Александр Никонов.

История отмороженных в контексте глобального потепления

(страница 1 из 25)

скачать книгу бесплатно

 -------
| bookZ.ru collection
|-------
|  Александр Петрович Никонов
|
|  История отмороженных в контексте глобального потепления
 -------

   – Вы заметили, сэры, какие стоят погоды?
   – Предсказанные…
 Братья Стругацкие «Понедельник начинается в субботу»


   Причина столь холодной погоды – глобальное потепление.
 Профессиональная шутка синоптиков

   «Предзнание погоды» всегда было важно для человечества. Ведь, согласитесь, вся наша жизнь зависит именно от погоды, да, собственно, и само наше пребывание на этой планете напрямую зависит оттого, какие нынче «стоят погоды». Но не будем столь глобально подходить к этому вопросу и окинем мысленным взором нашу обычную, повседневную жизнь – невооруженным взглядом видно, сколь неотразимое и многостороннее влияние оказывает климат на человека, причем не только на отдельно взятого, но и на целые общества и народы. От климата, в котором мы живем, зависит и наш гардероб, и наша работа (не всякая сельскохозяйственная культура согласится расти высоко в горах), а также наши развлечения и спортивные игры (в тропиках, например, непросто затеять взятие снежного городка), короче, именно климат определяет бытие человека.
   Чтобы хоть как-то благоустроить это свое бытие, человек и занялся предугадыванием, то есть предсказыванием, погоды. Обычные, правда, весьма долгие, наблюдения показали, что у погоды есть свои закономерности и что между отдельными явлениями в атмосфере имеются совершенно четкие связи. Особо пытливые умы создали целую науку – метеорологию, которая множеством способов пытается вычислить, что день грядущий нам готовит: дождь или вёдро. В этом метеорологии помогает климатология – еще одна наука, занимающаяся исключительно климатом, его формированием (климатообразованием), его географическим распределением и изменением во времени. Ну и, конечно же, влиянием человека (нас с вами) на климат. Всякое действие рождает противодействие: климат влияет на нас, а мы – на него. Мы тут на севере мерзнем, вырубаем леса, выкачиваем из Земли нефть, выдалбливаем из нее уголь, сжигаем все это, портим атмосферу и греемся, а климат, глядя на все это, берет и меняется… и мы начинаем опасаться глобального потепления.
   Как говорится, проблема. И не только жизненно важная, но и очень интересная. В новой книге Александра Никонова дается целостный и неожиданный взгляд, своеобразная точка зрения на эти извечные темы – климат и погоду.
   И будем надеяться, что погода не оправдает возложенных на нее прогнозов…

   Автор должен ответственно заявить, что этой книги не было бы, если б не климатолог Владимир Клименко, который фактически является ее полноправным соавтором, поскольку своими многолетними научными исследованиями заложил фундамент сего произведения, построил его стены и возвел крышу.
Мне осталось лишь распланировать помещения, вбить пару гвоздей, взять кисть и покрасить строение в любимые публикой цвета, да еще, пожалуй, своевольно прорубить вход с другой стороны. Точнее, выход, ибо с однозначно пессимистическими выводами Клименко касательно будущего цивилизации я был не вполне согласен.
   Автор


   Чему обязан своими успехами
   человек? Каким человеческим
   усилиям обязана своим устройством
   наша жизнь?… Что в человеческом
   смысле зависит от людей, от нас с
   вами? От чего зависят люди?…
 Север Гансовский


   Как только землю снег покрыл,
   Ребенка холод разбудил.
   И чтоб во тьме себя согреть,
   Он арфу взял и начал петь.
 Дмитрий Бавыкин




   – Хочется в круиз, – мечтательно закатив глаза, сказала Галка. Я промолчал.
   С ней такое бывает. Она в последние пару лет пристрастилась плавать по воде на пароходике. Началось все с малого – круизов по Волге, а закончилось…
   – Я хочу теперь по Нилу прокатиться! Или по Европе. По Дунаю, например. «Дунайские волны», прелесть… Я посмотрела объявления – можно это сделать зимой. Зимой дешевле. Не в самый Новый год, конечно, когда высокий сезон, а попозже – в январе-феврале. Зато сразу несколько стран можно посетить. Вена, Будапешт…
   Да, зимой дешевле. Потому что холодно, промозгло. Некрасиво как-то. Серое небо. Градусов 5-10 тепла, не больше. А то и целый ноль! Холодный дождь… Был я как-то зимой в Братиславе. Свинцовый Дунай величаво катил свои неприглядные воды, на коих слегка покачивался плавучий ресторан, где мы с друзьями праздновали наступление Нового года, нового века и нового тысячелетия.
   На переломе тысячелетий как-то резче ощущаешь течение времени, которое убегает из-под ног, словно дунайская вода. И никого – ни в наступившем веке, ни в миновавшем – эта вода не удивляла. А ведь когда-то подобная картина – незамерзающий Дунай – людям и в голову прийти не могла. Нынче же зимний круиз по европейским рекам в порядке вещей, здесь навигация не закрывается: Европа славится своими теплыми зимами. Даже термин такой есть – «еврозима». Еврозима – это дождь, зеленая трава, легкие куртки… Россияне, которым довелось побывать в зимней Европе, с ноткой восторженного удивления рассказывают друг другу, как в январе-феврале в Черногории начинают распускаться и одуряюще пахнут первые цветы; как в Барселоне в январе они ходили по городу в одних рубашках, потому что солнышко пригрело до плюс 18 градусов.
   Но так было не всегда. И не всегда будет…


 //-- Вместо введения, выведения, вынимания, обладания, ощущения… --// 


   Замерзает душа, жесточает душа, каменеет душа,
   Как понтийский Овидиев лед у берегов Украины…
   Замерзает Дунай, жесточают поля, небосвод каменеет,
   И заметают снега черноморских унылых окраин
   Скифский размытый курган, ставший могилой тебе.
 Сергей Завьялов

   Трудно сказать, за что сослали Овидия. Историки спорят об этом до сих пор. Кто-то считает, что за порнографию, кто-то – за шашни с внучкой императора. Он был, как вы уже поняли, типа нашего Пушкина, этот древнеримский поэт Овидий, – большой озорник.
   Публий Овидий Назон родился в 43 году до н. э. в богатой всаднической семье. Как полагается знатному отпрыску, парень получил хорошее образование в Риме. Пытался было поработать чиновником, но душа не легла – Овидия больше привлекала поэзия. Благо, средства позволяли ничего не делать и в свое удовольствие слагать вирши.
   Вскоре молодой человек прославился на весь Рим своими фривольными стишками, местами переходящими в откровенную порнографию. Но Овидий умел облекать ее в такие красивые формы, что… да чего говорить – талант есть талант!
   Тем не менее, целомудренный император Октавиан Август за веселые фривольности Овидия очень невзлюбил. Жизнелюбивым поэтам во все эпохи живется трудно. Да и в личной жизни у Овидия тоже как-то не очень ладилось – один развод, второй… Только в третьем браке наступило некое успокоение.
   Однако с годами гаснет жар в крови… Постепенно Овидий подуспокоился, стал писать кроме порностихов серьезные произведения. Они, собственно, и принесли ему всемирную славу. Вскоре он стал любимейшим поэтом Рима. Но не императора! Всенародная любовь к Овидию не помешала Августу сослать гения «в Сибирь». «Сибирью» для римлян были те края, куда позже русские правители отправляли своих подданных в целях поправки здоровья – черноморское побережье.
   …Ах, какие места! Крым, Тамань, субтропический Кавказ, золотые пески Болгарии. Чуть севернее золотых болгарских – не менее золотые пески румынских курортов Мамая и Констанца. Благодатные виноградные края!..
   Между прочим, именно в Констанцу и сослали несчастного Овидия Назона. Тогда, правда, город носил другое имя – Томы, но не суть… Прибыв на место ссылки, гордый Овидий незамедлительно начал слать в Рим императору льстивые письма, в коих слезно умолял забрать его отсюда. Что же не понравилось гению римской словесности на курорте?
   Об этом он написал пронзительные стихи. Я приведу их целиком, дело того стоит. А вы обращайте внимание на климатические особенности курортных мест. Но прежде одно необходимое замечание: Петром в те времена называли Дунай.

   Итак,

     Siquis adhuc istic meminit Nasonis adempti,
     Et superest sine me nomen in Urbe meum,
     Suppositum stellis numquam tangentibus aequor
     Me sciat in media vivere barbaria

   (Далее только перевод.)

     Если кто-нибудь еще помнит отнятого у вас
     Назона и мое имя еще живет без меня в Городе, —
     пусть тот знает, что я живу под созвездиями,
     никогда не касавшимися моря, посреди варварства.


     Меня окружают дикое племя савроматов, бессы и геты,
     о, сколь недостойные моего дарования имена!
     Все-таки, пока стоит тепло, мы защищены водами Истра:
     он отвращает войны течением своих вод.


     Когда же печальная зима покажет свое задубелое лицо
     и земля станет белой от мраморного льда,
     когда Борей и снег не позволяют жить под Арктом,
     тогда становится очевидным, что эти племена угнетены озябшим полюсом.


     Везде лежит снег, и чтобы солнце и дожди не растопили его,
     Борей укрепляет его и делает вечным.
     Таким образом, не успевает еще растаять прежний, как выпадает другой,
     и во многих местах он обыкновенно остается два года подряд.


     И такова сила разбушевавшегося Аквилона,
     что он сравнивает с землей высокие башни и уносит сорванные крыши.
     Люди защищаются от жестоких морозов шкурами животных и сшитыми штанами,
     из всего тела только лицо остается у них открытым.


     Волосы при движении часто звенят от висящих на них льдинок,
     и белая борода блестит, покрытая инеем.
     Вынутое из сосуда вино стоит, сохраняя его форму,
     и пить его дают не глотками, а кусочками.


     Что ж? Рассказывать ли мне, как скованные морозом
     застывают ручьи и из озера вырубают хрупкие воды?
     Даже Истр, который не уже, чем папироносная река,
     и впадает в огромное море многими устьями,


     застывает от ветров, сковывающих его голубые воды,
     и невидимыми водами ползет в море.
     И там, где проходили корабли, теперь ходят ногами,
     и кони топчут копытами волны, твердые от мороза.


     И по новым мостам поверх катящихся волн
     сарматские быки влекут варварские возы.
     Едва ли мне поверят, но поскольку обманывать нет никакой корысти,
     то мое свидетельство следует воспринимать совершенно достоверным:


     я видел, как огромное море застыло подо льдом
     и гладкий покров сковывал неподвижные воды.
     И я не только это видел: я ступал на твердую водную гладь
     и, не замочив ног, стоял над волнами.


     Если бы у тебя, Леандр, некогда было подобное море,
     то не узкий пролив был бы причиной твоей смерти.
     Не могут дельфины, изогнувшись, выпрыгивать на воздух:
     суровая непогода сдерживает их попытки.


     И пусть Борей гудит, размахивая крыльями,
     никакого волнения не вызовет он в застывшей пучине;
     плененные стужей корабли будут стоять в мраморе,
     и весло не сможет рассекать затвердевших вод.


     Я видел, как рыбы, будто связанные, застыли во льду,
     но часть их еще и тогда оставалась живой.
     И вот, только дикая сила неистового Борея
     уплотнит или морские, или текущие в реке воды,


     тотчас же ровный от жестоких Аквилонов Истр
     переезжает враг-варвар на быстром коне.
     Враг, сила которого в коне и далеко летящей стреле,
     разоряет на широком пространстве соседнюю землю.


     Одни из жителей разбегаются, и поскольку никто не охраняет поля,
     враги растаскивают необерегаемое имущество —
     жалкое деревенское добро: скот, скрипучие телеги
     и прочие богатства бедного поселянина.


     Других угоняют в плен, связав им руки за спиной;
     напрасно оглядываются они на свое село и дом.
     Третьи, несчастные, падают на землю, пронзенные крючковатыми стрелами,
     ведь летучее железо пропитано ядом.


     Чего враги не в состоянии унести или увезти с собой, то они уничтожают,
     и варварское пламя сжигает невинные хижины.
     Даже и тогда, когда стоит мир, жители трепещут, боясь войны,
     и никто, налегая на плуг, не взрыхляет почвы.


     Эта страна или видит врага, или боится, не видя его,
     и заброшенная земля бесцельно простаивает, застыв в пустом оцепенении.
     Здесь сладкая виноградная гроздь не прячется в тени листьев
     и клокочущее молодое вино не наполняет глубоких чанов.


     Страна лишена плодов, и Аконтию не на чем было бы здесь
     написать слова, чтобы их прочла его любимая.
     Здесь видишь только голые поля без зелени и без деревьев…
     О места, в которые не следует приезжать счастливому человеку!


     И вот, хотя так широко раскинулся огромный мир,
     как раз эта земля избрана для моего изгнания!

 //-- * * * --// 
   В общем, в той степи глухой замерзал ямщик… Не до зимних пароходных круизов по Дунаю, согласитесь. Край земли!.. А вино, упоминаемое Овидием, – которое едят кусочками, откалывая от ледяной красной глыбы, – оно привозное. Потому что при подобном климате, напоминающем нынешний сибирский, как вы понимаете, ни о каком виноградарстве речи нет. И, кстати, археологические раскопки подтверждают этот вывод: в слоях, соответствующих этому времени, практически не встречаются виноградные зерна. Не вызревал тогда в Болгарии и Румынии виноград. И в Крыму не вызревал.
   Вы обратили внимание, как подробно Овидий описывает лед – затвердевшую воду, по которой можно ходить, аки посуху? Для жителей тогдашнего Вечного города это было удивительно. И вообще столь суровые морозы были для них в диковинку. За 200 лет до Овидия знаменитый ученый Эратосфен Киренский в своем труде «География» приводит интересный факт. Жители Керчи (тогда она называлась Пантикапей) прислали в метрополию лопнувший от мороза медный сосуд с гравировкой: «Если кто не верит, что у нас делается, пусть убедится, взглянув на эту гидрию, которую не как прекрасное подношение богу, но как доказательство суровости зимы представил жрец Стротий».
   Впрочем, нельзя сказать, что жители Вечного города вовсе не знали, что такое лед. Это для современников великого поэта лед, быть может, был в диковинку. Но за 400 лет до Овидия в Риме тоже не вызревали ни виноград, ни оливки – очень холодно было. Зимой замерзал Тибр, а снежный покров лежал на италийских полях по сорок дней в году.
   Виноград не выращивали в Северной и Центральной Италии вплоть до конца III века до н. э., хотя виноградная лоза была италийским крестьянам, конечно же, хорошо известна – впервые виноград был завезен на Апеннины за 700 лет до н. э. Греческие колонисты, основавшие город Кумы (близ современного Неаполя) занимались виноградарством, но за 500 последующих лет колонизации виноградная культура так и не двинулась севернее Южной Италии. Сохранились греческие тексты, которые не рекомендуют селянам выращивать виноград и оливки севернее Неаполя – померзнут… Только в третьем-втором веках, когда климат потеплел, виноград и оливки распространились по всему «сапожку».
   – На протяжении истории человечества климат неоднократно менялся, порой катастрофическим образом, а современные историки и уж тем более популяризаторы этого просто не учитывают, потому что не знают. Иногда случаются просто смешные вещи, – качая головой, сказал мне как-то один из самых компетентных климатологов современности профессор Владимир Клименко. – Скажем, смотрю я на Би-Би-Си фильм про исход евреев из Египта, вижу следующую картину: едут на верблюдах по пустыне несчастные евреи. А ведь не было у них никаких верблюдов – верблюд в Африке был одомашнен гораздо позже, только в эпоху Юлия Цезаря. Но главное, пустыни тогда никакой не существовало на этом месте! Ландшафт был совершенно другим – здесь цвела саванна…
   Одна из самых увлекательных научных задач – проследить воздействие климата на историю человечества. Ученые пытались сделать это неоднократно, чтобы выяснить влияние климата и географии на судьбы цивилизаций, характер народов, их мораль и культуру, но то были дилетантские попытки, поскольку только в последнее десятилетие была завершена масштабная реконструкция климата последних 10 тысяч лет и стало возможным наложить график климатических колебаний на человеческую историю. После чего прийти к очень любопытным выводам, к которым, в частности, пришел тот же Клименко:
   – Куда бы на глобусе мы ни посмотрели, на какую бы эпоху ни обратили свой взор, везде прослеживается следующая закономерность: времена похолоданий – это время величайших научных и культурных прорывов, время создания великих империй. А эпоха потеплений – распад империй, культурный застой. Это правило срабатывает практически без исключений.
   – Интересно. Особенно если вспомнить, что распад советской империи пришелся на эпоху глобального потепления. Рассказывайте, друг мой…


   Бог насылал на землю нашу глад,
   Народ завыл, в мученьях погибая;
   Я отворил им житницы, я злато
   Рассыпал им, я им сыскал работы —
   Они ж меня, беснуясь, проклинали!
 А.С. Пушкин «Борис Годунов»


   Давно замечено: если человек чем-то увлечен, он всякое лыко тянет в строку. Клименко – человек. И в силу своей увлеченности видит то, что другим незаметно.
   – Поскольку я занимаюсь климатом, то когда читаю русскую классику, бессознательно отмечаю все, связанное с погодой. Например, читая Достоевского, я много раз обращал внимание на то, что его герои летом ходят по Питеру в пальто. В «Братьях Карамазовых» в одном эпизоде (дело происходит в конце октября) автор между делом упоминает, что морозец стоял минус 10 °C. И из контекста понятно, что это обычное явление… У Гиляровского есть эпизод, где он описывает, как первый раз в жизни приехал в Москву, на нынешнюю Комсомольскую площадь. Это было 19 октября 1876 года. Гиляровский рассказывает, как, сойдя с поезда, он со своими баулами перелез через сугроб и сел на извозчика. И тоже пишет об этом совершенно спокойно: подумаешь, середина октября – в Москве сугробы…
   Оказывается, в XIX веке и в начале ХХ-го климат в России и на планете был совсем другим, не таким, как сейчас. Но намного ли он изменился? За прошедшие 100 лет среднегодовая температура в России поднялась примерно на 1 градус по Цельсию. Некоторым кажется, что 1 градус – это мало. Отнюдь нет. 100–150 лет назад в России было значительно холоднее. В Карелии, например, 40-градусные морозы подчас фиксировались в апреле! Теперь это что-то немыслимое… Нынешние коммунальщики в январе жалуются на редкие сорокаградусные морозы, называя их «небывалыми»… Еще при Николае I в России началось издание «Журнала Министерства внутренних дел». Его правильнее было бы назвать первым в России метеорологическим вестником, потому что журнал публиковал подробнейшие сводки погодных явлений. Из журнала можно узнать, что даже в начале XX века в Москве в июне (!) валил снег – и это не было каким-то исключительным случаем. Июньский снег выпадал даже в Киевской губернии.
   Климат – штука удивительная.


   В одной из геологических книг приводится такая картинка: если нашу планету представить в виде шара диаметром в 2,5 м – такой шар уместится аккурат от пола до потолка в обычной московской квартире, – то средняя глубина земного океана, равная 5 км, на этом шаре будет представлена пленкой толщиной в 1 мм. А атмосфера… При разгерметизации салона самолета на высоте в 10 км пассажиры гибнут: там уже невозможно дышать без кислородной маски, настолько разрежен воздух. Так вот, 10-километровый воздушный океан на нашем шаре эквивалентен тонкому слою, равному 2 мм.
   Представили себе земной шар от пола до потолка и тонкую водно-воздушную пленку на нем? Вот в этой тонюсенькой пленке и сосредоточена вся наша жизнь, вся наша история. И здесь же, в этой пленке, размазанной по планете, сосредоточен весь климат.
   Климат – тоже штука весьма тонкая. За миллиарды лет на нашей планете случалось много чего – Землю сотрясали могучие вулканические извержения, на ровном месте вырастали горы высотой в 10 км, которые потом становились дном океана, планета пережила более ста астероидных атак, подобных той, что погубила динозавров 70 млн. лет назад. Но, несмотря на все эти катастрофы, среднеземная температура никогда не падала ниже 8 °C и не поднималась выше 10 °C от современной.
   Это я к тому, что колебания климата, самым драматическим образом влияющие на историю, обычно не превышают нескольких градусов или даже долей градуса! Например, Римскую империю, о чем мы поговорим ниже, погубило падение среднеглобальной температуры всего на полградуса. Климат ползет как улитка, едва заметно, – и губит цивилизации.
   Теперь вы знаете, что такое колебания климата. Но вы еще не знаете, что такое климат…


скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25

Поделиться ссылкой на выделенное