Фридрих Незнанский.

Опоздать на казнь

(страница 2 из 23)

скачать книгу бесплатно

– Ой, ты че! Мент, что ли?! – испуганно воскликнула девушка.

– Нет, Гайка, я не мент. Я хуже… – сказал Гордеев и нажал на кнопку телефона. – Гордеев слушает!

– Юра! Ты где?!

Этот голос адвокат Гордеев узнал бы в любое время дня и ночи. Даже в состоянии клинического похмелья. Это был голос Лены Бирюковой.

– Лена, привет! Я сейчас… – он оглянулся, – плыву на белом пароходе, а ты где?

– Узнал? Юра! А я вот в Питере. И мне твоя помощь нужна… Очень. Где это ты плывешь?

– Вот совпадение-то! Я, Лена, как раз подплываю к Питеру, и где-то через час наш белый пароход причалит у гостиницы «Прибалтийская».

– Отлично! Я тебя встречу, там и поговорим. Пока!

Лена отключилась. Гордеев послушал короткие гудки, а потом сообразил: «Ленка в Питере. Я ей нужен. Вот оно. Есть. Есть, у кого денег перехватить». Юрий посмотрел на определитель и набрал высветившийся номер:

– Лена! Это снова Юра!

– Да?

– Лена, у меня к тебе просьба. Большая просьба – пойми, мне обратиться тут не к кому. Выручай! Ты же сейчас все равно подъедешь. Скажи, у тебя деньги есть?

– Есть. А что?

– Да ты понимаешь, я тут на корабле… И деньги кончились. Неожиданно, – добавил он для убедительности.

– Что? Загулял наш поручик? – усмехнулась Лена.

– Загулял, – виновато ответил Гордеев.

– Сколько нужно, чтобы вызволить ваше высокоблагородие?

– Ну долларов сто…

Тут раздался голос Гайки:

– Между прочим, сначала надо у меня спросить. Мы вчера на сто пятьдесят договаривались!

– Лена, нужно двести, – послушно повторил в трубку Гордеев.

– Хорошо, господин адвокат! Привезу я вам требуемый выкуп. Только потом обязуешься помогать мне денно и нощно. Договорились?

– Лена! Какой разговор! Когда я тебе отказывал! Да что случилось-то? Объясни толком.

– Приеду – расскажу. Извини, Гордеев, мне торопиться надо, – отрубила Лена, и Юрий снова услышал в трубке короткие гудки.


Ах, Лена, Лена… Были бы у Гордеева хоть какие знакомцы в Петербурге, не стал бы он просить денег у Лены Бирюковой – ни в жизнь. Слишком странные отношения связывали их последние несколько лет. Когда-то Юрий буквально спас ее от суда и следствия, и роман их развивался бурно и спонтанно. Было время, когда Лена чуть не женила его на себе. Благо и работали она тогда под одной крышей – все в той же юридической консультации номер десять. Но потом Лену переманил Костя Меркулов в Генпрокуратуру, где когда-то служил и Гордеев, но из которой он ушел и переквалифицировался в адвокаты. Роман их к тому времени почти иссяк, но стоило им встретиться – случайно или по делу, – как отношения возобновлялись с прежней силой. Также бурно и спонтанно. Вот только женить Гордеева на себе Лена, кажется, передумала. Ну и слава богу!

И работает сейчас Лена младшим следователем в Генпрокуратуре, распутывает дела, по большей части мелкие и несерьезные, но к собственной карьере относится ответственно, дело свое любит и знает.

Давненько уже она не обращалась к Гордееву с просьбой о помощи. Что-то и впрямь случилось неординарное. И почему же Лену откомандировали в Питер?

Глава 3

Эти четверо тронулись в путь под утро. Утро у них наступало не раньше двух часов пополудни, когда обычные граждане уже успевали пообедать.

Впереди шла толстая белобрысая деваха в ярко-желтой футболке с надписью: «Я ненавижу тебя, Билли Гейтс!»

Следом за ней упруго шагал брюнет с шальными карими, слегка раскосыми глазами.

За брюнетом безмятежно брел рыхлый парнишка в ковбойской рубахе. Несмотря на жару, его волосы были щедро набриолинены и блестели на солнце.

Замыкал процессию растрепанный светловолосый заморыш в красных ботинках, непрерывно вопрошавший: «Куда вы меня тащите, злые люди?» Ему никто не отвечал. Впрочем, никто его никуда и не тащил, он шел сам.

– В самом деле, Камушка, куда ты нас ведешь? – наконец спросил брюнет.

– На дискотеку «Песчаный карьер», – ответила деваха. – А не кажется ли вам, старший строевой сержант Крис, что Лаки уже успел дунуть?

– Очень может быть, генерал Камушка, – кивнул брюнет. – Прапорщик Лаки, что вы скажете в свое оправдание?

– Кто курил? Я курил? – ласково спросил парнишка в ковбойской рубахе. – Ну самый децл, если только. Выхожу из дома – мужики сидят. «Хочешь дунуть?» – говорят. Конечно, отвечаю, хочу, а у вас откуда? «Оттуда!» Зашли за гаражи, забили косяк, нормальные такие парни оказались, один даже рокабилли в «Мани-Хани» по субботам играет… Где-то у меня визитка его была, он меня приглашал бесплатно на их сейшн прийти… Черт, где же? Неужели посеял?

– Лаки всегда везет! – хлопнул его по плечу Крис. – Травы покурил на халяву и еще на концерт сходишь. А у меня вот вчера Динка ботинок сперла. Когда на своей подружке меня подловила. Захлопнула дверь, я дело кончил, выхожу в коридор – а ботинка и нет.

– Зачем тебе сейчас ботинки, Крис? Сейчас бы сандалии в самый раз, – сказал Лаки, который как раз в сандалиях и был.

– Дурик, там под стелькой нычка была. Двести баксов, за последнюю халтуру мне заплатили. Хотел гашиш купить – хрен мне теперь в грызло, а не гашиш.

– Шиш тебе, а не гашиш, – подал голос заморыш в красных ботинках.

– А вам, салага, права голоса никто не давал! – рявкнула Камушка. – В темпе, бойцы.

Все четверо жили на станции метро «Улица Дыбенко», но познакомились почему-то через Интернет. Каждый из них был как-то связан с этой единой сетью, опутывающей весь мир. Кто был системным администратором, кто пытался программировать или писать на компьютерную тему в разные непритязательные журнальчики «обо всем». Помимо любви к компьютерам эту компанию объединяло пристрастие к наркотикам естественного происхождения – «травке и грибочкам», как ласково называл их Крис. Он был самый старший и опытный наркоман, но у Камушки зато был громкий голос, и она всегда чуяла, где можно добыть травы и когда менты пойдут винтить народ.

Шли они по проспекту, что вел от дома Камушки в сторону леса. Солнце припекало, и на душе у каждого было легко и спокойно, только Камушка слегка икала – ее мучило перманентное похмелье. Проспект неожиданно закончился и уперся в стройплощадку. Разомлевшие от жары строители лежали под дощатым навесом и пили кефир из картонных коробочек.

– Встали – постояли! – распорядилась Камушка. – Расклад такой. Грибы поспели. Хорошие грибы, правильные. Мне об этом Сиамский сказал, а уж он-то врать мне не будет. Так что, бойцы, идем мы на дело правое. Собранное делим по справедливости. Мне четверть, Сиамскому четверть, четверть Крису, четверть Лаки с Сорхедом на двоих.

– Это почему нам четверть на двоих? Разве это честно? – тут же встрепенулся заморыш в красных ботинках.

– А будешь возникать, вообще ничего не получишь! – ущучила его Камушка. – Мал еще возникать. Строевой сержант Крис, разберитесь.

– Это мы мигом, – ответил Крис, по-кошачьи приближаясь к своей жертве. – Ну что, рядовой, будем хамить высшему руководству?

– Ну нечестно ведь! Почему Сиамскому четверть, он ведь даже с нами не пошел?

– Сиамский нам место показал, – ласково объяснил Крис. – А тебя, детка, вообще никто с собой не звал. Нечего тебе, детка, за старшими хвостом ходить. Еще научишься плохому.

– А мы его научим! – хлопнула себя по ляжкам Камушка. Звук получился гулкий – с ближайшей искореженной березы сорвались и полетели в сторону города две вороны.

– Вороны Одина знак нам подают! Хороший будет урожай на мухоморы! – обрадовался Лаки. – Чего вы с ним спорите, не хочет – пусть не идет. Давай, генерал, командуй.

– Вот так бы сразу, – важно кивнула Камушка. – За мной, бойцы. Идти нам долго – за деревню Кудрово и дальше, к песчаному карьеру. Сиамский туда ходил на днях, говорит, там этого псилоцибина – ну просто завались. В темпе, бойцы. За мной.

За стройкой раскинулся лес не лес, парк не парк, а если быть точнее – заросшая свалка. Среди чахлых кривых деревьев валялись останки автомобилей, холодильников, пылесосов, бутылки из-под пива и лимонадов разного рода покрывали землю сплошным слоем. Картина была урбанистическая и безрадостная.

– Смотрите под ноги, тут могут быть змеи, – предупредила Камушка. – Зря ты, Лаки, в сандаликах пошел на дело.

– Ну я же не знал, – беспечно пожал плечами Лаки. – К тому же, если я буду смотреть под ноги, я на змею не наступлю.

– Способный какой парень растет! – похлопал его по плечу Крис. – Дай-ка отхлебнуть.

– Отставить пьянство в отсеках! На перекур остановимся – там и бухнем! – бросила через плечо Камушка. – Если вы нажретесь у меня раньше времени, никому грибов не дам.

– Ладно, ладно. Не будем пить, – примирительно сказал Крис. – А слышали, что Энди тоже в Питер едет на пээмжэ?

– Да ты что? Это просто тенденция какая-то! – покрутил головой Лаки. – Сначала Рукин переехал, потом Нечаева, теперь вот Энди еще. Чего им в Москве не сидится? Я бы, если жил в Москве, ни за что бы в Питер не поехал. Там и культура, и деньги, и журналистам платят больше.

– Вот и езжал бы в свою Москву, журналист ты наш. А мы тут останемся, – оборвала его Камушка. – Мне вот это переселение народов тоже подозрительным кажется. Наши в Москву валят, москали сюда едут. В воздухе пахнет провокацией.

– Это антисемитские происки! – оживился Сорхед.

– Ах, оставьте эти ваши глупости, рядовой, – махнул рукой Крис. – Я вот что думаю. Москву скоро арабы будут бомбить. Это дело ясное. Москвичам об этом по-тихому сказали, вот они и валят. А чтобы не создавать паники, на место каждого москвича сажают питерца.

– Точно-точно. Все началось с президента! – радостно подхватил Лаки.


Маленький отряд миновал свалку, перешел железнодорожное полотно и вышел к деревне. По главной улице без дела шлялись хмельные местные жители. Собаки умильно заглядывали в глаза каждому прохожему – не найдется ли чего пожевать? Если пожевать ничего не находилось, они злобно лаяли вслед жадине.

– Прямо как бомжи! – заметил Крис. – У нас на Дыбенко дед один сидит, деньги просит. Нагло так просит, за ноги хватает. А если не дашь денег – он тебя такими матюгами обложит, каких у нас в армии никто даже не слышал. Жуткий дед. Я вчера не поленился, поговорил с ним по-мужски. Теперь потише будет. А нет, так я его с ноги уделаю. Делов-то.

– Городские, чего приперлись? – окликнул их нелепый вихрастый мужичок, сидевший на скамеечке возле магазина.

– Митрич, здорово! – обрадовался Лаки. – А мы вот в лес идем, воздухом дышать.

– Это вы правильно. Воздух нынче бесплатный. А мне эта сука в долг водку не отпускает. Сказал – верну, как деньги будут. Плесните, что ли, чего у вас там есть?

– Начинается, – вздохнул Сорхед, – каждого алкоголика поить – нам ничего не останется.

– Отставить, рядовой! Вольно! – рявкнула на него Камушка. – Лаки, выдели бойцу дозу. Стакан-то есть?

– Спасибо, ребятки! – просветлел лицом Митрич, извлекая из-за пазухи помятый пластиковый стаканчик. – Вот это по-христиански, по-божески, то есть. Присаживайтесь, что ли, у меня и закуска тут есть…

Из-за пазухи была извлечена сушеная рыбка, пучок лука и горбушка черного хлеба.

– Не побрезгуем! – потянулся к луку Крис.

Выпили, посидели немного.

– Встали, пошли, – скомандовала Камушка, – до карьера нам как лучше дойти?

– А вот, левее чуть возьми, там тропка будет такая. Зачем вам этот карьер? Всех чего-то на этот карьер будто черт какой тащит.

– Что-о? – взвизгнула Камушка. – Руки в ноги. То есть ноги в руки, шагом марш, бойцы. А то придем к шапочному разбору.

Бойцы повиновались. Они шли и шли по лесу, и казалось, что вожделенный карьер все никак не начнется. Закончилась водка, припасенная Лаки.

– У кого что есть еще выпить? – спросил Крис. – Ты, Сорхед, больному человеку Митричу сто грамм паршивых пожалел, а сам-то что можешь нам предложить?

– У меня только кока-кола… – растерялся тот.

– На кокаинчик пересел? – подначила его Камушка. – Богемный образ жизни? Скурвился совсем?

– Какой кокаинчик, что вы, я так…

– А то я не знаю, как ты в журнал «Современная мысль» попал. Все знают – уломал тебя Дима Бычко и согласился ты, и теперь работаешь на него. Ты только не переживай – один раз – не Логоваз, – подмигнула Камушка.

– Какой Бычко, вы что? Где я, а где Франция? Он в Москве – а я тут. И не пишу я в «Современную мысль», я теперь сисадминю в «СКЛ».

– Стало быть, обманул тебя этот жирный боров. Ну ничего, малыш, тогда расслабься и получи удовольствие, – усмехнулась Камушка.

– Кстати, мать, а как у тебя самой дела с этим, с чеченцем-то? – спросил Лаки.

– Отставить разговорчики! – помрачнела Камушка. – До цели недалеко. вперед, бойцы, нас ждет шикарный урожай.

Заброшенный песчаный карьер зарос по краям крепкими молодыми сосенками и выглядел вполне гостеприимно.

– Так. Крис – налево, Лаки – направо, Сорхед – куда-нибудь подальше, а я вас ждать здесь буду. Если кто чувствует, что потерялся, – не геройствовать. Мобилу к уху – и звоним мне. Кто первый находит грибы, мобилу опять же к уху – и оповещаем остальных. Все поняли?

– Так точно! – потянулся Крис. – У меня там, правда, оплата скоро кончается… Ну ладно, я-то и не заблужусь, но как бы Сорхеда выручать не пришлось.

– Оставьте меня! – нервно отдернулся тот. – Я сейчас такое найду, что вам и не снилось!

– Грыбочык! – поддразнил его Лаки.

– Не расслабляться! – гаркнула Камушка. – Инструкции получены? Действуйте.


Крис и Лаки, посмеиваясь, разошлись в разные стороны, заключая по дороге пари, кто из них первым найдет месторождение поганок. Сорхед решил, что он сейчас тайком от всех вернется в город, отключит мобильник и посмотрит порнографические картинки, которые накачал вчера ночью. А эти пусть поищут его, поволнуются. Впредь будут почтительнее. Да что они вообще себе позволяют? Он будущее светило технического прогресса, а они – кучка жалких наркоманов, не способных самостоятельно ни одной простенькой программы без багов написать.

Он брел и брел, думая, что скоро выйдет к деревне, а там и до стройплощадки рукой подать. Но по своей извечной рассеянности Сорхед пошел в сторону, противоположную той, откуда они пришли. Лес все не кончался, жара не спадала. Хотелось есть и пить, тут кока-кола и пригодилась! «А эти пусть сдохнут от жажды!» – мстительно подумал он.

Лес вокруг был одинаковый – сосны и березы, полянки и тропинки. Где-то далеко-далеко послышалось нежное «Ау-у!» – очевидно, Камушка прочистила свои могучие легкие и теперь собирает отряд. На боку завибрировал мобильник. Определился номер Криса.

«Ну конечно, только Крису я и нужен», – вздохнул Сорхед. Крис ему всегда нравился – подтянутый, спортивный, настоящий мачо. Девушек менял каждую неделю. Недавно отрастил себе сутенерские усики, и это было уже слишком.

Сорхеду вдруг очень захотелось увидеть его, прямо сейчас, рассказать о принципиально новом способе кодирования, над которым он тайком работает. «Но там же эта Камушка. И Лаки».

Запахло дымком откуда-то слева. «Значит, неподалеку жилье!» – сообразил Сорхед и пошел на запах. Посреди поляны, на которую он выбрался, дымилось свежее кострище. «Вот, блин, обманулся! – тоскливо сплюнул Сорхед. – Нет тут никого живого».

Никого живого там и в самом деле не было. Зато в кострище, в самом его центре, лежал обгорелый человеческий труп.

– Ма-а-а! – сорвался на визг, потом захрипел Сорхед. Трясущимися руками сорвал с пояса мобильный, набрал номер, не попадая по кнопкам. – Крис, алло! Ты слышишь меня? Я… Я заблудился, да! Тут тело, тут костер, труп в нем, иди скорее сюда, ко мне, я не знаю где, нет! Ты можешь определить? Тут костер, в нем труп. Не жрал я грибы! Нет. Крис, только скорее, пожалуйста! Костер, а рядом я. Никуда от него не уходить? Страшно же! Ну ладно, буду ждать. Только ты поскорее, а?

От голода, усталости и духоты, а также от полученного нервного потрясения Сорхед упал в обморок. Так его и нашел Крис и остальные – обгорелый труп в костре, а рядом – бесчувственное тело Сорхеда.

– Надо его с ноги уделать! Верное средство, – сказал Крис. – Ну-ка, я его сейчас…

– А жмур-то, смотри, вправду есть, – к кострищу подошла Камушка. – Валить отсюда надо, вот что я вам скажу.

– Милицию надо вызывать, – ответил Крис, пытаясь легкими оплеухами привести Сорхеда в чувство. – Сейчас звони 02 и сигнализируй.

– Мы с ума еще не сошли – с ментами связываться, – сказал Лаки. – Давай разберемся с этим придурком – и домой. Грибов не нашли, в говно какое-то вляпались. Лучше бы я дома оставался – сегодня по телику «Семнадцать мгновений весны» повторяют.

– Ты сколько раз эти «Семнадцать мгновений весны» смотрел? – одернул его Крис. – Непременно в милицию надо звонить. Вы совсем, что ли? На зону хотите? Митрич видел, что мы сюда идем. Камушка, молодец, у него еще и дорогу спросила.

– Я же не знала, что тут жмур этот.

– Не знала. Но теперь, если кто его пойдет опрашивать, он без утайки скажет, что шли мы к песчаному карьеру, и какое у тебя алиби? Мало ли, кого мы тут встретили и убили?

– Крис, да ты чего? Кого мы убили? – опешил Лаки.

– Никого мы не убили. В милицию звоните, быстро.

Камушка пожала плечами и достала из кармана мобильный.

– Алло, милиция? Тут такое дело. Обгорелый труп человека. Метро Дыбенко, лес, сразу за песчаным карьером. Тут недалеко. Ирина Камова. Тут недалеко. От песчаного карьера – немного правее. Кострище свежее.

– Ну что, поверил начальник? – спросил Лаки.

– Так поверил, что тебе и не снилось. Сейчас приедет – опрашивать нас будет. Никаких чтобы разговоров про грибы. Мы пошли в лес, чтобы водки выпить. От всех водкой пахнет, все достоверно. Один вот уже нажрался, сознание потерял.

В этот момент Сорхед открыл глаза, увидел склонившегося над ним Криса, примеривающегося для очередного удара, и сказал:

– Милый…

– Ну, за милого! – ухнул Крис и припечатал беднягу хорошим ударом в челюсть. – Готов клиент.

– Сатанисты это, – пробормотал Сорхед, не открывая глаз, – жертвы они тут приносят.

– Хоть бы сатанисты тебя прибрали! – с чувством сказала Камушка.

Помолчали.

Через некоторое время к полянке подъехал милицейский газик…


– Грибочки, говорите, промышляли? – ласково спросил один из милиционеров. – Вас мы тоже с собой возьмем. Для дачи показаний, ну и так, вообще. А где у нас клиент?

– Вон, в костре, – насупился Крис. – Обижаете, начальничек, мы тут выпивали только.

– Поговори у меня, татарская морда, – беззлобно ухмыльнулся мент.

– Да уж какая есть, – обиженно нахмурился Крис.

– А знаешь, что за такие разговорчики с твоей мордой сейчас будет? – внезапно посерьезнел мент.

– Бейте, я привычный, – ничуть не испугался Крис.

– Ладно, парень, – пошел на попятную мент. – А под деревом у вас кто? Тоже мертвый?

– Живой он. Напился только очень и разомлел, – подала голос Камушка.

– Отлично. Тело – на опознание, свидетелей – допросить, а этого – в вытрезвитель, – обернулся он к своим коллегам. – Удачный выезд. «Семнадцать мгновений весны» потом посмотрим.

Глава 4

Константин Дмитриевич Меркулов ни от кого не скрывал своего отношения к хорошему коньяку в умеренных дозах. «Выпьешь рюмку, закусишь лимончиком и чувствуешь, как очищается твоя душа, проясняется мозг, кровь начинает бежать по венам быстрее, а это в нашем возрасте так необходимо!» – говаривал он.

– В нашем возрасте, Леночка, только коньяк способен напомнить об ушедшем задоре юности!

– Да что вы, Константин Дмитриевич, вам ли прибедняться! – кокетливо улыбнулась Лена Бирюкова.

Был пасмурный, хмурый день. Казалось, что вот-вот пойдет дождь, могло даже почудиться, что он уже пошел, но нет – это просто шины проезжающих машин шуршали за окном.

– Я слышал, ты хорошо справилась с последним делом, – одобрительно кивнул Меркулов.

Лена делано смущенно опустила глаза.

– Ну-ка расскажи, – попросил Меркулов.

Последнее дело! Зловещее название. Больше подходит для какого-нибудь детективного романа. «Последнее дело Холмса», «Последнее дело Пуаро». А потом, по просьбе читателей – «Самое последнее дело Холмса». «Самое последнее-распоследнее дело Пуаро».

Последнее дело, которым занималась Лена, имело громкое и солидное неофициальное название – «Дело героинщика-рецидивиста Деревянко». Но вообще-то не было в нем ничего солидного, так, мелочовка, проходное дело. Проведено добротно, закончено в срок, но не более того. Нечем особенно гордиться, любая практикантка справится. Никаких погонь, перестрелок, перекрестных допросов. Скрупулезная кабинетная работа. Но все же Лена гордилась этим делом.


Вор-рецидивист Деревянко оказался не угрюмым отморозком-медвежатником, а худым испуганным парнишкой чуть старше двадцати. Промышлял он тем, что срывал у прохожих с поясов мобильные телефоны и немедленно скрывался с места преступления. Бегал он быстро, страх быть схваченным только подгонял, к тому же человек, с пояса которого так запросто можно сорвать мобильный телефон, обычно идет по улице, задумавшись о чем-нибудь своем, и не способен сразу осознать, что произошло. Пока он очухается, пока сообразит, в какую сторону убежал вор, того уже и след простыл. Тем и жил Деревянко, худо-бедно, но жил. Но однажды ему не повезло. Вообще-то, если точнее, ему не везло уже дважды. Первый раз, когда он, на заре своей злосчастной юности, пытался угнать автомобиль, в автомобиле оказался хороший сторож – боксер Рекс, задержавший преступника до возвращения хозяина. После досрочного (за примерное поведение) освобождения из мест заключения Деревянко приноровился вырывать сумочки из рук женщин, идущих на рынок. Сначала все шло хорошо, он уже было подумал, что нашел свое дело, но однажды охрана рынка отвлеклась от поборов с кавказцев и сработала четко – Деревянко опять попал на скамью подсудимых. И снова был выпущен досрочно – за примерное поведение, по какой-то там амнистии.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23

Поделиться ссылкой на выделенное