Ольга Баумгертнер.

Связующая магия

(страница 2 из 35)

скачать книгу бесплатно

   Мы зашли в просторный гостиный зал, и Вилен предложил присесть на диван. Сам исчез в соседнем помещении. Шэд улегся у моих ног, а я изучил комнату. Кроме дивана, низкого столика и пары кресел здесь имелся буфет и книжный шкаф. А большие чуть ли не во всю стену окна, занавешенные полупрозрачной светло-оливковой, под цвет мебельной обивки, материей, выводили на мокрую от дождя террасу, заполненную растениями в кадках.
   Вилен вернулся и поставил передо мной на столик какую-то статуэтку. Я так и не понял, что за существо запечатлели в камне.
   – Неудачный подарок, сделанный моими коллегами по работе, – чуть смутился врач. – Но хоть на что-то он пригодится. Если ударить по нему – во все стороны брызнет крошево. Если же твой меч не простой, значит, ничего этого не последует.
   – Конечно, – я взмахнул клинком, и статуэтка осталась стоять, как стояла.
   На челе врачевателя собрались морщины.
   – Хочешь сказать, что уже сделал это?
   – Проверь.
   Он взял статуэтку, и она в его руках развалилась на две половинки. Вилен воззрился на зеркально гладкий срез.
   – Немыслимо! – он провел пальцем по срезу, и в его голосе проскользнуло невольное восхищение. – Идеально гладкая поверхность!
   Вилен поставил статуэтку на стол.
   – А можно еще раз, только медленнее?
   Я фыркнул.
   – А потом ты расскажешь, что меня интересует, доктор.
   Я исполнил его просьбу, и статуэтка развалилась на четыре сегмента. Вилен снова исследовал срезы фигурки.
   – Собственно, я почти все сказал. У Игнифероса оказалась идеально гладкая рана. Нам осталось пригнать половинки органов друг к другу и сшить их. Тебе ведь наверняка известно, чем менее рваные края раны, тем быстрее она заживает.
   – Но он был мертв, – заметил я. – Как ты оживил его?
   – Боюсь, мой ответ не уляжется в пару предложений, – отозвался Вилен. – Для того чтобы понять, тебе потребуется изучить анатомию и прочие врачебные науки. Люди тратят на их изучение годы.
   Я обратил на него недоуменный взгляд.
   – Ты не можешь объяснить мне? Это так сложно?
   – Если сказать в нескольких словах… При наступлении смерти, мозг остается жив еще некоторое время. И если предпринять попытки вернуть тело к жизни, то человека возможно оживить. Ты, верно, полагал, что если сердце не бьется, человека оживить невозможно?
   Я нахмурился.
   – У нас после подобного уже никто не оживал. Правда, есть снадобья, почти останавливающие сердце и погружающие в сон, похожий на смерть. Но никто не умирал при этом. Я все-таки не понимаю…
   – Тогда тебе придется потратить достаточно много времени, чтобы разобраться в тонкостях, – заметил Вилен. – Но я не вижу особо смысла.
Зачем?
   – Когда я впервые попал в ваш мир, его устройство мне показалось понятным – механика, использование электричества… Но я всегда считал, что если кто-то умирает, он умирает навсегда. И, пожалуй, меня раздражает, когда я чего-то не понимаю. Если ты сможешь заполнить этот пробел, я готов заплатить названную тобой цену.
   Ему не пришлось думать долго.
   – Сможешь сделать наши инструменты такими же острыми, как твой меч? – спросил он. – Наши больные смогли бы гораздо быстрее поправляться.
   – Пожалуй, да.
   – Я так понимаю, ты нигде не остановился? Можешь пожить здесь – у меня имеется комната для гостей. Хотя… ты ведь знатного рода, и вероятно обстановка слишком скромна.
   – Я не привык к роскоши, – заметил я с легкой насмешкой. – В отличие от моего дядюшки.
   – Он вполне заслужил это, – отозвался Вилен. – Сделал для нас многое.
   – Например?
   – Он управлял погодой – у нас с ней большие проблемы, а его маги восстанавливали природу, которая в нашем мире почти зачахла.
   – А он сказал, что виной тому ваши механизмы? – поинтересовался я.
   – Да, но мы не можем позволить себе отказаться от них. Для нас это то же самое, что вам отказаться от магии.
   – Ну да, – я фыркнул, – Фартап и остальные отказались от магии, когда привыкли, что здешние машины делают все за них.
   – Им это понравилось. Тебе нет?
   – Нет. Если честно, мне ваш мир совсем не нравиться. Но месяц я его потерплю.
   – В еде ты тоже, надо полагать, непривередлив? – поинтересовался он. – А что ест твое животное?
   – Что обычные лошади. А я, пожалуй, в еде все же привередлив.
   – Ну что ж, – он развел руками. – Постараюсь прокормить вас обоих…
   – А золото здесь в ходу? – спросил я, бросив ему монету.
   Он поймал ее.
   – Сгодится. Однажды Игниферос рассказывал, что оно, как ни странно, в ходу во всех мирах, как, впрочем, и серебро. Удивительно, не правда ли? Такие разные миры, разные люди, народности. Но расплачиваться приходится одним и тем же.
   – Вот как? Дядя рассказывал про миры?
   – Да. Мы часто с ним беседовали, пока он поправлялся после операции. Он тогда еще посмеялся над собой, вспомнив, что всегда считал лекарей в светлой обители самыми бесполезными ее обитателями. Говорил, что маги редко болеют.
   – Это правда.
   – Но ведь у вас часто случались войны. Неужели врачеватели не пригодились раненым?
   Я отвел взгляд на мокрое от дождя окно.
   – Тебе случай с Игниферосом ни о чем не говорит?
   Вилен сник.
   – Да, да, я понял – ваша магия смертельна, и цель ваших воинов – вовсе не ранить противника…
   – Как и со стороны светлой обители, – добавил я. – Наша общая история темна. Но возможно, она когда-нибудь изменится.
   Вилен задумчиво кивнул и сделал знак следовать за ним. Он показал мне довольно просторную комнату для гостей. Кроме кровати и письменного стола здесь имелся диван с низеньким столиком и отдельная ванная. Затем Вилен принес миску овса для Шэда и пригласил меня поужинать. Поели мы молча. Врач, похоже, о чем-то сильно, задумался. Я поблагодарил его за ужин и вернулся в свою комнату. Шэд тоже успел поесть – теперь он дремал, разлегшись на ковре во весь рост и положив голову на лапы. Я потрепал его косматую голову, наскоро принял ванну, опрокинулся на постель и провалился в темный сон.
   А утром за завтраком Вилен устроил мне неприятный сюрприз.
   – Я подумал – все оказывается гораздо сложнее, – сообщил он. – Все книги по медицине, которые я мог предложить тебе для чтения – на языке людей. Как и все лекции во врачебной школе. К тому же, чтобы прослушать их понадобится не один год…
   – Я думал, что ты мне сам объяснишь, – заметил я хмуро.
   – Исключено! – возразил он. – У меня есть работа, и я должен находиться в больнице и лечить людей. Я жизненно необходим для них.
   Я долго и раздумчиво смотрел на него, что он, занервничав, поднялся со своего места.
   – Фартап сказал мне, что ты обещал не причинять мне вред.
   – Было бы крайне глупо с моей стороны.
   – Ты опасаешься Игнифероса?
   – Скорее наоборот. Но я не хочу с ним ссориться, тем более из-за тебя. У меня есть другое предложение…
   Я рассказал Вилену о гипномагии.
   – Хочешь сказать, что можешь проникнуть в мой разум и почерпнуть необходимые знания так же легко, как если бы прочел книгу? – поразился он.
   – Да. Таким же образом можно попробовать изучить ваш язык… И тогда, скорее всего, читать принесенные вами книги не понадобится.
   – Я не уверен… Ты сможешь увидеть слишком личное…
   – Я не собираюсь полностью просматривать твой разум – только то, что меня интересует…
   – Это возможно? Ты уже пробовал избирательно прочитывать мысли?
   Я кивнул. Вилен задумался.
   – И что я буду ощущать? И сколько займет времени?
   – Не думаю, что больше трех часов. Ощущать – ничего. В худшем случае, если противиться гипномагии, заработаешь головную боль.
   Вилен, размышляя, прошелся по кухне.
   – Хорошо, я согласен. Можно попробовать сегодня – у меня как раз выходной день.
   За три часа я, конечно же, не управился. Информации оказалось больше, чем я думал, к тому же мы часто прерывались, чтобы немного отдохнуть и отвлечься. Однако к вечеру мы все же закончили, заплатив за свое усердие головной болью. Вилен глотал какие-то таблетки, похоже, нисколько ему не помогавшие. А я достал специальную смесь трав, изготовленную Мерлиндой. Я заварил ее и, вдыхая аромат, не спеша пил по глотку горьковатый напиток. Я знал, что она собирала некоторые из этих трав в предгорьях, недалеко от Брингольда. Из-за знакомого запаха мне на миг померещилось, что я вернулся домой. Головная боль отступила, но вернулась боль другого рода. Пробужденные воспоминания так сдавили душу, что у меня едва не навернулись слезы. «Прошел месяц, а мне так плохо, – подумал я с горечью. – Как я вынесу эти четыре года?» Я разозлился на эту свою слабость, но тут меня отвлек Вилен.
   – Что ты пьешь? – полюбопытствовал он, морщась. – Помогает от головной боли?
   – Мне да. Хочешь попробовать?
   – Если можно. Не слишком приятный процесс эта ваша гипномагия.
   – Это точно, – я отлил из своей кружки в его стакан и предупредил: – Осторожно, оно горькое. Все лекарства моей матери жутко горькие.
   – Твоя мать занимается медициной? – Вилен с изумлением взирал на содержание стакана.
   – Она готовит лучшие снадобья в обители.
   Он опасливо попробовал темно-золотистый отвар, скривился, но выпил. Через пару минут морщины на его лбу разгладились.
   – Удивительно, как быстро помогло. Ты не знаешь случайно состав?
   – Знаю, но у вас эти травы не растут. Они и в Бинаине встречаются только в предгорьях.
   – Если здесь объявится Игниферос, я попрошу его об одолжении.
   Я пожал плечами и заговорил на языке Вилена. Он вытаращил глаза.
   – Когда ты хочешь получить инструменты? – спросил я.
   – Неплохо у тебя получается, – заметил он. – Инструменты… Необходимо изготовить новые или ты улучшишь старые?
   Я пожал плечами.
   – Можно и старые – никакой разницы.
   – Мне понадобится день-два, чтобы собрать их со всех больниц.
   – Мне торопиться особо некуда, – заметил я.
   Весь следующий день Вилен пропадал в больнице. А я дочитал книгу по гипномагии. Последняя глава потрясла меня, и книга, выскользнув из рук, упала на пол. Я некоторое время смотрел бездумно в окно. Потом все же поднял книгу и, уже не прерываясь, прочел последние страницы.
   В последней главе Ментепер писал о связующей магии. Я всегда считал, что основное использование связующей магии – именно в рисовании. Правда, в темной обители иногда можно было услышать, что использование ее с другими видами магии имеет разрушительные последствия. Впрочем, говорили об этом мало – книг по связующей магии в обители не имелось, а остальные сведения об этом являлись обрывочными. При этом, однако, считалось, что связующая магия одна из самых опасных. Подтверждение этому я нашел в книге Ментепера, хотя здесь говорилось только об использовании связующей магии и гипномагии. Это позволяло проникать в разум врага и пользоваться незнакомой магией. При этом связующая магия усиливала ее мощь. Я ощутил, как по спине у меня побежали мурашки. Оглянувшись на кое-какие давние события, я понял, что все было не так, как мне казалось…
   – Тэрсел? – вернул меня к действительности оклик Вилена. – С тобой все в порядке?
   – Что? – голос мой прозвучал глухо, я понял, что в горле пересохло и мне жутко хочется пить.
   – Ты выглядишь неважно. Я несколько раз звал, но ты словно не слышал.
   – Я задумался, извини, – я захлопнул книгу и положил рядом с собой на диван.
   – Ужин, наверное, остыл, – заметил Вилен.
   – Спасибо, я не хочу есть.
   Вилен немного помялся.
   – Я собрал инструмент, – наконец решился он. – Ты можешь заняться этим завтра?
   Я кивнул. Вилен ушел, унеся пустую миску – Шэд, в отличие от меня, от еды не отказался. Зверь подошел ко мне, его язык прошелся по моим ладоням. Устроившись у моих ног, он примостил голову на коленях. Я, задумавшись, рассеяно зарыл пальцы в его жесткой черно-серебристой гриве.
   – Завтра уже уедем отсюда, Шэд, – прошептал я. – По тебе уже пора пройтись щеткой…
   Он шумно вздохнул, словно соглашаясь, опустил голову на лапы и задремал. А я раскрыл портал в Темную обитель.
   – Ретч, – позвал я.
   Он дремал в кресле в своей комнате.
   – Тэрсел? – он встрепенулся и посмотрел на меня через раскрытый портал.
   – Ты все еще живешь здесь? – поинтересовался я.
   – Да, ты же помнишь – мне тоже по душе здешний вид из окна, – он улыбнулся. – Судя по тому, что ты задаешь подобные вопросы, у тебя все в порядке.
   – Пока да, – согласился я.
   – Пока? – Ретч чуть нахмурился. – Кстати, любимый мой племянник, ты не попрощался ни со мной, ни с матерью, ни с Бэйзелом. Если в этом виноват твой приятель – огненный маг, с которым вы ранним утором исчезли отсюда, ему придется плохо…
   – Гаст тут ни при чем. А длительные прощания ни к чему.
   – Ты так считаешь? – на лице его отразилось неудовольствие. – А мы думаем по-другому.
   Я опустил взгляд.
   – Понимаю, тебе это опять причинило бы боль, – тихо продолжил Ретч. – Но мне казалось, что все же мы смогли поддержать тебя. Ты сильный, я знаю, но все же…
   – Ты прав, я не уверен до конца в своей правоте, – отозвался я. – И мне…
   У меня не хватило духу закончить. Ретч поднялся, добавил магии в портал, расширив его, шагнул ко мне. И, ничего не говоря, притянул к себе, прижав.
   – Ты все-таки расклеился, мой повелитель, – ласково произнес он.
   – Ретч! – упрекнул я.
   – Даже если Бэйзел вернулся, истинным повелителем темной обители я считаю тебя. И Нордек, кстати, тоже.
   – И вы оба знаете, почему это невозможно. Да я и сам этого не хочу. И…
   – И?
   – Не хочу, чтобы об этом знал кто-то еще – я побеседовал с Игниферосом.
   – Когда и где? – удивился Ретч.
   – В библиотеке Ментепера. Я искал в его доме все, что связано с гипномагией. Игниферос, наверное, тоже проявлял любопытство к определенным книгам своего брата. Он нашел кое-какие записи, где Ментепер описывал, как собирается восстанавливать первую обитель и переселять туда темных колдунов.
   – Как-то с трудом верится, – заметил Ретч.
   – Мне тоже, однако, Игниферос решил, что эта идея не такая уж недостижимая. Только, в отличие от брата, он собирается переселять туда всех.
   – Всех? То есть?! – Ретч смотрел на меня с непониманием.
   – Он хочет, чтобы мы вновь стали единым народом.
   – Это невозможно!
   – Это возможно, – ответил я. – Кроме того, его шею сейчас украшает обе половинки Дерева власти.
   – Что?! Как он посмел?! – Ретч неожиданно рассердился. – Серебренная часть Дерева по праву принадлежит тебе!
   Увидев выражение моего лица, он опомнился.
   – Прости, я не хотел…
   – Так лучше для всех нас, – тихо произнес я. – А многовековая война, наконец, закончится.
   – Закончится, если только все согласятся, – возразил Ретч. – Сомневаюсь, что не найдется противников объединения. Тот же Нордек, например, или Балахир и его свора. Да и сам Бэйзел.
   – Он согласится. Если нет, ты передашь ему этот наш разговор. Только ему, Ретч, и никому больше.
   – Конечно. Но откуда у Игнифероса серебренное Дерево? Оно находилось на Ментепере, когда его погребли… Знаешь, я так боялся, что все повториться, что даже посмел проверить гробницу через несколько недель. Не смотри на меня так!
   Я слабо улыбнулся.
   – Шэд – не морок, его зубы – тоже. Игниферос мог точно так же вскрыть гробницу, как и ты, или попросить Бэйзела.
   – Ты думаешь, Бэйзел отдал бы ему? – Ретч нахмурился.
   Я пожал плечами.
   – Так ты действительно согласен, чтобы Игниферос правил нами? – продолжил спрашивать Ретч. – Но почему?
   – Есть другая перспектива. Темные колдуны остаются в Бинаине, а светлые переселяются в первую обитель. Что, по-твоему, лучше?
   – Даже не знаю, – признался он. – Мы тогда не успели изучить тот мир, да и потом как-то стало не до этого. Это сложный вопрос, но и еще более сложное решение – перебираться в полуразрушенный мир.
   – Я заглядывал туда еще раз. Он того стоит.
   Ретч бросил на меня чуть удивленный взгляд.
   – Почему?
   – Ну хотя бы потому, что он последний в цепи миров.
   – Как?! – опешил Ретч.
   – Из него есть только один путь.
   – Я даже не подозревал, что такое возможно, – Ретч подошел к окну, обозрел лежащий перед ним город и присвистнул. – Куда тебя занесло, Тэрсел?
   – Мир, где долгое время находился Игниферос. Любопытствую у местных врачевателей, как они вернули его к жизни. Вдруг когда-нибудь пригодится.
   Ретч рассмеялся.
   – Они раскрыли свои секреты?
   – Им ничего другого не оставалось, – я улыбнулся.
   – Ты надолго здесь задержишься?
   – Нет, завтра двинусь дальше. Чувствую себя здесь не уютно.
   Я поморщился, а Ретч кивнул.
   – Да, воздух тут дрянной… Надеюсь, ты со мной будешь поддерживать связь? – в голосе Ретча послышалась тревога.
   Я покачал головой.
   – Я могу открывать не больше полусотни дверей, так что если я забреду дальше…
   – Может, не стоит так далеко забираться? – Ретч нахмурился. – Где мне придется искать тебя, если вдруг в скором времени Игниферос заявит о своем решении, а в нашей обители все поднимутся на дыбы?
   – На этот и прочие случаи я сделал такую вот вещицу…
   Я протянул ему небольшую книгу в коричневом кожаном переплете, с ремешком, не позволяющем книге раскрываться. Ретч взял ее, раскрыл и с недоумением воззрился на чистые листы. Я показал ему вторую такую же.
   – Эта останется у меня. Когда я сделаю запись в своей книге, она появится в твоей, и наоборот.
   – А когда страницы кончатся? – едко поинтересовался Ретч.
   – Я не собираюсь писать тебе многостраничные послания, – заметил я. – Ты, надеюсь, тоже. А уж если вдруг такое случиться, старые записи можно стереть заклинанием.
   – Сгодятся любые чернила? – я кивнул, а Ретч с некоторым сомнением изучал книжку. – Хм, неплохая идея, но думаешь, что эта штука будет действовать там, откуда ты не сможешь до нас дотянуться? В чем разница?
   – В магии.
   – Вот как? – Ретч хмыкнул. – И в какой же? Мне в голову ничего не приходит кроме магии связующей, но…
   Он с неверием воззрился на меня.
   – Ты – связующий маг?! – выдохнул он.
   – Как ни прискорбно, но только недавно я понял, что во всех моих неприятностей виновата не гипномагия, а связующая магия, – заметил я.
   – Как такое возможно, ведь… Это гипномагия без сомнения!
   – Что такое связующая магия, Ретч?
   – Работа с магической энергией на самом тонком уровне, которая позволяет использовать одновременно несколько видов магии или же соединяет их.
   – Вот именно – одновременно. Когда-то гипномагия, магия ветра, визуальная, материализация, перемещения и даже… – я издал истерический смешок. – то-то бы все удивились – огненная! – все это превращалось в смертельную смесь в моих снах.
   – Огненная?!
   – Помнишь того мага, погибшего от молнии?
   – Она вполне могла оказаться настоящей, – заметил Ретч. – Ты что же пробовал заниматься огненной магией?
   – Я всегда мог зажечь свечку, но… дело не в этом…
   Я смолк. Ретч, внезапно помрачнев, следил за мной.
   – Что-то не слишком приятное?
   – Гипномагия позволяет читать мысли, выуживать знания, но… со связующей получается несколько иной эффект… Мне не обязательно понимать, как работает та или иная неизвестная мне магия – связующая магия отразит ее, усилив мощь…
   – И ты теперь умеешь этим пользоваться?
   – Я не пробовал. Прочел об этом только сегодня в книге Ментепера, – я кивнул на оставленный на столе том.
   – Представляю, как не поздоровилось бы Игниферосу, реши он метать в тебя молнии сейчас, – Ретч криво усмехнулся. – Можешь попробовать?
   – Что именно?
   – Устроить там молнию, – Ретч скрестил руки на груди и кивнул в сторону окна.
   – Ты предлагаешь…
   – Да, мне интересно было на это взглянуть. Я понимаю, что тебе придется для этого сделать, но хочу, чтобы ты попробовал.
   Я нахмурился, но потом все же согласился. Осторожно я коснулся разума Ретча, а потом… С треском, ослепив нас короткой вспышкой, всего в трех футах от окна пронеслась молния и со страшным грохотом ударила в землю, что пол под нами дрогнул. Ретч испуганно отшатнулся от окна, а Шэд, проснувшись, подскочил на месте. Недовольно заворчав, он подошел к Ретчу, принюхался.
   – Впечатляюще, – Ретч против воли побледнел, но все же выдавил из себя улыбку, а потом нервно потер запястье правой руки, которой коснулся носом Шэд. – Как себя ведет твой оборотень?
   – По-прежнему ест овес.
   – Даже когда он в таком облике?
   – Как ни странно. Да, и пахнет от него по-прежнему конем.
   – И, пожалуй, к лучшему… А Бэйзел знает об этой твоей способности?
   – Нет.
   – А кто-нибудь еще?
   – Только Гаст, но он не осознает, что такое связующая магия. Полагает, что ее можно использовать в рисовании для слежки… И я действительно применял связующую магию только в рисовании…
   – Я сверну ему шею! – не сдержался Ретч. – А скажи-ка мне – как давно ты узнал, что он бастард Лайтфела? Тогда на арене, когда он оказался у нас в руках, – ты знал?
   – Ретч, – в голосе моем послышалась жесткость, и Ретч весь поник. – Пять минут назад мы говорили об объединении обители.
   – Я просто хочу знать.
   – Да я знал. Точнее Визониан успел поведать перед смертью, – я не сводил глаз с Ретча. – Я хочу, чтобы ты запомнил – Гаст мой друг. И я не хочу, чтобы с ним что-нибудь случилось.
   – Да, милорд.
   – Более того, – продолжил я. – Если вдруг скоро начнется объединение, я хочу, чтобы ты приглядел за ним.
   Ретч фыркнул.
   – Он, уверен, сам за себя постоять сможет.
   – И еще. Я хочу, чтобы ты последил за Эрслайтом. А поскольку Гаст неожиданно пришелся ему близким родственником…
   Ретч улыбнулся, сверкнув зубами.
   – Понимаю, что тебя беспокоит. А ты не забываешь, что я тоже в последнее время занимаюсь огненной магией?
   – Ретч, пожалуйста!


скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35

Поделиться ссылкой на выделенное