Фридрих Незнанский.

Падший ангел

(страница 2 из 23)

скачать книгу бесплатно

– А ты откуда знаешь? – удивился Денис. – Я никому об этом не говорил.

– Ты забыл, полгода назад приезжали из страховой компании – посмотреть состояние джипа и перезаключить договор. Это при мне было.

– А… точно.

– Ну так, значит, денежку тебе вернут.

– При чем тут денежка? – с обидой протянул Денис. – Я друга потерял, понимаешь ты?

– Я стараюсь, – честно признался Макс. – Но… не выходит.

– Ладно. Звонил кто-нибудь?

– Адвокат твой.

– Юрка Гордеев? Чего хотел?

– Сказал, клиент для нас есть. Толстый.

– О! Так что же ты молчишь?!

– Хотел, чтобы эти гаврики из офиса убрались и не мешали работать.

– Ну ты и жук, – покрутил головой Денис и потянулся к телефону.

2

Утром следующего дня Денис внимательно рассматривал роскошную молодую женщину, сидящую на кожаном диване (кожаная мебель в Денисовом офисе появилась отнюдь не в результате роста материального благополучия «Глории», – ею расплатился очередной клиент).

Бесконечные ноги идеальной формы намертво приковывали мужской взгляд, и Денису требовалось сделать усилие, чтобы посмотреть их обладательнице в глаза. Классический костюм темно-вишневого цвета от Джанфранко Ферре (скорее, он подошел бы скромнице, если бы не был от Джанфранко Ферре) на этой даме выглядел как самый эротичный наряд.

– Итак, вы готовы взяться за мое дело? – требовательно спросила посетительница. Похоже, что она привыкла повелевать.

Денис уклонился от прямого ответа:

– Вы мне еще ничего не рассказали. Изложите ситуацию подробнее, пожалуйста.

Ну Юрий Петрович удружил! «Тебя ждет сюрприз, тебя ждет сюрприз, Денис! Тебе понравится, тебе точно понравится…»

По сдержанному хихиканью адвоката Гордеева Грязнов-младший почему-то сразу предположил, что речь пойдет не только о хорошем гонораре, но и о каких-нибудь внутрисемейных разборках «новых русских». Но увидеть перед собой звезду русского балета и героиню светской хроники Веронику Кутилину он точно не ожидал. Пожалуй, теперь Денис начинал понимать, почему Кутилина известна далеко за пределами ограниченного круга балетоманов и ее популярность сравнима с известностью звезд эстрады. И дело не только в ослепительной красоте этой яркой брюнетки, дело в том, что ее сексуальность просто физически ощущалась в воздухе небольшого кабинетика Дениса.

– Понимаете, я даже не знаю, как это объяснить…

– Что-нибудь личное?

– Да, вы совершенно правы, дело очень деликатное, Юрий Петрович говорил мне, что…

– Юрий Петрович абсолютно прав, – подтвердил Денис. – Даже если вдруг мы не договоримся о сотрудничестве, полная конфиденциальность вам обеспечена. Все, что вы сейчас скажете, никто, кроме нас двоих, не узнает.

– Мне психологически трудно объяснить эту ситуацию. Со мной такое первый раз. Я даже не знаю, как реагировать…

Любовник ей, что ли, изменил? И теперь надо выследить его новую пассию? Или речь идет о более сложной комбинации? А может, напротив, требуется собрать компромат на чью-нибудь жену, чтобы ускорить звон свадебных колоколов? Впрочем, не исключено, что псих какой-нибудь среди поклонников затесался.

Девушка-то она известная. Последнее время что ни глянцевый журнал, то обязательно она на обложке красуется. Уже была и в «Домашнем очаге», и в «Культе личностей», и в «Красоте и здоровье». С телеэкрана не сходит, причем далеко не всегда в пачке белого лебедя. У светских хроникеров, кажется, на данный момент главная задача – засечь, кто у Вероники Кутилиной новый покровитель, он же счастливый поклонник, приближенный к ее возвышенному искусству. Уж на что Денис не был завзятым театралом, но даже его не обошла стороной эта лавина всеобщего восхищения, поклонения, интереса…

– Давайте я попробую изложить, как было, – сказала она с непередаваемой интонацией. – У меня был поклонник, понимаете?

Денис припомнил прочитанное о балерине в последний раз. Кажется, истинный поклонник в понимании Кутилиной – это богатый покровитель, добровольно жертвующий в поддержку балета значительные суммы. При этом Вероника яростно отрицала, что мужчиной двигают какие-то иные интересы, кроме энтузиазма по поводу классической хореографии и самой Кутилиной как выдающейся представительницы этого искусства. А впрочем, надо послушать ее саму, мало ли что газеты наплетут.

– Он так восхищался моим искусством, так благоговел перед моим танцем, так трогательно относился ко мне…

Денис вопросительно приподнял бровь.

– Да, он очень во многом помог мне, – несколько запальчиво заявила Кутилина. – Если бы не он, мои сольники в зале «Россия» могли бы вообще не состояться. Понимаете, это был мой настоящий бенефис, нужно было, чтобы все прошло на высшем уровне. Это ведь такие организационные расходы. Афиши, общение с прессой, новые костюмы. Зрителю давно уже наскучило смотреть на задохлых балерин в ветхих пачках. Сейчас искусство надо энергичнее преподносить зрителю. Вы согласны, Денис?

Похоже, что Кутилина села на своего излюбленного конька. Хорошо бы ее от рассуждений о судьбах современного балета развернуть к сути дела.

– Вероника, как зовут вашего поклонника?

– Макаров. Дмитрий Семенович Макаров. Он предприниматель.

– Я, кажется, знаю, о ком идет речь, – задумчиво произнес Денис. – Он известный меценат, да? Видел его на днях в «ящике». В какой-то светской хронике, что ли…

Кутилина вздохнула, грациозно переложила ногу на ногу и, наконец, решилась высказаться прямо:

– Вам я скажу по секрету. Он интересовался не только искусством.

За кого она меня принимает, начал злиться Денис. Определенно, за полного идиота. Сейчас сообщит секрет полишинеля: скажет, что они спали вместе. Странно, такая девица энергичная, а как-то фальшиво жеманится. Видимо, это такие балетные условности: что бы ни произошло, закатывать очи к небу и трепетать крылышками. Во! Экзальтация, вспомнил Денис подходящее слово.

– Нас связывали глубокие и серьезные отношения. Мы собирались обвенчаться.

– Простите, Вероника, но чем мы можем помочь? Организовать охрану и наблюдение на свадьбе? Это не наш профиль вообще-то, да и людей у нас маловато для таких задач.

– О, вы не так поняли, – страдальчески поморщилась балерина. – Речь о свадьбе уже не идет. – Кутилина закусила губу, вздохнула и, видимо решившись, выпалила: – Он неожиданно совсем ко мне охладел. Еще недавно мы жили вместе в его загородном доме, летали встречать новый год в Париж, планировали совместное будущее, и вдруг…

– И что случилось? – вежливо поинтересовался Денис и подумал: барышне, скорее, к гадалке надо, ворожее. Хотя при ее внешних данных и известности обзавестись другим богатым поклонником не составит никакого труда.

– Вы думаете, наверное, что я сошла с ума и с такими проблемами к частному детективу не обращаются? – словно прочитав его мысли, спросила Вероника. Тут с ней произошла очередная метаморфоза, и она сказала жестким, властным тоном: – За всю мою жизнь еще ни один поклонник не расставался со мной по своей инициативе. Начиная со школьных лет. Данная ситуация абсолютно нетипична. Макаров, он… Я боюсь за свою жизнь.

– Что? – удивился Денис. – Он вам угрожал?

– В том-то и дело, что нет. Но недавно приснился сон, в котором Дмитрий меня отравил.

Денис сидел молча, еще не решил, как реагировать.

– Да-да, не смейтесь!

– Не собираюсь я смеяться, Вероника. Какую почву может иметь ваш сон в реальности?

– Я знаю, я чувствую, – с нажимом и какой-то новой интонацией произнесла она, – он хочет от меня избавиться!

– Он ведь уже это сделал, – напомнил Денис.

– В физическом смысле. Я уверена, что он меня отравит или сделает что-то другое… Мне необходима ваша защита!

Денис почесал голову. Он даже несколько растерялся, хотя решать подобные проблемы – это и была его профессия. Но проблемы, существующие наяву. А здесь как быть? Экс-поклонник – отравитель? Вроде обычно агрессивны бывают отвергнутые поклонники, а не те, которые сами сделали ноги.

– Понимаете, Вероника…

– Зовите меня Ника, – перебила она.

– Понимаете, Ника, это неоднозначная ситуация. По-честному, вам нужно обратиться в милицию.

– Что я, не знаю, как у нас в органах работают!..

Денис остановил ее движением руки:

– Не обобщайте раньше времени. Тем более что все равно в милицию вам идти не с чем, там вас высмеют, хоть денег за это и не возьмут. Никаких ведь оснований материалистического характера, чтобы утверждать, что вы видите угрозу своей жизни со стороны господина Макарова, не имеется, я правильно понял?

Она кивнула, и вдруг из синих глаз разом выкатились две слезы и медленно поползли параллельным курсом. При этом лицо ее оставалось абсолютно спокойно, ни одна черточка не искривилась. Денис как завороженный смотрел на эти две капли и вдруг почувствовал непреодолимое желание вытереть их. Ведьма она, что ли?

Через несколько секунд он все же взял себя в руки и сказал немного осипшим голосом:

– Я могу приставить к вам своего сотрудника, который будет контролировать все внешние движения вокруг вас. Но это трудно и на сто процентов вряд ли выполнимо, тем более если злоумышленник… если потенциальный злоумышленник захочет воспользоваться каким-нибудь изощренным способом…

– Я… я вас не понимаю, – прошептала Ника-Вероника, приближая к нему лицо.

– Ну, – пробормотал Денис, – если Макаров или кто-то другой, им нанятый, правда захочет вас отравить, то как же я или мои люди об этом вовремя узна… – Денис не смог закончить фразу по чисто техническим причинам.

В офисе, кроме их двоих, никого не было. Филя копался в «фольксвагене», на котором пока что ездил директор «Глории», недовольный коробкой переключения скоростей.

Вероника упала на диван, и Денис так и не понял, то ли это он ее толкнул, то ли она сама его притянула. И время остановилось…

Полчаса спустя, приглаживая в душевой мокрые волосы, он напряженно смотрел на себя в зеркало, а в голове вертелась нехитрая в общем-то мысль: секс с клиенткой! Что может быть непрофессиональней?! Он вернулся в кабинет. Балерина сидела вроде бы расслабленно, а с другой стороны, спина ее была идеально ровна, нормальному человеку такое недоступно. Она смотрела прямо перед собой и сказала, не глядя на Дениса, будто возобновляя минуту назад прерванный разговор:

– К тому же нас с Макаровым связывает ряд деловых проектов, касающихся моих выступлений. Он неожиданно и без всяких объяснений прервал их финансирование. Во всем, что касается финансов, господин Макаров – человек скрупулезно-педантичный и в высшей степени обязательный. Даже если он по каким-то причинам решил бы выйти из игры, то предоставил бы необходимые объяснения – если не мне, то моему коммерческому директору. Но это не было сделано. Если вас, Денис, устроит такое объяснение его агрессии по отношению ко мне, то – пожалуйста, мне все равно, по какой причине вы меня защитите.

Умница, подумал Денис и с немалым облегчением тоже перешел на официальный тон:

– И какие услуги вы хотели бы получить в нашем детективном агентстве?

– Я хочу, чтобы вы разобрались в этой ситуации и объяснили мне причины поведения Димы… то есть господина Макарова. Наверняка для этого придется за ним наблюдать, ну и использовать те методы, которыми вы в совершенстве владеете, по свидетельству Гордеева.

– Хорошо, вот наши расценки. – Денис протянул Кутилиной прайс-лист частного охранного предприятия «Глория». – Но хочу вас предупредить, что в нестандартной ситуации…

Она даже не стала брать в руки документ, протянутый частным сыщиком:

– Ах, оставьте! Моя ситуация требует совершенно особого отношения, и именно за это особое отношение я готова платить. Надеюсь, что такая сумма гонорара вас устроит? – Она быстрым росчерком золотого «монблана» написала цифру на листочке бумаги и протянула его Денису. Сумма обозначенного гонорара на порядок превышала их обычные расценки. Кутилина оценила выражение его лица и заявила: – Вот и замечательно. Начинайте собирать информацию. Вам же потребуется какое-то время, чтобы войти в курс дела. Да и наш балетный мир имеет свою специфику, с ней надо познакомиться. Через неделю свяжитесь со мной и расскажите, как продвигается дело. Вот аванс. – На стол лег конверт.

По-прежнему исключительно прямо держа спину, она поднялась с дивана и покинула кабинет Дениса так, будто ее сопровождал гром аплодисментов, абсолютно уверенная в своей неотразимости. А впрочем, ведь так оно и было.

В опустевшей комнате чувствовался аромат ее пряных духов. Перед Денисом лежал пухлый конверт с купюрами, но он рассматривал визитку Кутилиной, которую она достала из ридикюля вместе с деньгами. Вычурный логотип «Вероника» со стилизацией под старинную каллиграфическую вязь. Этот логотип можно было встретить на афишах, расклеенных по всему городу, и на открытках fly cards, которые бесплатно раздавались во всех модных кафе и ресторанах. Ниже простым, рациональным шрифтом значилось: «Вероника Кутилина, балерина», а также номера телефонов, адрес электронной почты и сайта в Интернете.

И что теперь с этой фифой делать? – задумался Денис. А также с ее сбежавшим ухажером? Ладно, надо заняться балетным ликбезом, решил он и полез в Интернет за общей информацией. Обычно эти функции исполнял компьютерный монстр Макс, но Макса нынче не было в «Глории»: вчера счастливчик улетел на Черное море и сейчас уже был где-то между Гурзуфом и Алуштой. А точнее, не на море, а в море, потому что, когда они говорили последний раз, Макс, не расстававшийся со своим мобильным телефоном (специальная водонепроницаемая модель), готовился совершить грандиозный заплыв метров на десять.

За четверть часа Денис сделал подборку отзывов о творческой судьбе Кутилиной из самых разных изданий. Оказалось, что большинство рецензий были весьма хвалебными и даже написаны словно одним автором. Означать это могло либо то, что статьи были заказные (Денис знал, что у журналистов это называется «джинса» – проплаченная скрытая реклама), либо то, что их писал… один и тот же человек. Впрочем, одно не исключало другое. Почему-то о значительно более успешных звездах балета типа Нины Ананиашвили или Ульяны Лопаткиной в столичной прессе достаточно резких отзывов встречалось значительно больше, чем о Веронике Кутилиной.

А почему это, задумался Денис. Может, потому, что большинство театральных и балетных критиков воспитываются в своих серпентариях и свежему человеку с непривычки тяжело разобраться в этом клубке змей? очень может быть.

Денис вспомнил старинный анекдот про зависть балерин к успеху друг друга. «Неужели балерина может пожелать другой балерине сломать ногу, растянуть связку, упасть с поддержки? Да что вы! Никогда… Такое просто невозможно… Балерина может пожелать другой балерине только… смерти!!!»

Ага, а есть ли у нашей красавицы соперницы? И на сцене, и в любви? Впрочем, если речь идет о солидных пожертвованиях воздыхателей-балетоманов, то, вполне вероятно, борьба за богатых поклонников идет жесткая.

Денису надоело разбираться с балетными сплетнями в сети, и он решил обратиться к одной знакомой старушке благородных кровей, которая помнила выступления чуть ли не самой Анны Павловой и до сих пор сохраняла живой интерес к событиям в балетном мире. Жила она в доме для работников искусств на Тверской, потому что ее последний муж, почивший уже лет пятнадцать тому назад, был заслуженным балетмейстером. Бодрая же Анастасия Аполлинарьевна до сих пор посещала все премьеры в Большом театре.

Знакомство было с одной стороны случайным, с другой – символическим. У старушки был сосед, Эммануил Степанович Сазонов – известнейший в профессиональной среде специалист по созданию – не фотороботов, нет, – уникальных настоящих портретов со слов свидетелей, совершенно незаменимый человек в МУРе. У Анастасии Аполлинарьевны однажды весной исчезла кошка, точнее, кот, тринадцатилетний огромный перс, никогда не покидавший пределов квартиры, и Сазонов посоветовал обратиться к помощи молодого частного сыщика. Денису повезло. К некоторому собственному изумлению, он кота нашел (мерзавец забрался на чердак, а назад отчего-то дорогу забыл) и со старушкой подружился.

Итак, он созвонился с завзятой театралкой и был к вечеру приглашен на чай. Конфеты покупать было нельзя (Анастасия Аполлинарьевна берегла фигуру и не позволяла себе ни кусочка шоколада!), а вот экзотические фрукты обожала, и Денис, уже стоя перед ее домом, полчаса выбирал спелый ананас, нажимая на его «черепашьи» клеточки: если поддавались легко и отступали, тут же возвращаясь на место, значит, самое время быть ему съеденным.

А потом еще раз перезвонил Гордееву и сдержанно поблагодарил за клиентку.

– Ты не очень-то любишь балет, верно? – ухмыльнулся в трубку Гордеев.

– Да как сказать… Мне, в общем-то, все равно. Я слышал, что есть только два извращения, и отнюдь не сексуальные, – хоккей на траве и балет на льду.

– Это Фаина Раневская сказала, – немедленно сообщил эрудит Гордеев. – Но Кутилина к балету на льду никакого отношения не имеет, не вздумай при ней что-нибудь такое ляпнуть.

Едва Денис положил трубку, позвонил дядя. Он интересовался судьбой пропавшего джипа.

– Не пропавшего, а угнанного, – поправил Денис.

– Один черт, – сказал Вячеслав Иванович. – Пропавший – это и есть угнанный. Мы когда-то в МУРе проводили эксперимент…

– Знаю-знаю, наслышан.

– Ну так что, имеются новости?

– Имеются. У меня появилась клиентка. Балерина.

– Я про машину говорю.

– И я про машину. Заработаем на новую.

– Понятно, – вздохнул дядя и отключился.

3

В половине седьмого Грязнов-младший сидел в гостиной у пожилой дамы и угощался ароматным травяным чаем.

– Так вы, голубчик, заинтересовались балетом? Жаль, что вас не приобщали к искусству с младых ногтей. Ваши родители все-таки кое-что упустили в вашем эстетическом воспитании, молодой человек, разве что Конан Дойля вас читать заставляли, сознайтесь? – Она лукаво погрозила пальчиком.

Денис внутренне вздохнул. Это была неизбежная прелюдия. Наконец чай был выпит, приличия соблюдены.

– Понимаете, Анастасия Аполлинарьевна, мы по работе столкнулись с балериной Кутилиной.

– Вероника Кутилина? Балерина? – Голос хозяйки стал негодующим: – Только совершенно невежественные люди могут считать ее настоящей балериной!

Это было настолько неожиданно, что Денис даже растерялся.

– Но она же… танцует на этих… на пуантах… В пачке… В Большом театре Одетту-Одиллию в «Лебедином озере» исполняет, – замямлил Денис.

– Голубчик, Большой театр последние годы в крайне запущенном состоянии. Это наша боль и наш позор. К счастью, хоть петербуржцы молодцы и держат русский балет на высоте. Только в столь скорбные времена для русского искусства возможна ситуация, когда танцовщицы уровня Кутилиной танцуют сольные партии и считаются звездами русского балета. Но знатоки ее, конечно, балериной не считают. К балету ее творчество имеет весьма опосредованное отношение.

– Подождите, но как же ее популярность? – заволновался Денис. – Она же полный концертный зал «Россия» на свои бенефисы собирает. Не у каждого эстрадного певца там аншлаги.

– Вот, молодой человек, совершенно верное замечание – эстрадный певец! Именно! Кутилина устраивает эстрадное шоу, используя для этого отдельные элементы классической хореографии. По большому счету, у нее, конечно, есть некоторые способности. Но для того чтобы блистать в «Мулен Руж» или «Крейзи Хорс», а не в Большом театре. Там как раз такие девушки и нужны – высокие, красивые, сексуальные, с хорошей хореографической подготовкой.

– Но она же танцевала сольные партии в лучших театрах мира – в Лондоне, Париже, кажется…

– И ни один театр мира с ней контракт не продлил, кстати. На Западе уже давно освоили классическую русскую школу и прекрасно видят, когда девочка, которую нельзя пускать дальше третьей линии в кордебалете, пытается изображать из себя настоящую балерину. Впрочем, некоторые люди, и их совсем немало, Толю Ваксина тоже считают оперным певцом, хотя его тембр абсолютно непригоден для оперы.

– К черту Ваксина, – забыл о приличиях Денис. – Но как же восторженные рецензии в прессе? Их ведь настоящие балетные критики пишут?

– В России, голубчик, сегодня за деньги напишут все, что угодно. Те же журналисты могут разгромить выступление Фаруха Рузиматова, назвав его танцовщиком для «Лидо», или Ульяны Лопаткиной, прикрепив ярлык «средненькой» балерины. А это не просто выдающиеся мастера, это ВЕЛИКИЕ балетные артисты. Рузиматов – это Нуреев сегодня, а Улечка продолжает линию «белых» лебедей Павловой, Улановой. Немногих можно сравнить с ними.

– То есть вы хотите сказать, что Вероника Кутилина без мощной рекламной поддержки, без концертов по телевидению, без обложек глянцевых журналов, без афиш, расклеенных по всему городу, и без проплаченных рецензий – ноль без палочки?

Тут почтенная дама вдруг пошла на попятную:

– Ну я бы не стала выражаться столь резко. Ее неплохо выучили в нашем училище, хотя у нее данные были очень средненькие. Ни шага, ни прыжка. Правда, иногда бывает, что детки с весьма средними исходными данными творят чудеса, а те, кто был щедро наделен природой, полностью разменивают свой талант. Но для этого нужен истинный фанатизм, и если хотите – подвижничество, а Ника Кутилина – совсем не из тех деток, одержимых балетом. – Тут хозяйка задумалась. – Послушайте, Денис, вас действительно интересует эта девочка во всех подробностях?

– Да, Анастасия Аполлинарьевна, именно так, – закивал Грязнов-младший.

– Хотите, я к нам на чай приглашу Елизавету Аркадьевну, она учила девочек все годы их учебы в училище Большого театра.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23

Поделиться ссылкой на выделенное