Фридрих Незнанский.

Операция «Кристалл»

(страница 5 из 28)

скачать книгу бесплатно

– Виктор Солонин, Виктор Солонин… – забормотал начальник, наморщив лоб, – не помню такого. И ты тоже забудь. Не было никакого Солонина в нашей академии, и никто его не помнит. Его вообще никогда не было. Никогда. Усек?

– Не совсем, – честно признался Витя.

– Еще будет время. Завтра явишься в мой кабинет в семь часов утра, с вещами. Так что никакой вечеринки по поводу выпуска.

– А куда меня… – хотел было спросить Солонин, но генерал не дал ему договорить:

– Куда Родина пошлет. Ничего лишнего с собой не бери. Только все документы, какие есть, мыльно-бритвенные принадлежности и одну смену белья. Там все узнаешь. А теперь можешь идти.

Виктор развернулся на каблуках и зашагал к выходу. Но у самой двери начальник его окликнул:

– Солонин…

– Я! – Виктор застыл по стойке «смирно».

– Головка от патефона… Как я тебе завидую, кто бы знал. – Генерал вздохнул и грустно улыбнулся. – Мне бы годков тридцать скинуть и… Ладно, шагай.

На следующий день, как только Виктор приехал в академию, его посадили в черный «мерседес» и молча повезли в Шереметьево. Там, минуя таможню, его запихнули в небольшой самолет и также молча отправили в Германию.

В самолете Витя и увидел Питера Реддвея впервые. Тот сидел в своем кресле и тоже молча читал какую-то книжку, изредка бросая на Виктора безразличные взгляды.

Под Мюнхеном, где самолет приземлился на огромном аэродроме, Витю встретили двое в штатском. Но по тому, как на них сидела гражданская одежда, а также по походке, манере держаться и по многим другим мелочам Солонин понял, что они – военные.

Виктору объяснили, что он попал в центр подготовки специальных сверхсекретных агентов. Но какой организации служат агенты и какой стране принадлежит эта организация, ему не сказали.

Трясясь в армейском джипе, Витя пытался сообразить, что же это за место такое интересное, куда его послала Родина в лице начальника академии, но так и не мог.

Только в Гармиш-Партенкирхене, на небольшой базе, издали напоминающей обычный кемпинг для горнолыжников, его отвели в какой-то кабинет и оставили там одного, велев ждать начальства.

Виктор ждал целых два часа. Сначала рассматривал стены комнаты, окрашенные в салатовый цвет, потом изучал собственные ногти, а потом вдруг заснул прямо в кресле – сказалась усталость от дальнего перелета.

Проснулся он от того, что кто-то тряс его за плечо. Этим кем-то оказался не кто иной, как сам «важняк» Генпрокуратуры России Турецкий. Витя знал его по академии, где Турецкий вел курс уголовного процесса и криминалистики. Солонин посещал семинар, который вел доцент Турецкий, и слушал лекции, посвященные расследованию особо опасных преступлений, в том числе и дел о терроризме.

– Ну привет, Витек. – Турецкий похлопал его по плечу. – Нервы у тебя, надо сказать… Мы за тобой два часа наблюдали. Другой бы в твоей ситуации нервничать начал, на столе рыться, в окна глазеть, чтобы понять, куда угодил, а ты просто заснул.

Мы сначала думали, что ты притворяешься, а ты действительно заснул.

– Просто устал очень. – Виктор виновато улыбнулся и пожал плечами.

– А теперь я расскажу, куда ты попал. – Лицо Турецкого стало серьезным. – Скажу сразу, что многие хотели бы оказаться на твоем месте, а еще больше отказались бы сразу. Если тебе не понравится, ты тоже сможешь отказаться. Получишь место в следственном управлении МВД. Или в уголовном розыске. К примеру, в МУРе. Да и к нам в прокуратуру дорога тебе не заказана…

– А если соглашусь? – поинтересовался Солонин.

– А если согласишься, то о нормальной жизни забудь сразу.

И Турецкий рассказал Солонину, что по его рекомендации тот был отобран в элитный сверхсекретный отряд особого назначения при Организации Объединенных Наций.

Необходимость в подобной структуре возникла несколько лет назад, как ни странно, с началом перестройки. В те годы с новой волной русской эмиграции в Европу и в Америку хлынул поток квалифицированных преступников из России. И довольно скоро в мир традиционной коза-ностры и якудзы вклинилась молодая и зубастая русская мафия. Довольно скоро она начала диктовать свои условия как в уголовном мире, так и в торговле, и даже в политике. Один за другим следовали теракты, совершенные русской мафией. За короткое время коренным образом поменялись все связи, были нарушены привычные традиции и законы уголовного мира, а на их место пришли совершенно другие порядки. Полиция и службы безопасности Запада просто потеряли контроль над ситуацией.

Вот тогда и возникла идея создать при Организации Объединенных Наций свое подразделение. Если Интерпол строился на основе и по схеме полиции, то это подразделение должно стать неким подобием ЦРУ, ФБР или КГБ (теперь эта служба носит другие названия – Федеральная служба безопасности и Служба внешней разведки), только не в рамках одной страны, а в мировом масштабе. В задачи такого отряда входит освобождение заложников в тех странах, которые покровительствуют террористам на правительственном уровне, и борьба с наиболее крупными транснациональными мафиозными структурами. Причем борьба не только карательными мерами, но и путем внедрения своих агентов в самое сердце кланов и экономической блокады. Нужно постепенно поставить мафиози в такие экономические условия, чтобы им было невыгодно торговать наркотиками и оружием, а гораздо выгодней – медикаментами и оборудованием для спорта и любви.

Помимо этого, подразделение должно строго следить за всеми махинациями, которые происходят не только на уровне мафии, но и на уровне правительства. Ведь ни для кого не секрет, что правительства некоторых стран не могут, например, создать ядерное оружие своими силами и готовы пойти на незаконные сделки с частными торговцами оружием.

Турецкий говорил долго и интересно. Сказал, что отряд только формируется, объяснил, по каким принципам он будет действовать и каким статусом станут обладать ее члены, и многое другое. Упомянул о том, что идея создания отряда принадлежала его другу и учителю Константину Дмитриевичу Меркулову, заместителю Генпрокурора России.

Само название отряда «Пятый уровень» возникло потому, что люди, хорошо знающие тот или иной иностранный язык, получают диплом пятого уровня наравне с носителями языка, словно для них этот язык тоже родной.

Выслушав Турецкого, Солонин согласился.

– Эй, Виктор, ты чего тут застрял? – В аудиторию заглянула Марго. – Пойдем в теннис поиграем, пока есть время.

– Да, уже иду. – Витя сунул под мышку сумку и вышел из кабинета.

Но корт был занят. По нему бегали и громко ругались, размахивая ракетками, Марио и Кати.

– Ну вот, опоздали, – вздохнула Марго.

Витя улыбнулся и развел руками.

– Ничего, в следующий раз. Я пока в тир пойду, постреляю.

Тир находился в подвале под просмотровым залом. Там был целый арсенал. Любой из учеников и преподавателей мог зайти туда когда захочет, выбрать оружие и стрелять по мишеням, пока не надоест.

Витя выбрал себе большой короткоствольный револьвер. Не потому, что он больше всего любил это оружие, а как раз наоборот: никак не мог его освоить. Тяжелая железяка давала сильную отдачу и все время задирала ствол.

Но не успел Виктор забить барабан патронами, как в зал заглянул Джек:

– Витя, тебя в амбулаторию.

– Зачем? – Солонин раздраженно высыпал патроны в ящик и швырнул пистолет на полку.

– К стоматологу. – Джек пожал плечами. – Всех вызывают.

Когда они поднялись на третий этаж, из кабинета, держась за щеку, вышел Георгий и простонал:

– Не-ет, плохой из меня разведчик. Первому стоматологу все тайны продам.

– Следующий! – раздался властный мужской голос из-за двери. Дантист говорил по-английски.

«Ничего себе, – подумал Солонин, – из Англии, что ли, зубника пригласили?»

Виктор шагнул в кабинет. Лучше сразу, чем сидеть и зря тратить время. Ведь зубы у него были здоровы – это он знал точно.

– Садись. – Врач в салатовом халате кивнул ему на кресло, и Солонин послушно сел. – Рот.

Виктор послушно открыл рот. В руке у врача противно зажужжало сверло.

– Что вы делаете? – удивленно воскликнул Солонин. – Там же лечить нечего, зубы все целы.

– А я и не собираюсь лечить. – Врач больно уколол десну иглой, ввел обезболивающее и протянул Виктору какое-то лекарство в маленьком одноразовом стаканчике. – Выпей. Это лекарство действует как наркоз временный и легкий.

Витя выпил, не понимая, зачем все это нужно.

А как только сделал последний глоток, руки его ослабели, тело стало легким, а противный звук бормашины превратился в веселую соловьиную трель.

Когда врач начал сверлить, Солонин не почувствовал ничего, кроме запаха жженой кости. Потом ему долго ставили пломбу. Все это время Виктор сидел, запрокинув голову, и механически выполнял команды.

– Сплюнь… Закрой рот… Прижми… Еще сплюнь… Не давит?

– Нет. – Он помотал головой и улыбнулся.

– Ну тогда можешь идти. – Врач хлопнул его по плечу. – Следующий!..

После наркоза совсем не стрелялось. Пули разлетались в разные стороны, как потревоженные пчелы из улья. Расстреляв таким образом три обоймы, Виктор оставил это занятие и пошел в свою комнату спать.

Проснулся он ровно за полчаса до занятий. Не потребовалось никакого будильника, ничего. Самые точные часы были у Солонина в голове, еще с армии.

Это была их первая лекция по гриму. Сухонькая благообразная старушка с киностудии «Метро Голдвин Майер» дребезжащим голосом долго рассказывала о том, какие бывают разновидности грима. Для верхней части лица, для нижней, для дневного, для искусственного освещения. Виктор сидел и никак не мог понять, для чего их головы забивают кучей такой ненужной информации.

Через час старушка закончила свой длиннющий монолог.

Как только дверь за ней закрылась, в аудиторию быстрым шагом вошел Роберт Портер, представитель английской разведки. Поставил на стол маленький кожаный саквояж и спросил, весело улыбнувшись:

– Ну как вам вводная лекция? Старушонка понравилась?

– Да как-то… – невнятно промямлил Марио, пожав плечами.

– Ну что вы! – засмеялся Портер. – Знатная старушонка. Многие американские агенты были ее учениками. Лучше ее в гриме никто не разбирается.

– Есть у мужчин места, которые никак не загримируешь, – двусмысленно улыбнулась Марго.

Парни почему-то смутились.

– Ладно, а теперь серьезно. – Портер открыл саквояж и стал вынимать оттуда какие-то баночки, упаковки таблеток, парафиновые свечи и другую мелочь. – То, что говорила мисс Бойл, очень интересно, но годится только для кино. Мы надеялись, что, прослушав ее рассказ, вы не станете спрашивать, а почему нельзя просто намазюкать физиономию жидкой пудрой и приклеить накладную бороду. Теперь перейдем непосредственно к тому, что касается нашей профессии. За курс лекций и практических занятий по этому предмету вы узнаете, как изменять форму лица, цвет глаз, состарить и, наоборот, омолодить кожу, как делать искусственные шрамы, как за три дня поправиться на двадцать килограммов и как быстро похудеть и тому подобное. Все это когда-нибудь пригодится в вашей работе. Если есть вопросы, задавайте сразу.

– Скажите, – робко спросила Кати, подняв руку, – а как изменить цвет кожи?

– И это мы будем проходить. Заключительную лекцию прочтет специалист, к которому обращался Майкл Джексон.

Лекция пролетела очень быстро. На этот раз вместо сухих рассуждений была живая практика. Еще долго ребята сидели в аудитории и обсуждали услышанное. Никто даже не заметил, как в кабинет вошли Турецкий с Реддвеем и тихо уселись за последним столом.

– А может, не стоит? – тихо спросил у полковника Турецкий, глядя на весело смеющихся парней и девушек. – Не рано?

– В самый раз. – Полковник выложил на парту карту Боснии. – До конца жизни их тут не продержишь…

Глава 6

Сараево


– Значит, так, на все про все у вас только час, – в сотый раз повторял Турецкий, вышагивая по гостиничному номеру. – Если поймете, что с задачей не справляетесь, постарайтесь продержаться до подхода основных сил. Это будет несложно – там полно разбитых катакомб и есть где укрыться. Только помните – это не учение, и права на ошибку у вас уже не будет.

Ребята сидели на диване и послушно кивали, внимательно слушая командира.

Это задание было мало похоже на учение. Потому что теперь противник не был о нем оповещен, в обоймах вместо шариков с краской были боевые патроны, а на карту ставился не один десяток человеческих жизней.

После разговора с Солониным Реддвей и сам всерьез стал задумываться над сложившейся ситуацией. И тут узнал, что две недели назад в Боснии отряд мусульманских боевиков захватил группу сербских демократов, оппозиционных правительству Милошевича. И хотя война в Боснии закончилась, ее страшные рецидивы порой нет-нет да случались. Людей из группы «Сербские демократы» следовало освободить как можно быстрее и по возможности бескровно.

Операцию по освобождению поручили морским пехотинцам из американского контингента ООН. Те гарантировали освобождение восьмидесяти пяти процентов заложников.

И Реддвей выбил всего час. Всего час до начала операции, чтобы попробовать освободить все сто процентов. Попросил, даже не надеясь, что согласятся. И ему неожиданно дали добро. Отказываться было поздно. Теперь это уже было делом чести.

– Ладно, давайте еще раз повторим план действий. – Турецкий сел в кресло, но тут же вскочил снова, не в силах справиться с нервами.

– Сразу после высадки я устраиваю пожар на оружейном складе, чтобы отвлечь внимание и дать возможность Кати пробраться к бараку с заложниками, – сказал Марио.

– Я снимаю охрану и проникаю к пленным, чтобы попытаться организовать их и предотвратить панику, – сразу за ним выпалила Кати.

– Мы с Гошей, как только начинается пожар, завязываем бой возле автопарка, стараясь отвлечь на себя основные силы противника. – Солонин посмотрел на Георгия и подмигнул. – Ну, короче, танцуем. Как только получаем сигнал, уходим в пещеры и там теряемся, ждем подхода морской пехоты.

Турецкий внимательно слушал, делая какие-то пометки в блокноте.

– Как только они завязывают бой, – сказал Барагин, мы с Джеком начинаем незаметно выводить пленных из барака и уводить их в сторону гор. Их там должно быть двадцать человек, правильно?

– Абсолютно правильно, – кивнул Турецкий. – На всю эвакуацию у вас будет минут семь, не больше. Ведь через двадцать минут после того, как Солонин ввяжется в драку, мы начинаем бомбежку. Марио, устроив пожар, должен действовать по обстановке. Там решишь сам, подключиться тебе к Виктору с Гошей или эвакуировать пленных вместе с Барагиным и Фрэнки.

– А я, как только получу сигнал от Барагина, что все пленные в безопасности, взрываю барак, – подытожила Марго.

– Это все? – тихо спросил Турецкий.

– Все. – Ребята закивали.

– Ну а теперь я вам вот что скажу. – Он вдруг встал и стукнул кулаком по столу. – Операция отменяется. Ни к черту все не годится.

– Как?… Почему?… – раздались удивленные возгласы ребят. – Все у нас получится.

– Ни черта у вас не получится, зря на это надеетесь. – Турецкий покачал головой. – И вообще, дурацкая это затея. Если кто-нибудь из вас погибнет…

– Никто не погибнет! – вмешался Виктор. – Почему кто-нибудь должен погибнуть? Мы же все рассчитали. Этак нас можно еще десять лет на базе держать. Когда-то надо начинать, разве нет?

Турецкий не ответил.

Если бы хоть один из этих молодых ребят смог увидеть, какая борьба происходит в нем в эту минуту… С одной стороны, они, конечно, правы – рано или поздно нужно будет выпускать их из гнезда. Нельзя держать их под своим крылышком до конца жизни. Но…

Но в обычных условиях, когда птенцы покидают родителей, примерно две трети погибают в первые несколько дней. Выживают самые сильные – таков закон природы. А с этим законом Турецкий соглашаться не хотел, отказывался его принимать, как раньше люди отказывались принимать факт, что не Солнце вертится вокруг Земли, а Земля вокруг Солнца, как будто это зависело от их желания. А в таких ситуациях, как эта, потери личного состава бывают не меньше сорока процентов.

– Так что? Мы летим или не летим? – тихо спросил Солонин, посмотрев на часы. – Если не сейчас, то…

– Никуда мы не летим, я же сказал! Всем сдать оружие! – металлическим голосом скомандовал Турецкий.

Но через семь с половиной минут три вертолета, прижав к земле жухлую осеннюю траву, тяжело поднялись в черное ночное небо…

Никакой колючей проволоки вокруг лагеря не было. И это насторожило Солонина. Подав предупреждающий знак Гоше, он медленно пополз вперед, убирая со своего пути каждую веточку, каждый листик, шорох которого мог их обнаружить.

Здесь, в этом лагере, прятались те, для кого война так и не кончилась. То ли они мстили кому-то, то ли просто не могли отвыкнуть убивать. Они-то были сейчас особенно опасны.

Вскоре за деревьями замелькали огоньки костров, а еще через полсотни метров стали слышны мужские голоса.

И тут метрах в пяти, откуда-то сверху, раздался шорох. Солонин приник к земле, стараясь даже не дышать. Сердце, казалось, готово было выскочить из груди.

Снайпер сидел на дереве. Виктору еле удалось рассмотреть его в густой листве. Ножом его не достать, а выстрелить отсюда не получится. Можно промахнуться, а если и попадут, то нет никакой гарантии, что убьют наповал. Нужно ждать, когда снайпер слезет с дерева, размять ноги. И ждать тоже нельзя – через десять минут Марио подожжет склад и нужно будет начинать бой.

И тут за спиной вдруг раздался голос Барагина.

– Эй, друг… – громко попросил он пьяным голосом. – Кинь мне зажигалку.

Листва зашуршала, и послышалось щелканье затвора. Солонина вмиг прошиб холодный пот.

А Гоша вдруг встал на ноги и, шатаясь, направился прямо к дереву, чуть не наступив Виктору на ногу.

– Ну дай, чего жмешься?

Двух секунд, пока снайпер брал Гошу на прицел, было достаточно, чтобы Витя выхватил пистолет, перевернулся на спину и нажал на спуск. Снайпер покачнулся, и Барагин еле успел отскочить от падающего с дерева тела.

– Прямо в глаз, – прошептал он, заглянув снайперу в лицо. – Пошли, быстро. Опаздываем уже.

Дальше постов не было. Через двести метров лес закончился, и Солонин с Барагиным выползли на огромную поляну, где стояло несколько покосившихся строений и две вышки. Наверное, лет пять назад здесь была мирная деревня. Жили люди, выращивали скот, рожали детей, влюблялись и умирали. Теперь тут был лагерь боевиков, гнездо смерти.

– Туда… – Солонин махнул рукой в сторону одной из вышек и, вскочив на ноги, метнулся к разбитой телеге.

Боевики по три – по четыре человека сидели у костров и о чем-то мирно беседовали. Это ночной караул. Остальные сейчас храпят в избах, накурившись марихуаны.

Благополучно миновав несколько таких компаний, друзья вскоре оказались как раз под вышкой, по которой, гремя коваными ботинками, вышагивал постовой. А за вышкой, обтянутые тремя рядами колючки, стояли семь бэтээров.

Гоша, оглядевшись, ловко, как кошка, полез по перегородкам вышки. Витя замер в ожидании, прижавшись к столбу. Через несколько секунд он услышал звук падающего тела. Барагин быстрой тенью скользнул вниз.

– Быстрее, быстрее, время… – Витя перелез проволоку ряд за рядом.

У бэтээров никого не было. Ребята разбежались в разные стороны. Прикрепив пластид к еще не остывшей броне трех машин, Солонин вскочил на четвертую и тихонько потянул за крышку люка. Та довольно легко подалась.

И тут раздалось сразу несколько голосов, следом в небо взвился столб огня.

– Пожар! Снаряды спасай! – закричали боевики, бросившись к складу. – Сейчас рванет!

Никто из них не обратил внимания, что один из бронетранспортеров у горы вдруг завелся.

– Бей прямо вон в ту кучу! – кричал Витя, припав глазами к перископу и дергая рычаги скоростей. – Третье строение справа, по окнам.

Георгий повернул башню, и ночную суматоху вспорола длинная очередь крупнокалиберного пулемета.

– Бей их, Гоша! – закричал Виктор, глядя, как пули разрывают на куски боевиков.

Бронетранспортер сорвался с места и, подмяв ряды колючки, вылетел на площадь. Где-то сзади один за другим гулко загремели взрывы – это взлетали на воздух остальные машины.

– Гранатомет слева! – коротко предупредил Георгий, увидев, как за телегу метнулся мужик с огромной металлической трубой в руках.

Солонин дернул за рычаги, и машина понеслась прямо на телегу. Наскочила на нее, подпрыгнув, и понеслась дальше.

– Ты куда? Там же скала, там они нас прижмут! – Барагин испуганно смотрел на несущуюся прямо на них черную громаду скалы.

– От лагеря уводить надо… – пояснил Солонин. – Ты стреляй, чего заснул?

Вдруг прямо перед глазами что-то полыхнуло, и бронетранспортер бросило в сторону. Из моторного отделения в кабину ворвались первые языки пламени.

Постовой даже ничего не заметил. Тоненькая металлическая удавка, взвизгнув, захлестнулась на его шее. Кати дернула еще разок для верности.

– Готов… – Она спрыгнула с крыши и начала лихорадочно искать в его карманах ключ от замка, краем глаза глядя на мечущихся по площади боевиков.

Те пробегали совсем рядом, метрах в десяти, лупя из автоматов по подорвавшемуся на мине бронетранспортеру.

Наверное, Витя и Георгий сгорели, – пронеслось у нее в мозгу. Но впадать в панику было некогда. Она-то жива и еще может кое-что сделать… Руки тряслись и никак не могли оторвать ключ от кожаного ремня. Кати даже не заметила, как из-за угла дома высунулось жало автоматного ствола, глядя прямо ей в затылок…

– Осторожно, тут мин полно! – кричал Гоша, отстреливаясь из автомата. – К лесу бежим, а то перестреляют, как куропаток!



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28

Поделиться ссылкой на выделенное