Ольга Баумгертнер.

Колдовская компания

(страница 7 из 35)

скачать книгу бесплатно

   И однажды, в самом конце этого удивительного лета, когда вернулся Ретч, он не нашел меня в замке. Прежде всего, досталось колдунам, не уследивших за мной, а потом, когда он нашел нас, играющих в охотников, недалеко от обрыва, гнев Ретча не знал предела. Он наказал меня, но наказал по-своему. Долго толковал, что между родом колдунов и родом человеческим нет ничего общего, а потому я впредь не мог не то чтобы играть вместе с ними, но и общаться. В заключение всех мальчишек, с которыми я вместе играл, жестоко выпороли на моих глазах. Я стоял, сжав кулаки, глотая слезы, но не в силах помочь кричащим от боли, а потом постепенно затихающим ребячьим фигуркам. Их всех избили до бесчувствия, ночью один из самых маленьких умер. А утром колдуна, ставшего их палачом, обнаружили разбившимся о скалы. Ретч, уверенный, что это дело рук горцев, отомстивших за своих детей, согнал всех слуг во внутренний двор, чтобы найти виновного. Но они молчали, а на их лицах ничего не отражалось, кроме страха и плохо скрытой неприязни. Тогда он выкрикнул, что накажет всех, пока кто-либо из них не сознается. Тут я не выдержал и, подойдя к ужасно страшному в гневе Ретчу, тронул опекуна за рукав. По щекам текли слезы, но все же я выдавил из себя признание: «Это сделал я… Я не хотел… Я не знаю, как это получилось…». «Что ты несешь?!» – руки колдуна больно сжали мне плечи. «Я не хотел… Я думал, мне это приснилось… а утром оказалось, что это правда!» Холодность ума Ретча заставила отступить ярость и прислушаться к моим словам. Отпустив всех, он потащил меня в мою комнату, где я рассказал, как во сне заставил колдуна прыгнуть с моста за то, что он так жестоко избил моих друзей. Ретч выслушал не перебивая, гнев его отступил, но лицо залила бледность, и он, озадаченный, опустился рядом со мной. «Только еще способностей гипномагии не хватало, – пробурчал он и вперил в меня пристальный, холодный взор. – А почему ты не „наказал“ меня? Разве ты не считаешь меня виноватым?» Я глянул на него с ужасом и, не сдержавшись, вновь заревел, уткнувшись в подушку, лишь бы не встречаться взглядом с опекуном. «Похоже, без твоей матери не обойтись». Мерлинда появилась через час. Они долго ругались. Я сидел, сжавшись в комок, смотря, как Ретч кричал на нее в вернувшемся к нему гневе. Она огрызалась, но в итоге ей удалось уговорить Ретча, чтобы я остался с ним еще на год. «Будь с ним поласковей!», – посоветовала она ему напоследок. «Поласковей? – Ретч фыркнул – Тебе разве неизвестно, как должны воспитываться наши дети? Чем он лучше остальных? Он что – особенный?» «Особенный, – твердо повторила она. – Разве ты не убедился в этом сегодня утром». Ретч скорчил гримасу: «Надеюсь, этого не повторится, и не указывай мне, как вести себя с ним!». Я вцепился ей в платье, умоляя не бросать меня больше. Она что-то долго ласково говорила, успокаивая меня и повторяя, что скоро вернется за мной, и чтобы я слушался опекуна. Потом стала рассказывать удивительные сказочные истории. Я разнежился от ее мягкого, спокойного голоса и ласок и уснул.
Утром ее уже не было. После произошедшего горцы старались избегать меня, по замку поползли слухи, что у меня дар убивать людей во сне, что смерть настигнет всякого, кто хоть чем-то обидит меня. А мальчишки, которым я еще вчера таскал еду с кухни и с которыми бегал по горам такой же вольный как они, теперь шарахались от меня… С тех самых пор я больше никогда не чувствовал себя так беззаботно свободным.
   Я очнулся от воспоминаний, поняв, что вода в ванне уже заметно остыла, выбрался из нее, растерся жестким полотенцем и, надев приготовленное для меня чистое белье, вернулся в главный зал. На столе ожидал ужин. Я отметил, что Арош перестарался – еды для одного здесь было слишком много. Я сел за стол и сделал ему знак присоединиться.
   – Я не посмею, господин, – глухо произнес он.
   – Неужели ты боишься, что сейчас тебя за это кто-то выпорет?
   – Нет… меня достаточно наказывали и после этого… но разве… – он запнулся и насторожено глянул на меня. – Ваш дар…
   – Ты поверил в эти слухи?
   – Это действительно слухи? – весь его вид показывал, что он не готов поверить в обратное.
   – Нет… но ни один человек еще не погиб от этого. Раздели со мной трапезу и расскажи, что тут произошло за последние годы.
   – Скоро вернутся господа – они расскажут об этом лучше меня, – он все еще не решался сесть за стол.
   – Не думаю, что они захотят откровенничать со мной – из-за дара я стал изгнанником. Но сначала поешь.
   На этот раз он не посмел мне возражать.
   – Жизнь здесь течет однообразно. Текла… Тем, кто работает на рудниках, приказали добывать сто фунтов золота за неделю.
   – Сколько? – я не поверил своим ушам. – Кто приказал? И ты знаешь для чего?
   – Для того, чье имя мы боимся произносить.
   Я с непониманием воззрился на него.
   – Для старого колдуна. Он приезжал пару месяцев назад и требовал, чтобы поторопились с добычей… Кто-то не удержался и возмутился… Он убил их одним только своим взглядом.
   Я, еще не веря, уставился на него.
   – Ментепер? Сюда приезжал сам Ментепер?!
   Эта новость действительно изумила меня. Но зачем самому могущественному колдуну среди нас понадобилось золото? С таким могуществом вполне по силам материализовать любое вещество самому. Но Ментеперу понадобилось золото настоящее…
   – А твой брат?
   Губы Ароша нервно дрогнули.
   – Он сбежал. Давно. Вместе с одной из наших сестер и несколькими верными ему людьми. Он… уговаривал многих и меня… Но мы не посмели.
   Он замолчал на некоторое время.
   – Господин, – едва слышно продолжил Арош. – Правда, что у вас и у старого колдуна один дар… вы… могли бы…
   Я задумчиво посмотрел на него.
   – Только я не умею управлять им. И радовался, если бы дара у меня вообще не было. Только из-за него у меня столько неприятностей…
   – Но когда-то вы отомстили за маленького Ершу…
   – Когда-то у меня были друзья…
   Арош, отведя глаза, поднялся.
   – Вы правы, теперь все по-другому.
   – Так, когда вы ожидаете возвращения Ретча?
   – Господа говорили, что не раньше, чем через неделю.
   Арош ушел, а я направился в библиотеку – главную цель своего приезда сюда. Я приоткрыл тяжелую высокую дверь и скользнул внутрь. Слева от входа протянулись ряды полок, тонувших в полутьме зала. Прямо – несколько тяжелых дубовых столов и скамей. А справа, у жарко горящего камина, вытянув ноги к огню, в глубоком кресле сидел один старый колдун. До полуночи оставалось около двух часов, значит, Арош и не знал, что в замке кто-то остался. Колдун между тем обернулся и прищурился, пытаясь разглядеть в неверных отсветах пламени.
   – Здравствуй, – сказал я на нашем языке, чуть склонив голову в приветствии, и подошел ближе.
   – Здравствуй, – отозвался он. – Что-то я не припомню тебя.
   – Наверное, ты давно не выбирался из этого замка, – сохраняя вежливый тон, заметил я.
   – И то верно, – он улыбнулся. – Наверное, столько, сколько тебе лет.
   – Вряд ли. Тринадцать лет назад тебя здесь не было.
   Колдун пораженно воззрился на меня.
   – Воспитанник Ретча, если не ошибаюсь?
   – Могу я воспользоваться библиотекой?
   – Да, – с явной неохотой разрешил он, щурясь в попытке разглядеть мой талисман, отражающий огненные блики. – Твое имя…
   – Тэрсел.
   – Слышал, тебя изгнали… я не в праве помогать изгнанникам. Но… не мне решать…
   Я заметил, как он прислушивается, и тоже уловил приближающийся топот довольно большого числа копыт. За ним последовали лязг распахивающихся ворот и крики горцев, бросившихся встречать прибывших.
   – Похоже, хозяин пожаловал, – он усмехнулся, разобрав досаду на моем лице. – Неужели, не хочешь с ним повидаться?
   – Не особо.
   Колдун поднялся, развел руками и, ускользнув за дверь библиотеки, захлопнул ее за собой.
   – Это не мышеловка, я не мышка, а Ретч не кошка, – пробормотал я, покачав головой, и обернулся к стеллажам.
   Я стал осматривать разделы библиотеки, пока не нашел нужный. Я скоро пролистал несколько книг и отложил пару более подходящих. А потом вспомнил еще кое-что. Однажды я невольно подглядел за Ретчем, как он прятал какой-то том в тайник, устроенный среди остальных книг. Это воспоминание несколько отрезвило меня, если все действительно так, как я думал, то действительно в самую пору выбираться отсюда. Я нашел нужную полку, отсчитал необходимое количество книг, извлек один фолиант, за ним другой и, наконец, третий. Я взглянул на обложку и только присвистнул. Как я мог забыть об этом?! О книге по огненной магии. По запретной магии! Написанной, разумеется, на языке светлых колдунов, а еще… на ее полях имелись замечания и пометки на этом языке, так же запретном, написанные рукой Ретча.
   Когда-то, давным-давно произошло разделение магии на темную и светлую. И в своде законов обители строго запрещалось использовать некоторые виды магии. А почему – это не объяснялось. Конечно, многие на самом деле применяли огненную магию в бытовых целях – зажечь свечу или костер. Но в совершенстве знать ее и использовать, как боевую, могли только маги светлой обители.
   Я захлопнул фолиант и положил его место.
   – И почему мне удается всегда узнавать то, что мне знать вроде как не положено? – обратив взор к потолку, вопросил я у огромной, заросшей пылью и паутиной тусклой люстры.
   Прошло не больше пяти минут с тех пор, как старый колдун покинул библиотеку, когда дверь распахнулась, и в библиотеку, широко улыбаясь, вошел Ретч. Я встретил его скучающим взглядом, присев на край читального стола.
   – Тэрсел, – он не переставал улыбаться. – Вот это сюрприз. Не ожидал тебя здесь застать.
   – И я рад видеть тебя, Ретч, – съязвил я.
   Его взгляд упал на книги.
   – Если ты решил взяться за ум, тебе стоит вернуться в обитель, – заметил он. – Там ты найдешь более достойную литературу.
   – Я не собираюсь возвращаться.
   – Тогда ты не получишь этих книг. Да и конь тебе не принадлежит.
   – Почему?
   – Ты еще спрашиваешь, почему?! Ты перешел границу, ты нарушил правила. Поэтому тебя наказали.
   – Сдается мне, все мы переходим границы и что-то время от времени нарушаем.
   – О чем ты?
   – Разве не в твоей библиотеке находится некая запретная книга.
   – Какая еще книга? – улыбка исчезла с лица колдуна, а глаза стали сине-ледяными.
   – Ты знаешь, какая, – и продолжил дальше на светлом наречии. – Восьмой ряд, пятая полка снизу, за тридцать шестым фолиантом. Книга по огненной магии. По запретной магии. За ее изучение полагается смерть. В книге на полях довольно любопытные замечания, сделанные твоей рукой на этом языке.
   Ретч застыл, напрягшись, во взоре его сверкнул злой огонек, и все это мне мало понравилось.
   – Давай мирно разойдемся, – предложил я, вернувшись к нашему наречию. – Как будто мы и не встречали друг друга. Я возьму пару ничего не значащих для тебя книг.
   Ретч осклабился в злой улыбке.
   – Ты думаешь, я поверю тебе? Что ты никому не скажешь? ТЫ?!
   Я с разочарованием поднялся.
   – Зачем мне об этом кому-то сообщать? Я не имею обыкновения трепаться о чужих делах и не собираюсь возвращаться в обитель. К тому же… я знаю об этой книге давно, еще с тех пор, как оставил Брингольд.
   – Это ничего не меняет. Тебе придется когда-нибудь вернуться, – произнес он. – Я не хочу рисковать…
   – Рисковать?! А ты не рискуешь, решив заставить меня замолчать? Ты же знаешь, что полагается за убийство…!
   – То же самое, что и за эту книгу – смерть. Однако сколько ее на твоем счету, Тэрсел, а тебя и пальцем не тронули.
   – Пальцем не тронули?
   – Ну, извини, неправильно выразился. Но ты же понял, что я имел в виду. Хочешь, покажу тебе, как усвоил запретную магию, – он с кривой улыбкой размял пальцы, а спустя миг после его жеста из них вырвался огненный шар.
   – Ты не боишься устроить здесь пожар? – я отпрыгнул в проход между столами – огненный шар угодил в первый ряд, и пламя стало медленно пожирать мебель. – Это старый, обветшалый замок, а старые деревянные панели и перекрытия превосходно горят…
   – Ты еще дерзишь мне? Ты же трус. Не прячься от меня, Тэрсел, это бесполезно.
   – Думаешь, я не могу за себя постоять? – на этот раз пришлось шлепнуться на пол, уворачиваясь от очередного огненного шара.
   Надо сказать, вопрос мой прозвучал риторически. Я пополз на четвереньках под столами и скамьями, цедя сквозь зубы проклятия.
   – А что ты можешь? – засмеялся он. – Чему ты мог научиться и у кого? Все учителя, прежде чем успели растолковать тебе хоть какие-то знания, стали мертвыми.
   – По их собственной вине. А можно узнать, зачем ты изучаешь магию огня? – продолжал любопытствовать я, оттягивая время и размышляя, чтобы бы такое предпринять. – Ведь магия огня – привилегия светлых колдунов!
   – Точно! Она запрещена, но ведь какое она дает могущество!
   – Какое же, если не секрет?
   – Для нежильца не секрет, – посулил Ретч и принялся объяснять, продолжая разыскивать меня. – Ты можешь представить, если мне удастся достигнуть могущества Лайтфела?
   – И что же? Ты собрался заменить его на троне светлых колдунов что ли? Или… не собрался ли ты сместить Бэйзела?
   – Глупец, – фыркнул Ретч. – Я никогда не предам его. Но мы можем победить Лайтфела…
   – Зачем? – искренне удивился я. – Давно заключено перемирие, войны не намечается.
   – Все переменчиво… давай-ка заканчивать.
   – А-а!!! – наблюдая за Ретчем из щели, я издал жуткий, полный испуга вопль, отчего колдуна передернуло, и тут же заметил спокойным голосом. – О, проклятье, это всего лишь паук. Какой здоровый! Давно вы тут не убирались. Сдается, что я единственный посетитель библиотеки за последние лет десять.
   – Да ты глумишься надо мной, маленький мерзавец!
   – Ах да, забыл спросить напоследок, – спохватился я. – А как же магия ветра?
   – Что магия ветра?
   – Ты ведь был лучшим из тех, кто владел ею.
   – Я им и остался. Но магия ветра ничто по сравнению с магией огня.
   – Готов даже поспорить с тобой, что это не так, – предложил я.
   – Вот как? И как же мы проверим, кто прав?
   – Я мог бы стать твоим оппонентом.
   – Ты?! – Ретч расхохотался. – Откуда тебе знать магию ветра? Ты никогда не занимался ею.
   – Хм… но почему же ты дал мне такое имя?
   – Я тебе уже говорил, из-за того что… – Ретч запнулся.
   – В детстве я управлял бумажными ястребками, пользуясь магией ветра. Ты мне сам показал, как это делается. Мне это понравилось, и я учил ее всегда, сколько себя помню, Ретч.
   Ретч молчал, соображая.
   – У кого же?
   – У тебя. Я тайком пробирался на твои занятия и делал это до дня моего изгнания из обители, – пояснил я.
   – Так я…
   – Ты мой первый и последний учитель, Ретч, – подтвердил я.
   Я не дал ему шанса опомниться. В один миг вихрь сорвал с полок огромные фолианты и обрушил на Ретча книжный град. Ретч пытаясь увернуться, наугад ударил огнем по столам. Старые деревянные столы и скамьи мигом вспыхнули.
   – Спасибо! – крикнул я ему.
   И горящая мебель обрушилась на него вслед за книгами.
   – Тэрсел!!! – заорал он.
   Но я разозлился – я вдруг понял, что он действительно думал меня убить. Дубовый стол свалился ему на голову. Колдун пошатнулся, но упал лишь тогда, когда на него обрушилась с потолка тяжеленная люстра, придавив ему ноги своим бронзовым кольцом и цепями. Фолианты вперемешку с обломками мебели засыпали ему торс и руки, и он уже не мог метать в меня огненные шары. Когда я выбрался из-под стола, Ретч оказался завален по самое горло, из разбитой головы тонкой струйкой текла кровь. Он глянул на меня с удивлением и в то же время с уважением.
   – Ты бы выиграл спор, если бы мы поспорили, – промолвил он.
   – В самом деле?
   – К тому же мне трудно перестроиться с одного вида магии на другой.
   – Значит, одновременно пользоваться магией ветра и огня у тебя не получалось?
   – Да, – нехотя признал Ретч и закашлялся от едкого дыма горящих вокруг него книг. – Ты бы позвал кого-нибудь – не хочешь же поджариться здесь вместе со мной.
   – Обойдусь.
   Порыв ветра оказался настолько резок и силен, что сбил пламя. Во взгляде Ретча вновь застыло изумление.
   – Ты бы действительно выиграл спор, – проговорил он заметно тише.
   – Все же не понимаю, зачем пытаться избавиться от меня? – я нахмурился. – Разве… мне казалось, мы всегда ладили.
   – Это было давно.
   – Давно, – я фыркнул. – Мы почти не общались с тех пор, как я уехал из Брингольда.
   – Если не считать твоих незаметных посещений моих занятий, – Ретч усмехнулся. – Ты забыл, как к тебе относится Совет магов. Весь Совет магов! Они не прочь избавиться от тебя – ведь твой дар – это угроза всему нашему народу! И если бы… я смог одолеть тебя, вряд ли меня ждало наказание, скорее благодарность.
   – Что значит весь?
   – Весь, – в глазах Ретча отражались одновременно и сожаление, и насмешка.
   – Если все проголосовали за мое устранение, вряд ли меня отправили бы в изгнание.
   – Но с тех пор кое-кто пересмотрел свою точку зрения.
   – Мерлинда не могла… Уверен, здесь не обошлось без Нордека.
   – Может и так. Но… должен признаться, меня Нордек не «уговаривал». Он лишь приводил свои неопровержимые доводы. И после того последнего случая, Тэрсел… было так легко с ним согласиться… Прости.
   Меня переполнила злость. Ретч невольно дернулся, и показалось, будто он мельком глянул мне за спину. Меч мгновенно оказался в руках и с разворота отбил направленный в спину кинжал. И еще одно молниеносное движение лезвия. Они вскрикнули одновременно. Ретч – от отчаянья, и она – от боли и страха. Занесенный для смертельного удара клинок остановился у самой шеи красивой горской девушки. Отбивая кинжал, который сейчас валялся на полу, я задел ей запястье. Она схватилась за раненную руку.
   – Тэрсел! – прохрипел Ретч, облизнув губы.
   – Разве не ты мне внушал, что между людьми и родом колдунов нет ничего общего?! Разве не ты настаивал, что общаться с ними – это уронить свое достоинство?! Когда-то ты приказал избить тех мальчишек, а теперь сам…
   – Вот поэтому Совет и принял решение насчет тебя!
   – Да? Значит я злопамятный и мстительный ублюдок?! Что я тогда должен сделать с ней?
   – Она ни при чем, – в голосе Ретча послышались угрожающие нотки. – Если ты так хочешь поквитаться, то попробуй это со мной.
   – Ты решил устанавливать правила? Но мы оба их нарушили когда-то, – я оскалился в жестокой усмешке, и мой меч медленно заскользил вдоль ее шеи. – Как ты думаешь, если бы ты не приказал избить тогда горских мальчишек, может, дар гипномагии никогда и не проявился бы?
   Ретч замер, боясь вздохнуть, а я швырнул девушку к нему – на ее шее не осталось ни царапины. Я вложил меч в ножны, взяв себя в руки.
   – Я возьму пару книг, и Шэд останется со мной – он все равно не послушает другого хозяина, даже под плеткой.
   Я подобрал валявшиеся выбранные книги. Ретч наблюдал за мной.
   – И ты думаешь, что так просто уйдешь отсюда? – осведомился он. – А я буду дожидаться, пока тебе приснится сон о моей смерти?
   – Был бы благодарен, если бы кто-нибудь объяснил, как контролировать это. Или ты уверен, что подобные способности должны доставлять удовольствие?
   Я направился к выходу. Во дворе находилось около двадцати колдунов из отряда Ретча, а также оставшийся безымянным старый колдун, и они явно ждали не меня.
   – Помогите своему господину! – крикнул я им. – Кажется, он немного нездоров. Эй, Шэд!
   Никто не посмел остановить меня. Они благоразумно бросились в замок. Шэд показался из конюшни, что-то жуя, явно недовольный, что мы отправляемся в путь на ночь глядя. Я подтянул подпругу и вскочил на него.
   – Извини, приятель, надо уносить ноги, пока не поздно, – я вдруг почувствовал себя ужасно усталым и бросил горцу, распахнувшего ворота. – Спасибо, Арош. Прости за неприятности из-за меня и прощай!
   – Вы не должны благодарить меня и извиняться не за что, господин! – испуганно отозвался он.
   Я развернул Шэда и помчался прочь. За мной лязгнули ворота, и эхо цокота копыт исчезло в глубине пропасти. Шэд прянул вниз по горной дороге, едва различимой во тьме. Луны не было. Только чрезвычайно яркие осенние звезды, показывающиеся в просветах затянувших небо туч, давали слабый рассеянный свет. Настроение у меня сделалось прескверное. Ретча я считал тем, кому можно было бы довериться в случае чего, но теперь… Возможно, стоило наведаться в обитель и выяснить все самому. Но если дела обстояли так, как он сообщил, в обители меня не ждало ничего хорошего. И я пока решил оставить все как есть.
   Опустился туман. Шэд теперь шел медленно, осторожно ступая и чуть тревожно втягивая ноздрями холодный сырой воздух. Я закутался поплотнее в плащ и погрузился в размышления. И все же оставалось непонятно, почему Ретч предпочел магии ветра магию огня. Он приходился потомком колдуна, правящего когда-то обителью. Сейчас этот род был смещен Бэйзелом. Однако Ретч вполне мог бы претендовать на главное кресло в Совете магов. Он занимался запретной магией, что мог себе позволить только тот, кто подумывает стать главным магом, либо с позволения главного мага. Но Ретч, изучал огненную магию втайне…
   Разумеется, вернувшись, я ничего не рассказал своим компаньонам. Меньше всего хотелось услышать упреки Гаста за мое безрассудство. Я лишь заметил, что лучше бы нам побыстрее оставить эти края, поскольку можем в любой момент столкнуться с отрядом темных колдунов, возвращающихся в Брингольд. На это Гаст даже не стал возражать, и мы вновь направились к югу, а за нами уже по пятам следовала зима.


   Спустя неделю мы выехали на берег Ледяной реки, берущей начало в горах Брингольда. Несколько дней пути она текла точно на юг, а потом, плавно изгибаясь, поворачивала к морю, в которое впадала миль на пять севернее Оушэнда. Мы продолжили путь по холмистым берегам, постепенно меняющих свой буро-желтый цвет на белый – шел мелкий сухой снег, – следуя течению реки. Вода в ней казалась темной, отражая затянутое тучами небо, и уже у самой кромки ее начало стягивать льдом. Гаст, некоторое время над чем-то размышляя, наконец объявил о своем решении перебраться на другой берег. Мы остановились, и он достал карту.
   – Через Ледяную нет мостов, – догадавшись, что он ищет на карте, произнес я и посмотрел на Скита. – А что, маг воды не в состоянии что-нибудь предпринять для переправы?
   Скит обратил на меня раздраженный взгляд.
   – А я слышал, что маги ветра могут устроить ледяной смерч – река замерзнет, и мы пройдем по ней, – заметил Инведнис.
   – Не знаю, как ты, а я бы не рискнул ступить на этот лед. Даже если он пойдет первым, – Скит не преминул ткнуть пальцем в мою сторону.
   – Значит, ты не можешь приказать водам разойтись, – я недобро сощурился. – Будь я магом воды, то наверняка бы смог сделать это.
   – Да? И увяз бы в речном иле по самые уши! – огрызнулся Скит.
   – Слабак.
   – Недоучка!
   – Хватит! – прикрикнул на нас Гаст несколько поздновато – ветер швырнул в лицо Скиту пригоршню колючего снега, а меня в очередной раз окатило водой. – Прекратите! Впереди небольшое рыбацкое поселение, если я точно определился по карте. Там наверняка можно одолжить лодку.
   Мы тронули коней. Быстро вечерело, и вдали действительно стали зажигаться крохотные огоньки. Однако погода подвела. Наползла тяжелая, темная снежная туча, где-то даже прогремел гром. И на нас обрушилась метель. Я замерз – Скит не пожалел сил, чтобы облить меня как можно большим количеством воды – она пробралась даже сквозь плащ. Спустя час после этого душа на морозе у меня жутко разболелась голова, а потом затряс озноб. С одной стороны, не хотелось показывать себя слабым и жаловаться на недомогание, но с другой, мне с каждым мигом становилось все хуже. Только Шэд заметил. Он остановился и опустился на колени, когда я, теряя сознание, стал заваливаться на бок. Последнее, что я слышал сквозь шум в ушах, это крик Гаста, звавшего меня по имени.
   Забвение длилось достаточно долго. Я бредил, мечась в жару. В бреду, незадолго до того, как я очнулся, явилась моя мать. Даже показалось, что увидел ее красивое лицо, что на челе ее собрались хмурые морщинки, что ее ладонь, прохладная и необычайно приятная от этого, легла мне на горящий лоб. «Ах ты, дурачок, – ласково прошептала она, но голос дрогнул, выдав затаенную тревогу. – Ведь в детстве ты не болел даже самой легкой простудой… Зачем ты связался с ними, Тэрсел, зачем? Этот глупец, маг воды, он чуть не погубил тебя… Знаешь, чем бы это обернулось? Я накажу его…» «Нет, не надо», – прохрипел я. Ее ладони ласково скользнули по моим щекам. «Один из твоих знакомцев неплохой лекарь… Но вот с этим ты поправишься быстрее». Почудилось, что она влила мне в рот какое-то горькое снадобье.
   – Мама! – позвал я и очнулся.
   Пробужденный возгласом на меня уставился Скит.
   – Тэрсел! – завопил он с неожиданной радостью. – Ты пришел в себя!
   – А что – не должен был? – тихо и хрипло произнес я, вспомнив, что это виновник моей болезни.
   – Тэрсел, прости, – в голосе Скита я даже поначалу и не разобрал истинное раскаянье.
   – Отстань, видеть тебя не хочу…, – я попытался отвернуться, но понял, что не могу пошевелиться, и ощутил слабость и ломоту во всем теле – последствия перенесенной мной лихорадки.
   Скит соскочил со стула, на котором дремал до этого, и присел на постель, где я лежал.


скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35

Поделиться ссылкой на выделенное