Фридрих Незнанский.

Осужден и забыт

(страница 3 из 24)

скачать книгу бесплатно

Мамед кивнул в сторону купюр, все еще лежащих на капоте.

Петя покачал головой:

– Не могу, Мамед. Это все, что я зарабо…

Конец монтировки стукнул по лобовому стеклу. Петя понял, что торговаться бессмысленно. Злость стиснула грудную клетку и поднялась выше, к горлу.

– Яхшы, гардаш [6]6
  Хорошо, брат (азерб.).


[Закрыть]
. Договорились. – Мамед улыбнулся и сделал знак своим, чтобы они забрали оставшиеся деньги.

Петя с болью в сердце проследил, как его деньги без остатка перекочевали в карман Мамеда.

– Ладно. Езжай в Шереметьево, там найдешь Акифа. Его все знают. Скажешь, от меня. Он поможет.

Мамед отвернулся и, сделав знак своим, пошел в сторону вокзала. А Пете Адоскину ничего не оставалось, как, кляня все на свете, завести свою «волжанку» с намерением ехать в сторону Шереметьева.

– Эй, стой! – вдруг услышал он крик Мамеда.

Петя затормозил. Мамед подошел, открыл дверь и сел на переднее сиденье.

– Поеду с тобой. Все равно по дороге.

Меньше всего Пете Адоскину хотелось, чтобы Мамед, который две минуты назад фактически ограбил его, ехал с ним в машине. Но пришлось проглотить и это…

Мамед развалился в кресле и закурил сигарету.

– Ну что, брат, тяжело живется?

Петя кивнул. Разговаривать ему совершенно не хотелось. Он вел машину по Садовому в сторону Маяковки.

– Да, – задумчиво сказал Мамед, – у всех сейчас жизнь тяжелая. Кому легко? Ты думаешь, мне хорошо?

Он покачал головой.

– Нет. Ошибаешься. Знаешь, сколько работать приходится? Ишачу как амбал.

Петя посмотрел на часы. Было около пяти. Скоро начнет темнеть. А у него в кармане гуляет ветер.

– Целый день крутишься, крутишься, крутишься… – продолжал Мамед. – Тому дай, этому дай, милиции дай…

Петя свернул на Тверскую-Ямскую и поехал в сторону Ленинградского шоссе.

– …На кусок хлеба не хватает, клянусь, честное слово… – сказал Мамед, закуривая новую сигарету.

Желтый металл увесистой печатки на мизинце Мамеда тускло сверкнул в свете уличного фонаря. Петя хмыкнул:

– Если тебе так плохо живется, почему на другую работу не идешь?

Мамед улыбнулся. Видимо, ему такая мысль в голову не приходила.

Петя вел машину, и постепенно, слушая разглагольствования Мамеда, у него внутри поднималась злоба. Ешкин кот, ну ведь он только что забрал все твои деньги! Ты мужчина или нет, Петр Адоскин? Неужели ты не можешь защититься от этого мудака?

За окном промелькнуло метро «Речной вокзал». Петя смотрел на дорогу, и у него в голове зрела мысль. Он опустил руку под сиденье и нащупал холодную сталь монтировки – универсального оружия водителя.

– Да-а, – протянул ничего не подозревающий Мамед, – а у нас еще тепло.

Хурма растет, инжир… Хорошо! Ты куда?

Последняя фраза была реакция на то, что Петя внезапно свернул на узкий проселок.

– Воды набрать надо, – негромко сказал Петя первое, что пришло в голову.

– Почему около крана не остановился? – заволновался Мамед. – Э-э, мне срочно в аэропорт нужно. Давай сворачивай обратно.

– Сейчас, Мамед, воды только наберу, – твердил свое Петя.

Он остановил машину у небольшой рощицы.

– Ара, ты мне мозги не делай! – Мамед явно чувствовал неладное. – Где ты здесь воду увидел?!

– Там, – махнул рукой в неопределенном направлении Петя, между тем доставая монтировку из-под сиденья.

Мамед, увидев железяку, побледнел. И попытался открыть дверь. Но крепкая шоферская рука Пети Адоскина остановила его.

– Тебе чего надо? – заскулил Мамед. – Ты что задумал?

– Отдай мои деньги, – негромко сказал Петя.

Мамед без лишних разговоров достал из кармана ворох бумажек и протянул его Пете.

– На, возьми. Там не только твои.

Петя взял деньги и отпустил Мамеда.

– А теперь иди пешком.

Мамед понял, что опасность миновала, открыл дверь и с улыбкой проговорил:

– Ну смотри, Петя, я тебя запомню. Ты в Москве больше работать не будешь. Это я сказал.

Петя рванул машину с места и через минуту выехал на шоссе. Только тут он собрался с мыслями. В сущности, чего он добился? Нажил себе еще одного врага. Мамед теперь действительно будет преследовать его при каждом удобном случае. Впору менять профессию.

Конечно, некоторая часть самых лихих московских таксистов не подчинялась никаким бандам, не платила дань. Но их работа больше напоминала вылазку партизан в тыл врага. Все время надо уворачиваться от «контролеров», стараться, чтобы тебя не заметили, а то и уходить от погонь. Пете Адоскину такая перспектива не нравилась. Но сделанного не воротишь. Теперь или воюй, или переквалифицируйся в управдомы.

Между тем Петя вел машину в сторону Шереметьева. Уже показались темно-серые кубы здания аэропорта.

Петя решил ехать. В конце концов, надо же когда-то начинать воевать!

Ему повезло. Пассажира Петя нашел почти сразу. Стоило его «волжанке» подъехать к автоматическим стеклянным дверям, как оттуда неторопливо вышел человек среднего роста, в хорошем костюме, плаще, с дорожной сумкой в руке. К пассажиру тут же бросились поджидающие клиентов таксисты. Но Петя оказался проворнее. Он раскрыл дверь машины прямо перед пассажиром, и тому ничего не оставалось, как сесть в нее.

Больше всего человек походил на иностранца. В нем присутствовал какой-то ненашенский лоск. Аккуратная стрижка, замечательный пестрый галстук, элегантный плащ. Он был раскован и вместе с тем вел себя как-то очень сдержанно. Короче говоря, опытный таксист Петя Адоскин сразу определил в нем выгодного клиента. Такие никогда не торгуются из-за лишнего рубля, щедро платят чаевые, но требуют, чтобы в их отношении не применяли разных таксистских приемчиков типа кружной езды. Они всегда прекрасно знают маршрут.

Хотя по поводу последнего Петя засомневался. Как-то не слишком уверенно озирался пассажир, выйдя из здания аэропорта. Складывалось впечатление, что он здесь первый раз.

Мешкать было нельзя. Краем глаза Петя уже заметил несколько силуэтов людей, которые, скорее всего, были подручными Акифа, или как там его назвал Мамед. Чем быстрее уберешься отсюда, тем лучше.

Петя ловко вырулил в почти сплошном потоке машин, миновал эстакаду и только тут спросил:

– Куда едем?

Пассажир сделал задумчивое лицо:

– В гостиницу. В этот… в «Метрополь».

Точно иностранец, подумал Петя, обратив внимание на заметный акцент в его речи. Впрочем, внешность у пассажира была вполне славянской.

В конце концов, какая разница! Клиент как клиент. Петя выехал на шоссе и покатил в сторону Москвы. Настроение сразу улучшилось. Если человек едет в «Метрополь», ну даже, может быть, и не с целью там жить, все равно деньги, скорее всего, у него водятся.

Клиент вынул пачку сигарет и щелкнул золотистой зажигалкой. Приоткрыл окошко. При этом не сразу нашел ручку для опускания стекла. Опять же это выдавало иностранца. Ну какой, скажите на милость, русский человек незнаком с расположением рукояток в родной «Волге»?

Петя не мудрствуя лукаво бодрым голосом спросил:

– Иностранец?

Клиент пожал плечами:

– Ну, в общем, да.

– Откуда?

– Из Америки.

Петя одобрительно закивал:

– Хорошо там у вас?

– Неплохо.

– А сам-то эмигрант, что ли?

– Да, эмигрант, – попыхивая ароматной сигаретой, отвечал пассажир.

– Давно уехал?

– Давно…

– Ну и как, нравится?..

Петя вел машину, между делом поддерживая с пассажиром обычный таксистский разговор о том о сем. Петя болтал, пока не заметил, что пассажир как-то странно поглядывает в зеркало заднего вида. И следующий Петин вопрос он оборвал:

– Сверни-ка куда-нибудь.

Петя покровительственно усмехнулся:

– Куда это свернуть, командир? Здесь одна дорога.

– Неважно, – сказал пассажир, – сверни.

Есть такой тип пассажиров, который не любят таксисты. Это клиенты, которые считают себя умнее водителя и постоянно дают советы по поводу того, куда и как ехать. Особенно ретивые пытаются участвовать даже в процессе вождения, постоянно советуя – «переключи на вторую», «перестраивайся», «обгоняй» и так далее. Эти советы страшно раздражают таксистов.

Петя аж посерел, услышав от пассажира требование свернуть. Он посмотрел на клиента осуждающим взглядом и процедил:

– Тебе в «Метрополь»? Так я туда и еду. А если свернуть, мы попадем в Химки. Ты скажи, может, тебе туда и надо?

Тревога на лице пассажира, однако, становилась все более заметной. Петя проследил за его взглядом. В зеркале заднего вида маячил черный джип. Марку разглядеть было трудно, да и незачем. Петя вспомнил, что еще в аэропорту заметил эту машину. А может, не эту? Джипов сейчас развелось как собак нерезаных…

– Это что, за тобой, что ли? – поинтересовался бывалый Петя. А сам с тоской подумал: «Только этого мне не хватало. Вот так – с виду приличный человек, а на самом деле бандит!»

– Сверни куда-нибудь! – почти крикнул пассажир и даже потянулся к рулю. Этого Петя вытерпеть не мог. Он решил от греха подальше послушаться пассажира. Да вот беда, как назло, ни одного поворота.

– Сейчас, сейчас, – сказал Петя, – видишь, нет поворота. Как только будет поворот, сразу сверну.

Метров через сто справа показался проселок. Петя резко свернул. По днищу застучали камешки. Вскоре джип снова замаячил в зеркале заднего вида.

Пете происходящее нравилось все меньше и меньше. Наживать себе на задницу дополнительные неприятности к тем, что уже имелись, нет уж, увольте.

Джип приближался.

– Ну вот что, командир, – начал он, – я в догонялки играть не буду. Себе дороже.

Пассажир, ни слова не говоря, полез во внутренний карман и достал бумажник.

– Вот двести долларов. Получишь, если уйдем от них.

Петя покачал головой.

Пассажир прибавил еще сотню.

Тут Петя заметил, что за джипом едет еще одна машина. Это была красная «девятка». А за рулем… Разобрать было трудно, но Петя узнал эту машину. «Девятка» принадлежала Мамеду. Судя по всему, горячий кавказец все-таки решил отомстить таксисту. В машине, судя по всему, сидело несколько человек.

Теперь у самого Пети появилась необходимость уходить от погони.

– Ладно, давай деньги, – небрежно сказал он, забирая ассигнации у пассажира. Таксист никогда не должен терять присутствия духа. Особенно если это касается денег.

– Ну, – решительно перехватив руль, произнес он, – давай, родимая!

Раздумывать было некогда. Он почувствовал себя гонщиком «Формулы-1». Каким-нибудь Шумахером.

Петя переключил скорость и вжал в пол педаль акселератора. Взревел мотор, и «Волга» стремительно понеслась по проселку. Стрелка на спидометре прыгнула к отметке «120». Камешки как сумасшедшие барабанили по днищу.

Расстояние между ними и джипом резко увеличилось. «Девятка» вообще скрылась за поворотом.

По сторонам дороги проносились шикарные дома одного из элитных коттеджных поселков. Хотя вряд ли в ближнем Подмосковье остались поселки, которые можно было бы назвать не элитными.

Пассажир сидел вжавшись в кресло и не отрываясь глядел в зеркало заднего вида.

Джип снова стал приближаться. Его мощный мотор наверняка мог дать большую фору двигателю Петиной «Волги».

«Если так пойдет и дальше, – подумал Петя, – они скоро нас догонят. И тогда… Тогда, Петр, тебе эти триста долларов не пригодятся…»

В кабине джипа можно было разглядеть только один силуэт.

– А может, наоборот, остановимся и потолкуем? – предложил Петя своему пассажиру. – Все-таки он один, а нас двое.

Тот отрицательно покачал головой. И ничего не ответил.

– Ну нет так нет. Попробуем уйти.

Джип подскакивал на ухабах и мало-помалу нагонял «Волгу». У Пети засосало под ложечкой. Если ничего не произойдет, ну, например, не лопнет баллон у джипа, преследователь догонит их. И совсем скоро.

«Хорошо еще, встречных машин нет, – промелькнула мысль в голове у Пети, – иначе капец…»

– А чего он хочет? – спросил Петя просто для того, чтобы сказать хоть что-нибудь.

Пассажир печально улыбнулся и снова промолчал.

Впереди, совсем рядом, показалась какая-то дорогая машина, кажется «БМВ». Ничего не подозревающий шофер шарахнулся в сторону от мчащейся с бешеной скоростью «Волги». Петя крутанул руль, и его чуть не занесло в сторону. По спине пробежал холодок: крепкий добротный бетонный забор, который тянулся параллельно дороге, не оставил бы никаких надежд. Передок «Волги» превратился бы в лепешку. Вместе с пассажирами.

А вот с джипом встречной машине повезло меньше. Преследователь все-таки задел крыло «БМВ», она крутанулась, встала перпендикулярно и замерла. Джип, сделав неширокую дугу, вернулся на дорогу.

Между тем машина Мамеда куда-то подевалась. «Хоть это радует», – подумал Петя.

Однако расслабляться было нельзя. Судя по выражению лица пассажира, опасность, исходящая от водителя джипа, была нешуточной. А джип приближался. Петя даже сумел разглядеть лицо преследователя – смурная рожа, стальной взгляд, светлые волосы, короткая стрижка, усы…

Проселок петлял как горный ручеек. Поселки кончились, за грязным стеклом проносились поля и перелески. Убогие, почерневшие от дождей деревенские сараи, проржавевшие насквозь железяки, некогда бывшие деталями каких-то сельскохозяйственных машин.

Петя вспомнил юность, когда он, еще начинающий шофер, участвовал в ралли на идеально подходящих для этого дорогах Подмосковья. Помнится, несколько участников из соцстран – Болгарии, Чехословакии и Польши – не выдержали нашего полного, даже по меркам ралли, бездорожья, сошли с трассы. А наши – ничего. Добрели на хилых «Москвичах» и «Ладах».

Руль приходилось постоянно вертеть то вправо, то влево. Между тем дорога становилась все хуже. То и дело попадались «ловушки» – залитые дождевой водой ямы в глубоких колеях. Каждый водитель знает, что дно у таких ям состоит из мягкой маслянистой глины. Если попал колесом в нее – пиши пропало. Без бульдозера не выберешься.

Петя ловко лавировал, не попадая колесами в глубокие колеи. Оставалось надеяться, что водитель джипа попадет в «ловушку». Но тот, по всей видимости, тоже был не промах. Так что погоня продолжалась.

– Ты че, им деньги должен? – спросил Петя пассажира.

Тот засопел, потом отрицательно помотал головой:

– Да нет…

– А палить он не начнет? – задал Петя вопрос, который мучил его с самого начала этой сумасшедшей погони.

– Может, – дал пассажир неутешительный ответ.

– Ёпсть! – выругался Петя. – Только этого мне не хватало!

Вдруг джип стал стремительно отставать. Видно было плохо, но судя по всему, он таки застрял! А через несколько секунд его забрызганный грязью радиатор скрылся за поворотом. Петя мысленно поздравил себя. И тут же побледнел.

Метрах в десяти на дорогу выскочила машина. Ярко-красное пятно на фоне серого осеннего пейзажа. Это была «девятка» Мамеда! Видно, он решил перехватить Петю и какими-то окольными путями срезал дорогу.

Петя как в замедленной съемке увидел – красная машина тормозит прямо поперек дороги, открывается дверь, оттуда появляется нога… Эта нога, по всей видимости, принадлежит Мамеду…

Оглушительный удар. Лобовое стекло, вмиг превратившись в миллион хрустальных брызг, разлетелось во все стороны. Рулевое колесо неотвратимо надвигается на грудь и давит, давит… Брызги крови… Лоскут черной кожи – видно, от куртки Мамеда… Веер разлетевшихся сторублевок… Стало трудно, а потом и невозможно дышать… Перед тем как все погрузилось во тьму, Петя чуть повернул голову. Пассажира не было.


Через полтора часа на обочину Ленинградского шоссе вышел человек. Он был хорошо одет, однако нижняя часть его дорогих брюк представляла собой сплошное месиво из светло-коричневой глины. В таком же плачевном состоянии были его туфли.

Он поднял руку, и тотчас же возле него остановился частник на «Жигулях».

Ни слова не говоря, человек сел на заднее сиденье:

– В центр. Гостиница «Метрополь».

4

Согласитесь, это странно – клиенты специально едут в Сочи, разыскивают меня, когда в Москве адвокатов пруд пруди. Спасибо Грязнову, удружил. Когда братья Михайловы сказали, что приехали сюда специально для того, чтобы встретиться со мной, я себя зауважал – в первый раз за это утро.

Через полминуты после того, как удалилась горничная, в дверь снова постучали. Это оказалась официантка, которая принесла завтрак на три персоны.

– Но я не зака… – попытался протестовать я, но старший Михайлов спокойно вынул из кармана пухлое портмоне и расплатился. Замечу, этим завтраком не побрезговала бы сама королева Англии. Отдельно в мой номер вкатили маленький столик с напитками.

– Ну что, – сказал Константин Михайлов, – давайте подкрепимся (мы только с дороги) и попутно поговорим о деле.

Я кивнул. Перспектива подкрепиться оказалась как нельзя кстати, учитывая мое катастрофическое материальное положение. Ведь каждому известно, что пустой кошелек – это непременно пустой желудок. Узнав о своей неожиданной неплатежеспособности, я уже начал ощущать голодные позывы желудка, несмотря на отвращение ко всему съестному, вызванное похмельным синдромом. Скажете, я противоречу сам себе? Ничуть не бывало. Вы когда-нибудь видели, какое количество еды люди поглощают на пляжах и в поездах? А между тем купаться с набитым желудком абсолютно некомфортно. А в поезде укачивает, и переедание там тоже совершенно не к месту. Словом, когда дело касается пищи, логика отходит на второй план…

Впрочем, я отвлекся. Итак, передо мной стоял замечательный завтрак, за который я тотчас же принялся.

Братья съели по бутерброду с икрой, а потом налили себе коньяку (между прочим, настоящий «Камю») и принялись наблюдать за тем, как я поглощаю деликатесы, которыми был уставлен столик.

– Выпьете что-нибудь? – нарушил молчание старший брат.

Мысль о любой алкоголесодержащей жидкости, исключая, пожалуй, только валерьянку, вызывала у меня отвращение, граничащее с ненавистью. Кроме того, реакция организма последовала немедленно, и бутерброд с прозрачным ломтиком янтарного балыка, который я только что отправил в желудок, чуть было не восстановил свое статус-кво на тарелке в несколько измененном виде.

– Нет, спасибо, – пробурчал я, вытирая рот салфеткой, – я, пожалуй, минеральной воды выпью…

Утолив голод, я должен был поинтересоваться, зачем все-таки Грязнов послал этих двух молодцов в такую даль. Должна же быть какая-то причина! Стоило мне открыть рот, чтобы задать прямой вопрос, как старший брат опередил меня:

– Вячеслав Иванович порекомендовал вас как весьма квалифицированного адвоката.

– Спасибо, – отреагировал я.

– Кроме того, важным качеством, которым вы обладаете, Грязнов назвал знакомство с тонкостями следственной работы. Вы ведь работали следователем Генеральной прокуратуры?

– Да, работал.

– Ну вот, – улыбнулся Константин Михайлов, – это именно то, что нам нужно.

Внезапно я вспомнил, что о факте моего отъезда было известно, пожалуй, только… только Славину. В целях конспирации (чтобы не прознала Лена Бирюкова: от озлобленной женщины можно ждать многого, и даже еще больше) я не сказал никому ничего. А с Грязновым мы не созванивались больше месяца. И как же, скажите на милость, меня нашли эти братья?

– Конечно, – будто бы прочитав мои мысли, продолжил Константин Михайлов, – нам пришлось приложить определенные усилия для того, чтобы найти вас. И они, как видите, увенчались успехом.

– Славин раскололся?

Михайлов кивнул.

– Ну хорошо, – взял я быка за рога, – и что у вас ко мне за дело настолько срочное, что вы не могли подождать моего возвращения в Москву?

Братья посерьезнели и придвинулись к столу. Младший вынул из кармана – что бы вы думали? Настоящую сигару в алюминиевой трубке с завинчивающимся концом, изящными пальцами вынул ее оттуда, достал из кармана позолоченную гильотинку, обрезал кончик, сунул сигару в рот и поджег ее, щелкнув зажигалкой. Я так подробно описал все действия Владислава Михайлова потому, что и я, и его старший брат наблюдали все эти стадии. Константин с неодобрением, а я просто с интересом. Нечасто все-таки приходится наблюдать курильщика сигар. Последний раз я видел, как курили сигару, по телевизору. Это был циркач Гнеушев.

Между тем младший Михайлов, попыхивая коричневой штуковиной, совершенно невинно воззрился на нас. Константин укоризненно покачал головой:

– Эх, Слава, не доведет тебя до добра твоя Америка…

Затем он повернулся ко мне и продолжил:

– Вы правы, Юрий Петрович. Дело действительно очень срочное. Вернее, оно стало таким совсем недавно. Поэтому нам и понадобился адвокат. Причем такой, который имел бы опыт следственной работы.

Он вынул из кармана обычные сигареты и тоже закурил.

– Я думаю, лучше будет, если об этом вам расскажет Слава.

– Почему это я? – запротестовал брат.

– Потому что, – терпеливо объяснил Константин, – начало событий связано именно с тобой.

– Ну хорошо.

Он повернулся ко мне и начал:

– Как уже сказал Костя, мы с ним родные братья. Правда, уже много лет мы живем в разных странах. Костя в России, я в Соединенных Штатах… Да и регулярно контактировать мы стали только недавно. Года полтора назад. Но дело не в этом.

Он говорил с заметным акцентом: эмигранты, которые много лет прожили в других странах, имеют акцент гораздо слабее. Владислав Михайлов говорил так, словно он родился не в России. Так оно и оказалось позже.

– Все дело в нашем отце, – продолжал младший Михайлов. – Он был полковником КГБ, разведчиком-нелегалом. Много лет он провел за границей, а потом был осужден как изменник Родины.

С его сигары прямо на пол упал толстенький столбик пепла. Владислав Михайлов не обратил на это ровно никакого внимания и продолжил рассказ.

– Конечно, мы знали о нашем отце, несмотря на то что наша мать погибла в Южной Америке до того, как отец был вызван в Советский Союз и осужден. В подробностях историю мы не знали, но в общих чертах… Однако примерно год назад я получил письмо. Вот его копия.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24

Поделиться ссылкой на выделенное