Ольга Володарская.

Кара Дон Жуана

(страница 2 из 28)

скачать книгу бесплатно

– Ты чего делаешь? – гневно спросил Андрей у девочки. – Так же покалечить можно…

Маленькая чертовка не ответила, а голыши швырять стала реже, но прицельнее.

– Перестань хулиганить! – прикрикнул Андрей, раздосадованный таким поведением – сам он никогда не совершал пакостей исподтишка, поэтому не терпел, когда это делали другие. – Иначе я все скажу твоим родителям!

Девочка не испугалась, но швыряться камнями перестала, а все потому, что горка метательных снарядов иссякла. Тогда она поднялась, вытянула руку и зачерпнула горсть голышей, дабы возобновить обстрел.

– Тебе не стыдно? – задал резонный вопрос Андрей.

– Нет, – ответила девочка, не оборачиваясь. – Сегодня он украл у меня куклу. А вчера съел мой пирог с курагой… – Она сжала маленькие кулачки и добавила: – Я его ненавижу!

– Нельзя так говорить, – наставительно заявил он.

– Да пошел ты, козел!

Андрей собрался пожурить девочку за грубость, но тут она обернулась и воззрилась на него с таким пренебрежением, что он замолчал.

– Ну, че уставился? – спросила она. – Топай отсюда и не лезь куда не следует!

Из уст маленькой девочки ругань звучала так нелепо, что Андрей рассмеялся.

– Вот обезьяна, – с улыбкой буркнул он. – И кто тебя научил так разговаривать?

– Иди в жопу!

Андрей хотел было дать девочке подзатыльник, но передумал. В это время из моря выскочил чернявый мальчишка, тот самый, что подвергся обстрелу, и дернул воительницу за косу. Та тут же вскочила, норовя лягнуть обидчика. При этом она кричала что-то гневное на непонятном языке и корчила рожи, а мальчишка хохотал, все сильнее накручивая на кулак ее толстую косу. Наверное, девчонке было очень больно, но она не плакала, только методично обругивала обидчика да дрыгала тонкими ногами с ободранными коленками в надежде достать до его живота жесткой пяткой.

– Эй, парень, да ты ей скальп сейчас снимешь! – воскликнул Андрей, кидаясь разнимать дерущихся. – Отпусти ее!

Мальчишка послушался, но девочку его капитуляция не тронула, как только ее волосы освободились от тисков, она с еще большим азартом начала дубасить противника, пустив в ход не только пятки, но и кулаки.

– Вот бестия, – хохотнул Андрей и схватил девчонку под локти, чтобы оттащить от пацана.

Когда он приподнял ее над землей, она задрала свою кудрявую головку и посмотрела на него такими глазами, что Андрей опешил. Только сейчас он заметил, как красива смуглянка. У нее был удивительный взгляд: невинный и порочный одновременно, будто ангел и дьявол уживались в этом маленьком человечке… А лицо! Какое у нее лицо! Тонкое, правильное, с точеными чертами: нежный овал, изящный маленький нос, мягкие губы, надломленные брови, огромные влажные глаза, а в них пылает необузданная ярость. Наверняка именно такой взгляд был у медузы Горгоны. Именно такой взгляд убивал!

– Отпусти! – выкрикнула девочка, долбанув Андрея пяткой под дых. – Без тебя разберемся!

– Да, – поддакнул мальчишка. – Мы постоянно деремся, нас мама и та не разнимает…

– Вы родственники?

– Мы брат и сестра.

Разве не похожи?

Нет, они совершенно не походили друг на друга. Идеально красивая, утонченная сестра и бровастый, носатый брат. Даже их смуглость была разной: ее персиковая, нежная, его коричнево-горчичная, почти негроидная. Она походила на испанскую инфанту, он на цыганенка-кочевника… Одно их объединяло – акцент, с которым они говорили по-русски, да еще облачение: и брат и сестра были одеты в обноски. Он в шорты и вылинявшую футболку, она в юбку и рубаху с оторванными рукавами.

– Хотите мороженого? – ни с того ни с сего спросил Андрей, обращаясь к инфанте. – Или пирогов с курагой?

– Лучше деньгами дай, – нагло заявил мальчишка. – Мы на них сигарет купим…

– Да, – поддакнула его сестра. – А пирогами мы и без тебя разживемся! Нам постоянно их подают! Нет бы кто пачку «Явы» кинул…

– Вы милостыню собираете?

– Че это? – обиделась девочка. – Мы на набережной выступаем: танцуем, поем, гадаем. Нам за представление прохожие платят. Кто деньгами, кто сладостями, а иногда…

Чем иногда расплачиваются с певцами-побирушками курортники, Андрей так и не узнал: в этот момент на волнорезе показалась низкорослая цыганка с младенцем на руках. Несмотря на жару, она была одета в длинное пышное платье, штаны, сапоги и шерстяную кофту. Судя по суровому выражению лица, она была чем-то недовольна. Наверняка своими детьми – в том, что эта женщина мать мальчишки, сомневаться не приходилось: он был ее маленькой копией.

Предположение Андрея тут же подтвердилось, так как женщина, увидев ребят, проорала на своем языке нечто грозное, а затем раздраженно махнула рукой, призывая их следовать за ней. Дети подчинились. Но перед тем как взобраться на лестницу, девочка обернулась и одними губами произнесла:

– Меня зовут Кара, а тебя?

– Андрей, – так же беззвучно ответил он.

Кара кивнула и припустила вслед за братом.

Как только они скрылись в толпе спешащих на пляж курортников, Андрей вернулся к своему галечному замку, но до самого вечера вспоминал лицо маленькой разбойницы с символичным именем КАРА…

А вечером увидел ее вновь.

Он гулял по набережной в компании родителей. Импозантный, с иголочки одетый отец вел под руку утонченную, безумно красивую маму в легком розовом платье, а облаченный в небесно-голубые джинсы и белую майку Андрей шел на два шага впереди, расточая улыбки симпатичным девочкам и их мамашам. Минут через двадцать он планировал отделиться от родителей – как ни приятно ему было их общество, а одному гулять по набережной лучше: при маме он стеснялся заигрывать с девушками, а при отце боялся курить, так что избавиться от предков надо было обязательно, поскольку без заигрывания и курева бродить скучно…

Андрей нащупал в кармане мягкую пачку сигарет «Лаки Страйк», проверил, не сломались ли, затем пересчитал деньги, в наличии оказалась смешная сумма, которой хватит только на пару банок пива. Значит, придется втихаря попросить у мамы – то, что дал ему отец, Андрей давно прогулял. Пока он раздумывал над тем, как улучить момент, чтобы обратиться к матери с просьбой, родители остановились около уличного художника, рисующего шаржи.

– Андрюшка, – окликнула сына мама. – Иди сюда, смотри, как здорово!

Но Андрей не подошел – его внимание привлекла кучка народа, собравшаяся около парапета. Человек двадцать курортников, обступив кого-то, смеялись и хлопали в ладоши. Наверное, перед ними выступал какой-нибудь клоун или дрессировщик с обезьянкой. Скорее последнее, так как животные пользовались у публики наибольшим успехом.

Чтобы удостовериться в правильности своей догадки, Андрей влился в толпу.

Оказалось, он ошибся. Перед праздной публикой выступали не животные, а люди. Вернее, дети. Четыре маленьких цыганенка. Две девочки и два мальчика. Ребята танцевали, вскидывая коленки, приседая, хлопая себя по бокам, тряся нечесаными кудрями. Одна из девчонок пела, вторая ей аккомпанировала на бубне. К моменту, когда Андрей подошел, выступление уже заканчивалось. Но цыганята на бис решили исполнить еще один номер.

– Танец «Умирающий лебедь», – громко объявил один из плясунов, в котором Андрей узнал своего недавнего знакомца с пляжа. – Исполняется впервые!

Публика зааплодировала, а на передний план выдвинулась девочка с бубном, только теперь инструмента при ней не было, зато на плечах появилась шаль, как потом оказалось, символизирующая крылья. Она выставила вперед босую ножку с вытянутым носком, согнулась, опустила руки к асфальту, склонила головку, закрыла глаза и замерла, будто ожидая, когда зазвучит музыка. Несколько секунд она простояла так, потом резко распрямилась, вытянулась в струну, взмахнула кистями рук и начала свой танец умирающего лебедя. К счастью, длился он не очень долго, иначе зрители умерли бы от смеха, потому что девочка-лебедь умирала до того потешно, что спокойно смотреть на это было невозможно. Комичность усугублялась тем, что «балерина» и не думала никого смешить, она была очень серьезна и сосредоточенна, а на дружный хохот не реагировала.

– Какая удивительная девочка, – Андрей услышал за спиной голос мамы. – Я никогда не видела таких красавиц среди цыган…

– Да, – поддакнул отец. – Она не похожа на цыганку. Наверное, полукровка.

– Просто Эсмеральда! Ей только козочки с золотыми рожками не хватает…

– Это Кара, – встрял в разговор родителей Андрей. – А тот мальчик, что повыше, ее брат.

– Совсем не похожи…

– Да нет, – не согласился отец. – Что-то общее есть, но девочку явно зачали от какого-нибудь белого человека. Русского или, например, поляка. – Он тронул сына за руку: – Андрюша, пойди, дай ей денег, чтобы перестала дурачиться – танцевать она совсем не умеет…

Андрей выгреб из кармана все имеющиеся деньги, шагнул к Каре, которая, рухнув на колени, задрожала, изображая агонию, после чего распласталась на асфальте и замерла.

– Умер наконец-то лебедь! – со смехом выкрикнул какой-то пьяненький дядька. – Теперь на похороны будут собирать!

И точно, как только танцовщица поднялась, ее товарищи кинулись к публике с протянутыми ладошками. Одна Кара не двинулась с места. С надменным, как у примадонны, видом она начала раскланиваться. На деньги, протянутые ей Андреем, даже не взглянула, их выхватила из его рук вторая девочка.

Собрав гонорар за выступление, цыганята убежали. Но Кара, перед тем как сорваться с места, сделала шаг к Андрею и быстро прошептала:

– Завтра на том же месте…

Он кивнул, давая понять, что придет. После этого она унеслась вслед за своими товарищами, подобрав длинную юбку. А Андрей, вместо того чтобы, отсоединившись от родителей, пуститься в вольное плавание по набережной, ушел домой. Ему не хотелось гулять, не хотелось флиртовать, кутить и курить. Больше всего в тот момент он желал, чтобы побыстрее наступило завтра…

И когда оно наконец наступило, он примчался на пляж, разбитый и больной от недосыпа. Лег у катамарана и стал ждать. Но не дождался. Ни в этот день, ни на следующий Кара не пришла. Больше он вообще не встречал ни ее, ни брата. Очевидно, табор перекочевал в другой город.

Со временем Андрей забыл о Каре и вот, увидев цыганят возле катамарана, вспомнил.

Ей сейчас лет семнадцать, восемнадцать. Наверное, она вышла замуж – цыгане, как известно, рано женятся, быть может, она уже ребенка родила, а то и двух. Обабилась, погрубела, потолстела, обросла усами. Теперь она не танцует, а гадает или торгует фальшивой французской помадой.

От этих мыслей почему-то стало грустно, и Андрей решил подняться на набережную, чтобы выпить в кафе пива. Он встал с камней, взял кошелек, обул сланцы. Не обращая внимания на приглашающий взгляд блондинки, направился к лестнице.

В кафе он взял кружку пива и вареных раков. Сел за столик. Пока пил, рассматривал фланирующих по набережной дам. Благодаря моде на бикини он мог оценить не только лица, ноги, плечи, но и ягодицы с грудью. Вдруг среди оголенных беспечных людей он увидел необычную девушку. Очень юная и очень красивая брюнетка быстро шла сквозь толпу, легко ступая босыми ногами по мостовой. Она была одета в длинную многоярусную юбку и изрядно поношенную рубаху с пышными рукавами. На ее шее висели гирлянды дешевых медных бус, а в нечесаных волосах белел цветок жасмина.

«Цирк уехал, а клоун остался, – весело подумал Андрей. – В данном случае уехал театр „Ромэн“, а осталась его молодая актриса, которая отбилась от труппы, одичала, пообносилась и бродит теперь по городу, смеша всех своим глупым видом…»

А девушка тем временем запрыгнула на парапет набережной, сделала ладони рупором и, обратив лицо к волнорезу, закричала что-то на непонятном языке. Тут же на ее зов примчались давешние цыганята, обступили ее и загалдели. Слов Андрей не разобрал, только одно показалось ему до боли знакомым – это было слово «КАРА».

Кара? Та самая?

Андрей вскочил со стула, чтобы лучше рассмотреть девушку. Тоненькая, невысокая, с маленькой узкой ножкой, ей нельзя было дать больше пятнадцати. Значит, не она… Или?

– Кара! – позвал он не очень громко, но девушка услышала. – Кара, это ты?

– Вы меня? – спросила она на плохом русском.

– Ты ведь Кара?

– Да.

– А я Андрей, ты меня не помнишь?

– Нет, – быстро ответила Кара, не взглянув на него.

– Мы познакомились на этом пляже пять лет назад…

Но девушка не стала его слушать – развернулась и, окруженная стайкой пацанят, унеслась в сторону рынка.

Немного смущенный Андрей вернулся за столик, быстро допил пиво и собрался уже покинуть кафе, как стоящий за стойкой бармен позвал его кивком головы.

– Я вижу, тебе девочка понравилась, – сказал он, когда Андрей подошел. – Так вот, она вечерами у пирса танцует. Если хочешь ее видеть, подгребай часам к десяти – не ошибешься…

Андрей поблагодарил сердобольного бармена, но для себя решил, что ни к какому пирсу вечером не пойдет – зачем? Да, когда-то Кара ему очень нравилась. Можно сказать, он был в нее по-настоящему влюблен – чисто, бескорыстно, как-то по-детски… Да-да, именно по-детски, ибо любовь к Каре была последним платоническим чувством, которое он испытал. После он увлекался только теми, кто мог подарить ему наслаждение… А что ему может дать Кара? Да ничего! Хотя она, безусловно, превратилась в роскошную девушку, и теперь ее можно было бы полюбить не только платонически, но нужен ли ему секс с немытой цыганкой? К его услугам холеные русские курортницы, пылкие местные красотки, раскрепощенные иностранки (вчера он познакомился с двумя кенийками), а он пойдет искать встречи с какой-то дикаркой? Ну уж нет! Пусть Кара остается в его юношеских воспоминаниях, именно там ей место…

Так он уговаривал себя целый день. Но в десять вечера, несмотря ни на что, приплелся к пирсу. Кара была там – танцевала перед десятком курортников. Та самая КАРА. Дерзкая маленькая чертовка с глазами серны. Она почти не изменилась. Повзрослела, конечно, но не настолько, чтобы ее не узнать.

Она танцевала цыганочку, а не «Умирающего лебедя». Так же бездарно, как раньше, но не так смешно. Вокруг нее вились ее маленькие чернявые сородичи, стуча в бубен, тряся кудрями, сверкая черными пятками. Когда выступление закончилось и подтанцовка кинулась собирать плату с зевак, Кара вышла на поклон с самодовольной, дерзкой физиономией уставшей от успеха примы. С этой же миной она приняла у Андрея деньги – он не стал давать их пацанятам, а протянул томно взирающей на толпу Каре. Но когда он отошел, она бросила на него совсем другой взгляд: озорной, веселый. И он понял, что она его узнала.

Подбодренный этим взглядом, Андрей собрался заговорить с девушкой, но она громко рассмеялась, оттолкнула его и бросилась бежать. А за ней, громко вереща, кинулись ее оруженосцы.

– Их табор у горной речки стоит, – сказал один из зрителей своей подруге. – Помнишь, мы ходили рассвет встречать, а вдалеке костры горели? Это были цыгане…

– Их в город не пускают, – включился в разговор еще кто-то. – Говорят, они наркотиками приторговывают… Да и вообще… Воруют, попрошайничают, грязь разносят. Не место им в курортной зоне!

– А я слышал, что их девушки проституцией занимаются…

– Да нет, они не по этой части! Кому такие грязнули нужны?

В обсуждение этой темы включились еще несколько человек, но Андрей не стал принимать в нем участие, он отделился от толпы, направившись в ту сторону, где, по его разумению, протекала речка, рядом с которой разбили свой лагерь цыгане. Вдруг он понял, что очень хочет видеть Кару. Хотя бы видеть, а там… Там будь что будет!


Цыганское стойбище он нашел довольно быстро. Еще издали он увидел яркое пятно костра. А подойдя ближе, разглядел палатки и людей, сидящих на земле. Они что-то ели, хлебая ложками из котелка, висящего над огнем. Андрей не увидел у костра ни одного взрослого мужчины, только женщин и детей (как потом оказалось, мужчины уже поели и отдыхали в палатках), но Кары среди них не было.

– Эй, красивый! – окликнула Андрея одна из цыганок. – Тебе чего?

– Ничего… Просто мимо шел…

– Да ты не стесняйся! Если дури надо, так и скажи…

– Нет, не надо, спасибо, – пробормотал Андрей, чувствуя себя полным идиотом. – Я правда мимо шел…

Тут с земли поднялась низкорослая усатая цыганка с бутылкой красного вина в руке и, каркнув что-то на родном языке той, что предлагала дури, подошла к Андрею.

– Я знаю, – заговорила она почти без акцента, – чего тебе нужно… Ты к моей дочери пришел.

– Нет, вы ошибаетесь.

– Ее Карой зовут. Ты ведь к ней?

– А откуда вы…

– По глазам вижу! Те, кого моя Кара околдовала, совсем по-другому на мир смотрят… – Она широко улыбнулась, обнажив плохие зубы, затем сделала большой глоток из бутылки, вытерла рот рукавом грязной кофты, рыгнула. – Вся в меня пошла, зараза! Я такой же была… Нет, я была лучше! Я петь умела, танцевать, в ансамбле выступала… Однажды меня чуть в кино не сняли… – Она опять рыгнула, и Андрей понял, что женщина изрядно пьяна. – А девка моя в папашу своего пошла – ни петь, ни танцевать!

– Кем он был, ее отец?

– Черт его знает! Моряком вроде… Он не наш. Русский. Влюбился в меня, жениться хотел, да я не пошла… Зря, наверное! Меня, когда узнали, что я брюхатая, из ансамбля выгнали… Помотаться пришлось, пока своих нашла… Я ж из табора девочкой сбежала. Артисткой стать хотела. – Она залпом допила вино, швырнула бутылку в кусты. Постояла, покачиваясь, несколько секунд, потом спросила: – А тебе чего от девки моей надо?

– Так… Поговорить.

– Да ладно врать-то! Скажи, что конкретно хочешь! Она все подряд не делает.

– В смысле? – не понял Андрей.

– На анальный и групповой можешь не рассчитывать, – с цинизмом бывалого сутенера выдала мамаша. – А чисто потрахаться – это пожалуйста!

Андрею стало противно. Он никогда не слышал из уст матерей таких предложений. Но пьяная цыганка не отставала:

– Ну так что? Берешь девку на ночь? Или тебе часа хватит? – Она цепко ухватилась за его локоть. – За час десятка. За ночь тридцать… Если у тебя, конечно, есть баксы… В рублях дороже будет…

Баксы у Андрея были. Он вытащил из портмоне пятьдесят долларов, брезгливо сунул их цыганке и спросил нетерпеливо:

– Где Кара?

– Обожди минутку…

Она обернулась и крикнула что-то мальчишке, играющему с собакой возле палатки. Тот оттолкнул пса и нырнул в брезентовое убежище. Через минуту из его нутра показалась еще более взлохмаченная, но по-прежнему украшенная цветком (уже подвядшим) голова Кары. Мать жестом подозвала дочь к себе, а когда та подошла, шепнула ей на ухо несколько слов, после чего удалилась к костру.

Оставшись наедине с Карой, Андрей заговорил:

– Я заплатил твоей матери за всю ночь, так что можем гулять до утра. – Он смущенно улыбнулся. – Куда бы ты хотела пойти?

– К тебе домой, – спокойно ответила она. – Там нам будет удобнее…

– Удобнее? – тупо переспросил Андрей.

– Ну да… Я не люблю делать это на пляже… Там жестко и холодно…

– Ты часто это делаешь?

– Редко. Только с теми, кто мне нравится. Я сама выбираю, с кем спать… – Она потянула его за руку. – Ну что, пошли? Если не хочешь вести меня к себе домой, давай пойдем на «Поляну любви» – там все это делают.

– Может, просто погуляем?

– Как это «просто»? Ты заплатил пятьдесят долларов за прогулку?

– Я… Я… – Он досадливо поморщился. – Я не привык так… Это отвратительно… Покупать любовь.

– Любовь не купишь, – покровительственно улыбнулась она. – Купить можно только секс.

– Да, наверное, но я не собирался… Я просто хотел увидеть тебя. Ты не обязана…

Он запнулся, а Кара заполнила паузу переливчатым смехом.

– Почему ты смеешься? – спросил Андрей.

– Я смеюсь над тобой. Ты такой глупый…

Сказав это, она счастливо улыбнулась, схватила его за руку и побежала прочь от лагеря. Когда огонь костра стал далеким, Кара остановилась, развернулась к Андрею, тесно прижалась к нему всем своим тонким телом, будто хотела приклеиться, и зашептала:

– Неужели ты еще не понял, глупый, что с тобой я согласилась бы и задаром? Я выбрала тебя… Давным-давно выбрала. Пять лет назад я решила, что ты будешь моим… Я знала, что мы встретимся. И мы встретились.

– Я искал тебя…

– Меня нельзя найти. Меня можно только случайно встретить.

– Ты знала, что я приду?

– Да… – Она нежно поцеловала его в шею. Для этого ей пришлось встать на носочки. – Я чувствовала… А еще Зара мне нагадала…

– Нагадала?

– Вчера она сказала, что совсем скоро я повстречаю свою судьбу… Я сразу поняла, что вновь увижу тебя… – Кара зарылась носом в вырез его рубашки. – Как здорово от тебя пахнет… Именно так, как я думала – морем и ветром…

Андрей подивился ее догадливости – от него действительно пахло морем и ветром, а именно лосьоном после бритья «Storm Force» (что-то вроде «Сила шторма»). Зато от нее костром, пылью, грязной одеждой и чуточку диким жасмином (очевидно, именно его цветки украшали ее волосы). При этом запаха пота и немытого тела он не почувствовал. Наверное, она только недавно искупалась в горной речке…

– Ты хочешь меня? – неожиданно резко спросила Кара.

– Да, – не задумываясь, ответил Андрей. – Я очень тебя хочу…

– Тогда чего ты медлишь?

С этими словами она сорвала с себя блузку, молниеносно выскользнула из юбки и осталась совершенно голой. Тело у нее оказалось на удивление зрелым и очень гармоничным: узкие, но округлые бедра перетекали в тонкую талию, а груди были похожи на два спелых яблочка.

– Ты очень красивая, – хрипло пробормотал Андрей.

Она с достоинством кивнула, принимая комплимент.

– Похожа на статуэтку…

Глаза Кары сверкнули, как у кошки, она шагнула к Андрею, обвила руками его шею. Он прижал ее к себе, ощутив каждой клеточкой своего тела ее жар, ее нетерпение и желание.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28

Поделиться ссылкой на выделенное