Ник Перумов.

Терн

(страница 5 из 35)

скачать книгу бесплатно

Конечно, в пределах Некрополиса тоже свирепствовала Гниль. Но Мастера Смерти, со свойственными им упорством и безжалостностью, выкорчёвывали её как только могли, не останавливаясь ни перед чем. Здесь не охотились на ведьм, но подозреваемые в «разнесении заразы» подлежали немедленному и безусловному зомбированию. В самой столице денно и нощно дымили трубы, калились алхимические тигли, и Мастера с красными от усталости и едких испарений глазами денно и нощно пробовали всё новые и новые составляющие, пытаясь создать защиту. Кое в чём они преуспели, надо отдать им должное. Хотя и самыми бесчеловечными средствами, включая опыты на ещё живых жертвах Гнили.

…На границе кучер высадил Гончую в полулиге от порубежной реки Аэрно, уже после её слияния с Делхаром. На другом берегу начинались владения Державы Навсинай. Или ордена Порядка, Высокого Аркана, сообщества сильнейших магов человеческих земель – но это именование в дипломатические документы не попадало.

Между Некрополисом и Державой никогда не наблюдалось особой дружбы или доверия. Оба соперника знали о мощи друг друга и открытой войны, скорее всего, просто побаивались. И у тех и у других нашлось бы чем встретить армии вторжения, перехлестнувшие через приграничные укрепления.

Но уж шпионов, прознатчиков, осведомителей и просто поджигателей ни та ни другая сторона не жалели. Даже один спалённый стог сена ослабляет противника. Также очень неплохо устроить падёж скота, отравить источники, вызвать мор и так далее. Средства для таких вещей – что у Некрополиса, что у Державы – имелись свои собственные, совершенно различные, вот только результат неизменно оказывался одинаков. Приграничная полоса пустела. В Державе, где вольностей пока ещё оставалось несколько больше, пахари и мастеровые просто снимались с насиженных мест и подавались куда глаза глядят, в надежде, что там до них не дотянется ни Гильдия Мастеров Некрополиса, ни Высокий Аркан.

Во владениях Некрополиса подобные художества не сошли бы беглецам с рук – за самовольное оставление земли или мастерской полагалось зомбирование через расчленение. Жители пограничья пользовались всяческими льготами и привилегиями; правда, все они, как один, не раздумывая променяли бы эти привилегии на тихую и спокойную жизнь где-нибудь в дне пути от столицы серых магов.

Стайни осталась одна.

В отличие от всех предыдущих заданий с этим ей предстояло справиться полностью самой. Мастер Ошгрен ни словом не упомянул других Гончих.

Боевая единица Некрополиса, живой снаряд, она не тратила времени на размышления, что и как ей надо сделать. Нужные мысли возникали словно сами собой.

Глухой ночью, когда две маленьких луны (тоже прозывавшиеся Гончими) закрыла тяжёлая завеса мглы, Стайни бесшумно нырнула в плавно струящиеся речные воды. Разумеется, и та и другая сторона бдительно следили за рекой – причём не только за берегами.

Безо всяких хитроумных приспособлений Гончие могли оставаться под водой больше двухсот ударов сердца.

Разумеется, простого человеческого сердца, не шестикамерного, как у дхуссов.

Стайни плыла, не борясь с течением и лишь стараясь удерживать общее направление. Выпитое перед погружением снадобье дало ей возможность видеть под водой и в почти что абсолютной темноте. Она была очень осторожна – зная, кто может таиться в мрачных придонных ямах, во множестве нарытых навсинайскими землечерпалками, пригнанными сюда из низовий.

До вражьего берега оставалось не больше двух десятков взмахов, когда Стайни всем телом ощутила упругий водяной удар. Чья-то здоровенная туша шевельнулась возле самого дна; Гончая мгновенно замерла, раскинув руки и ноги, полностью отдаваясь на волю течения. Донные Стражи сильны и почти что неуязвимы, но чуют плохо, Державе так и не удалось наделить их сколько-нибудь приличным нюхом, не говоря уж о зрении.

Внизу, под застывшей Гончей, медленно скользнуло длинное гибкое тело. Больше всего оно напоминало самую настоящую цепь – если бы только цепь умела плавать. Мелькнули красные огоньки многочисленных глаз – они покрывали и бока, и спину монстра. Стайни очень хотелось в этот миг зажмуриться, но выучка Гончей победила. Как и полагалось по наставлениям, она проводила чудовище взглядом и, лишь когда оно окончательно скрылось, позволила себе осторожный гребок.

Берег, естественно, тоже охранялся. В речной песок руки сотен работников вбили здоровенные колья, окованные железом. Железо слыло заговорённым – оно не поддавалось ржавчине. Даже Держава Навсинай была не в силах соорудить непреодолимую стену вдоль всей границы, но зато уж на стражей она, Держава то есть, не поскупилась.

Стайни пришлось закапываться в прибрежный ил, словно лягушке или тритону. Руки в перчатках со стальными когтями быстро вырыли убежище. Гибкая трубка вела к закреплённому за спиной Гончей меху – какие-то непонятные смеси алхимиков и волшебство Мастеров очищали в нём воздух, так что Стайни могла провести под водой долгие часы, выжидая удобного момента.

Этого самого момента долго не выпадало. Берег Державы щетинился кольями, норовя подсунуть под ноги волчью яму или натянутую тесьму, высвобождающую спуск самострела. Но этих привычных опасностей Стайни не страшилась. Мастера Боя до седьмого пота гоняли своих двуногих псов по настоящим полям, напичканным всеми мыслимыми препятствиями и западнями. Держава страшна была совсем не этими, в общем-то, обычными для любой границы сюрпризами.

И сейчас Стайни терпеливо, не шевелясь, лежала, зарывшись в мягкое речное дно. Она не чувствовала холода, выпитые загодя эликсиры ещё действовали. Она слушала. Искусственно обострённый слух и повышенная способность ощущать колебания – Гончая старалась поймать разрыв в почти непрестанно вышагивающих по берегу патрулях. И патрулях не обычных.

Топ. Бу-ум, бум. И вновь – топ. Бу-ум, бум. Умный, старательный страж бредёт по берегу, простукивая землю перед собой древком короткого копья. Бу-ум – ударяют тяжёлые ступни. Бум – коротко вторит недлинный опорный хвост. Одновременно Стайни слышала шаги трёх других стражей. Гончая высчитывала мгновения и локти расстояния – его нужно покрыть одним рывком. Стражи отменно зорки и, к прискорбию, также отменно метки. Алхимики Навсиная ни в чём не уступят некрополисовским знатокам ядов и антидотов. Оголовки стрел отравлены. Умереть от этого яда не умрёшь, но двигаться не сможешь. Стреломёты нарочито сделаны маломощными, но бьют они часто и попадают, увы, метко.

В идеально выверенном чередовании дозорных долго не удавалось отыскать и малейшей щели. Стражи вышагивали с математической точностью. Однако даже с ними что-то могло произойти, один из них замешкался, задержался, и тщательно выверенная сеть на короткое время разошлась.

Теперь двое стражей шагали прочь от Гончей, обернувшись к ней спинами, а третий, тот самый, задержавшийся, был ещё слишком далеко, чтобы стрелять наверняка – даже если он её и заметит.

Сейчас.

Гончая рванулась. Конечно, лучше всего проползти незаметно, но навсинайцы, наверное, что-то почувствовали, или же постарались их маги, пренебрегать которыми тоже не стоит.

Бросок Гончей – это скольжение меж временем, молниеносный росчерк чёрным по чёрному, словно удар рвущего кольчугу клинка. Не то что попасть, но и заметить это – почти невозможно.

Не для стражей Державы, конечно.

Бросок Гончей – это режущий лицо воздух, вдруг вставший на пути непреодолимой стеной. Бросок Гончей – это рвущиеся мышцы и сухожилия, спасаемые лишь принятыми эликсирами и наложенными заклятьями. Каждый такой бросок дорого обходится Гончей – выпитая зараза ещё долго вызывает сильную рвоту, тело неосознанно пытается очиститься от злой магии.

Далеко позади остались ещё не успевшие упасть обратно брызги. Гончая мчалась по прибрежному песку, перепрыгивая через настороженные ловушки и капканы, перемахивая ждущие её волчьи ямы, спиной и боками чувствуя движения заметивших её стражей. Казалось, сейчас она способна разглядеть даже яростный алый блеск в их глазницах.

Сухой щелчок, взлетевший возле самой ступни фонтанчик песка. Стрела. Точнее, короткий и толстый арбалетный болт. Надо же, так издалека – и так точно… Беги, Гончая, беги!

Выше, на приречных холмах, начинались башни и частоколы. Не сплошные, с разрывами, они должны были стеснить высадившуюся армию противника, буде ему придёт в голову пойти на прорыв именно здесь. Там Гончая уже ничего не страшилась.

Все три стража её, конечно же, заметили и пустились в погоню. Они неутомимы, в отличие от Гончей, но она куда быстрее, да и темнота – надёжный (хоть и единственный) союзник.

Однако целых пять или шесть раз Стайни пришлось нырками и перекатами уходить от метко нацеленных стрел. Били стражи очень точно, если бы не эликсиры и магия – ей бы нипочём не уклониться.

Големы Навсиная остались позади – куда им угнаться за стремительной Гончей, вдобавок подхлёстнутой боевыми декоктами! Жаль, конечно, что она не сумела пройти чисто.

От границы в глубь Державы полетят срочные донесения; начнётся большая охота. Послу Некрополиса опять вручат официальную ноту протеста; послу Навсиная, как нетрудно догадаться, – ответную, со встречным обвинением Державы в устроении провокаций и инспирировании напряжённости в двусторонних отношениях.

Конечно, это если Гончая не попадётся в руки навсинайцев живой. Впрочем, лучше бы ей не попадаться, потому что тогда её участи не позавидуешь. Гильдия Мастеров не прощает ни провалов, ни тем более измены.

Однако она, Стайни, не достанется врагу ни живой, ни даже мёртвой. Откупорить заветную склянку из толстого небьющегося стекла – и на десять шагов вокруг всё обратится в пепел, где, как известно, не отличишь слугу Некрополиса от верноподданного Державы.

Но до этого дело не дойдёт. Она заслужит четвёртую руну. «Торо», как и сказал Мастер Ошгрен. Мастера никогда не обманывают и не обещают пустого.

* * *

– То есть тебе всё-таки хотелось отличиться перед ними? – испытующе спросил Тёрн. – Тебе более чем не нравилось твоё дело и твои начальствующие, но тем не менее ты хотела добиться успеха?

Стайни опустила голову.

– Да, Тёрн, – тяжёлый вздох. – Мне хотелось выдвинуться. Самой отдавать приказы. Не быть мелкой сошкой. Они не ошиблись, когда покупали меня.

– Они-то как раз ошиблись, – заметил Тёрн. – И притом крупно. В тебе.

Девушка выразительно подняла брови, но ничего не ответила.

– Так, реку мы перешли, от стражей оторвались. Что дальше-то, Стайни?

– Дальше… дальше самое неинтересное и неприятное, Тёрн. Но раз уж взялась я тебе исповедоваться, доскажу всё до конца, без утайки.

* * *

В могучей и славной Державе Навсинай, оплоте законности и порядка, хватало не только устроенных городов, прямых, как по линейке проведённых трактов и каналов, отрытых в древние времена трудом сотен тысяч рабов. В достатке имелось также глухих, нехоженых троп в буреломных лесах, забытых, покинутых всеми деревень и опустевших посёлков. Никакие сети Державы не могли ухватить мелкую рыбку-Гончую, бесшумно скользившую в застоявшейся тёмной воде огромного государства.

Стайни пробиралась тёмным бездорожьем, избегая даже звериных троп. Никто не видел Гончую, ничей глаз не мог заметить её движение – быстрое, упорное, неутомимое. Путь был труден, но зато вёл по сплошным чащобам, куда не сунулись бы никакие стражи.

Глухие места имели и ещё одно преимущество – куда меньше шансов напороться на Гниль. Конечно, Мастера снабдили свою верную необходимыми средствами, но запасы невелики, и понапрасну расходовать драгоценные эликсиры Гончая не собиралась. А потому – глухомань, глухомань и ещё раз глухомань. Безлюдье, где почти нет прорывов.

Погони Стайни не чувствовала. Конечно, пройти чисто не удалось, и Мастер Ошгрен будет недоволен, но хорошо, что она цела, невредима, не ранена и имеет почти полный запас эликсиров. Израсходованы только те, что она и планировала пустить в дело. Всё идёт хорошо. «Даже слишком», – не преминул бы добавить другой Мастер, Доминар, но… в конце концов, кому какое дело, если задание она выполнит точно и в срок?!

* * *

Места, где обитал нужный Стайни род сидхов (или «Ветвь», как говорили они сами), лежали на западном краю Державы, в самом сердце Деннского полуострова, нечто вроде анклава, предоставленного сидхам Высоким Арканом. Подданными Державы сидхи не считались, не несли повинностей и не платили податей, за исключением одной-единственной: именно способными к магии девочками и мальчиками. Их отправляли в известную жестокостью обучения магическую школу: Дир Танолли, или, как уже говорилось в этом повествовании, – Шкуродёрню. Обратно в свои Ветви выросшие там сидхи уже не возвращались.

Почему Некрополису понадобилась именно эта сидха, Стайни, понятное дело, не знала, да и знать не хотела. Её интересовало, как именно выполнить задание, а не зачем она станет его выполнять.

…От границы до места назначения Гончая добиралась шестнадцать полных дней – куда меньше, чем потребовалось бы обычному человеку. Триста лиг!

Она почти ничего не ела, утоляя и без того заглушён– ный эликсирами голод тонкими полосками сушёного мяса, в свою очередь пропитанного какими-то снадобьями. Когда она только привыкала к подобной пище, её неделями выворачивало наизнанку. Будет выворачивать и теперь, но только когда она вернётся с задания.

Близко к людским деревням и городам, равно как и к поселениям других рас, Стайни не приближалась. Не только люди Державы ненавидели и боялись силу Некрополиса. И не только они боролись с нею.

Бродят по окраинам населённых земель странствующие рыцари-маги орденов Солнца, Чаши и Белой Розы. Чем они занимаются в действительности, никто точно не знает, но Гончим они – страшные враги. В схватке один на один прислужница Некрополиса, конечно же, возьмёт верх, но доблестные воители всё чаще и чаще действуют тройками и даже четвёрками. А «сёстры-Гончие», даже если их и отправляют делать одно дело, успевают не всегда.

Городок Ниэр, где обитал нужный Гончей человек, стоял примерно в полудне пути от лесной твердыни сидхов. Алаврус, так звали человека, занимался какой-то меновой торговлей с нелюдимыми сидхами, и ему они отчего-то доверяли.

Следовало выждать также и удобного момента, чтобы к Алаврусу пришла именно та сидха, что надо.

Купчик обитал в неплохом по местным меркам доме, длинные скаты крыши спускались почти до земли. В самой деревне стражей не оказалось, то ли они окончательно потеряли след Гончей и отказались от погони, то ли ей просто повезло. Мешкать она не стала. Дождалась темноты и неслышной тенью скользнула в окно, обращённое на залитые мраком поля.

Сказать, что Алаврус испугался, увидав внезапно выросшую в дверном проёме невысокую стройную фигурку, затянутую в чёрное и серое, – значит, ничего не сказать.

Он сидел за недурно накрытым столом; в красном углу, как и положено у верноподданного Державы, красовался знак Высокого Аркана. Алаврус выронил нож, да так и замер с открытым ртом, выпучив глаза и не в силах шевельнуться.

Гончая ухмыльнулась. Всё-таки это приятно, когда тебя боятся.

* * *

– Что же тут приятного, Стайни?..

– Не знаю, Тёрн. Рассказываю правду, как на исповеди. Было приятно, а почему, отчего – не знаю. Может, это я такая чёрная внутри, может, это всё сна…

– Не всегда всё надо на снадобья валить. Впрочем, давай уж, заканчивай.

– До конца нам ещё не близко, Тёрн.

* * *

Негоциант по имени Алаврус жил один, для услуг и постели содержа красивую меднокожую рабыню из южных варваров. Гончей даже не потребовалось ему угрожать. Купчик вылизал бы ей сапоги, он вообще готов был на всё, что угодно. Наверное, доселе пребывал в приятной уверенности, что в Некрополисе о нём просто забыли.

Опасное заблуждение. Некрополис, как и Смерть, не забывает никого и ничего.

Разумеется, в ответ на требование Гончей Алаврус тотчас принялся ныть, уверяя, что это погубит всю его торговлю, что ему придётся бежать, поскольку сидхи, конечно же, узнают, кто опоил одну из их Ветви. Гончая слушала, презрительно усмехаясь, и, когда купчик выдохся, бросила лишь одно слово:

– Сколько?

Потупившись с притворной стыдливостью, торговец назвал сумму.

– Разумеется, в доброй державной монете, – и алчно потёр руки.

Гончая молча полезла в один из кармашков пояса.

– Державной монеты не имею. Я тебе не меняла с повозкой и осликом. Бери вот это, сдашь тому же меняле и получишь втрое больше, чем у меня попросил. – На колени купчику упал небольшой, но увесистый серебристый слиток.

Девет, магический металл, куда ценнее золота.

– Ого! – разом повеселел Алаврус, чёрные глаза жадно сверкали. – Тут и впрямь… – он взвесил слиток в руке, – четыре суна и… и три, нет, все четыре лумны.

– Прямо в точку, – сухо кивнула Гончая. – Ну, теперь мы в расчёте?

– Н-ну-у-у… – замялся купец. – Оно-то, конечно, дело правильное, слиток добрый, но…

– Никаких «но», – негромко сказала Стайни, но так, что купец тотчас умолк, словно проглотив язык. – Добьёшься, чтобы сидха пришла к тебе как можно скорее. Угостишь вином. Самым лучшим. В вино добавишь каплю этого. – Перед купцом появился флакончик с жёлтой при– тёртой пробкой. – Одну каплю, понял?

– А… может… ты сама? – запинаясь, пробормотал Алаврус.

– Нет уж. Ты слиток получил, ты и делай, – отрезала Гончая. Не говорить же этому отребью, что сидха может просто почуять затаившуюся поблизости Гончую Некрополиса? А эликсир надо добавить непосредственно перед тем, как жертва выпьет вино, иначе снадобье потеряет силу.

– Скажи спасибо, что мы её из твоего дома не выкрадываем, – сухо добавила Гончая.

Это, конечно, было бы самым правильным решением. Не лезть в глубь подвластных сидхам лесов. Но это означало бы на самом деле провалить Алавруса. Сидхи очень быстро дознались бы, что к чему. А Некрополису такой человечек ещё мог пригодиться. Возможно, в другом месте, возможно, в другое время – Гильдия Мастеров зачастую ценила своих прислужников, живущих обычной жизнью добропорядочных верноподданных Державы, куда больше, нежели боевых Гончих. Может, оттого, что Гончих хватало, а вот согласных более-менее добровольно служить Некрополису в пределах Навсиная – напротив?

…Алаврус выполнил приказ. Полных четыре дня потребовалось ему, чтобы срочно достать какие-то вещи, давно заказанные Нэисс, той самой сидхой, которую предстояло выкрасть. На шестое утро сидха пожаловала сама. Этого Стайни не видела, пряталась далеко в лесу – жертва ни в коем случае ничего не должна заподозрить.

Пришла пора двигаться дальше.

* * *

Мало-помалу леса вокруг Гончей стали меняться. Люди позволяли деревьям расти, как предназначено природой, лес для них служил лишь источником дров или бревён для построек. Ну и ещё охотничьими угодьями.

Сидхи же старались всё вокруг переделать по своему вкусу. Они не знали и не любили строительства, предпочитая изменить вольно растущее дерево, чем срубить его и уложить очищенный от сучьев, ошкуренный ствол в венец дома.

Заросли игольников, вьюнов и ядренника уступили место аккуратным посадкам деревьев и кустов, которые Стайни раньше видела только на гравюрах в вивлиофике Гильдии Мастеров.

Здесь следовало удвоить осторожность. Обычные леса не таили никакой угрозы для человека, звери сами старались убраться с его дороги. Сидхи же нашпиговали свои леса хитроумными живыми ловушками, настороженными на двуногую дичь. Чем-то, наверное, лесной народ оказался очень важен для Державы, если могучее государство позволяло кучке инородцев, не таясь, отлавливать неосторожных подданных Навсиная, подобравшихся слишком близко к запретным местам.

Разумеется, сидхи жили не только в навсинайских пределах. Немалое их число селилось в свободных королевствах вдоль моря Тысячи Бухт, многие странствовали, а далеко на западе и юго-востоке располагалось несколько самых настоящих сидхских царств. И – Стайни знала – именно сидхи составляли становой хребет так называемого Стихийного Союза, тех, кто практиковал магию дикой природы во всех её проявлениях. Гербом адепты Стихий избрали зелёный лист, сыпавший молниями, словно грозовая туча.

И Гильдия Мастеров, и Высокий Аркан давно уже точили зубы на принявших этот герб. В последнее время «болотники», как презрительно именовали их Мастера, отступили дальше на окраины континента, казавшаяся бесконечной «малая война» на трактах и караванных тропах поутихла. И Некрополис, и Навсинай не преминули отодвинуть свои пограничные столбы подальше на все четыре стороны света.

…Выше и толще становились древесные стволы, зелё-ный полумрак распространился окрест, особые тенелюбивые травы расстелились под ногами мягким ковром. Бесполезные птички-пустозвонки пропали тоже, теперь над головой неспешно, гордо и гармонично перекликались, выводили замысловатые трели сидхские певуны – неказистые на вид, но пению их можно было внимать часами. Говорили, что именно у них сидхи позаимствовали свой язык.

Здесь уже нельзя было шагать, беззаботно вертя головой по сторонам. Живые ловушки сидхов действовали безотказно, а подобрать полный набор противоядий к их отравам до сих пор не смогли даже мастера-алхимики Некрополиса.

Знаменитые стражевые лозы разнообразнейших видов, незаметно протянувшиеся под опавшей листвой, опутали весь лес невидимой паутиной. Затаились присыпанные землёй венчики-пасти хищных растений, гибкие лианы, больше похожие на настоящих живых змей, и змеи, больше похожие на лианы, поскольку умеют присасываться к деревьям, выпивая соки. Подобные одеялам листья, бесшумно падающие сверху и окутывающие жертву словно кокон, не прорезаемые – якобы – никаким оружием. И так далее и тому подобное.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35

Поделиться ссылкой на выделенное