Фридрих Незнанский.

Меткий стрелок

(страница 3 из 28)

скачать книгу бесплатно

– …Которая будет неплохо оплачена, – с надеждой договорил за него Филя.

Денис улыбнулся:

– Именно. Так что, друзья мои, я предлагаю пока не разбегаться. Найти я вас всегда смогу, благо мобильники у вас с роумингом, но вот собрать…

– Да уж, это дело сложное, – хихикнул Макс. Но тут же осекся под строгим взглядом Алексея Петровича Кротова: – Вот я и говорю – лучше сидеть дома у компьютера. И за порог не выходишь, и весь мир у тебя как на ладони. Красота!

Филя сделал глумливое лицо и уже даже раскрыл рот, чтобы сказать что-то ужасно остроумное, но не успел. В кармане у Дениса зазвонил телефон. Денис вытащил трубку и приложил ее к уху.

– Да… Вы не ошиблись. Здравствуйте… Да… Совершенно верно… Конечно… Именно этим мы и занимаемся… Чем скорей, тем лучше… М-м… Вполне. Адрес вы знаете?… Да, именно… Буду вас ждать. До свидания.

Денис убрал телефон в карман и, встретившись взглядом с Филей, улыбнулся:

– Ну вот, господин Агеев, можно считать, что все ваши волнения относительно моря и бананов позади.

– То есть? – не понял Филипп.

– А то, что в ближайшей перспективе ни бананов, ни моря, скорей всего, не предвидится. Нас ждет тяжелый, изматывающий труд.

– Ну что ж, – протянул Алексей Петрович Кротов раскатистым, хорошо поставленным баритоном. – Я думаю, это хорошая новость. Когда вы договорились встретиться?

– Сегодня, – ответил Денис, вставая со стола. – Через полтора часа.

– Может, и мои услуги в конце концов кому-нибудь понадобятся, – проворчал Макс, подергивая себя за бороду.

– Надежды юношей питают, – философски заметил Филя. – Иди пока потренируйся. А то, не дай бог, перепутаешь клавиши – и пиши пропало.

Макс насупился и сразу стал похож на обиженного домовенка, чем вызвал у присутствующих дружный смех.

Глава седьмая

– Здравствуйте, Фира Абрамовна!

Денис поднялся с кресла и двинулся навстречу женщине. Она выглядела именно так, как он ее себе представлял. Это один из тех редких случаев, когда голос и манера говорить абсолютно соответствуют внешности говорящего.

– Здравствуйте, Денис Андреевич! – Фира улыбнулась, не разжимая сухих, узких губ. – А мы с вами, оказывается, одной масти.

– Да уж, – согласился Денис. – Дети солнца.

Честно говоря, Денис и Фира Абрамовна были схожи не только рыжей мастью, но и комплекцией, и чертами лица… Оба худощавые, высокие, с длинной шеей и высоким благородным лбом. Их спокойно можно было принять за брата и сестру или за мать и сына. Вот только глаза у директора агентства и еврейской портнихи были разные. У Дениса – маленькие, юркие и любопытные, у Фиры Абрамовны – большие, чуть навыкате, и смотрели они с вызовом, с немым достоинством. Такие глаза должны быть у членов разорившейся аристократической семьи, вынужденных добывать себе хлеб насущный неблагородным, черным трудом.

– Присаживайтесь, пожалуйста.

Денис указал ей на свое кресло, а сам отодвинул от стола стул и, подождав, пока усядется гостья, уселся сам.

Сидеть на стуле ему было непривычно, но общение с дамой обязывало к вежливости.

Фира обвела кабинет директора скептическим взглядом, задержалась глазами на репродукции гравюры Дюрера «Три всадника Апокалипсиса», которую Денис водрузил на стену всего неделю назад, и усмехнулась:

– А у вас тут совсем неплохо, Денис Андреевич. Вот только деревянные панели не совсем гармонируют с фрамугой, да эта картинка… – Тут она стушевалась, как будто внезапно вспомнила, где находится, и, выпрямив спину, уставилась на Дениса серьезными, холодноватыми глазами. – Извините, Денис Андреевич. Это, конечно, хамство – прямо с порога лезть со своим уставом в чужой монастырь. Но такой уж у меня характер. И боюсь, что в мои пятьдесят его уже не исправить.

В ответ Денис широко улыбнулся.

– Чувствуйте себя как дома, – сказал он дружелюбным голосом. – А что касается картинки… – Он бросил взгляд на Дюрера. – Так это своего рода символ. Понимаете, нам часто приходится заниматься грязной работенкой. Порой чувствуешь себя настолько облепленным всяким… – Денис замялся, подыскивая нужное слово.

– Дерьмом, – подсказала ему Фира, не привыкшая лезть за словом в карман.

– Чем-то в этом роде, – улыбнулся Денис. – …А глянешь на эту картинку – и понимаешь, что у тебя еще не самая худшая работа на свете.

– Ну на всадников Апокалипсиса вы мало похожи, – заметила Фира, глядя на Дениса вприщур. – Хотя то, что творится за окном, очень сильно напоминает конец света. У вас здесь можно курить?

– Пожалуйста. – Денис протянул руку и достал с полки пепельницу, которую специально держал для гостей, так как сам этого дела, что называется, на дух не переносил.

Фира вытащила из сумочки сигареты – крепкие, без фильтра – и маленькую пластиковую зажигалку. Закурила.

– А вы что же? – обратилась она к Денису.

– Спасибо, не употребляю.

Взгляд Фиры стал насмешливым.

– Интересно. Так вот какой нынче сыщик пошел. Помнится, Шерлок Холмс курил трубку, и другие известные сыщики не вынимали изо рта сигару…

– Времена меняются, – ответил Денис. – Нынче выгодно вести здоровый образ жизни. Больше приходится думать ногами, чем головой. А для этого нужно иметь крепкие ноги.

– Что ж, похвально. – Фира выпустила изо рта облако дыма и стряхнула пепел. – Ладно. К делу. Много ли вам рассказал Семен Семенович Моисеев?

– Кое-что рассказал. Например, то, что прокуратура отказалась продолжать следствие в отношении убийства вашей сестры, однако вы полны решимости продолжить расследование. Так?

– Совершенно верно. Подонок, который убил мою сестру, должен получить по заслугам. – Фира воинственно блеснула глазами. – Я знаю, что ему воздастся за грехи на небесах, но для меня невыносима мысль, что он будет наслаждаться сладкой жизнью, в то время как моя Доли лежит глубоко под землей. – Внезапно Фира сникла, превратившись из воинственной моложавой женщины в измученную старушку. – Мы… очень любили нашу маленькую Доли.

Фира Абрамовна достала из сумочки платок и промокнула глаза.

Денис задумчиво побарабанил пальцами по столу.

– Надеюсь, Фира Абрамовна, вы понимаете, что я ничего не могу обещать?

– Нет, – возразила Фира. – Вы мне можете обещать одно: сделать все от вас зависящее, чтобы найти убийцу. Никаких других обещаний я от вас не потребую.

– Это разумный подход к делу, – кивнул Денис. – Что ж, пожалуй, мы можем принять это дело к производству. Осталось обсудить вопрос гонорара.

– С этим ни у вас, ни у нас с сестрой не будет проблем. Мы с Гитой готовы заплатить любые деньги. Понимаете… Доли была нам как дочь. Мы ведь с Гиточкой обе не замужем. Своих детей у нас нет. Мы вложили душу в воспитание нашей маленькой Доли. Теперь, после убийства Доли, – Фира Абрамовна всхлипнула, – жизнь потеряла для нас всякий смысл.

– Ну зачем же так трагично, – мягко сказал Денис. – Вам еще жить да жить.

Он ненавидел такие ситуации. Приходилось утешать. А утешитель из него был плохой. В такие вот моменты Денис всегда тушевался и ничего подходящего ему на язык не приходило. Он боялся усугубить боль человека каким-нибудь неосторожным, неправильным словом.

– Спасибо вам, молодой человек. – Фира отняла платок от глаз и спрятала его в сумочку. – Что ж, обговорим детали.

– Давайте, – с радостью согласился Денис. – Но для начала… Можно один вопрос, Фира Абрамовна?

– Валяйте, молодой человек, – разрешила Фира.

Денис сощурился.

– Скажите, почему вы обратились именно ко мне? В Москве несколько детективных агентств. И в половине из них работают друзья Семен Семеныча Моисеева.

– Да, – сказала Фира. – Это так. Но видите ли, молодой человек, в чем дело… Моисеев сказал мне, что вы не только хороший сыщик, но и… не антисемит. Я подумала, что Семе можно верить. И, как вижу, не ошиблась. – Фира растянула узкие губы в улыбку. – Поверьте мне, молодой человек, я прожила долгую жизнь и умею разбираться в людях.

Глава восьмая

Сразу после разговора с Фирой Абрамовной Гординой Денис обзвонил своих коллег, а уже час спустя все они сидели в его кабинете.

– Что на этот раз? – вяло поинтересовался Макс, которого звонок Дениса оторвал от разработки новой компьютерной программы, которую бородатый гений готовил для одной книготорговой фирмы. За солидный гонорар, естественно. – Очередная порция утешений или наклюнулось что-то стоящее?

– Ага, – резюмировал Филя. – Наш бородатый Билл Гейтс сегодня явно не в духе. Небось опять оторвали тебя от очередной халтуры? Сознавайся, стучал по клавишам в пользу конкурирующей фирмы?

Макс хмыкнул:

– Не корчи из себя суперсыщика, Филя. Тебе эта роль явно не к лицу.

– Один – один, – весело отозвался Филя. И досадливо заметил: – А еще говорят, что все компьютерные гении не от мира сего. Нашему бородатому виртуальному человеку палец в рот не клади. Одно нажатие на клавишу – и пальца как не бывало.

– Очень смешно, – ухмыльнулся Макс.

– Мужики, вы закончили? – сурово сдвинул брови Денис. – У меня-то время есть, а вот у Алексея Петровича его, боюсь, в обрез.

Кротов улыбнулся, посмотрел на наручные часы и развел руками:

– К сожалению. Однако час у меня еще имеется.

– Тогда, пожалуй, приступим. – Денис откашлялся в кулак и начал: – Наверняка многие из вас слышали об убийстве в подземном переходе около двух месяцев назад.

– Это на Тверской, что ли? – поинтересовался Сева Голованов.

– Именно, – кивнул Денис. – Убили женщину. Сотрудницу радиостанции «Свободная волна» Доли Гордину.

– Кажется, что-то такое было в «Московском комсомольце», – задумчиво произнес Владимир Афанасьевич Демидов, он же Демидыч, здоровенный мужик с бычьей шеей, пудовыми кулаками и совершенно добродушным лицом.

– Да, – подтвердил Денис. – Была небольшая статейка. Называлась она «Людей в Москве отстреливают среди бела дня».

– Дурацкое название, – поморщился Голованов. – Можно подумать, в Нью-Йорке или в каком-нибудь Урюпинске людей лишают жизни исключительно ночью.

– В статье приводились разные примеры, – продолжил Денис. – В том числе и пример с убийством Доли Гординой. Однако большого резонанса сей опус не вызвал. Теперь о Гординой. По одной из версий убийство журналистки было заказным. Хотя не исключено, что убийство было совершено с корыстной целью. Убийца выстрелил Гординой в шею прямо на ходу. И тут же скрылся в толпе. Пока милиция от здания Думы бежала к месту преступления, второй преступник обшмонал портфель Гординой, а затем также беспрепятственно растворился в воздухе. Предполагается, что второй преступник вытащил из сумочки журналистки кошелек, а может быть, и конверт с баксами…

– Стоило ли ее в таком случае убивать – вот в чем вопрос, – заметил Алексей Петрович. – Стрелять в человека среди бела дня – занятие довольно рискованное. Пусть даже в портфеле у Гординой лежала парочка миллионов долларов в акциях и ценных бумагах. Достаточно было просто стукнуть ее чем-нибудь тяжелым по голове. Результат был бы тем же. Только без таких трагических последствий. На убийство обычно идут, только если нет других способов воздействия, либо если все эти способы исчерпаны.

– Это, конечно, так, – пробасил со своего стула здоровяк Демидов. – Но с другой стороны – сейчас развелось столько отморозков, для которых убить человека все равно что сигарету выкурить…

– Как бы то ни было, – сказал Денис, – но следствие, длившееся два месяца, ни к чему не привело. Дело приостановлено в связи с нерозыском обвиняемого.

Он взъерошил ладонью свои рыжие волосы и продолжил:

– Сегодня ко мне приходила сестра Доли Гординой – Фира Абрамовна Гордина. Она хочет, чтобы наше агентство продолжило расследование.

– Оп-па! – усмехнулся Макс.

А Филя, шутливо потупив глаза, робко спросил:

– И что, много башляет наша сестричка?

– В самом деле, – отозвался Сева, – пора бы уже озвучить сумму.

Денис прочистил горло и озвучил – громко, четко, чуть ли не по слогам.

Филя присвистнул. А здоровяк Володя Демидов хлопнул огромными ладонями по коленям и сказал:

– Наконец-то. Полтора месяца сидим без стоящей работы…

– У кого-нибудь имеются возражения? – поинтересовался Денис, обводя коллег прищуренным, насмешливым взором. – Нет? Ну тогда заявляю вам официально: с сегодняшнего дня все мы на этом деле. Остальные дела, – Денис пристально посмотрел на Макса, – отходят на второй план.

Возражений не последовало.

Глава девятая

– Звягинцев Александр Александрович, – представился следователь, вяло пожимая Денису руку. – Можно просто Сан Саныч.

– Грязнов Денис Андреевич, – улыбнулся в ответ Денис. – Можно просто Денис.

Звягинцев отвел голову назад и прищурился.

– Похож, – заявил он после паузы. – Только повыше, посуше и помоложе. Но порода чувствуется.

– Это вы про моего дядю – Вячеслава Ивановича?

– А то. Про него. – Звягинцев нахмурился. – Генерал звонил мне. Сказал, чтоб я оказал вам максимальное содействие. Вот только толку вам от меня будет мало.

– Сан Саныч, вы проводили официальное расследование по делу об убийстве журналистки Доли Гординой. Однако…

– Однако результаты неутешительные. Нам ничего не удалось раскопать.

– Вы встречались с руководством радиостанции «Свободная волна», на которой работала Доли?

Звягинцев кисло улыбнулся и махнул рукой:

– Встречался. Только и это не принесло никакой пользы. У меня сложилось ощущение, что там не все так чисто, как им хотелось бы. Но это только ощущение.

– На чем же оно основывается?

Звягинцев пожал плечами:

– Не знаю. Слишком сладко они мне улыбались… Слишком напрягались, когда речь заходила о финансовом положении радиостанции и о делах, которыми занималась Гордина. Да и вообще, не понравились мне их лица.

– Это все?

– Все. Если не брать в расчет интуицию.

– Как продвигалось следствие?

– Вы имеете в виду – не совал ли нам кто-нибудь палки в колеса?

– Допустим.

– Нет. Не совал.

Звягинцев достал сигарету и закурил. Посмотрел на Дениса и скептически хмыкнул.

– Не знаю, может, вам что-нибудь и удастся раскопать… Вы ж все-таки работаете не за совесть, а за…

– Деньги?

Звягинцев кивнул.

– Да. За деньги. Причем, я так предполагаю, за очень неплохие деньги. А это куда больший стимул, чем почетная грамота или отметка в трудовой книжке.

– Не очень-то вы нас любите, – серьезно сказал Денис.

– А за что мне вас любить? – Звягинцев приподнял кустистые брови и выпустил в сторону Дениса струю вонючего сизого дыма. – Вы же снимаете сливки, а нам достается вся черная работа. Я не хочу вас ни в чем обвинять. Наверное, и в вашей среде есть хорошие профессионалы. Ведь платят же вам за что-то деньги. Но ведь и мы не пальцем деланные. Будь у нас ваши возможности, ваши средства, в том числе и технические… – Звягинцев безнадежно покачал головой. – И потом, ваша контора никогда не будет заниматься зарезанной за буханку хлеба старухой или утонувшим в луже нищим. Вы идете только туда, где раздается звон золотых монет или шуршание зеленых бумажек. Вот и выходит, что уж больно мы с вами разные…

– Ну в нашей работе тоже мало приятного, – заметил Денис.

– За исключением гонораров, – сухо отрезал Звягинцев.

– Ах вот, значит, в чем дело. – Денис помрачнел. – Считать деньги в чужом кошельке не самое достойное занятие для офицера.

– А, бросьте вы. – Звягинцев махнул рукой. – Ладно. Хватит выяснять отношения. Не для того мы с вами встретились. – Он крепко затянулся и продолжил: – Единственная улика, которая у нас имеется, – это несколько волосков, оставшихся на парике, который выбросил в урну убийца. Допустим, Гордину замочил кто-то из своих… Но не могу же я прийти на «Свободную волну» и вырвать по волоску из каждой журналистской головы. За это мне самому снимут голову.

– Сан Саныч, а вы уверены, что парик принадлежал именно убийце?

– На все сто. У нас есть свидетельские показания. Плюс – фоторобот убийцы. Сейчас я вам покажу.

Звягинцев расстегнул сумку, висевшую на плече, и достал желтый кодаковский конверт.

– Вот взгляните.

Денис вытащил из конверта две картинки. Бросил быстрый взгляд.

– Да, не густо. Про убийцу я не говорю, тут, кроме очков и гривы волос, вообще ничего нельзя разобрать, а вот второй… Слишком много характерных признаков, от которых очень легко избавиться. Кудрявая шевелюра, круглые очки, бакенбарды, тощая бородка… Если все это убрать, что останется? Худощавое лицо с неопределенными чертами, вот и все.

– И я о том же говорю, – поддакнул Звягинцев.

– Ладно, – вздохнул Денис. – Ничего другого у нас все равно нет. Я это забираю?

– Да, у нас таких еще дюжина. Пользуйтесь на здоровье. Если будут подозреваемые, рвите у них волосы и тащите к нам. Мы уж как-нибудь сумеем прижать их к стенке.

– Оригинальные у вас представления о нашем агентстве. Ну да ладно. Всего доброго, Сан Саныч, и спасибо за сотрудничество. Телефон мой вы знаете, я ваш тоже. Если что – созвонимся.

– Рад был помочь, – ощерился Звягинцев. – Если, конечно, это можно назвать помощью.

Глава десятая

Стоял жаркий июльский день. Солнце палило нещадно, и к обеду кирпичные стены дачи успевали настолько прокалиться, что сидеть в комнате не было никакой возможности. Не помогали даже открытые по всему дому окна. Занавесочки, конечно, летали, но ветер, трепыхавший их, был чересчур теплым, чтобы принести хоть какое-то облегчение.

Григорий Ефимович Штейн, сорокасемилетний журналист, которому при первом взгляде ни за что нельзя было дать больше сорока, при втором – сорока семи, а при третьем – пятидесяти пяти, кряхтя и обливаясь потом, встал с дивана и, сладко потягиваясь, побрел к двери.

Это был высокий, смуглый и мускулистый человек. Глаза его блестели молодым блеском, но под ними уже наметились сизоватые мешки – свидетельство нездорового интереса, который Григорий Ефимович проявлял ко всему, что горит и повышает настроение.

Вот и сейчас, едва отошедши от сна, он первым делом двинул свои обутые в старые, мягкие мокасины ступни к заветному барчику.

– Так, что тут у нас? – спросил сам себя Григорий Ефимович, открывая дверцу бара и жмурясь от удовольствия при виде целой батареи разнокалиберных бутылок, за которыми он каждый понедельник ездил в город.

– Ага, – сказал журналист, вынимая из бара бутылку виски. – Пожалуй, это то, что надо. – Он окинул грустным взглядом содержимое бара и вздохнул: – Одним бойцом в строю стало меньше. Ну ничего, ребятки, скоро прибудет пополнение. Потерпите еще несколько дней.

С этими словами Григорий Ефимович закрыл дверцу и поплелся обратно к дивану.

– Стоп! – внезапно сказал он сам себе. – Однако для утра это, пожалуй, чересчур крепковато. – Он с сомнением посмотрел на бутылку виски, зажатую в руке, и спросил у нее: – Что будем делать, дружище?

Бутылка хранила молчание.

Григорий Ефимович задумчиво поскреб в затылке, и взгляд его прояснился – выход из затруднительной ситуации нашелся сам собой. Минуту спустя журналист уже стоял у холодильника и смешивал в стакане виски и содовую, особенно налегая на виски.

– Ну вот теперь полный порядок! – сказал себе Григорий Ефимович, но насладиться результатами своего титанического труда не успел. Где-то в недрах комнаты запиликал телефон.

Журналист поставил стакан на холодильник и отправился на поиски попискивающего злодея, приговаривая на ходу: «Черт! Куда я мог его засунуть?»

Телефон обнаружился под диваном. Как он туда попал – неизвестно.

Попыхтев и раскрасневшись, Григорий Ефимович, достал-таки из-под дивана зловредную штуковину и, нажав на кнопку, приложил ее к пылающему уху.

– Алло, – раздался в трубке мужской голос, – Григорий Ефимович, это ты?

– Допустим, – ответил журналист. – А с кем я говорю?

– Это твой старый приятель, Денис Грязнов. Помнишь такого?

– Я не знаю человека с таким именем, – отрезал журналист. – Видимо, вы ошиблись.

Он с тоской посмотрел на стакан с желтоватой жидкостью, оставленный им на холодильнике.

– Гриша, кончай валять дурака, – рявкнула трубка ему в самое ухо.

Григорий Ефимович поморщился.

– Я вешаю трубку, – сказал он. – Перезвоните как-нибудь в другой раз.

– Когда?

Журналист подумал и сказал:

– В следующем году. Пока.

– Ну что ж, – ответствовала трубка, – если ты согласен лишиться бутылочки отличного канадского виски, которую я держу в руке…

– Денис, ты, что ли?! – внезапно узнал старого приятеля журналист. – Черт возьми, сколько лет, сколько зим! Ты где скрываешься?

– Да я-то на месте. А вот тебя что-то давно не было видно на горизонте.

– Да. Извини, – сказал смиренным голосом Григорий Ефимович. – Сам понимаешь – работа. Сегодня здесь, завтра там. Замотался совсем.

Журналист вновь посмотрел на забытый стакан и тяжело вздохнул.

– Да, – сказала на это трубка. – Вижу, тяжело тебе приходится. Ну и где лучше: «здесь» или «там»?

– Нигде, – ответил Григорий Ефимович. – Помнишь, как у Бродского: «Скучно жить, мой Евгений. Куда ни странствуй – всюду жестокость и тупость…» Вот и у меня так же. Куда ни приедешь – всюду одно и то же дерьмо.

– Так, – сказал Денис. – Теперь понятно. Вижу, ты еще не успел опохмелиться. Ладно, перезвоню через пять минут. Управишься?

Григорий Ефимович оскорбленно хмыкнул:

– Ты меня неправильно понял, старик. Но кое-что я действительно сделать не успел. Жду через пять минут. Пока.

Журналист положил телефон на диван и проворчал с притворным гневом: «Ох уж эти мне сыщики. Все-то они знают».

Через пять минут, когда Григорию Ефимовичу значительно полегчало, а стакан с виски и содовой был пуст, телефон зазвонил вновь.

– Слушаю, – сказал журналист пободревшим и подобревшим голосом.

– Гриш, помнишь то дело, с которым ты ко мне обращался?

– Конечно, старина! Такое не забывается. Я очень тебе благодарен.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28

Поделиться ссылкой на выделенное