Ольга Володарская.

Нераскрытая тайна Сен-Жермена

(страница 2 из 7)

скачать книгу бесплатно

Как только войска под знаменем «Pro patria et libertate![4]4
  За родину и свободу! – лат.


[Закрыть]
» перешли через перевал Верецкеи в Карпатах, как когда-то на пути обретения новой родины это сделали мадьярские племена под предводительством князя Арпада, и вступили на территорию Венгрии, пожар восстания быстро охватил ее северные области и перекинулся в Трансильванию. Это было истинное народно-освободительное движение, где в одних рядах сражались представители родовитейших дворянских фамилий и их крепостные. Война длилась почти 8 лет.

В сентябре 1705 года в городке Сечень дворянское государственное собрание избрало Ракоци правящим князем Венгерской конфедерации, в апреле 1707-го в городе Марошвашархей (Тыргу-Муреш, Румыния) – князем Трансильвании, а в июне 1707 года в местечке Онод объявило о свержении Габсбургов с венгерского трона и провозгласило князя Ракоци королем Венгрии.

Но Ференцем Ракоци руководили не честолюбие и жажда власти, а высшие интересы родины. В свое время он отказался от заманчивого предложения нового императора Австрии Иосифа I стать правящим герцогом провинций Бургау и Лихтенберг в обмен на отказ от титула князя Трансильвании и обещание сложить оружие. Впоследствии он отверг и польский трон.

Европа сочувствовала восставшим. Людовик XIV вначале расценил движение Ракоци как внутреннее дело Австрии и отказался вступать в союзнические отношения с подданными, поднявшими мятеж против законного государя. Однако позднее «король-солнце» признал Ференца Ракоци II князем Трансильвании и стал оказывать ему финансовую, военную и дипломатическую поддержку. Англия и Голландия через своих послов при венском дворе также советовали дому Габсбургов заключить мирный договор с восставшими. Куруцы Ференца Ракоци отвоевали большинство венгерских крепостей и держали в страхе всю Австрию, совершая набеги даже на предместья Вены. Напрасно карательные войска императора выжигали и вырезали целые деревни. Даже победы регулярной армии над войском куруцев не могли поставить Венгрию на колени.

Тем временем, помимо дунайских княжеств Валахии и Молдовы, у Ракоци появился еще один могущественный союзник. Русский царь Петр I направил к Ференцу Ракоци своего специального посла с предложением стать польским королем вместо свергнутого в ходе войны со Швецией Августа II. 15 сентября 1707 года в Варшаве Петр I и Ференц Ракоци II подписали союзный договор, по которому русская сторона обещала военную, финансовую и дипломатическую помощь для достижения независимости Трансильвании и Венгрии. Тогда же Россия открыла для себя токайское. Это великолепное вино, которое производят только в городке Токай, издавна принадлежавшем семье Ракоци, очень пришлось по вкусу Петру и с его легкой руки стало зваться «Самородным».

Но военные неудачи Петра в войне с Карлом XII помешали ему выполнить условия Варшавского соглашения.

Крупное поражение потерпели и войска Ракоци в августе 1708 года под городом Тренчень (Тренчин, Словакия). Европа, а за нею и военное счастье отвернулись от венгерских повстанцев. В феврале, марте и апреле 1711 года их предводитель князь Ракоци вновь вынужден был искать помощи у своего русского союзника, но безуспешно. В это время Петру I пришлось вести войну на два фронта: со Швецией и с Портой. В разгаре был Прутский поход, в ходе которого сам Петр и его командование попали в плен к туркам под деревней Станилешти и сумели освободиться только ценой огромных контрибуций. Да и Карл XII, разгромленный под Полтавой и искавший убежища в Турции, не оставлял своих надежд на победу в Северной войне.

Поэтому в апреле 1711 года в городе Сатмар (Сату-Маре, Румыния) главнокомандующий Ференца Ракоци граф Шандор Каройи в его отсутствие заключил мир с императорским генералом венгром Яношем Палфи (таких венгров – сторонников императора в отличие от венгров-повстанцев презрительно именовали лабанц). Ференц Ракоци не хотел принимать этот мир, но его войска сдавали крепости одну за другой. Последней 24 июня 1711 года сложила оружие крепость Мункач. (Ее замок, разрушенный австрийцами, в настоящее время отреставрирован и так же гордо возвышается на холме над украинским городом Мукачево. Его прекрасно видно из окна поезда, идущего в Венгрию.)

Ференц Ракоци стал изгнанником, скрываясь одно время в Польше, затем во Франции.

Своеобразно отразились в сознании французского читателя воспоминания о его пребывании в их стране. Напомню поклонникам знаменитой серии романов Анн и Сержа Голон (выходцев из России) о неукротимой Анжелике и не менее популярных фильмов, поставленных по мотивам их книг, один эпизод из первого, еще не дублированного, а шедшего с синхронным переводом в советском прокате фильма «Анжелика и король». В покои прекрасной супруги графа Жоффрея де Пейрака в Версале внезапно входит молодой и весьма обаятельный иностранный дворянин. Завязавшаяся беседа становится все более непринужденной. Когда же гость Анжелики сетует, что вынужден скрываться, она спрашивает:

– Но от кого вы бежите?

– От моего родственника.

– Кто же этот родственник, что преследует вас?

– Король Людовик.

– Всего лишь? – ответствовала дама.

Как только случайный посетитель стремительно оставляет недоумевающую Анжелику, в дверь барабанят:

– Именем Его Величества откройте! У меня предписание арестовать князя Ракоци как беглеца и преступника. Мне известно, что он здесь. Где вы его прячете, мадам? Где мадьяр?

А этот самый мадьяр, покинув негостеприимную Францию, оказался в Турции, где и закончил свой бурный земной путь. Он оставил мемуары о своей жизни и борьбе, по его распоряжению книги об истории движения куруцев были написаны и изданы на многих языках. А Венгрия осталась под пятой Габсбургов еще на полтора столетия.

Сыновья князя Ференца Ракоци II и Шарлотты Амалии Гессен-Рейнфельской остались в Вене заложниками правящего дома Габсбургов. Большая часть замков, принадлежавших фамилии Ракоци, была взорвана по приказу императора, в оставшихся разместили австрийские гарнизоны. Наследники мятежного князя не имели права носить родовое имя, которое, по замыслу завоевателей, должно было быть стерто из памяти народов империи. Поэтому они получили имена соответственно Санкт-Карл и Санкт-Элизабет.

Последнее имя многое говорит венграм. Святая Елизавета (Эржебет по-венгерски) – любимейшая святая в Венгрии и считается покровительницей страны. Она славилась своим милосердием и помощью нищим и убогим. Это реальное историческое лицо – принцесса, старшая дочь короля Эндре II, жившая в XIII веке. В 1211 г. ее выдали замуж за Людвига, сына маркграфа Тюрингии Германа. Вскоре после смерти принцессы Папа Григорий IX буллой от 1 июля 1235 г. провозгласил ее святой. Недалеко от города Шарошпатак сохранился красивейший храм XIII века, выстроенный в ее честь. Кроме того, Шарлотта Амалия, жена Ференца Ракоци, знала, что святая Эржебет была ее прабабкой в четырнадцатом колене. Первый же сын выбрал имя Санкт-Карл, вероятно, в честь правящего императора Карла, пожаловавшего ему титул маркиза. Как пишет немецкий историк Георг Хезекль, «старший сын, назвавшийся маркизом Сан-Карло, бежал из Вены в 1734 году. В этом году, после долгих лет бесплодной борьбы, умер в Родосто на территории Турции его отец и был похоронен в Смирне». (По данным венгерских источников, точная дата смерти князя Ференца Ракоци II – 8 апреля 1735 года). Позднее старший сын получил от Турции причитающийся его отцу пенсион (и право на трансильванский престол) и стал известен под именем принца Зибенбюргена (Трансильванского). Он пошел по стопам отца, стал бороться против угнетателей, но был разбит принцем Фердинандом Лобковиц и умер, эабытый всеми, в Турции. Младший брат не принимал участия в борьбе старшего и находился поэтому в хороших отношениях с австрийским правительством».[5]5
  Цит. по кн.: Купер-Оукли И. Граф Сен-Жермен. Тайны королей. – Москва: Беловодье, 1995, с. 19.


[Закрыть]

Глава 4
Вокруг имени Сен-Жермена

«Мы сами выбираем себе наши имена,

все остальное – только следствие».

Марина Цветаева

Мы не случайно столь подробно остановились на личности князя Ференца Ракоци II. Дело в том, что существует версия, будто его смерть в Родосто (ныне Текирдаг) была инсценирована. Это было достаточно просто сделать. Изгнанник жил весьма замкнуто. При нем находился только один человек – его паж Келемен Микеш, беззаветно преданный князю. Слуга исполнил все распоряжения князя относительно организации его похорон. Факт смерти Ракоци установлен только на основании свидетельства Микеша. Вот оно (перевод с древневенгерского): «Родосто, 8 апреля 1735 г. Чего мы опасались, тому мы уже стали причастны. Господь обрек нас на сиротство и сегодня отнял у нас нашего милого господина и отца, в третьем часу поутру. Нынче Страстная пятница, и должно нам оплакивать смерть и Отца нашего Небесного, и отца нашего земного. Господь отсрочил на сегодня кончину нашего господина, чтобы освятить его смертную жертву заслугою того, кто сегодня принял смерть свою за нас. Таково было житие его, и такова была кончина его, что полагаю, было ему сказано: сегодня будешь со мною в раю. Прольем слезы обильные, ибо воистину окутал нас мрак отчаяния. Но не нашего отца-благодетеля станем оплакивать, ибо его Господь после премногих страданий взял на пиршество небесное, где поит из кубка наслаждения и радости, но нас самих, кому выпала участь сиротства великого. Невозможно изъяснить, сколь велики стенание и кручина тут, среди нас, и меж самых малых холопьев». После своей мнимой смерти Ференц Ракоци принял другое имя, принадлежащее его сыну. По словам Мэнли Палмера Холла, «теософ Фрэнсис Адни полагает, что граф Сен-Жермен не был сыном князя Ракоци из Трансильвании, но, учитывая его возраст, он не мог быть никем иным, как самим князем Ракоци, который был известен как натура, склонная к философии и мистицизму». Этот писатель верит, что Сен-Жермен прошел через «философскую смерть» в 1784 году, как это сделал Фрэнсис Бэкон в 1626 году и Ференц Ракоци в 1735-м».[6]6
  См.: Холл М. П. Энциклопедическое изложение масонской, герметической, каббалистической и розенкрейцеровской символической философии. 3-е изд. – Новосибирск: Наука, Сибирская издательская фирма РАН, 1997, с. 775.


[Закрыть]
Предположение сенсационное и многозначительное! Имя Ракоци соседствует в книге М. П. Холла с именем Фрэнсиса Бэкона, и это отнюдь не случайно. Сравните: «Когда Сен-Жермен воплотился… как Френсис Бэкон (1561–1626), он был внебрачным ребенком королевы Елизаветы и лорда Лэйсестера, законным наследником английского престола. Он перевел Библию (в варианте короля Джеймса) и написал „Novum Organum“ и шекспировские пьесы, в которых зашифрованы многие из святых тайн Братства, так же как и история его жизни. Завершив дело, для которого он был послан в этом воплощении, он совершил свой уход с присущим ему хорошим чувством юмора, присутствуя на собственных похоронах в 1626 году (тело в гробу не было телом Фрэнсиса Бэкона)».[7]7
  Цит. по кн.: Сен-Жермен. Курс по алхимии. Наука самотрансформации. – Москва: Золотой век, 1993, с. 59. Источник, безусловно, более чем спорный, но приведенная перекличка с трудом Холла заслуживает внимания.


[Закрыть]
О связи между именами Сен-Жермена и Бэкона будет сказано более подробно в главе девятой, а сейчас вернемся к рассказу о венгерском князе.

В венгерских источниках мы обнаружили упоминание о том, что останки князя Ференца Ракоци II были впоследствии погребены в главном католическом соборе города Кашша (Кошице, Словакия). Однако, согласно его воле, сердце князя в специальной урне покоится во Франции, в саду монастыря августинцев (камальдульцев) Буасси-Сен-Леже (Boissy-Saint-Lйger) в лесу Гробуа (Grobois) на юго-восток от Парижа, где в 1715 году он жил изгнанником и гостем Людовика XIV. В предисловии к переводу на венгерский язык написанных Ференцем Ракоци в тот период на латинском и французском языках записок под заглавием «Aspirationes principis Christiani», впервые опубликованному в Венгрии в 1946 году, переводчик Бела Вардаи приводит еще один интересный факт: «Его влекли к себе монастыри, и вначале он думал избрать своим пристанищем августинскую обитель Сен-Жермен-ан-Лэ (Saint-Germain-en-Laye) под Версалем». Кстати, обращает на себя внимание совпадение, вовсе не кажущееся нам случайным. Молитвы и размышления, посвященные мистерии Страстной недели и ее главного дня – Страстной пятницы, являются содержанием записок «Aspirationes…». Смерть князя Ференца Ракоци на Родосто 8 апреля 1735 года пришлась на Страстную пятницу. «Господь отсрочил на сегодня кончину нашего господина, чтобы освятить его смертную жертву заслугою того, кто сегодня принял смерть свою за нас» – эти слова из письма Келемена Микеша представляются нам ключевыми. На основе приведенных фактов мы предлагаем читателю самостоятельно решить, насколько реальна физическая кончина князя Ракоци и случайно ли появление имени Сен-Жермен.

Но вернемся к тому, кто вошел в историю Европы под именем Сен-Жермен. Правда, это имя было далеко не единственным. Вот неполный список имен, под которыми появлялся Сен-Жермен в разные годы: маркиз де Монферра (marquis de Monferrat), граф Белламар или Аймар (comte Bellamarre, count Aymar) в Венеции, шевалье Шёнинг (chevalier Schoening) в Пизе, граф Уэлдон или Велдон (earl Weldom, Welldone, Veldon) в Милане и Лейпциге, граф Салтыков или Солтыков (comte Soltikov, Saltikov, Soltikoff) в Генуе и Ливорно, граф Цароги (graf Tzarogy) в Швабахе и Тройсдорфе, принц Рагоци (prinz Ragotzy) в Дрездене, граф де Сен-Жермен (comte de St.-Germain) в Париже, Гааге, Лондоне и Санкт-Петербурге. Сен-Жермен появлялся также инкогнито как господин де Сен-Ноэль, купец Нобле, господин де Сюрмон и, наконец, просто «американец из Фелдерхоффа (или Федальхофа)».

Некоторые из этих имен являются законными титулами, которыми имел право именоваться владелец имений с соответствующими названиями. Так, например, в «Теософском Словаре» Е. П. Блаватской есть сведения, что загадочный граф купил поместье Сен-Жермен (Сан Джермано) в итальянском Тироле и заплатил Папе Римскому за этот титул. Что же касается имени Цароги (Tzarogy), то оно является анаграммой немецкой формы имени Рагоци (Ragotzy) или Ракоци (Rakуczi), согласно современному венгерскому написанию и произношению.

Примечательно, что о своем настоящем происхождении и подлинном имени граф де Сен-Жермен рассказал лишь незадолго до своей смерти, точнее, ее официальной даты февраля 1784 года, то есть в 1777 году. Эти сведения, открытые Сен-Жерменом его другу и сподвижнику в оккультных науках ландграфу Карлу Гессен-Хассельскому, неоднократно цитировались в разнообразных источниках. Они почерпнуты из «Воспоминаний о моем времени» ландграфа. На эти воспоминания, в частности, ссылаются Е. П. Блаватская в своей статье «Сен-Жермен», написанной в 1881 году, а также Мэнли Палмер Холл, издатель теософского альманаха «Феникс», Изабель Купер-Оукли и другие, писавшие о Сен-Жермене. Вот эта цитата:[8]8
  Приводим по книге: Купер-Оукли И. Сен-Жермен. Тайны королей. – Москва: Беловодье, 1995, с. 16–17.


[Закрыть]
«Он (Сен-Жермен) поведал мне о том, что в наши края прибыл, будучи уже восьмидесяти восьми лет от роду, и является, вне всякого сомнения, плодом брачного союза принца Рагоци из Трансильвании с первой его женой по имени Текели.[9]9
  В английском оригинале Tekley, что, вне всякого сомнения, является искажением настоящей фамилии.


[Закрыть]
Совсем еще ребенком отдан он был на попечение в дом последнего герцога де Медичи (Джованни Гасто, Великий герцог Тосканский, правивший с 1723 по 1737 год), который обожал младенца и укладывал его на ночь в своей опочивальне. Когда же подросший Сен-Жермен узнал о том, что два его брата, сыновья принцессы Гессен-Ванфридской (Рейнфельской), оказались подданными императора Карла V и получили по титулу, называясь отныне Санкт-Карлом и Санкт-Элизабетом, то решил наречь себя Sanctus Germanus, то есть Святым Братом».

У нас есть своя версия объяснения имени «Сен-Жермен», точнее, не привычной нашему слуху офранцуженной его формы, а латинского «первоисточника». «Святой брат» – это же весьма распространенный эвфемизм для обозначения члена монашеской общины или – шире – духовного ордена. Так что Sanctus Germanus можно расшифровать как «член Святого Братства», то есть один из тех Братьев Обители Света, что бессменно стоят на страже судеб человечества. Таким образом, само имя графа ясно указывает – тем, разумеется, кто способен прозревать за поверхностной оболочкой суть вещей – кто он и откуда.

Долгое время считалось, что граф Сен-Жермен – старший сын Ференца Ракоци II, или Великого Ракоци, как зовут его венгры. Есть сведения, что мальчик умер в 1700 году в городе Лёче в северной Венгрии (ныне Левоча, Словакия). Однако эти сведения приведены биографом князя Ракоци Эмилем Хорном на основании лишь собственных мемуаров князя «Confessions» (оригинал написан по-французски), где говорится буквально, что трехлетнее дитя угасло, как свечка, от неведомой болезни. Многие исследователи склонны видеть в этом лишь указание на то, что ребенок был укрыт от преследователей отца и втайне отправлен с верными людьми в надежное место.

Изабель Купер-Оукли добавляет,[10]10
  Купер-Оукли И. Сен-Жермен. Тайны королей. С. 20.


[Закрыть]
что в старинной немецкой хронике «Genealogishe Archivarius aus das Jahr 1734–1736» она обнаружила завещание Ференца Ракоци II (названного ею Франц-Леопольд Рагози), где упомянут также и третий его сын, по имени принц Карл Гесский, находящийся под покровительством последнего Медичи. По завещанию ему полагалась весьма внушительная доля наследства; за исполнением последней воли завещателя должны были следить душеприказчики герцог Бурбонский, герцог Менский и герцог Шарлеруа-Тулузский – внук и два внебрачных сына Людовика XIV. Видимо, это завещание было составлено в период с 1712 по 1717 г., во время пребывания князя Ракоци во Франции. Однако в копии немецкого архивиста есть некоторая путаница или неясность: имя последнего сына Ференца Ракоци, родившегося 8 августа 1701 г., то есть уже после того, как отец был арестован, – Дьёрдь (Георг) Ракоци. Он проживал вместе с матерью вплоть до ее смерти в 1722 году. В 1727 году Георг Ракоци навестил своего опального отца, князя Ференца Ракоци II, которого никогда до этого не видел, в его изгнанническом убежище в Родосто. Отец и сын говорили между собой по-французски, так как воспитанный при австрийском дворе Георг не знал венгерского. После этого 5 лет спустя, в 1732 году, Ференц Ракоци пишет завещание, в котором все свое наследное имущество и титул герцога Маковицкого оставляет Георгу. Йожеф (Иосиф), который после смерти первенца оставался старшим сыном князя Ракоци, в завещании упомянут всего один раз, причем не по имени: князем указано только, что у него два сына. Известна дальнейшая судьба сыновей Великого Ракоци. Иосиф скончался 10 декабря 1738 года в местечке Чернавода (сейчас находится в Болгарии), оставив после себя незаконнорожденную дочь Жозефу Шарлотту, плод его связи с баронессой Перраве (de Perravex). Георг, герцог Маковицкий, обосновался в Париже, где и умер 17 июня 1756 г., не имея наследников. Однако обращаем внимание: имя «Георг» сначала было дано первенцу Ференца Ракоци (у него было, впрочем, три личных имени, два остальных – Леопольд и Людовик). Затем в 1700 году этот Георг умирает (или его скрывают, объявив о его смерти). В августе 1701 г. то же самое имя «Георг» получает – в отсутствие отца – его самый младший сын. Что это: случайное повторение? Скорбь по недавно потерянному любимому сыну? Хитрая маскировка, чтобы запутать и замести следы? Упомянутый наряду с Медичи в книге И. Купер-Оукли Карл Гесский, скорее всего, не кто иной, как ландграф Карл Гессенский, который знал, что будущий Сен-Жермен воспитывался у Медичи. Возможно, он каким-то образом причастен к тому, что завещание Ференца Ракоци попало в немецкий генеалогический справочник, неизвестно, в каком году составленный (или исправленный, дописанный). Более того, сами мемуары князя Гессенского, согласно мнению некоторых историков, подложны или содержат подделки, внесенные другим лицом. Суммируя все сказанное, остается предположить одно: ко двору Медичи мог быть отправлен только первый сын четы Ракоци, Дьёрдь-Липот (Георг-Леопольд), о котором говорилось, что он умер трех лет от роду.

Тем не менее о детских годах Сен-Жермена и о его юности (если разделять предположение о том, что он первенец Ференца Ракоци II) никаких более подробных сведений нет, кроме замечания, что он получил образование в Сиенском университете.

Примечательно, однако, что дата первого появления Сен-Жермена в европейских столицах – 1735 год: «Мы располагаем точными сведениями о том, что граф Сен-Жермен посещал Вену в 1735 году, а также и позднее этой даты», – пишет австрийский историк А. де Майи;[11]11
  A. de Mailly. «Der Zirkel», March Ist., 1908 г., цит. по кн. И. Купер-Оукли.


[Закрыть]
хотя, как нам кажется, здесь вкралась опечатка и следует читать «в 1785 году»). Голландец ван Сипштайн утверждает, что «в одной немецкой биографии указываются точные даты его визитов в эту страну (Голландию): 1710, 1735, 1742, 1748, 1760 и 1773-й (правда, он же выше упоминает, что последняя дата посещения Сен-Жерменом Голландии – 1774 год, май, так что быть абсолютно уверенными в точности всех приведенных здесь дат нельзя)».

Значит, более 30 первых лет жизни графа Сен-Жермена никому в точности не известны! Хотя у различных мемуаристов, известных в качестве близких друзей Сен-Жермена, есть глухие намеки на изучение им оккультных наук в Египте, Персии и Индии, где он бывал неоднократно. Но обращаем внимание на одну странность: дата первого появления Сен-Жермена под этим именем совпадает с официальным годом смерти его предполагаемого отца Ференца Ракоци II. Не забудем, что смерть эта некоторыми считается мнимой.

Интересно, что четыре классических книги Нового Завета весьма скупо сообщают о детстве и юности Иисуса из Назарета, а содержащее хоть некоторые подробности Евангелие от Луки указывает: «Иисус, начиная Свое служение, был лет тридцати…» (Евангелие от Луки, III:23). Конечно, где-то продолжают существовать Евангелия апокрифические, когда-то отвергнутые церковными соборами и запрещенные как ересь. Но даже они об этом периоде жизни Иисуса молчат, за исключением «Евангелия детства». Это не случайность. Исполняются сроки, и Знание приходит в мир. По некоторым утверждениям, в 1996 году планета вступила в новую астрономическую эру – началась эпоха Водолея. И вот именно сейчас у нас в России вышло в свет написанное в конце прошлого столетия «Евангелие Иисуса Христа эпохи Водолея». Полное название этой книги таково: «Евангелие эпохи Водолея об Иисусе, который есть Христос эпохи Рыб». Оно-то и восполняет дотоле неизвестные страницы детства и начальных деяний Иисуса. Перечислим названия только некоторых частей этого нового Евангелия, каждая из которых обозначается буквой древнееврейского алфавита:

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.

Купить и скачать книгу в rtf, mobi, fb2, epub, txt (всего 14 форматов)



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7

Поделиться ссылкой на выделенное