Ольга Баумгертнер.

Колдовская компания

(страница 8 из 35)

скачать книгу бесплатно

   – Тэрсел, – продолжил он виновато, то бледнея, то краснея, разобрав боль и досаду у меня на лице. – Прости, я дурак, я…
   Он не нашел слов.
   – Просто придурок, – зло подсказал я и тут же закашлялся.
   Скит не обиделся, наоборот, он как-то неловко и немного вымученно улыбнулся и, налив в кружку горячее ароматное питье, услужливо поднес к моим губам. Отвернуться у меня вновь не получилось. Я сжал зубы.
   – Тэрсел, миленький…
   От «миленького» меня передернуло.
   – Что?! – возмутился я. – Миленькими называй своих девок, если они только будут у тебя, потому что когда поправлюсь я…
   Он воспользовался моментом и влил в рот горячий настой горьких трав. Я едва не подавился, но он, не смущаясь, повторил процедуру и заботливо утер меня салфеткой. Это стало последней каплей.
   – Не смей прикасаться ко мне, – прошипел я. – Еще раз так сделаешь, и я тебя убью! Тоже мне нянька нашлась!
   – Я не сержусь на тебя, – продолжил Скит. – Ты вправе ругать меня. И потом… все время, как ты болел, я сидел подле тебя и ухаживал за тобой. И не отойду, пока не поправишься!
   Я простонал и закрыл глаза.
   – Где Гаст? Где Инведнис?
   – Они уехали в какой-то город, – с готовностью откликнулся Скит. – Они уже боялись, что не смогут привести тебя в чувство, и поехали за советом к местному лекарю – он из светлых магов.
   – Да они решили доконать меня, оставив тебя со мной! – я все еще злился, но, похоже, зря, потому что Скит вновь рассыпался в извинениях, и мне стало от этого еще противнее.
   Но худшее ждало впереди. Скит вознамерился покормить меня. Из ложечки. Я уперся, сжав зубы – казалось, нет ничего более унизительного, чем позволить ему сделать это. А Скит сюсюкался со мной, как с маленьким капризным ребенком, уговаривая, что если я не съем несколько ложек, то никогда не поправлюсь. Я не выстоял – он достал меня своим до тошноты приторным голосом, и я, зажмурившись, чтоб не видеть его лица, разжал зубы. Скит, торжествуя, скормил мне всю тарелку чего-то – горечь выпитого напитка начисто отбила у меня способность чувствовать вкус, – не переставая уверять, что теперь я быстро поправлюсь. Однако к вечеру мне стало немного хуже. Опять начался озноб. Скит заволновался и побежал заваривать очередную порцию лечебного питья, а я в это время провалился в небытие. И вновь, словно в бреду, показалось, что кто-то приложил ко лбу ладонь. Но прикосновение было незнакомым, чьи-то острые ногти прошлись по щекам. «Ну, что, волчонок, – произнес женский голос насмешливо. – Помочь тебе умереть?» «Дейра…» «Ты узнал меня, а зря. Теперь-то я не оставлю тебя в живых…» Я очнулся, когда услышал голос Скита и почувствовал несколько пощечин.
   – Тэрсел! – на лице его отразилась паника. – Очнись!
   Я взглянул на него, и зрение со слухом замутились, словно я погрузился в мутную воду.
Во рту все пересохло, и я понял, что привкус горечи исчез, уступив терпко-сладкому.
   – Скит, – позвал я. – Не дай мне потерять сознание. Воды, много, быстро!
   Он мигом вернулся с питьем. Я выпил почти весь кувшин, глубоко дыша и чувствуя дурноту.
   – Меня мутит, – предупредил я из последних сил. – Таз.
   Скит достал посудину, в которой он раньше остужал полотенце, накладываемое мне на лоб.
   – Еще воды, – прошептал я, когда понял, что в желудке ничего не осталось, и рискнул взглянуть в посудину – на сгустки крови.
   – Тэрсел! – испуганно запротестовал Скит.
   – Воды! Или я сдохну.
   Он, не зная, что делать, подчинился.
   – Постой, – вспомнил я. – В моей седельной сумке в самом маленьком боковом кармане сверток с порошком. Высыпь его весь в воду.
   После того, как он выполнил мое требование, я выпил и стал ждать. Через некоторое время дурнота отступила, легкий озноб тоже исчез. Стало тепло и спокойно, и я заснул. Когда проснулся, Скит все так же сидел рядом, с тревогой наблюдая за мной, прислушиваясь к дыханию и на всякий случай наготове с уже чистым тазиком. Мне даже стало жаль его – под глазами у мага воды пролегли тени, лицо было бледно от постоянного бдения за мной. Я вдруг понял, что больше не сержусь на него, и улыбнулся.
   – Как ты? – поинтересовался он с участием. – Жар вроде бы спал.
   – Спасибо, лучше. Только обещай больше не кормить меня с ложечки – это отвратительно, – с этими словами я протянул ему руку.
   – Тэрсел! – он с неописуемой радостью сжал мне ладонь и облегченно вздохнул. – Наконец-то ты поправляешься.
   – Да, – я все еще чувствовал слабость. – И, кажется, мне хочется есть.
   – Хороший признак! – провозгласил Скит. – Сейчас чего-нибудь принесу.
   Он вернулся с какой-то похлебкой и торжественно вручил ложку. Когда через три дня вернулись Гаст и Инведнис, они застали меня и Скита сидящими за столом, немного нетрезвыми, пьющими подогретое вино.
   – Вот это да! – воскликнул Инведнис. – Похоже, мы зря торопились!
   – Судя по вашим изумленным физиономиям, – заметил я, – Вы ожидали найти меня в… в…
   – В околелом состоянии, – подсказал Скит, обнял за шею, упершись своим лбом в мой и пытаясь при этом заглянуть в глаза. А потом доверительно сообщил. – Правда, они действительно так думали.
   – Ого! – только и выговорил Гаст, посмотрев на нас. – Вот и оставляй их без старших. Да вы оба хороши!
   – Я не пьян, – возразил я, пытаясь освободиться от объятий Скита. – Просто слаб после болезни, а вот он точно напился.
   – Заметно… Я рад, что ты поправился.
   – Я, как ни странно, тоже. Умереть от простуды, что может оказаться глупее?
   – Да, да, – вновь подал голос Скит. – Я помню, я полный придурок!
   – Скит, пойдем-ка, – Инведнис помог освободиться от него и увел к постели, куда тот рухнул и тут же заснул.
   Гаст бросил в ту сторону удивленный взгляд.
   – Никогда не видел его таким, – негромко произнес маг огня.
   – А вы бы еще на больший срок оставили его со мной, – я улыбнулся. – Тогда бы вообще не узнали.
   – Представляю, – Гаст хмыкнул и добавил серьезно. – Сердишься на него?
   – Уже нет.
   – Вот и отлично. Хватит вам уже ссориться.
   – А что посоветовал ваш лекарь?
   – Ничего утешительного. Дал какие-то травы, но уверил, что шансов мало, – он похлопал меня по плечу. – А ты крепкий малый, ястребок. Но все же мы останемся здесь, пока ты полностью не поправишься.
   В итоге мы задержались в деревне до самого конца холодов. Зима лютовала. Землю засыпало снегом слоем в четыре фута, не меньше. Так что двигаться дальше не представлялось возможным. Мы проводили все время, сидя в отведенной нам хижине у жаркого очага. Гаст иногда выходил из дома, чтобы с помощью огненной магии проложить между домами проходы и помогал рыбакам разжигать отсыревшие дрова. Я вырезал шахматы и читал взятую в Брингольде книгу по магии. Остальные уже давно прочли имевшиеся книжки и теперь изводились от безделья. Гаст кругами ходил около меня, когда я садился за чтение. Его все так же распирало желание узнать, какую магию я изучаю. В итоге Гаст не утерпел, взял том и полистал в надежде найти там картинки, по которым смог бы определить вид магии. Но ни на одной странице не оказалось даже самой крошечной иллюстрации. Он поглядел на книгу с разочарованием, но я промолчал, не удосужившись даже отпустить комментарий по поводу его несдержанности. На следующий день мы уже все четверо вырезали шахматные фигурки, а еще через неделю сыграли в них первую партию. Мне удалось обыграть Скита и Инведниса, но Гасту я проиграл, чем тот остался очень доволен.
   Инведнис, увлекшись вырезанием, изготовил себе флейту и вскоре развлекал нас довольно сносной игрой. К середине зимы я прочел первую книгу. Книгу по охранной магии. Я не спешил взяться за вторую. Хотелось заняться чем-нибудь другим, тем, за что давно не брался… Я достал тетрадь, тонкую кисть и коробочку с красками.
   – Можно? – Гаст присел рядом.
   Но когда я рисовал, то слишком увлекался, и мне никто и ничто не могло помешать. Я окунул кисть в черную краску и набросал едва заметные контуры, потом чуть тряхнул ей, чтобы она очистилась и окунул кончик в новый цвет. Иногда я закрывал глаза, чтобы припомнить мелкие детали – на самом деле я слишком хорошо знал то, что рисовал.
   – Это Брингольд? – Гаст завис над рисунком. – Здорово у тебя получилось…
   – Я еще не закончил.
   Я действительно нарисовал Брингольд. Гаст наверняка решил, что это вид с высоты птичьего полета. Я чуть повел рукой, и над столом, как раз над рисунком повис неширокий портал перехода. Где-то в глубине его за летящими вниз снежинками угадывались огоньки. Я еще раз легонько повел рукой. Ветер разметал снежинки, открыв полностью обзор, и никто из моих приятелей не сомневался, что далеко внизу, в черном провале ночи среди скал мы созерцаем Брингольд. Точно так же, как на рисунке – с высоты птичьего полета. Я еще раз взглянул на рисунок, чтобы убедиться в идентичности оригиналу, поставил сухой кистью связывающие точки и закрыл портал. Рисунок преобразился, набрав глубину, и на нем закружилась метель. Последнее движение кистью, и внизу справа в самом уголке появилась моя подпись. Инведнис и Скит не могли оторваться от рисунка. Гаст же смотрел на меня, и лицо его медленно заливала бледность.
   – Я не знал, что в темной обители остались связующие маги… – заметил он.
   – Не остались. Перед тобой последний, – я опустил взор на рисунок, наблюдая, как над крышами кружит снег, как далеко внизу по дороге движется фигурка одинокого всадника, как открываются ворота, чтобы впустить его.
   – И они тебя выгнали?! – едва слышно произнес пораженный Гаст. – О чем они думали?
   – Связующий маг? – переспросил Инведнис.
   – Тэрсел всего-навсего открыл портал… – Скит ничего не понимал.
   – Нет, – Гаст бросил на них хмурый взгляд. – Каждый связующий маг умеет открывать порталы, но не каждый, кто умеет путешествовать по мирам, может перенести увиденное на рисунок, а потом закрепить его с помощью магии с оригиналом. То, что происходит в настоящем Брингольде, отражается и здесь.
   Скит вновь уставился на рисунок.
   – Я думал, что это всего лишь магия иллюзий…
   Гаст вновь обратился ко мне.
   – Как же все-таки они решились выпустить тебя из виду? Начнись война, и ты оказался бы просто незаменим! Но, может быть, они уже получили все, что желали?
   – Никто из колдовского Совета не знает об этом… И не узнает. Есть только одна подобная карта – карта Мидла. Она висит на стене в таверне Перекресток исключительно для развлечения посетителей – все считают ее плодом визуальной магии.
   – Хм… А ты никогда не пытался создать план светлой обители? – Гаст решил не юлить на этот раз.
   – Сумел каким-то чудом удержаться от подобного искушения, – я чуть улыбнулся, спокойно встретил пристальный взгляд мага огня и терпеливо дождался, пока он первый отведет глаза.
   Гаст поджал губы. Я между тем убрал рисовальные принадлежности и направился к своей постели, собравшись лечь спать. На столе осталась карта Брингольда, ожившая картинка.
   – Что происходит, Гаст? – спросил Инведнис на светлом наречии.
   – Я не понимаю, зачем… Зачем он показал, что обладает этим даром? В нашей обители много столетий не появлялись связующие маги. Как и в темной обители. Очень редкий дар. Насколько редок дар открытия порталов в другие миры, но этот… А теперь представь, что в темной обители появился такой колдун. Это означает значительный перевес в силах. Он может нарисовать любой стратегически важный объект и спокойно наблюдать за ним. А особо талантливые могут связывать и передвигающиеся объекты, даже людей…
   – Даже колдунов? – Инведнис нахмурился – он начал понимать озабоченность Гаста.
   – Но ведь то же самое может делать любой маг, умеющий открывать проходы. Разве нет? – возразил Скит.
   – Не совсем. На открытие прохода – нужно затрачивать энергию. Но законченный связующий рисунок этого не требует – он словно становиться частью этого места или существа, с которым он связан. И… его нельзя проследить.
   – Проследить?
   – Если открыт портал, это можно заметить по изменению течения мировой энергии. И если кто-то подсматривает из портала за тобой – это можно почувствовать. Но не в случае создания подобного рисунка… Это можно сравнить с искусно наложенной заплатой.
   – Значит, Тэрсел решил за кем-то последить?
   – Не знаю, Инведнис. Может, так, а может, ему всего-навсего нравится смотреть на этот замок – как-никак, а он провел там свое детство… Но если кому-то удастся пленить такого мага и доставить в обитель…
   – Кому-то? Ты не себя имеешь в виду? – поинтересовался Скит. – Опять думаешь о Совете?
   – Нет. Такого мага не оставят пленником – никого не остановит, что он совсем мальчишка…
   Гаст, расстроенный, махнул рукой и отправился спать.
   – Ты когда-нибудь пробовал отворять мировые порталы? – полюбопытствовал я у Гаста следующим утром после завтрака.
   – Нет.
   – Нет? – поразился я. – Как же ты тогда думал овладевать этим искусством? С теорий ты хоть знаком?
   – Тоже нет. Ты собрался поучать меня, Тэрсел? – Гаст засмеялся.
   Я соображал.
   – Погоди, так ты едешь в Оушэнд только для того, чтобы твой учитель выучил тебя этому? Почему он не сделал этого раньше?
   – Он считает, что каждому знанию свое время.
   – На мой взгляд, не слишком мудрая мысль.
   – Вот как? Тебе известна магия открытия порталов с рожденья. Однако, как ты сам говорил, ты никогда еще не пользовался ими для перемещения.
   – Ну, это скорее исключение… Так я угадал насчет цели посещения Оушэнда?
   – Да.
   – Может, мне стоит попробовать объяснить тебе сейчас?
   Гаст уставился на меня крайне изумленный.
   – А в ответ ты хочешь, чтобы мы туда не ездили? – осторожно предположил он.
   – Вовсе нет. Если тебе там еще что-то надо…
   – Хитрец, – Гаст усмехнулся. – Что ж, попробуй объяснить, если тебе заняться больше нечем.
   Понимая, что больше ничего у него не вызнаю, я кивнул. Любое наше заклинание – это всего-навсего перечень действий с энергией, а не набор непонятных волшебных слов, как считали люди. И у нас были сила и знания, чтобы управлять магической энергией. Она делилась на вещественную, то есть содержащуюся в любом веществе, в любом предмете, внутреннюю – та сила, тот резерв, что были заключены в самих колдунах, и мировую – ту, что проходит по границам миров, концентрированный источник, годный на все, и в то же время самая тонкая энергия, ощутить и воспользоваться которой могут только талантливые. Я создал небольшое окошко.
   – Из нашего мира можно выйти только в два других. Из каждого из них опять-таки по два портала – путь назад и в следующий мир. Таким образом, получается неразрывная цепочка. Поэтому, чтобы попасть куда-то придется отворять несколько «дверей». Хотя некоторые колдуны могут поставить сразу несколько проходов – один за другим, и, сделав всего шаг, оказаться через несколько миров. Но это требует достаточно сил, и у меня получается пока только три.
   Я показал им. Колдуны с интересом воззрились на тройное окно.
   – Все это замечательно, – заметил Гаст. – Но как ты все-таки создаешь проход?
   – Каждый делает это по-своему, – продолжил я. – Я же отключаюсь от всего окружающего – от звуков, запахов, даже какой-то миг ничего не вижу, только мировую ткань, которую начинаю понемногу раздвигать. Сквозь нее проступают черты двух миров, я выбираю нужный и продолжаю открывать его. Вот и все.
   – Хорошенькое объяснение, – фыркнул Гаст. – Я видел книги по теории магии перемещения – это два огромных и толстенных тома. А твое объяснение уложилось в одно предложение!
   – Я же говорил, что этот дар у меня от рождения, – я пожал плечами. – Мне этого никто не объяснял, и никаких томов я не читал, поэтому я так краток. Закрой глаза.
   – Это еще зачем?
   – Попробую тебе помочь. И вытяни руки ладонями вниз.
   Гаст подчинился. Я подвел свои ладони под его, однако не коснулся.
   ґ– Сейчас ты ощутишь тепло. Отключись от всего и сосредоточься только на нем. Когда я скажу, попробуй вложить в него силу, как если пытался превратить огонек от свечи в жарко пылающий костер.
   Остальные наблюдали за нами и ждали результатов. Я заметил капельки пота на лбу Гаста и осторожно отвел от него руки.
   – Давай!
   Под ладонями Гаста на миг приоткрылся портал. Маг, пораженный, распахнул глаза. И портал тут же захлопнулся.
   – У меня получилось! – в его голосе слышалось ликование.
   – Я бы на твоем месте попробовал еще несколько раз, – осадил я Гаста. – У тебя не хватает сил и сосредоточенности поддерживать его в открытом состоянии.
   Еще целый час он промучился, покрылся испариной, но результаты особо не улучшились. Наконец, выдохшийся, он упал на стул.
   – Похоже, это труднее, чем махать мечом, а, Гаст?
   – Тебя-то почему это нисколько не утомляет, умник?
   – Потому что я использую для раскрытия портала мировую энергию, а не свой собственный потенциал.
   – И почему ты мне с самого начала не сказал?! – возмутился Гаст.
   – Ждал, когда ты сам догадаешься.
   – Я не умею использовать мировую энергию, – Гаст нахмурился. – Может, ты и этому сможешь научить?
   Я покачал головой.
   – Для этого я точно не подберу слов… Мировая энергия – это уже на уровне ощущений. Здесь тебе действительно понадобиться толковый учитель…
   Гаст на какой-то миг омрачился, а потом посмотрел на меня.
   – Все равно спасибо. Тэрсел, – поблагодарил он. – Теперь я хотя бы уверен, что открывать порталы у меня когда-нибудь да получится.
   Миновал еще один месяц. Вновь выпал снег. Но в воздухе уже чувствовалось что-то весеннее, и я знал, что это последний снег уходящей зимы. Под снежным покровом уже пробивалась зеленая трава. Тучи рассеялись, брызнуло солнце, и последнему снежному капризу зимы оставалось недолго сверкать под щедрыми лучами. Мы вышли со Скитом из хижины, выдыхая облачка пара в прозрачный воздух.
   – Скоро он растает, – произнес Скит, обратив взор к ясному небу.
   – Да, скоро, – согласился я и не смог удержаться.
   Вихрь взметнулся у ног Скита, обрушив на него снежную лавину. Скит не устоял и опрокинулся под его напором, а сверху его накрыла холодная белая волна. Спустя миг он уже откапывался, отплевываясь, из снежного сугроба. Слова ругательства замерли на его губах, когда маг воды невольно посмотрел на меня.
   – Теперь я понял, – Скит даже перестал разгребать снег. – Ты мстителен.
   – Что?! – я ожидал всплеска эмоций вместо спокойного рассудительного тона, который он словно позаимствовал у Гаста.
   – Ты мстителен, – повторил Скит. – Если бы решил подшутить надо мной, ты бы улыбался, но, засыпая снегом, ты был сдержан и последователен. Любишь, чтобы последнее слово оставалось за тобой?
   – Скит, но… – я нахмурился, потому что возражений у меня не нашлось.
   – Ну вот, я оказался прав, а тебе это не по душе. Лучше помоги мне выбраться, – он протянул мне руку.
   Я, раздраженный его замечанием, невольно протянул свою. Он крепко сжал мне ладонь, а потом с глухим смешком сильно дернул на себя. Отфыркиваясь, я выбрался из сугроба, куда меня ловко опрокинул Скит. Встретившись с его насмешливым взглядом, я бросился на него, и спустя миг мы катились по снегу.
   – Скит, Тэрсел! – раздался отчаянный крик Инведниса.
   Скит мигом вскочил на ноги. А я, чувствуя обжигающий жар от снега на коже лица и за шиворотом, расхохотался. Скит, обернувшись, залился вслед за мной.
   – Все в порядке, Инведнис, – успокоил я мага природы. – Это всего лишь последний снег.
   Вложив в слово «последний» особый смысл, я протянул руку Скиту. Он с улыбкой помог мне подняться, и мы принялись отряхивать с себя снежную пыль.
   – Я уже испугался, что вы опять поссорились, – Инведнис облегченно вздохнул. – Однако, Тэрсел, ты только поправился, так что…
   – Так что ты угостишь нас подогретым вином, – продолжил Скит.
   – Угощу, – проворчал Инведнис. – Идите в дом, к очагу. Вы оба промокли.
   А через несколько дней мы вновь двинулись в путь. Быстро промелькнула весна, уступив место лету, такому же жаркому и засушливому, как и прошлое. Остались позади северо-восточные поселения. Впереди, перед последней целью нашего пути лежали Береговые пустоши, протянувшиеся от лесистых холмов до самого моря. Мы ехали по пустынной дороге среди высушенной солнцем степи. Однако растения не сдавались – цвели сухие, ломкие кусты тимьяна, синели головки чертополоха, в знойном воздухе висел пряный с горчинкой запах полыни и пижмы. Через двое суток дорога, медленно извиваясь, вползла на пологие склоны древних курганов, с каждым годом все более оплывающих и разрушающихся от нещадного солнца и ветра. Заночевали на вершине под необъятным звездным океаном. Казавшиеся вымершими степи и разлившаяся тишина как-то не располагали к разговору. Каждый думал о чем-то своем, слушая треск огня в костре и завывания ветра, проносившегося меж холмов. Дневная жара резко сменилась ночным холодом. Мы поспешили завернуться в одеяла и придвинулись поближе к костру. Я долго не мог заснуть, не в силах оторваться от созерцания звезд. Так ярки они были только в Брингольде, но здесь горы не служили помехой обзору. Я смотрел на созвездия, и казалось, что стоит только протянуть руку, и можно коснуться их. Прямо надо мной сияли звездные крылья сыча – символа темной обители, куда мне совсем не хотелось возвращаться…
   Утром с холма уже виднелась синяя полоска моря на горизонте, а ветер донес влагу и запах соли. Ехать до Оушэнда оставалось недолго.



   Оушэнд простер свои белые стены к морю, словно крылья огромной чайки. Крепостные стены и башни, да и большинство зданий были построены из ракушечника, практически единственного годного для этого материала, имеющегося в здешних местах. Но это – новый Оушэнд. Старый пару сотен лет назад лежал в руинах после нападения на город островных пиратов. Город возводили заново не без помощи светлых колдунов. Хрупкие стены содержали защитное заклятие, благодаря чему известняк приобрел крепость гранита. Мы въехали в Оушэнд ночью. Я поплотнее закутался в плащ – на воротах вместе с обычной стражей стоял один из магов огня. Наверное, я стал первым темным колдуном, проникшим за эти стены. Остановились мы в одном из постоялых дворов подальше от центра, зато рядом с морем. Гаст утром принес мне одежду.
   – Надевай и без возражений, иначе ты не сможешь выйти в город.
   Я развернул сверток и уставился на Гаста.


скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35

Поделиться ссылкой на выделенное