Фридрих Незнанский.

Непотопляемый

(страница 4 из 19)

скачать книгу бесплатно

Померанцев слегка прищурился и отыскал глазами поначалу упомянутые зеленые сапоги, а затем оглядел их обладательницу… И моментально понял, откуда в голосе Кошкина взялась горечь.

Лидия Юркова оказалась удивительно красивой девушкой – высокая, стройная блондинка, но не заурядного, примелькавшегося типа, а со своеобразным, немного скуластым лицом, большими зеленоватыми глазами, в которых светилось высокомерие, с длинными, небрежно струящимися по плечам волосами. Она была в облегающем черном мини-платьице, на плечах – модный в нынешнем сезоне зеленый шарфик, легкий, полупрозрачный. Если что и портило девушку, так это застывшая маска пренебрежения на ее прекрасном, точеном лице… Покурить Юркова вышла одна, никакой компании вокруг нее не образовалось.

Коридоры вновь взорвались звонками. Лидия, так и не обратившая внимания ни на Кошкина, ни на его собеседника, вообще ни разу не взглянувшая куда-либо, помимо кончика своей сигареты, бросила окурок в урну и, спокойно развернувшись, исчезла в толпе, хлынувшей в правый коридор. Через минуту лестничная площадка опустела, а на этаже вновь установилась тишина.

Валерий посмотрел на Кошкина, невесело глядевшего в сторону и, вздохнув, поднялся:

– Ладно, Михаил, пойдем-ка со мной, покажешь мне ее «мицубиси»!

– «Мицубиси»?.. – переспросил тот, явно думая о чем-то своем. – Слушай, а что она все-таки натворила-то?

– Ты не в меру любопытен, – назидательно произнес Валерий. – Но так и быть – скажу: ничего! Просто проходила свидетельницей по одному старому делу, возможно, понадобится в этом качестве еще раз…

– Лидкина машина на парковке одна такая, – буркнул охранник. – Сегодня она ее второй слева припарковала, от подъезда слева… Сразу увидите… А я покидать пост не имею права!

– Не имеешь – так не имеешь, – легко согласился Померанцев. – Надеюсь, про наш уговор не забыл?

– Это чтоб никому ни слова, что ли? – Кошкин пожал плечами. – Да кому я скажу-то? Я, кроме напарника, когда смену сдаю, и не говорю ни с кем тут…

«Мицубиси» цвета «металлик» действительно выделялась на парковке: предпоследняя модель, насколько помнил Валерий, дорогущая. Впрочем, это его не слишком удивило с учетом того, что, как следовало из дела Башкира, отец Юрковой был владельцем небольшой, но весьма преуспевающей рекламной фирмы, занимавшейся также недвижимостью.

Он задумчиво оглядел машину, в общем-то бесцельно: даже если привести сюда того свидетеля-подростка, вряд ли мальчишка сумеет определить, эту или другую машину он видел у подъезда Познеева перед взрывом…

В этот момент в кармане Померанцева зазвонил мобильный, на дисплее высветился Галочкин номер – очень кстати!..

– Валера, – Романова заговорила, чуть запыхавшись, очевидно, говорила на ходу. – Слушай, ты просто гений… Сейчас приеду в прокуратуру – расскажу… Если в двух словах – столик болгар был заказан накануне… Думаешь, кем?

– Думаю, Лидией Константиновной Юрковой, – произнес Померанцев.

– Приеду, – выдохнула Галочка, – и, честное слово, расцелую тебя в обе щеки!..

– Погоди, Галка… – Валерий посмотрел на часы. – Значит, так… Сейчас ты зайдешь куда-нибудь пообедать, а я пока свяжусь с нашими или с вашими – словом, выбью для тебя в срочном порядке колеса… Когда поешь, свяжешься со мной, я к тебе подъеду сам, дабы передать руль… Ты меня слышишь?

– Так точно, – отозвалась Романова.

– После чего поедешь по адресу, который назову, и сядешь на хвост интересующей нас девушке… Или типу по кличке Боб, который нам, собственно говоря, нужен… Усекла?

– Ты уверен, что я этого Боба отличу от не Боба?..

– Подробности при встрече, а теперь, товарищ капитан, кру-угом! И – марш!..

– Есть! – пискнула Галочка и, не удержавшись, хихикнула в трубку, прежде чем отключить связь.

5

«Важняки», работавшие под началом Александра Борисовича, были не только очень разными людьми, но и расследования достававшихся им дел вели тоже очень по-разному.

Турецкий, например, не сомневался, что Валерий Померанцев явится к нему в следующий раз не только с планом следственных действий, но и не менее чем с парочкой уже осуществленных им тактических приемов, а значит, и с кое-какими конкретными результатами.

В отличие от него, Светочка Перова без одобрения шефа и шага не сделает. Зато ее осведомленность о характере событий, составляющих дело, его участниках и прочих сопутствующих обстоятельствах будет такова, словно и предыдущее следствие вела она сама…

И разумеется, он не ошибся: Светлана появилась в его кабинете почти сразу после летучки у Меркулова.

– Можно?.. – Она нерешительно замялась в приоткрытых дверях.

– Конечно! – Турецкий ободряюще улыбнулся Перовой. – Проходи и присаживайся. Слушаю тебя очень внимательно!

Светлана поспешно вошла в кабинет и, уже не дожидаясь особого приглашения, села на стул по другую сторону стола Турецкого и, поправив очки, деловито открыла изящную кожаную папочку, принесенную с собой.

– Значит, так: суть дела Арсения Погарцева, он же Веня-Моряк, такова: дело было возбуждено по следующему факту. В августе две тысячи первого года, в Венеции, в пятизвездочном отеле «Глория» были застрелены неизвестными лицами или лицом гражданин России Андрей Александрович Комаров по кличке Грек и его любовница, гражданка РФ Мария Петровна Курошкина, профессиональная модель – подиумный псевдоним Магда…

Александр Борисович дело Грека знал преотлично, однако прерывать Перову не стал, давая ей возможность собраться с мыслями: сбивать Светлану в подобных ситуациях не следовало, проще было слушать ее вполуха и включить внимание полностью только на нужном месте.

До упомянутого «нужного места» девушка добралась минут через десять.

– …Таким образом, – произнесла она с видимым облегчением, – несмотря на то что Погарцеву удалось во время перестрелки уйти от оперативников, матвеевская банда фактически была разгромлена, возглавлявший ее Салимов, он же Курок, он же ближайший друг Вени-Моряка, так же как и остальные члены банды, были захвачены, осуждены. Срок Салимов получил максимальный…

– Если не ошибаюсь, – осторожно вставил Турецкий, – уйти Погарцеву удалось по чистой случайности?

– Да, – Светлана оторвалась, наконец, от своих бумаг. – Под окном, из которого он выпрыгнул, как раз в этот момент парковался один из жильцов этого дома. Веня вышвырнул его из-за руля, сломав мужчине при этом руку, и скрылся, сбив по дороге одного из спецназовцев, участвовавших в засаде возле дома… Предусмотреть такую ситуацию просто невозможно, а захваченная им машина, к тому же, была внедорожником с двойным приводом, иномарка, и бак хозяин только что залил… Повезло подонку! – зло завершила Перова.

– Давай дальше, Светлана, – кивнул Александр Борисович.

– К сожалению, – вздохнула она, – его розыски ничего не дали, хотя поначалу велись очень активно. Но бандит уже знал, что все… ну, или почти все их явки «засвечены», во всяком случае, ни одной из тех, что были известны следствию, он не воспользовался, вообще прочно залег на дно. Словно растворился…

– И за прошедшие годы никому и ни разу не пытался отомстить, хотя о нем и говорят как о крайне злобном и мстительном типе…

Перова задумчиво покачала головой:

– Матвеевскую шайку взяли, Александр Борисович, если вы помните, почти через два года после убийства Грека, а суд над ними и вовсе завершился всего одиннадцать месяцев назад: процессов было столько, что со счета собьешься… В общем, вчера вечером я дозвонилась, хоть и с трудом, до начальника Башкирской колонии, в которой отбывает наказание Мыльников – единственный, кто активно сотрудничал со следствием: если бы не его показания, вряд ли бы Курок получил свой «четвертак»… В общем, на данный момент Мыльников свой минимальный срок уже не отбывает – на позапрошлой неделе убит в драке… Заточкой в спину…

Турецкий прищурился и с интересом взглянул на Светлану:

– Думаешь?..

Перова кивнула:

– Во всяком случае, очень похоже на месть. Ведь он действительно дал очень важные показания! В деле они есть, зачитать?..

– Не нужно, я тебе и так верю! – поспешно произнес Александр Борисович. – Давай-ка перейдем теперь к нашему следствию… Думаю, план у тебя готов.

– В общих чертах, – осторожно возразила Перова. – В сложившейся ситуации, Александр Борисович, думаю, первое и пока что единственное, что следует предпринять, – задействовать нашу агентуру… В свое время Познееву это практически ничего не дало, но у Гнедича – во всяком случае, он так говорит – есть двое бесценных агентов, особенно один из них… Ну, вы понимаете…

– Неужели «крот»?.. – глаза Турецкого округлились.

Светлана улыбнулась и кивнула:

– Представьте себе!..

– Славке – голову оторву, – пробормотал Александр Борисович. – Вот почему он так Гнедича нам рекомендовал, можно сказать, с необыкновенным для него рвением…

Перова не удержалась и фыркнула, услышав о намерении своего шефа разделаться с Грязновым-старшим.

– Я так поняла, что одной из обязанностей Олега Васильевича является как раз связь с этим его «кротом», то есть с их «кротом»… В общем, через него в случаях крайней необходимости, тот ее и поддерживает с родной организацией…

– Что, Гнедич тебе сам это все вот так и выложил? – полюбопытствовал Турецкий, с интересом разглядывая Перову, слегка под его взглядом порозовевшую.

– Нет, н-не совсем… Ну, если коротко, я догадалась, а он не стал отрицать…

Светлана отвела глаза, а Александр Борисович не сдержал улыбку и развивать эту тему не стал. Девушке явно не хотелось подводить своего оперуполномоченного, и ясное дело, почему: вероятно, общаясь с ним и вызывая Гнедича на откровенность, Перова использовала все свое женское обаяние на полную катушку… Что ж, за это ее следовало бы только похвалить! Но чтобы не смущать Перову, Турецкий просто сменил тему, поинтересовавшись, какие сроки понадобятся на осуществление упомянутого оперативного мероприятия, призванного конкретизировать план дальнейшего расследования.

– Гнедич попросил у меня сутки, но, возможно, понадобятся и двое, и трое… Его субъекта, как я поняла, не так просто изловить в Москве. А почему – он не пояснил…

– Еще бы он тебе и это пояснял!.. – не выдержал Турецкий. И, обнаружив, что на сей раз Светлана вспыхнула по-настоящему, покраснев до ушей, счел необходимым завершить разговор. – Ладно! Как ты правильно заметила, на данном этапе работа с агентами – первое, что следует сделать… Своих будешь задействовать?

– Пока нет, подожду результатов Гнедича, – помотала головой Перова.

– Как только наступит ясность – жду у себя… Все, Светочка, свободна.

Перова поднялась со стула, одновременно застегивая свою папочку, но уходить не торопилась, явно не решаясь сказать шефу что-то еще… Турецкий глянул на часы: минут через двадцать должен был объявиться Слава Грязнов с Яковлевым.

– Давай, выкладывай, что тебя там еще мучает, – усмехнулся он.

– Александр Борисович, – Перова подняла на Турецкого умоляющие глаза, – можно, я вас попрошу?.. Пожалуйста… не отрывайте голову Вячеславу Ивановичу, не подводите Олега, очень прошу…

– Это ты насчет «крота», что ли?.. О господи!.. Ты, собственно говоря, за кого своего любимого шефа принимаешь? Конечно, я ничего ему не скажу!

– Сан Борисыч, вы – ангел!..

И не успел Турецкий возразить или согласиться с присвоением ему неожиданного чина, как следователь Перова выпорхнула из его кабинета.


К особняку Мазды, расположенному на отшибе небольшого элитного поселка в пятнадцати километрах от столицы, Олег подъехал точно в условленное время: ранние осенние сумерки только что сгустились окончательно, превратив вечер в ночь.

Из-за высокого кирпичного забора виднелся только третий, верхний этаж дома, большинство окон которого были ярко освещены. Но даже сюда, за глухие металлические ворота, доносился, правда, еле слышный гул вечеринки, затеянной хозяином в честь открытия еще одного филиала легальной части его фирмы. Основная же ее часть, подобно основанию айсберга, находилась «под водой», и признать укрытую от посторонних взоров деятельность легальной было затруднительно… Мазда, он же Борис Иосифович Климкин, являлся известным сразу в двух столицах бандитским авторитетом, прославившимся своим почти легендарным везением, за которым, по всеобщему признанию, стоял адский ум и дьявольская интуиция…

Мазда, получивший свою кличку за пристрастие к соответствующей одноименной иномарке, отличался также непредсказуемым нравом и почти садистской жестокостью, о которой даже в криминальном мире ходили легенды.

Прежде чем выбраться из своего «жигуленка», Гнедич еще раз глянул в зеркальце заднего вида и удовлетворенно кивнул: рыжий парик вкупе с того же оттенка бородой и усами изменили его внешность до неузнаваемости.

Заперев машину, он подошел к узким дверям, врезанным непосредственно в металлические ворота, нажал почти незаметную кнопку и спокойно посмотрел прямехонько в тут же ожившую и нацелившуюся на него видеокамеру, установленную над воротами.

Спустя несколько секунд сверху же послышалось вначале потрескивание микрофона, а затем недовольный голос охранника:

– Чего надо?

– Открывай. Рудый[2]2
  Рудый – «красный, рыжий» (укр.).


[Закрыть]
… Сам, что ли, не видишь?!.

Над воротами наконец вспыхнул свет, и почти сразу дверь открылась:

– Так бы и говорил сразу, что Рудый… – Заспанный детина в черной рубахе и таких же штанах (Мазда терпеть не мог камуфляжа) сердито поглядел на ночного гостя. – Тарахтелку свою загонять будешь или как?

– Нэ трэба! – буркнул Гнедич с прекрасным хохлацким «прононсом» и, не глядя больше на охранника, молча отодвинул его плечом и зашагал к особняку через огромный, абсолютно пустой мощеный двор. Помимо дома на территории, обнесенной забором, находилось всего два строения: гараж и в дальнем углу двора, больше напоминавшего площадь, приткнувшийся рядом с ним флигель из кирпича, в котором жили охранники.

Тот, который открывал Гнедичу, недовольно посмотрел вслед ночному гостю, захлопнул двери и вернулся в свою будку. Рудого он, как и остальные его коллеги, не любил и презирал, но побаивался: в окружении Мазды никто не сомневался, что этот тип – один из придворных киллеров хозяина, услугами которого тот, правда, пользовался довольно редко… Впрочем, с кем именно встречается по заданию Мазды Рудый в особняке, толком никто не знал, да и не было никому до этого дела…

Между тем Гнедич вошел в холл особняка и в ожидании, пока второй страж, на этот раз далеко не сонный, дозвонится кому следует по внутреннему телефону, несколько раз прошелся по роскошному помещению. За то время, что он здесь не был, интерьер холла сменили, и теперь Олег с немалым любопытством, которое старался явно не демонстрировать, разглядывал антикварные резные кресла и выполненный в том же стиле новенький бар с выставленной на всеобщее обозрение коллекцией лучших французских вин.

Оценить коллекцию ему помешал раздавшийся со стороны лестницы вежливый тенор:

– Добрый вечер…

Слегка вздрогнув, Гнедич развернулся на сто восемьдесят градусов и уперся взглядом в высокого, изящного брюнета в смокинге, со слащавым лицом и прилизанной шевелюрой, лоснившейся в свете висевшей над лестничной площадкой люстры.

Брюнет приветливо улыбнулся и слегка повел головой, приглашая гостя следовать за ним, что Олег и сделал, решив, что здороваться с этим типом вовсе не обязательно. И молча поднялся за ним на второй этаж особняка – прекрасно знакомой дорогой: из маленького холла – направо по коридору, отделанному красным деревом и увешанному образцами абстрактной живописи, затем – вторая от конца дверь справа, которую перед ним открыл тоже не проронивший больше ни слова брюнет…

Войдя в комнату и оставшись в ней в одиночестве, Гнедич быстро огляделся: здесь с прошлого его визита, примерно полугодовой давности, ничего не изменилось. Тот же тяжелый, словно памятник, письменный стол на двух тумбах, огромные кресла в чехлах из суровой ткани в количестве трех штук, по стенам – сплошные книжный полки… Как раз в тот момент, когда Олег пытался припомнить, не поменялись ли на одной из них старинные, но отреставрированные фолианты, одна из секций, примыкавшая к темному, давно не топленному камину, дрогнула и подалась назад, явив взору узкий темный пролет. И почти сразу в его проеме возникла крупная мужская фигура, тоже в смокинге, но сидевшем на своем хозяине далеко не так естественно, как на прилизанном брюнете…

Гнедич невольно улыбнулся в тот момент, когда мужчина шагнул в кабинет, а секция с книгами возвратилась на место. Вошедшему было на вид явно за сорок, если не весь полтинник. Красавцем его назвать не решился бы никто: крупное мясистое лицо с толстым носом, квадратным подбородком и небольшими, проницательными, глубоко посаженными глазками; абсолютно лысая яйцевидная голова…

Мужчина молча прошествовал к стоявшей в углу на тумбочке даже на вид тяжелой то ли китайской, то ли виртуозно сработанной под китайскую статуэтке, изображавшей какого-то пузатого божка, и повернул металлического идола вокруг оси… Лишь после этого он, наконец, повернулся сам к гостю и внимательно окинул его цепким взглядом с ног до головы:

– Привет, Рудый… – У мужчины был густой, рокочущий бас.

Олег улыбнулся и облегченно кивнул.

– Ну, здравствуй, Мазда, – произнес Гнедич и, не дожидаясь, пока тот займет свое обычное место за столом, опустился в одно из кресел у камина, почти ласково глядя на хозяина этого дома, на фантастического человека, каковым тот являлся не только в глазах тех немногих людей, которые знали подлинного Бориса Иосифовича Климкина, но каким он был и на самом деле… Десять без малого лет в личине Мазды, десять лет непрерывно поступающей от него поистине бесценной информации…

Хозяин дома между тем расположил, наконец, за столом свое крупное тело и уставился на Гнедича – не сказать, чтобы слишком доброжелательно.

– Что случилось? – коротко поинтересовался он.

Вопрос был вполне оправдан: в особняк Гнедич напрашивался, да еще и в срочном порядке, в особых, можно сказать, крайних случаях и исключительно по распоряжению начальства… Судя по взгляду Мазды, Борис Иосифович уже знал, что на данный момент никакого распоряжения «сверху» не было, и этот визит – личная инициатива Олега…

На мгновение Гнедичу сделалось не по себе при мысли о том, чем может для него обернуться подобный шаг, но он тут же отогнал от себя неприятные ощущения.

– Нужна информация, – коротко произнес он. – Необходимо выяснить местопребывание Вени-Моряка, он же Погарцев…

– Знаю, наслышан… – прервал его Мазда и, неожиданно усмехнувшись, почти весело глянул на Олега. – Говорят, ты к Генпрокуратуре сейчас прикомандирован? К Сан Борисычу непосредственно?

Здесь, в кабинете, говорить они могли вполне свободно не только благодаря звуконепроницаемым стенам. Олег знал, что поворотом то ли китайского, то ли индийского божка включается еще и какая-то хитрая электроника, сбивающая с волны даже самые совершенные прослушивающие устройства…

– Ну… – Гнедич смущенно кивнул.

– Значит, для Турецкого стараешься? – Мазда покачал головой. – Ладно, попробую кое-что выяснить… А сейчас – извини, гостюшки ждут!

И Борис Иосифович начал медленно, с некоторым трудом выбираться из-за стола.

– Как думаешь, когда?.. – Гнедич тоже поднялся.

– Дня через два проверишь по обычному каналу… Пока, Рудый!

Олег вновь остался один, но ненадолго. Минуты через три после того как хозяин исчез тем же путем, каким появился, дверь кабинета открылась и на пороге возник брюнет.

Еще через десять минут Гнедич, покинув особняк, усаживался в свой «жигуленок». Но только на въезде в столицу, несколько раз перепроверившись и твердо убедившись в том, что за ним нет никакого «хвоста», оперуполномоченный облегченно содрал с головы рыжий парик, бороду и усы, и свернул с трассы на боковую окраинную улицу, намереваясь добраться до своего дома кратчайшей дорогой. Время близилось к полуночи, и после долгого рабочего дня спать ему хотелось просто адски!..

6

– Странно… – Александр Борисович посмотрел на часы, затем на своего друга Славу Грязнова. – Обычно Яковлев никогда не опаздывает, точен, как кремлевские куранты…

Вячеслав Иванович еле заметно усмехнулся и покачал головой:

– А он и не опаздывает… Володи сегодня не будет, Сань. Извини, посоветоваться с тобой времени не было, вот и пришлось решать самому…

– Он что – на задании? – Турецкий приподнял правую бровь, что означало легкое недовольство.

Грязнов в ответ кивнул, вздохнул и, наконец, выложил на стол Александра Борисовича две толстенных папки.

– Зная тебя, не сомневаюсь, что со свойственным тебе занудством выучишь наизусть каждый листочек! Что касается меня, дела€ я, конечно, просмотрел, в особенности в той части, которая касается непосредственно интересующего нас Костина, возглавлявшего эту шайку… Утром еще успел поговорить кое с кем из нашей собственной безопасности. В общем, там тоже складывается впечатление, что над Алексеем-свет-Иванычем кто-то из вполне серьезных чинов шефствует, сознательно затягивая время его пребывания в Сербского…

– Чуть-чуть подробнее не желаешь изложить? – поинтересовался, вздохнув, Александр Борисович. – Не забывай, Слава, этого дела я практически не знаю…

Грязнов сосредоточенно нахмурился.

– В общем-то, дело, к сожалению, не слишком оригинальное… В своем отделении милиции Костин, помимо прочих обязанностей, командовал участковыми еще до того, как совершил карьерный скачок и был переведен в УВД. Вот из них, старых знакомцев, он и сколотил свою шайку… Участковые поставляли ему информацию об одиноких людях, проживавших на их территориях в отдельных квартирах стариках, инвалидах… Затем начиналась обработка: сам знаешь, старшее поколение людям в форме доверяет куда больше, чем молодежь. А тут, к тому же, участковый заботу проявляет, – ассоциации со знаменитым Анискиным. Словом, если квартира была не приватизирована, после недолгих уговоров осуществлялась «по блату», в самые краткие сроки и без очереди приватизация. Дальнейшее – дело техники…

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.

Купить и скачать книгу в rtf, mobi, fb2, epub, txt (всего 14 форматов)



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19

Поделиться ссылкой на выделенное