Ольга Волоцкая.

Войти в Тень

(страница 3 из 41)

скачать книгу бесплатно


Тот паранорм не обманул меня. Конечно же, он знал, что студент даже очень престижного заведения не сможет каждый день мотаться в клинику, особенно неизвестно к кому. И поэтому выбрал единственно возможный способ свиданий.

Теперь каждый день я улепетывал из университетского городка рано утром, на пару часов раньше начала занятий. Да и вечера часто проводил отнюдь не у себя в номере. Из-за этого мне приходилось иногда пропускать занятия или опаздывать на них, но те знания, что я получал вне моего университета, были гораздо ценнее, чем все заумные лекции по биохимии и анатомии вместе взятые.

Все решили, что у меня завелся на стороне роман, и постарались вести себя корректно. Хотя пару раз одногруппники – один раз сами, а другой с наущения преподавателя – пытались меня выследить, но это было, конечно, бесполезно. С теми новыми знаниями, что я получил и продолжал получать, меня было уже сложно поймать даже паранорму.

Первые два месяца меня учили только защите и маскировке. Как от паранормов, так и от простых людей.


…Найдя стандартный бар в соседней комнате – гостиной моего миниатюрного номера, – я с облегчением смешал себе коктейль покрепче. Текила, белый ром, водка и апельсиновый сок, плюс три кубика льда. И сразу отпил большой глоток.


Я не знаю, как звали моего благодетеля и почему он вдруг согласился мне помочь. Он много рассказывал о государственных структурах, охотящихся за паранормами, но еще больше о частных организациях, которые с ненавистью – и это особенно хорошо чувствовалось по менталу – называл Орденами-сектами. Из всего этого я сделал вывод, что опасаться мне следует всего, кроме, пожалуй, третьей силы среди мира паранормов – Второго мира, – как он его называл.

Мне не надо было бояться вольных команд-наемников. Ну или почти не надо. Им просто не могло быть до меня дела. Воспитание и обучение паранорма требует больших затрат, а команды предпочитали жить сами по себе, без обузы в виде «детского сада на воспитании».


…Я вернулся на свой подоконник и вновь забрался на него с ногами. Я уже понял, что спать мне сегодня не светит. Шел пятый час, сна не было ни в одном глазу, и нахлынули воспоминания, которые мне было абсолютно нечем подавить. Бар из номера был жалкой каплей поддержки, не дающей мне впасть в истерику, но и не оглушающей сразу, чтобы я мог заснуть. Могла бы помочь прогулка по ночному городу с заходом в пару забавных мест. Но сейчас это было невозможно.

Обрывки воспоминаний все еще трепетали у меня в памяти цветными ленточками.


А через полгода мой гуру исчез. Как раз перед зимней сессией. Я еще несколько дней продолжал ходить на привычное место, но тщетно, эфир был пуст.

Но за эти полгода общения и обучения я успел многое. Больше, чем за все прошедшие семь лет обладания вскрытым Даром.

Я научился ставить защиту от паранормов и работать с инстинктивно настороженными людьми. Я научился сканировать местность и путать следы. Я понял, как работает человеческое сознание для паранорма и как может работать с ним сам паранорм.

За полгода мне успели открыть целый мир на ментальном уровне – Второй мир паранормов и законы, без которых он был бы обречен. А еще мне объяснили, что я везучий дурак, раз меня до сих пор никто не вычислил. И порекомендовали оставаться таким подольше. Как я понял, ничейный паранорм нонсенс и опасность для него же самого. Но пока у меня не было ни малейшего желания сдаваться властям или искать покровителя в каких-либо других структурах, интересующихся такими, как я. В наемники меня тоже не тянуло. И хотя я уже понял, что рано или поздно мне придется сделать выбор, приближать это время я никак не собирался. Мне было и так хорошо.

Хорошо даже тогда, когда я понял, что гуру не вернуть, и вспомнил, что у меня сессия и экзамены по предметам, два из которых я, мягко сказать, не очень знаю.

Но с помощью новообретенных знаний и небольшой хитрости я благополучно вывернулся из этой ситуации и зажил дальше.

Мне уже не хотелось получить образование, чтобы узнать, что же я такое. Я уже знал это. И стимул к учебе пропал сам собой. Узнав о себе, как мне тогда представлялось, все, меня стало занимать, что же я теперь могу дальше.

Про людские законы и интересы речь уже не шла, я потрошил сознания преподавателей и учащихся так, как мне заблагорассудится. Экзамены перестали быть для меня проблемой. Добыча знаний потеряла смысл.

И тогда же я выяснил еще одну вещь о себе. В возрасте полового созревания это довольно быстро становится понятным. Хотя мне и пришлось провести несколько тестов, но вывод оказался один. Моему отцу вряд ли теперь светило обзавестись любимой снохой, во всяком случае, по моей личной инициативе.

Но судьба впоследствии сложилась так, что этого и не потребовалось.

За три года моего обучения мне несколько раз приходили письма от отца по поводу домашних дел. Так я узнал, что через два года после рождения Вилли родился еще один мой брат, Франк Кристофер. Мне даже было выслано топографическое фото обоих. Я поставил его на рабочий стол. Каждый год мне присылали новое на смену.

Иногда, сравнивая нас, я думал, что никто бы никогда не решил, что у нас один отец или хотя бы общий родственник. Я с возрастом все больше начинал походить на мать, Вилли был в дальнюю родню моей мачехи, а вот Франк был копией отца на все сто процентов. Впрочем, меня это мало волновало. Я уже почти принял решение, приложив результаты соответствующих тестов, писать отцу о моем отказе от прямого наследования и продолжения рода. Конечно, моя ориентация не могла быть поводом для этого, ведь для зачатия совсем не обязателен физический контакт, но я собирался использовать и ее в своем деле обретения наибольшей свободы. И я тщательно изучал все плюсы и минусы моего нынешнего будущего. Мне вовсе не хотелось оставаться на улице без гроша за душой, зато с громким титулом. Но тут судьба улыбнулась мне своей странной улыбкой.

Я получил от отца письмо, в котором содержалось довольно сухое, юридически оформленное предложение добровольно сложить с себя обязанности первого наследника и уступить их Франку Кристоферу.

Я вздохнул с облегчением.

К официальному письму прилагалось, разумеется, и личное от отца. В нем говорилось о сложностях, которые преследуют нашу жизнь, немного о моей матери и о том, как он меня любит, а заканчивалось все банальным объяснением, что дела одной из наших ведущих фирм, можно сказать, плохи, и, чтобы спасти положение, его третья жена – моя мачеха – предложила свои деньги, но с условием, что первым наследником будет объявлен ее сын. Все равно какой из двух.

Действительно, какая разница, через кого будут объединены капиталы?

Отец по здравом размышлении выбрал самого младшего. Мне тоже малыш Фрэнки был наиболее симпатичен, поэтому я ответил отцу, чтобы он не смел беспокоиться, берег себя и нашу семью и что я, конечно, согласен, с соблюдением всех условий и формальностей. А через месяц я уже подписывал свой отказ от графской короны. Наш семейный юрист был крайне предупредителен и напомнил мне, что лишение звания первого наследника вовсе не лишает меня его попечительства и расположения. Мы разошлись, довольные друг другом.

А еще через год началась форменная свистопляска.

Это были весенние экзамены перед летними каникулами. Вся подготовка к ним для нас, заканчивающих четвертый курс, сводилась к вечеринкам между экзаменами ну и к хоть какой-то попытке представить, что же нас на них ждет. В основном эти «попытки представить» проходили все на тех же вечеринках. Я тогда развлекался как мог. Освободившись от своих титулованных обязанностей, я начал писать самую беззаботную страницу моей жизни.

Я знал, что, пока учусь, все мои счета будут оплачиваться. А когда я получу свой диплом и звание, то меня ждет теплое местечко в одной из принадлежащих семье или дружественных ей компаний. Но вышло все совсем не так, как я предполагал. Как это обычно и случается со всеми сто раз рассчитанными приятными мечтами.

На тот момент я уже несколько раз ходил по краю, едва ускользая от поисков паранормов. Как от государственных организаций, так и от частных объединений. Но все произошло отнюдь не по их вине, а по моей собственной глупости, разумеется.

Я, конечно, знал, что люди очень болезненно относятся к сохранению своих тайн. Я знал и то, что среди нашей компании были осведомители от самых разнообразных заказчиков. Начиная от фирм, присматривающих будущих работников, и заканчивая банальной слежкой преподавателей. Но мне и в голову не могло прийти, что оглашение невинной, с моей точки зрения, сексуальной особенности ректора нашего университета может вызвать такой эффект. Короче, я прокололся на самом простом – на незнании бытовой человеческой психологии. И получил все «удовольствие» от открытой вражды с одним из самых могущественных людей в университетской системе.

Все лето я бесплодно надеялся на счастливый исход дела, но осенью, получив подписной лист, надеяться перестал и начал думать.

Как сказал мне мой юрист, когда я наконец сообразил обратиться к нему со своей проблемой: «Ты заработал себе черную метку, Мартин. Даже не надейся, что тебе в пределах этой страны удастся закончить образование. Но ты можешь попытать счастья где-нибудь еще. Пока еще твои счета не заморожены, и есть время попробовать варианты».

И я попытался. Видит Бог, я очень хорошо пытался.

Глава третья

…Мой коктейль закончился, и я вновь пустился в короткое путешествие до бара. Второй коктейль я выпил залпом и смешал себе третий.

Алкоголь не всегда успокаивает нервы, но зато прекрасно притупляет восприятие. И через несколько бокалов ты уже почти не чувствуешь мира вокруг, а он уже почти не слышит тебя. Действие, схожее с транками, только гораздо менее разрушительное.

Спиться окончательно мне тогда не дало только собственное упрямство и постоянное чувство опасности. Когда я уехал из Германии, у меня тотчас же на хвосте повисли представители госструктур, специализирующихся по поиску паранормов. И вообще, мою жизнь с того момента можно было бы представить только как вечный поиск денег, укрытия и работы. С деньгами все обстояло довольно забавно. У меня был счет, как у косвенного наследника, с которого я мог пользоваться минимальным процентом до восстановления себя в качестве учащегося или работающего члена социума. Но, хлебнув свободы, я уже не очень-то торопился возвращаться в уютное болото семейных устоев. Я купил себе новые документы, старые аккуратно сдав на хранение в банк и отправив моему юристу код от ячейки со всеми инструкциями.

С работой тоже все более или менее наладилось. Игорный бизнес, избранный мной, еще когда я учился в университете, – для пополнения моего кошелька, – был освоен довольно быстро и вполне меня устраивал.

Свободная жизнь, без каких-либо обязательств, также пока казалось мне весьма привлекательной.

Если бы только не эта вечная опасность.

Как мне пришлось неприятно убедиться, оказалось, паранормов искали везде даже активней, чем я предполагал в свои часы тяжелой паранойи. А мое безоблачное прошлое было всего лишь какой-то невероятной удачей. Удачей, которая теперь закончилась.

И теперь я это понимал очень ясно.

Достаточно было напомнить себе, что из этого номера я выйду либо готовым к сотрудничеству партнером, либо рискую не выйти никогда или, еще хуже, буду продан со всеми потрохами неизвестно кому. Хотя о последнем у меня уже была масса предположений.

Я подышал на стекло и вывел на нем знак вопроса.

С этого все началось? А может быть, с моего стремления к мечте? А может быть?..

Но прошлое мое подошло к концу еще тогда…


Тогда в баре было, как обычно, накурено и шумно. Здесь особенно сильно гремела музыка. В остальных залах она была скорее фоном, а здесь чем-то вроде отвлекающего фактора – для тех, кто либо праздновал победу, либо упивался горем поражения.

У меня было правило: не работать чаще одного раза в месяц в одном и том же месте. Я одиночка и был осторожен, как и положено одиночке. Даром своим я владел тогда на уровне дилетанта, хотя мне-то, конечно так не казалось. Я был уверен, что того, что у меня есть, вполне хватит, чтобы видеть свои перспективы в самых радужных тонах. Хотя бы на ближайшие лет пять.

И тогда и теперь пять лет представляются мне достаточно большим сроком.

Учитывая это и не имея ни малейшего желания заинтересовывать своей деятельностью ни налоговую, ни полицию, я вел политику разумной предосторожности, а именно – старался не мозолить глаза.

В тот вечер темно-серый дорогой костюм и рубашка болотных тонов отлично справлялись с представлением меня в роли скучающего бизнесмена. Достаточно молодого и беспечного, чтобы позволить себе находиться в этом месте, и достаточно занудного, чтобы не привлекать внимания местных красоток. Пару-тройку хозяек и хозяев приглашающих взглядов я окатывал ледяным равнодушием с самого начала, и на этом они теряли ко мне интерес. Стало быть, я спокойно мог заниматься своей работой, то есть «нагревать» заведение на любую сумму, с которой мне позволят уйти и с которой я буду чувствовать себя достаточно спокойно, чтобы, добравшись до следующей точки моей «работы», не торопить события и дать себе передохнуть.

Этот игорный дом был ничуть не лучше и не хуже обычно выбираемых мной заведений. Стандартные игры, стандартные же уловки, чтобы не дать клиенту выиграть больше положенного. Безликая, вежливая обслуга, не считая, разумеется, местных «девочек», иногда поражающих меня яркостью и безвкусицей своих нарядов. Я, к сожалению, достаточно придирчив во многих вещах.

В одном кармане приятно шуршали фишки. В другом мирно покоился бумажник, достаточно полный, чтобы показать пару широких жестов – от отчаяния до азарта. Свои банковские карты я на работу никогда не брал, но из поддельных была пара надежных экземпляров совсем уж на крайний случай и, конечно же, не на мое настоящее имя.

До того, как я сорву банк, была еще целая ночь.

Когда я окончательно разобрался в мыслях менеджера всех залов и зацепил нужные хвостики реакций каждого локального крупье, было уже хорошо за полночь. Часть человеческой мелочи отвалилась, и можно было начинать игру по-крупному.

Правило первое. Никогда не быть самым везучим игроком. Пусть они потом думают, если смогут вычислить, кто и сколько выиграл в общей сложности.

Правило второе. Не задерживаться за одним столом более получаса.

Правило третье. Уходить из-за стола только с проигрыша.

И улыбаться, улыбаться – это ведь всех так раздражает. А человек в раздраженном состоянии редко может контролировать свои мысли, что уж тут говорить о поступках.

Это всегда было мне только на руку.

Я играл, время шло, ставки росли. И я уже начал прикидывать, на какой сумме мне сегодня стоит остановиться.

Как же я не люблю это «вдруг»!

Когда шарик так предсказуемо попал в указанную мной цифру, я почувствовал на себе взгляд. Самый нехороший из всех. Взгляд того, кто понимает, что происходит. Конечно, я не подал виду, но внутри меня как будто прокатилась, задевая каждый нерв, огненная волна. А нервничать мне было сейчас нельзя. Никак!

Я рассеянно поставил несколько фишек на совершенно произвольное число и, равнодушно ожидая своего проигрыша, начал искать.

О нет, конечно, я не шарил по залу взглядом. Не следил задумчиво из-под век за соперниками за столом. Не барабанил нервно пальцами по зеленому сукну. Хотя и очень хотелось.

Я немного отстранился от самой игры и стал прощупывать пространство на ментальном уровне. Не сразу, но достаточно быстро, шарик еще даже не успел попасть в предназначенный ему волей провидения и держателей игорного бизнеса лоток, я нащупал – блок?! – самый настоящий блок от ментального воздействия! Если учитывать, что раньше я только слышал об этом и всего несколько раз видел со стороны, никогда не сталкиваясь лично, то степень моего изумления скрыло только то, что я… Выиграл! Шарик попал именно на мое число! То самое, произвольно выбранное. Этого просто не могло быть! Это было против всех правил! И моих личных, и принятых в этом заведении. Крупье растерянно перевел на меня взгляд, и выражение его глаз напомнило мне быстро бегущие цифры счетчика, занятого подсчетом моего выигрыша. Кроме меня, на эту клетку не поставил никто. А когда я понял, какие фишки поставил…

Чертов блок, и чертов тот, кто им закрылся! Я, продолжая растерянно и благодарно улыбаться, как и положено идиоту от свалившейся на него удачи, внутри весь кипел от злости. Меня обставили как мальчишку! Мне было 24 года, причем пять из них я прожил более чем самостоятельно. И я не без оснований полагал себя человеком взрослым и опытным. Я благосклонно принял мягкие, но настоятельные уговоры менеджера сыграть еще. Я прекрасно понимал, что с этой суммой на руках уеду не дальше ближайшего поворота, на такси, которое, разумеется, будет мне предоставлено за счет заведения.

Я сыграл. И угробил еще два часа своего драгоценного времени на то, чтобы сбить нехороший огонек в глазах охраны и менеджеров.

А блок тем временем удалялся и удалялся все дальше. Как будто специально зашедший, чтобы подразнить меня и, обмакнув по уши в помои, оставить в растерянности и злобном азарте.

Разумеется, когда я, продув положенную сумму, был вежливо отпущен на все четыре стороны, никакого блока не было и в помине. Чистота утренних человеческих мыслей простиралась вокруг меня во всей своей лени и однообразии. И я, выругавшись, пошел ловить ближайшее такси, находящееся от меня в трех кварталах направо.

Мне надо было заехать в маленькую гостиницу, чтобы забрать свои вещи. На удивленные взгляды прислуги я ответил достаточно большими чаевыми, чтобы вещи, отданные мной в чистку, вернулись ко мне в целости и сохранности за четверть часа до моего выхода. Я не имел привычки так быстро покидать облюбованные места, но в этот раз мне казалось, что сам дьявол поджаривает мне пятки. Это была на самом деле тщательно организованная паника. Но мне было, конечно, не до того, чтобы обращать внимание на резко подскочившую эмоциональность моих поступков. Я уже повелся.

Ожидая свои вещи, я успел связаться с аэропортом и заказать билет, пунктом назначения, строго наобум, выбрав место, где не появлялся уже достаточно давно. Мне было до чертиков обидно, что здешнее место я потерял как минимум на полгода – срок, когда в казино сменяют основной состав менеджеров и за который меня в общем-то должны забыть.

Расслабился я лишь в самолете. Бизнес-класс для курящих. Я только успел с удовольствием затянуться сигаретой, как мне принесли конверт. Настоящая гербовая бумага, тисненый вензель, такие вещи делают только под заказ и в единичных экземплярах. Я улыбнулся очаровательной стюардессе и заказал две порции Baileys.

«Мартину фон Тойфельбергу. Лично в руки», – гласила надпись на конверте.

Это была вопиющая наглость. Знать, а уж тем более напоминать мне мое родовое имя. В раздражении я чуть не порвал и вложенный в конверт листок. Он был сложен вдвое, и надпись, сделанная округлым каллиграфическим почерком на моем родном языке, гласила следующее: «Тебе понравилось? Сыграем еще?»

В ярости я был готов выбросить листок за окно. Но перелет мало способствует такому проявлению эмоций. Так что я ограничился злобным комканием бумаги. И нежной улыбкой стюардессе, принесшей мой Baileys.

– Этот мой старый друг, что передал вам письмо, где он? Это такая приятная неожиданность.

Девушка профессионально похлопала ресницами и проворковала извиняющимся голоском:

– Мне передал это старший стюард. Сказал, что для вас.

– Я могу с ним поговорить?

– Конечно. Я сейчас его позову.

Я благосклонно кивнул и откинулся на спинку кресла.

Итак, меня «пасут». Причем не особо скрываясь, как будто полностью уверенные в своей абсолютной безопасности и моем непроходимом идиотизме. Однако не исключено ни то, ни другое. Кто-то из них владеет ментальным щитом, а стало быть, является паранормом. Весь вопрос только в том, какой специализации мастера на этот раз на меня вышли. А главное – зачем? В том, что это не один человек, я был практически уверен.

Я облизнул сладковатые после ликера губы, затянулся в последний раз сигаретой – чуть горьковатый дым приятно согревал горло, – сигарета упала в утилизатор, и я достал следующую.

– Вы спрашивали меня, сэр?

Стюардесса выполнила мою просьбу и вернулась вместе со старшим стюардом – мужчиной средних лет, чем-то напоминающим породистую немецкую овчарку. Безупречная осанка и фигура, затянутая в форменный костюм. Седые виски. Сильные руки в белых перчатках. И вежливый, абсолютно равнодушный взгляд. Тусклый, как зимние воды Темзы.

– Вы хотели что-то узнать, сэр?

– Да. То письмо, которое вы передали мне через Маргарет, – я краем глаза прочел значок на лацкане форменного пиджака девушки и чуть улыбнулся. – Оно было от моего друга. Где он?

– Не могу знать, сэр, – стюард заученно поклонился. – Конверт мне передала юная мисс прямо перед вылетом. Она сообщила мне только о том, что ее отец хочет сделать сюрприз для своего друга. И спросила, не смогу ли я им помочь. При сканировании в конверте не было выявлено ничего опасного, так что я мог без сомнений передать его вам.

Угу. Значит, юная мисс. Двадцать монет – и все дела. Дороговато берешь, дядя.

Лицо мое изобразило живейший интерес и благодарность. Мысли старшего стюарда уже были вскрыты мной с простотой и ловкостью электронного декодера. Впрочем, за исключением последнего случая, я и не встречал обычно никакого сопротивления. Так, иногда неосознанное беспокойство, недовольство на уровне интуиции. Я шустро покопался в его мозгах и благодарно отпустил любезный обслуживающий персонал, не убрав, однако, связующую нить с сознаниями. Вдруг что-то и выплывет. Нет лучшего шпиона, чем человек, находящийся на ментальной прослушке. Тем более что он сам об этом даже не подозревает.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41

Поделиться ссылкой на выделенное