Ольга Ветрова.

Парни с обложки

(страница 3 из 17)

скачать книгу бесплатно

* * *

Кате поручили дело о дорожно-транспортном происшествии вперемешку с разводом. Жена вылетела из машины на полном ходу, сломала руку. Заявила, что они находились на грани развода, и муж пытался вытолкнуть ее из машины и из своей жизни. Она потребовала привлечь его за покушение на убийство. Но потом передумала. Видимо, раздел имущества прошел без эксцессов. Супруг же утверждал: несчастный случай, дверца внезапно открылась, а жена была не пристегнута. Он известный продюсер, история попала в газеты. Однако у автомобилей такого класса дверцы случайно не открываются. Репутации элитного автосалона был нанесен ущерб. Они подали иск в суд и намеревались доказать, что супруг все-таки приложил руку к сломанной конечности жены. Кате было поручено для начала изучить статистику подобных происшествий. Случай – из ряда вон. Или действительно – пристегиваться надо...

Хотя госпожа Стурова и скривилась при упоминании о Катиной диссертации, «Дореволюционное правосудие» – это кладезь информации. Все эти графья, князья, поэты и министры судились, вступали в наследство, делили имущество, избирались мировыми судьями. Да и уголовщина раньше была разнообразнее, чем в известной формуле «украл – выпил – в тюрьму».

* * *

– Золото, раздевайся быстрее. У нас всего полчаса!

Катя вздрогнула от неожиданности. В ее кабинете без стука появилось... белье. Комплект явно не из дешевых. Черное прозрачное белье, не скрывающее ничего. С тремя огромными клубниками на самых интересных местах.

Пошлее – только анекдоты про Ржевского...

Белье возникло не само по себе. Его просунул в дверной проем Алексей Горчаков – шеф, жених, князь. Потом он зашел и сам и явно удивился отсутствию в кабинете Светика и присутствию Кати. Удивился, но не очень-то смутился. С легкостью перешел на деловой тон:

– Извините, мне необходимо обсудить со Светланой Львовной новую коллекцию белья от «La Perla». Оно проходит по делу о порнографии.

Обсудить, как же! Парню явно не терпелось примерить это фруктовое безобразие на Светика. Правда, если в качестве сливок к этой клубнике прилагается такой красивый мужчина...

– Светлана Львовна вышла, – проблеяла Катя, то ли завидуя, то ли осуждая.

– Куда?

Вообще-то, коллега в рабочее время отправилась поплавать в бассейне. Шефу это не слишком понравится, а вот шеф-жених посмотрел бы на это сквозь пальцы, если бы не одно «но».

Пять минут назад Светик позвонила Кате и сообщила, что ее на водной дорожке обрызгал какой-то здоровяк в плавках от «Версаче» и, чтобы загладить свою вину, теперь он ведет ее обедать в какое-то «Джанго» или «Джун Го» – Катя точно не поняла.

Обычно люди задерживаются на работе. Светик умудрялась задерживаться вне работы.

– У нее какая-то важная встреча... – забормотала Катя.

– Алексей Горчаков – президент юридической фирмы «Горчаков и партнеры». – Босс вспомнил о происхождении и хороших манерах и вопросительно посмотрел на Катю.

– Екатерина Чижова.

Я сегодня здесь первый день...

– Главное, чтобы не последний, – усмехнулся он.

Это угроза? Пары минут хватило, чтобы шеф понял, что Катя здесь нужна, как соринка в глазу? Ей стало совсем неуютно. Захотелось убежать и спрятаться обратно в архив.

– Это шутка, Катенька, – пришлось уточнить Горчакову.

– Я так и поняла, – пришлось улыбнуться ей.

И тут послышалась знакомая с детства песенка: «Какое небо голубое, мы не сторонники разбоя...» Мобильник Горчакова пел голосом лисы Алисы.

– Да, Светик! – жизнерадостно произнес в трубку Алексей. – Где ты сейчас, золото? За столом? Интересно, за каким? За рабочим?

Он выразительно посмотрел на стол у окна.

– Милая, я как раз в твоем кабинете, – заявил он. – И у меня есть для тебя подарок! Нет, дорогая, это не норковая шубка. И не ключи от «Феррари». Пока... Ах, ты все-таки за столом, но не за рабочим? Я тебя не так понял? Ты за рабочим столом в библиотеке? В читальном зале? Делаешь выписки из Трудового кодекса? Но все законы есть у тебя в компьютере. Ах, компьютер завис? Конечно, увидимся позже...

Алексей Горчаков убрал телефон в карман и подмигнул Кате.

– Ну а вы чем занимаетесь?

– Мужем, который выбросил жену из экипажа на полном ходу.

– Из экипажа?

– В нашем случае – из машины, но исторические примеры не помешают. Графиня Астен-Сакен... Речь можно начать как-нибудь позавлекательнее: «Быть графиней – не значит гулять по усадьбе в шляпке и падать в обморок при виде гусарских усов...» Пусть будут образы, пусть будет история. Для солидности.

– Что ж, интересный подход, – оценил начальник. – У нас, конечно, не прецедентное право, но исторический подход свидетельствует о хорошей подготовке адвоката к процессу. А не так – прибежал, за пять минут дело изучил и бормочет нечто невнятное. Это произведет впечатление, если не на судью, то на клиентов.

* * *

Светик нарисовалась к пяти часам. И выглядела как Багира после удачной охоты.

– Хорошо быть красивой женщиной, – изрекла она. – И очень вкусно!

«Не знаю, – подумала Катя, – не пробовала». И только тут вспомнила, что опять пропустила обед. Во-первых, у нее сегодня был непривычно поздний завтрак. Во-вторых, визит шефа и особенно его похвала заставили ее забыть обо всем и предаться мечтам. Вот была бы Катя – не Катя, а модель для рекламы белья! Вся такая загорелая, уверенная в собственной неотразимости, а не бледная моль в белой рубашке, которой только противогазы рекламировать.

Хотя что прибедняться: Катя не хуже других. Но и не лучше. А в современном офисе это особенно чувствуется.

– Это мой шанс! – заявила Светик. – Его зовут Петр. У него своя авиакомпания, а я очень люблю летать к морю...

Какой еще Петр? У подруги ведь роман с их общим боссом.

– Подожди, а как же Алексей? – изумилась Катя.

– Ну я же и говорю! Петр – мой шанс стать женой Алекса. Кэт, ты же знаешь, с тех пор как мне исполнилось шестнадцать, на мне всегда кто-нибудь хотел жениться. Но я не из тех, кто хватает первое попавшееся. Зачем мне парни из соседнего двора? Зачем доктора наук из нашего с тобой вуза? Мне профессорской зарплаты даже на колготки не хватит. Нет, я была терпелива – и дождалась! Мне нужен Алексей Горчаков. Мне уже скоро тридцатник. Пора свить семейное гнездышко где-нибудь на Рублевке. А Алекс, как назло, в загс не спешит...

Ну и ну! Оказывается, и у Светика не все так лучезарно. Что уж говорить о других... Кате тут точно нечего ловить. Сидела бы в своем архиве, не смешила бы народ. Кто был никем – тот стал ничем...

– И семейке Алекса подавай какую-нибудь графиню, – продолжила исповедь подруга, – на худой конец, дочь министра. Но с семейкой я как-нибудь справлюсь. Во всяком случае, его дворянская бабушка от меня в восторге. А вот что с ним-то делать? Как окольцевать?

– Орнитологи окольцовывают, правда, только птиц, – зачем-то сказала Катя.

Как будто в книгах по орнитологии можно было получить дельный совет на интересующую Светика тему.

– Я и без птиц справлюсь, – отмахнулась она. – Петр появился очень кстати. Нырнул с разбегу, обдал брызгами, как какой-нибудь кит. Я ему и сказала все что думала. А он извинился, наговорил кучу комплиментов мне и моему купальнику и пригласил в ресторан. Хорошо посидели. Он как раз разводится с женой и не знает, с кем теперь своими миллионами делиться. Правда, внешне он не очень. С пузиком, и уже к пятидесяти. Но на время сойдет. Пусть Алекс помучается, поревнует. Поймет наконец: если и дальше будет тянуть со свадьбой, упустит свою золотую рыбку!

«Не хочу я в этот аквариум, – про себя вздохнула Катя. – Он обманывает ее с русалками, она его – с китом. И при этом они – сладкая парочка, всем на зависть, любовь-морковь. Это и есть гламур?»

* * *

Столь же неожиданно, как недавно белье, в их кабинете появилась пицца. Сначала зашел посыльный с коробкой, а следом Марта.

– Кто Чижова? – деловито спросил парень в униформе. – Распишитесь за доставку. С вас 300 рублей.

Это еще что такое? В кошельке у Кати – всего сотня. Она же первый день работает. Да и не заказывала она никакой пиццы...

– Я ничего не заказывала! – вслух повторила Катя.

– Как же, тут написано. Екатерина Чижова, фирма «Горчаков и партнеры», адрес, телефон. Ваши?

– Наши, – кивнула Светик. – Но пиццу у нас не едят. Мы, знаете ли, фрукты предпочитаем.

– Хотя ты, Чижова, ходячий скелет, – встряла Марта. – Тебе можно.

– Но я не заказывала пиццу!

– Заказала и забыла, с кем не бывает, – пожала плечами Марта. – Я все время все забываю. Вот вчера записалась в салон на завивку ресниц, и тут же время сеанса выветрилось из головы. Хорошо, что они сами позвонили, напомнили...

– Ты в каком салоне делаешь? – оживилась Светик. Марта ответила. – И я тоже. Контурный макияж у них – супер...

Завивка ресниц?! И у Кати, и у посыльного глаза округлились безо всякого контурного макияжа. Но как же Катя могла заказать пиццу, если у нее нет трехсот рублей? Бред какой-то. Причем очень дорогой. Это или дурацкая шутка, или в пиццерии что-то перепутали.

Краснея и бледнея, Катя попросила у Светика триста рублей в долг.

– У меня только тысячные купюры, – сказала та.

К счастью, у посыльного оказалась сдача. К счастью? В первый же рабочий день Катя выставила себя ненормальной обжорой, которая заказывает пиццу, не имея возможности за нее расплатиться, и тут же забывает об этом.

* * *

Еще вчера Кате позвонил следователь Сильянов и пригласил зайти сегодня для очередной дачи показаний. Так что, съев треть пиццы (не выкидывать же) и подготовив статистику выпадения из транспортных средств, начиная с XIX века, Катя потащилась в прокуратуру. Но речь на допросе пошла вовсе не о маньяке.

– Ну, гражданка Чижова, – следователь сверлил Катю взглядом, как сверхскоростная дрель. – Признавайтесь: в детстве вы, наверное, лазили по деревьям, падали, получали черепно-мозговые травмы?

– Я?! Да я все детство на диване с книжкой просидела, глаза вот испортила.

– Депрессиями страдаете? – не унимался Фома Сильянов. – Я навел справки: живете вы с родителями, замуж вас никто не берет. Наверное, пьете антидепрессанты, не думая о побочных эффектах?

Что за вмешательство в ее личную жизнь? Надо позвонить Марте, уточнить насчет Конституции. История – вот ее антидепрессант! Многие великие были несчастны в любви. Жана д?Арк прекрасно обходилась без мужчин. А единственная, кого не смог победить Суворов, – его собственная жена. Княжна Варвара Прозоровская, которая исправно наставляла мужу рога. Так что Катя – в неплохой компании, но ее собеседник, похоже, этого не знал.

– Не удивлюсь, если у вас бывают провалы в памяти, – наседал он.

– Не было до сегодняшнего дня. Эта глупость с пиццей!

– С какой пиццей?

Пришлось рассказать.

– И как после этого я могу вам верить? – вопросил следователь.

Катя ничего не понимала. Она поймала убийцу, выполнила свой гражданский долг! И в благодарность за это следователь наводит справки, копается в ее биографии, делает оскорбительные выводы.

– Я не преступница, я свидетельница! – напомнила Катя.

– Вот именно. Единственная пока свидетельница. Потерпевшая до сих пор в коме. На ваших показаниях строится обвинение в покушении на убийство. Поэтому мы должны узнать о вас все. Вдруг вы прирожденная лгунья или за что-то обижены на Олега Черкасского?

Похоже, правоохранительные органы тоже не верят, что человек из VIP-тусовки оказался маньяком. Или это министр зародил в них сомнения? Или спонсорская помощь, которую задержанный оказал оперативно-следственной группе?

– Так что я буду пристально за вами наблюдать, гражданка Чижова. Тем более что, по словам Олега Черкасского, это вы хотели убить Людмилу Кострыкину!

4

Возмущение вскипело, как чайник. Переполнило, как толпа – стадион. Хлынуло на Катю, как большая и очень соленая волна. Защипало в глазах и в горле.

Вот это новости! Душитель не только не раскаивается, он ищет, на кого бы спихнуть свое преступление. Нет – уже нашел.

Катя хотела убить Милу? Ну, тогда Ирак – рай для туристов.

– Что за бред?! – воскликнула Катя.

– Действительно, неожиданное заявление, – согласился следователь Сильянов. – Но, с другой стороны, вы оба были на месте преступления. Конечно, мужчину скорее заподозрят в агрессии и насилии, чем барышню вроде вас. Но вы хорошо знакомы с гражданкой Кострыкиной. А где знакомство, там и ссоры. А где ссоры, там и драки. А где драки, там и тяжкие телесные... Гражданин же Черкасский – человек в архиве посторонний. Зашел по своим делам. Вдруг услышал женский крик. «Помогите, спасите!» – и все такое. Отправился на зов. Увидел вас, склонившуюся над бездыханным телом гражданки Кострыкиной. Попытался оказать первую помощь вышеназванной гражданке, с этой целью и вошел в подсобку. Вы же оттуда коварно выскочили и заперли потерпевшую и добровольного помощника. После чего вызвали милицию и заявили, будто это именно посторонний человек приложил жертву головой о батарею. Ваше слово против его.

– Да что вы такое говорите! Все было с точностью до наоборот. Вы же знаете!

Катя же все изложила на допросе, в деталях и красках. Но, видимо, следователь оказался дальтоником.

– Откуда мне знать? – пожал плечами он. – Потерпевшая в коме, а потому молчит. Других свидетелей нет. Видеокамерами коридоры вашего архива не оборудованы.

– Да зачем мне нападать на Милу? В страшном сне такое не привидится!

Ей пора нанимать адвоката? Жаль, на Алексея Горчакова денег не хватит.

– Ну-у, у меня есть сведения, что вы гражданке Кострыкиной завидовали. Еще бы, у нее столько ухажеров, дорогие подарки дарят. А у вас, я извиняюсь, одна диссертация, и та в проекте. Девушка вам как подруге показала янтарное ожерелье. Вы же ей так прямо и заявили: берегись, ожерелье может превратиться в удавку. Угроза, да еще при свидетелях.

– Да я же просто так! В газете прочитала. Там янтарь. И тут янтарь. – Кате хотелось плакать, хотя обвинения были настолько притянуты за уши, что это выглядело даже смешно. – Я ей не угрожала, бог с вами, статью пересказала...

– Ага, статью Уголовного кодекса РФ – «Угроза убийством». А затем, дождавшись окончания трудового дня и подкараулив коллегу в коридоре, вы от слов перешли к делу. Опять же уголовному.

– Да нет же! Это я бросилась на зов. Черкасский Милу душил, а я ее спасти хотела! Почему вы ему верите? Ведь он дал другие показания.

– Он говорил о недоразумении, – напомнил Сильянов. – Без пояснений. Видимо, оторопел от вашего коварства. В шоке находился.

– Вы ему верите, Фома Васильевич, потому что у него денег много! – не выдержала Катя. – За деньги любой Фома – Верующий...

Следователь Сильянов стал еще строже и суше.

– Опять клевета, – погрозил он Кате пальцем. – Во взяточничестве обвиняете? Если Черкасский такой же убийца, как я взяточник, вам несдобровать! Вижу, явки с повинной от вас не дождешься, гражданка Чижова. Но предупреждаю: мы оставляем вас на подозрении и под подпиской о невыезде. Надеюсь, за границу в ближайшее время не собираетесь? Если вздумаете поменять место жительства, сообщите.

– Да не собираюсь я ничего менять и никуда сбегать, – заверила Катя, мечтая об эмиграции в страну социальной справедливости. Но где такую взять? – Очень скоро Мила очнется и подтвердит мои слова.

– Или не подтвердит, или не очнется. Всякое бывает...

* * *

По дороге домой Катя вдруг поняла, что, если бы она не знала саму себя, могла бы себя же заподозрить. На самом деле, странно все это. Маньяк-миллионер! И напал не на темной улице, не в подъезде, как в первом случае. Убийства по месту работы – это нетипично. Ведь Мила не инкассатор. Начальник достал придирками и получил дыроколом по голове? Можно представить. Но незнакомый душитель...

Кстати, кто-нибудь проверил, был ли Черкасский знаком с Милой? А с той, другой жертвой его что-нибудь связывает? Вот чем надо заниматься, а не смешить народ версиями, что Катя – это Чикатило в юбке, вернее, в джинсах.

Хотя ее слова действительно подтвердить некому. А у Черкасского – миллионы подтверждений в конвертируемой валюте. Что же получается? Нищета – преступление, и за это могут посадить в тюрьму?

Вот так, ни за что ни про что, кинут в застенок, подвергнут пыткам. Ну и что, что по Женевской конвенции пытки запрещены? Зато разрешено содержать десяток злобных теток в одной камере. Катю обвинят в чудовищном преступлении. Еще и первую жертву на нее повесят. Скажут, мол, завидовала и ее уму и красоте.

Вот если бы Катя была как все! С мужем, детьми и с кастрюлями вместо диссертации, разве смотрел бы Фома Сильянов на нее с таким подозрением? Нет, он бы ограничился формальными вопросами, понимая, что ей надо бежать в садик за младшеньким. А одиночество выглядит подозрительно. Словно это Катя в нем виновата!

Родственники, коллеги и подруги неоднократно знакомили ее с перспективными молодыми людьми. Однако те перспективы почему-то не видели и перезвонить забывали. После первого же свидания они срочно уезжали на картошку или уходили в армию. И почему Кате министерство обороны не доплачивает? Зато теперь за нее возьмется министерство внутренних дел.

А что, ведь бывают сфабрикованные дела! Сальери без суда и следствия записали в отравители Моцарта... Ищи, кому выгодно?

Вот и из Кати могут сделать козу отпущения. Будет она тщетно блеять: «Меня подставили!» А Светик лучезарно улыбнется и скажет:

– Зря ты меня не послушала. Взяла бы деньги, изменила показания. И всем было бы хорошо.

Именно это и приснилось Кате ночью. Так что спала она опять плохо.

* * *

– Екатерина, вы все справки будете составлять, начиная от царя Гороха? – усмехнулась Валерия Стурова.

Она вызвала Катю к себе в кабинет, что не предвещало ничего хорошего. Однако в этом же кабинете оказался и Алексей Горчаков. Он заступился за Катю.

– Почему бы и нет? – пожал плечами Горчаков. – Нам же требовалось доказать, что дверцы машин сами не распахиваются еще со времен экипажей. Нужна чья-то злая воля. А нам нужна автотехническая экспертиза. Подготовьте ходатайство о ее назначении.

– Хорошо, – кивнула Катя.

Она не очень хорошо представляла себе, как составляются ходатайства, но в эпоху Интернета и системы «Гарант» выяснить это не проблема.

– И вообще, не удивлюсь, если автосалону не деньги нужны, а пиар. Так что ваши исторические изыскания, Катенька, могут пригодиться для публикаций об этом процессе, – заметил Горчаков.

Катенька?! На этот раз он точно обращается к ней. Как же ей повезло с работой!

– Только вряд ли история вашей графини заинтересует какой-нибудь гламурный журнал, – добавила ложку дегтя Валерия. – В гламуре нет смертей и болезней, есть только временные трудности, которые позволяют герою стать сильнее. Впрочем, если сделать акцент на насилии в семье... Это сейчас модная тема. Многие певички уже не поют, а пишут об этом книжки. О прошлом надо писать в ракурсе настоящего. Впрочем, мы хотим вам поручить погрузиться в глубь времен. Слышали про Олега Черкасского?

Катя напряглась. Они что, издеваются? Или просто не знают фамилии главной свидетельницы? С делом-то знакомятся по окончании следствия, а Светик забыла им рассказать?

– Он наш клиент, – продолжала Валерия, не замечая Катиного замешательства. – Его обвиняют в особо тяжком преступлении. Не исключено, что встанет вопрос о его вменяемости. Нужно проверить его предков, в том числе и далеких, на предмет психических отклонений и склонности к самоубийствам.

– Обычная процедура, – добавил Горчаков. – Но он не Пупкин какой-нибудь. Черкасский – из старинного княжеского рода, так что вам и карты в руки.

Не может Катя собирать сведения по этому делу! Она свидетель обвинения и не должна помогать защите. Но ей очень не хотелось отказываться от задания своего босса. Иначе как ей стать образцовой сотрудницей? В конце концов, она лишь помощница. На слуху всегда фамилии адвокатов, а не клерков из юридической консультации. Может, никто и не заметит?

* * *

Князья Черкасские тоже фигурировали в ее диссертации. Надо освежить в памяти, что именно она про них раскопала. Какая-то скандальная история была...

В свой кабинет Катя влетела с желанием эффективно работать. Молодой симпатичный шеф здорово поднимает корпоративный дух, в отличие от старого и страшного.

– Привет! – зевнула Светик. Выглядела она невыспавшейся. – Не забыла поздравить госпожу Стурову с тем, что она стала старше на год?

– У Валерии сегодня день рождения? – удивилась Катя.

Выглядела Стурова как обычно. Правда, в ее случае это всегда дорого и стильно.

– Значит, забыла, – констатировала коллега, разглядывая свои ногти. – А у Стуровой это пунктик. Она носится со своим днем рождения, как американцы с флагом. Хотя далеко не всем идут эти звезды и полоски. А в таком возрасте это праздник разве что для ее пластического хирурга.

Как же Катя могла забыть, если она просто не знала?

– Ладно, ты новенькая, может, простит, – утешила Светик. – А может, и отыграется, когда станет премию размечать. Сегодня после работы будет вечеринка в нашем ресторане. У нас тут внизу ресторан «Горячее». Как видно из названия, принадлежит он Горчакову. Классное местечко! Там часто светские тусовки проводят. И кухня разнообразная: то русская, то итальянская. Сегодня, кажется, японская. Явка всех сотрудников строго обязательна.

– А что дарить будем? – поинтересовалась Катя.

– Уже подарено. Новенькая машинка. Дамская, не спортивная, – презрительно наморщила носик Светик.

– Иномарка?!

– Конечно, не «Ока». Это наша фирма ей подарила. В знак долгой и плодотворной деятельности на своем посту. Ну, и с нас по тысяче из зарплаты вычтут – на страховку.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17

Поделиться ссылкой на выделенное