Фридрих Незнанский.

Ночной снайпер

(страница 2 из 25)

скачать книгу бесплатно

– Вы могли бы дождаться нашего приезда, раз уж вас об этом предупредили?

Тоже подняли среди ночи, подумал Игорь с некоторым облегчением. Уж Саша Турецкий, с его-то знаменитой хваткой, все расставит по своим местам. Видно, Кольчугин и здесь постарался. Чтоб дело вел именно Турецкий. У депутата такая манера: горячую воду отключат – сразу звонит премьер-министру, президенту, а то и в газеты. При этом обязательно подведет под бытовое неудобство политическую подоплеку. Мол, это современный способ борьбы власти с оппозицией, когда отключается тепло и вода. Поэтому ему ничего ровным счетом не стоит втравить в свои дела Генпрокуратуру и вытащить из постели самого Сашу Турецкого, следователя по особо важным делам.

Игоря остановил ражий рубоповец в пятнистом комбинезоне с короткоствольным автоматом.

– Документы! – потребовал он.

– Пропустите, – обернулся на его голос Турецкий. – Этот товарищ с нами… Игорь, привет, – хмурясь, он издали протянул руку. – Не можешь объяснить, почему все казино у нас «золотые»? То «Золотой фазан», то «Золотой век», теперь еще «Золотая львица»? Тебе твой журналистский опыт не подсказывает?

– Наверно, хозяева так завлекают богатеньких клиентов, мол, золото тянется к золоту… – пожал плечами Игорь, вглядываясь в накрытое простыней тело Сергея Артемова, партнера по бизнесу депутата Кольчугина, возле которого уже хлопотали новый сотрудник Турецкого Герман Шестаков, оперативники и эксперты. Здесь же была жена убиенного Тамара Артемова, плачущая и время от времени украдкой поглядывающая на себя в зеркальце, чтобы снять кружевным платочком черные потеки под глазами.

Весьма эффектная, коротко стриженная, с внешностью фотомодели, она поневоле притягивала к себе взгляды присутствующих. Здесь же были двое охранников Артемова в кожаных куртках, один огромный, с грубым рябым лицом, другой помоложе и хорошо сложенный.

Сам народный избранник распекал секьюрити казино, из-за спин которых встревоженно выглядывали бледные, обильно крашенные девицы, наверняка из обслуживающего персонала.

– Смотреть надо! – донесся возбужденный голос Кольчугина, одной рукой старавшегося обнять безутешную вдову за плечи, при том что был ниже ее на голову. – Вы каждого гостя должны сопровождать до машины, когда он выходит! Тем более общественно значимого! Крупный бизнесмен, помощник видного депутата парламента, VIP, вы понимаете, на кого и на что они подняли руку? На будущее России!

– Но у нас часто отдыхают многие почетные гости… – промямлил хозяин, утирая потное лицо, молодой, с прилизанными белесыми волосами, в кашемировом пальто. – Сережа к нам не в первый раз заезжал… Вот вы в прошлый раз к нам приезжали и ни на что не жаловались… – добавил он, понизив голос. – И потом, как вообще можно уберечься от снайпера?

– Это ты на что намекаешь?! – надвинулся на него Кольчугин. – Что мой партнер и помощник Серега Артемов для кого-то больше значил, чем я? Хочешь сказать, моим врагам на меня жалко разориться? – Он погрозил пальцем. – Я вот разберусь, кто и почему тебе дал лицензию на твою забегаловку! Но сначала найду, кто его убил! Он мне как сын был, понимаешь ты это? – Его голос дрогнул.

Кольчугин демонстративно вытер набежавшую слезу.

Игорь и Турецкий переглянулись.

– Он уже пьян, как председатель общества трезвости в последний день отпуска, – вполголоса сказал Игорь Турецкому. – А что, действительно был снайпер?

Турецкий усмехнулся, качнул головой.

– Как видишь… И неплохой… Кстати, – сказал он громко, обратившись к депутату. – Может, вы сами следствие и проведете, раз вам все уже понятно?

– А что, и проведу… – обернулся Кольчугин, оглядывая окружающих. – Это ты, Игорек? – спросил он, узнав Залогина.

– Вы мне не ответили! – сказал Турецкий, набычившись.

– Может, ему повторить? – спросил у него его сотрудник Шестаков. – Слышите, депутат! Раз вы уже все знаете, кто стрелял, тогда зачем было будоражить генпрокурора, звонить людям среди ночи? Вам недостаточно районной прокуратуры?

– А этот еще откуда взялся? – изумился такой наглости Кольчугин. – Саша, он кто? – спросил он, обратившись к Турецкому.

– Это старший следователь Генпрокуратуры Шестаков, – многозначительно сказал Александр. – Работает со мной. А вы нам только мешаете своими разговорами… И, кстати, попрошу вас, чтобы не вызывать повесткой, пожаловать ко мне сегодня в прокуратуру в качестве свидетеля, – добавил Александр Борисович. – В семнадцать сорок устроит?

– В семнадцать двадцать у меня в Думе голосование по индексации пенсий, – проворчал присмиревший Петр Авдеевич. – Значит, до девятнадцати проторчим, не меньше.

Он переводил испытующий взгляд с Игоря на Шестакова, потом на Турецкого и обратно, словно пытаясь понять связь между ними.

– Хорошо, подожду до двадцати, – непреклонно сказал Турецкий. – Но чтобы обязательно. И, пожалуйста, захватите с собой все документы, которые так или иначе связаны с вашим помощником.

Сказав это, он отвернулся от Кольчугина, сразу потеряв к нему интерес.

– Пусть лучше этот писака вам расскажет, почему Сережу застрелили! – крикнул Кольчугин ему в спину. – Почему стоит ему написать на кого-то компромат, как человека сразу убивают? Причем всегда ночью и из винтовки с оптическим прицелом!

Но Турецкий уже направлялся к лежавшему телу, которое собирались уложить в «скорую». Потом обернулся к Игорю.

– Это верно? – вполголоса спросил он. – Ты написал о нем статью, и…

– Похоже на то. Хотя я пока не вижу прямой связи, – пожал плечами Игорь.

Александр Борисович внимательно посмотрел на него, но ничего не сказал. Он присел на корточки, остановив рукой санитаров.

– Подождите! – сказал он, выйдя из раздумья. – Проверим еще раз. А то у нас много времени ушло на пустую болтовню… Все-таки в каком положении был найден труп? – спросил он судмедэксперта Володю Бугаева, кивнув в сторону нарисованного мелом на асфальте силуэта тела убитого. – Вверх лицом или вниз?

– Вниз, – сказал эксперт. И показал на темную лужицу крови, которую размывал моросивший дождик.

– И куда пуля вошла? – Турецкий склонился над трупом, приоткрыл простыню.

– Сверху в лобовую часть под углом примерно тридцать градусов по вертикали и примерно пятьдесят – шестьдесят по горизонтали, – сказал Шестаков. – Приблизительно, конечно.

Турецкий поднял голову, посмотрел в сторону близлежащих домов, встретился взглядом с Кольчугиным.

– Вы мне больше не нужны, – сказал он. – Я уже сказал: пока не задерживаю. Сегодня в двадцать ноль-ноль я вас жду.

– А если я не приду? – с вызовом спросил Кольчугин. – Если заседание Думы продлится?

– Принесете от спикера справку. С печатью. О том, что были заняты на внеурочных работах, – невозмутимо сказал Турецкий, по-прежнему оглядывая ближние дома.

– Ты что, забыл, с кем так разговариваешь? – сощурился Кольчугин.

– Помню. Потому так разговариваю… – буркнул Турецкий. – А сейчас идите выспитесь. Вы мне будете нужны со свежей головой.

Вот о ком бы написать, подумал Игорь, с восхищением глядя на Турецкого и его помощника. Как они ставят на место этих надутых от собственного величия индюков, к которым настоящий профессионал быстро теряет интерес.

– Там у нас что? – спросил Турецкий, указав на жилой двенадцатиэтажный дом на противоположной стороне улицы. – Вроде там есть чердак, если не ошибаюсь? Не из квартиры же стреляли? Если он был убит наповал и упал вниз лицом… – Он вопросительно взглянул на Шестакова.

– Он мог перекрутиться на месте, до того как упасть, – ответил тот.

– Точно, – кивнул рябой охранник, которого Игорь про себя назвал «мамонтом». – Повернулся вбок и охнул, будто всхлипнул…

Он, похоже, до сих пор был потрясен случившимся.

– Прежде чем мы встретимся с вами, Александр Борисович, думаю, вам предстоит встреча с вашим руководством, – сказал Кольчугин, открыв дверцу ожидавшего его депутатского «ауди».

Он не мог уехать просто так, чтобы последнее слово не осталось за ним. Уже сев в машину, он оставил дверцу открытой.

– Тамара, ты едешь? – спросил он жену убитого. – Могу подбросить.

– Меня Паша подвезет, – сказала она, не оборачиваясь. – Не беспокойтесь… Вы бы ехали, Петр Авдеевич! А я еще подожду.

Она пьяно растягивала слова. Послышался шум мотора, и «ауди» с Кольчугиным и его охранниками рванул с места.

– Продолжим… – равнодушно сказал Турецкий, по-прежнему ни на кого не глядя. – А там что, школа? – спросил он, ни к кому не обращаясь.

– Похоже, школа, – сказал кто-то из оперативников.

– Если стреляли с чердака жилого дома, то угол входа пули в череп погибшего должен быть больше, – выразил предположение медэксперт Бугаев. – И скорее всего, она попала бы в район темени. Это в первом приближении.

– Все у тебя примерно да приблизительно, – ворчливо сказал Турецкий.

– Вы сами просили сказать… – недовольно сказал Бугаев.

– Я хочу понять, где сидел снайпер! – сказал Турецкий. – Чтобы знать, откуда начать искать по горячим следам… Вот смотри, он вышел из казино, правильно? И получил пулю в лоб. Ты мне твердо скажи: могли стрелять с крыш этих жилых домов или с чердака, чтобы попасть ему в лоб под этим углом? Куда нам идти искать огневую точку?

– Наверняка ниже… – покачал головой Шестаков, потом внимательно взглянул на Игоря Залогина. – Сделаем эксперимент… Вот вы, Игорь, примерно одного роста с погибшим. Если позволите, встаньте сюда.

Игорь пожал плечами, встал на очерченное мелом место.

– Теперь вы ответьте, – обратился Шестаков к молодому охраннику убитого по имени Паша, которого Игорь теперь разглядел получше, стриженному под ноль и стройному, как спортсмен. – Он шел к своей машине, ведь так?

– Ну, – кивнул тот и обратился к «мамонту»: – Толян, расскажи, он же с тобой шел и разговаривал…

– Значит, он находился лицом к машине? – спросил у него, вернее, встрял Бугаев.

– Володя, не отбивай у Геры хлеб, – вполголоса сказал Турецкий.

– Так мы можем забрать труп или нет? – недовольно спросил один из санитаров.

– Еще несколько минут… – остановил их Турецкий.

– Значит, он шел, глядя на машину, или с кем-то разговаривал? – продолжал Шестаков. – Вспомните, не торопитесь.

– Да, разговаривал, – вспомнил рябой Толян-«мамонт».

– Он при этом поворачивался лицом в вашу сторону? – спросил Турецкий. – Понимаете, да? Нам важно знать, куда он смотрел в тот момент, когда в него попала пуля.

– Ну… – засопел тот. – Верно. Повернулся ко мне.

– Вы это точно помните?

Тот коротко взглянул на жену погибшего Артемова и промолчал.

Турецкий перевел взгляд с него на нее, взял охранника под руку и отвел в сторону.

– Говори, – сказал он, перейдя на «ты». – Время не терпит, понимаешь?

– Вон, говорит, гляди, какая телка идет, – пробубнил Толян. – И еще кивнул в ее сторону… А там действительно девка шла клевая. И здорово поддатая. Правда, не одна. Только что с каким-то чуваком из такси вылезли… Может, в казино приехали… Серега говорит, мол, беру ее с собой… Вы, пацаны, только чувака придержите.

– Да чего ты там секретничаешь! – громко сказала новоиспеченная вдова. Похоже, она была на хорошем взводе. – Думаешь, не слышу?.. Думаешь, ничего не знаю? Козел он был и кобель, хоть и покойник! – Она даже занесла свою длинную ногу из-под распахнутой норковой шубки, чтобы ударить неподвижное тело мужа. Но Толян вовремя перехватил ее и оттащил в сторону.

– Вообще-то… О мертвых мужьях либо ничего, либо только хорошее… – хмыкнул Шестаков.

– Да все вы – козлы! – Она толкнула кулаком Толяна, постаравшись вырваться. – Все вы хороши, когда одни спите!

И, оттолкнув предложенную руку Шестакова, пошла прочь, покачиваясь.

– Паша… – вполголоса сказал Толян, кивнув в ее сторону. – Не стой, отвези Томку домой, чтоб все нормально, понял, да?

Паша кивнул, залез в джип, которым не успел воспользоваться его хозяин, завел двигатель, догнал ее, приоткрыл дверцу. Она какое-то время шла рядом, потом махнула рукой, залезла в салон, не без труда поместив туда свои необыкновенно длинные и почти открытые ноги. Все некоторое время завороженно наблюдали, пока она это совершала. Потом еще смотрели вслед.

– И тут, при этих словах насчет телки, Серега и схлопотал пулю, – сказал Толян, ни к кому не обращаясь.

– Ну-ну, продолжим, – нетерпеливо сказал Турецкий, сдвинув брови. – Больше не отвлекаемся. Вы выстрел слышали?

– Нет, не слыхал. Серега только вздохнул или всхлипнул… Повернулся вбок и упал.

– Все-таки покажите на господине журналисте, как он стоял и куда смотрел. – Турецкий кивнул в сторону Игоря.

– Здесь стоял… Значит, девка эта с парнем шли вон там. Серега как раз туда повернулся, когда схлопотал пулю.

Александр Борисович подошел к Игорю. Подмигнул.

– Теперь представь, Игорек, что ты, пользуясь отсутствием жены, смотришь на девицу, которая идет вон там… видишь? И тут пуля попадает тебе в лоб с этой стороны, под углом.

– Кстати насчет жены, – перебил его Шестаков. – Может быть, это его собственная супруга, которая только что укатила, его выслеживала и заказала? А сюда приходила поинтересоваться, выполнен заказ или нет?

– Но вы же видели ее неподдельные переживания по поводу смерти любимого человека, – хмыкнул Игорь. – Прямо по земле каталась…

Турецкий озадаченно смотрел на него какое-то время, потом замотал головой.

– Еще один шерлок холмс на мою голову! Да именно так, она бы тут, достоверности ради, и по земле каталась, и выла, и волосы на себе рвала, если бы заказала мужа… тебе, инженеру человеческих душ, непонятно? Когда соберешься детектив писать, используй там эту свою версию – наш пипл всеядный, он все схавает, не беспокойся. А у меня реальное убийство, а не придуманное. И я тебя сейчас о другом спрашиваю! Откуда, как ты сейчас видишь, могла прилететь пуля, попавшая тебе, то есть ему, в лоб сверху и справа?

Игорь кивнул в сторону школы с темными окнами:

– Оттуда… Наверно… – и пожал плечами.

– Скорее всего, оттуда, – поправил Турецкий. – Вот и я так думаю. Остальные дома жилые, значит, со школы и начнем… Все, он ваш, – сказал он санитарам, кивнув на труп Артемова. – Извините, что отняли у вас время на этот цирк с народным избранником.

Когда они подошли к школьной ограде, Игорь вполголоса сказал:

– Зря ты нахамил Кольчугину. Все-таки народный избранник. Завтра по телевизору будет бить себя в грудь и орать, что за ним стоят сто пятьдесят тысяч избирателей! Наверняка уже позвонил твоему шефу…

– А пусть отстраняют! – упрямо мотнул головой Турецкий. – Может, я этого и добиваюсь… Надоело, понимаешь? Доводишь расследование до конца, вдруг звонок сверху, велят передать дело кому-то другому… Хлопают тебя по плечу, хвалят, обещают наградить. Потом общественность говорит, будто дело спустили на тормозах. А оно было почти готово… Или, например, совершат новое громкое убийство, чтобы для ошарашенного общественного мнения оно заглушило старое! И тебя кидают на него… Здесь будет то же самое, вот посмотришь… Кстати, я как раз собирался вызвать этого Артемова в качестве свидетеля по другому делу. Но не успел даже повестку выписать…

Они подошли к дверям школы, оглянулись.

– Придется ждать, когда появится директор, – сказал Турецкий. – Не ломать же дверь. Хотя этот снайпер, если он сюда приходил, не очень-то щепетильничал… Открыл и вошел. А нам придется время терять…

– Но если оперативная обстановка потребует? – спросил Игорь.

Шестаков усмехнулся:

– Во-первых, сейчас по всей Москве проходит операция «Перехват»… – сказал он.

– Толку от нее… – вздохнул кто-то из оперативников. – Откуда им знать, что или кого перехватывать?

– …Во-вторых, если взломаем, на суде возникнет разговор о добыче улик незаконным путем, без понятых. И любой адвокат нас высмеет.

Турецкий посмотрел на часы. Потом махнул рукой:

– Ладно… Гера, ты свободен. Игорь, тоже поезжай домой, здесь тебе ждать больше нечего… Загляни где-нибудь в середине дня, если будет время.

Шестаков и ухом не повел на разрешение начальства, а Игорь пожал плечами и тоже остался. Только переступил с ноги на ногу. Так они прождали около двух часов, успели замерзнуть, пока пришел директор школы, седой, в строгих очках, со старомодным галстуком, выглядывавшим из-под кашне. Он остановился, удивленно посмотрел на ожидавших сотрудников и оперативников.

– Не может быть, – сказал он растерянно, после того как Турецкий, представив себя и собравшихся, рассказал о цели визита. – У нас в школе дежурит сторож…

– В этом мы должны убедиться, – сказал Турецкий непреклонно и показал рукой в сторону двери: – Прошу…

Когда дверь открыли, Шестаков выставил руку, чтобы директора придержать в дверях. При этом он принюхался к воздуху и прислушался к храпу, доносившемуся из ближайшего помещения с приоткрытой дверью.

– Да уж… Это называется – сторож… Так, одну минуту… У вас вчера по окончании занятий производилась влажная уборка вестибюля?

– Мы каждый день ее делаем, – сказал директор с достоинством.

– И после этого школу закрываете и опечатываете? – продолжал Шестаков.

– Обязательно! – пожал тот плечами. – Я сам ухожу вместе с уборщицами.

– Значит, любые следы… – Шестаков указал на пол, – могли быть оставлены лишь теми, кто побывал здесь после вашего ухода, не так ли?

Директор только пожал плечами.

– Наверняка… Скоро придут учащиеся и учителя, – сказал он. – Вы их тоже не пустите?

– Придется, – сказал Турецкий. – Перенесите или отмените уроки. Только рады будут. По себе знаю.

– Представляю, как вы учились… – усмехнулся директор.

– Да уж… Все время сбегал. И потому стал всего лишь работником Генпрокуратуры. Можете потом в назидание рассказать и показать меня ребятам в качестве наглядного примера… Мол, вот что бывает с теми, кто пропускает занятия… Леня! – крикнул Турецкий через плечо эксперту-криминалисту. – Ты там не уснул еще? Давай займись…

Пришлось еще подождать, пока эксперт-криминалист произведет свои действия. Турецкий первым переступил через порог.

– Значит, никого не пускайте, пока мы не закончим осмотр! – повторил он директору. – А теперь прошу идти аккуратно по моим следам…

Они поднялись на верхний этаж.

3

Когда джип подкатил к особняку, где жил погибший Артемов, Тамара сказала Паше:

– Поднимись со мной, а то не по себе… Боюсь остаться одна, понимаешь?

Паша искоса взглянул на нее, помедлил, пожал плечами.

– Теперь нам больше нечего скрываться, – невесело усмехнулась она. – Слыхал, что Толян сказал? Девку, причем с парнем, увидел – и давай ее сюда! Скажи, групповухи он с вами устраивал?

Паша по-прежнему молчал, держа руки на руле и глядя перед собой.

– Извини… – Она тронула его за рукав. – Ты там был и тоже слыхал? – спросила она.

– Да слыхал… – неохотно ответил он.

– И так каждый раз! – сказала она придушенным от ненависти голосом. – Ни одной моей подруги не пропустил! Зинку вообще изнасиловал, сволочь…

Она всхлипнула.

– Перестань, – сказал Паша. – Приведи себя в порядок. А то еще кто увидит. Недоставало, чтобы я на него стучал. Ты ему и так хорошо отомстила. С моей помощью, конечно… Может, хватит об этом?

Она только приоткрыла рот, чтобы ответить, как пискнул ее сотовый. Она взглянула на появившееся сообщение на дисплее.

– Теперь этот депутат от меня точно не отстанет! – сказала она. – Кобель! Уже хочет меня видеть, представляешь? Ты только посмотри, как подписывается… Петя. У него жена, мол, уехала к родне, будет только через неделю, он свободен, ты представляешь?

– И что? – спросил Паша после паузы.

– А то, придется к нему ехать… – Она шумно вздохнула. – Не сейчас, конечно, после похорон, надо же соблюсти приличия.

Она горько усмехнулась, погладила его по руке:

– А сегодня я хочу быть с тобой.

– Это обязательно? – спросил он, по-прежнему глядя прямо перед собой. – Серега, муж твой, еще не остыл. Вернее, еще не успел в морозильнике замерзнуть.

– Ты прав. Просто хочу забыться… Хоть ненадолго, – сказала она, приподняв выщипанные брови. – Ты же не оставишь меня одну?

– Почему ты за него вышла? – негромко спросил Паша.

Она положила голову ему на плечо.

– А что мне было делать? – спросила она. – Я росла в коммуналке, меня там в четырнадцать лет, после школы только пришла, изнасиловал пьяный сосед со своими приятелями… – Она всхлипнула. – Мы были нищими, понимаешь? И что я могла поделать, если мать, представь себе, меня продала и подонки откупились перед самым судом! За триста рублей она забрала назад заявление… А Сережка их потом убил, понимаешь? За меня! И я ему была благодарна! Он сам только что пришел из тюрьмы, и я сказала, что за него пойду, если он их пришьет. А если его за них посадят, я буду его ждать. И он мне поверил… А потом… Красивый был парень, способный на все, бизнесом занялся, на Тома Круза, говорили, похож, а потом стал последней сволочью, когда связался с Кольчугиным… Ну и пошло-поехало… Наркота, ночные кабаки, девки сами на него лезут… Мог любую увести, если понравится, от мужика. Вот и схватил свою пулю… Может, один из таких обиженных его и подстрелил… Как я теперь смогу без этого жить? Если после своей нищеты села на иглу богатства? И сейчас одно в голове: как сохранить это все? – Она приподняла голову, обвела рукой участок и особняк рукой. – Думаешь, я смогу от всего этого отказаться?

– Перестань, – сказал Паша и обнял ее за плечи. – Не заводись. Ты мне это уже рассказывала.

– Меня хоть не насилуют, меня теперь только покупают, понимаешь? – сказала она, немного успокоившись, прижавшись к его плечу. – И я могу хотя бы выбирать мужиков. А не они меня.

– Меня ты тоже выбрала? Или купила?

– Тебя я выбрала… – в тон ему ответила она. – Показала Сереге на тебя пальцем и сказала: хочу! Этого мальчика. А он как раз у сексопатолога лечился, и без видимого результата… А то к Кольчугину уйду, сказала, он мне обещал свою жену-корову прогнать… Да ну тебя. При чем здесь ты, не понимаю? Не о тебе речь. Артемов хоть сначала был похож на мужика. И если бы не пил, не сел на иглу… А этот недомерок… – Она брезгливо сморщилась, кивнув в сторону сотового. – Не может сделать бабе приятное, попыхтит – и в сторону, а туда же! Беги к нему, раз его жена только что уехала, а твоего мужа только что убили! Может, он и заказал?



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25

Поделиться ссылкой на выделенное