто-нибудь посторонний, чей отпечаток не содержится в памяти системы?
   – Да может, вам лучше у самого Мастера об этом спросить?
   – Но ведь вы работаете здесь дольше него и должны знать о таких вещах не в теории, как он, а на практике. Все дело в том, что он не помнит, когда в последний раз в Орден проникали посторонние люди. И сама система такая древняя, что никто толком и не знает, как она функционирует. – Тут Валлент слукавил, ведь документы, где защита здания подробно описана, наверняка мирно пылились в архиве.
   Старик погрузился в задумчивость и молчал очень долго. Зверье тем временем привыкло к незнакомцу и шипело уже не так громко. Магистр, рассматривая тварей, обратил внимание на неподвижного ежа, разместившегося на полке почти под самым потолком в высокой части комнаты, над окном, и молча сверлившего посетителя блестящими глазенками. Чучело какой-нибудь несчастной жертвы магических опытов, кажется, стало в Ордене обязательным элементом обстановки. Семь лет назад таксидермией тут не увлекались.
   – Да, на моей памяти был один случай, лет тридцать назад, – очнулся привратник. – Тогда какой-то маг-недоучка проник в кабинет на первом этаже, через окно. Месяца за два до этого его прогнали из Ордена.
   – И что случилось?
   – Я уже спал, но сквозь сон услышал его крики и поспешил на них. Второпях я забыл запасные ключи, так что мне пришлось за ними вернуться. Прошло минут десять, прежде чем я нашел дверь, за которой раздавался шум. А когда я вошел туда, грабитель лежал на полу и не двигался. Он был весь мокрый с головы до ног, и у него обгорели все волосы на голове.
   – Он был мертв?
   – А то как же!
   Он вновь надолго замолк, и Валленту пришлось сказать:
   – Как он мог обгореть, если был мокрым?
   – А это уж я не знаю, господин, спросите у Мастера. Не иначе огонь и вода были магическими, как по-другому?
   Валлент знал, что вице-консул Даяндан хорошо разбирался в магии. Может быть, не хуже покойного Мегаллина, если у него хватило сил справиться с ним на расстоянии.
Оставалось неизвестным, сможет ли квалифицированный маг противостоять охранной системе Ордена. И вопрос этот грозил так и остаться невыясненным, поскольку все настоящие маги столицы, кроме Даяндана, работали в Ордене и были здесь своими.
   – Хорошо, проникновение через окно карается смертью. А что произойдет, если чужак войдет через дверь?
   – А вы-то сами как в первый раз вошли? – скептически поинтересовался старик.
   – Со мной был господин Бекк, он держал меня за руку.
   – Ну да, ну да, – закивал привратник и вновь задумался, но на этот раз ненадолго. – Так вроде ничего особенного и не случится. Пару раз такое бывало, я сам видел, как человек замирает и не может сдвинуться. И подойти к нему нельзя, как будто на воздушную стену натыкаешься. Один так полночи простоял, кричал там, надрывался, да только не слышно его было. Мастер пришел утром, на него посмотрел, поговорил, узнал, что ему надо, и после этого за дверь-то и выгнал.
   – Что, своими руками?
   – Зачем своими? Дунул на него, он и слетел со ступенек.
   Как ни крути, утверждать однозначно, что вице-консул не сможет проникнуть в здание, Валлент бы не стал. Все-таки азианец, вероятно, владел магией воздуха, с помощью которой создавался невидимый кокон вокруг нарушителя.
   – А каким образом система защиты видит, что в Ордене посторонний? – спросил магистр.
   Блоттер недоуменно покосился на него и пожал плечами:
   – Господин Валлент, вы уж про магию меня не спрашивайте, я в ней не понимаю. Что другое – пожалуйста, а уж в эти дела я не вмешиваюсь.
   – А не бывало ли случая, когда кто-нибудь пытался вынести из Ордена что-нибудь ценное – например, старую книгу или магический предмет?
   – Не припомню такого. Я даже не знаю, можно это сделать или нет. При выходе отсюда магия ни разу не срабатывала. Может, кто и выносил что-нибудь, я ведь не могу стоять у двери и магов обыскивать.
   – Они к вам хорошо относятся? – неожиданно поинтересовался Валлент.
   – Как обычно, – замялся Блоттер. – Вы же сами знаете, что они малость не в себе, все время такими странными вещами занимаются. Вот магистр Шуггер любит разных животных разрезать, достает из них внутренности и развешивает на веревках. За одной крысой, помню, с сачком гонялся, а она между стен летала, будто каучуковый шарик – и смех и грех! Зато все разбежались, а то по ночам в открытую шуровали. Так он потом на летучих мышей перекинулся – всех на чердаке переловил.
   Видно было, что привратник не слишком одобряет деятельность кровожадного мага, но осуждать открыто его пристрастия не считает возможным.
   – Значит, говорите, здесь жили летающие крысы? – недоверчиво поинтересовался Валлент, подозревая Блоттера в старческом слабоумии.
   – Только одна, да и ту просто зачаровали, вот она и полетела, – с оттенком печали улыбнулся старик, припоминая былой казус. Вдруг он нахмурился и строго взглянул на магистра. – Да вы, может быть, думаете, что кто-то из господ магов может охрану сломать? – вдруг воззрился он на гостя.
   – Я не исключаю такой возможности, – согласился Валлент, довольный тем, что ему не придется изобретать причину своего интереса к характерам членов Ордена. – Работа у них, сами знаете, нервная, все возможно. Может быть, вы припомните какие-нибудь странности в поведении кого-нибудь из магов?
   Блоттер явно напрягся и отвел взгляд, видимо, пребывая в сильном смущении. Конечно, это не его дело – рассуждать о привычках хозяев, но Валлент был все-таки представителем Мастера, и привратник, видимо, решился поделиться с ним своими наблюдениями.
   – Не знаю, поможет ли вам то, что я заметил, – нерешительно начал он, – ведь господин Мегаллин, мир его праху, уже покоится в могиле…
   – Расскажите мне, что вы видели?
   – Ну ладно, слушайте. Я всегда его уважал, да и маги, по-моему, тоже. Деньгами мне иногда помогал. Знаете, ему ведь несладко пришлось, когда Мастер Эннеллий… да это дело прошлое.
   – Ну почему же, все может быть важным.
   – Я ничего не помню, давно это было, – отрезал Блоттер и поспешил продолжить: – Вот и с семьей у него не заладилось. Говорил мне, что жениться нет никакого смысла, все равно детей не будет. Как-то весной он пошутил, что подбросит мне ядовитую змею, я еще посмеялся вместе с ним… Потом мне деньги нужны были… я на скачках проиграл. Так вот, это уже в мае было, я попросил у господина Мегаллина немного, чтобы долг отдать. Он всегда мне давал, пусть не в тот же день, на другой, но ни разу мне не отказал. А тут как-то усмехнулся недобро и спрашивает: «Что, опять не на ту лошадь поставил, старый шалунишка?» Мне обидно стало, что он так говорит, но я виду не подал, конечно, признался. «У Халлики своей займи, она даст», – сказал он и ушел. Даже не знаю, почему он стал таким злым, раньше бы он так меня не обидел. Пусть я всего лишь слуга…
   – И что было дальше?
   – Дальше-то? Да ничего, больше он со мной не разговаривал, не замечал как будто. А потом, в июне уже, я кормил змей, и одна из них меня укусила. Я посмотрел, а это маленькая гадюка была, и у нее был зуб целый, она вместе со всеми в моем ящике ползала. Я сразу про этот разговор вспомнил, как он мне про змею сказал. Я уже подумал, что смерть моя пришла, побежал к нему, а сам уже чуть не падаю. Хорошо, что гадюка совсем молодая была, а то бы не добежал. А он как будто ждал меня, и говорит, ложись, мол, на стол, и какой-то горшок с цветами мне на грудь поставил. А больше я не помню ничего, сознание потерял. А очнулся когда, то мне получше стало. Я сам встал со стола, а он сказал, что я могу идти к себе, спасибо, мол, старик, за вклад в познание истины. Так и сказал, и до того мне за него неловко сделалось! Такой был человек хороший, а дошел до того, что уже на людях стал опыты свои ставить.
   – А что цветок, завял?
   – Откуда вы знаете? – поразился Блоттер.
   – Я только предполагаю.
   – Точно, я еще удивился, что был совсем еще крепкий куст, а стал весь черный, словно неживой. Я даже подумал, что он его подменил, когда я без памяти лежал.
   – И когда это случилось, не помните?
   – В июне, в самую первую неделю, точно помню.
   – Может быть, вы заметили еще какие-нибудь странности в его поведении?
   Старик задумался, но затем отрицательно помотал головой.
   – Я так думаю, что здоровье у него стало портиться, – сказал он. – Оттого и характер тоже стал плохой… Знаете, он вообще-то симпатичный был человек, он мне всегда нравился, еще с того самого дня, как стажером стал. А уж за крысу свою как переживал, до слез дошло… А в конце он как-то пожелтел весь и струпья у него на шее появились. А он как будто и не замечал. Я так думаю, во всем его болезнь виновата. Все магия проклятая, все беды от нее случаются, вот и война тоже…
   – Хорошо, меня остался только один вопрос, – сказал Валлент. – Кто из женщин посещает Орден и как часто?
   Старик улыбнулся в первый раз за все время разговора, его лицо почему-то приобрело хитроватое выражение, а глаза прищурились.
   – Да вот хотя бы Халлика, она тут каждый день наведывается, с десяти до двенадцати полы моет, пыль вытирает. Пока весь Орден-то с тряпкой обойдешь, и неделя минует! Еще иногда жены господ магов приходят, нечасто, правда. Да, и Мунна, официантка из того же ресторана, что и Халлика, тоже бывает, когда у них клиентов мало, или когда хозяина заранее попросят ее прислать. Я с ней по комнатам хожу.
   – Зачем?
   – Как же, а что, по-вашему, я тут делаю? Присмотреть за ней, да мало ли что!
   – Я имею в виду, с какой целью она посещает магов?
   – Горячий обед носит, конечно, зачем же еще? Я у нее тоже иногда покупаю, когда деньги есть и самому готовить невмочь.
   – Все понятно. Скажите, пожалуйста, вы знаете всех этих женщин поименно? Вы всегда видите их, когда они проходят в здание?
   – Это я не обязан делать, уж извините! Что мне, день напролет у дверей стоять? Да разве они со мной разговаривают? Нет, не знаю я, как их имена, и совсем редко они тут появляются, всего раза два и видел. Не мое это дело, за чужими женами подсматривать!
   Блоттер почему-то рассердился и нервно заерзал на диване, и Валлент решил, что пора заканчивать беседу: в его планы не входило успокаивать возбужденных старцев. Он поблагодарил привратника за разговор и вышел из каморки. Магистр остался доволен, однако количество вопросов, требующих ответа, отнюдь не уменьшилось. Остановившись рядом с перилами, он услышал негромкое звяканье ведер в подсобке. Судя по всему, служанка уже успела израсходовать всю воду, добытую ей любезным стариком, и вернулась за добавкой. Он вновь потревожил работницу, войдя в ее владения, но на этот раз она вела себя более приветливо.
   – Халлика, я хотел бы поговорить с вами, – таинственным голосом сказал Валлент, цепко осматривая обстановку. Как он и ожидал, в углу широкого облупившегося подоконника притулилась набитая крыса, почти неотличимая от настоящей. Она мирно стояла на простой деревянной подставке, сверкая красноватыми бусинками стеклянных глаз.
   – Конечно, господин магистр.
   – Почему бы вам не выбросить эту гадость? – спросил он, кивая на чучело грызуна.
   – Что? Ах, вы про крысу! Симпатичная, правда?
   – Неужели? Вы набиваете чучела?
   – Конечно, нет! Я как-то мыла у Мастера Деррека, а он попросил меня принести ему из «Эвраны» самую толстую крысу, какую мы только сможем там поймать. Не знаю, зачем, и не спрашивайте. Он сказал, что в ресторанах они всегда отъедаются, а у Блоттера все какие-то худые да заморенные. А я все забывала и забывала. А потом полезла на верхнюю полку, чтобы пыль протереть, и нашла там это чучело. Кто уж ее набивал, я не знаю, кто-нибудь из господ магов, наверное. Посмотрел Мастер Деррек на нее и говорит: «Оставьте у меня», а через неделю я у него мыла, он мне и сказал: унесите, мол, к себя в подсобку, поставьте на подоконник. Так и стоит.
   – И давно?
   – Да уж года два с лишком, точно не помню. Как живая!
   – А это самец или самка? – зачем-то полюбопытствовал Валлент.
   – Да разве ж теперь узнаешь? Это ведь чучело, а не труп!
   Валлент решил оставить тему вездесущих чучел и сказал:
   – Похоже, ваш ресторан имеет тесные связи с Орденом и у вас отлично кормят. Он называется «Эврана»?
   – Конечно, господин Валлент, как же еще он может называться.
   – Если не ошибаюсь, он расположен как раз напротив бывшего торгового представительства Азианы?
   – Верно. У нас, кстати, не только ресторан, но и казино на втором этаже. Но открыто только по ночам.
   – А что, много бывает народа?
   – И не говорите, столько мусора по утрам выгребаю, ужас! И стекло битое, и объедки прямо по углам раскиданы. На столах лужи, а в них что только не плавает!
   Валлент подошел к окну и сел на подоконник.
   – Скажите, Халлика, часто вам здесь женщины встречаются?
   – Это где, в Ордене, что ли? – неожиданно рассмеялась она и стала поправлять растрепавшуюся прическу. – Да вы смеетесь, господин Валлент!
   – Ничуть. Неужели за все время, что вы здесь работаете… кстати, когда вы пришли сюда в первый раз?
   – Года четыре назад, не меньше.
   – Так вот, за все эти годы вам ни разу не встретилась здесь хотя бы одна женщина?
   Впервые за всю беседу служанка взяла паузу, чтобы покопаться в собственной памяти, и магистр не был разочарован результатами ее поисков.
   – В прошлом году, осенью, я как-то мыла пол у Мастера, и к нему зашла дама весьма приятной наружности, лет тридцати от роду. Я не успела ее как следует рассмотреть, помню только, что у нее были очень светлые и длинные волосы и короткое синее платье с кружевами по низу. Она хотела что-то ему сказать, но Мастер сделал ей знак, чтобы молчала. Он сразу помрачнел и приказал мне прийти попозже, через полчаса, и я ушла к магистру Мегаллину. Но как одевается теперешняя молодежь! Мне было просто неловко смотреть на ее голые ноги.
   – И больше вы ее ни разу не встречали?
   – Нет, больше ни разу. Так ведь я только до двенадцати здесь убираю, потом мне в ресторан надо, вечером клиенты приходят. И вы приходите, не пожалеете! Дороговато у нас, правда, так ведь вы на службе у самого Императора… Музыканты у нас в ресторане самые лучшие в Ханнтендилле. – Она спохватилась и собралась уходить. – Вы извините, господин Валлент, мне еще работу свою делать, а я тут с вами заболталась.
   – Давайте, я помогу вам ведро донести. – Магистр подхватил емкость с чистой водой, служанка было запротестовала, но Валлент молча кивнул на дверь. Они вышли в коридор и направились по главной лестнице на второй этаж. – Скажите мне, как к вам маги относятся?
   – Да разве они со мной разговаривают? Обыкновенно относятся, некоторые разрешают мне не мыть у них, если от работы не хотят отвлекаться.
   – А у кого вам не нравилось убирать?
   – Это же моя работа, мне ведь платят за чистую уборку. Ну, раз уж вам так интересно, у магистра Шуггера всегда очень грязно, часто засохшую кровь оттирать приходится. Хорошо еще, он не очень-то следит, как я ее отмыла. Это мне Блоттер сказал, что его Шуггером зовут, со мной он ни разу не заговаривал.
   – А у господина Мегаллина? – поинтересовался Валлент. Она так резко остановилась, что от неожиданности он едва не выронил ведро, и всем телом повернулась к нему. Всякое выражение исчезло с ее лица. Она выхватила у Валлента ведро, чуть не пролив ему на сапоги часть воды. Однако спустя несколько мгновений Халлика все-таки овладела собой и через силу улыбнулась:
   – Спасибо за помощь, господин Валлент, но мне пора работать. Так вы заглядывайте к нам в «Эврану».
   По ее какому-то затравленному и в то же время решительному виду магистр понял, что больше ему от служанки ничего не добиться.


   Он огляделся и понял, что находится на втором этаже здания, в самом начале правого коридора. Халлика скрылась за одной из дверей, где в настоящее время, судя по всему, работал кто-то из членов Ордена. Можно было бы пройтись по кабинетам, стучась в каждую дверь и пытаясь расспрашивать их обитателей – если, конечно, кто-нибудь сейчас был в лабораториях, – но у Валлента голова пухла от неожиданно обильного утреннего улова, переполнившего мозг новыми данными. А со времен работы в Отделе он взял за правило давать добытой информации «утрястись» в мозгу. Иными словами, стоило сделать небольшой перерыв.
   Проникнув в лабораторию Мегаллина тем же способом, что и накануне, магистр застал уже знакомый по вчерашнему визиту беспорядок. Сегодня его интересовала вполне конкретная вещь – лабораторный журнал Мегаллина. Усевшись за стол так, чтобы свет падал на страницы, он раскрыл его и попытался понять, что обозначают многочисленные аббревиатуры, из которых, собственно, и состоял практически весь текст. Чуть ли не единственное, что не подверглось зашифровке – даты перед каждой новой записью. Местами, ближе к началу, попадались уже встречавшиеся в дневнике Мегаллина имена Берттола и Лаггеуса, рядом с ними стояли двузначные или трехзначные числа, все в пределах трех сотен. Одна из записей, относящаяся к середине ноября 818 года, была обведена жирной чертой, и тут же, на полях, значилось слово: «аура». Рядом громоздилось несколько восклицательных знаков: Мегаллин не сдержал эмоции. Интересно, вел ли он в это время дневник? Начиная с двадцать второго февраля, страницы буквально пестрели упоминаниями труда Крисса Кармельского. Едва Валленту пришла в голову мысль о ссылках, как он тотчас заключил, что числа – всего лишь номера страниц этих трактатов, где, по всей видимости, описывается то или иное заклинание или состав. Интересно, что в мае имя Крисса встречалось в тексте всего пять или шесть раз, а в июне Мегаллин вообще ни разу не упомянул в журнале никого из древних магов. Похоже, он или наловчился обозначать применяемые им магические средства одной-двумя буквами, что сомнительно, или шел собственным путем исследователя.
   Так или иначе, у Валлента имелся дневник погибшего мага, и с его помощью он намеревался повторить достижения Мегаллина. Даже если продолжения записок не существует, уже ясно, с чего следует начать: с трудов Берттола и Лаггеуса, раз уж фолиант Крисса пока недоступен. Магистр закрыл журнал и откинулся на спинку кресла, глядя сквозь мутноватое стекло на башенки дворца с маленькими фигурками часовых. Глухо зазвонил колокол.
   В голове занозой сидела Халлика с ее реакцией на простой вопрос о Мегаллине. Из рассказа Блоттера можно было однозначно вывести, что мага поразила неизвестная болезнь, затронувшая не только его тело, но и психику. В частности, он потерял чувствительность к чужой боли. Странно, что Мастер не рассказал ему об изменениях, произошедших с Мегаллином. Хотя, возможно, они проявились не так ярко, как о том поведал Блоттер, все-таки его поведение не выбилось из общепринятого по отношению к слугам. Валлент подумал, что в свете новых данных ему стоило самостоятельно пообщаться с Наддиной, а не перекладывать это деликатное дело на плечи Бессета. Оставалось надеяться, что его юный помощник сумеет разговорить ее и вытянуть сведения о последних месяцах жизни погибшего мага.
   Для начала магистр решил основательно ознакомиться с арсеналом магических средств Мегаллина. Он тщательно рассмотрел все этикетки на склянках и колбах, некоторые жидкости понюхал, другие изучил на просвет. Коробки с порошками он вскрывал, чтобы убедиться в правильности надписей на их боках. Вещества, имевшиеся в лаборатории, почти целиком повторяли стандартный набор практикующего мага первой ступени. Здесь не было тех экзотических ингредиентов, о которых пишут авторы книг и мечтают обыкновенные торговцы дешевой магией.
   Ни одной книги, разумеется, на полках и в тумбочках Валлент не нашел: очевидно, они были уже возвращены в библиотеку.
   Услышав скрип двери, он выглянул из-за стеллажа и увидел Бессета, изо всех сил старавшегося выглядеть как обычно. Его прическа была несколько растрепана, а на лице застыла некоторая ошалелость. Руку помощника оттягивал заметно потяжелевший саквояж.
   – Добрый день, господин Валлент, – отдуваясь, проговорил Бессет и поставил свою ношу на свободный участок стола. – Позвольте мне присесть. – Он упал в кресло и закрыл глаза.
   – Рассказывай, – сказал магистр и устроился на подоконнике.
   – По-моему, я плохо справился с заданием, – начал юноша. – Я старался все сделать так, как вы мне говорили, но эта Наддина, кажется, не отнеслась ко мне всерьез.
   – Она не захотела с тобой разговаривать?
   – Ну… Да, поначалу… Ругалась, что Мегаллин не известил ее о своем отъезде и пропал так внезапно. – Бессет отвернулся, явно не зная, с какого бока подступиться к своему отчету.
   – Послушай, малыш, меня не касается, какими методами ты вел с ней беседу, – твердо произнес он. – Если ты добился результата, это не имеет значения. Другое дело, если Наддина сумела запутать тебя и отвлекла от выполнения задачи. Так что успокойся и расскажи мне о том, что тебе удалось узнать по существу. Мегаллин вел какие-нибудь записи, когда возвращался домой?
   Краткая речь магистра отлично подействовала на юношу.
   – Хорошо, господин Валлент. Не сразу, но мне удалось кое-что узнать. Так вот, Наддину нанял отец Мегаллина года три назад, и с самого начала между ними – я имею в виду ее и отца мага – установились близкие отношения, поскольку мать Мегаллина умерла за год до этого. Фактически Наддина стала его приемной матерью, хотя маг и был старше ее на десять лет. Но он был слишком далек от повседневной жизни и постоянно пропадал в Ордене, потому она вела себя по отношению к нему как старшая. Когда был жив его отец, Наддина не позволяла себе никаких сомнительных вещей, но прошлым летом он заболел холерой и умер, и после этого она… вышла за Мегаллина замуж. Она сказала, что была у него первой… Я просто передаю вам то, что от нее услышал…
   – Не отвлекайся.


скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38

Поделиться ссылкой на выделенное