Фридрих Незнанский.

Виновник торжества

(страница 5 из 26)

скачать книгу бесплатно

– Понять можно, – пожал плечами Салтыков. – Не каждый же может мгновенно успокоиться. Возможно, он – человек тонкой душевной организации… Впечатлительный…

– А вторая зацепка? – напомнил Гоголев, слушая рассуждения своих коллег.

– Все та же бескозырка. В подъезде моряки не проживают, ни к кому гости в этот вечер не приходили. Последний гость поднимался на лифте на шестой этаж буквально за пятнадцать минут до того, как в нем оказалась Ольга. И никакой бескозырки там не было. Значит, она принадлежит убийце.

– Ну, если все так просто, то нам следует искать моряка, потерявшего бескозырку. – Гоголев открыл папку, лежавшую на столе, и достал акт экспертизы. – У меня тут кое-что для вас есть. Информация о нашем единственном вещдоке – бескозырке.

Крупнин вытянул шею, с любопытством заглядывая в документ.

– Описательную часть зачитывать не буду. Фабулу дела мы с вами уже обсудили. А вот заключение эксперта кое-что нам дает.

Спустя полчаса, открыв настежь форточку, поскольку в прокуренном помещении уже нечем было дышать, опера обменивались мнениями.

– Вот задачка, – сокрушался Крупнин, поглядывая на товарищей, как бы ища у них поддержки. – Моряков у нас в Питере – море, и найти среди них хозяина бескозырки, по-моему, полная безнадега.

– Поначалу всегда так кажется, – успокаивал его Салтыков. – Конечно, было бы просто замечательно, если бы на месте преступлений нам оставляли побольше вещдоков! – Он иронично усмехнулся. – Но, увы! Что есть, то есть. И за это большое спасибо. А если серьезно, то есть хотя бы с чего начать розыск. По надписям на ленточках бескозырки мы знаем, что он служит в Балтийском флоте. Нам известно, что у хозяина бескозырки большая голова, размер шестьдесят четвертый. Он шатен, цвет волос – темно-русый. Волосы короткие, до двух сантиметров. Тонкие. С волосами у него проблема, скорее всего, он лысоват. Аккуратным его тоже не назовешь – бескозырку он чистил давненько, она вся в пятнах от пота и городской пыли. А ленточки проглаживал прямо поверх грязи. Засаленные они у него. Так что можно кое-какие выводы сделать.

У Валеры, внимательно слушающего опытного товарища, загорелись глаза.

– Юра, – не в силах сдержаться, перебил он Салтыкова. – Ты можешь себе представить моряка срочной службы, который ходил бы в грязной бескозырке? Да он из гауптвахты не вылезал бы, не то что по улице разгуливал и на девушек нападал. Может, это вовсе и не моряк, а так, псих какой-то, просто для понта бескозырку носит!

– Может быть, в твоих словах и есть резон, – охладил его пыл Салтыков. – Но я тебе вот что скажу: в бескозырке может ходить, несомненно, только человек в морской форме. А посему наша первая задача – начать поиск с морских частей и морских училищ Питера.

Валера присвистнул:

– Это сколько ж народу надо перелопатить?!

– А мы подключим военную прокуратуру, – вмешался в разговор оперов Гоголев. – Попросим подать запрос в морские части и училища, чтобы на местах проверили весь наличный состав.

Не заявлял ли кто-нибудь о потере бескозырки. Многих ведь на праздник отпускали в увольнение. Кто-то из них провожал своих барышень, наверняка без алкоголя не обошлось… Вот на утренней поверке могло и выясниться – все ли одеты по форме… Так что займись этим, Юра, – обратился он к Салтыкову. – А что у тебя, Женя? Готовы ли результаты судебно-медицинской экспертизы? Или в бюро все еще празднуют Новый год?

– Результаты готовы, – степенно ответил Женя и достал из папки сшитые листки распечатанного на компьютере заключения. – Я уж попросил сделать экспертизу поскорее. Вот Макеев по дружбе и постарался. Читаю: «При судебно-медицинском исследовании Алехиной О. Д. установлено, что на теле Алехиной имеются следующие повреждения: в области шеи – кровоподтеки, которые являются следствием сильного сжатия пальцев преступника, повлекшего за собой удушение. В области левой щеки – несколько ссадин, являющихся следами от ногтей преступника. В области правой груди – кровоподтек, возникший от сильного нажатия тупым предметом овальной формы.

В области спины – ссадины, которые возникли в результате трения и имеют вид вертикальных полос неправильной формы. Смыв биологических следов с открытых участков тела и половых органов обнаруживает наличие следов спермы».

– Ну что ж, есть над чем поработать, – удовлетворенно отметил Гоголев и взглянул на часы. – Ого, уже девять! День прошел плодотворно. Пора и по домам. Юра на завтра задание получил. Ты, Женя, подумай над картиной изнасилования.

– А я пойду завтра опять к Алехиным, – вызвался Валера. – Надо бы выяснить имена подруг, с которыми Алехина была на дискотеке… Может, что-нибудь прояснится. Вдруг кто-то видел, с кем она ушла с дискотеки!


Ася и Лена поднялись по скользким ступенькам Управления внутренних дел и, робея, открыли тяжелую дверь.

– Нас вызывал следователь Крупнин Валерий Георгиевич, – обратилась более решительная Лена к сидящему за столиком дежурному милиционеру.

– Фамилии? – спросил он строгим голосом, неодобрительно глядя на двух красоток, одетых слишком вызывающе, на его взгляд, для такого серьезного учреждения. Обе были в меховых шубках, и он тут же решил про себя, что девушки из семей новых русских, к которым он всегда испытывал здоровую классовую ненависть. К тому же девицы выпорхнули из дорогой иномарки – через стеклянную дверь просматривался подъезд к зданию. И это окончательно испортило ему настроение.

– Лаврова Ася и Камахина Елена, – ответила Лена.

Милиционер посмотрел в какой-то список, лежащий перед ним на столе, и потребовал паспорта. Пока он не торопясь вписывал их фамилии в большую амбарную книгу, а затем так же невозмутимо выписывал пропуска, девушки прямо изнывали, раздражаясь от его медлительности. Закончив свою работу, дежурный наконец-то вернул им паспорта и, смерив недобрым взглядом, сухо проинформировал:

– Третий этаж, комната 319.

Девушки начали подниматься по ступенькам и Ася тихо спросила у подруги:

– Видела, как он смотрел? Мы его раздражаем…

– Ой, Ася, о чем ты думаешь? – c досадой проговорила Лена. – Он тебе нужен?

– Я, может, стараюсь отвлечься, – обиделась Ася. – И так страх разбирает, а ты еще ругаешься.

У кабинета № 319 девушки остановились и только собрались постучать, как дверь распахнулась, и молодой розовощекий парень при виде девушек резко остановился и деловым голосом спросил:

– Вы ко мне? Как фамилии?

Подруги назвались и Крупнин пригласил:

– Заходите, но попрошу по очереди. Ну, кто из вас смелее?

Лена переступила порог кабинета, и Крупнин вежливо придвинул стул.

– Мне поручили вести следствие по факту убийства вашей подруги Ольги Алехиной, – начал Валерий. Лена испуганно смотрела на него. Она еще не успела свыкнуться с мыслью о том, что ее подруги больше нет. Еще два дня назад они отплясывали на дискотеке и строили планы на ближайшие дни. А теперь об Оле можно говорить только в прошедшем времени… Вчера, узнав о страшной смерти подруги, Лена и Ася были так потрясены, что просидели весь день у Аси дома и не могли ни о чем больше думать. А завтра предстояло ехать на похороны. У Лены непроизвольно покатились слезы, и она зашмыгала носом. Валера участливо посмотрел на нее.

– Я понимаю, вам сейчас тяжело говорить об Ольге, но я так надеюсь, что вы вспомните что-то важное, и это поможет нам… Понимаете, у нас сложилось такое впечатление, что она поднималась в лифте со знакомым человеком… Вспомните, пожалуйста, с кем она танцевала. Может, вы видели, кто ее провожал… Нам важна любая деталь…

– На дискотеке было так много людей… – Лена наконец смогла заговорить. – И Олю многие ребята приглашали.

– А на дискотеке были только студенты университета? Или чужие тоже?

– Приглашали студентов из Полиграфического института и курсантов Военно-морского училища…

– Ну-ка, ну-ка… – страшно оживился Крупнин. – Вы видели, как она танцевала с курсантами?

– Конечно, – удивилась Лена его внезапному энтузиазму. – Мы все с курсантами танцевали… Там были мальчики очень даже ничего…

– А когда она ушла, вы видели?

Услышав этот вопрос, Лена вдруг изменилась в лице, из глаз опять покатились слезы, и она, сдерживая рыдание, едва произнесла:

– Это я во всем виновата…

– Почему? – растерялся Крупнин.

– Я обещала ее проводить. Я приехала на машине. И даже специально не пила шампанское, потому что собиралась сесть за руль. А потом познакомилась с одним курсантом, мы с ним все время танцевали. Отвлеклась и забыла обо всем. А когда стала искать Олю, ребята сказали, что она уже ушла. Если бы я не увлеклась тем мальчиком… – Лена горько разрыдалась. Крупнин заметался по кабинету, не зная, что делать. Наконец сунул ей бумажный платок и выглянул в коридор.

– Девушка, зайдите, пожалуйста.

Его взволнованный голос напугал Асю, и она вбежала в кабинет. Кинулась к Лене и, бросая сердитые взгляды на следователя, запричитала:

– Леночка, ну что ты? Что он тебе сказал? Он тебя запугивал?

– Никого я не запугивал, – смущенно покраснел Крупнин. – Я спрашивал, видела ли ваша подруга, когда ушла Ольга. А она вдруг расплакалась. Успокойте ее, пожалуйста. А потом зайдите, я хочу с вами поговорить. У меня всего несколько вопросов.

Он выпроводил девушек в коридор, а сам выключил диктофон и призадумался. Крупнину казалось, что он стоит на пороге разгадки. На дискотеке, где полно народу, где треть приглашенных – курсанты-моряки, вполне мог присутствовать тот, который выследил Ольгу, когда она вышла из здания, и последовал за ней.

Крупнин выстраивал версию, и его трясло от возбуждения. Он подбежал к двери и нетерпеливо выглянул в коридор. Подруги сидели обнявшись и обе ревели.

– Тьфу, – сплюнул с досадой Валерий. Нашли, когда слезы проливать. Он кашлянул, чтобы привлечь их внимание, и поманил пальцем Асю.

– Пожалуйста, заходите, – чуть ли не с мольбой в голосе пригласил он девушку.

Ася погладила Лену по голове и неуверенно переступила порог. Бог знает какие вопросы задает этот розовощекий мальчишка, если даже всегда уверенная в себе Лена расплакалась. Тревога за оставленную в коридоре подругу придала Асе сил, и она отвечала на вопросы Крупнина более-менее спокойно. Она вспомнила, как Оля танцевала с каким-то нахальным парнем, но тот был вовсе не курсант, как она его почему-то оттолкнула и тут же стала протискиваться сквозь толпу к гардеробу. Ася видела это издали, но подойти к подруге не смогла, было очень много народу. К тому же она не думала, что Оля собирается уже уходить.

И только на следующий день она узнала о страшной трагедии. Ася сцепила руки на коленях и, не замечая струящихся по щекам слез, рассказала следователю о последних минутах, когда она видела Олю живой.

– А с кем она ушла с дискотеки? – Крупнин не терял надежды, что разгадка кроется где-то рядом.

– Нет. Я же сказала – последнее, что я видела, Оля вышла за дверь одна. Мы потом спрашивали у ребят, не видели ли они ее. Лена ведь обещала ее отвезти на своей машине. Но никто из наших ее не видел. На улице курили ребята из Полиграфического института, но мы с ними не разговаривали.

Несколько разочарованный, Крупнин поблагодарил девушек и отпустил их.

Внизу дежурный милиционер, принимая пропуска, заметил на их лицах следы слез и злорадно подумал: «Богатые тоже плачут!» И то, что они опять уселись в серебристую иномарку, его уже огорчило не так сильно.

На третьем этаже Валера Крупнин, сидя боком на краешке стула, в который раз прослушивал запись допроса девушек. Наконец решительно вскочил и, на ходу застегивая молнию куртки, быстрым шагом вышел из кабинета, столкнувшись в коридоре с Юрой Салтыковым.

– Ты куда? – притормозил следователь торопящегося Валеру.

– Юра, у меня тут идея возникла. Я смотаюсь в Полиграфический институт, мне нужно кое с кем побеседовать.

– Ну, валяй, – отпустил его Салтыков, видя нетерпение Валеры. Он знал за молодым следователем эту черту, частенько мешающую делу. Идеи в его голове роились в огромном количестве, правда, толку от них было немного… Спеша поскорее высказать мгновенно возникшую мысль, Валера иногда не давал себе труда ее основательно обдумать. И когда товарищи охлаждали его пыл, он обижался. Ему казалось, что его недооценивают. И стараясь быть полезным, он проявлял инициативу, поражая следователей бешеной активностью.


В здании Полиграфического института второго января царило обычное оживление – по коридорам сновали толпы студентов, направляясь в свои аудитории, где одни группы собирались на предэкзаменационные консультации, другие стояли под дверью с конспектами и учебниками. По их сосредоточенному виду было понятно, что сегодня им предстояло сдавать экзамен. Направляясь к группке праздно болтающих студентов, вычислив по их беззаботному виду, что студенты пришли на консультацию, Валерий уже издали выбрал говорливого, задиристого вида парнишку. Вот такие отвязные парни – обычные завсегдатаи дискотек.

– Привет, ребята! – поздоровался он со всей компанией.

– Привет! – нестройным хором ответило ему несколько голосов.

– Дело есть, парни. Я из уголовного розыска. – Крупнин представился им по полной форме.

Студенты посмотрели на него с любопытством.

По всему было видно, что опыта общения с уголовным розыском они еще не имели.

– Кто-нибудь из вас приходил на дискотеку в университет тридцать первого декабря? – спросил Крупнин, решив сразу приступить к делу.

– Ну, я был, – весело ответил отмеченный Валерой говорун. Он только что рассказывал что-то смешное и еще находился под впечатлением своей шутки. – А что, кого-нибудь замочили? – с хохотком поинтересовался он. – Ведь уголовный розыск просто так не приходит.

– Об этом я расскажу при конфиденциальном разговоре. – Валера постарался придать своему голосу побольше солидности, так как знал, что по внешнему виду мало чем отличается от студентов. – Только мне бы хотелось поговорить еще с кем-нибудь, кто был на дискотеке. Например, с теми, кто выходил покурить около одиннадцати часов ночи.

– Мы по часам не курим, – откровенно развлекался доморощенный юморист. – Только когда приспичит…

Его слова вызвали смех у товарищей.

– Да я и не рассчитывал, что вы смотрели на часы. Но дело действительно серьезное, ребята. – Валера строго посмотрел на улыбающихся студентов. – Настолько серьезное, что тут не до смеха.

– А что, собственно, произошло? – Студент, выглядевший как типичный отличник, подняв брови, пытливо посмотрел на Валеру. Вокруг царили шум и колготня, приходилось повышать голос, а Крупнину совсем не нравилось отсутствие рабочей обстановки.

– А у вас есть местечко потише? – Крупнин обратился к отличнику, как он про себя назвал смуглолицего паренька с аккуратной стрижкой.

– В тридцать пятой аудитории никого нет, я только что оттуда. – Еще один юноша, атлетического телосложения и с большой спортивной сумкой через плечо, вмешался в разговор.

– Ребята, я много времени у вас не отниму. Мне нужно задать несколько вопросов. Но чтобы сэкономить ваше время, договоримся сразу – я хотел бы поговорить только с теми, кто курил на улице у входа на дискотеку около одиннадцати. А сейчас могу сказать, все равно вы узнаете друг от друга, что в ту ночь была убита девушка, ваша сверстница, студентка. Она была с вами на дискотеке, очень важно знать, с кем она ушла.

– Не фига себе! – Весельчак присвистнул от удивления. – Поможем органам? – обратился он к компании и повернулся к Крупнину: – Пошли в тридцать пятую…

Когда все расселись в аудитории напротив Крупнина и он включил диктофон, оказалось, что рассказывать ребятам особо-то и не о чем. Да, в числе других они стояли на крыльце, атлет назвал точное время – десять часов пятьдесят минут. Он как раз посмотрел на часы, чтобы узнать, скоро ли двенадцать. Веселье было в разгаре, все отплясывали в актовом зале, поэтому одинокая фигурка девушки привлекла внимание курящих. Они стояли на улице раздетые, не хотелось одеваться, да им было и нехолодно – разгоряченные от танцев и шампанского, они не чувствовали легкого морозца. Девушка стремительным шагом вышла на крыльцо, одетая в короткую шубку и без головного убора. Это подтвердили несколько человек.

– У нее такие волосы были красивые, волнистые, прямо водопад, – описывал внешность Ольги атлет. – Я еще подумал, что у нее волосы, как на картине Боттичелли «Весна». Помните, там девушка стоит в морской раковине, красивая такая, и волосы у нее струятся по спине. Вот у той девушки волосы точно такие были, золотистые. Я ведь сам рисую, учусь на художника-оформителя, – объяснил он Крупнину свои неожиданные познания в творчестве Боттичелли.

– А мы еще предложили ее проводить, – перебил атлета весельчак.

«Ну, этот наверняка первый вызвался!» – подумал Крупнин.

– Но она какая-то сердитая была, так резко нас отшила… Говорит: «Меня уже ждут!»

– Да нет, она сказала: «За мной машина приехала!» – заспорил еще один студент, похожий на Валерия Золотухина в молодости. – Хотя никакой машины не было, я с крыльца видел, как она выбежала на дорогу и тормознула такси.

– Так она одна уехала? – уточнил Валерий.

– Ну да, мы все видели, – подтвердили в один голос студенты.

– А что же с ней произошло? – Ребята поняли, что ничем больше помочь следователю не могут и хотели узнать, что же все-таки стряслось с девушкой. Каждый про себя подумал, что если бы она не отвергла его провожание, то он уж ее смог бы защитить.

– Ее задушил какой-то мерзавец. Изнасиловал и задушил, – решил уточнить Валера. В тот момент он еще не отдавал себе отчета, зачем решил рассказать студентам об изнасиловании. Потом, когда уже анализировал свою беседу с ними и вспомнил реакцию студентов – возмущение, гнев, – пришел к выводу, что был прав. Люди должны знать об опасности. Возможно, ребята предостерегут своих подружек, и те будут начеку, если им одним придется поздно возвращаться.


Крупнин уже знал, как действовать дальше. Если Юра Салтыков еще не получил сведений о хозяине бескозырки, то он, Валера, займется всеми таксопарками Питера, чтобы найти водителя такси, подвозившего Ольгу в роковую ночь.

В кабинете Виктора Петровича Гоголева горел неяркий свет, по-домашнему освещая лица оперов. Валерий, зайдя последним, удивился:

– Что это так темно?

– Лампочка перегорела, а электрик уже домой ушел, – объяснил Яковлев, не поднимая головы от бумаг. Гоголев молчал, о чем-то думая, нахмурив свои густые брови и по обыкновению постукивая карандашом по столу.

– Наконец-то, – проговорил он, когда Валера уселся на свободный стул. – Где тебя носило полдня? Приказ помнишь? Если надолго уходишь, включай мобильный. Зря, что ли, я выбивал у начальства деньги на служебные телефоны?

Валера суетливо достал из кармана телефон.

– Тьфу ты, – не сдержался он, – зарядить забыл! Вчера поздно лег спать и не подключил! Виктор Петрович, я был вам нужен?

– А ты как думаешь, Крупнин? Полдня от тебя ни слуху ни духу, чем занимаешься – неизвестно. Время-то идет! А нам надо по горячим следам очевидцев опросить. Через день они уже половину забудут.

– Виктор Петрович, так я только этим и занимался – шел по горячим следам! – Незаслуженно обиженный Валера покрылся красными пятнами и стал слегка заикаться. – Я с утра допрашивал двух красавиц… двух подруг Алехиной.

Оговорка Валеры рассмешила Салтыкова, и он хмыкнул, выразительно посмотрев на Мартынова. Но судебный медик на его взгляд никак не отреагировал. С озабоченным лицом он слушал диалог коллег, сидя в обнимку с папкой.

– Ну, докладывай. – Голос Гоголева стал мягче, он приготовился слушать Валеру.

С подробностями, как обычно, Валера выложил информацию и о разговоре с девушками и о беседе со студентами полиграфического института. И хотя фактически ничего нового следователи из его доклада не узнали, Гоголев похвалил Крупнина за оперативность:

– Во всяком случае, мы теперь знаем совершенно точно, что Алехину никто из своих не провожал. – А у тебя что нового, Мартынов?

– Разъяснилась картина преступления, Виктор Петрович. Возникла еще одна версия – преступник мог заскочить в лифт в последнюю минуту. Не кричала она только потому, что он зажал ей рот рукой. Как я докладывал вчера, на ее щеке обнаружены ссадины. Это следы его ногтей. Потом он сорвал с нее шубу.

На стене лифта не обнаружены волоски от шубы, поверхность стенки пористая, так что если бы она сопротивлялась в шубе, неизбежно при трении пара-тройка волосков осталась бы. На шее обнаружены следы от пальцев только одной руки. Я все думал – почему. Правда, и одной рукой он с ней справился. Размер ладони и длина пальцев говорит о том, что руки у него очень большие. А второй рукой он ее придавил, овальный кровоподтек на правой груди – это след от локтя левой руки убийцы. Он сначала прижал ее рукой к стене, буквально вдавил. Но она все еще сопротивлялась, пыталась вырваться, вот отчего на спине у нее возникли ссадины. Потом, чтобы освободить руку, он своим телом прижал ее к стенке лифта. И когда стал насиловать, она пыталась, видимо, опять закричать. И тогда он свободной рукой ее задушил.

– Вот скотина! – вырвалось у Валеры, стоило Мартынову закончить свой доклад.

– Крупнин, – одернул его Гоголев. – Сейчас не время для эмоций. А ты, Женя, продолжай.

– Да я, в общем-то, закончил. Для полной ясности только дополню: убийца очень силен. А сравнивая размер его рук и физическую силу, можно говорить о человеке высокого роста и крупного телосложения.

– Вот-вот, – оживился Валера. – У него и башка здоровая. Бескозырка шестьдесят четвертого размера. У меня, например, шапка пятьдесят шестого размера.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26

Поделиться ссылкой на выделенное