Олег Никитин.

Одноклеточный

(страница 4 из 36)

скачать книгу бесплатно

   – У меня многососковость, видишь? – Я собрал глаза в фокус и увидел четыре бледных розовых кружка с маленькими сосками, они у неё квадратом располагались прямо под нормальной грудью. – Е-кадерин нарушен. Мне наш семейный врач предлагал ген-терапию, только я отказалась – круто же! Можно их увеличить, и тогда у меня будет не две, а целых шесть! Представляешь, сколько кайфа можно за раз поймать? – Она вдруг смутилась и опустила рубашку, разгладила её и заправила под ремешок. Наверное, уже пожалела, что показала мне свой «недостаток». – Но я пока не хочу, потому что оядзи выступать будет. Он и так меня ругает, что я полжизни в седле байка провожу, с парнями где попало гоняю. А это состояние души такое, как полёт, понимаешь? Я с парашютом когда с вышки в заливе прыгала, очень похоже было. И ребята-камайну у нас все классные, у них у каждого свой дом есть, работа почти у всех приличная, машины… Они на уровне! А байк – это хобби. Другие вон в казино ходят, по весёлым кварталам, а мы на крутых аппаратах носимся. По-моему, каждая женщина хоть раз должна почувствовать между ног этого пластикового зверя, как ты думаешь? Отоко уж точно. – Аоки покрутила ручку газа и погудела.
   – Наверное… У тебя отец строгий?
   – Как с окаасан развёлся, ещё ничего стал, а раньше вообще был зверь. А сейчас на татами живёт, только раз в неделю опытная гейша из сестриной школы к нему приходит. Он мне говорит: «Я до рождения голодал, вот у меня лептин и накопился! Оттого и аппетит повышенный. Оттого я и работал с самого детства, чтобы голод утолить, и достиг всего! Теперь могу и на татами полежать». – Аоки здорово передразнила голос возрастного мужчины. – А в туалет или ванную только на машине ездит.
   – Как это?
   – Скутер у него, с сиденьем и подставками для ног. Специально заказал такой комнатный автомобиль. В сложенном виде он как пояс, а развернёшь – и можно ехать. Над головой тент с солнечными панелями, вот он и стоит всегда под лампой. Захотелось оядзи куда сгонять – в сад или на кухню, допустим, он переваливается на скутер и вперёд! Он хацумей, ему не надо на работу в свою фирму ездить, дома всякие изобретения выдумывает… Видал по голику рекламу сердечного протеза? Это он сделал! То есть придумал, как питание к нему прямо от желудка провести, чтобы аккумуляторы не подзаряжать. Ты просто лопаешь, а он работает, как настоящее сердце! Теперь хочет себе поставить, со скидкой от фирмы… А второй этаж, значит, наш с Сатою. Это моя младшая сестра. Ох, что же мы болтаем?
   Она спрыгнула с байка и поманила меня за собой, в полутёмный угол гаража. Вообще, у них тут было гораздо чище, чем в нашем маншёне – нигде никаких стружек и масляных луж. Сразу видно, что роботы-уборщики не зря энергию из сети качают. У нас-то их давно разобрали на части. А на свободном участке пола, неподалёку от ворот валялась целая горка выцветших разноцветных фонариков из бамбука и какой-то ткани.
   – Я в носилках сидела! – кивнула на них Аоки. – Когда в августе Небутамацури отмечали, от отцовой компании пять девушек набрали, чтобы мы рекламки раскидывали.
Вот и решила фонарики прихватить, чтобы вспоминать о празднике и радоваться. Выкинуть уже надо, а то выцвели. А ты в параде участвовал?
   – Кажется, я у родителей в тот вечер был.
   – Ну и бака, – огорчилась она. – Меня бы увидал… А это моя машина! – Аоки похлопала по розовому боку симпатичной двухместной «эстимы» с откидным верхом. – Не самая новая, потому что движок у неё смешанный, бензин с электромотором на батареях. Но стильная, правда? Под капотом канистра с эфирными маслами, чтобы не волноваться на трассе.
   – Как это?
   – Они после двигателя тостами с корицей пахнут. Тут вообще оядзи автоматики натолкал по самую крышу. Я один раз хотела на каре в стойку моста впилиться, такая у меня дурь в башке возникла. С парнем одним поссорилась. А «эстима» не дала, управление перехватила. Я всю дорогу до дома ругалась и вообще руль не трогала.
   У них тут стояли ещё одна лёгкая «ямаха», почти как Аокина, и другая машина, огромная и неуклюжая как танк. Но я не стал про них спрашивать, Аоки уже привела меня к «моему» байку. Выглядел он необычно, потому что вместо бензобака у наго крепился баллон голубого цвета с вентилем на боку. А сам байк имел чёрный цвет.
   – Это старинный вобиль, я на нём ездить училась! – нежно сказала девушка и вскочила в седло, смахнув с него пыль. – Почти безопасный, потому что на сжатом воздухе работает. Мне его отец сам собирал, он тогда ещё ходячий был. Передняя вилка, тормоза и колёса от «явы», масляный насос от «судзуки», задние амортизаторы от военного «урала»… Знаешь, какой эксклюзив? Двести камэ спокойно выжимает! Шины почти новые, я на нём не отжигала. А сейчас у меня «ямаха» двухприводная, другую папаша отказался мне покупать – дескать, в самый ливень байк юзом не пойдёт… Тоже безопасно, короче. Двигатель Скалли! Модный тип, там внутри квантовая плазма шурует, поршень давит будь здоров. Как заслонку ни поставь, мощность элементарно регулируется, у шасси баланс идеальный… Но я всё равно иногда вожусь с подвеской, когда настроение не очень и мозги дурить неохота. А ревет на десяти тысячах знаешь как? Ух, до самой печенки пронимает! – Она распахнула глаза и покрутила ручку газа у вобиля. – Отметим-ка твой новый байк, Егор. Я тут химицу храню… – Аоки запустила руку с багажный отсек мотоцикла и достала маленькую тёмную бутылку, выдёрнула из неё пробку и принюхалась. – На, хлебни.
   – Это секретный напиток?
   – Сётю из мухоморов! – рассмеялась она. – На Полосе купила, контрабанда из России. Если раньше не пробовал, больше глотка не пей, а то ошизеешь. Гриб советует мухомор мочой запивать, чтобы соматическое действие притупить. Тогда, говорит, алкалоиды в полную силу бушуют. А я думаю, это уж слишком.
   Я отпил горького напитка, едва приправленного сахарином или чем-то ещё сладковатым. Как будто мухомор откусил, только прокисший. Прикрыл глаза, чтобы поскорее почувствовать, что же у меня внутри происходит. Но всё было тихо, только генератор на крыше как будто стал останавливаться. Я открыл глаза и не сразу понял, что находится вокруг меня – какие-то мелкие и чёрные квадратики и кружки мешали. Аоки показалась мне далекой и маленькой, будто я на неё с неправильного конца бинокля смотрел. Она вытянула ко мне очень длинную руку и сказала низким рокочущим голосом:
   – Ямэро!
   Все её четыре дополнительных груди внезапно бросились мне в глаза, хоть и прятались под рубашкой. Они вспучились, будто грибы под хвоей, политые дождём. Я закрыл ладонями глаза и потёр их, но ведь образы у меня в мозгах сидели, разве так их прогонишь? Ну и сильная штука! С первого же глотка пронимает, давно я таких крепких настоек не пробовал. Тут я почувствовал, как пальцы Аоки что-то проталкивают мне сквозь стиснутые зубы, и открыл рот. На язык упал кислый шарик, я раскусил его и проглотил капельку свежего ветра – наверное, ментоловый был препарат.
   – Ну гляди уже! – Аоки стала прежней, и чёрные фигурки из глаз пропали. Только краски вокруг меня были такими же яркими, и я видел каждую трещинку на стенах гаража. – Ну как, лучше? Надо было тебе только губы смочить. Ты совсем психоделики не принимаешь, что ли? Я читала в пособиях по их применению, что некоторые комбинации могут ускорять процесс мышления. А у тебя ведь оно замедленное, верно?
   Она спрятала свой химицу на полке, между бутылок с ацетоном, клеем и прочими штуками.
   – Лучше я сначала ген-терапией попытаюсь, вдруг получится. А вообще-то конечно, пробую иногда, если на работе угостят или у папаши займу. У меня на них денег нет… А из обычных экстази только, или сигарету с травой, но редко. А ты? На тебя мухомор не действует, или ты не пила? А что ты мне дала?
   – Успокойся, обычный эбселен с ментолом, чтобы у тебя мозги не закипели… Как не пила? Мне предок биодатчики вживил, когда я на байк села, очень полезные в теории штуки. Если мне на клетки какой-нибудь яд капает, они его анализируют и тревогу выдают, прямо на смарт. Но меня это быстро достало. Я чиппера Тадаси уговорила программу у смарта подправить, и теперь он не сразу реагирует.
   – А когда?
   – Нормы же есть на всякую химию в организме. Смертельные дозы и так далее. И байк не заведётся, если у тебя спирта, адренохрома или ещё какой дури в крови больше, чем законом дозволяется. Вот тогда он и пищит, противоядие рекомендует. А так – молчком терпит!
   Она соскочила с байка и не удержалась на ногах, споткнулась о шершавый бетонный пол. Я успел её подхватить за талию и поставил прямо. Какая она лёгкая, просто невесомая.
   – Доумо, – сказала Аоки, но сама отвернулась, будто её что-то заботило. – Как со скалы сиганула, крутое пойло! Ну, принимай свой новый байк. Вот, гляди. Спереди стоит малый цилиндр, в него засасывается встречный поток воздуха. Там он сжимается и заодно греется, очень сильно! Лучше этот цилиндр при езде не трогать, обожжёшься. Дальше идёт круглая камера, вот она. В неё же поступает и холодный воздух из этого синего баллона. Давление в круглой камере подскакивает, и воздух через поршень двигает коленчатый вал. Вот и весь принцип! А движок будешь растительным маслом поливать.
   Она выпрямилась и опять покачнулась, словно пол под ней двигался.
   – У! Ну ты зарос, Егор-кун! – Девушка помахала передо мной руками, будто нас окутал туман и она хотела его развеять поскорее. Глаза у неё стали такие широкие, словно она не нихонка. А в них что-то странное пылало, пронзительное – кажется, она и боялась меня, и… не знаю, уважала, что ли?
   – А воздуха в баллоне надолго хватит?
   – Камэ на пятьсот. Там индикатор на руле стоит, поглядывай да заправляться не забывай. На аккумуляторе тоже можно ездить, но медленно и совсем недолго…
   Аоки собралась и перестала взмахивать руками, отгоняя невидимых москитов. Вместо этого она хихикнула и принялась стягивать с себя рубашку, пуговки даже не подумала расстегнуть, прямо через голову. Грудь у неё была небольшая, но очень аккуратная и правильная, как на подростковых манга. И все шесть розовых кружков правда были одинаковые.
   – Попробуй, – приказала она и ткнула пальчиком в один из них, нижний. Я прикоснулся к нему, и она жёстко прижала мою ладонь к себе. – Потяни! А потом языком и зубами. А меня на байк посади, а то я не допрыгну. Нет, стой!
   Аоки подбежала к своей машине, распахнула дверцу и включила музыку, очень громко. И сразу вернулась обратно, подпрыгнула и повисла у меня на шее.
   – Ну посади же меня!
   Она была очень лёгкая, как ребёнок. Я подсадил её на седло, но мне всё равно пришлось нагибаться, чтобы её за маленький сосок зубами тянуть. Я очень осторожно это делал, и пальцами поглаживал, как она попросила. Аоки же в это время с меня куртку сорвала, и следом мою рубаху, чуть магнитная молния не отлетела.
   – Ну ты животное! – расхохоталась она. И ногтями стала мне спину царапать, плечи и голову. Больно было, но и приятно тоже. – Тяни, тяни! Растёт, правда? Гляди, уже почти выросла! – Схватила меня за подбородок и подняла голову до верхней груди, которая у неё нормальная. – Ну? Зубами давай! А!…
   Аоки как-то вдруг вся обмякла, повалилась мне на плечо, но руки двигаться у неё не перестали. Я и не заметил, как с меня штаны свалились. Она вдруг так тяжело и быстро задышала, что я за неё испугался и почти перестал её зубами теребить. И за себя мне неудобно стало – так она горячо у меня тибу перебирала. В волосах запуталась, но не растерялась!
   И вдруг Аоки вскрикнула и вцепилась мне в данкон ногтями, я даже зарычал от боли. Но она моментально обмякла, просто обняла меня за шею и как будто уснула. Я ещё несколько раз провёл по её соскам языком, уже не кусаясь. Нервная дрожь, что стала бить меня, помаленьку затухала. Пламя в паху медленно растекалось по телу, выделяясь запоздалой испариной.
   – Ямеку, – глухо сказала Аоки и оттолкнула меня.
   Руки на груди сложила, прикрываясь, и головой помотала. Её синие волосы совсем растрепались, и лица вовсе не видно было. Тут одна прядь у неё отодвинулась в сторону, и на меня поглядел нормальный нихонский глаз, не распахнутый мухоморным сётю. В нём уживались смущение и лукавство одновременно.
   – О-тин-тин… – Она посмотрела вниз, в спутанную шерсть у меня между ног. – Ты, наверное, думаешь, у нас было эсу? – Аоки всё-таки открылась, чтобы натянуть рубашку. Я тоже вернул на место свою одежду, пришлось собирать её с пола. – Нет, мы твой новый байк обмывали, договорились? Вот, видишь? – Она показала на оплывшую полоску сэйки на голубом газовом баке, прямо у неё между бедёр, и ещё несколько крупных капель на других частях мотоцикла.
   – Конечно, – обрадовался я. – Здорово, правда?
   – Само собой! Ну, так что мы с тобой делали, Егор?
   – Я понимаю, Аоки. Ты думаешь, я полный дахо? Мы обмывали мой новый мотоцикл. Если хочешь, мы можем назвать это дело «фудзоку».
   – Эротический массаж? Ну да, так будет правильнее… А ты классно придумал! Но Сэйдзи всё равно не понравится, что мы с тобой фудзоку баловались. Лучше вообще забудь, ёси?
   – Хорошо, я никому не скажу, это будет наш химицу. И про грибное сётю тоже…
   Она смутилась и спрыгнула с седла, чтобы обнять меня и потереться носом об мои ужасные жёлтые волосы на груди. А потом отключила музыку в салоне автомобиля, и стало вдруг так тихо, что я услышал гудение электрического генератора на крыше гаража.
   – Ну, про него-то можешь камайну сказать, если спросят. Мы же все вместе на Полосе закупаемся. Ты не думай, что я сасеко, просто так получилось… Мы с Тони поругались из-за тебя, и сётю этот слишком крепкий, да ещё твой Леф-1 на меня так странно подействовал. И утром я варденафилом сгоряча закинулась. Ты же не станешь считать меня своей онна?
   – Конечно, Аоки-сама. Ты живёшь в своём доме, рядом с бухтой, а я в маншёне возле грузового порта. По-моему, это сон. Ну, что ты меня к себе привезла и байк предлагаешь.
   – Слушай, а у тебя вообще-то онна есть?
   – Нет, ты первая.
   – Так ты дётэй? – поразилась Аоки. – В смысле, был им до… Симатта! И остался им, ведь у нас?… Ти! У тебя, наверное, мусэй каждую ночь бывал? У меня часто бывает, когда долго без парня живу… Ксо, ты не слушай меня.
   Она отчего-то очень взволновалась, словно это у неё случилось всё в первый раз, а не у меня. То есть по желанию партнёра, а не само собой. Аоки вдруг вплотную подошла ко мне и уставилась снизу вверх с таким серьёзным и задумчивым видом, будто задачу в голове решала. И поцеловала меня в щёку!
   – Забудь, понял? Тебе своя онна нужна, а не я. А может, тебе отоко больше нравятся? Некоторые любят таких волосатых, как ты.
   – Нет, парни меня не привлекают, – твёрдо ответил я. Мне манга с гомосексуалистами никогда не нравилась, я её ни разу не покупал. Особенно меня тэнси-ай раздражали – сюжеты с ангелами и демонами по-нихонски. И голик я всегда на другой канал переключал, если анимэ про любовь между мужчинами показывали. – Я всё ещё дётэй, по-твоему? – через силу проговорил я. Мне нужно было твёрдо знать.
   – Ну, если честно, девственником ты так и остался… Хотя ты ведь не сам данкон тискал… Я же тебе помогала, верно? Маттаку! – Аоки на минутку прижалась ко мне, стараясь пригладить мои густые волосы щекой. – Надо же такому было случиться. Не знаю я. Но всё равно это надо отметить! Я видела по голику, что такие племена есть, которые грибами дётэя кормят. Ну, когда он впервые с женщиной побудет. Значит, он как бы заново родился.
   Мы смочили губы сётю. Глотать не стали, чтобы опять не улететь.
   Это было здорово – чувствовать тонкую Аокину талию и вообще её всю, до самых коленок, но она совсем недолго так постояла, вернулась к своему старому байку и приняла сердитый вид.
   – Ну хватит уже, а то у меня сейчас сопли потекут от умиления. Давай-ка мы с тобой этого зверя испытаем, а то давно он у меня в загоне стоит. – Схватив с полки ветошь, она провела ей по мотоциклу, как бы смахивая с труб и бака пыль, заодно и сэйки стёрла, как не было. – Если едешь на первой или второй передаче, нельзя резко открывать полный газ! Или заднее колесо провернётся, или закозлишь. Запомнил?
   – Запомнил. – Я повторил её наставление для толмача, чтобы потом освежить новое знание.
   – На тормоз резко не дави – зад подбросит, улетишь через руль. Газ тоже не сбрасывай сразу, а то сейчас погода мокрая, юзом пойдёшь. Но в сухую погоду можно. Шины многокамерные, проверенные, при опасном перегреве светлеют, тебе сигнал подают. А потом сами как-то выравнивают температуру, чтобы перепадов давления между камерами не было… Умная штука, короче. А вот одежда у тебя неправильная, в такой на приличной скорости не поездишь, и в дождь неудобно. Отсыреешь же сразу!
   – А я привык.
   – Ну конечно, у тебя же шкура что надо! – хихикнула она и опять не утерпела, обняла меня под выпущенной рубахой и царапнула спину ноготками. Но Аоки быстро заставила себя отодвинуться, и на лице у неё я увидел досаду. Наверное, она на себя сердилась, что не может удержаться. – Для солнца тоже нужна особая одёжка. Ладно, я тебе потом помогу купить все, что надо, хорошо? А сейчас я тебе другие штучки подарю.
   Аоки открыла ящик старого шкафа, в котором у неё валялся разный металлический хлам, инструменты вроде отверток и прочее. Среди этого добра она откопала пакет. Из него она выудила зеркальные очки и нацепила их мне на нос. Следом появились лёгкие матерчатые перчатки, прошитые тонкими стальными проволочками, слегка потёртые.
   – Ну, посмотри на «ёкай».
   – Ты назвала свой байк «демоном»? – удивился я.
   – Ты же знаешь, девчонки любят такие громкие эпитеты для вещей. Если красивый мальчик погладил руку – то уже айхито, а если чёрное железо между ног, то разве кроме демона что-то годится? Да мальчишки такие же. Надевай перчатки, они с проекторами прямо связаны, а те уже с процессором байка.
   Я кое-как натянул их, всё-таки размер у перчаток был невелик. На очки-проектор тут же поступил чёткий сигнал – трёхмерный образ байка, такой подробный, что было даже удивительно. Я никогда ещё байки изнутри не видал. А вот Аоки видна была только схематически, контурами. Но даже в таком виде мне было приятно на неё смотреть, тем более одежду проектор не показывал.
   – Ты на меня-то не пялься! Обойди «ёкая» кругом, посмотри начинку. Это же теперь твой байк, ты должен знать его как самого себя.
   Я послушался и обогнул вобиль, рассматривая его внутренности. Система зажигания у него оказалась приличная, бесконтактная. Я когда-то про эти штуки фильм по голику посмотрел, образовательный – когда папаша мне свой байк подарил. И не всё забыл, оказывается! Был там, понятно, блок с микрочипами и датчик Холла, всё как полагается.
   – Мне бы раньше такие очки! – вскричал я в восторге. – Сам бы «хорнет» починил, обязательно! И Зида бы утруждать не пришлось.
   – Знаешь, как он уговаривал меня с тобой встретиться и байк тебе в обмен предложить?
   Я снял проекторы и посмотрел на Аоки нормальными человеческими глазами.
   – Значит, ты не сама мне позвонила?
   – Как это не сама? – Она удивилась и в недоумении уставилась на меня. И вдруг словно о чем-то догадалась, и сразу же прыснула смехом. – Маттаку! Ты подумал, что Зид меня заставил? Ну точно бака! Ахо какой-то! Если бы я сама не хотела с тобой встретиться, послала бы его к демонам, и только. – Я не удержался и улыбнулся, отчего Аоки внезапно нахмурилась и добавила: – Помнишь ещё, о чем мы договорились? Про онну?
   Я кивнул с дурацкой ухмылкой, никак не сумел быстро физиономию закаменить. И опять надел проекторы, чтобы поскорее от Аоки отвернуться. На раме байка я нашёл плоскую этикетку размером семь на десять сантиметров, а в ней обнаружился очень простой магнитный чип.
   – А это что за штука, зачем она?
   – Регистрация, не понял ещё? Это в новых аппаратах такие бирки внутри рамы помещают, а раньше их снаружи приклеивали. Тут рег-номер байка, инфа о владельце, какие-то ещё полицейские данные типа истории аппарата. Всё закодировано, само собой, так просто не расковыряешь…
   – Так он со спутника отслеживается, что ли?
   – Да кому за тобой следить надо? – в досаде воскликнула девушка. – Всё отслеживается, и «ёкай» здесь не исключение. А твой «хорнет» разве невидимый?
   – Конечно, просто я подумал, что этот байк старый, давно на приколе и снят с учета…
   – И как бы ты на нём поехал? Егор, ну ты иногда просто как ребёнок! Ладно, давай доверенность оформим, а то в полицию загремишь за угон.
   Она сняла с багажника своей машины смарт и быстро соединилась с полицейским департаментом. Ей пришлось приложить большой палец и показать радужку камере над экранчиком, чтобы подписать доверенность. Через пару секунд документ уже пришёл на мой смарт – тот пискнул, оповестив меня о почте.
   – И не вздумай оторвать «этикетку», моментально разрушишь контакт между чипом и антенной, – продолжила наставления Аоки. – Первый же патруль заметёт тебя как угонщика, доказывай потом в участке, что ты не пингвин. Давай теперь зажигание на твой отпечаток пальца настроим… – Она приложила мой большой палец к датчику под гнездом для ключа, и байк немного подумал, принимая новый отпечаток. – Ну, поехали? Симатта, у тебя же ещё нормальной куртки нет, и шлемака…
   Она выдвинула нижний ящик шкафа с инструментами, и там обнаружился широкий прорезиненный плащ, абсолютно чёрный и какой-то гофрированный.
   – Вот, держи мой суйкан, я раньше в нём ездила. Тебе, правда, может быть маловат…
   Но я всё-таки натянул его, было у него свойство легко растягиваться поперёк складок. По длине он едва прикрывал мне бёдра, до колен сантиметров десять не достал. Но мне суйкан понравился, под него никакой дождь и тем более снег не сумеет проникнуть. И закрывался он надёжно, на обычную магнитную молнию.
   – Силиконовый, не порвётся! – заверила Аоки. – Но это что… Почти весь свет он превращает в энергию, и ещё ветер, теперь у тебя всегда будет дармовая энергия. Когда ты его носишь, конечно. – Она вынула из моего смарта кабель зарядника и вставила его в маленький разъём на внутреннем кармане плаща.
   – Сутэки! – восхитился я.
   – Это ещё что! Вот, смотри – я сама придумала, недаром у меня папаша хацумей, мне свой ген передал. – Она надавила на какую-то точку пальцем, и из воротника выдвинулась гибкая пластиковая трубка. Очень тонкая, почти как игла. – Можно закачать литр пойла и зюзить его по капле, пока на заправке или ещё где торчать приходится. Особенно зимой полезно, чтобы сакэ греться, а разведёшь в нём жидкий экстази – вообще кайф. Нравится? – Я кивнул. – И вот тебе мой второй шлем, носи пока. Фирменный чип я в нём уже убила. Всё равно я редко пассажиров катаю… Байкерсы и штаны у тебя вроде в порядке, сойдут на первое время. Очки спрячь в карман, а перчатки оставь.
   Аоки критически осмотрела меня со всех сторон, почему-то улыбаясь, и наконец кивнула. Затем вдруг схватила с вобиля мою старую куртку и постучала по ней, чтобы я ничего не забыл. И в одном закрытом отделении нащупала «кид»! Это детский смарт с одной кнопкой, который сам сообщает родителям об опасности, если ребёнку что-то грозит. Мне так неловко стало, что я выхватил у неё прибор и зажал в кулаке. Аоки уже хохотала в полный голос, но почему-то не обидно.
   – Мне родители давно дали, а я всё выбросить забываю. Он отключен…
   – Конечно, конечно! Теперь ты со мной, Егор, и с друзьями-камайну. Мы тебя в обиду не дадим. – И опять фыркнула.
   Я настроил смарт на Аокин шлем, чтобы можно было по дороге разговаривать, и мы дружно выехали за ворота гаража. Я на новом байке себя не слишком-то уверенно чувствовал, потому что приходилось немного вперёд наклоняться.
   Утреннее синее небо, конечно, уже затянулось густыми тучами, осень всё-таки.


скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36

Поделиться ссылкой на выделенное