Ник Перумов.

Разрешенное волшебство

(страница 6 из 34)

скачать книгу бесплатно

– Джей, – влезла Фатима. – Уж ты бы лучше помолчала, подруга! Валялась в обнимку со своим Дэвидом, пока мы тут…

Джейана в тот миг совершенно забыла о том, что она сама дала сегодня отпуск.

– Джей, успокойся, ты что в самом деле.

В остекленевших глазах Неистовой была смерть. Смерть Гилви. И рыжеволосая это отлично видела. Как и Фатима.

Но нельзя, нельзя! Проклятие! О Великий Дух, за что ты караешь меня бессилием! Только я в этом клане имею право раздавать пощечины – потому что это нужно для дела. Но что будет, если всякие соплячки начнут раздавать пощечины МНЕ?!

Оттолкнув протянутую руку Фатимы, Джейана встала. Усилием воли изгнала постыдную дрожь из нежданно ослабевших ног. Уже открыла рот, собираясь заговорить.

– Тетя Джей, у меня голова болит и кружится, – неожиданно пропищала Лиззи, о которой все, признаться, несколько забыли в суматохе. Малышка стояла, прижавшись щекой к ноге Гилви, и рука девчонки машинально перебирала мягкие золотые локоны.

– Ф-фатима, – прохрипела Джейана. – Чего столбом стоишь? Дав-вайте Лиззи на руки и домой. И народ сюда – остальных откапывать.

– Гилви одна справится, – с неожиданной резкостью отрубила Фатима, гневно тряхнув головой. Десятки искусно заплетенных тонких косичек мотнулись из стороны в сторону.

– И-исполняй! – зарычала было Неистовая, но вместо внушительного рыка получился какой-то хриплый шепот.

– Нет уж, дорогая моя, – чуткие пальцы Фатимы уже скользили по щекам Джейаны, по вискам, осторожно касались шеи, моментальными ласковыми нажатиями изгоняя боль и возвращая силы. – Нет уж. Ты лежи. Твоё дело кончилось. А моё только начинается. Сейчас я тебя в порядок приведу, и остальными займемся. А там и Гилви подмогу пришлет.

Однако даже раньше, чем подоспели родовичи из поселка, возле остатков Ближнего Вала появились Дим, Джиг и Лев.

Глава пятая

В отличие от всех прочих эта троица проделала весь путь без всяких происшествий. Им не встретилось ничего опасного, или пугающего, или хотя бы необычного. Всё как всегда.

Едва приметная тропка вела их длинными сухими увалами, где по кочкам уже алели ранние ягоды (постарались Леснянки, спасибо им!), где сосны мешались с красноплодками и копьеростами, где кусты сребролиста застыли в дивных своих нарядах, предмете вечной зависти и охов-вздохов девчоночьей части клана; солнце играло на тонких паучьих арфах, и в другое время Лев, наверное, не преминул бы попытаться зачаровать одно из этих жутких на вид мохноногих созданий размером с десятилетнего ребёнка и послушать их дивную, диковинную музыку, так не похожую на мотивы человеческих напевов; на укромных полянках кружилась в весёлом беззаботном танце фейная мелочь, голубые, ультрамариновые, кобальтовые, рдяные, изумрудные крылышки, трепеща, сливались в дивные радуги. При виде Твердиславичей феечки кидались врассыпную, и лишь тонкий весёлый смех оставался над покинутой поляной. Надо было сотворить заклятье, чтобы упросить фейный народ вернуться, но сейчас было не до развлечений.

Задание вождя просто и понятно. Рассуждать нечего, надо его просто выполнить. Если все будут справлять то, что им должно, никакая беда клану не страшна.

Увалы перемежались длинными полосами болот. Впрочем, эти болота не имели ничего общего с мрачными трясинами и бучилами, что охраняли границы Речной Страны. Здесь болота покрывал яркий, многоцветный ковер из трав, среди тростника темнели неглубокие омутки, обиталище смешливых водяных дев. Как и на старицах Речной Страны, здесь гнездилось немало птиц; и даже невысокие водянки, растущие здесь, отнюдь не казались жалкими уродцами. Длинные плети их ветвей с мягкой, самой мягкой в окрестностях листвой, опускались до самого разнотравья, купая нежно-зеленые отростки побегов в чистой родниковой воде. Здесь, под толстой травяной шубой, жили, дышали подземные ключи, толчками выбрасывая из себя кристальную холодную до ломоты в зубах воду. Здесь брали начало многие речушки, мелкие притоки Ветёлы; сюда на ночные бдения собирались многие волшебные обитатели Прискалья, не злые и не добрые, а те, что живут своей собственной жизнью, не вмешиваясь ни в людские дела, ни в дела их врагов или союзников. Джиг утверждал, что будто бы здесь даже видели эльфа, однако его только подняли на смех – во отмочил, какие тут тебе эльфы, они от своих приморских рощ далеко не отходят, это каждый знает!

Здесь находились коренные охотничьи владения Твердиславичей. Немалыми усилиями и немалой ценой, при помощи Учителя, отсюда выбили всю без остатка кровожадную нечисть, после чего сюда могли ходить и небольшие группки, по три-четыре человека, вот как сейчас, например.

Твердислав знал, кого ставить вместе в один отряд. Дим, Джиг и Лев были «не разлей вода» уже лет семь, как только им приспел срок начать учиться у наставника. Всегда вместе, всегда заодно. В бою или на охоте – ударяли, точно одна рука. Хотя внешне – очень разные. Дим высокий, тощий, светловолосый, глаза голубые. Медлительный, любит полежать на спине, задумчиво глядя в небо. Говорит мало, но всегда по делу. Джиг, наоборот, маленький и толстенький, справный. Этот тараторит без умолку, сперва двадцать слов скажет, а уж потом задумается, для чего и первое-то произносил. Живчик, на месте ему не сидится, всё чего-то носится, что-то затевает. Дим – у него что-то вроде стопора. Отсекать все те безумные выдумки, что из Джига так и хлещут.

Лев, третий, самый, пожалуй, нормальный. Не высокий и не низкий, не толстый и не худой. Спокойный, но, если его довести, взорвется не хуже Джига. Один из лучших бардов клана. Его пунктик – заставить музицировать всё, что стоит, течёт, растёт, летает, бегает и прыгает. Пауки-арфисты – его находка.

Троица миновала длинный болотный язык. Последний увал – а за ним и Пэков Холм, граница клана. Дальше – Пожарное Болото. Мерзкое место. Здесь уже чувствуется суровая власть Ведунов. Когда-то на этом болоте горели торфяники да так, что почти все растущее на нём погибло. Своим чародейством Ведуны не дали земле затянуть раны, взрастить новое на смену сгоревшему; болото осталось пустым и мертвым, всё утыканное чёрными скелетами погибших водянок, прямиц и сосенок. Весна ли, лето – на Пожарной Болотине ничего не менялось. Сухо шелестела под ветром жёлтая трава, что стояла так годами, не гния; даже нормальных змей здесь не водилось. Лишь среди пожухлых кочек скользили чёрные извивы ведуньиных червей – тварей ядовитых и опасных, но, по счастью, никогда не пытавшихся выбраться за проведённую кем-то невидимую границу.

Пэков Холм вздыбливался громадным горбом. С южной стороны склоны его были зелены и покаты; вершину покрывала густая дубовая роща; на севере же вниз с высоты пятнадцати саженей падал крутой откос. Из-под мягкой земляной накидки здесь показывалось могучее плечо серой скалы – гладкой, без трещин, выщербинок и карнизов. Каменная стена отвесно опускалась в ядовитую желтизну Пожарного Болота, являя собой отличную защиту для тех, кто засядет на вершине.

За те годы, что Твердиславичи владели краем, они успели возвести на вершине Пэкова Холма настоящую крепость. Почти всё придумали сами, Учитель подсказал лишь в самом малом. Не тронув заповедные дубы, натащили камней и бревен, усилив восточный и западный склоны стенами почти в два человеческих роста. Установили метательные машины, на собственном опыте убедившись, что против Ведунов иной раз увесистый булыжник действеннее магии.

С Пэкова Холма Пожарное Болото (особенно если залезть на дозорный пост, устроенный в ветвях самого высокого из дубов) просматривалось из конца в конец, и на севере видна была синеватая полоса Лысого Леса. Все как на ладони. И зырики запускать удобно.

Оттуда с полуночи, бывало, внезапно появлялись ведуньины отряды. С непонятным упорством подступали к Пэкову Холму, несколько раз пытались взять штурмом. Последний раз больше года назад, прошлой весной, едва только стаял снег. Подступали – и откатывались. Осадных машин Ведуны не имели и с каким-то непонятным презрением старались обойтись без них, а иначе никак не взять Пэков Холм.

Разумеется, ни Дим, ни Джиг, ни Лев ни на миг не верили в Старого Пэка. Во-первых, если б он был, Джейана Неистовая уже давно бы пристроила его к защите рубежей клана; во-вторых, никто из парней, даже самых сведущих в магии, никогда не замечали за этим местом ничего необычного (ну, живут тут всегдашние лесные обитатели, и видимые, и невидимые), и, наконец, в-третьих, никто из мальчишек, дежуривших на Пэковом Холме, никогда никакой хвои у себя в штанах не обнаруживал. Обычная хвастливая девчоночья выдумка.

Тем не менее никто не отрицал, что именно девичьей страже отчего-то на этом Холме везёт всегда больше. Не вдаваясь в подробности, Твердислав просто решил не спорить с обстоятельствами, и с тех пор охрану Пэкова Холма обычно несли девчонки, лишь изредка подменяемые десятком-другим парней.

Таиться не было никакого смысла (Джейана и Фатима, самые сильные Ворожеи клана, не пожалели сил на опутывание Пэкова Холма целой сетью охранных заклинаний), но тем не менее все до единого мальчишки клана считали делом чести хоть раз, но застать врасплох сторожей-девчонок, слишком высоко, по всеобщему мальчишескому мнению, задирающих нос. Дань этому отдали в своё время и Дим с приятелями; и оттого совершенно седая Марьяна страшно удивилась, когда эта троица не сделала и малейшей попытки прошмыгнуть к Холму незамеченными.

– Эй! Холмовые, как дела? – гаркнул Джиг, когда они все трое поднимались по узкой тропинке, вьющейся по пологому южному склону.

– Да уж получше, чем у вас! – тотчас выпалила в ответ Синди, высунувшись из дозорного гнезда, искусно укрытого среди ветвей ближайшего дуба.

– Это ещё почему? – немедленно возмутился Джиг. – Сидите тут, ровно пеньки на вырубке, и о том, что делается, – ни сном, ни духом! Марьяна где? У нас к ней дело!

– Будто не знаешь! – фыркнула Синди, не забыв, правда, кокетливо поправить при этом упавшую на глаза прядку. – А может, у тебя всю память отшибло? Мозги кое-чем залило? Из того, что между ног?

– Тьфу, балаболка! – Джиг плюнул, подбоченился и уже совсем было решился вступить в серьёзную, солидную, основательную перебранку, но тут вмешались и Лев, и даже молчун Дим.

– Пошли, пошли, нам задерживаться нечего, Марьяне все обскажем и домой.

Марьяна, худая, кареглазая, с седыми от пережитого как-то ужаса волосами (она попалась в руки Ведунам и уже лежала, связанная, на каменном жертвеннике, когда подоспел Твердислав с пятью десятками парней и после жестокого боя отбил пленницу), встретила юношей наверху. Ей было уже шестнадцать, и хотя ей осталось ждать младенца всего четыре месяца, она по-прежнему ходила в дозоры.

– Ну, с чем пожаловали? – Марьяна сидела возле громадной катапульты, предмета гордости Твердислава и всей мужской половины клана. Известно, что девчонки искуснее парней в магии – зато у юношей куда лучше получались всякие механические изобретения и приспособления. Способы мышления разные, как замечал по этому поводу Учитель.

Джиг уже открыл было рот, но Дим и Лев разом схватили его за руки. Заговорил Дим – все знали, что этот никогда не откроет рот попусту.

– Ведунья на юге. Твердислав видел след. За Косым Увалом и дальше на полдень, к Речной Стране. Он за ней пошел. Нас сюда отправил. Велел всё осмотреть, у тебя спросить, а потом Джейане доложиться. По пути ничего опасного. А у вас?

– Всё спокойно, – Марьяна встревожилась. И в самом деле, год плохой, весна выдалась гнилая, охоты мало, да и так дважды выкупы платили. И вот теперь Ведунья за Косым Увалом! Обошли, значит, Пэков Холм, не полезли в лоб, как раньше. Плохо, очень плохо! А что, если стража здесь вообще помочь ничем не сможет?

– Совсем, совсем спокойно? – выпалил Джиг. – А может, смотрели плохо? Может, эта тварь мимо вас проскользнула?

Марьяна метнула на болтуна короткий взгляд исподлобья, и Джиг немедленно прикусил язык.

– Ничего опасного, – она подчеркнуто обращалась к Диму. – Повторяю – ничего. Девчонки зыриков гоняли аж до самого Лысого Леса – пусто. Одни черви, ну да это как обычно.

– Понятно, – кивнул Лев. – Ну что же, мы своё дело справили. Вам всем спокойной стражи! А нам пора к дому двигать.

– Погодите, погодите, куда же вы! – спохватилась Марьяна. Накормить пришедшего из леса – первый женский инстинкт, пусть даже ты начальствуешь над стражей в три десятка человек.


Вот так и получилось – пока мылись, ели, передыхали, времени прошло немало. К окружавшим становище скалам подошли уже глубокой ночью.

То, что дело дрянь и впереди, судя по всему, идет жаркая схватка, поняли уже загодя. По небу впереди метались какие-то алые, зеленоватые, синие сполохи; под ногами раз, другой, третий вздрогнула земля. Дим первый замер, бросился к кусту красноплодки.

– Помогите!

Общими усилиями, в лихорадочной спешке, обдирая ладони, выломали себе по колу. Какое-никакое, а всё ж оружие. И бесшумным охотничьим бегом помчались вперед, рассчитывая силы так, чтобы приспеть к месту боя вконец не запаленными.

Однако приспели, когда всё уже кончилось.

– Ох ты! – вырвалось у Джига при виде громадной воронки, заполненной какой-то обугленной, смрадно воняющей массой. – Вот это да! Великий Дух…

– Да не болтай, а помогай! – с неожиданной злостью гаркнул вдруг Дим. Вместе со Львом они уже отбрасывали руками землю, пытаясь извлечь полузасыпанную Олесю.

– Парни, ох, мамочка! – Фатима схватилась за голову, глаза у неё стали совсем-совсем белые – видно даже в тусклом свете догорающих тут и там костров. Из всего Старшего Десятка вернулось всего трое! Трое! И Твердислава нет.

Джейана приподнялась на локте. Кровяная муть затягивала взор, она почти ничего не видела, но голоса разбирала отчетливо и тотчас поняла, что к чему.

– Дим или Лев, что случилось? Где Твердислав?

Не переставая яростно отгребать землю, разом отозвались все трое. Джиг, конечно же, промолчать никак не мог.

«Великий Дух, – неслось в голове у Джейаны. – Как всё просто, оказывается. Ну да, конечно же, как я сразу не сообразила. Ведунья. Пошли по следу. А я-то чуть не разревелась».

– Эй, постойте! – вдруг всполошился Джиг. – А как же Буян со своими? Твердь же их к вам гонцами послал! Сразу же, как только на след наткнулся!

Джейана заставила себя сесть. Усилия Фатимы не пропадали даром – ещё немного, и всё будет в порядке.

– Никто не приходил.

– Не может быть! – помрачнел Лев. – Буян, Стойко и Ставич! Меньше чем в дне пути от поселка! По чистому пути! Куда ж они провалились?

Нет, беда одна не приходит. И если трое далеко не самых слабых парней исчезают в считавшихся совершенно безопасными краях – дело дрянь. И значит, первым делом сейчас надо дотянуться до Твердислава, послать ему весть, чтобы немедленно возвращался. И отправить всех, кого можно, прочёсывать лес. Никто из Твердиславичей не может пропасть бесследно! Такого не бывает!

Тем временем подоспела подмога из посёлка. Гилви привела всех, кого только могла. Лекарки и травницы, Ирка, Дженнифер, Фируз и Сигрид дружно взялись за дело.

Джейана заставила себя встать. Не может она, Джейана Неистовая, задницу о землю плющить, когда такие дела! Слабость нахлынула волной, ноги подгибались – однако она устояла. Фатима осторожно поддержала подругу под локоть – так, чтобы не заметили другие. Нужна, нужна сейчас клану Неистовая, что бы про неё ни говорили!

Суматоха не стихала до самого утра. По счастью, все выжили, никто не погиб, хотя кое-кого откачивали довольно долго. Потом Джейана, не дав никому и дух перевести, погнала всех засыпать яму с останками чудовища. Ближний Вал погиб, и теперь предстояло как можно быстрее соорудить что-то взамен.

И только Лиззи к утру стало хуже. Её колотил жестокий озноб; начался бред. Девчушку то и дело сотрясала судорога бесплодной, не приносящей облегчения рвоты. Все усилия Фатимы и Сигрид пропали даром. И даже Джейана, собравшая последние силы и схватившаяся с непонятной хворью грудь в грудь, не преуспела. Лиззи дышала с трудом, глаза ввалились, вокруг залегла глубокая синева.

Правда, после этого хуже уже не становилось. Фатима долго сидела, положив руку на лоб Лиззи, после чего заявила, что «смерть ближе не подходит».

Джейана валилась с ног от усталости. Нечего было и пробовать докричаться до Твердислава. Ничего, ничего, ближе к вечеру.

Глава шестая

Ни о чём не подозревавшие Твердислав, Чарус, Кукач и близнецы пробирались запутанными тропами Речной Страны. Ведуньин след вёл их все дальше и дальше, между тихими старицами и зарастающими озерками, мимо заросших лесом островов и окаймлённых тростниковыми занавесами протоков. Третий день пути не принёс ничего нового. Злодейка ломила напрямик, не озаботясь даже оставить какие-нибудь неприятные сюрпризы возможным преследователям. Неужели была настолько уверена в себе? Или – в том, что гнаться за ней никто не станет?

По дороге смастерили себе по паре недлинных копий – совсем безоружными на такое дело выходить не следует, это и папридою понятно.

Утро выдалось чудным, чувствительная Фатима сказала бы даже —»волшебным». Здесь, в Речной Стране, утро и впрямь лучше всего. Тихо, покойно, от бесчисленных речушек веет прохладой; ну а птичий тарарам вдруг начинает казаться единой, слитной мелодией.

: Великий Дух, однако где ж у соседушек дозоры?: полюбопытствовал Тарни, когда они и на сей раз не обнаружили никаких признаков жизни. По привычке он говорил без слов.

:И я в толк никак не возьму:, отозвался Чарус.: Лайк всегда держал здесь пост. А нынче, вон, даже старого кострища не видно!:

Путники коротали ночь на крошечном островке, затерянном среди непроходимого лабиринта протоков и стариц. С северного лесистого берега сюда вела неприметная тайная тропка, однако для Ведуньи она тайной, судя по всему, отнюдь не была. И она, и её зловещая свита (Твердиславу так и не удалось определить, кто же точно входит в эту свиту и сколько там всего тварей – что само по себе казалось странным и достаточно неприятным) легко миновали запутанные дебри и теперь шли все дальше и дальше, прямо к обиталищу клана Лайка. (Вообще-то, этот клан носил полное имя «клан Лайка-и-Ли», поскольку Ли звали Лайкову спутницу, но злоехидные парни из-за вечных противоречий со своими же подружками вторую половину кланового имени всякий раз опускали. Лайк обижался.) Поговаривали, что тороватый Лайк ухитряется иметь дело с эльфами, посылая торговые экспедиции аж до самого южного побережья, где тоже живет дивный Лесной Народ.

– Уж не стряслось ли с ними чего? – первым решился произнести невысказанное прочими Гарни.

– С целым кланом? – удивился Кукач.

– А что? Все ж быть может? Учителя своего разгневали, к примеру.

– Будет болтать! – остановил Твердислав. – Нечего о таком и думать! Беду на соседей накликаешь!

Островок этот, густо покрытый непроходимым густоростом, довольно высоко поднимался над окружающей его водой. Твердислав всё никак не мог взять в толк, отчего сосед не поставит здесь сторожевую вышку.

: Тарни, друг, поднимись, глянь, что вокруг – я Глаз запускать не хочу.:

: Сейчас всё сделаю, Твердь. Конечно, какой уж тут Глаз – если Ведунья рядом.:

Гибкий, ловкий как дикая кошка, Тарни исчез в зарослях – вскарабкался по сплетённым ветвям дикого ореха посмотреть, что творится на болотах.

Твердислав закрыл глаза, привалившись спиной к теплому, нагретому солнцем стволу. Что-то здесь не так. Странная Ведунья, прошмыгнувшая до Косого Увала. Странное отсутствие дозоров и постов Лайка на северной окраине владений, странная тишина вокруг.

И вождь клана не утерпел. Медленно и осторожно, словно его кто-то мог заметить, поднял пальцы к вискам. Опасно пользоваться магией, когда идёшь по ведуньему следу – ну да уж ничего не поделаешь. Гонцы хоть и отправлены, но надолго оставлять свой собственный клан тоже ни к чему.

Слова текли, точно неспешная осенняя вода в разбухших от дождя болотах. Твердислав повторял стансы заклятия, чтобы через миг невидимкой промчаться над бесконечными зарослями Речной Страны, окинуть взглядом с высоты птичьего полёта бескрайние пространства болот – чтобы, быть может, заметить-таки ту, за которой они безуспешно гонятся.

Однако прежде чем взгляд его успел хоть сколько-нибудь отдалиться от давшего им приют островка, как вниз кубарем скатился Тарни.

– Здесь они, здесь! Рядом! И сколько!

– Где?! – подскочил Чарус. Кукач схватился за наспех сработанное копье. Что тут говорить, надо драться.

Тарни быстро, несколькими штрихами, сделал чертеж. Две протоки – считай, совсем рядом. И как это твари их до сих пор не заметили? И они сами тоже хороши – как могли такое скопище не почуять?

Впятером против всей ведуньиной силы – не сильно приятный расклад, но ничего, и не таковских бивали. Ежели с умом подойти, конечно.

Теперь оставалось лишь горько жалеть, что не смогли, не переняли от Учителя секреты настоящих боевых заклятий – когда воздух вокруг врага превращается в разъедающую всё и вся слизь, когда под ногами или лапами его разверзается бездна, когда его внутренности внезапно оказываются поживой для сотен и сотен голоднющих червей-могильщиков, что в считанные минуты дотла обгладывают костяк матёрого кособрюха. Эх, эх, слишком уж сильно увлеклись все тогда огненными заклятиями, такими красивыми, такими (казалось!) сильными. Девчонки от восторга визжали, когда посланный тобой огненный шар обращал в пылающий факел чучело острозуба или шипохвоста, самых опасных бестий в ведуньином воинстве. Настоящее поветрие было, и вот вам – молниями швыряться многие горазды стали, и Ведуны немедленно выработали какую-никакую, а защиту. Джейана только-только взялась за новое, более гибельное колдовство, когда ещё закончит!



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34

Поделиться ссылкой на выделенное