Ольга Громыко.

Белорские хроники

(страница 6 из 33)

скачать книгу бесплатно

– Ну давай, пошли! – поторопила довольная людка. – Наш чародей мигом все исправит, обещаю!

Жеребчик вздохнул и сделал первый неуверенный шаг.

* * *

Спустя три часа Трий понял, что погорячился насчет телег. Ни одна по тракту так и не проехала. Оставалось только надеяться, что они идут к жилью, а не от него.

Гнедой более-менее приноровился ковылять на этом пятипалом убожестве, чувствуя себя большим калекой, чем если бы ему прокололи сухожилия. Пятки жгло углями, зверски болела поясница – спину приходилось держать по-другому, и хотя «стараниями» мага его позвоночник обрел нужные изгибы, жеребец постоянно забывался и откидывался назад, каждый раз еле избегая падения.

Как выяснилось, самка человека мало чем отличалась от кобылицы. Разве что копыт к ее вздорному норову не прилагалось.

– Так что, говоришь, с тобой случилось? – рассеянно переспросил Трий, вырванный из раздумий неожиданной паузой в людкиной трескотне.

Девушка, только что закончившая излагать свою печальную историю, обвешанную подробностями, как утопленник раками, ошеломленно хватанула ртом воздух. Краткий, но эмоциональный пересказ уместился в трех словах:

– Меня похитили разбойники!

– Да ну? – удивился жеребец. – А с виду такие приличные люди…

– Приличные?! – снова взвилась людка. – Ты называешь это приличным – набросить мешок на голову ничего не подозревающей девушке, перекинуть ее через седло и уволочь за тридцать верст от дома?!

– Я видел здешних разбойников. – Трий деликатно умолчал, что он с ними еще и шашлыки из оленины жарил; ребята были очень компанейские и уверяли, что они не бандиты, а знахари пущи – должен же кто-то взять на себя эту неблагодарную работенку! – В лесу с банями и портными не густо, знаешь ли. А твои похитители выглядели так, словно ехали на званый ужин.

– Ну, не знаю, – неохотно сбавила тон людка. – Но их способ знакомства мне все равно не понравился! И где это они ужинать собирались? У кентавров?

Трий с трудом представлял себе эту картинку. Табунники вообще бы не выпустили эту компанию из леса, все переговоры с людьми велись на их земле. Особенно весной, когда племенные жеребцы приходили в ярость даже при виде собаки, приближающейся к их гарему.

– Тебе виднее, это ж тебя украли.

– Наверное, они хотели получить за меня выкуп, – поразмыслив, предположила девушка.

– Или уже получили. Авансом, – не удержался от шпильки гнедой.

– Чего?! Ах… ты… да дядя во мне души не чает! Я, между прочим, его единственная племянница, а детей у него нет.

– Так он же вроде еще не старый, – припомнил Трий купеческие рассказы о нынешнем короле.

– Нет, но жениться во второй раз не хочет, – с искренним сожалением вздохнула девушка. – А тетя семь лет назад умерла…

– Выходит, ты еще и его единственная наследница?

– Ни за что в жизни! – пренебрежительно отрезала девушка. – У меня есть дела поинтереснее, чем протирать юбки на троне.

– Например?

– Ну… писать картины.

И у меня отлично получается, я даже на выставку в Стармин их возила! – торопливо добавила людка.

Трий, вопреки ее подозрениям, не рассмеялся. Художники, способные остановить мгновение, запечатлев на холсте летящую птицу или цветок-однодневку, искренне его восхищали. Вот только у табунников подобное занятие считалось пустой тратой времени. Впрочем, рисовать они и не умели.

– А я луки делаю, тоже вроде неплохие. Жалко, мой сломали, а то я бы тебе показал. – Жеребец прикусил язык, спохватившись, что «кентаврийский» лук от человеческого отличит даже ребенок.

– Ух ты! – Девушка посмотрела на него куда уважительнее. – Обожаю рисовать оружие. У дяди огромная коллекция, всех известных мастеров. Поговори с ним, может, он тебя в поставщики для войска возьмет! А ты откуда родом?

– Оттуда. – Трий неопределенно махнул рукой назад.

– С побережья? – удивилась его спутница, без раздумий вычеркнув с мысленной карты земли табунников.

– Вроде того…

– Ты ведь не коренной шаккарец, да? У тебя такой интересный акцент!

– О, смотри! – Показавшееся впереди село спасло Трия от скользкой дорожки, на которую свернул разговор. Вдвойне вовремя: уже начинало смеркаться и от леса расползался туман, под покровом которого любили охотиться мантихоры.

Людка величественным жестом поправила прическу (точнее, намекнула, что обычно она там имеется), одернула платье и смело направилась к первому же дому.

– Э-эй, извините!

– А? – Хозяин, лысый кряжистый мужик лет пятидесяти, был занят: пытался пропихнуть сквозь дыру в плетне застрявшую там свинью. Свинья не лезла и очень по этому поводу возмущалась.

– Мы хотим попросить вас об одной услуге.

– А?..

– Нам нужна ваша помощь…

– А?..

– Я племянница самого короля! Я желаю переночевать в этом доме!

– А?.. – Мужик не выдержал и по-простому дал свинье пинка под зад. Та пробкой вылетела из забора, для порядка повизжала еще несколько секунд и умолкла. – Ну, чего вам?

Девушка, успевшая вспотеть и сорвать голос, уставилась на него с невыразимым упреком. Прежде чем ей удалось отдышаться, Трий порылся в сумке и протянул мужику тяжелую монету.

– За стол и ночлег.

– Так сразу бы и говорили. – Хозяин попробовал деньгу на зуб и махнул рукой, приглашая в дом.

Селяне уже успели поужинать, но для гостей стол накрыли заново.

– Лесса, – представилась девушка, когда селянин назвал свое имя и вопросительно поднял брови.

– Трий.

– Очень приятно! – Путники переглянулись и рассмеялись, спохватившись, что за несколько часов трепа так и не удосужились познакомиться.

Человеческая еда была пресноватой и слишком горячей. Но табунники в общем-то ели все, а низшим жеребцам привередничать и вовсе не приходилось. В общине Трий был чуть ли не самым мелким и неказистым – хуже своего отца, которому все-таки удалось заслужить кобылицу (тоже не великую красавицу, что отразилось на сыночке не лучшим образом). Для человека же он оказался выше среднего роста, а по поведению хозяйских дочерей заключил, что не лишен привлекательности. Сначала жеребчик подумал, что, видно, не разбирается в местных обычаях и подобное внимание принято оказывать любому гостю, но потом заметил кислое выражение Лессиного лица и чуть не рассмеялся. Не-эт, все женщины совершенно одинаковы!

Художница, гордо усевшаяся во главе стола, с негодованием обнаружила, что места на лавке по обе стороны от гостя пользуются куда большим почетом. Хозяин постоянно гонял дочерей то в кладовку, то во двор по хозяйственным нуждам, но они неизменно возвращались, как осы к миске с вареньем. Мрачно поерзав на стуле, девушка заявила, что у окна ей слишком жарко, и, подхватив миску, пересела к Трию под бок. Помогло это ровно наполовину: соперницы стали по очереди пристраиваться с другой стороны жеребца.

Тогда Лесса начала незаметно, но решительно теснить Трия к краю лавки, пока чуть совсем не сбросила. Зато и для «цыпочек» насеста не осталось.

Теперь уже помрачнели селянки.

– Мягкий у тебя, парень, характер, – укоризненно заметил мужик, когда Лесса на минутку выскользнула во двор. – Баб в строгости надо держать, у меня бы она – у-у-у!

Трий философски пожал плечами. Жеребцов с детства приучали относиться к кобылицам как к чему-то стихийному вроде ливня и урагана, и по сравнению с ними Лесса была приятным грибным дождиком. Напротив, тихая и покорная хозяйская жена вызывала у Трия оторопь.

* * *

Наутро жеребчик сам умудрился встать с постели и после некоторых колебаний оставил костыли прислоненными к стене. Чувствовал он себя так, словно вчера галопом обскакал Шаккару вдоль побережья.

– О, тебе уже лучше! – обрадовалась Лесса. – Может, чародей и не понадобится?

– Понадобится, – сквозь зубы процедил Трий, путаясь в дырочках сапожной шнуровки.

– Тебе виднее, – не стала спорить девушка. – Я договорилась насчет телеги, нас отвезут прямо к королевскому дворцу.

Новость слегка подняла гнедому настроение, и со вторым сапогом он закончил в считаные минуты.

До столицы они добрались без приключений. Наоборот: дорога была такой скучной и нудной, что Трий несколько раз слезал с телеги и шел рядом, разминая ноги. Те вели себя прилично, но с копытами, конечно, сравниться не могли. Раньше он трусцой обогнал бы эту клячу, как стоячую, а теперь еле за ней успевает.

Жеребчик впервые видел человеческий город и с ходу не смог решить, нравится он ему или нет. Народу уйма, дома стоят плотно, воняет, как на помойке, но при этом столько всего нового и интересного, что не успеваешь головой по сторонам крутить. Дворец и вовсе поражал воображение, белой скалой возвышаясь над домами. Стражники у ворот телегу внутрь не пустили, но отдали Лессе честь и помогли слезть на землю, не выказав особого удивления. Видимо, шебутная королевская племянница заявлялась сюда и не в таком виде. К Трию стражники пригляделись внимательнее, однако вместе с девушкой пропустили беспрепятственно.

Навстречу гостям с радостным лаем кинулись два рыжих пса. Лесса присела и сгребла их в охапку, как здоровенные меховые игрушки, позволив вылизать себе все лицо. Трию псы вежливо помахали хвостами, дав осторожно себя погладить.

Как только путники поднялись по ступеням высокого крыльца, вышколенные слуги распахнули перед ними двери. Девушка даже не замедлила шага, уверенно направившись к широкой мраморной лестнице. Во дворце было тихо и прохладно, послы и челобитчики уже разошлись по домам, а придворные – по покоям или городским трактирам. Вдоль всей лестницы висели картины, но не геральдические портреты, а изображения монстров, такие красочные и достоверные, что слуга, ночной порой спускающийся по ступеням со свечкой в руках, рисковал очутиться у входной двери с седыми, стоящими дыбом волосами.

– Что это? – Трий кивнул на особенно поразившее его воображение полотно.

– Гарпия, кружащая над умирающим рыцарем, – с кровожадным блеском в глазах сообщила девушка. И с надеждой дернула гнедого за рукав: – Тебе нравится? Я ее три месяца рисовала.

– Безумно, – с содроганием поддакнул жеребчик. Талант у Лессы определенно имелся – только к нему надо было привыкнуть. – Похоже, твой дядя от них тоже в восторге?

– Ага. – Польщенная художница бережно поправила покосившуюся картину. – Когда они висели в его спальне, он собственноручно завешивал их простынями, чтобы полотна не выгорали. Правда, вечером постоянно забывал открывать, поэтому в конце концов велел перенести их сюда, пусть народ любуется.

– Мудрое решение, – одобрил гнедой, поскорее проковыляв мимо зеленой, как будто всплывающей из проруби-рамы утопленницы с желтыми змеиными глазами.

– Хочешь, я тебя нарисую? – окончательно расцвела девушка.

– Э-э… не хочу тебя утруждать. Думаю, у тебя и так много заказов.

– Ну, не так уж, но хватает, – с гордостью призналась Лесса. – Обычно в подарок знакомым заказывают, хотя бывает, что и для себя. Вон посмотри на ту, в золоченой раме! Это наш канцлер.

– Который, синий или рогатый?

– Нет, с плавниками. Честно говоря, – девушка понизила голос, – я уже не знала, как от него отвязаться. И пяти минут не мог спокойно постоять, начинал грудь выпячивать и комплиментами сыпать! А мне он нужен был в профиль и вообще с оскаленными зубами… так что пришлось потом дяде немножко попозировать.

– А канцлер не оби… почему он ее не забрал?

– Сказал, хочет, чтобы его изображение осталось в нашей галерее, постоянно напоминая мне о нем, – низким торжественным голосом передразнила Лесса. – Как будто я его живьем каждый день не вижу! А как тебе вон тот эльф?

Эльф был хорош, даром что повешенный на сосне. Под его полуобглоданными ногами радостно скакали вурдалаки. К счастью, девушка решила отложить подробную экскурсию на потом и, подойдя к высоким двустворчатым дверям, дернула их за бронзовые кольца.

В тронном зале сидели два человека (один собственно на троне, другой на подлокотнике), с двух концов изучая длинный, испещренный рунами свиток и негромко споря. Мужчины были примерно одного возраста, типичные шаккарцы – темноволосые и светлоглазые, еще и одеты почти одинаково, в темные неброские костюмы. На скрип двери тот, что обосновался на троне, поспешно с него вскочил, а второй туда уселся.

– Фу, Леська, это ты! – облегченно выдохнул король, откидываясь на спинку. – Хоть бы постучалась, что ли…

– Дядя! – Девушка взбежала на тронное возвышение, на ходу распахивая объятия.

Его величество горячо расцеловал Лессу в обе щеки и с легким изумлением вытащил изо рта рыжую шерстинку.

– До чего ж славная у меня племяшка, – заметил он своему собеседнику. – Всего три дня не виделись, а сколько радости!

Девушка слегка отстранилась и удивленно наморщила лобик:

– Разве меня так часто похищают?

– Ты о чем, солнышко?

Лесса негодующе отпрянула и по-селянски уткнула руки в бока.

– Я думала, ты уже всю Шаккару на уши поставил, а оказывается, ни сном ни духом?!

Мужчины оторопело переглянулись.

– Ну, деточка, – виновато забормотал король, – ты же иногда по две недели во дворце не появляешься! Я был уверен, что ты собираешься осчастливить мир новым шедевром, – с содроганием пояснил он.

Король глянул в сузившиеся глаза племянницы и поспешил исправиться, загремев в полный голос:

– Кто посмел покуситься на особу королевской крови?! Назови мне имена этих нечестивцев, и они пожалеют, что родились на белый свет!

– Да не надо уже, – смягчилась Лесса и, торжественно указав на Трия, объявила: – Вот он, мой спаситель!

На сей раз история Подлого Злодеяния, дополненная Чудесным Избавлением, заняла каких-то полчаса, но ноги у Трия все равно успели затечь – под пристальным взглядом короля он не осмеливался даже шелохнуться.

– Ну, выглядите вы совсем неплохо, – изволил пошутить его величество. – Надеюсь, нанесенный вашему здоровью ущерб не столь велик, как мерещится моей впечатлительной племяннице.

– Дядя! – возмутилась девушка. – Я же просила!

– Все, больше не буду, – покладисто согласился король и повернулся к стоящему с другой стороны трона мужчине. – Знакомьтесь: мой придворный чародей, архимаг-практик. Вы не представляете, скольких уговоров и денег мне стоило переманить его из Стармина! Зато это лучший специалист на Шаккаре.

– Его величество хочет сказать, что до сих пор мне везло, – с улыбкой уточнил маг, не чинясь, спустился с тронного возвышения и протянул гнедому руку. – Можете звать меня просто Верес.

– Трий. – Жеребец ответил на рукопожатие. Придворный маг сразу ему понравился: спокойный, деловитый и ироничный, ничего общего с тем полоумным из леса. – Вижу, у вас тоже есть собака?

– С чего вы взяли? – удивился Верес.

– У вас вся одежда в шерсти. Серой. – Трий ткнул пальцем в целый пучок прилипших к рубашке волосков.

– А-а, – неожиданно смутился тот, делая неубедительную попытку отчистить материю. – Ну да, есть у меня… собачка…

– Большая? – из вежливости уточнил жеребец.

– Очень, – с чувством сказал маг и поспешил вернуться к делу. – Так что с вами случилось, уважаемый?

Трий покосился на девушку, поманил Вереса пальцем и, смущаясь и оговариваясь, изложил ему на ухо свою проблему.

Маг действительно оказался профессионалом: он лишь слегка изменился в лице, соорудив из бровей две аккуратных галочки.

– Одну минутку, – вежливо сказал он, – мне надо посоветоваться с королем.

Девушка с растущим беспокойством наблюдала, как Верес, сохраняя задумчиво-загадочное выражение, неспешно поднимается по ступеням и склоняется уже над монаршьим ухом.

– Ага, – протянул король, в точности скопировав интонацию чародея, – ага… Понятно. Мои извинения и искренние соболезнования, я и подумать не мог!.. Но, может, вам лучше побеседовать наедине? Похоже, тут дело достаточно интимное…

Девушка уже готова была рухнуть в обморок, а Трий – провалиться сквозь землю от смущения.

– Да, пожалуй, – торопливо пробормотал он.

– Пойдемте. – Маг махнул рукой в сторону неприметной двери за троном, и жеребец, неловко поклонившись королю, поспешил скрыться с глаз долой.

В кабинете у Вереса было просторно и уютно, в камине горел ровный, не дающий жара (куда еще в такую погоду!) огонь, вокруг квадратного дубового стола стояло несколько глубоких кресел, на полу лежала невесть чья впечатляющих размеров шкура, а с тридцатисвечной люстры свисал черный кружевной лифчик, изумительно вписывающийся в обстановку.

– Вина?

– Пожалуй. – Трий ожидал, что маг щелкнет пальцами и у него в руках очутится по наполненному бокалу, но Верес по-простому подошел к стенному бару и зазвенел бутылками.

– Так, говорите, вы видели свою убегающую… половину? – Чародей указал на кресло, но Трий отрицательно помотал головой. Он никак не мог привыкнуть к человеческой привычке садиться при каждом удобном случае, у табунников это считалось постыдной слабостью. – Очень хорошо. Это означает, что имело место разделение, а не трансформация с невосполнимыми потерями.

– Что ж здесь хорошего? Как представлю, что оно так там безголовое и бегает… – Трия передернуло.

– Ну, у вас же выросли человеческие ноги, – резонно заметил маг, – значит, и… э-э-э… нижняя часть внакладе не осталась. Возможно, ей даже перепал кусочек вашего разума.

– Так, выходит, у меня и с головой не все в порядке?!

– Исчезло то, что относилось к управлению… эээ…. четвероногим телом, некоторые примитивные, животные инстинкты, – успокоил жеребца маг. – Думаю, из него вышел неплохой… хм… конь.

– А из двух неплохих нас как-нибудь можно снова сделать одного хорошего меня?

Верес всмотрелся Трию в глаза, поводил ладонями вдоль тела, уделив особо пристальное внимание месту, с которого начиналось новоприобретенное безобразие, и заключил:

– Думаю, да. Мне понадобится пара дней, чтобы составить контрзаклинание, а вы пока поймайте беглую… беглеца и приведите сюда.

Жеребец растерянно переступил на месте. Где искать удравшую – любезничать с самим собой не было смысла – задницу, он понятия не имел. Ее уже сто раз могли сожрать волки, а то и полоумный маг.

– А другую… то есть другого коня туда присобачить нельзя?

– Увы, – развел руками чародей, – это все равно что просить пришить вам чужую ногу.

Трий, успевший представить себя мускулистой зверюгой на пядь выше Бронса, вздохнул еще печальнее. Маг наконец заметил лифчик и, воровато покосившись на уставившегося в бокал гостя, сдернул люстряное украшение и сунул в карман.

Вызванный Вересом писец тщательно занес в свиток приметы «любимого королевского жеребца редкой кентаврийской породы» и пообещал, что островные глашатаи проорут их на всех перекрестках еще до наступления темноты.

– Ничего, – чародей ободряюще похлопал Трия по плечу, – если конь еще жив, то его быстро найдут. Лошади не любят одиночества, он наверняка прибьется к чьему-нибудь табуну, а обещанная королем награда заставит селян прочесать все леса. Думаю, конь будет у нас еще до конца недели. Погуляйте пока по городу, развейтесь…

– А вам я больше не нужен?

– Да нет, – пожал плечами маг. – Я уже снял слепок вашей ауры, вот прямо сейчас и приступлю к работе.

– Зачем тогда было идти к вам в кабинет? Все это можно было сделать и в зале.

– Как это зачем? – Верес неожиданно проказливо улыбнулся. – Чтобы дядюшка с племянницей могли посплетничать в свое удовольствие!

– Отсюда второй выход есть? – вконец упавшим голосом осведомился Трий. Он предпочел бы повторно столкнуться с полоумным магом, чем с разгневанной кобылицей – тьфу! – девушкой.

– Разумеется! – Чародей отдернул портьеру и услужливо распахнул перед жеребцом потайную дверь, куда более захватанную, чем главная.

* * *

Трий брел по улице, чувствуя себя последним идиотом. Ну почему он сразу не признался Лессе, кто он такой?! На нее в тот день и так куча шишек ссыпалась – одной больше, одной меньше. Зато сейчас бы не пришлось переживать. Хотя в чем он, собственно, виноват? Трий и не утверждал, что он человек. И вел себя вроде бы достойно, придраться не к чему… Леший, и все равно – как ей теперь в глаза посмотреть?

Одно хорошо: жеребец внезапно обнаружил, что двух ног ему вполне хватает и шагают они уверенно, уже не требуя присмотра. Более того, Трий стал куда ловчее и проворнее, без труда поднимаясь по узким крутым ступенькам или разворачиваясь на месте. К тому же исчез страх перед переломами, вечно терзающий его соплеменников. Кости ног у взрослых кентавров срастались так плохо и медленно, что калеки предпочитали уйти из жизни по своей воле.

– Эй, ты!

Трий поднял глаза и понял, что где-то этого типа уже видел. Только тогда у него были рыбьи плавники и хламида из водорослей, а не бархатный костюм с белоснежными кружевами и золотой вышивкой.

– Это ты, бродяга, нашу стеномазку спас? – с ленцой поинтересовался канцлер, словно бы невзначай держа руку на изящном оголовье клинка при поясе. Смотрел он куда-то над плечом Трия, словно брезгуя самим жеребчиком.

Гнедой оглянулся: сзади приближались еще трое, перегородив переулок.

– А в чем дело?

– Сейчас тебе все объяснят, – пообещал высокородный хам, отступая и пропуская вперед еще одного приспешника.

– Ты, чужак, – гнусаво и пренебрежительно заявил тот, – в этом городе нет твоих женщин! Понял? Поэтому либо ты до заката убираешься отсюда…

И тут Трий озверел. Мало того что в табуне его считали кем-то вроде мерина, так теперь еще какие-то плюгавые людишки смеют ему указывать?!

– …либо мы по частям выносим тебя прямо сейча-а-ас…

Если третий вариант и существовал, то жеребец его не дождался, привычно развернувшись и лягнув подкованным сапогом.

* * *

Во дворец Трий вернулся уже затемно, грязный, окровавленный и в одних штанах. В драках с племенными ему случалось пострадать намного сильнее, так что чувствовал он себя неплохо, а с учетом победы – и вовсе отлично. Жеребец тихонечко проскользнул в отведенную ему комнату, собираясь наскоро ополоснуться над ведром и завалиться спать, но не тут-то было.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33

Поделиться ссылкой на выделенное