Фридрих Незнанский.

Молчать, чтобы выжить

(страница 3 из 23)

скачать книгу бесплатно

– Мы с вами, кажется, виделись, – сказал он скрипучим, хрипловатым голосом, слегка прищурив небольшие карие глаза с опухшими веками.

– Да, на задержании бандита Симонова, в прошлом году.

Осипов кивнул:

– Помню. Славное было время. Хотите присесть или прогуляемся? – Он кивнул в сторону деревянной скамейки, стоящей под густым каштаном.

– Я не против, – ответила Галина.

Они сели. Осипов достал из кармана небольшую трубку и пакетик табака. Принялся неторопливо ее набивать, уминая табак большим пальцем. Майор выглядел старше своих лет. Возможно, его так состарили последние события. Вид у Осипова был неприветливый, и Галина не знала, с чего начать разговор.

– Я слышала, вы скоро уходите на пенсию? – сказала она наконец.

– Да. Ухожу, – сказал Осипов. И, подумав, добавил: – И слава богу.

– Что так?

Осипов бросил на нее быстрый, неприязненный взгляд:

– А то вы не знаете. Отдал работе всю жизнь – и что взамен? Хорошо, хоть не вытолкали с позором, а дали дослужить.

«Сами виноваты», – чуть не сорвалось с языка Галины, но она вовремя остановилась.

– Я слышала про ваше дело, – сказала Галина и тут же быстро поправилась: – Вернее, про дело, по которому вы проходили свидетелем.

– «Свидетелем», – с усмешкой повторил Осипов. – Ну да, свидетелем. Только сначала меня два месяца трясли за шиворот и тыкали мордой в грязь, как напакостившего котенка.

Галю стал раздражать этот бессмысленный разговор. Непонятно почему, но она вдруг почувствовала себя виноватой в бедах, которые свалились на лысеющую голову старого майора Осипова. «Чего это я, собственно, так напрягаюсь?» – с неудовольствием подумала Романова. А вслух сказала:

– Честно говоря, подробностей этого дела я не знаю. А сюда приехала совсем по другому поводу.

Осипов набил наконец свою проклятую трубку и теперь раскуривал ее от длинной спички, заслоняя огонек ладонью от ветра. Раскурил, выпустил несколько клубов белого дыма и искоса посмотрел на Галину:

– Вы хотели узнать про Штурмана?

Галина кивнула:

– Да.

– Гм… – Осипов задумчиво пососал трубочку. – Знаете, это очень недоверчивый и подозрительный парень. Я хожу у него в кумовьях уже четыре года.

Кумовьями платные осведомители называли оперативников МУРа, которым сообщали сведения и слухи.

– И что, его информация всегда подтверждалась? – спросила Галя.

– Почти. А если не подтверждалась, то не по его вине. Парень очень ответственно относится к делу. Дай бог каждому оперу так радеть за свое дело, как он. Шкурой своей рискует, между прочим.

Гале было неприятно слушать душевные излияния Осипова, которые он произносил скрипучим, недовольным голоском, словно продолжал упрекать Романову в том, чего она не делала и не могла сделать.

– Когда он в последний раз выходил на связь? – спросила Галя.

Осипов подумал и ответил:

– Три дня назад. Мы с ним встречались в пивном баре на «Белорусской».

– Это постоянное место встречи?

Осипов покачал головой:

– Нет.

В основном встречаемся в Сокольниках, неподалеку от павильона, где выставляют кошек. – Он насмешливо прищурился: – Я вижу, вы серьезно решили его проработать, раз за дело взялся сам Грязнов. К сожалению, я взял отпуск за свой счет и намереваюсь ближайшие несколько дней провести здесь, в санатории.

– Я могу встретиться с ним и сама.

– Вы? – Осипов окинул Галину насмешливым взглядом. – Вы хотите, чтобы я связал вас со Штурманом?

– Да.

Майор пожал плечами:

– Но он не станет с вами говорить. Я же сказал: он очень осторожен и вот уже четыре года не меняет кума.

– Ну когда-нибудь же надо начинать, – небрежно ответила на это Романова. – К тому же вы скоро уходите на пенсию. Вот и передайте его мне. Я стану его кумушкой.

Осипов криво улыбнулся:

– Я, конечно, могу попробовать. Но ничего не обещаю. Штурман сложный человек, очень сложный. У него, что называется, не все дома. Он даже в психушке пару раз лежал. Один раз с заточкой на меня бросился – не признал в темноте. Чуть не зарезал. А вы… – Он вновь окинул взглядом ладную фигурку Гали Романовой. – Вы все-таки женщина. Не знаю, как он отреагирует.

– Это уже моя забота, – сказала Галина. – Вы, главное, нас познакомьте. Много времени это у вас не займет. Пару часов – не больше. А потом можете возвращаться в санаторий и продолжать отдых.

4

На этот раз встречу устроили в конспиративной квартире на проспекте Мира. Квартира была хорошо, можно даже сказать, шикарно обставлена. Едва переступив порог гостиной и кивнув Гале, Штурман зыркнул глазами по стенам, по мебели и удивленно посмотрел на майора Осипова.

– Почему здесь? – спросил он.

– Потому что я так захотела, – ответила за майора Галя Романова.

Штурман пристально на нее уставился. Это был мужчина средних лет, невысокий и худой. В его сухом, остроносом лице, равно как и в черных, бегающих глазках, было что-то крысиное (так, по крайней мере, показалось Гале). Одет он был в потертую кожаную куртку, на ногах – джинсы и кроссовки. Волосы черные, стриженные щеточкой и топорщившиеся во все стороны. Одним словом, личность была крайне неприятная.

– Познакомься, это Галина Романова. – Осипов сделал рукой широкий жест. – Она капитан милиции. Теперь ты будешь работать с ней.

Майор Осипов проговорил эти слова с легким оттенком язвительности. Штурман пристально посмотрел на Галю черными глазами-бусинками и сморщил желтое лицо.

– Я предпочитаю работать с мужчинами, – сказал он гнусавым (под стать внешности) голосом.

– Да ну? – усмехнулась Галина. – Значит, и у вас есть свои принципы?

Штурман перевел взгляд на Осипова.

– Что она имеет в виду? – быстро спросил он.

– Она… – начал Осипов, но Галя его сухо перебила:

– Она имеет в виду, что вы будете сотрудничать с тем, с кем вам скажут. – Вы не на детской площадке и не в казаков-разбойников играете.

– Я не хотел…

– Вот именно, – резко сказала Галя, сверля Штурмана холодными глазами. – Вы не хотели идти со мной на конфликт. И никакого конфликта нет. – Она слегка прищурила глаза и добавила ледяным голосом: – И в ваших же интересах, чтобы его не было в дальнейшем. Иначе…

Романова оставила фразу недоговоренной.

Штурман слегка поежился, а Осипов посмотрел на Галю с удивлением.

– Значит, вы капитан милиции, – проговорил Штурман, отводя взгляд, и в голосе его на этот раз не было никакого вызова. – Понятно.

Осипов хмыкнул. Затем криво усмехнулся и сказал:

– Ну вот и познакомились. Может, мы наконец присядем?

Как только сыщики и платный агент расселись вокруг журнального столика, Осипов достал из кармана трубку и принялся неспешно набивать ее табаком, всем своим видом показывая, что он здесь простой наблюдатель.

Некоторое время Галя и Штурман изучающе смотрели друг на друга. Когда Осипов закурил трубку и пыхнул дымом, Штурман поморщился, достал из кармана упаковку антиникотиновых жевательных таблеток, забросил одну в рот и принялся методично жевать.

– Бросаете курить? – поинтересовалась Галя.

Штурман кивнул:

– Да. Забыл спросить: вас не раздражают жующие мужчины?

Он улыбнулся, но Галя покачала головой и ответила без тени улыбки:

– Нет. Жуйте на здоровье.

– Спасибо. – Штурман откинулся в кресле и закинул ногу на ногу. Прищурился и продолжил: – Вижу, вы девушка строгая. Но я не хочу, чтобы у вас сложилось мнение, что я вас боюсь. Так вот, я вас не боюсь. Но не хочу, чтобы вы осложняли мне жизнь. Она у меня и без того непростая. И еще: я не люблю, когда со мной говорят грубо. Это не потому, что я такое нежное создание. Просто нам ни к чему грубить друг другу. Пожалуйста, воспринимайте меня как своего коллегу, который… ничем не хуже и не лучше вас. Извините за дидактический тон, но вы должны это запомнить.

Галя была слегка удивлена таким поворотом дел, но ничем не выказала своего удивления.

– Хорошо. Я это запомню, – спокойно ответила она.

И замолчала, давая Штурману возможность выговориться. Прежде всего нужно понять, что за человек сидит перед ней. А человек, судя по всему, и впрямь был непростой.

Штурман удовлетворенно кивнул. Взгляд его так и говорил: кажется с ней можно иметь дело.

– Итак, – продолжил он после паузы, – теперь вы будете моим связным. Я знал, что это должно произойти, ведь майор уходит на пенсию. Но, признаться, не ожидал, что моим новым кумом станет женщина. Да еще такая красивая, как вы. Поэтому слегка растерялся. Но теперь взял себя в руки. Если вы не против, я буду звать вас просто Галиной.

Галя спокойно согласилась:

– Я не против.

– Хорошо, Галина. – Штурман улыбнулся узкими, сухими губами. – Итак, что вас интересует?

– Меня интересует ваше последнее донесение, – сказала Галя. – О том, что в Москве готовится убийство крупного чиновника или бизнесмена.

Штурман кивнул:

– Да, это так. Я слышал об этом от одного знакомого. Но конечно же он мог слегка приврать. Сами понимаете, никто от этого не застрахован.

– Расскажите об этом подробнее.

Штурман мельком глянул на майора Осипова, тот едва заметно кивнул.

– Дело было несколько дней назад. Если быть совсем точным, то в минувшее воскресенье…

Глава третья

1

Несмотря на будний день, небольшой ресторанчик ломился от клиентов. По всей вероятности, место было популярным в Берлине.

Элла Черепахова, роскошная, пышногрудая блондинка, с полноватым, но все-таки весьма приятным личиком, стряхнула с сигаретки пепел в грязное блюдце (тянуться за пепельницей Элле было лень) и пророкотала глубоким голосом:

– Так что, Танюха, здесь нашему брату тоже не медом намазано. Дерьмо – оно везде дерьмо, хоть в России, хоть за границей.

Собеседница Эллы Черепаховой Таня согласно кивнула:

– А я никогда и не обольщалась. Это вы в России вечно думаете, что счастье там, где вас нет. А я всегда знала: счастье – штука приходящая. Главное – иметь терпение, чтобы его дождаться.

– Там можно всю жизнь просидеть, дожидаясь-то, – насмешливо ответила ей Элла.

Татьяна улыбнулась и дернула обнаженным плечиком. В отличие от подруги, Таня была девушкой стройной, можно даже сказать – худощавой. Изящная фигурка, изящные руки, изящные пальцы – этим Бог Таню явно не обделил, и она об этом знала. Кроме того, у Тани были густые русые волосы, которые она (в отличие от платиновой блондинки Эллы) никогда не красила и не завивала. Зачем портить то, что дано тебе самой матушкой-природой?

Если лицо Эллы было лицом сдобной толстушки, то Танино напоминало декадентствующую аристократку – лицо тонкой лепки, с изящно очерченными скулами и небольшими голубыми глазами, которые смотрели на окружающих с высокомерным спокойствием, словно весь мир был лишь отражением этих глаз, причем отражением не слишком удачным.

– Кстати, как твой фиктивный брак? Еще не перерос в настоящий? – деловито осведомилась Татьяна.

Элла округлила глаза:

– Ну ты даешь, подруга. Я уже три месяца как в разводе.

– Правда? – вскинула брови Татьяна.

– Ну да. Я что, не говорила?

– Не помню. В любом случае – поздравляю!

Татьяна отсалютовала подруге бокалом с вином и отпила глоток. Затем посмотрела на часики и сказала:

– Что-то твой друг опаздывает.

Элла тоже посмотрела на часы:

– Ошибаешься. Он никогда не опаздывает. У него еще есть целая минута.

– Минута! – усмехнулась Таня. – Что такое минут?

– Вот увидишь, через минуту он будет здесь. Мой друг – большой педант.

Не успела она договорить фразу, как дверь ресторанчика раскрылась, впустив высокого, темноволосого мужчину. Остановившись у двери, мужчина пробежал взглядом по залу. Элла махнула ему рукой. Он заметил это и, улыбнувшись, направился к столику Эллы и Тани.

Через несколько секунд темноволосый уже был возле столика.

– Добрый вечер, милые барышни! – поприветствовал он девушек по-немецки.

– Бернд, познакомься, это моя подруга Таня, про которую я тебе рассказывала.

Бернд Шлегель поклонился Тане.

– Между прочим, Таня – студентка престижной московской академии! – сказала Элла.

– О! Приятно иметь дело с умной женщиной. – Шлегель поцеловал Тане руку.

– А мне, – сказала Таня, – приятно иметь дело с таким галантным джентльменом!

– Что вы, Танечка, я не джентльмен – я простой бюргер.

Девушки засмеялись. Шлегель уселся за столик и махнул рукой официанту. Затем посмотрел на девушек и сказал:

– Надеюсь, никто не возражает против шампанского?

– Лично я больше люблю водку, – заявила Элла. – Но так и быть, буду пить вашу детскую шипучку.

– А вы, Татьяна? – повернулся Шлегель к Тане.

– Я просто обожаю шампусик!

– Вот и славно. Шампанского, – сказал он по-немецки подошедшему официанту. – И еще пару ваших фирменных салатиков, порцию черной икры и какие-нибудь конфеты. Шоколадные, естественно.

Официант кивнул и записал заказ.

– Ну-с, – снова перешел на русский Бернд, когда официант ушел, – какие планы на сегодняшний вечер?

– Я обещала Тане, что ты покажешь ей Берлин, – сказала Элла.

– Вот как?

– А что, ты против?

– Что ты, Эллочка! Когда это я был против свидания с красивой девушкой?

– Не думаю, что это будет свидание, – с кокетливой улыбкой сказала Татьяна. – Скорее, дружеская экскурсия.

– Как скажете, красавица. Для вас я готов целый год работать экскурсоводом за бесплатно!

Через пять минут веселой, ничего не значащей болтовни на столике появилось шампанское в серебряном ведерке, салаты, икра и вазочка с шоколадными конфетами. Конфеты были в виде маленьких сердечек. Шлегель тут же достал одну, приложил к груди и изобразил пылкое сердцебиение. Девушки рассмеялись.

– А вы романтик, Бернд, – весело сказала Татьяна.

– Только в компании красивых девушек, – ответил на это немец. – Кстати, вы можете называть меня не Бернд, а просто Боря. До эмиграции я был именно Борей.

– Боря, – повторила Татьяна. – А что, мне нравится! Но тогда и вы не называйте меня Татьяной. Ненавижу этот официоз.

– Как же вас называть?

– Таня. Просто Таня.

– О’кей! Просто Таня! Знаете что? А давайте выпьем на брудершафт, а? По нашему с вами старинному русскому обычаю!

– Давайте!

Бернд достал бутылку из ведерка.

2

Спустя два дня, Бернд и Таня лежали в постели в одном из лучших отелей города и весело болтали. На полу перед кроватью стояла початая бутылка французского вина и два бокала. Бернд курил, опершись спиной на подушку, а Таня лежала на боку и ласково гладила ладонью его мускулистую грудь, поросшую густыми черными волосами.

Немец был не только высок, но и великолепно сложен. Настоящий Тарзан! Правда, волосат, как кавказец, но Тане это даже нравилось. В этом было что-то дикое и необузданное, словно она лежала в постели с могучим неандертальцем.

– Знаешь, Боря, даже не верится, что мы с тобой познакомились всего два дня назад, – задумчиво проговорила Татьяна.

Шлегель посмотрел на нее и улыбнулся:

– Да уж. Мне тоже кажется, что мы знакомы годы. До тех пор, пока мы не укладываемся в постель.

– Правда?

– Да. С тобой каждый раз как в первый.

Таня усмехнулась:

– Ты груб. Но мне это нравится. А что, я и правда так хороша в постели?

– Ты лучшая из всех женщин, которые у меня были, – заверил ее Бернд.

– О! Ты еще не знаешь всех моих талантов! Ты когда-нибудь слышал про «крыло бабочки»?

Шлегель покачал головой:

– Нет. А что это такое?

– Сейчас покажу. Только убери сигарету, а то еще проглотишь в экстазе.

Шлегель посмотрел на сигарету, потом перевел взгляд на Татьяну и сказал с сильным сомнением в голосе:

– Знаешь, детка, я не уверен, что у меня получится. Это будет уже третий раз за вечер.

Таня приподнялась на локте, провела губами по его смуглой шее и хрипло прошептала ему на ухо:

– Дурачок. Туши сигарету и ни о чем не беспокойся. Доверься мне.

Вдохнув черными ноздрями аромат Таниных духов, Бернд больше не задавал вопросов. Он погасил сигарету, и Таня нырнула под одеяло.

– Ох! – вырвалось из груди Бернда мгновение спустя, и он блаженно прикрыл глаза.

Через несколько минут Шлегель закинул руки за голову и устало вздохнул. Таня выбралась из-под одеяла, налила себе вина в бокал и залпом выпила. Оба были потные и краснолицые, как после сауны. Татьяна тяжело дышала как после часовой пробежки.

– Ты волшебная женщина, – сказал, поглядывая на нее, Бернд. – Я никогда не чувствовал себя таким крутым мужиком. Нет, правда – ты будишь во мне зверя!

Шлегель наклонился и поцеловал Таню в мочку уха, затем зарычал, изображая возбужденного хищника. Татьяна смешливо поежилась и повела обнаженным плечиком. Она была великолепна: красивая, сильная самка, способная свести с ума любого мужчину – вот как она выглядела сейчас, несмотря на растрепавшиеся волосы и смазанную губную помаду.

– У тебя есть в Москве парень? – спросил Бернд, не сводя с нее восхищенных глаз.

Таня помолчала, словно обдумывала его вопрос, потом прищурила голубые глаза и спросила:

– А ты как думаешь?

– Я думаю, что есть, – убежденно сказал Шлегель. – И я готов разорвать его на части.

Зрачки Татьяны по-кошачьи сузились.

– А ты опасный человек, Борис, – тихо и как-то странно проговорила она.

– Еще бы! – согласился Шлегель. – Ты даже не догадываешься, насколько я опасен.

Он вновь наклонился к Татьяне, привлек ее к себе и страстно поцеловал в губы. Таня слегка отстранилась.

– Я слышала, ты часто летаешь в Москву, – рассеянно сказала она.

– Нечасто. Но летаю.

– У тебя там работа?

Шлегель подумал пару секунд и ответил:

– Что-то вроде этого.

Татьяна свесилась с кровати и наполнила вином оба бокала. Протянула один Шлегелю. Они чокнулись и отпили по глотку.

– И еще я слышала, что ты знаком с какими-то московскими бандитами, – вновь заговорила Татьяна.

Бернд усмехнулся, но и на этот раз не стал возражать.

– И что сам любишь заниматься… всякими рискованными делами, – продолжила Татьяна, загадочно поглядывая на Бернда из-под полуопущенных ресниц.

– Смотря что называть «рискованными делами», – резонно заметил Шлегель. – Но в общем, ты права. В Москве у меня есть небольшой бизнес.

– Небольшой? А я слышала, что он приносит тебе хорошие деньги. По крайней мере, здесь, в Берлине, тебе не приходится работать.

Лицо Шлегеля потемнело.

– Это тебе Элка рассказала? – сухо осведомился он.

Таня кивнула:

– Да.

По губам немца пробежала нехорошая усмешка.

– У нашей пухлой Черепашки слишком длинный язык, – процедил он сквозь зубы. – Если кому-то захочется его подрезать, я не удивлюсь.

Татьяна прижалась щекой к плечу Бернда и с покорной нежностью посмотрела ему в глаза.

– Брось, Боря. Элла твой друг, и она любит тебя. Она за тебя пойдет в огонь и в воду. Она и со мной познакомила тебя только потому, что ей надоело видеть тебя холостяком.

– Правда?

– Да. Она считает, что ты холостой, потому что не можешь найти себе в Германии хорошую девушку.

– Гм… – Суровые морщины на лице Шлегеля разгладились. – В чем-то она права. Подожди… Выходит, ты хочешь меня на себе женить?

Таня фыркнула:

– Не надейся. У меня и в мыслях этого не было. Я не собираюсь выходить замуж в ближайшие лет пять, так что можешь успокоиться. Хотя… я бы не возражала, чтобы ты заходил ко мне в гости, когда прилетаешь в Москву.

– Я тоже не прочь.

– Значит, договорились?

– Договорились.

Они вновь поцеловались.

– Знаешь, мне в Москве очень не хватает такого вот крепкого плеча, – снова заговорила Татьяна. – Жизнь скотская, а иногда так хочется почувствовать себя слабой и беззащитной.

– Теперь у тебя появится такая возможность, – заверил ее Бернд. – Ты когда улетаешь?

– Завтра.

Немец задумчиво почесал шею. Потом посмотрел на Татьяну и сказал:

– Я смогу быть в Москве через неделю. Приеду на несколько дней. – Шлегель озорно подмигнул девушке и весело спросил: – Не успеешь меня забыть, а?

– Такого, как ты, забыть невозможно. Вот только…

По чистому лбу Татьяны пробежали маленькие морщинки. Она озабоченно нахмурилась.

– Что такое? – насторожился Бернд.

– Ты был прав, когда сказал, что у меня в Москве есть парень, – тихо ответила Таня. – Вернее, даже не парень, а… мужчина. Мы встречаемся уже год.

– Вот как. – Немец тупо посмотрел на свою руку. И сказал, словно обращался к руке, а не к девушке: – И ты его любишь?

– Я? – Глаза Татьяны вспыхнули. Она злобно усмехнулась. – Я его ненавижу. Так сильно, что могла бы убить!

– Тогда почему ты его не бросишь? – нахмурившись, спросил Шлегель.

Татьяна тяжело вздохнула:

– Это невозможно. Он меня просто так не отпустит.

– Не отпустит? – Бернд скривил рот. – Что за чушь! Он что, твой хозяин? Он на тебе клеймо поставил, что ли?

Татьяна откинула со лба прядь волос и сказала очень серьезно:

– Не в клейме дело, Борис.

– А в чем?

Таня снова вздохнула, на этот раз еще тяжелее, чем прежде.

– В деньгах, – выдохнула она. – Он меня опутал по рукам и ногам. Я должна ему за все. За квартиру, за машину. За все! Иногда мне кажется, что я должна ему даже за то, что дышу одним с ним воздухом.

Некоторое время Бернд обдумывал ее слова.

– Кажется, я начинаю понимать, – сказал он наконец пристальным, изучающим взглядом всматриваясь в лицо девушки. – Он подарил тебе квартиру, не так ли?

– Да, – кивнула Таня.

– И ты не хочешь ее лишиться, правильно?

Татьяна покачала головой:

– Не хочу.

– Желание понятное. И что же ты намерена предпринять?

Лицо девушки стало страдальческим.

– Даже не знаю, – тихо проговорила она. – У меня голова идет кругом от всего этого. – Помолчав, она подняла глаза и посмотрела на немца. – Борис, а ты… ты бы мог мне помочь?

Шлегель закурил. Выпустил ртом ровное, белое кольцо дыма и задумчиво проткнул его сигаретой.

– Сдается мне, что этот твой… мужчина положил тебе на счет в банке хорошенькую сумму, – спокойно сказал он. – Я прав?

Татьяна опустила голову:

– Откуда ты знаешь?

– Я знаю богатых мужчин, – сказал немец. – Когда они сходят с ума от страсти, они не считают денег. А от такой, как ты, можно сойти с ума.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23

Поделиться ссылкой на выделенное