Фридрих Незнанский.

Мертвый сезон в агентстве «Глория»

(страница 6 из 29)

скачать книгу бесплатно

Вместо ответа амбал распахнул дверь машины, делая вид, что сказанное не имеет к нему отношения. Но он, видимо, еще не изучил характер своей хозяйки. Ее глаза стали свинцово-тяжелыми.

– Я не привыкла повторять свои приказы, – медленно произнесла она.

– А мне вы приказывать не можете, – независимо ответил тот. – Я на службе. И начальников у меня тоже хватает. Садитесь лучше.

– Пошел вон! – повысила голос Боярова. – И вообще, с этой минуты вы оба уволены. Марш отсюда! – И повернулась к своим гостям: – Садитесь, господа!

Сева, Алексей и Филя переглянулись и, пряча улыбки, пошли к «мерседесу».

Но когда Филя взялся за дверную ручку, его запястье перехватил второй амбал и сжал с большой силой. Филя притворно охнул и взглянул на Голованова, наблюдавшего в это время за водителем «мерседеса».

– Отваливай, – прошипел амбал, пробуя вывернуть руку Филе. – И быстро, пока я добрый...

– Валить?! Сей момент! – вдруг засмеялся Филя. – Сева, да что ж он творит? Так же ж руку можно повредить!

– Ты чего творишь, браток? – посмотрел на амбала Голованов. – Надо же соизмерять силенки! Не ровен час, обидишь человека!

И тут амбал совершил ошибку. Равнодушно-лениво окинул он прозрачным взглядом Голованова и протянул к его лицу широкую свою пятерню, как бы предлагая заткнуться. А Сева вообще не терпел подобного обращения. И через мгновение, утробно вскрикнув, амбал совершил переворот в воздухе и гулко, всей тушей, грохнулся на асфальт.

Второй охранник кинул руку внутрь пиджака, но достать оружие не успел. Постарался подошедший сзади Кротов.

Водитель «мерседеса» разъяренным быком ринулся из машины, но, сложившись пополам, сделал один кульбит, второй и едва не угодил под движущийся по улице транспорт. Филя остановил его дальнейшее движение под колеса «Газели», рванув за руку. Водитель завопил – рука его повисла плетью.

– Ах ты бедненький! – воскликнул Филя. – Сейчас мы тебя подлечим.

За здоровую руку он выволок водителя на тротуар, где уже лежали рядышком оба амбала-охранника, сказал: «Потерпи, браток!» – и резко дернул вывихнутую руку. Водитель аж взвизгнул.

– Все, не шуми, уже не больно. Я тебе ее вправил на место.

Окончательно пришла в себя брошенная охрана Бояровой, когда белый «мерседес» скрылся из глаз. Амбалы зашевелились, стали приподниматься, оглядываться.

– На кого мы нарвались? – ничего не понимая, спросил один. Он сунул руку под пиджак, растерянно поглядел на товарищей. – Хана, ребята, нема ствола...

– И я тоже пустой. – Второй пошарил у себя под мышкой. Посмотрел на водителя: – А тебя кто положил? Неужто тот, беленький?

Вместо ответа водитель ощупал свою правую руку, покачал ею из стороны в сторону, хмыкнул:

– Ну надо же! Аккуратно вправил. Наверняка ему не впервой...

– Ну хулиганье! Ах, хулиганье! – прошамкала оказавшаяся случайной свидетельницей происшествия старушка. – Помочь чем, сынки?

Водитель уже набрал полную грудь воздуха, чтобы громко и со смаком послать сердобольную дуру куда-нибудь подальше.

Но вдруг улыбнулся и сказал почти ласково:

– Спасибо, бабуля, мы уж теперь как-нибудь сами...

Был, правда, еще один случайный свидетель скоротечной драки, но он не выказал никакого внимания, ибо мирно подремывал, слушая музыку из наушников, в припаркованном на противоположной стороне улицы «жигуленке». Или делал вид, что подремывал, но тогда он был бы совсем и неслучайным. Он же старательно делал вид, что происходящее у входа в ЦДЛ его абсолютно не касается...

Но когда обиженные амбалы отправились в сторону Кудринской площади, водитель «жигуленка», сняв наушники, неторопливо поехал следом...


– Что скисли, парни?! – заливисто хохотала, сидя за рулем, Елена Юрьевна. – Ну спасибо! Давно такого спектакля я не видела! Не смеялась так!..

– Нехорошо получилось, – нахмурился Голованов.

– Да бросьте вы! Они мне уже во как надоели! – чиркнула она себя указательным пальцем по горлу. – А все-таки здорово жить на белом свете, а? Что молчите? Я будто десяток лет скинула!..

Но у мужчин, сидящих в «мерседесе», в принципе никаких оснований для особой радости не было...

Дорога оказалась недлинной.

Старинный особняк, прекрасно отреставрированный, стоял в глубине зеленого двора неподалеку от Пречистенки. Он был оснащен выносными телекамерами. Ворота неслышно открылись на свет фар, и по бокам сразу выросли двое охранников в темной форме. Кто-то грамотно потрудился, чтобы обеспечить семье Бояровых максимум безопасности.

– А кому принадлежал этот особняк при царе-батюшке? – спросил Голованов.

– Демидовым.

– Что, тем самым, что еще при Петре? Графам, кажется?

– Вот именно. – Боярова с интересом посмотрела на Севу. Но тот только покачивал головой – не то удивляясь, не то сомневаясь.

Дверь им отворила горничная в кружевном передничке, словно под старину. Она поклонилась хозяйке и гостям и доложила:

– Только что звонили Николай Андреич, будут через полчаса.

И в этом тоже какая-то игра...

– Прекрасно, – сказала, не оборачиваясь к ней, Боярова и прошла в просторный холл. – Ужин на пятерых. В моем кабинете.

Прошли в гостиную, обставленную итальянской мебелью, сработанной также под старину. Вошла горничная с подносом, на котором стояли кофейник и маленькие кофейные чашечки. Саксонский фарфор, определил Кротов. Его интерес не остался незамеченным.

– А вы, Алексей Петрович, – хитровато улыбнулась Елена Юрьевна, – умеете не только что-то там строить! У охранника, которого вы так играючи положили, между прочим «черный пояс».

– Вот именно, что между прочим... – хмыкнул Кротов, делая глоточек и разглядывая чашечку. – А вот это – подлинник, причем действительно старинный. Настоящий Мейсен! Век, вероятно, восемнадцатый. Где-нибудь середина.

– Я в восхищении, – искренне заметила Боярова. – А ведь я вспомнила, где видела вас!

– Где же? – продолжая любоваться фарфором, спросил Кротов.

– Да там же, возле нашей медсанчасти. Где ошивались ваши друзья – Филя и Сева. Вернее, Сева лечился, а вот ошивались как раз вы.

– Боюсь, вы ошиблись, Елена Юрьевна. В Чечне я не бывал...

– Ну пусть будет по-вашему... – не стала спорить Боярова и сказала как бы в сторону: – Хотя я практически никогда не ошибаюсь.

– Вероятно, это как раз тот редчайший, если не единственный, случай в вашей богатейшей практике, мадам, – учтиво улыбнулся Кротов. – Впрочем, мне бы тоже не хотелось настаивать, поскольку бывают до омерзения похожие люди.

Все рассмеялись, и Боярова сменила тему:

– А как вы оказались в ЦДЛ?

– Разве нельзя? – удивился Кротов. – Я там частенько бываю. Кухня хорошая, не шумно. Как только он стал дорогим коммерческим заведением, я имею в виду конечно ресторан, там стали появляться солидные люди, серьезная публика. Писатели же не только народ шумный и приставучий, но и небогатый, им Дубовый зал не по карману, им – кафе... Веранда, на худой конец...

– Ну... писатели тоже бывают разные, – усмехнулась Боярова. – Но мне сегодня повезло, скажу честно. Ведь я вас разыскивала, Сева.

– Чем же это я перед вами провинился? – сыграл испуг Голованов.

– Наоборот!.. Вот Алексей Петрович высказался довольно однозначно о писательной братии... Может, он по-своему прав, не знаю. Но сам процесс творчества – это ведь чрезвычайно заразительная вещь. По себе знаю...

– Мама родная! – явно придуриваясь, запричитал Филя. – Да неужто и вы, царица, так сказать, бала, какие-то любовные романы сочиняете?!

Его комический ужас у всех вызвал улыбку.

– Нет, романы я, конечно, не сочиняю, – смеясь, сказала Боярова, – однако кое-какие жизненные впечатления записывать не ленюсь. И мне были вы все очень интересны, вы – «русские волки», о ком я много слышала и в Афгане, и в Чечне. Вы ведь, Сева, тогда не были старшим? Вами командовал Валерий Саргачев? [1]1
  См.: Ф. Незнанский. «Король казино». Бархатный губернатор (М., 1997).


[Закрыть]
Саргач, если не ошибаюсь?

Никто из троих не проронил ни слова. Елена Юрьевна внимательно посмотрела на них и закурила.

– Надо понимать, что он в чем-то провинился перед вами?

– Вы пригласили нас для того, чтобы мы поделились своими воспоминаниями? – сухо спросил Голованов. – А вы уверены, что нам это приятно? Или интересно?

– Извините, мальчики, – после долгой паузы сказала Боярова.

Слова были сказаны так искренне, что гости немного расслабились.

– И вы каждый день садитесь за стол и пишете? – спросил настырный Филя.

– Если бы!..

– Но ведь я слышал, что у писателей ни дня без строчки, так?

– У профессиональных писателей, может, и да. Но я же не писатель... Просто воспоминания о хороших людях, которых встретила в жизни... Всякие смешные истории. Забавные. Есть и трагические. Печатать я это пока не собираюсь, возможно, когда-нибудь детям будет интересно. И поучительно. Знать, как мы с вами жили! – Последнее она произнесла почти с вызовом.

– Так это ж совсем другой разговор! – повеселел Голованов. – Вот Филя у нас по этой части настоящий мастак. Давай, Филя, чем вола тянуть, расскажи что-нибудь поучительное из своей жизни!

– А что? – даже приосанился Филя. – Это можно. Да вот хоть случай, как мы в стогу ночевали. Рассказать? – спросил у Севы.

– Валяй! – заулыбался тот.

– Ну ладно. Пришлось, говорю, нам во время одного рейда заночевать в стогу сена. Шуметь, сами понимаете, нельзя, переговариваемся исключительно с помощью рук. Раскопали стог, залегли, устроились. Ночь, стало быть. И вдруг слышу – храп! Да какой! Богатырский! С присвистом, со всхлипом, сытый такой, важный... Ну, думаю, дает Демидыч, во наяривает! Так он же нас своим храпом всех выдаст...

– Демидыч? – перебила Боярова.

– Вот именно. Здоровенный такой мужик. Косая сажень!

– Но почему Демидыч?

– А-а-а! – сообразил Филя. – От своей фамилии. Володька Демидов он. Мог троих в охапке тащить!

– Смотри-ка, тезка мой! Я ведь урожденная Демидова.

– Ну тогда мне лично все понятно! – Филя широким жестом обвел гостиную. – Не, у него такого особняка точно нет. Так что, знаете, как в том анекдоте: «Цыперович, вы не родственник того Цыперовича, который уехал за границу?» – «Что вы, что вы! Даже и не однофамилец!»

Переждав очередную волну смеха, Филя продолжил:

– Словом, лежу я и думаю, что Демидыч сейчас своим храпом всех «духов» на ноги поставит. Тянусь к нему, толкаю. Чувствую, он. А не храпит. То есть храпит, но не он. Я, конечно, туда-сюда – спят мои ребятки. Тихо спят, не шелохнутся. Так кто же храпит-то?! Нет, думаю, что-то тут не так, какая-то подлянка имеет место. Но какая? Выбрался я из стога. А луна! Не дай, говорю, бог! Автомат на взводе. Вдруг, думаю, «духи» с той стороны уже после нас пришли? Каково? Двигаю вокруг стога. И чем дальше – сильнее храп. Точно, «духи»! И тут мне прямо под ноги выкатывается живое существо вроде щенка. Но откуда же здесь собаки?! Пригляделся я и – мать моя! Да это же волчонок!

– Неужели это он так храпел, что разбудил вас? – сделала большие глаза Боярова.

– Нет! Куда ему! Папаша его храпел. А первой учуяла меня мамаша. Выскочила волчица, глазищи как фары! Рыкнула, к земле прижалась. Ну, думаю, мать моя женщина, сейчас прыгнет, зараза! Всю нашу операцию сорвет! А за ней следом – сам! Ну волчара! Ну матерый! А дальше еще с пяток малышей закувыркались. Это они, значит, тоже на ночлег устроились...

– Но запах? – спросила Боярова.

– А чего запах. Там же человечиной везде пахло. И свежей, и несвежей. Ладно, думаю, не стану им мешать. Стою, на самого гляжу внимательно. А тот зубы скалит и тихонько ворчит, тоже лишнего шуму не желает. Мамашка тем временем всех волчат за шиворот куда-то переволокла. И только тогда матерый посмотрел на меня на прощанье, повернулся и затрусил прочь.

– А почему же он все-таки не бросился на вас, Филипп?

– А что он, дурак? У меня ж автомат в руках! На взводе. Это ж, извините, и ежу понятно, чего можно натворить...

– Наверное, оно так, но мне все равно что-то не верится...

– Так и Севка тоже не поверил. Пока я ему свежий помет не показал. Ладно, дарю вам историю. Может, при случае сгодится.

– Обязательно сгодится, Филипп... А ведь я знаю, почему он на вас не кинулся. Сказать?

– А ну!

– Вы где-нибудь слышали, чтобы волки волков трогали? То-то и оно. Вас же как звали? «Русские волки». Вот вам и разгадка!

Елена Юрьевна с удовольствием рассмеялась. А Филя многозначительно поглядел на друзей и произнес с большим уважением:

– Вот что значит писатель! Нам бы такое и в голову не пришло!

– Ну а задание-то свое вы тогда выполнили? – вернулась к теме Боярова.

– Естественно.

– А что надо было сделать?

– Так. Ерунда. Ничего интересного, – сразу сник Филя.

– А что вы скажете, майор? – уважительно обратилась женщина к Севе.

– Да ну его! Соврет – недорого возьмет! – усмехнулся Голованов.

– И следы были, и помет. Ну и что?

– Да я про ваше задание.

– Ах это... Выполнили, конечно. А как иначе?

– Нет, – вздохнула Боярова, – с вами каши не сваришь...

И в это время в гостиную вошел крупный холеный мужчина лет сорока. Под стать Кротову. Предупрежденный уже охраной, он не удивился гостям и представился первым?

– Николай Бояров.

Поздоровавшись со всеми за руку, повернулся к жене:

– Может, расскажешь?

– Так ты уже и сам все знаешь. Жаль. А я тут выдумала для тебя целую детективную историю.

– Где их оружие?

– Ты про пистолеты? Вероятно, в машине. – Она обернулась к гостям: – Вы не заметили?

– Отчего же не заметили!.. – хмыкнул Голованов и поднял стоявший возле его кресла кейс. Достал из него пистолеты, выложил на стол. Рядом пристроил обоймы.

– Нет, ты скажи, от кого узнал? – пристала к мужу Боярова.

– Неважно.

– Я уволила твоих сторожей.

– Не только ты, – улыбнулся Николай Андреевич.

– Ты бы вернул мне Митю Рябова...

– Он ушел по собственному желанию, – с заметным раздражением ответил Бояров.

– Он не мог уйти, не поговорив со мной. Значит, что-то не то!

– И тем не менее...

– Скорей всего, его просто ушли!

– Откуда у тебя такие сведения?

– От этого твоего Маркина можно ожидать чего угодно! – почти с запальчивостью выкрикнула Боярова.

– При чем тут он?! – повысил голос и муж.

Похоже, разгоралась семейная сцена. Гости чувствовали себя неуютно и не скрывали своих чувств, при этом прислушиваясь к каждой интонации. Нет, хозяева ссорились искренне.

– Он при том, что сам и нашел мне этих амбалов! Я это знаю совершенно твердо! Тоже мне «черные пояса»! Сказала б я, да гостей стесняюсь!

– Это что-то новое, – натужно засмеялся Бояров. – Чтоб ты постеснялась выдать очередной свой перл!

– При ком угодно – да! Но не при них. Они мои боевые товарищи. По Чечне. А по Афгану – и твои тоже.

– Кроме меня, – быстро вставил Кротов.

– Так откуда ж они уволены? Из какой системы? – настаивала Боярова.

– Да мало ли их! ФСБ, МВД, ФАПСИ... Черт ногу сломит! Но мы своим спором уже надоели нашим гостям. Давай прекратим.

В гостиной прозвучал приятный музыкальный аккорд.

– Ты прав, – мгновенно отреагировала Боярова. – Ужин готов. Нас приглашают. Ты как, Николай?

– Буду минут через десять – пятнадцать. Начинайте без меня. Надо сделать парочку важных звонков.

– Стол накрыт у меня в кабинете.

– Отлично, моя дорогая...


Николай Андреевич сбросил со своего лица маску спокойствия и уверенности и подошел к большому зеркалу. На него глядел усталый мужик с заметной сединой в волосах, натруженными, воспаленными веками, с мешками под глазами и немного растерянным взглядом.

– Не раскисать! – вслух приказал себе Бояров.

Он принес из своего кабинета «дипломат», сложил в него пистолеты с обоймами, набрал на замке цифровой код и вызвал по телефону охранника со двора. Когда тот явился, приказал:

– Минут через пять подойдет «Волга». «Дипломат» отдадите человеку, который предъявит документ на имя полковника Довбни Тимофея Поликарповича.

– Слушаюсь.

Бояров закурил и с наслаждением сделал несколько глотков остывшего уже кофе. Потом он подошел к нише в стене и включил телевизионный монитор. На экране появилась картинка: часть переулка, два дерева, створка металлических ворот.

Наконец показалась черная «Волга». Появился охранник с «дипломатом». Из машины вышел грузный мужчина средних лет, протянул охраннику удостоверение. Тот просмотрел удостоверение, сличил фото с его хозяином и только после этого протянул «дипломат».

– Благодарю, – хриплым голосом сказал мужчина.

– Всего хорошего, – ответил охранник, закрывая ворота.

«Волга» уехала.

Бояров допил кофе, выключил монитор и вышел из гостиной...

Стол был сервирован по высшему классу, но гости за него не садились, осматривали кабинет хозяйки. А посмотреть было на что.

Обстановка здесь отличалась от обстановки той же гостиной. Огромный стол со столешницей из малахита. Трюмо с затейливыми завитушками. Изящной работы подсвечники. Старинные иконы в золотых окладах и портреты кисти мастеров прошлого на стенах. В большом стеклянном шкафу, облицованном тоже малахитом, тускло сияла серебряная посуда. Все вокруг так и пахло стариной...

– Да, это не новодел, – опытным глазом определил Кротов.

– Все прежде принадлежало семейству Демидовых, – скромно заметила Елена Юрьевна. – Многое пришлось разыскивать. И у каждой вещи своя, удивительная порой, история...

– Ну это в общем доказать трудно, – усомнился Кротов. – Можно уверенно говорить разве лишь о возрасте. О веках. Да ведь и вы, уважаемая Елена Юрьевна, молоды, чтобы, к примеру, помнить эти вещи в доме ваших родителей. Иконы, скажем, картины – это проще, поскольку всегда имеется возможность провести иконографический анализ. А вот стол?..

– А вы загляните под него, – с азартом произнесла Боярова.

Кротов присел, что-то стал разглядывать, потом подмигнул хозяйке.

– Табличку тоже можно прибить любую!

– Ах вы Фома неверующий! А что скажете по поводу золотых гвоздей с инициалами Павла Николаевича Демидова? На шляпки взгляните!

– Ну и что? Левша, помнится, аглицкую блоху подковал! Правда, она после этого, говорят, скакать перестала, но это уже мелочи. Однако с тех пор не переводились на Руси умельцы...

– Все бы вам спорить! Все бы дразнить пожилую хозяйку, помешанную на семейных реликвиях!

– Ну уж, ну уж! – засмеялся Кротов, поднимая обе руки кверху. – И никакая вы не пожилая, а очень даже наоборот.

– Благодарю за приятный комплимент! Но подлинность стола подтвердил сам академик Климов.

– Тут я пас! Спорить с академиками гиблое дело...

В кабинет вошел Бояров, глянул на стол и с удовольствием потер руки.

– Прошу, господа! – сказал Бояров и сел первым.

Гости же подождали, пока займет свое место хозяйка, и лишь после этого тоже отодвинули свои стулья.

За ужином Николай Андреевич много шутил, припоминал афганские события. Слегка пожурил супругу за ее приезд к нему в те дни. Немного покрепче ей досталось за ее ослушание и поездку уже в Чечню.

– Она, как у Киплинга, кошка, гуляющая сама по себе. За что, наверное, и люблю ее. А еще за сына и дочь...

– Сын у вас студент? – спросил Кротов.

– Какой! – засмеялся Бояров. – Курсант Рязанского десантного! Это все опять она настояла, – кивнул он на жену. – А дочь начала учиться в английском колледже. – И без паузы спросил в свою очередь: – А вы, Алексей Петрович, чем занимаетесь? Если не секрет.

– Я уж говорил давеча Елене Юрьевне. Строим себе помаленьку. Друзья помогают.

– У вас фирма?

– Да. «Феникс» называется.

– Что-то очень знакомое... подождите-ка! Вот! Вы особняки строите?

– Было дело. Но понесли убытки. Новые господа наелись. А те, что еще не успели, видно, сообразили, что коттеджные поселки, коих число миллион, уже не фасон для невесты. Им персональное подавай!

– И правильно! – с жаром поддержал Бояров. – Мне тоже эти все замки красного кирпича на одной полянке не нравятся! Но, если мне память не изменяет, генеральным в этой фирме – женщина? Или не так?

– Все абсолютно верно, – улыбнулся Кротов. – Ее зовут Инна Александровна Полонская. Моя законная жена.

– Вот как! – удивился Бояров. – А... вы, простите, кем же при ней? Мужем?

– Вы напомнили смешной анекдот. «А что же он днем делает?» Нет, я еще не исполнительный директор.

– У вас специальное образование? – продолжал с непонятной целью допытываться Бояров.

– Даже два: юридическое и археологическое. В смысле историческое.

– Увы, а у меня всего лишь военное...

– Бросьте, Николай Андреевич! Кто же вас не знает! Вы самородок. Видно, пошли в породу предков вашей жены. И они ведь не сразу стали графами.

– А ведь уел! – обрадовался Бояров. – Слышишь, женушка? Уел нас с тобой гость дорогой! За это надо немедленно выпить!.. – Махнув рюмку, Бояров тут же вернулся к прерванной теме: – А насчет того, что кто-то наелся и персональный замок на одной отдельно взятой горе требует, так это, Алексей Петрович, не совсем так. Тут отчасти и строители виноваты, и отсутствие необходимых коммуникаций, и скученность строительства, и многое другое. А вот если возводить удобные и красивые поселки не по колхозным бывшим полям, а вдоль Москвы-реки, на Николиной Горе, в Петрове-Дальнем, то есть поближе к сильным мира сего, охотников много найдется.

– У нас и такая возможность не исключена, – просто ответил Кротов, как бы ставя точку.

Бояров с интересом посмотрел на него, но промолчал и, лишь прощаясь, в холле, протянул свою визитную карточку.

– Вы меня заинтересовали своими возможностями, Алексей Петрович. И я был бы вам очень признателен, если бы вы нашли для меня свободную минутку для разговора по данной теме.

– У нас есть несколько неясностей в деталях, но, как только вопрос прояснится окончательно, немедленно позвоню вам. Кстати, ваш интерес распространяется на что-то сугубо личное или это вообще?

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.

Купить и скачать книгу в rtf, mobi, fb2, epub, txt (всего 14 форматов)



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29

Поделиться ссылкой на выделенное