Фридрих Незнанский.

Штрафной удар

(страница 3 из 23)

скачать книгу бесплатно

В конце концов Денис решил: будь что будет и как пойдет, так и пойдет. На его счастье, Нефедову в голову не пришло спросить о Веронике Рябовой, а тут и Турецкий подоспел. Дальше все пошло как по маслу. Московские районные следователи побаиваются шишек из Генпрокуратуры, потому как без их благосклонности не видать собственной карьеры. Турецкий подтвердил все, что Денис уже говорил Нефедову: дескать, клиента именно он, А. Б. Турецкий, прислал в «Глорию», а уж почему Рябов вдруг удрал – тайна сия велика есть. Может, спешил человек.

– А что он хотел получить от частных детективов? – спросил Нефедов. – Какие именно услуги? Надеюсь, он успел вам это сказать, Александр Борисович?

– Увы, понятия не имею, – легкомысленно отозвался Турецкий. – У меня времени особо не было. Мне позвонил его коллега, попросил кого-нибудь порекомендовать. Я сказал, что знаю стоящего парня. – Турецкий кивнул на Дениса. – Так что, возможно, дело у Рябова и срочное было, кто знает. Может, ему, к примеру, за неверной женой надо было последить? – с иронией предположил Турецкий, даже не подозревая, что вгоняет Дениса в предынфарктное состояние.

– Все может быть, – покивал Нефедов. – По всему выходит, что нечто срочное. Этот Рябов, если все было, как говорит Денис Андреевич, а не верить ему у меня нет оснований, был слегка не в себе.

– Вот видите, – кивнул Турецкий. – Он и мне показался взбудораженным.

– Вы говорите, – осторожно сказал Нефедов, – что вам позвонил коллега Рябова. А кто именно?

Турецкий ответил тем же легкомысленным тоном и довольно быстро, но Денис его неплохо знал, чтобы не заметить, что на самом деле Александр Борисович сделал это с явной неохотой.

– Мне позвонил президент «Буревестника», Антон Рыбак.

Хмурая физиономия Нефедова сделалась совсем уж озабоченной.

– Но… это не связано с делом Комарова, как вы думаете?

Ну надо же, подумал Денис, буквально все знают об этом Комарове, кроме меня!

– Понятия не имею, – с честнейшей миной ответил Турецкий. – Думаю, Анатолий Анатольевич, вам следует в этом деле поддерживать контакт с «Глорией». Опытные ребята, могут оказаться вам полезны, я их давно знаю.

Нефедов скривился, его мысли без труда можно было прочитать: «Вот еще один доморощенный шерлок холмс на мою голову», но все же протянул Денису свою визитку, добавив при этом ну просто удивительную глупость:

– Надеюсь, Денис Андреевич и впредь будет сообщать мне обо всех чрезвычайных происшествиях, происходящих с ним и его людьми.

Интересно, с какой это стати?..

Турецкий с Денисом вышли вместе, и следователь поманил сыщика в свою машину, приложив палец к губам. Когда они сели в черную «Волгу», Турецкий сказал:

– Дело это темное, не удивлюсь, если в твою тачку уже «жучков» напихали.

– Почему?! – поразился Денис.

– Разберешься – поймешь. А поймешь – мне расскажешь. Теперь поехали к Рыбаку. Убийство Рябова ничего не меняет. Я с Антоном уже переговорил, и он все равно хочет поручить тебе поиски Комарова… Ты не выбрасывай, не выбрасывай, – сказал Турецкий, глядя, как Денис смял визитку Нефедова. – И никогда от людей в погонах не зарекайся: мало ли что.

– Да я ввел уже его телефоны в память, – поморщился Денис. – Хотя, если честно, глаза б мои его не видели, а уши – не слышали.

Он позвонил Филе Агееву, попросил забрать его «форд» со стоянки у прокуратуры и проверить его на предмет средств спецнаблюдения.


По дороге Денис успел все же кое-что узнать об этом загадочном, но прославленном Комарове.

Нападающему московского «Буревестника» и в самом деле было всего восемнадцать лет. Он не отличался особым атлетическим сложением, но у него был явный бомбардирский талант, что особенно наглядно подтверждала статистика. Турецкий говорил, что, по его мнению, за последние пять лет в России не появлялось более одаренного футболиста. Год назад «Буревестник» откопал безвестного тогда парня в какой-то команде второй лиги. Несколько месяцев он провел в дубле, потом Рябов начал выпускать его в основном составе. В первом же матче, выйдя на замену за двадцать минут до конца игры, Антон Комаров забил гол и сделал голевую передачу. И в том, что болтавшийся полчемпионата в середине турнирной таблицы «Буревестник» вдруг воспарил и занял в конце концов второе место, была огромная заслуга Комарова: пятнадцать голов в девятнадцати играх – результат, достойный зрелого мастера. За несколько месяцев он стал кумиром миллионов. Его пригласили в обе сборные – и в молодежную, и во взрослую. Но если во взрослой этот сезон был проходным, подготовительным перед грядущим отборочным турниром, то с молодежной сборной Комаров ездил на чемпионат мира в Италию, где стал лучшим бомбардиром турнира (восемь голов в шести играх) и был признан лучшим игроком! Им моментально заинтересовались лучшие клубы Старого Света. По слухам, «Буревестник» получил весьма лестные предложения не то от «Реала», не то от «Манчестер юнайтед», велись какие-то смутные переговоры, которые ничем не закончились. Потом Комаров съездил в Саудовскую Аравию, сыграл там за символическую сборную мира, и после этого его словно подменили. Он не захотел больше выступать за «Буревестник» ни под каким видом.

Футбольный вундеркинд явно не прочь был попробовать свои силы в каком-нибудь престижном европейском чемпионате, но еще в середине прошлого года, уже разобравшись в том, что попало в руки, руководство «Буревестника» (то есть Рыбак и Рябов, который был не только главным тренером, но и вице-президентом клуба) заключило с Комаровым контракт на год, так что ни о каком отъезде не могло быть и речи. Юный форвард хотел расторгнуть контракт с «Буревестником», «Буревестник» хотел заставить его выполнять условия контракта. И Комаров исчез.

Турецкий сказал, что читал спортивные газеты, смотрел телевизор, то есть был осведомлен не больше любого другого болельщика. Так что ковыряться в подробностях Грязнову-младшему теперь придется самостоятельно.

– Понимаешь, Денис, – объяснял Турецкий, – Рыбака понять можно. Они парня нашли в каком-то захолустье, поставили на ноги, он именно в «Буревестнике» сделал себе имя, и теперь отпускать его вот так за здорово живешь никто не станет.

– Почему – за здорово живешь? Ведь, наверно, западный клуб, который хочет его купить, предлагает приличные деньги? – неуверенно предположил Денис. – Я не знаю, как это делается, но, видимо, при большом желании можно выкупить его контракт у «Буревестника». Это же бизнес, разве нет, Сан Борисыч?

– Так-то оно так, – покрутил головой Турецкий, – да не совсем. Комарову всего восемнадцать лет. Он очень талантлив, спору нет, но вряд ли это будет Пеле, Круифф или Марадонна. Сейчас таких молодых талантов пруд пруди. И что? Европа скупает их оптом, они ломаются на второй-третьей игре, потом лечатся, сидят в запасе, не могут пробиться в основной состав, переходят в клуб похуже – и так по нисходящей. Сечешь? Что такое в восемнадцать лет уезжать на Запад? Для футбола восемнадцать – это еще не возраст. Он же не гимнаст какой-нибудь. Что из него получится, будет ясно только через пару-тройку лет. И то не факт, что так скоро. Может, блеснет и закатится. Так уже бывало, и не раз. А здесь за ним тщательно следили, много не требовали, понимали, что еще с ребенком имеют дело. Если он окрепнет, повзрослеет и прибавит в мастерстве, его трансферная стоимость только увеличится. И от этого все выиграют – и клуб, и он сам!

– Короче говоря, они хотят выждать и нарастить цену, а Комаров хочет играть в крутом клубе и не хочет ждать, так, что ли?

– В общем, да.

– Так кто же прав?

Турецкий подумал и сказал:

– Думаю, что все. И никто.


По-прежнему шел снег, быстро превращающийся в дождь.

До базы «Буревестника», расположенной в подмосковном местечке Толстопальцево, они добрались, минуя Внуково, через Боровское шоссе. База была новая, по словам Турецкого, ултрасуперсовременная, с навороченными компьютерами, медицинским и диагностическим оборудованием, сканирующим всю футбольную сущность тутошних постояльцев.

Сюда «Буревестник» переехал по окончании прошедшего сезона. Но, возможно, оттого, что других футбольных баз Денис не видел в своей жизни вовсе, и эта его не особо впечатлила. Ну что такого? С десяток коттеджей, сгруппировавшихся вокруг двух главных зданий, в которых были бассейн, сауна, русская баня, тренажерные залы, библиотека, видеотека, столовая и прочие нужные спортсменам вещи. Место, правда, оказалось живописным: сосновый бор на раскиданных там и сям пригорках.

Рядом, в низине, мудрено было не заметить четыре тренировочных поля. На каждом из них выращена густая зеленая трава, а три поля из четырех оборудованы даже небольшими трибунами с козырьками. Охранники рассказали, что в последние дни дренаж газонов явно не справляется с непогодой. Вот и вчера футболистам «Буревестника» пришлось тренироваться чуть ли не по щиколотку в воде. Не помогали и острые вилы, которыми сотрудники комплекса время от времени протыкали дерн.

Кабинет Рыбака был на втором этаже – небольшой и, что называется, без понтов – ничего лишнего. Компьютер, деловые бумаги, раскиданные по столу. Никаких липовых, состоящих из одних корешков библиотек в шкафу, спортивных регалий, ни футбольных, ни прочих. Денис уже знал от Турецкого, что Рыбак – в прошлом знаменитый чемпион-пятиборец, что, кстати, подразумевало его недюжинные физические кондиции. Так и оказалось.

Рыбак, говоривший по телефону, сделал широкий жест рукой: располагайтесь, мол, а я сейчас закончу. И действительно, разговор продлился еще минуту, не дольше. За это время, правда, неоднократно прозвучало слово «крыша». Турецкий с Денисом переглянулись. Рыбак был мрачен (и немудрено, события в его епархии были нерадостные: футболист сбежал, тренера застрелили), но гостям улыбнулся:

– Рад видеть старых друзей. У нас скоро домашний матч в Лиге чемпионов, много хлопот…

– Антон, – осторожно сказал Турецкий, – я думал, твои криминальные проблемы давно позади.

– Так и есть, – подтвердил Рыбак, – тебе ли не знать, Александр Борисович.

– Так что же ты тут о крыше с кем-то договариваешься?

Рыбак рассмеялся.

– Это не та крыша! Вернее, это как раз та крыша, что надо! Все очень просто. В ближайшие выходные два грузовых самолета Ан-12 доставят нам из Англии надувную крышу, которая будет установлена над главным полем стадиона «Буревестник», чтобы защитить газон от мороза и снега. Вот смотрите.

Он достал из стола рекламный буклет, на котором в разных ракурсах была изображена конструкция, представлявшая собой огромный шатер.

– Он наполнен воздухом, – объяснил Рыбак, поднявшись из-за стола, и Денис оценил его габариты. – С помощью специального устройства можно регулировать температуру внутри шатра, который будет приподнят над полем на полметра, что обеспечит нормальную вентиляцию воздуха. Сборка такой крыши занимает два дня.

Такие штуки есть только на некоторых полях Англии и Германии. Очень удобны в эксплуатации и надежно предохраняют газон от порчи, вследствие погодных катаклизмов. Так что поле будет закрыто вплоть до матча с «Бонавентурой», что, надеюсь, позволит нам сыграть матч Лиги чемпионов с лидером серии А в комфортных условиях. – Тут Рыбак помрачнел. – Виктор Афанасьевич, царство ему небесное, как раз на этом приобретении настаивал. Знаете что, мужики, давайте помянем нашего тренера. – Он достал из стола бутылку коньяка «Ахтамар», пошарил там еще громадной пятерней, но больше ничего не нашел.

Денис уже решил про себя, что сейчас Рыбак позвонит секретарше и зарычит на нее, но ничуть не бывало – футбольный босс оказался демократичен. Он вышел из кабинета и через пару минут вернулся с тремя бокалами. Налил Денису и Турецкому солидные порции, себе – символически.

– Я вообще-то не пью, – объяснил он Денису.

Я тоже, едва не сказал Денис, но это было уже неудобно, равно как и неудобно оставлять коньяк в емкости. Пришлось выпить. Денис подумал: какая забавная штука жизнь, сколько в ней непредсказуемых сюрпризов – как приятных, так и наоборот. Разве мог он, проснувшись сегодня, предположить, что за один день сперва познакомится с тренером «Буревестника», а потом будет его поминать. Через минуту-другую в голове слегка зашумело. Денис действительно пил совсем немного и предпочтение отдавал, если уж такое случалось, красному вину, ну а в основном – холодному йогурту. Денис знал, что пытаться противиться действию отличного напитка бесполезно, надо, напротив, расслабиться и максимально доброжелательно принять его в себя. Сказалась дядина школа. Тем паче что Турецкий уже завладел бутылкой и налил всем еще раз:

– Ну а теперь за то, чтобы наш молодой пинкертон, – кивок в сторону Дениса, – вернул отечеству потерявшегося игрока!

Тоже грех было не выпить, теперь уже чокнулись. Понятно, что яснее голова не стала, и Денис спросил, как тут насчет кофе. Вот сейчас-то секретарша и появится, справедливо предположил он. Ан нет, снова Рыбак вышел из кабинета, завозился в приемной с кофеваркой и поманил Дениса на помощь – принести чашки.

Кофе был что надо. Известно, что самый вкусный тот, что плещется в первой утренней чашке, невзирая на его марку и способ приготовления. Но и этот был чертовски хорош. Тут, кстати, и Турецкий задал вопрос, который так занимал Дениса.

– Антон, а где же секретарша твоя? Помню я ее, такая черноглазенькая, хорошенькая, Люся, кажется? Жаль, что ее нет. Я понимаю, гибель Рябова – это удар, конечно, но что, ты всех работников теперь распустил, траур объявил, что ли?

– Вот еще проблема на мою голову, – крякнул Рыбак. – Не хотел я говорить, мужики… стыдно… черт. Ну ладно. Тоже сбежала, в общем, барышня.

– Почему? – удивился Турецкий. – Сексуальные домогательства со стороны начальства?

– Не смешно, – отрезал Рыбак. – Возможно, с Комаровым сбежала. У них роман, оказывается, был. А я ничего не знал. Вот недавно только добрые люди просветили. Замену пока не нашли… Ладно, черт с ней. Лучше расскажите, Денис, что там у вас сегодня произошло.

Денис поведал о своем недолгом знакомстве с Рябовым, о том, как тот метеором ворвался к нему в офис, а потом вдруг сорвался и уехал. Прямо навстречу своей гибели.

Рыбак вздохнул:

– Что и говорить, Рябов – мужик с характером был, вспыльчивый. Я два года назад, признаться, долго сомневался, прежде чем его в команду позвать. Но взвесил все «за» и «против» и все же рискнул. Он ведь не сегодняшним днем жил, он команду по кирпичику строил, фундамент закладывал будь здоров, те, кто после него будут «Буревестник» тренировать, еще не раз Афанасьича добрым словом помянут.

– А кто, кстати, теперь станет тренером? – поинтересовался Турецкий.

– Это вопрос вопросов, – вздохнул Рыбак.

– Коней на переправе не меняют? – добавил Турецкий.

– Видно будет, – буркнул Рыбак. – Так о чем я говорил?

– О том, как Рябов команду по кирпичику собирал, – подсказал Денис.

– Это точно. Он подбирал игроков тщательно, постоянно сам во всякую тмутаракань ездил мальчишек смотреть. Так вот и Комарова нашел. На тренировках он довольно ровный был, Рябов-то, ну а во время игры – просто динамит. Раз двадцать за прошлый сезон был оштрафован за нарушение запрета на выход из технической зоны!

– А это что такое, – спросил Денис, – техническая зона?

– Территория вокруг тренерской скамейки во время матча. Кроме того, он еще двадцать раз не являлся на послематчевые пресс-конференции! Еще двадцать штрафов.

Турецкий хохотнул:

– О покойниках или ничего, или хорошее. По-моему, симпатичный мужик был этот твой Рябов.

– Да уж всякий! Иной раз мы с ним в этом самом кабинете так орали друг на друга, что Люся только уши зажимала! Но надо сказать, что в общении с игроками он эмоции свои как-то умудрялся гасить или переправлял, что ли, их в иное русло. Если команда хорошо играла, хоть даже и проигрывала по ходу матча, то у него эти истерики странные в кураж превращались. Игроки это тоже чувствовали и заводились еще больше. Так вторую половину чемпионата на кураже и сыграли…

– Это когда Комарова стали на поле выпускать? – вставил Денис, дабы проявить свои познания.

– А, вы заметили, да? – обрадовался Рыбак. – Вот и я о том же! Речь ведь даже не о деньгах, которые можно за него выручить, ну получим десять миллионов, ну, может, двадцать в лучшем случае. Бабки, конечно, большие, с бюджетом клуба сопоставимы, но, в конце концов, ничто не вечно, и все деньги рано или поздно куда-то уходят. Тут другое! Болельщики валом пошли! В любом городе играем – стадион забит! А почему?

– А почему? – попугайски повторил Денис.

– А потому что болельщики от Комара нашего радость получают, удовольствие! Народный игрок появился в нашем футболе! Такого явления со времен Черенкова, наверно, не было! Понимаете? Тут дело даже не в уровне мастерства или в силе дарования, тут другое. Карта так легла! Соскучился болельщик по красивой игре, истосковался, истомился, и тут как раз Комаров подоспел. Все совпало для него – страна, время, даже уровень нашего чемпионата, а он, дурашка, этого не понимает! Его же на Западе затрут, посереет он, стандартным игроком станет, может, и прибавит в атлетизме, но искры этой уже не будет! Ему расцвести здесь надо! А потом уж пусть весь мир радует, на здоровье, нам не жалко.

Денис слушал Рыбака с удовольствием. Вот, что называется, человек на своем месте, сразу видно.

– Я вам сразу расскажу, что мы предприняли. У нас есть, разумеется, своя служба безопасности. Но они же не сыщики, они охраной занимаются. В общем, проверили все места, где Комаров мог быть, и – ничего.

– Что это за места? – Денис привычным жестом достал блокнот.

– Да их, собственно, три всего. Его собственная квартира, которую ему, кстати, клуб и предоставил, дом его брата, ну и жилье Люси Борисовой, моей секретарши. Она с теткой живет. Та уже с ума натурально сходит, всех подружек ее обзвонила, никто ничего не знает.

– Сколько времени прошло, как Комаров исчез?

– Пять дней.

– Была какая-то конкретная причина, толчок, что-то побудившее его уехать?

Рыбак отрицательно покачал головой:

– Я… не знаю. Я же с ним не общался каждый день. Команда была на сборах, в Турции.

– Что говорят его партнеры? Есть кто-то, с кем он был наиболее близок?

– Близких друзей у него в команде не было. Со всеми отношения довольно ровные. За исключением разве Овсянникова.

– И что говорит этот Овсянников?

– Мне передавали, говорит, что пропал – и слава богу. Но Овсянников – форвард, которого Комаров из основного состава вытеснил. Ему это только на руку.

– Понятно. Неприязнь у них сильная?

– Ну не до такой степени, чтобы своего конкурента похищать, – усмехнулся Турецкий. – Так не бывает.

– Это точно, – подтвердил Рыбак. – Овсянников ни при чем. Просто в один прекрасный день Комаров не появился на базе, и все.

– Что этому предшествовало? Когда он потребовал разорвать контракт?

– Еще до сборов на Кипре. Пришел ко мне в кабинет и сказал, что хочет поскорее уехать в западный клуб.

– Конкретно?

– Сказал, что в газетах разное пишут, что им интересуются итальянские команды. Но он лично предпочел бы Англию или Испанию, – вздохнул президент «Буревестника». – Губа у парня не дура.

– Это точно, – ухмыльнулся Турецкий, снова прикладываясь к коньячку, на этот раз уже в одиночестве. – А на самом деле, кто им интересовался? С тобой вступали в переговоры?

– Ну звонили несколько раз из-за бугра, – неохотно признался Рыбак. – Да… так, фигня всякая, ничего конкретного.

– Знаю я твое «ничего конкретного»! – вдруг повысил голос Турецкий. – Ты что дурака валяешь! Ты же нанял человека работу делать, а сам от него что-то скрываешь?

Денис был удивлен, ему вовсе не показалось, что Рыбак что-то недоговаривает.

Президент «Буревестника» выпростал из-за стола свое большое тело и прогулялся по коридору. Неохотно выдавил:

– Ну был контакт, был.

– С кем?

– С немцами. «Олимпия» интерес проявляла.

– Неслабо, – оценил Турецкий. – И сколько денег сулили?

– Да какая разница? – грохнул кулаком по столу Рыбак. – Какая, на хрен, разница, если все равно я их послал подальше!

– Ну уж ты будь добр, Антон, теперь карты на стол. Тем более что разница большая, может, твои несостоявшиеся покупатели не успокоились, кто знает?

Рыбак почесал затылок огромной пятерней и выдавил:

– Двадцать миллионов марок.

Ни шиша себе, подумал Денис. Хотя… а вообще это много или мало для футбола?

Словно услышав его мысли, Турецкий разъяснил:

– Суперзвезды стоят в несколько раз больше. Но для русского футболиста – это очень неслабо, наших давно дорого не покупали.

– Тем более в ведущие европейские чемпионаты, – вставил Рыбак. – Еще и престижно.

– Но этого купца ты же послал подальше, – напомнил Турецкий. – Или нет?

– Да послал, послал, – досадливо поморщился Рыбак. – А самому парню, ну Комарову то есть, даже не говорил ничего. Да и вообще, кроме меня и Рябова, никто не в курсе был. Даже в прессу ни полслова не просочилось. Очень уж все не вовремя тогда случилось. За два тура до конца чемпионата. Ну его, думаю, еще снесет пацану крышу. Пусть пока играет спокойно, раскрепощенно. А то кто ж знает, что с игроком сделается, когда он узнает, что за него двадцать «лимонов» дают. Неужели думаешь, что Брюкнера рук дело?

– Кого? – переспросил Денис.

– Герхард Брюкнер, – объяснил Турецкий, – владелец «Олимпии» из Штутгарта. Тот еще фрукт. Я тебе, Денис, пожалуй, тут помогу по своим каналам, подкину кое-какое досье на него.


Немецкая версия. «С немецкой аккуратностью… – сказал Бондаренко на своем чудовищном английском, – банк поменялся, ага, но деньги… сбросили вовремя…»



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23

Поделиться ссылкой на выделенное