Нора Робертс.

Имитатор

(страница 6 из 33)

скачать книгу бесплатно

– Надин, я не могу.

Ничуть не смутившись, Надин взяла чашку кофе, села на шаткий, разбитый стул для посетителей и закинула ногу на ногу.

– Общество имеет право знать, а я, как представитель СМИ, несу ответственность…

– Побереги горло. Мы могли бы исполнить этот танец до конца, но ты принесла мне эти чудные пончики, и я не хочу заставлять тебя терять время понапрасну. – Ева слизнула с пальцев сахарную пудру, чтобы дать Надин минутку повариться в собственном соку. – Я сделаю заявление. Ты получишь пресс-релиз меньше чем через час вместе с другими репортерами. Но я не могу дать тебе фору в ущерб другим и не могу согласиться на эксклюзив. Мне надо немного притормозить…

Надин уже дошла до точки кипения.

– А что в этом деле такого особенного? Если дело будет закрыто для прессы…

– Стоп! Выйди из роли репортера хоть на минутку, черт побери. Я считаю тебя своей подругой. Ты мне нравишься, но дело не только в этом. Я считаю, что ты отлично делаешь свою работу. Ты подходишь к ней со всей ответственностью.

– Прекрасно, отлично, могу сказать все то же самое о тебе. Но…

– Я не утаиваю от тебя информацию. По правде говоря, я отношусь к тебе, как к любому другому представителю прессы. – «Если не считать поедания пончиков и разговора с глазу на глаз», – добавила она мысленно. – Ты даже ходишь у меня в любимчиках, и лучшее тому доказательство – твое участие в деле Стивенсона в прошлом месяце.

– Это было…

– Надин! – Кроткое терпение, прозвучавшее в голосе Евы – вещь довольно редкая и нетипичная, – заставило Надин замолчать. – Были жалобы. Ходят разного рода сплетни, которые могут принести неприятности нам обеим, если я и дальше буду тебя баловать. Поэтому сейчас я ничего не могу тебе дать. Пускай сперва шум утихнет. Не хочу, чтобы любую из нас называли «прикормленной». Если соберутся хотя бы несколько репортеров и подадут коллективную жалобу, обвиняя нас в сговоре и нечестной игре, ни одной из нас это не пойдет на пользу.

Надин с шипением втянула воздух сквозь зубы. Ей тоже приходилось слышать жалобы и обвинения, она уже успела отразить несколько ударов своих собратьев по профессии.

– Ты права, как ни прискорбно это признавать. Но это не значит, что я перестану за тобой охотиться, Даллас.

– Ну, ясное дело.

В глазах Надин вновь зажегся боевой огонек под стать злорадной улыбочке.

– Или подкупать твоих людей.

– Ничего не имею против пирожных с орешками, особенно если там еще есть шоколадная крошка.

Надин поставила чашку и встала.

– Слушай, если тебе понадобится организовать утечку информации, дай шанс Куинтону Посту. Он молодой, но способный, а работа значит для него даже больше, чем рейтинг. Это, конечно, ненадолго, – добавила она с усмешкой, – но тебе стоит заполучить его, пока он еще неиспорчен.

– Я это учту.


Оставшись одна, Ева составила заявление для прессы и отправила его по каналам. Потом она вынесла коробку из кондитерской обратно в «загон» и опустила ее на крышку общей кофеварки.

В комнате воцарилось молчание.

– Пибоди, – скомандовала Ева в напряженной тишине, – за мной!

Не успела она дойти до порога, как у нее за спиной послышался гул отодвигаемых стульев, шаркающих ног и возбужденных голосов.

«Копы и пончики, – подумала она. – Освященная временем традиция. Прослезиться можно».

– Держу пари, там были пончики с джемом, – чуть не плача, заявила Пибоди, пока они проталкивались в лифт. – Я точно знаю, что они там были! Я видела, некоторые были посыпаны разноцветным марципаном! А у меня с утра только и хватило времени, что на черствый бублик с вяленым бананом!

– Ты разбиваешь мне сердце. – Лифт достиг подземного уровня, и они вышли. – Первая остановка – Кармайкл. Мы его застанем между водными процедурами и косметической маской, – сказала Ева, направляясь к своему месту в гараже полицейского управления.

– Могли бы оставить мне хоть один. Один крошечный пончик, – продолжала бубнить Пибоди.

– Могла бы, – согласилась Ева, пока они забирались в ее машину. – Конечно, могла бы. Собственно говоря… – Она порылась в кармане, вытащила стерильный пластиковый пакет для вещественных улик с пончиком внутри. – Похоже, я это сделала.

– Для меня? – Оживившись, Пибоди выхватила у нее пакет, понюхала сквозь пластик. – Вы приберегли для меня пончик! Вы так добры ко мне. Беру все свои слова обратно. Знаете, я называла вас бессердечной, злобной, пожирающей пончики стервой. Вижу, я в вас ошибалась. Спасибо, лейтенант!

– Не за что.

– Вообще-то мне не стоит его есть. – Пибоди закусила нижнюю губу, поглаживая пакетик с пончиком, пока Ева выезжала со стоянки. – Честное слово, не стоит. Я на диете. Мне надо сбросить пару центнеров с задницы, а то я…

– Какие проблемы, Пибоди! Не хочешь есть – отдай обратно.

Но когда Ева протянула руку, Пибоди отшатнулась, прижимая пакет с пончиком к груди:

– Это мое!

– Пибоди, ты не перестаешь меня поражать.

– Спасибо. – Медленно, чтобы продлить удовольствие, Пибоди распечатала пакет. – Я его заслужила. Я готовлюсь к экзамену на детектива и трачу кучу калорий из-за стресса. Стресс высасывает калории, как пылесос. Вот почему вы такая тощая.

– Я не тощая. И стрессы мне не грозят.

– Если у вас найдется хоть унция жира, я обязуюсь ее съесть. Со всем уважением, лейтенант, – добавила Пибоди с полным ртом. – Но я и вправду тренируюсь, как ненормальная. Макнаб моделирует для меня программы. Он даже перестал изображать из себя придурка.

– Чудо из чудес!

– Экзамен уже скоро. Не знаю, могу ли я вас спросить… Может, скажете, где мои слабые места, чтобы я могла над ними поработать.

– Тебе не хватает уверенности в себе. Даже когда чутье подсказывает тебе, что ты права, ты себе не доверяешь. У тебя верные инстинкты, но ты боишься им последовать, пока не получишь одобрения от начальства. Сомневаясь в собственной компетентности, ты тем самым ставишь под вопрос и мою. – Ева бросила взгляд на Пибоди и ничуть не удивилась, заметив, что та печатает ее замечания в электронной записной книжке, успевая одновременно поглощать пончик. – Ты это записываешь? Зачем?

– Потом буду заниматься аутотренингом перед зеркалом. Ну, вы же знаете. Буду внушать себе: «Я компетентный, уверенный в себе полицейский офицер». – Пибоди порозовела, смутившись. – Это просто метод.

– Как скажешь. – Ева сумела втиснуться в узкое свободное пространство у тротуара. – А теперь давай грамотно проверим, где Кармайкл Смит провел позапрошлую ночь.

– Да, лейтенант. Но я должна попереживать и поругать себя за съеденный пончик. Это поможет сжечь калории, нейтрализовать вредный эффект. Как будто я вовсе его не ела.

– Тогда для начала тебе следовало бы стереть джем с губы.

Ева вышла из машины и осмотрела дом. Когда-то, подумала она, это был небольшой, трехуровневый, многоквартирный дом. Теперь он превратился в роскошный особняк. И опять частная охранная система, два подъезда только с фасадной стороны здания. Наверняка сзади имеется по крайней мере один черный ход. И географически не так уж далеко от переулка в китайском квартале, хотя во всех остальных отношениях эти районы были далеки, как небо и земля. Тут уличные проститутки не фланируют, разносчики с тележками на углах не стоят. Высокие стандарты обслуживания и низкий уровень преступности.

Она прошла по изогнутому пандусу к парадному подъезду, расположенному на втором уровне. Панель охраны, сканер для руки, сканер для сетчатки глаза. Очень осторожный человек. Ева включила панель и нахмурилась, услыхав полившуюся из динамика музыку. Целый оркестр струнных и клавишных сопровождал густой и сладкий, как сбитые сливки, мужской голос.

– «Любовь освещает мир», – определила Пибоди. – Это его фирменная песня.

– Сладости в ней больше, чем в твоем пончике.

– Добро пожаловать, – произнесло компьютерное устройство вежливым женским голосом. – Мы надеемся, что день у вас складывается удачно. Пожалуйста, назовите ваше имя и скажите, по какому вы делу.

– Лейтенант Ева Даллас. – Она поднесла жетон к сканеру. – Полицейское расследование. У меня назначена встреча с мистером Смитом на это утро.

– Одну минутку. Пожалуйста, лейтенант. Мистер Смит ждет вас. Вы прошли проверку.

Почти мгновенно дверь распахнула темнокожая женщина в белоснежных одеяниях. Опять зазвучала тихая музыка, заполнявшая своей сладостью воздух.

– Доброе утро. Спасибо, что пришли вовремя. Прошу вас, входите, располагайтесь в гостиной. Кармайкл сейчас присоединится к вам.

Ева отметила, что женщина скорее не идет, а плывет, словно на роликовых коньках, пока она вела их в просторную гостиную со светлыми стенами. Одну из стен занимал проекционный экран с изображением белой яхты на сапфировых водах, неподвижных как зеркало. Мебель заменяли пухлые, наполненные гелем подушки, разбросанные по всему полу. Все они были пастельных тонов. Между ними стояли низкие длинные столики из светлой древесины. На одном из этих столов дремал, свернувшись клубком, пушистый белый котенок.

– Располагайтесь, прошу вас. Я дам знать мистеру Смиту, что вы здесь.

Пибоди подошла к одной из подушек на полу и потыкала ее пальцем.

– Кажется, эти штуки, когда на них садишься, принимают форму тела. – В виде эксперимента она похлопала себя по заду. – Может выйти очень неловко.

– У меня от этой музыки зубы болят.

Ева поморщилась и оглянулась: в эту минуту в комнату вошел Кармайкл Смит.

Он был высок ростом и хорошо тренирован, судя по рельефным мускулам груди и живота, мелькавшим под распахнутым длинным белым жилетом. Костюм довершали черные брюки, до того обтягивающие, что все прочие его достоинства тоже были как на ладони. Его волосы были броско выкрашены черными и белыми прядями и сплетены в косичку, оставляя лицо – с широкими скулами и заостренным подбородком – открытым.

Глаза карие, как шоколад, кожа цвета кофе, сильно разбавленного молоком.

– О, лейтенант Даллас! А может быть, мне стоит называть вас миссис Рорк?

До Евы донесся сдавленный смешок Пибоди.

– Называйте меня лейтенант Даллас.

– Конечно-конечно. – Полы жилета развевались, пока он пересекал комнату. Он обеими руками схватил и сжал руку Евы, которую она ему не протягивала. Затем он направил свои чары на Пибоди: – А вас как я должен называть?

– Моя помощница, офицер Пибоди. У меня есть к вам вопросы, мистер Смит.

– Буду более чем счастлив на них ответить. – Как и с Евой, он проделал с Пибоди обряд рукопожатия обеими руками. – Садитесь, прошу вас. Ли принесет вам чаю. Я употребляю особую утреннюю смесь для бодрости. Это просто фантастика. Зовите меня Кармайклом. – Он опустился на подушку персикового цвета и взял на колени котенка. – Ну, Снежок, ты же не думаешь, что папочка забыл тебя?

Еве не хотелось садиться на одну из подушек, но и стоять над ним столбом тоже не хотелось. Поэтому она села на стол.

– Вы можете мне сказать, где вы были позапрошлой ночью, между полуночью и тремя часами утра?

Как и его котенок, Кармайкл заморгал.

– О, это звучит что-то уж очень официально. А что, разве что-то случилось?

– Да, убийство женщины в китайском квартале.

– Я не понимаю. Столько отрицательной энергии! – Он глубоко вздохнул. – Мы стараемся поддерживать положительные флюиды в этом доме.

– Что поделаешь, ведь Джейси Вутон, когда ее резали, как овцу, пережила сугубо отрицательные ощущения. Вы можете ответить на мой вопрос, мистер Смит?

Как раз в эту минуту чернокожая женщина в струящихся белых одеждах вошла в комнату.

– Ли, – обратился к ней Кармайкл, – я знаком с кем-то по имени Джейси Вутон?

– Нет.

– Мы знаем, где я был позапрошлой ночью, между полуночью и тремя?

– Да, разумеется. – Она разлила золотистый чай из бледно-голубого чайника в бледно-голубые чашки. – Ты был на званом ужине у Рислингов до десяти вечера. Ты проводил мисс Хаббл домой, выпил с ней на прощанье в ее апартаментах и вернулся сюда около полуночи. Ты провел двадцать минут в своем изолированном отсеке, чтобы снять негативную энергию, накопленную за день, а затем удалился к себе на ночь. К часу тридцати ты был уже в постели. Звонок к пробуждению, как всегда, прозвучал в восемь утра.

– Спасибо. – Он взял чашку, которую женщина поставила перед ним на стол. – Мне самому трудно держать в голове все эти детали. Без Ли я бы просто концов не нашел.

– Мне хотелось бы получить имена и адреса людей, с которыми вы встречались, чтобы проверить эту информацию.

– Меня все это очень тревожит и расстраивает.

– Это обычная проверка, мистер Смит. Как только ваше алиби будет подтверждено, я смогу двигаться дальше.

– Ли снабдит вас всем необходимым. – Он взмахнул рукой. – Мои органы чувств должны получать положительную стимуляцию. Я должен быть окружен красотой и любовью. Это необходимо для моего самоощущения, для моего творчества.

– Ясно. У вас имеется постоянный заказ в магазин Уиттиера в Лондоне на определенный сорт почтовой бумаги. Последнюю закупку вы произвели четыре месяца назад.

– Нет, я никогда ничего не покупаю. Понимаете, я не могу ходить по магазинам. Мои поклонники проявляют слишком много энтузиазма. Мне все доставляют на дом. По магазинам ходит Ли или еще кто-нибудь из моих служащих. Да, мне нравится красивая почтовая бумага. Я считаю необходимым посылать личные письма на хорошей бумаге друзьям и тем, кто сделал мне какой-то подарок.

– Кремового цвета, плотная, фирменная. Не из вторичного сырья.

– Непереработанная? – Он наклонил голову, виновато улыбаясь, как мальчишка, застигнутый с ворованным печеньем. – Стыдно признаться, что я пользуюсь чем-то запрещенным. Но, честно говоря, бумага роскошная. Ли, моя почтовая бумага из Лондона?

– Я могу проверить.

– Она проверит.

– Прекрасно. Мне хотелось бы получить образец, если вы не против, а также имена всех ваших служащих, уполномоченных делать покупки в Лондоне от вашего имени.

– Я об этом позабочусь. – С этими словами Ли вышла из комнаты.

– Я не совсем понимаю, чем вас так заинтересовала моя почтовая бумага.

– На теле жертвы было найдено письмо, написанное на такой бумаге.

– Бога ради! – Он вскинул обе руки, провел ими по телу при вдохе и вытянул их вперед ладонями при выдохе. – Я не хочу травмировать подобными образами свои чувства. Вот почему я слушаю только свою собственную музыку. Я никогда не смотрю новости по телевизору, за исключением сообщений о развлечениях и светских мероприятиях. В мире слишком много мрака. Слишком много отчаяния.

– Мне ли не знать!

Покидая дом, Ева унесла с собой образец почтовой бумаги Кармайкла Смита и список его сотрудников в Лондоне.

– Он, конечно, психованный, – заметила Пибоди. – Но сложен классно. И он не производит впечатления человека, который будет обслуживаться у проституток.

– Он любит групповой секс, иногда с участием малолеток.

– О! – Пибоди наморщила нос и оглянулась на дом. – На этот раз инстинкты меня подвели.

– Может, он считает, что в сексуальном плане малолетние фанатки несут меньший отрицательный заряд, чем взрослая женщина, которая сбежала бы с криком, послушав его, с позволения сказать, музыку. – Ева села в машину и захлопнула дверцу. – Если этот проклятый сироп «Любовь освещает мир» застрянет у меня в голове, я вернусь и изобью его дубинкой.

– А вот это уже положительный заряд, – одобрительно кивнула Пибоди.

Глава 5

Зная, какой строгий контроль установлен в ООН, Ева решила избежать препирательств с охраной и оставила машину на уличной стоянке на Первой авеню. Небольшая прогулка, решила она, поможет ей нейтрализовать воздействие пончиков.

Они все еще пускали на осмотр туристов – это она проверила, – но только группами и под строжайшим присмотром во избежание угрозы терактов. Как бы то ни было, представители наций всего мира и признанных колоний за пределами планеты по-прежнему заседали и проводили ассамблеи, составляли повестки дня и голосовали по ним в громадном небоскребе, растянувшемся на шесть кварталов. Перед фасадом развевались флаги, символизирующие готовность людей собираться вместе и обсуждать проблемы человечества. А иногда и принимать какие-то меры для их разрешения.

Хотя их имена числились в списке визитеров, Еве и Пибоди пришлось пройти через вереницу контрольных пунктов. На первом из них они сдали свое оружие. Это требование всегда заставляло Еву нервничать. Их удостоверения были сканированы, отпечатки пальцев сверены, сумка Пибоди не только просвечена, но и обыскана. Все электронное оборудование, включая персональные компьютеры, сотовые телефоны и мини-рации, подверглось тщательной проверке.

Они прошли через металлоискатель, через детектор взрывных устройств и воспламеняющихся веществ, через определитель оружия и сканирование тела, прежде чем их допустили на входной уровень.

– Ладно, – объявила Ева, – я все понимаю, они должны проявлять осторожность, но всему есть предел. Искать у себя во рту кариес я не позволю.

– Новые уровни безопасности были введены после так называемого «инцидента Кассандра».

Пибоди вошла вместе с Евой и охранником в униформе в бронированный лифт, защищенный от прямого попадания бомбы.

– В следующий раз, когда нам понадобится поговорить с Ренквистом, вызовем его повесткой к нам.

Их вывели из лифта и проводили к новому контрольному пункту, где они опять прошли сканирование, анализ и проверку личности. Охранник передал их ассистентке с такой же, как у него, военной выправкой. Сканирование сетчатки глаза и определитель голоса ассистентки открыли бронированную дверь, за которой паранойя проверок сменилась обычной деловой суетой.

Внутреннее помещение напоминало собой улей, состоящий из кабинетов и приемных, но этот улей был огромен, а его ячейки – очень хорошо организованы. Высокопоставленные зануды, работавшие здесь, носили консервативные костюмы, переговаривались через наушники с микрофонами, их каблуки деловито пощелкивали на плиточном полу. Окна с тройными стеклопакетами были снабжены детекторами воздушного движения, готовыми при малейшей угрозе спустить противоударные щиты. Но они пропускали свет и открывали красивый вид на реку.

Высокий мужчина, одетый во все серое, кивнул ассистентке и улыбнулся Еве:

– Лейтенант Даллас? Я Томас Ньюкерк, личный помощник мистера Ренквиста. Я провожу вас к нему.

– Внушительная у вас тут охрана, мистер Ньюкерк.

Ева заметила в коридоре видеокамеры и сенсоры движения. «Повсюду глаза и уши, – подумала она. – Как тут можно работать?» Он проследил за ее взглядом и, видимо, угадал, о чем она думает.

– К этому привыкаешь. Просто приходится платить такую цену за безопасность и свободу.

– Угу.

У него было квадратное лицо с мощной, словно вытесанной из камня, челюстью. Холодные светло-голубые глаза, красноватая, словно навек обветренная, кожа, соломенные, коротко стриженные волосы ежиком. Держался он очень прямо, шел строевым шагом, держа руки по швам.

– Вы бывший военный?

– Капитан королевских ВВС. У мистера Ренквиста состоит на службе несколько бывших военных. – Магнитной карточкой Ньюкерк открыл дверь в приемную Ренквиста. – Прошу вас минутку подождать.

Ева воспользовалась паузой, чтобы изучить обстановку. Опять длинный ряд комнат и комнатушек со стеклянными стенами, через которые служащие могли видеть друг друга, а камеры слежения могли видеть их всех. Никого, похоже, это не смущало. Сотрудники как ни в чем не бывало барабанили по клавиатурам компьютеров или переговаривались через наушники. Ева посмотрела, куда ушел Ньюкерк, и уперлась взглядом в закрытую дверь, на которой значилось имя Ренквиста.

Дверь открылась, и Ньюкерк вышел.

– Мистер Ренквист готов принять вас, лейтенант.

«Довольно внушительный антураж для обычного человека» – таково было ее первое впечатление о Ренквисте. Он поднялся ей навстречу из-за длинного темного стола, похоже, старинного, из настоящей древесины. У него за спиной открывался впечатляющий вид на Ист-Ривер.

Ренквист был высок ростом, его телосложение сразу подсказало ей, что он регулярно посещает оздоровительный центр или платит хорошие деньги пластическому хирургу. Она также подумала, что эти великолепные данные теряются под унылым серым костюмом, хотя за костюм, вероятно, тоже были уплачены немалые деньги.

На вид его можно было счесть довольно привлекательным мужчиной, особенно если кому-то по вкусу такие лощеные, благополучные, импозантные типы. Кожа светлая, волосы светлые, крупный, выступающий нос, широкий лоб. Самым главным его достоинством были большие темно-серые глаза, прямо встретившие взгляд Евы.

Говор у него был четкий и до того снобистски британский, словно он сыпал не словами, а английскими сухими галетами.

– Лейтенант Даллас, я очень рад встрече с вами. Я много читал и слышал о вас. – Он протянул руку, и она удостоилась типичного для политика крепкого быстрого рукопожатия. – Помнится, мы как-то раз уже встречались на одном благотворительном мероприятии.

– Да, мне об этом уже напомнили.

– Присаживайтесь, прошу вас. – Он сделал приглашающий жест рукой, а сам вернулся на свое место за столом. – Скажите мне, чем я могу вам помочь.

Ева села на прочный брезентовый стул. Не слишком удобный, отметила она про себя. Деловой человек не может позволить посетителям рассиживаться подолгу, отнимая у него время, – так это надо понимать.

Письменный стол Ренквиста тоже напоминал о занятости хозяина кабинета. Внушительный компьютер с блоком связи и мерцающим в режиме ожидания экраном, небольшая стопка лазерных дисков, стопка бумаг (эта – чуть повыше), дополнительный коммуникационный блок. Среди всей этой мощной оргтехники виднелись две фотографии в рамочках. Со своего места Еве был виден кусочек одного снимка: лицо девочки со светлыми, как у отца, кудряшками. Она решила, что на втором снимке его жена.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33

Поделиться ссылкой на выделенное