Фридрих Незнанский.

Молчать, чтобы выжить

(страница 5 из 23)

скачать книгу бесплатно

– Сколько?

– Семнадцать.

– Я говорю, сколько стоит?

Славный убрал ладонь:

– Алло, Котела, а сколько стоит это удовольствие? Гм… А не многовато? Сам знаю, что жизнь дорожает. Но твои услуги опережают все мыслимые и немыслимые инфляции. Ладно, подожди, спрошу. – Славный вновь закрыл трубку рукой. – Слышь, Борисыч, это удовольствие обойдется нам в четыреста «зеленых». Что ответить?

Шлегель задумчиво почесал пальцем переносицу, вздохнул и кивнул:

– Ладно. Скажи, согласны.

– Слышь, Котела, договорились. Когда привезешь? Чего-о! Да ты что, охренел? Нам сейчас надо!.. Ну и черт с тобой, позвоню завтра. Все, отбой.

Славный швырнул трубку на рычаг.

– Чего там? – спросил Шлегель.

– Говорит, только завтра, – раздраженно ответил Славный.

– О черт! А я уже настроился.

– Я тоже.

Шлегель снова зевнул.

– Ладно, завтра так завтра, – спокойно произнес он. – А пока поеду-ка я лучше к своей девчонке. Без обид, ладно?

Славный, давно привыкший к частым сменам настроения приятеля, пожал плечами:

– Ладно. Водку-то хоть оставишь?

– Что за вопрос. Конечно! – Шлегель поднялся из кресла и смачно зевнул. – Оставляю тебя в обществе бутылки. Наслаждайся!

Проводив немца, Сергей Славный вернулся в комнату. Некоторое время он сидел, тупо глядя на бутылку с водкой, потом тряхнул длинными волосами и удивленно пробормотал:

– Одному что-то даже и не хочется. Вот если бы коки…

Он сдвинул брови и еще некоторое время просидел молча, размышляя, где бы достать коки. Внезапно лицо его осветилось догадкой.

– Леха Локшин! – негромко воскликнул он, поправил пальцем съехавшие от возбуждения очки. – А что, это идея. У этого стервеца всегда есть чем разжиться.

Сережа Славный потянулся за телефоном.

Глава четвертая

1

– После того как Славный вынюхал «дорожку», он стал жутко разговорчив. Мне даже не нужно было задавать вопросы. – Агент Штурман пожал плечами, обтянутыми потертой «пилотной» кожей. – Вот, собственно, и все.

– Значит, ни имени объекта, ни имени заказчицы убийства Славный вам не назвал?

– Да он просто не знал. Иначе бы проболтался. – Штурман осуждающе покачал головой. – Не знаю, как можно доверять тайны такому человеку? Я бы лично ни за что не стал с ним связываться.

Галя Романова прищурила серые глаза.

– А откуда у вас кокаин?

Штурман вздрогнул, посмотрел на майора Осипова, затем снова перевел взгляд на Галю.

– Так я это… у Лумумбария его купил. Там у любого негра полные карманы этой дряни.

– А Славному, надо полагать, перепродали с наценкой?

Крысиное лицо Штурмана слегка порозовело.

– Что-то я не понимаю, товарищ капитан, – медленно выговорил он. – Вас интересует готовящееся убийство или этот поганый порошок? Если порошок, то так и скажите, и я больше не буду забивать вам голову заказухой. Места сбыта порошка всем известны. Если бы наши доблестные органы захотели, давно бы истребили эту заразу.

Штурман сложил руки на груди и обиженно нахохлился.

– Ладно, парень, не горячись, – примирительно сказал ему майор Осипов. – Никто тебя на нары за кокс не потащит.

Если, конечно, будешь продолжать сотрудничать с нами.

– А я разве когда-нибудь отказывался? – сказал Штурман дрогнувшим от обиды голосом. – Я всегда шел вам навстречу. Между прочим, я рискую собственной шкурой. Если кто-нибудь узнает, что я с вами встречался, меня в асфальт закатают.

– Ладно, не ной, – поморщился майор Осипов. – Ты, знаешь, тоже сотрудничаешь с нами не из простого человеческого удовольствия, а потому что крепко сидишь у меня на крючке.

– Ваша правда, – вздохнув, ответил Штурман. – Но в данном случае важны не столько мотивы, сколько качество проделанной работы. Я прав, товарищ капитан?

– Прав, – кивнула Галя Романова.

На мгновение Штурман замялся, потом сказал, не глядя Гале в глаза:

– Простите, Галина… Насколько я понимаю, старший в этой связке, несмотря на звание, вы?

Галя слегка склонила голову набок, но ничего не ответила.

– Я это к чему говорю… – запинаясь, продолжил Штурман. – Сведения, которые я вам передал, имеют исключительное значение, ведь так?

И вновь Штурман не получил ответа. Тогда он ответил сам себе:

– В Москве собираются ликвидировать не простого человечка, а крупного чиновника. Это событие из ряда вон выходящее.

– Продолжайте, – сухо сказала Галина.

Штурман зыркнул на нее черными, мышиными глазками и вновь их опустил.

– Честно говоря, я рассчитываю, что мой гонорар будет как минимум вдвое больше обычного, – сказал он неожиданно твердым голосом.

– Вам уже заплатили, – напомнила ему Галина.

Штурман склонил голову в знак согласия и уточнил:

– От оперсостава МУРа. А вы, насколько я понял, представляете здесь Департамент уголовного розыска МВД. Смею напомнить, что от вас я еще ничего не получал. Вы поймите, Галина, я не вымогатель. Я просто хочу получить достойный гонорар за свою опасную работу. Могу я на это рассчитывать?

– Можете, – ответила Галя.

Она раскрыла сумочку. Глаза у Штурмана вспыхнули алчным огоньком. Он даже облизнул сухим языком пересохшие от волнения губы. Галя достала из сумочки конверт и протянула агенту.

Тот взял конверт дрожащими пальцами, приоткрыл и быстро, как бухгалтер, пересчитал купюры. Лицо его засветилось довольством.

Галя протянула ему раскрытый журнал и авторучку. Указала пальцем:

– Распишитесь здесь, где галочка.

Штурман кивнул и взял ручку. Перед тем как поставить автограф, он внимательно изучил сделанную Галиной запись. В графе «получатель» было написано «платный агент Штурман».

Штурман кивнул и расписался мелким, убористым почерком.

– Ну вот, – удовлетворенно сказал он, возвращая журнал Романовой. – Теперь мы действительно в расчете. С вами приятно иметь дело, товарищ капитан.

– С вами тоже. Связь теперь будете держать лично со мной. Вот мои контактные телефоны. – Галя протянула ему визитную карточку.

– О’кей, – сказал агент. – Если я вам понадоблюсь, звоните в бар «Рюмка». Бармен – мой друг, он мне все передаст. Запишите телефон…

Штурман продиктовал, и Галина записала.

– На этом, если не возражаете, мы с вами распрощаемся, – сказал агент.

Галина не возражала. Майор Осипов – тоже. Аудиенция, таким образом, была окончена.

2

Генерал-майор Грязнов пристукнул карандашом по столу и сказал:

– Значит, так, ребятки. Мы с вами проведем профилактическую операцию. Основная цель – предотвратить задуманное убийство.

– А побочная? – с едва заметной улыбкой поинтересовался Володя Яковлев.

– Побочных целей, товарищ майор, в нашей с вами работе не бывает, – наставительно изрек Грязнов. – Есть вторая основная цель. И заключается она в следующем – раскрыть банду киллеров, действующих в Москве, и отправить их на заслуженный отдых. Работу будем проводить широким фронтом. Задействуем спецдивизион ГУВД.

– Топтунов? – переспросила Галина, прищуривая серые глаза.

– Их самых, – кивнул Вячеслав Иванович. – Начнем с наружного наблюдения за господином Шлегелем. Думаю, он приведет нас прямо к клиенту. Кстати, не мешало бы хорошенько обследовать квартиру Сержа Славного. По-тихому, конечно. Возможно, что немец оставил там для нас какие-нибудь улики. Как, говоришь, его полное?

– Бернд Шлегель, – ответил Яковлев. – Но в России он известен под кличкой Боря Сибиряк.

– Давай подробней.

Яковлев кивнул, достал из сумки листок с напечатанным текстом и доложил:

– Бернд Шлегель приехал в Москву из Томска сразу после школы. Там у него, кстати, до сих пор живет мать, которую он не навещает. Шлегель пробовал поступить в МАИ, но провалился на экзаменах. Осел в Москве и стал работать – там-сям. Пока не наступили благословенные для бандитов девяностые. Есть основание подозревать его в связях с солнечной группировкой, хотя прямых улик мы не имеем. В девяносто восьмом Шлегель эмигрировал в Германию. Получил немецкое гражданство и теперь постоянно проживает в Берлине. Не исключено, что в Москву он приезжает именно для осуществления заказных убийств. Вячеслав Иванович, мы сейчас проверяем его причастность к громким московским убийствам за несколько последних лет. Хотим выяснить, есть ли хронологическая связь между его приездами в Москву и этими заказухами.

Грязнов задумчиво произнес:

– Н-да… Для банды арбатских это очень удобно: выполнил Боря Сибиряк опасное задание – и смылся отсыпаться в свою Германию. Как говорится, концы в воду. Лучшего и пожелать невозможно.


Бернд Шлегель, в просторечии Боря Сибиряк, сидел в ресторане «Якитори» и пил саке. Не то чтобы он любил этот напиток, просто Боря придерживался общеизвестного принципа: в чужой монастырь со своим уставом не ходят. Если бы он сидел в пивном баре, то пил бы свой любимый «Бутвайзер», если бы оказался в «Шармеле» – отдал бы предпочтение дорогому французскому вину. Ну а в японском ресторане нужно пить только саке. Иначе какого черта вообще сюда ходить?

Теплый, кисловатый напиток, немного похожий на русскую хлебную брагу (из которой в родном Борису Томске гонят отменный самогон), не только не утолял жажду, но и совершенно не пьянил. Вот уже пятнадцать минут Борис маялся в ожидании Татьяны. Он и сам не подозревал, насколько сильно прикипел к девчонке во время тех нескольких дней в Берлине. Кислое саке теплой волной катилось по пищеводу, а Шлегель, не замечая вкуса, представлял себе Татьяну голой. Такой, какой она стояла тогда перед кроватью, – широко расставив ноги и уткнув кулачки в гибкие бока.

Когда она вошла в ресторан, Борис невольно расплылся в улыбке, не сумев скрыть радость. Таня была еще красивей, чем в Берлине. Подойдя к столику, она наклонилась и поцеловала Бориса в щеку:

– Ну здравствуй, фриц!

– Здравствуй, детка!

Таня села за стол.

– Я на минутку, – сказала она.

– Как это? – не понял Шлегель. – Мы ведь вроде договорились, что я…

– Да, договорились, – кивнула девушка. – Но лишь после того, как ты выполнишь свою часть договора. Я принесла еще несколько фотографий, а также его домашний адрес и фотографию дома, чтобы ты не перепутал. Он педант и выходит из дома ровно в семь тридцать. Ты запомнишь?

Шлегель презрительно дернул губой:

– Спасибо за информацию, но я бы справился и без нее. Я профессионал, а не дилетант.

– Знаю, милый. Но я решила облегчить тебе задачу. Ладно, извини, мне пора. – Татьяна стала подниматься, но тут же снова села на стул. – Ах да. Совсем забыла. – Она вынула из сумочки толстый конверт из коричневой плотной бумаги и положила на стол. – Здесь аванс, как и договаривались. Пересчитай, пожалуйста.

Немец взял конверт, приоткрыл (точно так же как за несколько часов до него сделал агент Штурман) и принялся деловито пересчитывать купюры. Пересчитал и кивнул:

– Все верно.

– Отлично! В таком случае до встречи.

– А когда мы встретимся? – глупо спросил Борис.

– После того как работа будет выполнена, – ответила Татьяна. Улыбнулась и добавила: – Я ведь должна отдать тебе вторую часть гонорара, или ты забыл? Пока, милый!

Татьяна встала, снова, как и при встрече, поцеловала Шлегеля в щеку, повернулась и быстро вышла из ресторана.

– Настоящая стерва, – восторженно прошептал, глядя ей вслед, Шлегель.


Как только Татьяна вышла из ресторана, от табачного ларька отошел неприметный человек в замшевой куртке. Он вставил в губы сигарету, не спеша закурил, дождался, пока Татьяна пройдет мимо, затем двинулся за ней неторопливой походочкой. Время от времени девушка нервно оглядывалась, словно чего-то боялась. И тогда человек замедлял шаг. На его ничем не примечательном лице застыло беззаботное выражение.

Человек шел за Татьяной несколько кварталов. За это время он умудрился сделать несколько приличных фотоснимков маленькой цифровой камерой, вмонтированной в зажигалку. У комиссионного магазина, куда Татьяна зашла после того, как в течение двух минут разглядывала журнальный столик, выставленный в витрине, прежнего топтуна сменил новый – такой же серый и неприметный.

А еще несколько минут спустя фотографии девушки, сделанные первым топтуном, уже были загружены в портативный компьютер и сверялись с обширной базой данных МВД.

К вечеру того же дня Володя Яковлев и Галина Романова знали о девушке если и не все, то почти все. Звали ее Татьяна Ивановна Перова. Она была студенткой Гуманитарной академии, заканчивала четвертый курс и скоро должна была получить степень бакалавра искусств.

К тому моменту, когда Татьяна Перова вернулась в свою шикарную квартиру, расположенную в одной из трех «красных башен» на Дмитровском шоссе, ее телефон уже прослушивался сотрудниками спецдивизиона МВД. (За пару часов до этого генерал-майор Грязнов без всяких проволочек получил разрешение на прослушку телефона в Мещанском суде столицы).

Около десяти часов вечера того же дня у Татьяны Перовой состоялся весьма примечательный (хоть и напряженный) телефонный разговор с одним немолодым, но солидным господином.

– Слушаю! – буркнул тот, сняв трубку.

– Алло, Лев? – Голос Татьяны слегка подрагивал.

– Да. А это кто?

Татьяна хрипло задышала и произнесла с лютой ненавистью в голосе:

– Ну ты и сволочь, Лев!

– А, Танечка! – «обрадовался» собеседник. – Не узнал тебя. Сто лет будешь жить! Рад тебя слышать, золотце мое. Ну как там поживают мои деньги? Они уже приготовились вернуться к своему старому владельцу?

– Ага. Пакуют чемоданы. Ты хам. Ты мне просто омерзителен!

Собеседник Перовой довольно хохотнул:

– Знаю, солнышко. Но ты тоже не подарок. Ты очень красивая девочка, но характер у тебя скверный.

– Это потому что я не позволяла тебе водить по ресторанам баб?

– Глупости. Я никогда себе этого не позволял.

– Правильно. Потому что боялся прессы! Ты поступал хитрее. Этих баб тебе привозили на дачу! Я все знаю, Лева. Я видела их.

Собеседник немного помолчал, потом сказал:

– Так ты следила?

– Да!

– Ну ты и стерва, Танюша.

Лицо Перовой исказилось гримасой бешенства.

– Смею напомнить, что это не я бросила тебя, а совсем наоборот.

– Верно. Но на то были свои объективные причины.

– Я любила тебя, мерзавец! Я была тебе верной подругой!

– Да-да, я знаю. Спасибо тебе за это, зая. Ты была моей верной любовницей, а теперь у меня будет верная жена.

Мужчина снова хихикнул, словно дразнить разъяренную девушку доставляло ему ни с чем не сравнимое удовольствие.

– Да, и кстати, – добавил он, смеясь, – в «Ля Рошели» у тебя больше кредита нет. Теперь тебе придется околачиваться в простых пивных барах.

– Я заставлю тебя пожалеть об этих словах, – тихим, клокочущим от ярости голосом произнесла Татьяна. – Прощай!

Она брякнула трубку на рычаг.


А часом позже телефон зазвонил в квартире у Грязнова.

– Вячеслав Иванович, – услышал он в трубке негромкий, спокойный голос Володи Яковлева, – кажется, мы установили объект.

– И кто это?

– Вице-мэр Москвы Лев Анатольевич Камакин. Именно ему Перова угрожала сегодня по телефону. Сейчас уже поздно, а завтра утром попытаюсь разузнать об их отношениях побольше. Если, конечно, такие отношения действительно имели место.

– Хорошо. Как только разузнаешь, сразу же отзвони мне.

– Слушаюсь. Спокойной ночи, Вячеслав Иванович.

– И тебе того же. Хотя какое уж тут теперь спокойствие…

3

Следующий день был для майора Яковлева жарким. В принципе весь день состоял из того, что Володя задавал кому-нибудь вопросы, а затем выслушивал ответы – иногда сбивчивые, иногда четкие и ясные, иногда робкие, иногда – с оттенком брезгливого высокомерия.

Официант в дорогом французском ресторане «Ля Рошель» отреагировал на удостоверение майора Яковлева оригинально. Он стал по стойке «смирно» и даже слегка прищелкнул каблуками.

– Бывший военный? – прищурился на него Яковлев.

– Так точно. Старший лейтенант Кравцов, – ответил официант, хмуря брови.

– Вольно, старлей. Взгляните, пожалуйста, на эти фотографии.

Яковлев протянул официанту несколько снимков, на которых были изображены Перова и Камакин.

– Вы знаете людей, которые на них изображены?

Официант едва глянул на снимки и кивнул:

– Да, конечно. Это Лев Анатольевич и Татьяна. Они частенько сюда захаживают. Раз в месяц это уж точно. Лев Анатольевич – один их самых уважаемых клиентов. На его имя в нашем ресторане открыт кредит.

– Какие, на ваш взгляд, у них отношения?

Официант нахмурился еще больше, видно было, что вопрос этот ему не по душе.

– То есть как – какие? – сухо сказал он. – Они пара. Не думаю, что супруги, но любовники – точно.

– Вы уверены?

– Разумеется. Я часто их обслуживал. Он постоянно ей что-то дарил: то колечко, то браслет.

– Когда они стали приходить сюда вместе?

– Не помню. М-м… – Официант задумчиво закатил глаза. – Года полтора назад… Да, где-то так.

– Ясно.

Еще оригинальней была реакция у домработницы вице-мэра Камакина – Надежды Павловны Ямской. Она долго, не меньше минуты, смотрела на фотографию Перовой – при этом выражение глаз у домработницы было такое же, как у загнанной в угол клетки лисы. Наконец она облизнула языком сухие, увядшие губы и едва заметно кивнула:

– Да, я ее знаю. Это Таня, подруга Льва Анатольевича. Я иногда встречала ее в квартире Льва Анатольевича по вечерам.

– Она оставалась у него на ночь?

Домработница изобразила на лице сначала недоумение, затем возмущение.

– Молодой человек, – начала она, повышая голос, – неужели вы думаете, что я…

– Ничего я не думаю, – сухо оборвал ее Яковлев. – И вопросы вам задаю не из праздного любопытства.

Домработница помолчала, затем быстро огляделась по сторонам, приблизила к Яковлеву морщинистое лицо и быстро спросила (при этом ее маленькие глазки блеснули любопытством):

– Неужто случилось что?

Володя покачал головой.

– Пока нет, – спокойно сказал он. – Но может случиться, если мы не примем меры.

– О господи! – охнула домработница. – Страсти-то какие!

– Они живут как супруги? – быстро спросил Володя, не дав ее удивлению разрастись.

Та кивнула:

– Да. Живут. Танечка все надеется, что Лев Анатольевич замуж ее возьмет. Только он пока с этим не спешит. И то верно: зачем торопиться-то? Тут ведь все нужно хорошенько обдумать, взвесить. Хотя… – Домработница пожала плечами, – женский век – он короток. Я-то в ее возрасте уже двоих детей имела. А они все в бирюльки играют. Думают, что жить будут вечно. – Домработница вдруг закусила губу и посмотрела на Володю исподлобья, словно размышляла, стоит ему рассказать о своих подозрениях или нет. Подумав несколько секунд, она заговорила быстро и сбивчиво: – Ходят слухи, что Лев Анатольевич на другой жениться собрался. Не знаю, правда это или нет, но Танечку я у него давно уже не видела. Между нами-то говоря, не пара она ему совсем, Танечка-то эта.

– Почему же не пара?

– А вредная она баба – вот почему, – затараторила домработница. – Кому в жены достанется, тот с ней горя хлебнет. Она и в Льва Анатольевича вцепилась как бульдог. Вернее, как кошка – когтями! Уж и мурлычет ему на ушко, и щечкой об его плечо трется… А в глазах такой огонь, что мама дорогая! Только ведь и Лев Анатольевич не простак какой-нибудь. Его так просто не обведешь. Он себе цену знает!

– Значит, они поссорились?

– Видать, поссорились. Только я при этом не присутствовала.

– Понятно.

За день Володя Яковлев успел побеседовать с добрым десятком людей. Картина, в общем, складывалась ясная. Причины, побудившие Перову нанять киллера для убийства Камакина, были банальны.

В то время когда майор Яковлев беседовал с одним из сотрудников мэрии, его коллега – капитан милиции Галина Романова – переступила порог квартиры Сергея Славного.

Вместе с ней в квартиру вошли три сотрудника спецдивизиона МВД. Все четверо – и Галина, и оперативники – были в тонких тряпичных перчатках. Дверь оперативник вскрыл отмычкой – быстро и бесшумно.

– Галя, вам бы лучше посидеть где-нибудь, пока мы будем работать, – добродушно сказал ей один из оперов. – Если найдем что-нибудь интересное, мы вас позовем.

Галя знала, что в обысках сотрудникам спецдивизиона нет равных, а потому безропотно подчинилась.

Оперативники быстро рассредоточились по квартире, Галина же села в кресло и рассеянно поглядывала по сторонам. Пробежала взглядом по корешкам книг. Ницше… Горький… «Майн Кампф»… «Биография Иосифа Сталина»…

«Да у него тут целая тематическая подборка», – с усмешкой подумала Галина.

– Галя, тут кое-что есть, – услышала она голос оперативника. – Взгляните!

Она поднялась из кресла и вошла в спальню. На полу перед кроватью лежала спортивная сумка. Перед сумкой на корточках сидел сотрудник спецдивизиона. В левой руке у него была записная книжка, в правой – отливающая глянцем цветная фотография.

– Вот! – сказал он и протянул снимок Галине.

На снимке была изображена венецианская гондола, отчаливающая от берега. В гондоле сидели двое – мужчина и женщина. Вглядевшись в лицо мужчины, Галина нахмурилась. Лицо было очень знакомое. Где же она его видела?

– Это вице-мэр Камакин, – сказал оперативник. – Его часто по телевизору показывают.

– В самом деле… – проговорила, краснея, Галина. Ей было стыдно, что она сама его не узнала.

– А вот тут его адрес и телефоны, – сказал оперативник, показывая Гале раскрытую записную книжку.

– А про адрес вы откуда знаете? – усомнилась Романова.

Оперативник улыбнулся:

– Так ведь мы с вице-мэром почти соседи. Он в нашем районе живет. Поэтому у нас никаких проблем ни с вывозом мусора, ни с асфальтовыми дорожками во дворе. А детская площадка что твой луна-парк! ЦПКиО отдыхает!

Сомнений не было: любовница Камакина Татьяна Перова за деньги самого Камакина решила устранить его – лишить жизни, чтобы сохранить все то, что подарил ей могущественный спонсор-любовник.

Вечером того же дня Яковлев получил отчеты от топтунов, наблюдающих за Борей Сибиряком (он же гражданин ФРГ Бернд Шлегель) и Сергеем Славным. Ничего заслуживающего внимания в этих отчетах не было.

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.

Купить и скачать книгу в rtf, mobi, fb2, epub, txt (всего 14 форматов)



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23

Поделиться ссылкой на выделенное