Олег Ладыженский.

Мост над океаном

(страница 3 из 16)

скачать книгу бесплатно

   Вот загадка Саурона!

   Будет осень в Болдино
   И для сэра Олди, но
   Трудно, блин, кормить семью
   Болдинскою осенью…

   Иду, нагой.
   В руках огонь.
   Подставляй ладонь.
   Поделюсь бедой.

   Мы будущего даль и неизвестность
   Вложить сумели в семь десятков лет.
   Рассвет вставал, нам уступая место,
   Закат краснел, садясь за наш рассвет.

   В ожидании борща
   Я, душою трепеща,
   Мажу по сусалам
   Чесноком и салом…

   Луна
   Больна.
   В паутине окна
   Истошно кричит тишина…

   Богема-то в генах!
   Чума в буйстве пира!
   …вкус гематогена
   Постыл для вампира.

   Ну-ка, лягу на кровать,
   Стану время убивать
   И постигну, я-не-я,
   Сущность недеяния!

   И заклятому врагу не
   Пожелаю сулугуни,
   Потому что этот сыр
   Набивается в усы!

   Пройдя весь мир с Востока и до Запада,
   Не все я видел и не всех любил,
   Но не убил – я чтил благую заповедь.
   …мне жалко до сих пор, что не убил.

   Нет, в адрес деканата
   Стихов писать не надо,
   Ведь могут снять за это
   Стипендию с поэта…

   О мудрости спросите мудреца,
   Чьи зрелым опытом убелены седины.
   Он скажет: "Нет начала и конца
   Ей, как и глупости. И в том они едины".

   Путь пилигрима –
   К вершинам, вдаль,
   Где струйкой дыма
   Течет печаль…

   Все на свете прах и тлен,
   Кроме мамы-лени –
   Если лень вставать с колен
   Уйме поколений.

   Боги смеются нечасто, но смех их невесел для смертных,
   Смертные плачут годами, но слезы смешны Олимпийцам,
   Если земля засмеется, то может быть, небо заплачет,
   Вот и смеюсь, весь в надежде, что люди поддержат – но тщетно…

   Явилась как-то Золушка на бал,
   А принц-красавец ей и говорит:
   "Офелия! Ступайте в монастырь!.."
   Мораль: ошиблась принцем.

   Играй словами, сукин сын,
   Мечи в зенит! –
   Но ближе, ближе псы-часы,
   И – извини…

   Эх, кровь с молоком!
   А пройдусь кулаком –
   Молоко с кровью,
   Пейте на здоровье!

   В моем Отечестве
   Дела честь по чести:
   То гладят по шерсти,
   То ладят к нечисти…

   Гореть завистникам в аду! –
   Где даже по ночам
   Щекочут огоньком в заду
   Шкодливым сволочам…

   О, где бы денег накопить
   На день вчерашний!
   Когда друзья бросают пить –
   Поверьте, страшно.

   От Вифлеемских яслей до креста
   Дорога удивительно проста,
   За годом год из этой простоты
   Растут дороги, боги и кресты.

   Душе ни холодно, ни жарко,
   Душа молчит –
   И лишь роман на стыках жанра
   Стучит в ночи…

   Просто, деловито, без затей
   Убивают нелюди детей.
   И объяли ненависти воды
   До души.
До мозга. До костей.

   …лентой похоронною,
   вечною судьбой –
   горький крест иронии
   Над самим собой.

   «КАМаЗ» ударил колесом
   И мне досталось.
   Из раны сыплется песок.
   Наверно, старость.

   Наш мир – надменен и суров
   Зимой и летом,
   Но это лучший из миров.
   Узнай об этом.


   Жалко
   палку –
   бьет по псу.
   Палка,
   я тебя спасу.

   В решетке окна –
   Весна.
   Снаружи заточена.
   Уйди, удались, сравненье!
   Осколок дурного сна.

   Прорастают семена из пепла,
   вскормлены углями и золой.
   Это я, наверное,
   ослепла,
   стала злой.

   Добра много?
   Зла мало?!
   Держись –
   ногу сломала
   жизнь.

   Из гнилья
   слова –
   если я права.
   Или век гнилья,
   или я – не я.

   Палый
   лист,
   не злись –
   это жизнь.
   Ложись.

   Догорает свеча,
   что-то тихо шепча
   молчаливой
   громаде
   меча.

   Вен небесных просинь
   вторглась в мои сны.
   Это просто осень
   поперек
   весны.

   Ненавистны ты и я
   мерзкой твари Бытия.
   Потому что наши души
   вне
   ее разбухшей туши.

   Я – зритель.
   Сплю в объятьях зала
   И вижу сон,
   Как жизнь убитому сказала:
   "Прости за все."

   Разбито яйцо.
   Опустела скрижаль.
   Ржавеет под кленом обломок ножа.
   И тайное жало терзает безумца:
   "О, жаль…"

   Зима скатилась к февралю
   И, напоследок огрызаясь,
   Вчерашний волк,
   Сегодня – заяц,
   Готовится почить в раю.

   – Три кольца – премудрым эльфам,
   Семь колец – пещерным гномам…
   "Саурон", имперский крейсер,
   У Сатурна на орбите
   Вышел вдруг в эфир.

   Ангел с огненным мечом
   Подрядился палачом:
   Этих – в ад,
   Этих – в рай,
   Кого хочешь, выбирай!

   На одного Вольтера – двадцать «вальтеров»,
   На одного Рабле – полста рублей,
   На "эго" сыщется полтыщи "альтеров",
   Как и на Граббе – дюжина граблей.
   Статистика, будь проклята навеки!

   Ем халву,
   Пишу главу,
   Не намерен брать Москву,-
   Господи, как мало надо,
   Чтоб держаться на плаву!

   Осенняя пора!
   Очей очарованье!
   Гляжу
   На Фудзияму –
   Какая красота!

   Тропа скупа.
   Щедра дорога.
   Зато дорога – недотрога.
   Топчите, ноги! –
   Пройти немногим.

   Рука сжимает горло
   Отраженья:
   Одно неосторожное
   Движенье –
   И в зеркале оскалится не-я…

   Утром проснулся
   Живой.
   Разве не повод для счастья?
   Пусть выпадает не часто –
   Хватит с лихвой.

   Толпа слепа,
   Не зная полумер
   В забвенье диком.
   Но слеп был и Гомер
   С Эдипом.

   Воспой метро, пиит!
   Людская суета
   Рекой течет в стеклянные врата,
   И грош цена метафорам твоим
   Пред гением безумного крота.

   И нынче, и вчера, и завтра
   Страшнее зверя нет,
   Чем кроль,
   Вошедший в роль
   Тираннозавра.



   Величию души твоей,
   Гиясаддин Абу-л-Фатх Омар Хайям ан-Нишапури


   Прости, красавица, и не вини поэта,
   Что он любовь твою подробно описал!
   Пусть то, о чем писал, не испытал он сам –
   Поверь, он мысленно присутствовал при этом!

   Вы считаете, рок безнадежно суров?
   Но ведь нет ничего ни в одном из миров,
   что избегло бы участи мяса парного:
   стать жарким в полыханьи вселенских костров!

   Раздавалась во мраке судьбы похвальба:
   "Ради шутки на трон вознесла я раба,
   а впридачу к венцу наградила проказой!" –
   и смеются над шуткой скелеты в гробах…

   Этот череп – тюрьма для бродяги-ума.
   Из углов насмехается пыльная тьма:
   "Глянь в окно, неудачник, возьмись за решетку! –
   не тебе суждена бытия кутерьма!.."

   Нет мудрости в глупце? И не ищи.
   Начала нет в конце? И не ищи.
   Те, кто искал, изрядно наследили,
   А от тебя следов и не ищи…

   В моих глазах – конец земного праха,
   В моих глазах – судьбы топор и плаха,
   И вновь пьянит украденная жизнь,
   И манит терпкий дым чужого страха…

   В мельканьи туч, в смятеньи страшных снов
   Виденья рвали душу вновь и вновь,
   И был наш день – запекшаяся рана,
   И вечер был – пролившаяся кровь.

   Когда-то был Аллах, и рай, и сатана,
   И доброе вино… Но мчатся времена:
   Аллаха больше нет, нет сатаны, нет рая,
   И, что страшней всего – нет доброго вина!

   Что за мир сотворил всемогущий Аллах!
   Милосердье в сердцах, благолепье в делах!
   Сколько добрых убийц и чудесных маньяков!
   Сколько красочных дыб, эшафотов и плах!

   Пускай на свадьбах плещется вино,
   Оно для наших праздников дано!
   Налейте жениху – ведь после свадьбы
   Жена не даст напиться все равно!

   О женщина, гордись законным мужем,
   Корми его едой, храни от стужи –
   Быть может, он не лучше остальных,
   Но, может быть, он остальных не хуже?

   Придет она – ты ей стихи, поэт, пиши,
   Уйдет она – тогда тоску вином глуши,
   Вот так и мне один остался в утешенье
   Возлюбленной моей излюбленный кувшин

   Весной тесна учащемуся парта,
   И правоверные полны азарта,
   Все в марте распускается вокруг…
   О женщины, к чему пример брать с марта?!

   Боясь жены, друзей, боясь людской молвы,
   Боясь назвать кривой ствол дерева кривым,
   Ты все равно кричишь, что ты – венец Вселенной.
   Как жаль, что под венцом не видно головы!

   Хайяма поддержать нам всем давно пора,
   Что умный – это друг, а глупый – это враг.
   Яд, мудрецом тебе предложенный, прими,
   Но пить его не смей, коль сам ты не дурак!

   Иль я безмерно туп, иль все тупы втройне,
   Когда кричат вокруг, что истина в вине –
   В моем стакане дно частенько обнажалось,
   Но истины, увы, не видел я на дне!

   «Все в мире суета» – вот мудреца ответ
   На все вопросы, что подсовывает свет.
   Иегова иль Аллах, Юпитер или Будда –
   Кто б ни был наверху, все суета сует.

   Сколь тяжко на пути – тяжелом, длинном, долгом –
   Скользить умело меж желаньями и долгом,
   И коль погладят вдруг тебя по голове,
   Зажав инстинкт в кулак, не огрызнуться волком.

   От Архимеда цифр до ядерных оков
   Проложен длинный путь, он – не для дураков.
   От древних рубайят до песен современных –
   Один короткий шаг через толпу веков.

   О женщинах ответь, о Тора и Коран:
   Как делал их Творец – из глины иль ребра?
   Каков был матерьял, я не беруся спорить,
   Не мне судить Творца за первый в мире брак.

   Все, что ни делал я, ты втаптывала в прах,
   Я вижу цель твою во всех твоих делах –
   Создать меня опять по своему подобью…
   Пускай я человек, но ты же не Аллах!

   Ты шел по головам, сметая все подряд,
   Тебе – восход, иным – стремительный закат.
   Ты говоришь, что цель оправдывает средства?
   Уж если грянет суд, то цель – не адвокат!

   Принимая огонь, соглашаясь на тьму,
   Забывая про все, обучаясь всему,
   Мы становимся старше, – богаче? беднее?! –
   И бессмысленно к небу взывать: "Почему?!"

   «Не сотвори кумира!» – не творю.
   "Будь глух к соблазнам мира!" – не курю.
   "Возвеселись душою, я – твой пастырь!"
   Паси другого, милый,– говорю.

   Был пьяницей Омар – и я люблю вино.
   Был вором Франсуа – и я залез в окно.
   Взгляните на меня! Я соткан из достоинств!
   А то, что не поэт – так это все равно…

   Написал я роман,– а читатель ворчит.
   Написал я рассказ,– а читатель ворчит.
   Я все время пишу – он все время читает,
   И – Аллах мне свидетель! – все время ворчит!..

   Поиграем в слова? – я спрошу, ты ответишь.
   В жаркой пасти у льва – я спрошу, ты ответишь.
   Жизнь, дружок, трын-трава, смерть – лопух под забором,
   Значит, что нам скрывать? – я спрошу, ты ответишь…

   Зачем, пока живем, повсюду прибыль ищем
   И все, что ни найдем, несем в свое жилище?
   Пойди и заложи в кабак последний грош!
   Ты нищим в жизнь пришел, уйдешь из жизни нищим.

   Кричат, что человек не стоит и гроша,
   Поскольку дня прожить не может, не греша –
   Но если ты, мой друг, впрямь соткан из порока,
   Тогда греши, пока жизнь наша хороша!

   Эти люди жгут свечи с обоих концов,
   Воспевают ханжей, поощряют скупцов, –
   Нацеди мне в процессор хмельного нейтрино,
   Чтоб не видел я несовершенства Творцов!

   Мне приснилось, что я – муж большого ума,
   Чужд греху, чужд пороку, серьезен весьма,
   Не курю и не пью, честен, верен супруге…
   Пощадите! Помилуйте! Лучше тюрьма!!!

   Справедливости ищешь? Наплюй и забудь!
   Богатей или нищий? Наплюй и забудь!
   Захотелось весы привести в равновесье?
   В одну чашу наплюй, про вторую забудь.

   Не успеть, не сказать, не пройти до конца,
   Не сложить, не разрушить, не выпить винца –
   О Творец! Что мне делать с проклятой частицей?!
   Всеблагой! Для чего научил отрицать?!

   Не рубите, почтенные люди, сплеча,
   Не спешите, друзья, осуждать палача, –
   Если платят за каждый удар по динару,
   Руки сами спешат к рукояти меча!

   Кто живет с выдающимся носом? – еврей.
   На вопрос отвечает вопросом? – еврей.
   При рождении мира кто первый из первых,
   При кончине – последняя особь? Еврей.

   За вино и любовь всех на сковороду?
   Вах, такое привидится только в бреду –
   Если место в аду для влюбленных и пьяниц,
   Мир взорвется от зависти к тем, что в аду!

   Эту женщину люди хвалили не вдруг,
   Сразу видно ее среди прочих подруг,
   И супруг у нее всех супругов прекрасней…
   Вы уже догадались, кто этот супруг?

   О мудрец! Если тот или этот дурак
   Проклинают в молитвах вино и коньяк,
   Не вступай с ними в спор и налей себе спирта! –
   Пусть растает, как дым, заблуждения мрак…

   Не судите, друзья! Дни судьи нелегки,
   Окружают сплошные судью дураки,
   Он стоптал башмаки на дороге Закона,
   Но Закон не починит судье башмаки!

   У евреев с арабами плохи дела,
   А у евнухов с бабами плохи дела.
   Мир жесток даже в сказках! Сижу и рыдаю –
   У царевичей с жабами плохи дела.

   Я горести свои всегда топлю в вине
   И смерти не боюсь – она известна мне.
   Я был уже не раз до полусмерти пьяным
   И, значит, смерть, придет, когда напьюсь вдвойне!

   В этот мир я для добрых свершений пришел,
   Претерпеть миллионы лишений пришел,
   Ибо счастлив помочь, обогреть и наставить…
   Не кричите так громко: "Мошенник пришел!"…

   Вы – просто дети из других миров?
   К вам, юным, этот старый мир суров?
   А не хотите в мировое пламя
   Подкинуть и свою вязанку дров?


   Надо жить по понятиям – понял, братан?!
   Если ты мне, то я тебе – понял, братан?!
   А когда нас судьба разведет на мизинцах –
   Ну и за ногу мать ее! Понял, братан?!

   Пацаны, я торчу! Мы фильтруем базар,
   Нас не вяжут менты и не косит шиза,
   Но бугор наверху – еще тот отморозок!
   Мне прислали маляву: он всех заказал!..

   Бьют по почкам менты? Отчего ж им не бить?
   Наступают кранты? Отчего ж им не быть?
   Даже если мочить тебя станут в сортире –
   Все в порядке вещей. Наплевать и забыть.

   Я откинулся с зоны – и сразу в кабак.
   У меня есть резоны явиться в кабак –
   Не могу же напиться я в библиотеке?!
   Вот пропьюсь до кальсон – и покину кабак…

   Ты пальцы не топырь, заносчивый ханжа,
   Когда мой "Мерседес" плывет из гаража –
   Да, бедность не порок, но и не добродетель,
   А значит, и в раю башлями дорожат.

   Сколько было, пацан, до тебя пацанов,
   Сколько будет потом! Вот основа основ:
   Отвечаем по-всякому за распальцовку –
   И уйдем, догоняя былых паханов…

   Мне бы водки, братва! – и уже я Хайям…
   Мне бы травки, братва! – и уже я Хайям…
   Мне бы Люську-шалаву и теплую койку –
   Но проси, не проси, а братве по х…ям!

   Я спросил пахана: "Отчего нам хана?
   Завяжи с анашой, откажись от вина,
   Выкинь финку, пойди в стукачи – а в итоге…"
   Не дождался ответа я от пахана.

   Мы «поляну» накроем и «стрелку» забьём,
   И в парилке оттянемся с клевым бабьем,
   Рай – для вечнозелёных, как елки и баксы,
   Ад – для нытиков, схожих с дубовым рублём!

   Есть квартира, счет в банке, мобила и джип,
   Этих ставлю "на счетчик", других – на ножи,
   Но ночами мне снится: живу на зарплату…
   Где, скажите, реальность, а где миражи?!

   Ты родился в сорочке, я в джипе рожден,
   Ты – семь пядей во лбу, я – в кармане семь тонн,
   Ты качаешь права, я же мышцы качаю…
   Кто по жизни наказан, а кто награждён?!

   Развели, как шестерку, и дело – труба,
   О Аллах, ну за что ты караешь раба?
   Я налоги с наложниц укрыл, и в отместку
   Сколько бед ниспослала мне злая судьба!

   Я на Страшном суде озадачу Творца,
   Рассказав про доходы, про дачу Творца,
   Про уход от налогов, про рэкет, про взятки…
   Что молчишь, господин? Опровергни истца!

   Я пришел ненадолго, я завтра уйду,
   Счет забытого долга, я завтра уйду,
   Клык убитого волка, пустая обойма,
   Без базара пришел, без базара уйду…

   Угнали джип «Cherockee»? Наплевать!
   Растут на зоне сроки? Наплевать!
   Терпи, пацан! Зачтется терпеливым –
   В раю из лейки астры поливать!

   Гуляй, братва! Налейте пахану!
   К чему слова? Налейте пахану!
   Недолго нам гулять – дотянем сроки
   И перейдем в другую чайхану!

   Сплошь архетип, от крыши до штиблет,
   Герои детских сказок новых лет,
   Мы жили-были в тридевятой зоне –
   Иван-Пацан и Дед-Авторитет…

   Хлебнуть ли чайку, заварив от души?
   Пройтись ли в мазурке? – эй, ухарь! пляши!
   Отдаться ли сну? Перечесть ли Бодлера?
   А может быть, просто курнуть анаши?!

   Не воруй, говорят, и не пей натощак,
   Возлюби не шалаву, а дуру в прыщах,


скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16

Поделиться ссылкой на выделенное