Фридрих Незнанский.

Месть предателя

(страница 2 из 29)

скачать книгу бесплатно

– Два пива, пожалуйста. «Жигулевского». И один апельсиновый сок, – сделал заказ Райский.

– Извините, но «Жигулевского» у нас в данный момент нет, – виновато ответил подошедший официант. – Может, чешское, немецкое, американское, голландское? – предложил он.

– Значит, ребята, в другой раз! – хитро улыбаясь, сказал Райский Ветрову и Гордееву. – Но пока, в качестве компенсации, могу предложить то же самое, что заказал себе, – сок. В нем полно витаминов. Которые очень помогут вам в предстоящем матче-реванше, – и, вновь обратившись к официанту, сказал: – Три сока, пожалуйста.

Когда официант удалился, Райский продолжил:

– Андрей, как же ты мог попасться на крючок? Разве ты не знал, с кем имеешь дело? – Вадим Андреевич укоризненно покачал головой. – Надеюсь, ваша уха будет вкусной.

– А пиво холодным, – улыбаясь, добавил Гордеев.

– Да, да, – как бы начиная раздражаться, пробурчал Райский. – Я слов на ветер не бросаю. Однако хотя ты, Юра, и угадал причину взрыва, но само по себе это событие не из ряда вон выходящих. Такое сейчас не редкость. И происходит чуть ли не каждую неделю. Поэтому, зная, можно легко прийти к определенному выводу. Так что об этом событии можете забыть.

– Согласен. Забыть-то можно. Если, конечно, не знать, что именно этот «фольксваген» отъехал за нами с пляжной стоянки в Серебряном Бору и именно он взлетел на воздух недалеко от того места, где мы с Андреем собирались перекусить.

– Ну, это очередная случайность.

– Когда случайности повторяются, это уже закономерность. К тому же именно этот «фольксваген» я дважды видел на прошлой неделе.

– Где? – быстро спросил Ветров.

– Почему ты уверен, что то была именно взорванная машина? – добавил Райский. – Мало ли в Москве зеленых «фольксвагенов»?

– Автомобилей-то много, да вот с определенным номерным знаком один.

– А откуда тебе известно, что номер взорвавшегося «фольксвагена» и номер той автомашины, которую ты видел, один и тот же? – подозрительно спросил Ветров. – Между прочим, в «Московском комсомольце» номер не указан. Или ты и ранее уже что-то подозревал, а вчерашние события стали для тебя лишь следствием, причину которого ты столь бесчестно от меня утаил? Если так, то это жульничество. И наше пари я считаю разорванным.

– Андрей, мы же тебя спрашиваем, как ты мог попасться на такой жалкий крючок? – подлил масла в огонь Райский.

– Ну, во-первых, – примирительно сказал Гордеев, – заметку в «МК» я действительно читал. Еще вчера. Купил вечером у распространителей возле метро. И потом сопоставил информацию. Вспомнил, что уже видел этот автомобиль дважды в течение одной недели.

– Андрей, – не унимался Райский, – ты ему веришь?

– Придется поверить, – ответил Юрий.

– И когда же ты ее встретил впервые? – Ветров по-прежнему недоверчиво смотрел на Гордеева.

– В прошлый вторник «фольксваген» был припаркован возле нашей юридической консультации. И именно на моем обычном месте.

Это причинило вашему покорному слуге определенные неудобства. Какое-то время мне пришлось искать свободное место. В такой ситуации волей-неволей обратишь внимание на нахала. А их в машине было трое – молодые парни. С бритыми затылками, крепкими бицепсами и с якорными цепями высшей пробы на бычьих шеях. А быки всегда выделяются на фоне овечек. Единственное, что меня тогда удивило, так это машина. Обычно эти предпочитают «БМВ» или «мерседесы», а в последнее время – и джипы. Теперь я понимаю, почему «качкам» пришлось тесниться: они не хотели привлекать лишнего внимания. Но мое внимание эти нахалы все-таки привлекли. Потом они уехали. Кстати, их отъезд совпал с уходом моих клиентов.

– С чего ты это взял? – слегка оттаяв, поинтересовался Ветров.

– Место, на которое я обычно ставлю свою машину, хорошо просматривается из окна. Сами понимаете: береженого Бог бережет. А автомобиль, на котором я нынче катаюсь, – родительский. Не хотелось бы доставлять старику неприятности. Так вот, увидев, что нахалы освобождают мое место, я вышел переставить свои «Жигули». Оказалось, что «фольксваген» с «быками» лишь немного отъехал и стоит с работающим двигателем, а клиенты, которые пять минут назад покинули мою кабинку, о чем-то разговаривают на тротуаре, стоя рядом с белой «Волгой». За ее рулем сидел пожилой водитель. Поговорив, мои клиенты сели в машину и уехали. За ними тут же укатил и «фольксваген».

– Ну а во второй раз? – допытывался до истины Ветров.

– Что – во второй раз?

– Андрей спрашивает, когда ты видел «фольксваген» во второй раз, – присоединился к Ветрову Райский. – Ведь ты его видел дважды за неделю, не так ли?

– Да. Потом я его увидел вечером того же дня. Рядом с домом, где снимаю квартиру. Когда выбрасывал в мусорный контейнер всякий хлам. Мусоропровод в стояке забился, и пришлось спускаться во двор. Как раз в это время кто-то садился в машину, стоявшую между контейнерами и входом в мой подъезд. Освещение в салоне включилось, и я сумел разглядеть пассажиров. Это были все те же утренние нахалы – их нетрудно было запомнить. Уходя, я взглянул на номер. Цифры оказались те же: «161» и буквы – «а», «е» и «у». Ну а в последний раз мы с тобой, Андрюша, видели его вчера. Пылающим на бульваре Генерала Карбышева.

– Что было, то было, – подтвердил Ветров, обращаясь к внимательно слушающему Райскому, который за время рассказа занимался своей трубкой.

– Выходит, что автомобиль ты видел во вторник и в воскресенье. Юра, а ты эту историю с «фольксвагеном» с чем-нибудь связываешь? – выпуская клуб дыма, спросил Райский. – С какими-нибудь своими старыми делами. Или с новыми? Например, с клиентами, вслед за которыми отправился этот «фольксваген»? С каким, кстати, делом они приходили?

– Да я уже думал над этим. А пришли они вот с чем…

Но рассказать о цели их прихода Гордеев не успел.

К их столику стремительной и легкой походкой подошла молодая, уверенная в себе женщина. Ее стройная фигура была элегантно упакована в светлый, но строгий деловой костюм из тонкой ткани, созданный явно известным европейским дизайнером. Выбор такого костюма говорил и о достатке его владелицы, и о тонкости ее вкуса. То же можно было сказать и о модельной обуви, подчеркивающей стройность длинных ног и тонкость лодыжек. Женщина, окинув быстрым, внимательным взглядом сидящих за столиком, поздоровалась и обратилась к Ветрову:

– Андрей Борисович, извините, что заставила вас ждать. Неожиданные телефонные переговоры. Они немного затянулись.

– Ничего-ничего, Елена Петровна, – сказал, вставая, Ветров. – У меня всегда найдется для вас необходимое время. К тому же я не скучал. Встретил своих друзей, – и он жестом показал на Райского и Гордеева. – Нам было интересно поговорить. – И тут же, укоризненно пригрозив Юрию пальцем, закончил: – Без меня не рассказывай больше никаких историй. Вечером позвоню тебе.

– Я рада, что ваша встреча произошла именно в нашем ресторане. – И женщина, слегка склонив голову, еще раз окинула взглядом сидящих за столиком. На Гордееве ее взгляд задержался чуть дольше. – Андрей Борисович, мы можем для разговора пройти в мой рабочий кабинет, – предложила она Ветрову, а остающимся сказала: – Извините, что прервала ваш разговор. Приятного отдыха.

– Мы еще успеем наговориться. – Гордеев кивнул на прощание.

То же, чуть привстав, вежливо повторил и Райский.

Когда Ветров и Елена Петровна ушли в глубь ресторана, Гордеев сказал посасывающему потухшую трубку Райскому:

– Ну что, закончил? Продолжим как-нибудь в следующий раз.

– Да, пора, – ответил Райский, посмотрел на свои золотые швейцарские часы и подозвал официанта.


На улице их ожидала неприятная неожиданность. Около новенького красного «форда» Райского стоял лысоватый пузан в милицейской форме с погонами капитана и помахивал регулировочным жезлом. На его намокшей от пота рубашке блестела номерная бляха московского гаишника. Рядом крутились какие-то люди в черно-синих спецовках с инструментами в руках. Подойдя ближе, Вадим Андреевич увидел, что колеса его автомобиля заблокированы специальными металлическими захватами, не позволявшими машине тронуться с места.

– Я что-то нарушил? – спросил удивленный Райский и показал рукой на заблокированные колеса.

– Неправильно поставили машину на стоянку, – ответил равнодушный гаишник и жезлом указал на запрещающий знак.

– Но сорок минут назад его здесь не было, – ответил пораженный Райский. – Я это точно помню! Я не мог его не заметить!

– Все так говорят, когда нарушают.

– Ну хорошо! Нарушил! Но зачем заблокировали колеса? Выписывайте квитанцию… Я, в конце концов, заплачу штраф и уеду. – Вадим Андреевич знал по опыту и по рассказам других автомобилистов, что спор в аналогичных ситуациях бесполезен.

– Не могу отпустить. Постановление правительства Москвы, – пояснил гаишник и, махнув жезлом, крикнул одному из людей в спецовках: – Подгоняй эвакуатор.

Тот стал что-то говорить в переговорное устройство.

– Сейчас подъедет спецмашина. Погрузит вашу иномарку и отвезет на охраняемую стоянку, – продолжил сильно потеющий капитан, свободной от жезла рукой промокая носовым платком пот на своей шее. – Там она и будет находиться до тех пор, пока вы не уплатите штраф за неправильную парковку и не оплатите время нахождения на стоянке. Она поблизости. За кольцевой дорогой. Оплата за стоянку – посуточная. Кстати, обычно через определенный срок невостребованные автомобили продаются с аукциона. Но вам, – гаишник насмешливо посмотрел в глаза Райскому, – это, кажется, не грозит.

– Надеюсь, что так оно и будет, – сказал понимающий Райский и попросил гаишника отойти с ним в сторону.

Гордеев, хорошо знавший о существующей в Москве неразберихе с парковкой, причиной которой были незаконные действия столичного правительства, молча наблюдал за ситуацией со стороны. Он не вмешивался в происходящий диалог гаишника и Райского, но внимательно наблюдал за рабочими, которые в ожидании прибытия эвакуатора пытались заблокировать заодно и соседние машины. Они показались ему новичками в своем деле. А их действия – какими-то неловкими. Отсутствовал у них навык обращения с блокираторами колес, который Юрий видел не раз у других работников этой сферы, проезжая по московским улицам. Да и черно-синие их спецовки выглядели неестественно свежими и чистыми для середины рабочего дня.

«И это в такую-то жару», – подумал Гордеев.

Он еще немного постоял на краю тротуара и отошел в тень ближайшего здания.

Вскоре вернулся Райский.

– Сейчас поедем, – сообщил он.

– На своих двоих или на такси? – поинтересовался Гордеев.

– Петрович, ты меня обижаешь…

– И не думал. Я так понимаю, что и капитан на тебя не в обиде?

– Пришлось…

– Номер бляхи запомнил?

– А зачем?

– Может пригодиться.

– Запомнил, – невесело ответил Райский, глядя, как снимают блокираторы с колес его «форда». Настроение у него было испорчено.

Лишь на Таганской улице упорно молчавший Райский словно очнулся:

– Юра, но ведь знака там действительно не было?

– Не было, – подтвердил Гордеев. – Но появился.

– Черт знает что творится! У меня такое впечатление, будто гаишники возят запрещающие знаки в багажнике и вывешивают их, где им захочется. Левый заработок!

– Может быть, – усмехнулся Гордеев. – На эту тему даже есть анекдот. Рассказать?

– Нет.

Райский надавил на акселератор. Двигатель «форда» прибавил оборотов, и Гордеева вжало в спинку анатомического кресла. Машина рванулась к зеленому глазу светофора. Впереди был перекресток, который Вадим Андреевич надеялся проскочить до желтого света.

– Не успеешь, – верно оценил дорожную обстановку Гордеев – он обладал большим водительским стажем.

– Пожалуй, – согласился Райский и, чтобы не выскочить на перекресток, сбросил газ и стал прерывисто нажимать на педаль тормоза.

И вовремя это сделал. Так как через несколько секунд после начала торможения неожиданно послышался металлический скрежет. Иномарку тряхнуло и, резко уведя влево, вынесло на встречную полосу, где развернуло и, едва не опрокинув после удара о бордюрный камень, выбросило на тротуар. Машину остановил коммерческий киоск.

К счастью для Райского и Гордеева, транспорта на встречной полосе в этот момент не было – горел красный свет.

– Вадик, теперь ты смело можешь участвовать в гонках на выживание, – сказал, снимая левую руку с руля, Гордеев. Юрий с первых же мгновений происшествия помогал удерживать контроль над автомобилем. – Слышал, наверное, о таких? Их еще и по телевизору показывают. Получишь всероссийскую известность.

Бледный как мел Райский молчал.

– А я буду рядом с тобой… в качестве штурмана.

Но Райский по-прежнему молчал и смотрел перед собой невидящими глазами. Его ухоженные руки в светлых лайковых перчатках крепко сжимали рулевое колесо. Сквозь узорные вырезы перчаток были видны побелевшие суставы пальцев.

– Андреич, все кончилось, – уже серьезно сказал Гордеев и отстегнул ремни безопасности – свой и Вадима. – Ты жив.

Однако вновь не увидел никаких изменений.

«Что ж, словом делу не поможешь», – подумал Гордеев и наклонился в сторону оцепеневшего водителя. Он несколько раз ощутимо пошлепал ладонью по щекам Райского и вскоре увидел его осмысленный взгляд.

– Приехали, – напомнил Гордеев Райскому и вышел из машины.


…Зеваки, как всегда, обменивались возможными версиями.

Бледные мальчики с восторгом в глазах обсуждали, что все это было покруче, чем в американских боевиках.

Сухие старушки истово крестились и, посматривая на чистое небо, шептали: «Спаси, Господи».

Алкаши с фиолетовыми носами, обдавая друг друга перегаром, спорили, кто виноват, а кто прав – то ли автозаводы, выпускающие такие быстрые машины, то ли водители, которые покупают иномарки вместе с правами.

Пьяный бомж двухметрового роста сообщал, что все беды в России, естественно, от дорог.

Какие-то работяги гадали, во сколько встанет владельцу ремонт и отберут ли у него права.

Покинув рабочее место, продавец коммерческого ларька кавказской наружности вслух интересовался, кто возместит ему ущерб и закрасит ссадину на стене.

Две пожилые толстые тетки с авоськами в руках негромко кричали, что в этом мире все куплено, и призывали к походу на Кремль, где засел такой же алкоголик, как и водитель.

Невысокая девушка в простеньком платьице, держа над глазами ладонь козырьком, всматривалась сквозь лобовое стекло в водителя и сообщала всем: «Жив, жив».

Райский действительно был скорее жив, чем мертв. Он уже окончательно пришел в себя и вскоре покинул автомобильное кресло. Аплодисментов не последовало.

Вместе с Гордеевым Райский обошел «форд». У машины отсутствовало левое переднее колесо и была повреждена ступица, на которой оно держалось. Слегка была помята облицовка и разбита правая задняя габаритка – от соприкосновения с торговой точкой.

– Ремонт влетит тебе в копеечку, – подвел итог предварительного осмотра Гордеев.

– А ведь я только лишь неделю назад прошел «ТО-2», – сокрушенно покачал головой Райский. – И как же такое могло случиться? Сегодня утром на заправке мне подкачивали передние баллоны, и я собственными глазами видел, как слесарь заодно подтянул все гайки на колесах.

– Ты застрахован?

– Да.

– Я имею в виду машину.

– И машина. И гараж… Но он-то пока цел, – встрепенулся Райский.

– Значит, пусть страховая компания и разбирается, в чем дело. Они деньги просто так не выплатят. Семь раз отмерят… Но станцию техобслуживания советую сменить. Благо есть широкий выбор.

– Я подумаю. Может, ты и прав, – ответил Райский и, достав мобильный телефон, стал вызывать техническую «неотложку».

Вскоре к месту происшествия подъехали белые «Жигули» с большими синими буквами на капоте – «ГАИ».

Дав показания для протокола, Гордеев пешком отправился в юридическую консультацию – она находилась поблизости, – а Райский, подобрав колесо и разбросанные крепежные детали, остался ждать приезда техпомощи.

Посиделки

Вечером того же дня в квартире Гордеева зазвонил телефон.

– Привет, – сказал Ветров. – У меня есть классная рыба. Родственники привезли из Астрахани.

– Вяленая или копченая? – поинтересовался Гордеев, так как хорошо знал, к чему Ветров клонит.

– Вяленая… и копченая.

– Бери вяленую. Когда ждать?

– Минут через сорок.

– Отлично. Пиво успеет охладиться.

– Бери темное.

– Знаю.

– Это я так, на всякий случай.

– Выезжай, – закончил многозначительный диалог Гордеев.

Вернувшись из гастронома, он сунул купленное бутылочное пиво в холодильник и включил телевизор – шел матч чемпионата мира по футболу. Трансляция велась из Франции. Игра была интересная и красивая – на зеленом поле двадцать два человека в цветной форме попеременно демонстрировали особенности европейской и латиноамериканской футбольной школы. Юрий увлекся.

В спортивном азарте Гордеев не сразу расслышал звонок. Наконец оторвался от телевизора и, на ходу говоря «иду-иду», пошел открывать дверь. Однако на полпути Юрий изменил направление движения, так как понял, что звонит телефон.

Звонившим оказался Райский. Он только что закончил дела с ремонтом своего «форда» и находился недалеко от дома Гордеева. Больше у него на сегодня забот не было – все изменила дневная авария. В Москве он один, жена руководила строительством дачи и жила за городом. Дети где-то отдыхали. Настроение было паршивым, и ему хотелось снять стресс.

– Приезжай, – сказал Гордеев. – Ветров тоже должен подъехать. Будем соображать на троих.

В квартиру они вошли вместе: встретились на лестничной клетке у лифта, когда один из них уже нажимал кнопку вызова. К принесенной Ветровым рыбе Райский выставил на стол пиво «Гиннесс».

– А где наше «Жигулевское»? – поинтересовались в унисон Ветров с Гордеевым.

– С вашим «Жигулевским», пока моя машина в ремонте, я все подошвы сотру. Не было его. Дефицит какой-то…

– Не в тех местах искал, – улыбнулся Гордеев.

– Возможно, – уклончиво ответил Райский.

– А что с «фордом»? – поинтересовался Ветров.

– Сегодня, Андрюша, мы с Вадимом родились во второй раз, – опередил Райского Гордеев.

– Юра, а ты ведешь хронологию своих дней рождений? – задал каверзный вопрос Ветров. – Тех, что я знаю, наберется побольше десятка. А сколько их было на самом деле?

– Не считал. В этом вопросе я как та девушка, очень желавшая выйти замуж. Для нее каждый новый мужчина всегда был только вторым – после того, единственного, который погиб космонавтом или сгорел пожарником на работе…

– Ага, а еще замерз полярником в Антарктиде, – подхватил Ветров.

Райский тяжело вздохнул.

– Так что же с твоим «фордом», Вадим? – обернулся к нему Ветров.

Райский стал коротко рассказывать о случившемся, опустив лишь те детали, которые могли охарактеризовать его не в лучшем свете. Например, о своем оцепенении.

– Да, количество чрезвычайных происшествий в Москве растет день ото дня, – подвел черту под услышанным Ветров. – Значит, ты сейчас прямо со станции техобслуживания?

– Да.

– Они хоть как-то объяснили причину?

– Сказали, что им нужно время.

– Интересно, чем мог быть вызван отрыв переднего колеса? Юра, а у тебя есть какие-нибудь версии? Ты же все время находился рядом с ним.

– Скорей всего, халатность слесаря, – высказался Гордеев.

– Я уже говорил и тебе, и майору, составлявшему протокол происшествия, – поморщился Райский, – что собственными глазами видел, как сегодня на автозаправке слесарь, подкачавший мне баллоны, заодно и подтянул гайки на колесах. Вряд ли бы он на моих глазах рискнул схалтурить. Здесь что-то другое. А что – не знаю. Я не специалист.

– Тем более если ему заранее известно, чем это может закончиться. И для водителя машины, и для слесаря, – поддержал Ветров.

– Следствие продвигается, – улыбнулся Гордеев. – Но с пивом, да еще под хорошую рыбу, оно неминуемо пойдет по верному следу. Вадим, доставай стаканы. Они в том узком шкафчике. А ты, Андрей, займись рыбой. Я за пивом.

С кухни Гордеев вернулся с небольшой плетеной корзинкой в руках. Из нее, как ружейные стволы, торчали бутылочные горлышки.

– Чтоб хоть какое-то время не отвлекаться. Остальное в холодильнике, – ответил Юрий Петрович на вопросительные взгляды приятелей. – Мне кажется, что нынешний вечер будет посвящен анализу событий дня. – Он поставил корзинку на журнальный столик. – Разбирайте пиво.

Затем вставил кассету в видеомагнитофон, запрограммировал его на запись футбольного матча и выключил телевизор, но, подумав, включил радиоприемник и настроил на какую-то волну.

– Посмотрю позже, – объяснил он свои манипуляции с техникой и подсел к остальным. – Вы же футбол не любите. Будем слушать радио.

– Вадим, а после заправки ты еще куда-нибудь заезжал? – спросил Ветров, после того как выпил несколько стаканов подряд и утолил жгучую жажду. – Может, где-то оставлял машину без присмотра. Колеса в Москве воруют не только ночью. Днем тоже.

– Нет. Времени не было. Сразу же после заправки – на работу. Машину поставил под окном своего кабинета.

– Пример господина Гордеева оказался заразительным?

– Береженого Бог бережет, – подтвердил, усмехаясь, Гордеев. – Мне тоже, можно сказать, повезло: жив остался.

– Потом мы с Юрой поехали обедать в тот ресторанчик, где ты нас встретил. Затем опять в контору. Ну а по пути туда все это и случилось.

– Машина оставалась без присмотра минут сорок. Столько мы находились в ресторане, – подытожил Гордеев. – Плюс к этому какая-то бригада эвакуаторов прямо на наших глазах возилась с колесами «форда».

– Они навесили свои блокираторы на колеса и собирались транспортировать мою машину на какую-то платную стоянку, – обиженно произнес Райский.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29

Поделиться ссылкой на выделенное