Олег Никитин.

Шмель в паутине

(страница 4 из 32)

скачать книгу бесплатно

   Роза Перес: Рауль просто молодец! Надо быть очень грамотным специалистом и просто находчивым, хладнокровным человеком, чтобы так быстро догадаться использовать насадку на гравиблок. Сеньор Нума лично пожал ему руку! Правда, штраф все-таки взыскал…
   Р.Э.: Обращаюсь через Вашу газету к Спутниковой службе Эккарта. Какого черта, господа? Что, если бы все флаеры в округе взбесились, а не только мой? Капитан Нума предложил мне подать на Гаевское отделение в суд, я так и поступлю. Если, конечно, оно не заплатят мне и Розе компенсацию за моральный ущерб.
   После этой краткой беседы я пробился к капитану и задал ему пару вопросов:
   Корр.: Как, по Вашему, в чем причина инцидента?
   Энрике Нума: Поскольку весь транспорт в окрестностях Эль-Фернандо на момент происшествия переключился на управление с окружного спутника «Запад-Альфа» (вместо районного спутника «Север-317»), мы полагаем, что с флаером сеньора Эндьеты-младшего все в порядке. И все же мы на всякий случай поставили его на бесплатный техосмотр в муниципальную мастерскую.
   Корр.: То есть Вы всерьез полагаете, что это навигационный спутник «Альфа» почему-то перекинулся с обслуживания порта в Гаево на район Эль-Фернандо? Словно бы наш город имеет свой порт и аэрокосмический челнок в это время приземлялся на него?
   Э.Н.: Не полагаю, черт возьми, а так оно и было – да, именно перекинулся. Можете ознакомиться с записью в Службе контроля за эфиром, если не верите. Вы хотите спросить – что такого во флаере Рауля, если спутник прицепился именно к нему? Вот и задайте свой вопрос кому-нибудь в Гаево или Валхалле! А я не знаю. Может быть, все дело как раз в той идиотской насадке на генератор поля, которую Рауль скрыл от бортового компьютера. Обещаю только, что наши техники во всем разберутся.
   Читайте подробное интервью с уроженкой нашего города Розой Перес в завтрашнем номере газеты. Она расскажет о своей учебе в Гаевском госуниверситете и особенно – о крутых нравах в столице Западного округа.
 «Вечерний Эль-Фернандо»


   Кукурузное суфле наконец-то было съедено, кофе, пиво и сок выпиты в достаточных количествах, полумрак освоен и обжит, и даже местные вечерние новости, в которых наряду со спортивными событиями мусолилась тема Раулева «подвига», уже не так притягивали внимание.
   – Мы теперь знамениты, – сказала Роза.
   – Как будто нас и так здесь кто-то не знал, – хмуро ответил Рауль.
   Ему совсем не нравилась вся эта история с обезумевшим флаером. Мало того, что проклятый спутник выбрал его машину объектом для опытов, так и давешние матросы-контрактники теперь точно знают, как его зовут и где его можно найти – настырные телевизионщики из фернандинского канала «Рупор» показали его дом и даже пообщались с Алонсой. Та сначала поведала о детстве и отрочестве Рауля – «мальчик спал с машинками в обнимку», – но быстро сбилась на дочь.
Мол, «она просто умница и всегда стремилась вперед».
   – Я сказала матери, что приду утром, – проговорила Роза, покосившись на Рауля.
   – Гуляем?
   – М-м… Только не очень долго, ладно?


   Новости культуры
   Ежегодный фестиваль самодеятельных коллективов пройдет в столице округа с 12 по 16 марта. От нашего города в нем примет участие коллектив Театра эстрадного танца «Кармен», в прошлом году боровшийся за приз «Самая оригинальная трактовка классического рэйва». Ценители современной хореографии могут увидеть отдельные номера этого коллектива в вечернее время, на популярных сценических площадках города.
 «Вечерний Эль-Фернандо»


   Весь вечер половина города отмечала первый тур чемпионата, и в каждом баре набилось по несколько десятков человек. Некоторые из них, впрочем, готовились к недельному плаванию на «Каталонии», однако никаких противоречий между ними и болельщиками не возникло.
   Проснувшись за полночь от боли в желудке, Рауль выкарабкался из-под одеяла и, не включая свет, прошлепал в сторону двери. В туалетном шкафчике у него лежала упаковка самого действенного лекарства, чудовищно горького и гадкого. Одна таблетка вызывала в кишках тайфун наподобие тех, что порой, в лютые зимние месяцы, приходят в Эль-Фернандо, чтобы растечься по лощине комьями грязи и водорослей.
   Спустя пятнадцать минут Рауль чувствовал себя почти хорошо.
   Роза так и не проснулась, лишь простонала что-то невнятное сквозь зубы, когда он пристраивался к ней. Снотворный компонент лекарства сработал на Рауле буквально сразу, стоило только принять горизонтальное положение.


   «Мисс Ретро», 17 февраля 47 г.
   Далекий 2-й год к.Э. Еще памятны лишения и трудности быта, еще не хватает полноценного жилья и качественных продуктов питания. Но уже близок расцвет Эккарта.
   …Она ничем не отличается от сегодняшних девушек: такая же задорная певунья и шутница с формами модели и косяками воздыхателей…
   Когда я в последний раз говорила с ней по телефону, она пожелала мне такого же крепкого здоровья, как у нее. Вот такая моя мама!
 Т. Пупкова, сайт компании «Афалина»


   Полицейские прибыли к Раулю домой спустя пять минут после его звонка.
   – Ну, парень, проблемы у нас с тобой, – сквозь зубы проговорил Гена, падая в кресло у окна. – Представляю себе старика Нуму, когда он опять увидит тебя в участке. Торнадо! Фурия в погонах! Молись господу, чтобы он не прибил тебя на месте.
   Рауль сидел возле стола, не решаясь поднять голову – тогда он неминуемо увидел бы вытянутый вдоль кровати бугорок Розиного тела, накрытого простыней. Помощник инспектора уже успел изучить записи охранной системы дома: никто посторонний в него не проникал.
   Первые, полубезумные минуты после того, как Рауль понял, что обнимает труп девушки, с которой еще несколько часов назад гулял по городу, с которой целовался и… Он не хотел думать об этом, но не мог не думать – точнее, хаотичные образы, ощущение ее прикосновений, запахи кожи и духов, все те мелкие и несущественные при жизни признаки человека, его индивидуальные черты кружились вокруг него, словно невидимые зимние снежинки, и расплывались на глазах неловкими каплями влаги.
   Что он объяснит родителям Розы, когда они узнают о смерти дочери?
   Уже позади были вопросы о совместном времяпрепровождении Рауля и Розы, восстановление ее позы, в которой она, судя по всему, приняла смерть… Раулю казалось, что это он сам умер, и положи его в гроб, он не возразит и молча позволит заколотить крышку – все будет просто безразлично.
   Помощник инспектора устроился возле окна и развернул переносную антенну. Раскрыв лэптоп, он настроился на прием данных со спутника и распечатал новую дискету для одноразовой записи информации. За дверью послышались тяжелые шаги, и в комнату ввалился тучный человек в коротком белом халате и грязных сапогах.
   – Уже все? – с ходу спросил он, неприязненно взглянув на Рауля и кидая на тумбочку свой пухлый саквояж. Это был судебный медик, вынужденный проторчать внизу все то время, пока инспектор разбирался с помещением.
   Не получив ответа, он распаковал портфель и извлек из него стереокамеру, масс-анализатор и спектрометр, а также упаковку со шприцем. Поснимав минут пять тело с разных точек, он взял шприц наклонился над Розой. Рауль опустил голову и не видел, как он брал пробу кровь из вены и еще несколько образцов тканей из разных частей тела, пользуясь скребками.
   – Егор, посмотри-ка сюда, – сказал инспектор, подзывая помощника. Они вдвоем стали что-то разглядывать в стекле, не трогая это руками. – Похоже на кумулятивную пулю, верно? – Оставив Егора у окна, он нагнул к доктору. – Ну, когда произошла смерть?
   – Подожди минутку… – пробурчал толстяк, вертя ручки настроек на своей заслуженной технике. – Так, примерное время – три четырнадцать. В лаборатории установлю точнее.
   – Причина?
   – Инсульт. А причина инсульта – вот она. – В его полусогнутой руке блеснул пинцет, на кончике которого висел едва видимый кусочек биополимера. – Ампула почти растворилась, но этого хватит для приговора… После полного обследования тела, разумеется, все скажу точнее.
   Несколько секунд все полицейские напряженно всматривались в осколок ампулы, убившей Розу.
   – Три четырнадцать, говоришь? – наконец очнулся помощник инспектора. Он достал из сумки пеленгатор, подцепил его к порту на передней панели компьютера, водрузил на подоконник и отодвинулся на шаг в сторону. Металлический усик пеленгатора, жужжа, покрутился и уверенно указал в сторону верхнего этажа мэрии, чей шпиль виднелся в левой четверти окна. – Все, инспектор, направление и объект взяты. Это крыша мэрии, зона диаметром в два с половиной метра.
   – Значит, Рауль не виноват? – неуверенно произнес Гена.
   – Чист, как ангел, – нехотя ответил инспектор. – Можно сворачиваться. Думаю, он сказал правду: с трех до трех пятнадцати сантехнической службой зафиксирован повышенный расход воды в доме. Осталось получить из Энергонадзора файл с посекундной нагрузкой на цепи, и никакой судья не придерется.
   Рауль прокашлялся.
   – Так ее убили? – сипло спросил он.
   – С крыши мэрии, – кивнул лейтенант. – В стекле есть глазок, как раз на траектории кумулятивной пули. Только это тайна следствия, понял? Не вздумай проболтаться репортерам. Тем более, причина смерти вполне прозаическая. Верно, док?
   – Предположительно инсульт, – повторил тот. – Так и можешь сказать журналистам, Рауль. Они уже полчаса торчат у тебя в гостиной. Но пока я не проверю все в лаборатории, никаких сообщений для прессы не будет.
   – Все, закругляемся, – приказал инспектор. – Гена, Егор, помогите донести тело. Потом летим в мэрию. Уже предвкушаю, что нам охрана скажет, когда мы предъявим им данные со спутника. Надо же, проморгали убийцу на своей крыше! Остолопы… Рауль, зайди сегодня к одиннадцати в участок, подпишешь показания.
   Двое сотрудников «Рупора» уже торчали в гостиной, когда Рауль вслед за полицейской командой спустился на первый этаж. Родители неловко, как-то боком сидели на диване, невпопад отвечая на их вопросы. И все-таки журналисты работали тактично – вспыльчивый Мануэль выглядел потерянно, однако в общем спокойно. Сусанна комкала платок и порой приживала его к покрасневшим глазам.
   – Комментарии после экспертизы, – на ходу сказал медик. Он пыхтел и сдувал с носа капли пота, хотя основную нагрузку по транспортировке тела Розы нес его коллега, санитар.
   – Сеньор, здесь произошло убийство? – Репортер подскочил к инспектору, а оператор прицелился в процессию камерой, но подобравшийся сбоку Гена отвел объектив от завернутой в парусину Розы. Рауль знал этого журналиста, тот еще в школе подвизался в детской любительской видеогазете. В последний раз он встречался с ним только вчера, когда выходил из полицейского участка. – Каковы предварительные данные?
   – Отвяжись, Семен. Ты слышал, что сказал док? – буркнул инспектор.
   Они споро вышли за дверь и забрались во флаер, не обращая внимания на возгласы нескольких пожилых зевак, что столпились возле калитки. Кто-то из них и связался с «Рупором», завидев приземление полицейской машины перед домом Эндьеты.
   – Алонса уже знает?
   – Мы не стали ей звонить, – помолчав, сказал старый Эндьета. Рауль вдруг с особой ясностью увидел, что отец почти сед.
   Семен деликатно кашлянул и приступил к Раулю:
   – Сеньор, Вы позволите Вас снимать?
   – Нет, – машинально ответил Рауль. Розу увезли, и он постепенно начинал воспринимать окружающих людей как живые объекты, а не только как источники раздражающих вопросов. – Семен, может, подождешь заключения полиции? Я правда ничего не понимаю. Врач сказал, что у нее случился инсульт.
   – Хорошо, только два вопроса, – настаивал репортер, и Рауль кивнул. – Ты никак не связываешь между собой вчерашний инцидент на стадионе и сегодняшнее… происшествие? Оба случились, скажем так, в твоем присутствии. Создается впечатление, что некто, имеющий доступ к спутниковым системам, добивается твоей смерти.
   – Что ты такое говоришь, Сема? – в испуге воскликнула Сусанна.
   – Рассуждай здраво, – поморщился Рауль. – Спутник мог случайно изменить район своего влияния, или как там это называется, из-за какой-нибудь неисправности. Или, к примеру, новая насадка могла как-то повлиять на бортовой компьютер, и он сошел с ума. Что ж, тогда сегодня в мастерской мне все починят. Инсульт Розы мог быть вызван каким-нибудь лекарством. Или она чем-то болела, не знаю, как тут лучше сказать. Тут тебе стоит подождать заключения экспертизы.
   Репортер, казалось, был обескуражен. Судя по всему, он уже успел выстроить несколько гипотез, одна другой фантастичнее, и в них Рауль становился жертвой убийц, связанных с правительственными или деловыми кругами. А значит, и сам Рауль замешан в неких тайных делишках.
   – Ты уверен, что на тебя не объявлена охота? – разочарованно протянул он.
   – Да, конечно. Вы извините, ребята, нам нужно остаться одним. Все-таки Роза была моей подругой.
   Семен кивнул помощнику, они покорно упаковали аппаратуру и ушли, и вскоре шум их взлетающего флаера глухо отзвучал в гостиной
   – Рауль, это правда? – недоверчиво спросила мать. – То, что ты сказал.
   – Надеюсь, – запнувшись, ответил он. – Если будут спрашивать, меня нет дома.
   Он поспешно поднялся к себе, оставив родителей в тяжелом недоуменном молчании, и прошел в конец коридора, в чулан. Набитый старинным хламом – детской одеждой всех размеров, игрушками, рыболовными снастями и прочим – он оброс паутиной и пропах пылью. Там, на самом дне завала, лежал стальной ящик. Рауль снял с гвоздика ключ и отпер скрипнувший замок.
   Завернутый в промасленную ткань, в ящике лежал старинный отцовский пистолет – импульсная «Лама» времен колонизации Эккарта. Индикатор на рукоятке говорил о том, что запасов энергии в батарейке хватит еще на несколько полноценных разрядов. Непонятно было только, можно ли верить этому древнему индикатору.
   Это оружие было снабжено микропроцессором и датчиками, вдвоем они получали фрагмент генетического кода и, при желании владельца, проводимость, теплопроницаемость и химический состав кожи. Снабженный такой псевдоинтеллектуальной цепью, пистолет исправно служил именно владельцу, отказываясь плеваться плазмой по «приказу» любого человека, чьи параметры не были внесены в память процессора. Впрочем, за десятилетия эти полезные свойства оружия из-за поломки датчиков могли быть утрачены.
   Последний вопрос журналиста окончательно убедил Рауля, что кто-то очень серьезный действительно объявил на механика станции-66 охоту. Рыбаков с «Каталонии» он сразу отмел, потому что этим работягам не под силу заставить спутник переключиться с обслуживания Гаево на Эль-Фернандо. Да и не стоит никакая Бранка, пусть даже самая симпатичная, таких сумасшедших усилий. Наверняка эти типы сейчас уже погрузились на дрифтер, свободный от рыбы и готовый вновь отправиться в плавание. Или это все-таки они?
   Несколько секунд Рауль постоял в сомнении перед открытой дверью кладовки, машинально поглаживая ствол, затем решительно закрыл чулан и вернулся в свою комнату.
   Там он постоял в самой середине ковра, рассматривая старые, почти уже выцветшие постеры с музыкальными коллективами. Он собирал эти цветастые голограммы в школе и с тех пор все никак не удосуживался выбросить. Суровых лиц членов «Cast-iron Blockheads» среди них не было, это увлечение возникло гораздо позже, на втором или третьем курсе колледжа. «Что это со мной? – подумал он. – Как будто в последний раз я смотрю на эти забытые всеми физиономии».
   Он порылся в ящиках стола и отыскал в нижнем коробку с бумажными документами – какими-то пожелтевшими справками, копиями счетов и прочим мусором. Там же нашлась и лицензия на оружие, которую он догадался выправить сразу после совершеннолетия, в 38-м году. Тогда Рауль выписывал «Археологический вестник». Подражая старшему брату, он бредил «неизведанными землями» к востоку от Эккарта и мечтал завербоваться в какую-нибудь дальнюю экспедицию. Но те формировались только в столичных городах, и невежественный самоучка из дыры под названием Эль-Фернандо никого не заинтересовал.
   В последние недели Рауль вновь стал рассылать по университетам предложения наняться механиком хотя бы на сезонные полевые работы, однако боссы университетской археологии оставались глухи к его резюме. А тогда, после школы, на смену этому увлечению пришел более приземленный интерес к технике, да и от Розы не захотелось уезжать…
   Тут Рауль очнулся и задвинул ящик, свалив в него бесполезные бумажки.
   Надев куртку, он сунул пистолет в один из внутренних карманов, где его наличие не бросалось бы в глаза. Оставаться в городе у него не было никакого желания – и не только потому, что здесь он как на ладони, и убийца, раздосадованный двумя неудачами, в следующий раз может применить что-нибудь уж совсем прямолинейное. Необходимо было переждать хотя бы месяц-другой в безопасном месте. И кроме того, Рауль не смог бы встретиться с Алонсой и ее братьями, которые наверняка примчатся сразу же, как только весть о гибели Розы дойдет до них…
   Вот только куда отправиться?
   О работе он не думал – контракт позволял ему взять отпуск за свой счет без всяких оправданий, достаточно было отправить в Форт-Нуэво заявление, что Рауль и проделал, включив терминал. Он совсем не помнил ни о взрывчатке, упакованной в сигарету, ни о двух пустых контейнерах за подкладкой рабочего саквояжа. В конце концов, эту «работу» он выполнял сугубо на добровольных началах, в контракте ничего про диверсии не говорилось.
   Рауль обшарил карманы, проверяя наличие кредитной карточки, и нащупал визитку Вешкина. Какое-то время он смотрел на нее, думая, не выбросить ли ему этот кусок пластика. «Есть!» – осенило его, и он решительно вонзил карточку в прорезь телефона. Тот замигал, извещая о наборе номера, а Рауль тем временем воткнул запылившийся кабель от телевизора в разъем телефона.
   – Кто вы, сударь? – довольно резко спросил его низкий, нетерпеливый голос. Вспыхнувшее на экране изображение оказалось всего лишь одной из стандартных картинок, зашитых в постоянную память трубки. Впрочем, он особо и не рассчитывал застать Ивана вблизи камеры.
   – Рауль Эндьета, ремонтник станции-66. Вы собирались предложить мне работу?
   – Вас не устраивает размер оплаты Вашего труда?
   – Я хочу сменить место жительства.
   – Послушайте, сударь, как Вас там… Рауль? Мне нужен далеко не всякий сотрудник станции. Я не уверен, что вы обладаете необходимыми навыками. Нам следует встретиться.
   – И как можно скорее, – поддакнул Рауль.
   – Почему же? Я сейчас довольно далеко от… Ну, где вы там живете, не знаю. Эль-Фернандо, кажется?
   – У меня проблемы личного свойства. – Рауль уже пожалел, что встрял со своими пожеланиями. У него не было охоты кричать на весь мир, что кто-то пытается его прикончить.
   – Вы кому-нибудь сообщали о своем намерении позвонить мне? – встревожился Вешкин. Рауль опешил от неожиданного вопроса, но сразу вспомнил о разговоре в кафе, во время которого он хвастливо размахивал перед лицом Розы визиткой Ивана. – Значит, говорили, – мрачно истолковал молчание Вешкин.
   – Да что в этом такого? Это что, секрет?
   – Ваши… проблемы серьезны?
   – Вполне, – сухо откликнулся Рауль. – Даже слишком, пожалуй.
   – Оставайтесь дома, – вдруг заявил русский. – Постарайтесь никуда не выходить. Да, и закройте окна теплонепроницаемыми шторами. Я смогу прилететь только через два часа.
   Вешкин прервал связь, и Рауль даже подумал на мгновение, что она попросту оборвалась. Однако карточка самостоятельно выползла из телефона, значит, звонок завершился легально. На часах было без двадцати одиннадцать, и пора было идти в полицию. Конечно, в теории следовало бы исполнить рекомендации Ивана, но потрепанная, однако надежная и мощная «Лама» придала Раулю уверенности. Глядишь, убийца еще не проспался и пока не знает, что его капсула поразила не того человека.


   17 февраля в районе Эль-Фернандо ожидается переменная облачность, на отдельных участках небольшой дождь; ветер северо-западный, 5–10 м/сек. Температура воздуха ночью на побережье 5–6°С, в холмистой местности – 6–7°С, в полдень 10–12°С.
 «Вечерний Эль-Фернандо»


   Подписав в полицейском участке несколько листов со своими показаниями, Рауль отправился по аллее, спрятав голову под козырьком шапки и воротником. Ему удалось пройти незамеченным мимо стариков и детишек, что в этот теплый день ватагами выбрались на улицу, оставив свои компьютерные забавы и «реальные» телеигры. Воздух был еще по-зимнему промозглым, но порой мелькавшие между туч пятна синевы и редкие, бледные лучи еще прохладного солнца заставляли гуляющих улыбчиво жмуриться.
   Но только не Рауля – избегая соседей и знакомых с собаками и детьми, он стискивал рукой, прямо через ткань куртки, рукоять пистолета. Ему было страшно, и он едва сдерживался, чтобы не вертеть постоянного головой, пытаясь высмотреть врага.
   Одноэтажное здание муниципальной мастерской располагалось прямо между мэрией и Краеведческим музеем. Миновав под взглядами видеокамер широкие ворота в обрамлении голых кустов, Рауль взглядом отыскал на летной площадке свой скромный флаер, затесавшийся среди модных чиновничьих машин. Знакомый механик возился с двигателем Раулева аппарата, и тот порой вздрагивал и приподнимался, но тяготение крепко прижимало его к асфальту.


   Наши живописцы
   Вчера в 1500 в городском Краеведческом музее открылась персональная выставка-продажа художника Вадима Родригеса под названием «Возвращение Санчо». В подвальном зале музея разместилось 36 картин автора. Их главная тема – славное прошлое Эль-Фернандо. На многих полотнах, разумеется, изображен основной акционер марганцевого комбината Санчо Нуньес – сначала в роли директора строительной компании, возводившей буквально все здания в городе, а затем в качестве мэра.
   Остальные картины воспевают суровую красоту нашего холмистого края – взморье, Фернандину и, конечно, сами холмы, как лысые, так и лесистые. Правда, архитектура первопоселенцев – сборные домики и т.д., – до сих пор преобладающая в Эль-Фернандо, на работах живописца выглядит несколько пасторально. Также вы увидите счастливых детей в ярких штанишках, аккуратного вида рабочих, сытых собак… После посещения выставки в душе надолго остается светлое чувство любви к нашей маленькой родине.
 «Вечерний Эль-Фернандо»


   – Ну как, Огюст? – поинтересовался Рауль.
   – Нормально. – Слесарь высунул голову из машины и уважительно посмотрел на гостя. – Сам делал?
   – Что именно?
   – Да тут много чего накручено! Усилитель конвективного потока, например. Про твою насадку я уж не говорю, сам по телевизору видел, как ты вывернулся. Классная штука, я собираюсь такую же поставить. – Он захлопнул капот и подал Раулю ключ от машины. – Бортовые системы в порядке, наш системщик память проверил. Реактор в норме, вот только топлива осталось на четыре часа крейсерского режима. Ты уж извини, но я погонял твою крошку на полной нагрузке, с тяжелым парашютом.
   – Ничего…
   – Сейчас подпишем акт, и можешь лететь. Если не боишься, конечно. – Он как-то криво усмехнулся и пощелкал по боку машины пальцем.
   Рауль посмотрел по сторонам и понизил голос, хотя поблизости никого не было.


скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32

Поделиться ссылкой на выделенное